Можно ли мирянам "богословствовать"?

Думаю, многим из нас приходилось встречаться с предубеждением: главное, на что должен обращать внимание верующий мирянин, — регулярность участия в богослужениях, постоянство молитв, послушание пастырю; основательное же знание вероучительных истин не является чем-то особенно важным, существенным, необходимым. С этой точки зрения, богословие есть не более, чем теоретическое умствование; приумножение знаний — малоэффективное делание, отвлекающее человека от приходской жизни.
Нередко, основываясь на выражении Евангелиста Иоанна Богослова «Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь» (1 Ин. 4, 8), пропагандисты подобного отношения к вере указывают: главное — любить Бога и ближнего; христианская же любовь стяжается сердцем, а не умом и, следовательно, не обусловлена религиозной образованностью тех или иных «рядовых» членов Церкви.
Другим эксплуатируемым в данной связи утверждением является Божественная заповедь, преподанная прародителям в Раю: «И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2, 16-17). Исходя из содержания заповеди строят заключение: теоритическое умствование препятствует практическому осуществлению идеалов добра, ведет к самопревозношению и гордости, мешает послушанию.
Воспользуемся, в качестве примера, наблюдением протоиерея Николая Балашова: «...Все большим спросом у “духовных чад”, упорно не желающих взрослеть, стала пользоваться крайне авторитарная модель духовного руководства, освобождающая от необходимости делать трудный выбор, а вместе с тем — и от всякой ответственности за свои поступки. Жениться или не жениться, и если жениться, то на ком; устраиваться на работу или увольняться с нее; учиться или не учиться (как правило, не учиться: для спасения это в лучшем случае лишнее) — все эти вопросы готов решать батюшка. Не согласиться с его решением — тягчайший грех, чуть ли не хула на Духа Святого, которая не простится ни в сем веке, ни в будущем (Мф. 12, 31-32)» [18, с. 89] (ср.: Репринцева С. М.: «Для каждого человека вопрос о духовной жизни должен являться основным. Однако большинство людей, особенно принадлежащих к научной интеллигенции, боятся ума в деле веры... Вера, по общему мнению, несовместима с разумом. Это заблуждение бытует в кругу научной интеллигенции, да и в обществе вообще» [11, с. 48]).

Достаточно типичным представляется наблюдение иеромонаха, старца Стефана (Куртеева): «Можете, братия, приметить сами: вот собрание людей; все они беседуют друг с другом и толкуют то о делах своих, то о делах соседа. Вы слышите, из уст каждого льются тысячи слов, и язык иного, как бритва, изощряется, чтобы сильнее как можно уязвить врага своего, или выставить на позор брата своего и всех привести в смех над ним! Но случись же прийти к ним тому, у кого в сердце закон Бога, и спросить их: что нам делать и как жить повелел нам Господь наш? И вот у всех отнимается язык, все оказываются не лучше безмолвных рыб: они, бедные, не умеют и рта разинуть, и одного слова сказать о том, как угодить Богу. Но и это еще хорошо, когда они сидят и молчат; а то иной тотчас встает и уходит, как заговорят о Божественном и богоугодном; другой же заводит речь о чем-либо ином и старается прекратить неприятный для него разговор; третий, лишь только зажмет рот, тотчас закрывать начнет и глаза: и вот он дремлет, ему спать хочется, хотя время и среди еще белого дня. Как верно свидетельствует о нас Писание, братия мои! Огрубело, говорит оно, огрубело сердце людей сих, и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули (Мф. 13, 15). Но перестань же говорить с ними о законе Божием, и вот тотчас все очнутся, снова все заговорят, и рады бывают до полуночи говорить и слушать о всяких пустяках. Не этих ли, братия, и нужно обращать, как сказано, из области сатанины к Богу (Деян. 26, 18)? Ибо все они говорят и мыслят только о земном, и их конец — погибель (Флп. 3, 19), сказано» [9, с. 59-60].
Ну как тут не вспомнить ответный комментарий язычников на проповедь святого апостола Павла: «об этом послушаем тебя в другое время» (Деян. 17, 32)?

С не меньшим сожалением высказывается о нелюбви современных мирян к просвещению отец Серафим (Роуз): «Исток истинного учения, исходящий от Самого Господа, не умаленный в течение веков и присносущный, один и тот же у всех, кто правильно его исповедует, направляющий тех, кто ему верен, к вечному спасению, можно найти только в одном единственном месте. Место это — Православная Церковь Христова, исток — благодать Духа Святого, а истинные учителя Божественного учения, берущего начало от этого истока — Святые Отцы Православной Церкви.
Увы! Сколь мало православных христиан осознают это, и сколь мало у них понимания, чтобы черпать из этого истока! Как много современных иерархов ведут паству свою не к истинным пастырям душ — Святым Отцам, а к современным мудрецам, обещающим нечто новоеи стремящимся только к тому, чтобы принудить христиан забыть подлинное учение Святых Отцов, учение, которое — это воистину так! — совершенно и не совпадает с ложными идеями, царствующими в наше время» [8, с. 4-5].

Наконец, святитель Николай Сербский прямо обличает тех «верующих», которые не стремятся к познанию Евангельских истин: «Не спрашивай у христианина, верует ли он в Бога, спрашивай, верует ли в Евангелие — в Радостную Весть Христову. Ибо если он говорит, что верует в Бога по своему разумению, а не по Евангелию, он — отсталый и язычник, пришедший к вере так, как люди приходили две тысячи лет назад — как, например, эллинские и азиатские философы. А зачем тогда Христос сходил с Неба? И зачем Он Кровью Своей запечатлел миру Свое Откровение, Свою Радостную Весть? Воистину, такой христианин принял на свою голову Пречистую Кровь Сына Божиего так, как те, что кричали: распни Его, распни!» [20, с. 12].

Удивительно, но порою пренебрежение к заповедям — «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам» (Мф. 28, 19-20); «Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную» (Ин. 5. 39) — оправдывается на основании утверждений светочей нашего просвещения — Отцов и Учителей Церкви. Обратим внимание на замечание Святейшего Патриарха Алексия II: «Даже некоторые клирики нашей Церкви, сохраняя на словах преданность своему Священноначалию, ведут себя как раскольники, претендуя на роль неких “старцев”. Критикуя Священноначалие, они, в отличие от духоносных Отцов прошлого и настоящего, критикой пытаются привлечь к себе внимание и таким образом создать себе авторитет. Как правило, непременным и единственным условием спасения они объявляют полнейшее подчинение себе тех, кто прибегает к их руководству, превращая их в неких роботов, не могущих без благословения такого “старца” совершить любое дело, каким бы незначительным оно ни было. Человек, таким образом, лишается той благодатной свободы воли, которая ему дарована Богом. Для подтверждения своей правоты они неправомочно используют ссылки на творения Святых Отцов, профанируя их великое делание и извращая само понятие старчества» [2, с. 9-10].

Одним из наиболее часто приводимых в свое оправдание отеческих речений сторонники необязательности религиозного просвещения верующих имеют нижеследующее: святитель Григорий Богослов: «Любомудрствовать о Боге можно не всякому, – Да! не всякому. – Это приобретается не дешево и не пресмыкающимися по земле! Присовокуплю еще: можно любомудрствовать не всегда, не перед всяким и не всего касаясь, но должно знать: когда, перед кем и сколько. Любомудрствовать о Боге можно не всем; потому что способны к сему люди, испытавшие себя, которые провели жизнь в созерцании, а прежде всего очистили, по крайней мере очищают, и душу и тело. Для нечистого же, может быть, небезопасно и прикоснуться к чистому, как для слабого зрения к солнечному лучу. Когда же можно? Когда бываем свободны от внешней тины и мятежа, когда владычественное в нас не сливается с негодными и блуждающими образами, как красота письмен, перемешанных письменами худыми, или как благовоние мира, смешанного с грязью. Ибо действительно нужно упраздниться, чтоб уразуметь Бога (Пс.45, 11), и егда приимем время, судить о правоте Богословия (Пс.74, 3). Пред кем же можно? Пред теми, которые занимаются сим тщательно, а не наряду с прочим толкуют с удовольствием и об этом после конских ристалищ, зрелищ и песней, по удовлетворению чреву и тому, что хуже чрева; ибо для последних составляет часть забавы и то, чтоб поспорить о таких предметах и отличиться тонкостью возражений. О чем же должно любомудрствовать, и в какой мере? О том, что доступно для нас, и в такой мере, до какой простираются состояние и способность понимания в слушателе. Иначе, как превышающие меру звуки или яства вредят одни слуху, другие телу, или, если угодно, как тяжести не по силам вредны поднимающим, и сильные дожди – земле; так и слушатели утратят прежние силы, если их, скажу так, обременить и подавить грузом трудных учений» [4, c. 4-5].

