Апостолы Христовы: Фома

Эта запись является частью серии записей Апостолы Христовы
Апостолы Христовы: Фома, называемый Близнец

Самый горячий из Апостолов… Это о Фоме? Да. Но разве может быть назван самым горячим тот, кто сомневался в Воскресении Христовом и в истории даже получил прозвище «Фома неверующий»? И, тем не менее, это так.

Перенесемся на две тысячи лет назад, на берег Галилейского озера. Один из рыбаков городка Пансады слышит об Иисусе и приходит посмотреть на Него. Этот человек так поражен проповедью Христа, что неотступно ходит вслед за Ним и Его учениками. Христос, видя ревность молодого человека, призывает того следовать за Ним. Так рыбак становится Апостолом.

Юноше, которого зовут Иуда (да, именно так его и звали), дают прозвище «Фома», что в переводе с арамейского значит «Близнец».
На кого он был похож как две капли воды? На Иисуса, на кого-то из Апостолов, а, может, на какого-то известного политика или деятеля того времени? Нам это неизвестно, но зато нам известен характер Фомы. Порывистый, решительный, смелый… Однажды Иисус сказал, что собирается идти в Иудею, где, как известно, Его искали схватить враги. Апостолы стали отговаривать Учителя от рискованного путешествия. «Тогда Фома, иначе называемый Близнец, сказал ученикам: пойдем и мы умрем с ним» (Ин. 11, 16). Это не «Фома неверующий», это, несомненно, Фома верующий!
… Но не безрассудный, а трезвый и осмотрительный.
Незадолго до смерти Иисус беседовал с учениками. «Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога, и в Меня веруйте… И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я…» Слушая эти слова, Фома воскликнул: «Господи! не знаем, куда идешь; и как можем знать путь? Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин. 14, 1-5).
И вот мы опять видим Фому в его искреннем порыве сопровождать Учителя, куда бы Тот ни пошел.

Евангелия не сообщают нам о том, где был Фома во время Страстей Христовых. Мы не знаем, что было у него на сердце, что он думал и чувствовал, когда весь смысл жизни и все надежды его, казалось, рухнули со смертью Учителя.
Но вот к нему прибегают другие Апостолы. И, перебивая друг друга, рассказывают: «Мы видели Господа!» Но этот трезвый галилеянин не склонен доверять товарищам: мало ли что им пригрезилось… «Он сказал им: если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю».
И Господь, зная характер Фомы, этого искреннего и верного ученика, приходит к нему.
«После восьми дней опять были в доме ученики Его, и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были заперты, стал посреди них и сказал: мир вам! Потом говорит Фоме: подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим. Фома сказал Ему в ответ: Господь мой и Бог мой!»

Важное уточнение: Фома отказался вкладывать пальцы в раны Христа. В ужасе от своей дерзости и в изумлении, он лишь восклицает: Господь мой и Бог мой! И отныне этот Апостол становится вечным символом того, что есть в жизни вещи, которые нельзя пощупать и проверить, а которым нужно только верить.

12.jpg
Пока не коснусь – не уверую!..

После Вознесения Христова Апостолы бросили жребий о том, кому в какие земли идти проповедовать. Фоме выпало проповедовать в Индии. Много злоключений выпало на долю Апостола; об этом сохранились древние предания, ни подтвердить, ни опровергнуть которые сейчас уже невозможно. Так, среди прочего, рассказывают о ловушке, которую придумал один языческий жрец, желая остановить проповедь Ап. Фомы. Жрец убил своего сына и обвинял в этом святого Фому, говоря:
– Фома убил моего сына.
В народе поднялось волнение, и собравшаяся толпа схватила святого Фому как убийцу и требовала, чтобы суд вынес ему приговор. Когда же не находилось никого, кто мог бы засвидетельствовать, что Фома непричастен к тому убийству, то Апостол Христов стал просить судью и людей:
– Отпустите меня, и я, во имя Бога моего, попрошу убитого, чтобы он сам сказал, кто убил его.
Пораженные такой просьбой люди повели Фому к телу убитого юноши. Возведя очи к небесам, Фома помолился Богу и потом сказал мертвецу:
– Во имя Господа моего Иисуса Христа повелеваю тебе, юноша, – скажи нам, кто убил тебя?
И тотчас мертвец сказал:
– Мой отец убил меня.
Тогда все воскликнули:
– Велик Бог, Коего проповедует Фома!

