Недооцененный Иосиф...

Опубликовал священник Константин Пархоменко в блоге «священник Константин Пархоменко». Просмотры: 9211

50 заметок о Святой Земле
20: Недооцененный Иосиф...

Иосиф Обручник… Личность, которой в Православной Церкви не уделяется, чего греха таить, достойного внимания. А ведь именно он воспитывал как отец Иисуса. Только на миг представьте, что они, вместе с Пресвятой Богородицей, привили Иисусу все те человеческие качества, которым учат сына родители. А в каком-то смысле его влияние на Иисуса было дальше большим, чем влияние Матери, как это всегда бывает между отцом и сыном…

Давайте коснемся этой грани: каким бы мы увидели Иисуса, если бы оказались на берегах Галилейского озера в 29 году 1-го века.

Мы бы увидели крепкого, высокого тридцатилетнего мужчину в полном расцвете жизненных сил.
На нем надета длинная тонкая шерстяная рубашка, схваченная кожаным поясом, в котором хранятся деньги. Поверх рубашки – свободная одежда, похожая на халат. К краям верхней одежды пришиты голубые кисточки – «канафы», которые говорят о благочестии человека. (Когда некая кровоточивая женщина прикоснется к краю ризы Христовой, она прикоснется именно к этим кистям, названным в славянском переводе воскрилиями.)
На плечи Иисуса наброшен плащ. На ногах у Него – простые кожаные сандалии: подошва привязана к ноге кожаными шнурками; вокруг головы обернута длинная полоска шерстяной ткани – тюрбан. Иисус много ходит, и поэтому с Ним всегда посох, облегчающий путешествие и служащий защитой на случай нападения диких зверей или диких людей.

Иисус был галилеянином. Население Галилеи трудолюбиво и весело. Галилеяне вспыльчивы, но всегда искренни. Эти люди обладают горячей религиозностью. Вместе с тем, они религиозно терпимы – Галилея соседствует с Самарией и языческими областями.

Иисус говорит лаконично и ярко. Когда современные специалисты перевели дошедшие до нас на греческом языке речения Иисуса на Его родной, арамейский, язык, они, к своему изумлению, увидели, что Он говорил почти стихами:

Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить,
ни для тела вашего, во что одеться.
Душа не больше ли пищи, и тело одежды?

Взгляните на птиц небесных:
они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы;
и Отец ваш Небесный питает их.
Вы не гораздо ли лучше их?

…И об одежде что заботитесь?
Посмотрите на полевые лилии,
как они растут: ни трудятся, ни прядут;
но говорю вам,
что и Соломон во всей славе своей
не одевался так, как всякая из них (Мф. 6: 25-29).

Русский перевод не может показать нам всей красоты того, как это прозвучало тогда, две тысячи лет назад…
Меткие сравнения, богатый образами язык.

Иисус – вдумчивый, внимательный человек. Он размышляет о тайнах природы, о скрытых процессах которые происходят, например, с зерном, брошенным в землю, с ветром, приходящим с края земли. Он обращает внимание на то, мимо чего проходят другие. В каждом Его слове, каждом жесте – большая любовь к миру, в котором живет Иисус, к людям, которые Его окружают:
Царствие Божие подобно тому, как если человек бросит семя в землю, и спит, и встает ночью и днем; и как семя всходит и растет, не знает он, ибо земля сама собою производит сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе (Мк. 4: 26-28).
И сразу перед мысленным взором встает образ труженика, иудейского крестьянина, доверяющего Богу, установившему незыблемые законы природы. Эти законы действуют вне зависимости от нас. Спим мы или бодрствуем, Божий мир живет своею жизнью, процессы запущенного Божьей рукой великого механизма нашего мироздания происходят без сбоев…

О чем бы Иисус ни говорил, Он предпочитает язык конкретных представлений и образов общим или отвлеченным суждениям. Так, вместо того чтобы сказать: «Милостыню не подают напоказ», Он говорит: Когда творишь милостыню, не труби перед собою (Мф. 6, 2). Желая сказать, что человеческие отношения гораздо важнее религиозных обрядов, Он прибегает к образу: Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой (Мф. 5: 23-24).

Речь Христа полна мягкого юмора, гипербол, сравнений. Он говорит так, что от Него невозможно отвести глаз, невозможно перестать слушать…
Ещё сказал: чему уподоблю Царствие Божие? Оно подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло всё (Лк. 13: 20-21). Слушатели улыбаются, зачем женщина замесила сразу пятьдесят килограммов теста?
Или это: И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? (Мф. 7, 3)
А вот это: Вы – соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям (Мф. 5, 13). Соль в жарком восточном климате – это не просто вкусовая добавка, это и консервант. Ее вкладывали в продукты, чтобы они не прокисали и не протухали. И когда Спаситель говорит, что ученики – это соль нашего мира, он имеет в виду, что христиане показывают этому миру пример чистой и праведной жизни, предохраняют мир от нравственной порчи и гибели. Все это –образы, совершенно понятные для слушателей Христовых. Обратите внимание на нюанс, который потерян в нашем переводе, но содержится в оригинале, – Христос не сказал: Если же соль потеряет силу, Он выразился так: «Если соль станет глупой (или сойдет с ума), чем ее осолить?»