Так, изречение «Любомудрствовать о Боге можно не всякому, – Да! не всякому» эволюционирует в вывод: мирянам любомудрствовать о Боге не нужно (вовсе)...
Собственно говоря, подобное отношение к вопросу об уместности (неуместности) образования мирян приличествовало не Восточной, а Западной Церкви. Вот, например, что по данному поводу пишет автор популярного пособия по «Обличительному Богословию» Евгений Успенский: «простые миряне в Римской Церкви обрекаются на полную неподвижность религиозной мысли, — на безусловно-пассивное состояние в области богооткровенного учения. — Известно, что в Римской Церкви проведена самая резкая грань между двумя частями Церкви — духовенством и мирянами; последние отделены от первого целою бездною. В силу этого миряне в Римской Церкви должны безусловно и слепо подчиняться авторитету иерархии и считать ее основанием всех своих убеждений и действий. Сами по себе миряне не имеют права рассуждать о предметах веры; им даже запрещается чтение Священного Писания, так как они не могут понимать его и во избежание того, чтобы не впасть в ереси. В этом запрещении проявляется деспотизм римской иерархии и в особенности главы ее — папы. Понятно, как оскорбительно и унизительно для человеческого разума подобное учение об отношении человека к Слову Божию и к церковной иерархии, так как разуму совершенно не свойственна полная бездеятельность и безусловная пассивность, хотя бы и в деле богооткровенной веры. Вот почему это учение римского католицизма не согласно с Православным учением, по которому деятельность человеческого разума в деле усвоения Священного Писания не исключается, — она только ставится в должные границы, определенные вселенским сознанием Церкви» [21, с. 22-23].
Напомним, что в эпоху зарождения протестантизма эта традиция служила дополнительным фактором, взвинчивавшим и без того нараставший протестный настрой. Вот, что писал в этой связи один из идеологов протестантизма, Мартин Лютер: «Помилуй, Боже праведный, с какой беспросветной тьмой я столкнулся! Простые люди, особенно в деревнях, даже понятия никакого не имеют о христианском учении» [22, с. 419]. По утверждению составителей «Аугсбургского исповедания», тотальная религиозная безграмотность сопровождала даже насельников монастырей: «Итак, что же произошло с монастырями? Прежде, в былые времена, они были школами богословия и подобными структурами, полезными для Церкви. Оттуда выходили пасторы и епископы. Теперь же дело обстоит совершенно иначе...» [2, с. 52]; «человек, ... ушедший в монастырь, мало познает о Христе» [2, с. 52].

Иные пытаются строить необоснованные параллели между Западной Церковью периода Реформации и нашей Православной «Церковью сегодня». Однако же это неправильно. Так, если в Западной Церкви широкая необразованность верующих явилась результатом целенаправленных действий высших церковных властей, а значит, и вина, главным образом, ложилась на руководство, то религиозная малограмотность нынешних православных христиан не имеет тех «извинений», которые приличествовали мирянам-католикам (эпохи зарождения протестантизма), поскольку не одно и то же: не иметь возможности образования, и не стремиться (к нему), не хотеть (ср.: замечание священника Игоря Саввы: «Как-то раз один мой друг показал мне картинку, на которой был изображен Пастырь Христос, ведущий овец.
— Вот почему я никогда не смогу стать христианином, — сказал он мне, — не хочу быть частью стада.
Мне тогда так и не удалось его переубедить, но впоследствии я часто думал, почему картина, которая обычно умиляет сердце верующего, вызвала такое отторжение в душе моего так и не обратившегося друга? Ответ может быть только один: он увидел в отношениях Пастыря и овец нечто такое, чего в них не было и нет, какой-то другой образ послушания. В послушных последователях Христа он увидел не овец, а “баранов”.
Конечно, мы говорим на языке притчи. Глупого человека называют “бараном”, а послушного “овцой”. Послушание “овцы” — сердечно, оно основано на любви к своему Пастырю (Христу — А. Л.). Поэтому такое послушание совершенно свободно. Послушание же баранаосновано на неспособности думать. Его свободным никак не назовешь. Свобода там, где есть способность различать, а у баранатакой способности нет: куда поведут, туда и идет» [18, с. 61-62]) (см. также статью: Что такое лжестарчество?).

Стало быть, в плане распространения вероучения Вселенская Православная Церковь (в отличие от Римо-Католической) была и остается «столпом и утверждением истины» (1 Тим. 3, 15). При этом миряне не только не оттесняются от света Божественных знаний, а и имеют сопутствующие религиозному образованию условия, и призываются к свету (а не к тьме).
Вчитаемся в слова святителя Иннокентия (Вениаминова), «апостола Америки и Сибири»: «...чтобы идти за Иисусом Христом, прежде всего надо иметь к тому собственное желание и решимость; а чтобы иметь желание идти за Ним, надобно знать, куда идти, и какой это путь, и что нужно для сего пути. Но как можно знать обстоятельно то, чего не хочешь знать или что слыхал мельком и поверхностно?
Итак, прежде нежели ты пойдешь за Иисусом Христом, ты должен сделать следующее.
Внимательно испытать основание христианства, то есть самые Книги Священного Писания, на коих основана наша Православная вера: узнать откуда они произошли, кто и когда их написал, как они сохранились и перешли к нам и почему они называются Божественными и Священными и прочее
. Но испытывать Книги ты должен в простоте сердца, без всякого предубеждения, без пытливости, без пристрастия и отнюдь не далее пределов ума твоего, то есть не усиливаться проникать и узнавать то, что скрыто от нас премудростью Божией. Таковое испытание веры отнюдь не противно вере, но, напротив того, всякому христианину поставляется в непременную обязанность, когда он придет в совершенный возраст, — узнать обстоятельнее свою веру, потому что кто не знает основательно своей веры, тот бывает холоден и равнодушен к ней и часто впадает или в суеверие, или в безверие. И сколько христиан — или, лучше сказать, сколько крещенных во имя Иисуса Христа — погибло и погибает оттого только, что они не хотят и не хотели обратить своего внимания на основание православной нашей веры! Безответен будет на Страшном Суде тот, кто пренебрег этой обязанностью...» [17, с. 31-32] (ср.: архиепископ Филарет (Гумилевский): «Нет живой веры в душе — тогда душа видит и знает только то, что поражает ее чувства; живет в кругу вещей, попеременно являющихся ей; жизнь земная с ее волнениями и переменами доставляет ей радости и горе, скорби и веселье. Это присутствующее, это осязаемое заслоняет для нее все, что выше земного и видимого. Прирожденная мысль о вечности слишком темна, слишком слаба в душе, поврежденной грехом.
Если же вера начинается от слышания, а слышание от слова Божия (Рим. 10, 17), то как быть вере, как быть живой мысли о будущности, когда не читают и не слушают слова Божия? Чем занимаются грехолюбивые? Читают и слушают только легкие, то есть пустые, книги, смотрят только на забавы страстей человеческих. “То и другое — говорят, — очень приятно, очень весело”. И с таким весельем гуляют весь век свой.
Друзья мои! Умели жить весело и язычники. Но страшно за ваше легкомыслие языческое! Хотят явиться на Суд Божий с языческим невежством, с языческим незнанием духовной жизни, неба, ада, с языческими страстями.
Иные, пожалуй, знают многое, знают, что на море и за морем, что на небе и в глубоких недрах земли; но так как ни в глубинах моря, ни в глубинах земли нельзя узнать, что придется им видеть за гробом, то и являются на тот свет чужими. Так равнодушие грешника к своей загробной участи прежде всего есть следствие недостатка в нем живой веры, той веры, которая начинается от слышания слова Божия» [14, с. 16-17]).

Равнодушие, теплохладность или, что хуже, упорное нежелание постижения истин общецерковного веро- и нравоучения при внешнем соблюдении обрядовых форм, сводит принцип христианского служения как осознанного и добровольного угождения Богу-Любви к принципу механического исполнения тех или иных обязательств и норм. При этом смысл самого богослужения, как способа таинственного, благодатного межличностного взаимообщения человека и Бога, как средства восприятия Божественной милости, низводится до значения театрализованного, магического ритуального действия, не требующего от прихожанина ни напряжения сердца, ни сколь-нибудь серьезных усилий ума (ср.: игумен Петр (Мещеринов): «Магическая точка зрения стоит на том, что Богу нужен только обряд, правильно, во время исполненный; в остальном человек Богу ничего не должен, и отношения человека и Бога этим вполне исчерпываются.
Что из всего этого получается на практике? То, что церковь превратилась у нас в некую белую магию православного обряда. Со Христом человеку не всегда легко и комфортно. Он заповедает: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею, – вот первая заповедь!» (Мк. 12, 30). Это требует, как я уже сказал, нравственного напряжения, устремления сердца ко Господу. Людям это неудобно, да и с амвонов не часто услышишь об этом. Пастырям проще выступать в роли жрецов — отслужить молебен или требу, и, получив плату, на этом закончить созидание Церкви. Людям же легче поставить свечи, написать записки, пройти по канавке и т. п., в надежде, что они автоматически окажут нужное магическое действие, — чем разбираться в своей жизни и строить ее в соответствии с Евангелием» [10, с. 83-84]).

