Вопрос о действии Святого Духа в Таинстве Крещения

Здравствуйте!

В учебнике протоиерея Олега Давыденкова по догматическому богословию есть такая фраза, смутившая меня: "В Крещении, которое есть таинство по преимуществу христологическое, Святой Дух, как служебная по отношению ко Христу безличная сила, соединяет нас со Христом и делает членами Тела Христова. А в таинстве Миропомазания тот же Дух, но уже как Лицо Пресвятой Троицы, независимое от Сына в своем ипостасном бытии, сообщает нам дары обоживающей благодати, доступ к которой мы получим через Крещение".
Как нужно понимать слова о действии Святого Духа "как служебной по отношению ко Христу безличной силы"? Насколько корректна эта фраза с точки зрения православного богословия?

Помогите, пожалуйста, разобраться.

--------------------------------------------------------------------------------

P.S. Алексей Михайлович, благодарю Вас за исчерпывающий ответ. Спаси Бог!
 
Здравствуйте, Оксана! Таинства Крещения и Миропомазания — одни из важнейших священнодействий, совершаемых в Церкви; имеют прямое и непосредственное значение в деле достижения спасения. От правильного или неправильного их понимания зависит правильное или неправильное отношение к ним верующих. Ваш вопрос ясен. Однако, для того, чтобы ответить на него, необходимо обратиться к дополнительным высказываниям автора...

Так, имея в виду два важных события жизни Церкви священник Олег Давыденков свидетельствует: «Святой Дух действует в Церкви двояким образом. Из Священного Писания можно видеть, что имели место два различных сообщения Святого Духа Церкви. О первом говорится в Ин. 20, 21 — 22: «Иисус же сказал им вторично: мир вам! как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святаго». Второе сообщение Святого Духа Церкви произошло в день Пятидесятницы (Деян. 2, 1 — 5)» [1, с. 351]. И далее: «Первое сообщение Св. Духа относится к Церкви в целом как к единому Телу. В данном случае Святой Дух преподается не каждому из апостолов в отдельности, а всей совокупности апостолов как единому целому. Во время этого сообщения Духа ап. Фома отсутствовал, и, тем не менее, этот факт не сказался в дальнейшем на его апостольском достоинстве, ибо сама его принадлежность к апостольскому лику обусловливала его участие в принятии этих даров Духа Святого, которые были дарованы не лично, а апостолам вообще. Это присутствие Духа не является присутствием личным. В данном случае Дух Святой выступает как связь единства Церкви (по словам святителя Григория Нисского) и дается апостолам совокупно, как связь и власть священноначалия. При этом даровании Святой Дух не относится к отдельным личностям и не сообщает им никакой личной святости, Он выступает здесь как безличностная сила, служебная по отношению ко Христу, Который и дает Его» [1, с. 349]. Как следует из цитаты, выражение «служебная по отношению ко Христу сила» есть ничто иное, как нетварная Божественная благодать (единая энергия Бога-Троицы: Отца, Сына и Святого Духа). Отсюда и ее обозначение: «безличтностная». Вывод — справедлив. Но что подразумевает автор под словами «служебная по отношению ко Христу»? Метафорический эпитет? Буквальный догматический вердикт? … Обратимся к Отцам. В свое время, имея в виду этот случай (Ин. 20, 22), святитель Григорий Палама отмечал: «Латиняне же безумно помышляют и учат противно оному [учителю], ибо не видят, что эти дарования и энергии (благодать, благодатные дары — А. Л.), по которым через Сына подается Дух Святой, даются не только Сыном, но и Самим вышним Отцом. Всяк бо дар совершен, — говорит [апостол], — свыше есть от Отца светов. А что есть совершеннее власти отпускать или удерживать грехи? И [эта власть происходит] не только от Отца и Сына, но и от Самого и через Самого Святого Духа, ибо Бог сказал через Иоиля: излию от Духа Моего на всяку плоть; к каковому излиянию всяко относится и данный Христом ученикам в дуновении Дух... Подавать блага является общим свойством для трех Ипостасей» [2, с. 94 — 95]. Как следует из изложенного, благодать Святого Духа, преподанная Сыном «во время» дуновения подана «не только Сыном, но и Самим вышним Отцом», и «от Самого и через Самого Святого Духа». Очевидно, что термину «служебная» места в представленном пассаже не нашлось. Другое суждение о служебном-неслужебном достоинстве Духа встречаем у блаженного Феодорита Кирского: «указуя дары Божественной благодати, апостол сказал так: и раздѣлéнiя служéнiй сýть, а тóйжде Госпóдь: и раздѣлéнiя дѣ́йствъ сýть, а тóйжде éсть Бóгъ, дѣ́йствуяй вся́ во всѣ́хъ (1 Кор. 12, 5 — 6). Потом показав, что дарования раздаются туне, присовокупил: Вся́ же сiя́ дѣ́йствуетъ еди́нъ и тóйжде Дýхъ, раздѣля́я влáстiю коемýждо я́коже хóщетъ (1 Кор. 12, 11), то есть Всесвятый Дух не рабское совершает служение, но имеет владычественное достоинство, не прислуживает, но содействует и действует владычественно» [3, с. 19]... Возможно, что определением «служебная» священник Олег Давыденков всего лишь стремился подчеркнуть особую роль Христа как Искупителя в предоставлении апостолам возможности и права прощать или не прощать человеческие грехи...