Множество метких зарисовок, подмеченных жестов, таких привычных… Вы свет миру, – говорит Христос ученикам. И дальше – совершенно очевидная мысль: И, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме. В то время дом состоял из одной комнаты, и с наступлением сумерек зажигали светильник и помещали его в подсвечник, подвешенный к потолку. Когда хотели погасить лампаду, ее просто накрывали горшком. Это так понятно и так привычно слушателям. Вот и вы, говорит Христос, Богом зажжены. Не гасите свет, который Бог в вас зажег, не накрывайте его сосудом. Светите перед людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф. 5, 14сл.).

Рисуя отношения человека с Богом, Спаситель говорит о том, что мы дети Божии, и Господь относится к нам с той же ласкою и заботой, как отец к любимому чаду
Есть ли между вами такой человек, – говорит Спаситель, – который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? и когда попросит рыбы, подал бы ему змею? (Мф. 7: 9-10)
Возникает образ: отец, который обманывает ребенка. Малыш просит хлеба, а отец протягивает ему каменную лепешку, которых немало в Палестине и которую можно легко принять за хлеб. Или более страшное: отец протягивает ребенку ядовитую рыбу-змею…
Это невозможно? Страшно даже подумать о таком отце. И в еще большей степени этого невозможно помыслить о Небесном Отце: Итак если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него (Мф. 7: 11).


Невозможно переоценить то, что дал отец, пусть и мнимый, Иисусу. И, тем не менее, остается странное двойственное чувство, как будто Евангелия что-то не договаривают.
Почему Иосиф нигде, кроме рассказов о детстве Христа, не упоминается? Умер? Но об этом тоже ни слова, ни намека. Какой-то заговор молчания…
А что означают слова Христа: Не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и в доме своем (Мф. 13: 57)? Только вдумайтесь в последние слова этой фразы. Они – как ушат холодной воды на благочестивую разгоряченную голову. Неужели Иисуса, Который вырос и пошел по жизни Своим, надо сказать, своеобразным путем, не принимали в доме Его, в Его родной семье?..

А коснуться этой темы я решил вот по какому поводу:
На Святой Земле все чаще стали попадаться иконы, изображающие Иисуса с мнимым отцом Иосифом. Это несвойственно православной традиции. В православии скорее сдержанное отношение к Иосифу. И уж во всяком случае к тому, чтобы как-то объединять Иосифа с Иисусом. У Иисуса один Отец, Тот, Который на Небесах, – и точка.
Впервые такие иконы Святого Семейства мне попали в руки лет двадцать назад. Это были католические иконы. Как раз у католиков есть такой иконографический тип. Но не было и речи, чтобы делать такие иконы в православии. И вот сегодня они становятся все популярней и в православии и продаются в православных лавках. Хорошо это или нет?
Я поднял этот вопрос в поездке с нашими паломниками, и они высказались скорее в пользу того, что это хорошо. В самом деле, не пора ли переоткрыть праведного Иосифа Обручника и его роль в воспитании Иисуса? А может быть, скажет кто-то, это ненужный модернизм? Пусть остается так, как и прежде: место Иосифа – в уголке иконы Рождества Христова, пусть там и сидит в сторонке.

Что вы, дорогие, думаете об этом?

12...1.JPG
Внизу Елеонской горы, вблизи Иерусалима, находится драгоценное для всякого православного христианина место: Гробница Пресвятой Богородицы. Войдем туда, и...

12...2.JPG
...спустимся по ступенькам в залитый светом лампад сказочный храм.

12...5.JPG
На середине лестницы, слева от входа, – маленький придел. Это армянский придел. ]Гроб Иосифа Праведного, Обручника Пресвятой Богородицы и мнимого отца Иисуса.

12...7.JPG
Армянская икона изображает преставление Праведного Иосифа. У одра – Пресвятая Богородица. Такого образа вы точно нигде больше не увидите.

А теперь – несколько фотографий икон, изображающих «Святое Семейство» и отдельно – Иосифа с Иисусом.

12...9.JPG

12...10.JPG

12...11.JPG

12...13.JPG
  • Яна Михайлова
  • Ольга Дашко
  • Яна Михайлова
  • священник Константин Пархоменко
  • Татьяна-Чернышева
  • чтец Николай
  • Яна Михайлова
Вам необходимо войти, чтоб оставлять комментарии