В тесной сопряженности с практикой «обрядового благочестия» находятся и так называемые церковные (околоцерковные) суеверия: какой рукой следует устанавливать свечу? Сколько раз нужно перекреститься перед выходом из дома? Что необходимо сделать, если путь христианина пересечётся с перебегающим дорогу черным пушистым котом? и пр... Все эти искусственные «дополнения» к Евангелию имеют причиной (наряду с прочим) религиозную необразованность, тьму (ср. диакон Андрей Кураев: «Одно из важнейших назначений церковного богословия, т. е. церковной мысли, состоит в борьбе с псевдоправославными суевериями, которые вновь и вновь рождаются в языческих толщах народных масс. Не может быть “демократии” в Церкви потому, что истина здесь не вырабатывается людьми, но открывается Богом. Слово Божие должно быть защищено от слишком человеческих истолкований (да и от забвений). Конечно, контроль за тем, чтобы эта откровенная истина не искажалась и не перевиралась, должен быть взаимным: и иерархия контролирует языческие порывы народа, но и благочестие верных (лаоса) может при нужде осаживать безблагодатно-человеческие эксперименты иерархов» [12, с. 29]).

На недопустимость ограничения христианского делания исполнением лишь уставных обрядовых форм указывали многие Святые Отцы. Вот, например, что пишет по данному поводу преподобный Никодим Святогорец: «Но если ты, возлюбленный во Христе читатель мой, желаешь достигнуть такой высоты, надобно тебе наперед узнать, в чем состоит христианское совершенство. Ибо, не узнавши этого, можешь уклониться от настоящего пути и, думая, что течешь к совершенству, направляться совсем в другую сторону.
Скажу прямо: самое совершенное и великое дело, которого только может желать и достигнуть человек, есть сближение с Богом и пребывание в единении с Ним.
Но немало таких, которые говорят, что совершенство жизни христианской состоит в пощениях, бдениях, коленопреклонениях, спании на голой земле и в других подобных строгостях телесных. Иные говорят, что оно состоит в совершении многих молитвословий дома и выстаивании долгих служб церковных. А есть и такие, которые полагают, что совершенство наше всецело состоит в умной молитве, в уединении, отшельничестве и молчании. Наибольшая же часть ограничивает сие совершенство точным исполнением всех уставом положенных подвижнических деланий, не уклоняясь ни к излишеству, ни к недостатку в чем-либо, а держась золотой середины. Однако ж все эти добродетели одни не составляют искомого христианского совершенства, но суть лишь средства и способы к достижению его» [1, с. 8-9].

Отметим, что и само понятие «вера» — греческое «πίστις» — означает: «доверие», «верность», «ручательство», «клятва», «обязательство» и «договор». Последнее слово иначе именуется «союзом-заветом». Этот Завет (в данном случае — Новый Завет) подразумевает добровольное и осознанное уподобление христианина Спасителю (добровольно и осознанно искупившего мир). Ясно, что такое подражание немыслимо без знания условий и целей Завета, без знания учения Мессии, раскрытого и истолкованного трудами Отцов.
Вот, например, как об этом пишет святитель Феофан Затворник Вышенский: «Верою и благочестием обнимаются все обязательные для нас расположения и дела в отношении к Богу... Под словом вера здесь разумеется исповедание, или выраженный определенным образом в понятиях и словах образ богопознания и богопочтения. Первая здесь обязанность есть иметь веру, или религию, то есть знать определенным образом Бога и образ Его почитания, или свое к Нему отношение, или еще содержать исповедание... Сия обязанность — первая непосредственно известная, не столько даже предписываемая, сколько сама себя выказывающая; ибо такова природа духа человеческого, что он, естественно, и требует Бога, и ищет Его, и поставляет себя к Нему в отношения, какие считает законными... Всякому должно испытать и несомненно увериться, истинна ли та вера, которой он держится... Сим испытанием воздается честь вере и удерживается истинное достоинство человека, лица разумного, сознательного, совестного. Вера в нашу веру, то есть убеждение в истине православного христианского исповедания, должна быть разумная. Посему Господь, чтобы расположить к вере в Себя и Свое учение, говорил: испытайте Писания (Ин. 5, 39)» [24, с. 459-460; 462-463] (ср.: Н. Е. Пестов свидетельствует: «Из всех земных творений только человек создан “по образу и подобию Его” (Быт. 1, 26). Отсюда только может человек в какой-то мере познавать Бога и в какой-то степени уподобляться Ему. Для того и другого есть несколько путей и много (точнее — бесконечное количество) степеней познания и уподобления. Условно разделим это познание на три части.
1. Бог начинает познаваться преимущественно разумом и в человеке зарождается вера.
2. В Богопознании участвует и сердце человеческое. Оно постигает милосердие, всепрощение Божие и Его любовь к людям. Сердце человеческое начинает загораться ответной любовью.
3. Наконец, любовь к Богу разгорается в пламя и становится ведущим началом жизни; тогда душа реально приобщается к (Богопознанию) Богообщению.
Начнем с познания Бога разумом...» [15, кн. 1, с. 37]).

Итак, святитель Григорий Богослов, равно как и другие Святые Отцы, не призывает пасомых к неведению и мракобесию (ср. его же слова: «Поелику же нам даровано, избегнув суеверного заблуждения, прийти к истине, служить Богу живому и истинному и стать превыше твари, оставив за собой все, что под временем и зависит от первого движения, то будем тому поучаться, о том любомудрствовать, что относится к Богу и к Божественному» [13, т. 1, с. 454]; «Ибо полагаю, что заключающееся в Писании не без цели написано и не одна куча слов и предметов, собранная для развлечения слушающих, не какая-нибудь приманка для слуха, служащая только к забаве. Такова цель баснословий и тех эллинов, которые, не много заботясь об истине, очаровывают слух и сердце изяществом вымыслов и роскошью выражений. Но мы, тщательно извлекающие духовный смысл из каждой черты и буквы, нимало не согласны думать (сие было бы и несправедливо), чтобы и самые мало значительные деяния без какой-либо цели были и писателями подробно описаны, и до сего времени сохранены на память. Напротив того, цель их — служить памятниками и уроками, как судить в подобных, если встретятся, обстоятельствах, чтобы мы, следуя сим примерам, как некоторым правилам и предначертанным образцам, могли одного избегать, а другое избирать» [13, т. 1, с. 57]).

Таким образом, необходимость взвешенной осторожности в деле любомудрствования о высочайших предметах не означает неуместность всеобщего просвещения, а указывает на особую ответственность лиц, приступающих к изучению и, главное, к распространению, проповеданию спасительных истин, на важность и необходимость учета сопутствующих этому деланию условий и факторов. Приобщение к вере должно осуществляться под действенным (а не формальным) руководством уполномоченных на то Церковью лиц (в первую очередь — архипастырей, пастырей). Вместе с тем, богословствование должно быть предваряемо благоговейным настроем; любомудрствование, отстраненное от практической жизни, — недопустимая крайность (ср. св. Иоанн Кронштадский: «Образование должно обладать, кроме твердой, разумной и проникнутой религиозным характером научности... охранительно воспитательным духом”» [цит. по: 16, с. 65-66]; «В лукавую душу не войдет премудрость и не будет обитать в теле, порабощенном греху» (Прем. 1, 4)).
Самостоятельное, внецерковное, погружение в область Сверхъестественного Божественного Откровения чревато последствиями: самопревозношением, непониманием, заблуждением и даже отпадением от Главы нашей Церкви — Христа.

Ярчайшим примером такого негативного богословского опыта (от которого, собственно, и ограждает святитель Григорий) может служить эгзегетическая деятельность Льва Николаевича Толстого. Вот, что он об этом говорит: «Сначала я спрашивал разъяснений у священников, монахов, архиереев, митрополитов, ученых богословов. Разъяснены были все неясные места, часто недобросовестные, еще чаще противоречивые; все ссылались на свв. отцов, на катехизисы, на богословие. И я взял богословские книги и стал изучать их. И вот изучение это привело меня к убеждению, что та вера, которую исповедует наша иерархия и которой она учит народ, есть не только ложь, но и безнравственный обман. В православном вероучении я нашел изложение самых непонятных, кощунственных и безнравственных положений, не только не допускаемых разумом, но совершенно непостижимых и противных нравственности, и — никакого учения о жизни и о смысле ее. Но я не мог не видеть, что изложение богословия было ясно направлено не на изъяснение смысла жизни и учения о жизни, а только на утверждение самых непостижимых, ненужных мне положений и на отрицание всех тех, которые не признают этих положений. Это изложение, направленное на отрицание других учений, невольно заставило меня обратить внимание на эти другие вероучения. Другие оспариваемые вероучения оказались такими же, как и то православное, которое их оспаривало. Одни еще нелепее, другие менее нелепы, но все вероучения одинаково утверждали положения непостижимые и ненужные для жизни и во имя их отрицали друг друга и нарушали единение людей — главную основу христианского учения» [23, с. 5-6].