В индийском городе Мелипура проповедь Фомы все же окончилась. Апостол был пронзен копьями.

13.jpg
Индийская икона Ап. Фомы

Воспоминая жизнь и сомнения Фомы, Церковь определила праздновать день его памяти во второе воскресенье после Пасхи. И сегодня многие колеблются: А есть ли Бог? А верно ли, что Иисус воскрес? А правда ли, что Церковь приобщает нас к Живому Господу?.. На все эти и на другие вопросы Церковь отвечает словами Христа, обращенными некогда к Фоме: Вложи руки в раны…
Прикосновенье к жизни Церкви, к ее жизнодательным благодатным дарам – есть самый истинный ответ на этот вопрос.

14.JPG
Сад, в котором, по преданию, Ап. Фоме явилась Божия Матерь, возносящаяся на Небеса. (Сад Гефсиманской обители – Монастыря св. Марии Магдалины.)

15.JPG
Богоматерь отдала ему часть Своей одежды – Святой Пояс, который и доныне хранится в Православной Церкви как святыня. Вот то самое место, на котором Ап. Фоме был передан Пояс. Об этом повествует мозаика, которую мы видим на снимке.

1145.JPG
Приблизим фотографию...
Перейти к следующей записи Апостолы Христовы: Матфей
Перейти к предыдущей записи Апостолы Христовы: Филипп

Комментарии

:(не нравятся мне изображения, где Фома касается ран Христа. Особенно "уверение Фомы" Караваджио. Намного лучше Сальвиати, на картине которого только один Фома преклонен перед Спасителем, а все остальные словно представление наблюдают. На ней видно, кто из апостолов был истинно верующим.

А на картине Караваджио видно, как человека принуждают ткнуть палец между ребер. Нехорошая картина.
 
Батюшка, прежде всего спасибо за очередной рассказ. Согласна с комментарием Мальцева. На картине у апостолов очень неприятные лица. Не могли они так смотреть на Христа! Зато мне очень понравилась индийская икона. Хоть апостол в тюрбане, но у него очень правильное, на мой взгляд, выражение лица.
 
А мне вот что пришло в голову после прочтения этого повествования о Фоме: а не мог ли Апостол сказать "если не увижу..." по причине того, что просто боялся встретиться с... каким-нибудь Лжехристом? Ведь сам Учитель предупреждал: "берегитесь лжепророков"... Не так ли и мы сейчас сами поступили бы, если бы нам кто-то сказал (пусть даже любимые друзья), что видел Христа - живого и воскресшего? Наверняка бы тоже не поверили. Но не от маловерия, а от опасения попасться на чью-то уловку. А возглас Фомы "Господь мой и Бог мой" представляется мне как признание Фомой за видимым человеком своего любимого Господа.

Вот интересно, существует ли такая трактовка у кого-то из исследователей писания, или это только результат моего сочинительства? :)
 
Виктория Голубкова написал(а):
А мне вот что пришло в голову после прочтения этого повествования о Фоме: а не мог ли Апостол сказать "если не увижу..." по причине того, что просто боялся встретиться с... каким-нибудь Лжехристом?

То есть, если бы Фоме, в ответ на его прошение, подвели бы любого другого человека, которому нанесли бы требуемые раны, лишь бы уверить "неверного", он бы не воскликнул "Господь мой и Бог мой"? А как Вы сами поступили бы?
 
Виктория Голубкова написал(а):
А мне вот что пришло в голову после прочтения этого повествования о Фоме: а не мог ли Апостол сказать "если не увижу..." по причине того, что просто боялся встретиться с... каким-нибудь Лжехристом? Ведь сам Учитель предупреждал: "берегитесь лжепророков"... Не так ли и мы сейчас сами поступили бы, если бы нам кто-то сказал (пусть даже любимые друзья), что видел Христа - живого и воскресшего? Наверняка бы тоже не поверили. Но не от маловерия, а от опасения попасться на чью-то уловку. А возглас Фомы "Господь мой и Бог мой" представляется мне как признание Фомой за видимым человеком своего любимого Господа.