В другом месте вновь обнаруживаем означенное слово: «В Пятидесятницу Святой Дух является уже не как служебная сила по отношению ко Христу, а как самостоятельное Лицо Пресвятой Троицы, не зависящее от Сына по Своему ипостасному происхождению. В данном случае Святой Дух выполняет не функцию единства и сообщается не всей Церкви как единому телу, но каждому члену Тела Христова в отдельности. Святой Дух сообщает себя личностям, отмечает каждого члена Церкви печатью личного и неповторимого отношения к Пресвятой Троице, присутствуя в нем и делая его Сыном Божиим» [1, с. 351]. И здесь опять не вполне ясно, что именно подразумевает автор, утверждая, что «В Пятидесятницу Святой Дух является уже не как служебная сила по отношению ко Христу, а как самостоятельное Лицо Пресвятой Троицы». Так, скажем, тот же Григорий Палама проводил между дуновением Спасителя (Ин. 20, 22) и нисхождением Святого Духа в День Пятидесятницы не контрастную черту, а параллель: «Когда же исполнилось пятьдесят дней после Воскресения... сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились (Деян. 2, 2). Это тот шум, о котором предрекла Анна пророчица, когда приняла обетование о Самуиле: С небес возгремит на них Господь, будет судить концы земли, и даст, и вознесет рог помазанника Своего (1 Цар. 2, 10). Этот шум был также предвозвещен и в видении Илии, ибо говорится: Се глас хлада тонка и там Господь (3 Цар. 19, 12), ибо глас хлада тонка — это шум ветра. Предызображение этого гласа и дыхания ты можешь найти и в Евангелии Христовом. Ибо в последний день великого праздника, т. е. в Пятидесятницу, стал Иисус, как повествует Богослов и Евангелист Иоанн, и воззвал, говоря: Кто жаждет, иди ко Мне и пей. Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него (Ин. 7, 37, 39). Но и по Воскресении Он дохнул на учеников Своих и сказал: примите Духа Святаго (Ин. 20, 22). Таким образом, тот глас предобозначал сей шум, и дуновение — сие дыхание, которое... и всем, в вере ходящим, дарует благодать и вселяется в них» [4, т. 1, с. 348 — 349]. Далее святитель пясняет, что ниспослание (сошествие) Святого Духа в День Пятидесятницы есть ниспослание Божественной нетварной благодати (равно как и в случае с «дуновением» Христа на апостолов (Ин. 20, 22)), преподаяние благодатных даров (а не перемещение Ипостаси Святого Духа из одной точки пространства в другую): «Почему языки явились для них разделенными? Потому что единственному только Христу, сошедшему с Небес, не в меру дается Дух от Отца, ибо Он также и по плоти обладает всецелою силою и действием. Ни на ком из них не почила всеобъемлющая благодать Духа, но частично каждый — один одно, другой — другое получает из благодатных дарований, чтобы кто не подумал, что даваемая от Духа благодать святым является не действием Его, а самым естеством» [4, т. 1, с. 351]. Преподавание же благодатных даров, как было отмечено выше, «является общим свойством для трех Ипостасей» [2, с. 95].