Гораздо более плачевным и зловредным по отношению к верующим явилось «богословствование» тех еретиков, которые отрывали от Церкви христиан, злоупотребляя не только умом, но и вверенным саном. Таковые суть «пастыри» и «архипастыри»: Арий, Ориген, Несторий, Диоскор, Сергий, Кир, Гонорий и множество других. Примечательно, что помимо доверия (пасомых к перечисленным еретикам) массовому уклонению в ересь способствовала непросвещенность, а значит и нестойкость в отношении религиозных убеждений (ср.: «Держись образца здравого учения, которое ты слышал от меня, с верою (ἐν πίστει) и любовью во Христе Иисусе. Храни добрый залог Духом Святым, живущим в нас» (2 Тим. 1, 13); «Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания (παρέδωκα) так, как я передал (παραδόσεις) вам» (1 Кор. 11, 2)).

На сегодняшний день в Церкви существуют (и) иные повреждения, также сопряженные с необразованностью верующих. Одно из них — лжестарчество. Приведем в этой связи оценку игумена Исидора (Минаева) (настоятеля Коневского Рождество-Богородичного мужского монастыря): «... “Младостарчество”. Это действительно бич нашего церковного общества. До таких вопиющих искажений доходит христианское учение, что просто становится страшно. И если молодого священника (у которого 2-3 года хиротонии) могут поставить на место настоятеля прихода; может быть, даже опытные прихожане, которые много лет ходят в этот храм; старые священнослужители, которые всегда рядом; пономари, которые прислуживали в храме, когда этот священник еще не родился, жена-матушка, семья... То в монастыре (где почти все сами новоначальные) сделать это очень трудно. Человек молодой, получивший сан, получивший монашество, еще не окрепший духовно, получает большую власть, и самое главное, что эту власть ему дают сами паломники. Потому что паломники приезжают в монастырь и первый вопрос, который они задают: “Старцы есть? Схимники есть? Где? На какой скит, куда идти?” “Да, вот старец, есть. 27 лет — пожалуйста. Полтора года в постриге, полгода в сане”...» [25, с. 16].
Обратим внимание на выдержку из Определения Священного Синода Русской Православной Церкви от 28. 12. 98 г. «об участившихся в последнее время случаях злоупотребления некоторыми пастырями вверенной им от Бога властью “вязать и решить” (Мф. 18, 18)»: «Призвать верующих Православной Церкви обращаться к своему правящему архиерею во всех случаях, когда пастырь-духовник превысил данную ему Богом власть “вязать и решить”. Напомнить православной пастве о том, что советы духовника не должны противоречить Священному Писанию, Священному Преданию, учению Святых Отцов и каноническим установлениям Православной Церкви; в случае же расхождения таковых советов с указанными установлениями предпочтение должно отдаваться последним. В связи с этим обратить внимание на слова преподобного Симеона Нового Богослова о том, как должны строиться отношения между духовным чадом и духовником: “Молитвами и слезами умоли Бога послать тебе бесстрастного и святого руководителя. Также и сам исследуй Божественные Писания, особенно же практические сочинения Святых Отцов, чтобы, сравнивая с ними то, чему учит тебя учитель и предстоятель, ты смог видеть это, как в зеркале, и сопоставлять, и согласное с Божественными Писаниями принимать внутрь и удерживать в мысли, а ложное и чуждое выявлять и отбрасывать, чтобы не прельститься. Ибо знай, что много в эти дни стало прельстителей и учителей”» [2, с. 32-33]).
Как видно из фрагмента, ответственность за духовное воспитание верующих лежит и на самих этих верующих (а не только на пастырях Церкви). Частнее: из установления «Напомнить православной пастве о том, что советы духовника не должны противоречить Священному Писанию, Священному Преданию, учению Святых Отцов и каноническим установлениям Православной Церкви; в случае же расхождения таковых советов с указанными установлениями предпочтение должно отдаваться последним» ясно просматривается, что именно знание, а не незнание веро- и нравоучения Церкви способствует должному устроению духовно-нравственной жизни по образу Пастыря — Иисуса Христа.

Итак, не следует бояться, а тем более упорно отрекаться от приобщения к сокровищнице спасительной мудрости, хранительнецей и истолковательнице которой является Вселенская Православная Церковь. Но также нельзя забывать: «Не для того мы рассуждаем, чтобы знать, что такое добродетель, а для того, чтобы стать хорошими людьми» (Аристотель) [26, с. 121].
В заключение вспомним наставление преподобного Никодима Святогорца: «Если неверие себе и упование на Бога, столь необходимые в нашей духовной брани, останутся в нас одни, то мы не только не получим победы, а напротив, низринемся в еще большее зло. Потому вместе с ними и при них надлежит нам вести и особого рода делания, или обучительные упражнения духовные.
В числе упражнений сих на первом месте должны стоять упражнения ума и воли.
Ум надлежит избавить и хранить от неведения, столь ему враждебного, так как оно, омрачая его, не дает ему ведать истину — собственный его предмет и цель стремлений его. Для этого надо его упражнять, чтоб он был светл и чист и мог хорошо различать, что требуется для нас, чтоб очистить душу от страстей и украсить ее добродетелями.
Такой светлости ума мы можем достигнуть только двумя способами: первый, и более необходимый, есть молитва, которою надлежит умолять Духа Святого, да благоволит Он излить свет Божественный в сердца наши, что, наверное, и сотворит Он, если воистину будем мы искать единого Бога, если искренно будем ревновать о том, чтоб во всем поступать по воле Его, и если в каждом деле будем охотно подчинять себя совету опытных духовных отцов наших и ничего не делать без вопрошения их.
Второй способ упражнения ума есть постоянное рассматривание вещей и углубление в познание их, чтоб ясно видеть, какие из них хороши и какие худы; не так, как судят о них чувства и мир, но как судит правый разум и Дух Святой или истинное слово Богодухновенных Писаний, духоносных отцов и учителей Церкви. Ибо когда такое рассматривание и углубление будет правое и подобающее, то всеконечно оно даст нам ясно уразуметь, что мы должны от сердца ни во что вменять и считать суетным и ложным все, что любит и чего всячески ищет слепой и развращенный мир» [1, с. 23] (ср.: Иоанн Карпафский: «Не только пред скончанием мира диавол возглаголет словеса на Вышняго, как говорит Даниил (7, 25); но и ныне бывает, что он чрез наши помыслы тяжкие воссылает хулы на самое небо, и Самого Вышнего бесславит, и создания Его и Святые Христовые Таинства. Мы же, твердо стоящие на камне ведения, не должны бояться сего и дивиться дерзости этого нечестивца, но верою и теплейшею молитвою вооружаясь и вышнего сподобясь пособия, смело отвечать врагу» [3, т. 3, с. 89])...

Леонов А. М. Преподаватель Догматического Богословия Санкт-Петербургского Православного Института Религиоведения и Церквовных Искусств.
*******

1.Преподобный Никодим Святогорец. Невидимая брань. М.: Изд. Сретенского монастыря, 2003.
2.О духовничестве. Клин: Изд. Фонда «Христианская жизнь», 2000.
3.Добротолюбие. М.: Изд. Паломник, 2003.
4.Святитель Григорий Богослов. Пять слов о богословии. М.: Изд. Храма свв. Космы и Дамиана на Маросейке, 2000.
5.Сагарда Н. Вера и жизнь христианская по учению Святых Отцов и Учителей Церкви. М.: Изд. Паломник, 1996.
6.Зозуляк Я., прот. Катехетическая миссия Церкви. К.: Изд. Пролог, 2008.
7.Святитель Кирилл, архиепископ Иерусалимский. Поучения огласительные и тайноводственные. М.: Изд. Благовест, 2010.
8.Отец Серафим (Роуз). Святые Отцы Православия. Калифорния: Изд. Братства Преподобного Германа Аляскинского Платина; М.: Изд. Российского Отделения Валаамского Общества Америки, 2000.
9.Иеромонах Стефан (Куртеев). Начало премудрости. О Божием слове. О Божием мире. Саратов: Изд. Саратовского Свято-Алексеевского женского монастыря; фонд «Благовест», 1996.
10.Петр (Мещеринов), игум. Беседы о вере и Церкви. М.: Изд. Даниловский благовестник, 2004.
11.Репринцева С. Наука и духовность. Заметки православного ученого. Мн.: Изд. Белорусского Экзархата — Белорусской Православной Церкви, 2004.
12.Кураев А., диак. Искушение, которое приходит «справа». М.: Изд. Издательского Совета Русской Православной Церкви, 2005.
13.Святитель Григорий Богослов. Творения. М.: Изд. Сибирская Благозвонница, 2007.
14.Филарет (Гумилеский), архиеп. Глас Божий ко грешнику. М.: Изд. Прихода храма Святаго Духа сошествия, 2008.
15.Пестов Н. Современная практика Православного благочестия. СПб.: Изд. Сатисъ, 1995.
16.Аксенов Р., свящ. «Паси овцы Моя». Учение о пастырстве святого Иоанна Кронштадтского. Клин: Изд. Фонда «Христианская жизнь», 2002.
17.Святитель Иннокентий (Вениаминов). Указание пути в Царствие Небесное. М.: Изд. Отчий дом, 2010.
18.О прелести и фанатизме в религиозной жизни. Советы православным, как избежать этого состояния. Сборник статей (составитель Александр Баранов). Изд. Тульской Епархии; Образ, 2010.
19.Софроний (Сахаров), архим. Видеть Бога как Он есть. Изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лары; Свято-Иоанно-Предтеченского монастыря, 2006.
20.Святитель Николай Сербский. Двести слов о вере и любви. Мн.: Изд. Свято-Елизаветинского монастыря, 2006.
21.Успенский Е. Обличительное Богословие. СПб.: Изд. Общества памяти игумении Таисии, 2005.
22.Книга согласия. М.: Изд. Фонда «Лютеранское Наследие», 1996.
23.Толстой Л. Четвероевангелие. Соединение и перевод четырех Евангелий. М.: Изд. ЭКСМО, 2007.
24.Святитель Феофан Затворник Вышенский. Начертание христианского нравоучения. М.: Изд. Лепта, 2003.
25.Церковные суеверия. Материалы миссионерской конференции 18 мая 2006 г. СПб.: Изд. Миссионерского отдела Санкт-Петербургской Епархии, 2006.
26.Мудрость Древней Греции. СПб.: Изд. Паритет, 2007.
  • Like
Реакции: 1 человек