Вот интересно, существует ли такая трактовка у кого-то из исследователей писания, или это только результат моего сочинительства? :)

«Как веровать просто и без разбора – дело легкомыслия, так и сверх меры испытывать и больше, чем нужно, исследовать – дело ума крайне упрямого. Поэтому-то и Фома подвергается порицанию…» (Св. Иоанн Златоуст. Беседы на Евангелие от Иоанна. Беседа 37.1)

Дорогая Виктория. Конечно, Фома в своем требовании «перегнул палку». Ведь все Апостолы говорили ему, почему же не поверил братьям своим?

Вообще история о Фоме очень интересна, так как в ней мы видим основы христианской эпистемологии (Напомню, что эпистемология – наука о познании; прежде предпочитали слово гносеология).
Что есть истинное познание? Чему верить? Все ли можно и нужно пощупать, чтобы удостовериться?
Апостолы поверили тому, что видели. Фома упорствует: надо потрогать. Христос учит высшей эпистемологии: «Иисус говорит… блаженны невидевшие и уверовавшие» (Ин. 20, 29). То есть христианство утверждает, что есть вещи, которые нужно принять сердцем, душою, а не препарировать и не щупать.
Это очень важная и большая постановка вопроса, три уровня познания духовной реальности и доверия к ней: увидеть, потрогать, принять сердцем.
В нашей вере много такого, чему нужно просто доверять, то есть идти по третьему пути.
 
Мальцев написал(а):
:(... Нехорошая картина.

Дорогой Мальцев. Нельзя так говорить. Можно выразиться: «Мне не близко»; «Мне не нравится». Но брать на себя суд над великим произведением художественной культуры – «Нехорошая картина» - мне, кажется, горделиво и самонадеянно.

Посмотрите на стиль Караваджо с другой стороны. До него было принято мифологизировать Христа, Апостолов. Такие, знаете, бесплотные личности, между которыми парят крылатые малыши: то ли ангелочки, то ли амуры. Караваджо делает акцент на реальности Воплощения Христова и исторической подлинности всех Евангельских событий. У него и Христос, и Апостолы – плотяные, живые, как и каждый из нас.
Это шокирует, но от этого и учащенней бьется сердце: А ведь они действительно жили среди нас, в нашем мире… И от этого правота и актуальность Евангельской вести становится живее.
 
священник Константин Пархоменко написал(а):
Дорогой Мальцев. Нельзя так говорить... У него и Христос, и Апостолы – плотяные, живые, как и каждый из нас...

Бесспорно, нельзя, с Вами трудно не согласиться. Но, тем не менее, я так говорю. Простите меня за это.
 
Спасибо за ответ, отче. Действительно, перегнул палку и надо доверять сердцем...

Хотя по-человечески очень хочется оправдать этого замечательного апостола. :) Может быть, он был... ярко выраженным визуалом или кинестетиком и по-другому воспринимать информацию ему было трудно? :))) (простите, не удержалась от шутки)
http://4diva.ru/tvoyi-psixolog/audialy-vizualy-kinestetiki-takie-raznye-psixotipy.html
 
Виктория Голубкова написал(а):
Хотя по-человечески очень хочется оправдать этого замечательного апостола. :) Может быть, он был... ярко выраженным визуалом или кинестетиком

Он был просто верующим. Истинно верующим. Извините, что отвечаю Вам до ответа отца Константина. Ответьте на мой вопрос, расположенный выше.
 