Некоторая неопределенность кроется и в нижеследующих словах интересующего нас автора: «Святые Отцы определяют цель жизни человека в Церкви как обожение или стяжание Святого Духа, потому что именно Святой Дух в Церкви сообщает и усвояет верующим благодать, делая их святыми» [1, с. 351]. В святоотеческой литературе действительно не редко можно встретить указание на действие Святого Духа в деле освящения верующих в Церкви. Однако речь здесь идет вовсе не о том, будто Святой Дух имеет какое-то обособленное, отдельное от Ипостасей Бога-Отца и Сына действие. Напротив, Святые Отцы неоднократно акцентируют внимание читателей на том, что действие Бога-Отца, Сына и Сятого Духа — едино (подчеркну: «единство» энергий в отношении Бога следует понимать не как некую сумму трех взаимо-солидарных действий Отца, Сына и Святого Духа, а как единство в строгом и буквальном значении этого термина). Но что тогда означают слова: «именно Святой Дух...»?: ...но не Бог-Отец и не Сын? И опять же (священник Олег Давыденков): «Таким образом, благодать, подаваемая нам в Церкви, имеет ипостасный источник, независимый от Сына. Этим источником является Дух Святой, исходящий от Отца» [1, с. 351]. Признавая, что Святой Дух независим от Сына по образу Своего бытия (вечно исходит от Бога-Отца, но не (и) от Сына), посмотрим, насколько Он обособлен от Отца и Сына в Божественных действиях: святитель Григорий Палама: «…Существует и взаимное пребывание ипостасей друг в друге и перихорисис, так как Они целиком и постоянно и нерасторжимо охвачены друг другом, так что и энергия трех ипостасей – едина. Не так, как у людей, где действие троих будет похожим, но, — поскольку каждый действует сам по себе, — особым. Не так, стало быть, но поистине одна и та же [у Них энергия], поскольку одно движение божественной воли, производимое от непосредственно предшествующей причины Отца и через Сына ниспосылаемое и во Святом Духе проявляемое» [7, с. 25]; святитель Кирилл Александрийский: «Посредством всей Святой Троицы приходят к нам блага и “все во всем”... Бог Отец всецело обретается чрез Сына в Духе» [5, т. 3, c. 16]; преподобный Анастасий Синаит: «…Едино и подобно действие Отца и Сына и Святого Духа, как едины мощь, сила, хотение и воля Их. Ведь когда Отец совершает что-нибудь, то неотделимо соучаствует с Ним и Сын; а когда Сын или Святой Дух исполняют что-нибудь, то нераздельно содействует Им и Отец. Ни Сын не делает ничего самопроизвольно и Сам по Себе без Отца, ни Отец – без Сына и Духа, ни Дух – без Отца и Сына» [6, с. 74 – 75]. В дополнение отмечу, что именно непонимание учения о единстве воли и действия в Боге-Троице способствовало развитию ереси монофелитства, осужденной на VI Вселенском Соборе Православной Церкви. В качестве одного из авторитетнейших строго-православных свидетельств там же приводилсиь воззрения святителя Софрония Иерусалимского: «Так как един Господь, как единый Господь, то Он не разлагается и не переходит в трех господов, и не обнаруживается в трех господствах... Хотя единый Бог и троичен и познается (в Троице), и возвещается в трех Ипостасях, и почитается в трех Лицах, и называется Отцом, Сыном и Святым Духом, однако ж Он не называется сложным, или состанвым... Мы знаем одно начало, одно божество, одно царство, одну власть, одну силу, одно действие, одну волю, одно хотение, одно господство, одно движение» [8, т. 4, с. 143, 145].