Комментарии

Всякому должно испытать и несомненно увериться, истинна ли та вера, которой он держится...
Есть, к сожалению, опасность при таком умственном испытании зайти в тупик и, не найдя удовлетворительного выхода, по этой причине ошибочно отвергнуть веру как не могущую быть истинной. "Фанатикам" в этом смысле проще. ))

И еще. В контексте вашей статьи, наверно, можно было бы упомянуть слова преп. Иоанна Лествичника: Плачущим не прилично богословствовать: ибо этим истребляются их слезы. Богословствующий подобен сидящему на учительской кафедре, а плачущий пребывающему на гноище и во вретище. По сей-то причине, как думаю, и Давид, хотя был учитель и муж премудрый, но когда плакал, отвечал вопрошавшим: како воспою песнь Господню на земли чуждей (Пс. 136, 4), т.е. в страстном состоянии?
 
Здравствуйте, Сергей!
В контексте вашей статьи, наверно, можно было бы упомянуть слова преп. Иоанна Лествичника: Плачущим не прилично богословствовать: ибо этим истребляются их слезы. Богословствующий подобен сидящему на учительской кафедре, а плачущий пребывающему на гноище и во вретище. По сей-то причине, как думаю, и Давид, хотя был учитель и муж премудрый, но когда плакал, отвечал вопрошавшим: како воспою песнь Господню на земли чуждей (Пс. 136, 4), т.е. в страстном состоянии?
Благодарю Вас за упоминание наставления преподобного Иоанна Лествичника. Представленное Вами суждение вполне сопоставимо с высказыванием святителя Григория Богослова, отраженным в статье: «Любомудрствовать о Боге можно не всякому, – Да! не всякому... Присовокуплю еще: можно любомудрствовать не всегда, не перед всяким и не всего касаясь, но должно знать: когда, перед кем и сколько» [4, c. 4-5] (ср. также: «время разбрасывать камни, и время собирать камни» (Еккл. 3, 5)).

Относительно же важности знаний о Боге (и Его отношении к миру), преподобный Иоанн высказывается следующим образом: «Христианин есть тот, кто, сколько возможно человеку, подражает Христу словами, делами и помышлениями, право и непорочно веруя во Святую Троицу» [27, с. 28]. Очевидно, что верить «право и непорочно» можно тогда, когда ясно (а не туманно) представляешь себе то, во что, собственно, веришь. Не случайно эти слова заключены в едином контексте с другими (словами): «Законопреступник есть тот, кто закон Божий содержит по своему злоумию и думает веру в Бога совместить с ересью противною» [27, с. 28].

По поводу же поучения Божьему слову, святой Иоанн Лествичник утверждает: «Душа, которая днем непрестанно поучается слову Божию, обыкновенно и во сне упражняется в том же; ибо сие второе бывает истинным воздаянием за первое делание, для отгнания духов и лукавых мечтаний» [27, с. 275].

Не стоит забывать, что знания необходимо получать под руководством священноначалия: слушая проповедь, посещая Воскресные школы, образовательные курсы, читая Священное Писание и сочинения Отцов. Это же относится и к словам:
Есть, к сожалению, опасность при таком умственном испытании зайти в тупик и, не найдя удовлетворительного выхода, по этой причине ошибочно отвергнуть веру как не могущую быть истинной. "Фанатикам" в этом смысле проще. ))
Спаси Господи!

27.Преподобный Иоанн Лествичник. Лествица, возводящая на Небо. М.: Изд. Ставрос, 2004.
 
Последнее редактирование модератором:
Леонов Алексей Михайлович написал(а):
Не стоит забывать, что знания необходимо получать под руководством священноначалия: слушая проповедь, посещая Воскресные школы, образовательные курсы, читая Священное Писание и сочинения Отцов.
Алексей Михайлович, так ведь в том то и проблема, что по некоторым важным вопросам нет единомыслия даже среди признанных святых отцов, не говоря уже о ныне здравствующих иереях и архиереях. Кому доверять, не понятно. Приходится полагаться на собственный разум и интуицию, но нет никакой уверенности, что они не заведут в болото, как Льва Толстого...
 
так ведь в том то и проблема, что по некоторым важным вопросам нет единомыслия даже среди признанных святых отцов, не говоря уже о ныне здравствующих иереях и архиереях. Кому доверять, не понятно. Приходится полагаться на собственный разум и интуицию, но нет никакой уверенности, что они не заведут в болото, как Льва Толстого...
Сергей, в учении Святых Отцов и действительно встречаются расхождения во мнениях. Но это не касается положений, определяемых Вселенской Православной Церковью как непререкаемых, а имеет отношение, главным образом, к области «теологуменов» — частных богословских воззрений. Подобные суждения следует воспринимать именно как мнения, — благочестивые, авторитетные, но всё же допускающие определенные (как правило — непринципиальные) вариации.

Возьмите, к примеру, предположение святого Ефрема Сирина, касающееся будущей участи грешников: «Мое дерзновение не смеет простираться далее сказанного мной. Но, может быть, найдется кто-нибудь дерзновеннее меня, и он скажет, что незнающие и неразумные, которые грешили по неведению, должны, однако же, понести наказание как виновные, и благий поселит их подле рая, и будут они питаться от райских крупиц» [28, т. 3, с. 164-165]. Вчитайтесь в сопроводительный комментарий, содержащийся в сочинени святителя Григория Нисского: «Истинное о сем учение сберегается в тайных сокровищах премудрости и тогда сделается явным, когда самим делом изучим тайну воскресения... всякий помысел, гадательно касающийся будущего состояния, окажется ничтожным, когда ожидаемое совершится с нами на опыте» [29, т. 1, с. 145]. Здесь очень уместна осторожность в оценках.

Встречались, правда, у Отцов и отступления, но они не воспринимаются Вселенской Церковью как истина. Так, например, отдельные сочинения блаженного Феодорита Кирского были осуждены на V Вселенском Соборе. Не признается бесспорным и учение блаженного Августина Иппонского о соотношении благодати и роли человека в деле созидания спасения. К подобным рассуждениям нельзя не относиться критически...

Порою разрешению отдельных недоумений Отцы уделяли немало трактатов (ссылаясь в них на мнения предшественников, обогащая собственными мыслями). Нередко ответам на сложные вопросы посвящались заседания Поместных или даже Вселенских Соборов.

Что же касается критерия, определяющего истинность того или иного утверждения, приведу наставление преподобного Викентия Лиринского (V в.): «Как же поступить православному христианину, когда какая-нибудь частица Церкви отсечется от общения со всеобщей верой? Как иначе, если не предпочесть зараженному и поврежденному члену здоровье всего тела? А если вновь явившаяся какая-нибудь зараза покусится пятнать не частичку уже только Церкви, но всю вместе Церковь? И тогда он должен позаботиться пристать к древности, которая не может уже быть обольщена никаким коварством новизны. А если в самой древности узнана будет погрешность двух или трех человек или одного какого-нибудь города, или даже одной какой-нибудь области? Тогда он всемерно должен постараться — безрассудству или невежеству немногих, где бы ни были они, предпочесть решения древле-всеобщей Церкви вообще. А если что-нибудь таковое откроется там, где нельзя найти такого решения? Тогда он должен постараться сличить между собой и обсудить собранные мнения предков, тех только, которые, хотя (жили) в разные времена и в разных местах, но непременно пребывали в вере и общении с единой кафолической Церковью и были уважаемыми учителями, и если дознает что, касательно возникшего вопроса, не один только или двое, но все вместе единодушно содержали, передавали в письмени, сообщали живым голосом открыто, часто, твердо, то пусть уразумеет, что этому должно верить без всякого сомнения» [30, с. 20-21]

Благодарю за вопрос!