Апостол Фома, мне кажется, нам ближе, благодаря одноименному замечательному журналу. Ну и конечно, своим человеческим характером. Мы все вышли из Фомы. А кто-то в нем и остался. Я имею в виду момент неверия, сомнения. И в обсуждении момента "уверения" Фомы, мне кажется, мы упустили важную деталь, о которой о. Константин сказал,
именно потому, чтобы не было соблазна "вкладывать пальцы в раны": апостол Фома Не ПРИКАСАЛСЯ к ранам Христа! Он увидел, ужаснулся своему неверию и воскликнул: Господь мой и Бог мой!
Наше восприятие Фомы связано, конечно, с картинами итальянских художников, в первую очередь, эпохи Возрождения.
Сальвиати очень хорош, но его Христос и апостолы, на мой взгляд ближе по эстетике к картинам Рубенса, когда он пишет античных богов и героев. Вспомните хотя бы "Союз Земли и Воды" из собрания Эрмитажа. Просто чисто внешне, не вдаваясь в скрупулезный анализ.
У Караваджо другая эстетика. Он пишет людей, не очень красивых, может быть , и сомневающихся, но пытливых и умных. Живых. Взгляд исподлобья ничего плохого не означает, это просто взгляд пытливого человека.
Существуют три уровня познания духовной реальности и доверия к ней: увидеть, потрогать, принять сердцем. Спасибо о. Константину за эту формулировку.
 
Елена Панцерева написал(а):
...Мы все вышли из Фомы...

Позвольте не согласиться.
Отец Константин правильно пишет, что Фома не был неверующим. Почему? Фома не шел бы за Христом, если бы не верил. И в молитве апостолу мы говорим "желанием вожделев даже до смерти следовати по Нем "- это о тех словах Фомы "пойдем и мы умрем вместе с Ним". Разве неверующий так говорит? Фома не был бы избран Иисусом в ученики, если б не верил, а Иисус то уж точно знал заведомо, кто верит, а кто предаст. Таким образом, ни один неверующий не может сказать, что он похож на Фому; и ни один верующий не может сказать, что был когда-то таким, как Фома, ибо Фома веровал и до эпизода, называемого "уверением".
 
нашел в энциклопедии Азбука веры такую запись :
"Самым ранним Символом веры, которому было дано собственное название, был Апостольский символ веры. Священное Предание приписывает его всем двенадцати Апостолам: каждый из них стал автором одного члена символа веры."
Известно ли, какая часть Символа веры вписана Фомой?
 
Мальцев написал(а):
Ответьте на мой вопрос, расположенный выше.
Как бы я поступила, если бы мне про встречу с воскресшим Христом рассказали друзья? Воспылала бы надеждой, но тоже поспешила бы лично удостовериться. :) Я визуал :)))
PS. Впрочем, спорить на эту тему не хочется. Проехали уже вроде :)
С уважением.
 
Виктория Голубкова написал(а):
Как бы я поступила, если бы мне про встречу с воскресшим Христом рассказали друзья? Воспылала бы надеждой, но тоже поспешила бы лично удостовериться. :) Я визуал :)))
PS. Впрочем, спорить на эту тему не хочется. Проехали уже вроде :)
С уважением.

Вопрос был о другом.
 
священник Константин Пархоменко написал(а):
Кстати, хотел, но забыл написать. Мне тоже не нравится картина Караваджо!

А поместил я ее как пищу для размышлений над темой Фомы.

Отец Константин, я и без картин всегда рад поразмышлять о Фоме. :)
 
Картина очень реалистична, как все католическое искусство. И этим она неприятна православному глазу.Слишком приземленно,телесно,тяжело, темно и безрадостно. Достоевский обращал наше внимание на то, что глядя на католические картины можно и в Бога верить перестать.
 
16.09.2014 в 20:56 написал(а):
Картина очень реалистична, как все католическое искусство.
...приземленно,телесно,тяжело, темно и безрадостно.
...можно и в Бога верить перестать.
Просто у Вас с Достоевским потребность в "свете".
Христианину нужно самому излучать свет, как о.К, тогда и картина понравится.


Мне странно, что апостолы в этой сцене Евангелие, слишком старые.
Иисусу должно быть лет 30..33
Самому старшему из учеников Симону(Петру) должно быть лет 27,
в младшему - должно быть менее 20 лет.
Может в то время тела старели раньше?
 

Информация о записи

Автор
священник Константин Пархоменко
Просмотры
16.312
Комментарии
22
Последнее обновление
Сверху