Неоднозначно может быть воспринято и такое суждение автора: «Богословие Православной Церкви строго отличает Святого Духа, как Лицо Троицы, от сообщаемых Им людям даров. Различие это основано на словах Спасителя: "Он прославит Меня, потому что от Моего возьмет и возвестит вам. Все, что имеет Отец, есть Мое; потому Я сказал, что от Моего возьмет...". (Ин. 16, 14-15). То общее Отцу и Сыну, о котором говорит Господь, есть Божественная природа, само Божеское естество, которое Святой Дух и сообщает людям в Церкви, делая их "причастниками Божеского естества" (2 Пет. 1, 4) через сообщение им нетварной Божественной благодати. Таким образом, благодать, подаваемая нам в Церкви, имеет ипостасный источник, независимый от Сына. Этим источником является Дух Святой, исходящий от Отца» [1, с. 351]. В данном контексте непонятным представляется фрагмент: «"Он прославит Меня, потому что от Моего возьмет и возвестит вам. Все, что имеет Отец, есть Мое; потому Я сказал, что от Моего возьмет...". (Ин. 16, 14-15). То общее Отцу и Сыну, о котором говорит Господь, есть Божественная природа, само Божеское естество, которое Святой Дух и сообщает людям в Церкви». Настоящая фраза нередко эксплуатируется римо-католическими учителями в целях оправдания концепции о Филиокве (исхождение Святого Духа и от Сына). Эти учителя полагают, что речь здесь идет о «заимстововании» Божественной сущности, отсюда заключают о зависимости Святого Духа от Сына по предвечному бытию. Что можно на это сказать? Природа у Отца и Сына, конечно же, одна. Однако же в данном случае речь идет не о передаче природы от Сына Святому Духу и далее — апостолам (ср.: «само Божеское естество... Святой Дух... сообщает людям в Церкви»), а о другом. Обратите внимание на то, что глагол «(от Моего) возьмет» употрелен Христом не в форме настоящего (или прошедшего) времени, а обращен в будущее. Писание же нигде и никогда не учило о манипуляциях с Божественной природой в недрах Пресвятой Троицы, совершающихся в условиях пространства и времени. Приведем фрагмент одного из популярнейших богословских пособий, имеющий прямое отношение к библейскому пассажу: «Иное доказательство своего учения об исхождении Святого Духа и от Сына римские богословы думают найти в следующих словах Спасителя: “Он (Дух Святый) от моего приимет” (Ин. 16, 14). Выражение “от Моего приимет”, по толкованию латинян, означает тоже, что и выражение “от Мене исходит”, т. е. означает вечное и ипостасное происхождение Святого Духа от личности Сына Божия. Но такое толкование совершенно противно контексту и цели речи Спасителя... Выражение “от Моего” совершенно не то же, что — “от Меня”: выражение “Мой” означает не мою личность, а указывает на мою принадлежность и собственность... очевидно, что Дух Святой приимет от Сына Божия то, что возвестит святым апостолам, — т. е. приимет учение, которое уже было возвещаемо и Сыном Божиим» [9, с. 33]. Эту же мысль встречаем в сочинениях святителя Кирилла Александрийского: «Итак, возвестит, говорит, вам от Моего взяв, Параклит, то есть не другое что будет говорить вопреки Моей Цели, и поскольку Он есть Дух Мой (в силу единосущия Божеских Лиц, но не субординации — А. Л), без сомнения, то же самое (что и Я) будет говорить и Мои желания возвестит» [5, кн. 3, с. 681]...

Из сопоставления фрагментов сочинения священника Олега Давыденкова с воззрениями Отцов Церкви видно: автор не всегда четко отражает (раскрывает) мысли последних... Цитата же о которой вы спрашиваете также требует критического, а не строго-буквального восприятия...

Благодарю за вопрос! Спаси Господи!

1.Давыденков О., свящ. Догматическое Богословие. М.: Изд. Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета, 2005.
2.Святитель Григорий Палама. Об исхождении Святого Духа. Краснодар: Изд. Текст, 2006.
3.Блаженный Феодорит Кирский. Творения. М.: Изд. Паломник, 2003.
4.Святитель Григорий Палама. Омилии (в двух томах). М.: Изд. Прихода храма Святаго Духа сошествия, 2008.
5.Святитель Кирилл Александрийский. Творения. М.: Паломник, 2002.
6.Преподобный Анастасий Синаит. Избранные творения. М.: Изд. Паломник; Сибирская Благозвонница, 2003.
7.Святитель Григорий Палама. Трактаты. Краснодар: Изд. Текст, 2007.
8.Деяния Вселенских Соборов. СПб.: Изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры; Воскресение, 2008.
9.Успенский Е. Обличительное Богословие. СПб.: Изд. Общества памяти игумении Таисии, 2005.
 
Сверху