28.Преподобный Ефрем Сирин. Творения преподобного Ефрема Сирина (в 4-х томах). Изд. Единецко-Бричанской Епархии Молдавской митрополии Московского Патриархата, 2003.
29.Святитель Григорий Нисский. Догматические сочинения. Краснодар: изд. Текст, 2006.
30.Преподобный Викентий Лиринский. О Священном Предании Церкви. СПб.: Изд. Свиток, 2000.
 
Последнее редактирование модератором:
Сергей Н написал(а):
Есть, к сожалению, опасность при таком умственном испытании зайти в тупик и, не найдя удовлетворительного выхода, по этой причине ошибочно отвергнуть веру как не могущую быть истинной. "Фанатикам" в этом смысле проще. ))
[/B]
фанатиками впервые назывались первые христиане, которых римляне не смогли сломить и заставить отречься от Христа ни пытками, ни угрозами смерти. Римские суды выносили непоколебимым христианам смертные приговоры, в которых обозначали их фанатиками (одержимыми божеством).

Все мученики первых веков христианства - фанатики. Апостолы, даже Пётр и Павел - фанатики.

Простой рядовой христианин, мирянин, стойко исповедывающий веру свою в Бога Спасителя даже перед лицом ужасных мучений и мучительной смерти - это фанатик.

А христианин, перед лицом смерти, мучений, страданий, унижений отвергающий Христа, - это лицемер.

___________

вот и думайте теперь, кому на самом деле легче.
 
фанатиками впервые назывались первые христиане, которых римляне не смогли сломить и заставить отречься от Христа ни пытками, ни угрозами смерти. Римские суды выносили непоколебимым христианам смертные приговоры, в которых обозначали их фанатиками (одержимыми божеством).
Все мученики первых веков христианства - фанатики. Апостолы, даже Пётр и Павел - фанатики.
Простой рядовой христианин, мирянин, стойко исповедывающий веру свою в Бога Спасителя даже перед лицом ужасных мучений и мучительной смерти - это фанатик.
А христианин, перед лицом смерти, мучений, страданий, унижений отвергающий Христа, - это лицемер.
Незарегистрированный, вы неправильно понимаете смысл слов "фанатик" и "лицемер".
 
Какой своевременный вопрос поднят, особенно сегодня, когда у Апостола читаем о "познании Сына Божия" и возрастании "в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова". Особенно радует, что в этом очерке я почти все поняла :) Темы поднимаются очень интересные, но вот освещение, Вы уж простите меня Алексей Михайлович, часто явно не для средних умов. Не могу не согласиться с Сергеем по поводу отсутствия единомышления у иереев. Я говорю не о богословских вопросах, конечно, а о самых злободневных, которые составляют, так сказать, повседневную жизнь христианина: читать в поминание Псалтирь или лучше поостеречься, как часто исповедоваться и причащаться Св.Таин, как готовиться к исповеди и т.п. Вот у нас в приходе 2 священника, один постарше, другой помоложе. Один говорит на проповеди причащаться раз в месяц, другой - и раза в неделю мало, один, принимая исповедь, в каком-то вопросе проявляет особую скурпулезность, другой говорит, что это не грех вовсе, и что больше этого на исповеди говорить вообще не нужно. Как у врачей - у каждого свое мнение и рецепт. Это очень все усложняет, особенно для тех, кто не имеет духовного руководителя. Вы скажете, наверное, что надо бы ходить на исповедь к одному священнику, но практически это трудно осуществимо, да и как разобраться, к какому именно? Есть женщины у нас, которые всегда ссылаются на то "благословляет" или нет их батюшка на то или на это, причем при этом говорят о таких вещах, о которых мне, например, было бы неприлично и спросить, так как это вообще ерунда какая-то, я бы просто постеснялась время у человека отнимать. И потом, это же гораздо проще - спросить мнения и сделать так, как сказано, а не мучаться испытанием собственной совести. Мне это кажется малодушием каким-то. Я человек в погонах, у нас это называется спихиванием ответственности за принятое решение, есть даже товарищи в звании майора и выше, которые по каждому пустяку беспокоят вышестоящих, чтобы потом, если что не так, на них все свалить. Вот и получается, то, о чем Сергей писал, что, во-первых, единодушного мнения "вот-так-и-не-иначе" все-равно не найдешь, а всю меру ответственности нести все же самому. Вот от этого, мне кажется, и ищут люди старцев, мнению которых можно было бы всецело довериться.
 
В настоящее время Православная Церковь нередко подвергается нападкам со стороны разного рода недружелюбно настроенных "сил" и отдельных людей. Сталкиваясь с определенными трудностями в деле уязвления Православия в целом («на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18)), «обвинители» выделяют особые направления деятельности, в числе которых не последнее место занимает огульная критика высшего священноначалия (ср. Святейший Патриарх Алексий II: «Со времен апостолов в Церкви Христовой епископы, как апостольские преемники, подают народу Божию благодатные дары Святых Таинств. “Без епископа нет Церкви, - говорит священномученик Игнатий Богоносец, - где епископ, там должен быть и народ, так же, как где Иисус Христос, там и соборная Церковь”» [2, с. 7]).

Непонятной и странной представляется в данной связи реплика одного из постоянных участников деятельности сайта «Православная энциклопедия Азбука Веры», удаленная администрацией портала. Так, на ответ, озвученный мною по поводу вопроса, заданного в одном из комментариев: «Не стоит забывать, что знания необходимо получать под руководством священноначалия: слушая проповедь, посещая Воскресные школы, образовательные курсы, читая Священное Писание и сочинения Отцов», автор удаленного замечания пишет:
Нашел тут... в дневниках.
Вот что подано как абсолютное суждение:
Цитата:
Не стоит забывать, что знания необходимо получать под руководством священноначалия: слушая проповедь, посещая Воскресные школы, образовательные курсы, читая Священное Писание и сочинения Отцов.
...
Ну, для начала... Законным священноначалием были некогда еретики-патриархи Константинопольские Пирр, Сергий, Павел, Петр, римский папа Гонорий, патриарх Антиохийский Макарий (см.правило 1 Шестого Вселенского Собора). Всех их Церковь анафематствовала. Но, однако ж, все перечисленные, находяись при должностях, что-то проповедовали, чему-то-то учили...
...
Соответственно, будем помнить, чтоЦитата:
"знания нужно получать под руководством священноначалия"

- утверждение относительно верное... не более того.
...
Знания нужно получать под руководством Церкви. Вот это уже будет утвреждение абсолютно верное.
...
Разница есть. И очень большая.
Лукавый оборот "под руководством священноначалия" может заставить ошибочно веровать, будто священноначалие и есть Церковь.
Итак, что, собственно, представляется неясным автору аннулированной реплики? И почему, вдруг, указание на то, что изучением веры следует заниматься под руководством священнослужителей, видится ему не только непонятным, но и «лукавым»? Разъяснения представлены в следующих (его) выражениях:
Предварительно можно отметить два момента. В Церкви, как и в марксизме, относительным критерием истины, поверяющей путь к истине абсолютной, является практика, в нашем случае практика Церкви (ибо помним, что "абсолютная" Истина-то одна, это Господь).
Практика Церкви утверждала соборы как соборы (Вселенские и иные), а не наоборот - соборы диктовали Церкви какие-то положения и догматы. Вспомним фальшивые соборы, которых Церковь не признала - например, Константинопольский собор 754 года, титуловавший себя "вселенским" (анафематствованный в 787 г. на 7 ВС), или еще более интересный случай - Антиохийский собор 341 года, который по сути дела оправдал Ария, принял арианские вероучительные формулы и даже титуловал себя "вселенским". Церковь подошла к деяниям собора с большим разбором. Догматические ереси собора она отвергла, однако правила признала вполне полезными, и все желающие могут найти их сейчас в Книге Правил под названием "Правила святаго поместнаго Собора Антиохийскаго"....
Что же следует ответить человеку на вопрос: «где я могу изучить основы православной культуры и веры?», если не то, что обучение лучше осуществлять в тех заведениях, которые окормляются архипастырями и пастырями Церкви (то есть священноначалием). Почему? Потому, что именно при таком положении вещей существует определенная (пусть даже и не абсолютная) гарантия того, что преподаваемые в данных заведениях богословские дисциплины, преподаются в соответствии с руководственным указанием Церкви, осуществляющей надлежащий контроль через конкретных уполномоченных лиц (иерархов-священноначальников: архипастырей, пастырей). Конечно, отдельные ошибки возможны и там: их следует своевременно обнаруживать и исправлять (что, собственно, и делается).

