Опасно ли поминовение закоснелых грешников на проскомидии?

Таллин
Православный христианин
Доброго времени суток! Вопрос следующий: можно ли поминовением на проскомидии навредить душе усопшего (причинить ему большие страдания), если умерший человек был крещён в детстве, но впоследствии по вере не жил и Бога не знал. Умер в страстях и смертных грехах. Можно ли навлечь на себя гнев Божий, поминая таких людей на проскомидии?
 
... можно ли поминовением на проскомидии навредить душе усопшего (причинить ему большие страдания) .... Можно ли навлечь на себя гнев Божий, поминая таких людей на проскомидии?
Вы Бога с чёртом не перепутали, дорогой Димитрий? Вот уж кто действительно должен гневаться за ваше молитвенное прошение о спасении грешника...

Суть посмертных мук не в том, что грешники наказаны по нелюбви к ним, а потому, что они сами оказались неспособны к любви. Не в гневном отвержении оступившихся суть мучений, а в их личном отвержении Бога и обращенной к ним Его любви. Действительно, как находиться в Раю тому, кто не любит Бога и ничего не сделал для того, чтобы явить эту любовь в собственной жизни? Это станет для настоящим мучением, адом.
Чтобы лучше понять это, представьте себе горького пропойцу, у которого с похмелья "трубы горят", на блестящем праздничном концерте филармонического оркестра, посаженного Господом с заботливой любовью на самое почетное место а первом ряду партера. Что он будет чувствовать? Если имеете хоть небольшой практический опыт, то поймете его жутчайшее состояние адских мук! А если бы пил умеренно, то несмотря на головную боль, мог бы стать сопричастником хотя бы малой доли всеобщей Радости. Именно в этой степени способности (или неспособности) души заключается суть и адских страданий, и райского блаженства...
 
Таллин
Православный христианин
Немножко поясню суть вопроса нижеследующими цитатами, прочитанными в интернете на православных ресурсах:

Преп. Лев Оптинский: не должно поминать явно грешников, пребывающих в нераскаянии, в заблуждении и расколах; по толкованию учителей церковных — через соединение частиц, вынутых за их имена, с Божественною Кровию, — не очищение, но <высшее> осуждение для них бывает.

Св. прав. Николай Кавасила: «Благодать освящает нас чрез Дары, если найдет нас способными к освящению; если же встретит нас неприготовленными, то и не принесет никакой пользы, и причинит бесчисленный вред».

Матушка Силуана, Пюхтицы рассказывала: Однажды заходит ко мне послушница-мордовка и говорит, что какой-то Владыка благословил подавать за самоубийц. Я сказала ей, что это может сделать архиерей сам своей властью, но Церковь этого не благословляет, и нам не следует нарушать установления. Та не послушала и подала за свою сестру, несколько лет назад повесившуюся. На следующий день она прибегает ко мне испуганная, вся дрожит. Успокоила ее как могла, после чего она рассказала: «В тот день, когда подала за сестру, пришла после службы в келью. Вдруг открывается дверь, входит моя покойная сестра и строго говорит мне: “Не смей больше подавать за меня — ты мне только хуже делаешь, лучше проси мать Силуану, чтобы она за меня птичек кормила”».

Преп. Паисий (Величковский): Если вы говорите о противящихся Соборной Церкви и в противлении и нераскаянии своем умирающих, то поверьте мне, что церковное поминовение о таковых не только не будет приятно, но и противно будет и Богу, и Святой Церкви, и священник, дерзающий по таковым творить поминовение, согрешает. Если кто-нибудь, даже из православных христиан, явно согрешает и не кается, то о таковом Святая Церковь запрещает приносить бескровную жертву, пока он совершенно не оставит своего греха и искренно не покается. Если о православном явном грешнике, некающемся, Церковь не разрешает приносить бескровную жертву, то может ли она допустить приносить таковую за умершего без всякого покаяния в противлении Святой Церкви? Никак не может.
 
Немножко поясню суть вопроса нижеследующими цитатами, прочитанными в интернете на православных ресурсах:...
Действительно, Церковь никого не хочет и не может принудить войти в Ее лоно. Поэтому, кто еще или уже не хочет в Ней пребывать, вынужден оставаться вне Ее ограды. В древности Церковь строго следила за этим – и приведенные вами цитаты подтверждают это. В то же время святоотеческие суждения не являются догматически безусловными - отказ от поминания на проскомидийной молитве, когда приносится бескровная Жертва, слабо согласуется с жертвой Христа за всех людей, с догматом сошествия Спасителя во ад. А ведь священник говорит на проскомидии великие слова «Жрется Агнец Божий, вземляй грех мира за мирский живот и спасение», и в конце Литургии погружая вынутые из просфор частицы в Святую Чашу, произносит: «Отмый, Господи, грехи поминавшихся зде Кровию Твоею честною, молитвами святых Твоих». Тут не просто молитва за того или иного живого или умершего, а очищение грехов этой самой бескровной Жертвой.

Поэтому существуют два мнения о подаче проскомидийных записок – либо можно подавать их за всякого крещеного, либо записки не стоит подавать за людей далеких от Церкви и погрязающих в грехах. Конечно трудно не согласиться, например, с прп.Паисием - если, человек умер в злостном противлении Святой Церкви, да еще и без покаяния, никак не может быть поминаем на проскомидии. Но, как быть с теми, кто не противопоставлял себя сознательно Богу, а просто не воцерковился и, бездумно скользя по жизни, не думал о последствиях грехов?
Так, например, митрополит Антоний Сурожский считал, что проскомидийное поминовение - это молитва о всём мире, которая вбирает в себя всех без исключения, подобно тому как Христос всех призвал в Царство Божие со Креста. Св. Игнатий Богоносец призывал: «И о других людях непрестанно молитесь, ибо есть им надежда покаяния, чтобы придти к Богу». То есть сами по себе грехи не могут являться причиной непоминовения на проскомидии. Безгрешных людей вообще нет. Весь вопрос в покаянии человека - если кается человек, то Господь принимает его, как блудного сына, и тот опять будет в числе верных, даже если это произойдет в самое последнее мгновение его земной жизни. Нельзя поминать только тех, кто совсем не кается и вообще находится вне Церкви, внутренне не имея с ней ничего общего. Но как это определить? Не присвоили ли мы себе исключительное Божье право судить закоснелых грешников, строго-настрого отказывая им в поминовении, и в то же время, ничего не ведая о внутренней жизни, об их душевном состоянии в посмертные часы? Поскольку церковный устав не дает нам никаких рекомендаций, то всё вверяется совести и нравственному чутью приносящего Дары священнослужителя. Я, например, на проскомидии всегда поминаю немца-лютеранина Виктора, с которым дружил долгие годы. Оказавшись в эмиграции, он неизлечимо заболел – зная, что ему недолго осталось жить, пересмотрел всю свою жизнь, испросил прошения у брошенной когда-то жены, примирился со всеми: свидетельство этому - его удивительные письма ко мне. Перед кончиной хотел перейти в православие, но не успел…

Мне кажется, что в спорных случаях все же следует исходить из «презумпции невиновности», то есть полезнее думать о грешниках лучше, чем они были на самом деле… Сможем ли мы в этом случае как-то навредить им? Если вернуться к вышеприведенной модели злостного пропойцы на райском концерте, то по нашим молитвам Бог должен пересадить его из первого ряда куда-то повыше – например, в царскую ложу. Как изменится от этого его внутреннее состояние? Похмельные страдания вряд ли умножатся, а вот сокрушение об утраченном рае возможно вызовет вопль покаяния…
 
Сверху