Однако, по мнению автора реплики (если я его правильно понял) получается: куда не кинь, везде — клин: поскольку чреда иерархов отмечена тенью еретиков (см. выше) и, следовательно, отдельный иерарх, будь то епископ, на территории епархии которого находится храм или школа, ректор, преподаватель, инспектор, не являются непогрешимыми в отношении истины, постольку и моя рекомендация о необходимости обучения под руководством священноначалия (то есть конкретных епископов и священников) осмысливается им с одной стороны как "относительно верная", а с другой - как (потенциально(?)) «лукавая». «Знания нужно получать под руководством Церкви», а не священноначалиянастаивает он. Но что это за руководство, как не руководство, реализуемое через конкретных людей (то есть священноначалие), автор не объясняет.

Что же касается вывода «Лукавый оборот "под руководством священноначалия" может заставить ошибочно веровать, будто священноначалие и есть Церковь», то этого из моей цитаты, как и из публикации в целом, не следует...

Я признателен автору реплики за внимание к проблематике, затронутой в статье. Спаси Господи!

Леонов А. М.
 
Уважаемый профессор! Я не заметил раскрытия самой темы Вашей статьи "можно ли мирянам "богословствовать"?" Само собой понятно, что нужно изучать вероучительные истины(о чем Вы и пишите). Но ведь изучать и богословствовать это разные вещи? Когда я другим буду говорить то, что пропустил через себя, изучая Писание, не победив в себе страстную природу, а значит искажая смысл(беря на душу грех за слова), вот тогда я и буду богословствовать. Ведь так я понимаю?
С другой стороны, если я буду цитировать только святых отцов и Священное Писание, и не буду говорить от себя ни слова, то разве это будет называться богословствованием? Мне трудно выражаться словами, так как я очень косноязычен, но надеюсь Вы поняли меня, что я хотел спросить? Спаси и сохрани, Господи!
 
Сергей Н написал(а):
Незарегистрированный, вы неправильно понимаете смысл слов "фанатик" и "лицемер".
я - зарегистрированный. Просто долго набирал текст.

Ну, допустим, да, неправильно понимаю смысл слов. Тогда доведите до меня, как на самом деле надо понимать правильно.

И ещё скажите мне, на какие неполадки во мне указывет данное моё неправильное понимание.
 
Алексей Михайлович, полагаете ли вы, что мирянам просто придётся богословствовать? По причине ряда понятий, которых никак не обойти даже простому человеку. Например, понятие о личности. Чтобы уяснить понятие о личности, христианам необходимо уяснить именно богословское понятие о личности, которое, я уверен, разительно отличается от понимания "личности" психологами и философами.
Но ради того, чтобы усвоить богословское понимание "личности", мирянину придётся окунуться в чистое богословие.
 
Здравствуйте!
полагаете ли вы, что мирянам просто придётся богословствовать? По причине ряда понятий, которых никак не обойти даже простому человеку. Например, понятие о личности. Чтобы уяснить понятие о личности, христианам необходимо уяснить именно богословское понятие о личности, которое, я уверен, разительно отличается от понимания "личности" психологами и философами.
Но ради того, чтобы усвоить богословское понимание "личности", мирянину придётся окунуться в чистое богословие.
Думаю, споры на тему «уместно ли мирянам заниматься "богословствованием"?» зачастую вызываются неверным пониманием этого термина. «Богословствование» как особого рода служение, связанное, например, с миссионерской, апологетической, катехизаторской, преподавательской деятельностью, подразумевает не только желание и стремление следования за Христом, активное участие в общецерковной жизни, но и необходимость определенных знаний и навыков, особого благословения.

Однако же это не означает, что человек, не имеющий специального богослоского образования, не может рассуждать о предметах нраво- и вероучения. Так, например, не всякий родитель, являющийся христианином, — (дипломированный) "богослов". Тем не менее каждый родитель-христианин обязан преподать ребенку христианское воспитание. В процессе такого воспитания он вынужден давать те или иные наставления, советы, рекомендации, связанные с веро- и нравоучением Церкви (а значит, и с богословием). Это, конечно же, требует знаний родителя и подразумевает духовное руководство священника...

Разумеется, что проблематика христианского взаимообщения, подразумевающего беседы о вере, не ограничивается отношениями между родителями и детьми...

Спаси Господи!
 
Золотые слова Феофана Затворника: "Некто обратился к Господу с вопросом: «Учитель благий! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?» Что вынудило этот вопрос? Разве не было писаний? Разве не читали всякую субботу закона для всех? Было все — и Писание, и толкователи его; но в обществе ходило кругом разномыслие и сбивало с толку. Фарисеи говорили одно, саддукеи — другое, ессеи — свое, самаряне — свое; в Галилее же, может быть, и языческие учения слышались, и всякий выставлял свое тоном убеждения. Ревнующий о спасении, естественно, приходил к вопросу: как же быть, чему следовать, чтоб не погубить души своей? Положение наше очень похоже на тогдашнее. Каких-каких у нас ни ходит учений и в школах, и в обществе, и в литературе! Индиферентисту это нипочем; а для кого не все одно, какому учению ни следовать, тому нельзя не поискать решения: как же быть? Итак, какое же решение на это? Такое же, какое дал Спаситель: веруй и живи, как Бог повелел, а людских толков не слушай; пусть говорят. И говор ученых похож на молву и моду: ныне одно, завтра другое, ты же внимай одному глаголу Божию, пребывающему во веки. Что Господь повелел, того никакое мудрование отменить не может. Все неотложно и надо все исполнять. Суд ведь будет по слову Господа, а не по умствованиям нашим."
 
Новорождённый христианин
Извините, ознакомился с вашими публикациями. Голова вошла в штопор узнал про какие-то разногласиях межу святыми отцами, что на соборах не приняли, осудили какие-то догмы. Меня поразили ваши познания в патрологии. Вы знаете, почувствовал себя таким маленьким корабликом нет быстрее шлюпкой между большими нефтеналивными танкерами, стоящими в порту. Узнал о разномыслие, о разногласие, хотя думал что это одно и тоже «что на уме то и на языке, как не держи все равно выскочит». Подымаете такие глобальные вопросы, молодцы, потреиреи отдыхают. Так и не понял, что вы имеете виду под словом богословствовать. Я, да наверно не только, понимаю его, как говорить о Боге. Да если б миряне не говорили о Боге то мы свами поверти, сидели во тьме. Есть слова умствование в современном понимании собственные ума заключения, так лудщее Павла не скажешь. Но как они, познав Бога, не про¬славили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце;
называя себя мудрыми, обезумели, Но дальше по тексту надеюсь, вы знаете.
Братья лучше подскажите, как мне искоренить зависть, раздражительность, злобу на ближнего, как приобрести любовь к людям, как научится избегать осуждения других. Поделитесь опытом если такой имеете. Может, подскажите, что почитать у наставников Отцов говорят у них такого много. А вы мне о каких-то разногласиях. Хочется к небу а тут опять в корыто тыкают .Да вы уж прошейте если что не так. Храни нас Бог от нас самих.
 
А вы мне о каких-то разногласиях. Хочется к небу а тут опять в корыто тыкают .
.
Разногласия - отчего же им не быть? без них никак:
Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные. (1Кор.11:19)
 
Александр Станиславович я совсем не против разномыслия. Но и разделять верующих крестьян на мирян прихожан итд, наверно не совсем правильно да их можно разделить, но наверно только на братьев и сестер. От одной крови Он про¬извел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас:(Деян.17:26-27) а помочь им ощутить и найти Его задача тех кто Его знает. Хотя бы потому что мы все родственники. И наверно всё же эту задачу преследовали Святые, когда хотели показать нам свой путь к Богу. Вы знаете, если можно поделюсь своими наблюдениями, на днях спросил у троих человек как пройти в продовольственный магазин, хотя сам знал дорогу, и все ответили по-разному, я даже не стал пытаться идти по их дорогам тем более по всем одновременно. Думаю, вы бы поступили также. А если учесть что путь к Богу это направление в одну сторону и через одну дверь. И хотя дверь одна и за частую её видно хорошо ,почему-то начинаешь выбирать какой-то обходной путь и начинаешь думать что он самый правильный и самый короткий. И обвинять кого-то в своём выборе, думать что кто то не так мне что то рассказал. Наверно далеко не правильно. И согласитесь после ознакомления со статьёй чествуешь себя как-то не ловко , бут то в какой-то западне, во круг одни волки. В место того что б поделится чем ни будь хорошим истолковать какое ни будь место из Евангелия, вот для меня например много ещё белых пятен. Например, что имел ввиду Павел, когда говорил « я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти,»(Рим9;3 ).Если можно поясните, буду благодарен. Да если что не так прошу меня простить я не кого не желал обидеть, может я что то понимаю не правильно буду рад если вы что поправите, подскажите . Спасибо. Храни вас Господь.
Новорождённый христианин
 
Вера в нашу веру, то есть убеждение в истине православного христианского исповедания, должна быть разумная.
Алексей Михайлович, казалось бы, правильные слова, я и сам так думал до недавнего времени. Но в жизни всё оказывается не так просто. К примеру, я вижу в православном учении явные нестыковки, которые никто не может удовлетворительно объяснить (я говорю не о частных мнениях по отдельным вопросам, а о принципиальных логических противоречиях в общепринятых взглядах). Какой же вывод я должен сделать по результатам своего исследования? Должен ли я отвергнуть православие, посчитав, что оно не выдержало проверку на внутреннюю непротиворечивость?.. или же я должен закрыть глаза на выявленные нестыковки? Оба варианта мне кажутся одинаково неприемлемыми, но и нормального выхода я тоже не вижу. В итоге не понятно, какая польза от всех моих попыток осмысленного изучения веры, если результатом стала лишь смута в душе...
 
Цитата "Такой светлости ума мы можем достигнуть только двумя способами: первый, и более необходимый, есть молитва, которою надлежит умолять Духа Святого, да благоволит Он излить свет Божественный в сердца наши, что, наверное, и сотворит Он, если воистину будем мы искать единого Бога, если искренно будем ревновать о том, чтоб во всем поступать по воле Его, и если в каждом деле будем охотно подчинять себя совету опытных духовных отцов наших и ничего не делать без вопрошения их." Кто не хотел бы иметь просвещение ума? Но оказывается, что это не так просто. Почему? Даже если будешь и возносить молитвы к Богу почему не приходит просвещение, мне так и не понятно. Меня не будем брать в пример , ибо во мне ничего нет хорошего. Но и я хотел бы не прочь быть просвещенным, Божественным осветлением моего ума, чтобы жить по воле Его. Ибо я хоть и не достоен Его милости ,но тоже желаю быть в числе хотя бы наемников Его. Вот как Он обратил меня и поднял на Свои плечи вынося из той смрадной жизни в которой пребывал я прошло уже двенадцать лет. А что изменилось со мной? Я не знаю. Боюсь ,чтобы не стать на путь фарисейства или какой иной путь заблуждения. Да, сегодня просто не возможно найти опытных руководителей Церкви которые смогли бы указать правильный путь шествия к Богу. Поэтому охотно подчинять себя совету "опытных"духовных отцов наших ,мне уже не хочется, после того как от "этого совета" я получил большой вред своей душе и телу. Может действительно у кого есть опыт практический ,помогите и помолитесь о мне грешнем ,чтобы Господь и меня не отверг и не услышать мне приговор:"Не знаю тя" .Спаси Бог и помоги нам немощным!
 
Последнее редактирование модератором:
Да, сегодня просто не возможно найти опытных руководителей Церкви которые смогли бы указать правильный путь шествия к Богу. Поэтому охотно подчинять себя совету "опытных"духовных отцов наших ,мне уже не хочется ,после того как от "этого совета" я получил большой вред своей душе и телу. Может действительно у кого есть опыт практический ,помогите и помолитесь о мне грешнем ,чтобы Господь и меня не отверг и не услышать мне приговор:"Не знаю тя" .Спаси Бог и помоги нам немощным!
Здравствуйте, Василий! Вынужден Вас поправить: приведенная Вами оценка — ошибочна. Подчеркну, что случаи лженаставничества (лжестарчества, младостарчества), о которых вы пишете, не являются отображением общего положения вещей; а являются исключением из того возвышенного строя жизнедеятельности Церкви, который заповедан через апостолов Господом Иисусом Христом.

Вы утверждаете (повторюсь) будто "сегодня просто невозможно найти опытных руководителей Церкви, которые могли бы указать правильный путь шествия к Богу". Но разве же можно, исходя из ошибочности действий отдельного духовного наставника (даже если эти действия и действительно оказались ошибочными)), переносить свое личное недоверие на всех пастырей Церкви вообще?

Вероятно, Вам, в разрешении ваших сомнений, сможет помочь рекомендация, данная в свое время известным святителем Игнатием (Брянчаниновым), который, с одной стороны, достаточно резко высказывался относительно недостойных руководителей, а с другой стороны, предупреждал пасомых об опасности желания самостоятельного достижения спасения.
Так, в одном месте святитель Игнатий свидетельствует: «...То, что сказано об отшельничестве и затворе, должно сказать и о послушании старцам в том виде, в каком оно было у древнего монашества: такое послушание не дано нашему времени. Преподобный Кассиан Римлянин говорит, что египетские Отцы, между которыми особенно процветало монашество и приносило изумительные духовные плоды, “утверждают, что хорошо управлять и быть управляемым свойственно мудрым, и определяют, что это — величайший дар и благодать Святого Духа”.Необходимое условие такого повиновения — духовный наставник, который бы волею Духа умерщвлял падшую волю подчинившегося ему о Господе, а в этой падшей воле умерщвлял и все страсти. Падшая и растленная воля человека заключает в себе стремление ко всем страстям. Очевидно, что умерщвление падшей воли, совершаемое так величественно и победоносно волею Духа Божия, не может совершаться падшею волею наставника, когда сам наставник еще порабощен страстям. “Если ты хочешь отречься от мира, — говорил святой Симеон Новый Богослов современным ему инокам, — и научиться евангельскому житию, то не передай (не поручи) себя неискусному или страстному учителю, чтоб не научиться, вместо евангельского жития, диавольскому житию, потому что благих учителей и учительство благое, а злых — злое» [31, т. 5, с. 63-64].
Однако в другом месте он учит: «Оказывай настоятелю и прочему монастырскому начальству нелицемерное и нечеловекоугодливое послушание, послушание, чуждое лести и ласкательства, послушание ради Бога. Оказывай послушание всем отцам и братиям в их приказаниях, не противных Закону Божию, уставу и порядку монастыря и распоряжению монастырского начальства. Но никак не будь послушен на зло, если б и случилось тебе потерпеть за нечеловекоугодие и твердость твою некоторую скорбь. Советуйся с добродетельными и разумными отцами и братиями; но усваивай себе советы их с крайнею осторожностью и осмотрительностью. Не увлекайся советом по первоначальному действию его на тебя! По страстности и слепоте твоей иной страстный и зловредный совет может понравиться тебе единственно по неведению и неопытности твоим или потому, что он угождает какой-либо сокровенной, неведомой тобою, живущей в тебе страсти. С плачем и сердечными воздыханиями умоляй Бога, чтоб Он не попустил тебе уклониться от Его святой воли к последованию падшей человеческой воле, твоей или ближнего твоего, твоего советника. Как о своих помыслах, так и о помыслах ближнего, о его советах, советуйся с Евангелием» [31, т. 5, с. 68].

P. S. Рекомендую также ознакомиться со статьей:
Что такое лжестарчество?

Помоги Вам Господь!

31.Святитель Игнатий (Брянчанинов). Полное собрание творений. М.: Изд. Паломник, 2003.
 
Последнее редактирование модератором:
Спаси Бог и Вас дорогой Алексей Михайлович за ваше внимание ,что нашли время и мне отписать ответ исполняя этим свой христианский долг.Верю,что не оставит без внимания Всемилостивый Бог всех ,кто печется в оказании помощи ближнему.Да, Вы правильно заметили , что на первоначальных ,находящихся в духовной слепоте(в которой я и находился и возможно нахожусь)и был использован я,отдавшись и полностью доверившись духовнику;который подчинил мою волю в рабство ,в хужее чем я находился.Я думал ,что так и должно быть.А сколь подобных мне находятся в рабстве у духовников.Приходилось мне это видеть и больно смотреть на человеческую доверенность ,в какую кабалу они себя загнали,доверевшись первому попавшему духовнику.Я всю оставшуюся жизнь буду благодарить своего Спасителя,который вывел меня с этого рабства.На то время у меня возростали четыре сына .И что хорошего мог я предоставить им в пример наступающей мирской суете всех стихий.Ничего.Порой доходило до развода супружеской жизни.И с болью мне теперь приходится вспоминать те дни моего заблуждения.Ваша статья "что такое лжестарчесво "была мною прочитана.Но на первых порах моего возвращения к Богу,этого мне было не понять.Да,я полностью не отвергаю ту вашу позицию о наставниках.Конечно есть наставники и Богом одаренные и живущие по Евангелию.Хочу и сам я с Божьей помощью жить по наставлениям Христа.Но как это тяжело и часто берут сомнения ,что не выдержу тех нападок лукавого,которыми он одолевает меня. Все перечисленные Святые писания Святых Отцев в свое время я прочитывал.Назидательно помню,но не все исполняю.Постигают большие искусы со стороны иных духов и человеков. Еще раз благодарю за Ваши труды.Прошу Ваших молитв в преодолении всех искушений и помощи в житии по Евангелию.
 

Информация о записи

Автор
Леонов Алексей Михайлович
Просмотры
9.374
Комментарии
20
Последнее обновление
Сверху