«Супружеские отношения и грань греха». О целях брака

Опубликовал Пётр Д. в блоге «Пётр Д.». Просмотры: 299

«Но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться» (1 Кор. 7: 9).

«Брак дан для деторождения, а еще более для погашения естественного пламени» (свт. Иоанн Златоуст) (1, ч. 2, п. 19).

«Брак есть врачевство, истребляющее блуд» (свт. Иоанн Златоуст) (2: 205).


предисловие

Вопросы брака и семьи издавна занимали умы богословов, философов, психологов, педагогов и юристов, что говорит о важности этой проблемы. Действительно, семьи являются не только «ячейками общества», из которых, в основном, и состоит само гражданское общество, но являются и «малой Церковью». По словам Платона: «…Во всяком благоустроенном государстве первыми законами были законы о брачной жизни, вызванные стремлением навести порядок и устойчивость в столь важное установление, на котором покоится самая возможность государства» (цит. по 4: 11). Святой апостол Павел сравнивает отношения между мужем и женой с отношениями Христа со Своей Церковью (Еф. 5: 22). Свт. Иоанн Златоуст говорит, что «неустройство семьи расстраивает всю вселенную» (цит. по 4. См. «Введение», с. I).

Понятия семьи и брака являются сложными и многогранными и включают в себя религиозные, нравственные, философские, социальные и правовые аспекты. Многие из этих аспектов изложены в библейской и святоотеческой антропологии. «В творениях святых отцов можно найти ответы на многие вопросы, касающиеся брака и семейной жизни. “Добродетель не чуждается супружеской любви… Плодом нежной супружеской любви были и тайнозрители Христовых страданий — пророки, патриархи, иереи, победоносные цари, украшенные всякими добродетелями, потому что добрые не на огороде выросли, а все они — порождение и слава супружества”, — говорит свт. Григорий Богослов» (3: 212).

Вместе с этим, по отдельным вопросам семьи и брака имеются различные, вплоть до противоположных, мнения. Особенно это касается супружеских отношений в области деторождения. Иначе говоря, физических отношений между супругами и связи этих отношений с нечистотой и грехом.

Так блаженный Августин называет чувство физического (полового) влечения «недугом телесного вожделения, болезненной страстью» (12). Свт. Григорий Нисский говорит о естественном зачатии детей как о «скотском и бессловесном способе взаимного преемства» (13: 58, 59. Гл. ХVII). Свт. Игнатий Брянчанинов считает физическое влечение и удовлетворение «наслаждением плотским, скотоподобным» (14: 138).

С другой стороны:

- в Библии воспевается чувство искреннего физического любовного влечения (Прит. 5: 18-20; Песн. 1: 1; 4: 7, 10; 7: 2-11);

- апостол Павел пишет: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время…» (1 Кор. 7: 5);

- свт. Иоанн Златоуст так толкует слова апостола Павла: «апостол Павел говорит: каждый пусть пользуется своею женою (ср.: 1 Кор. 7: 2). И он не стыдится, но входит и садится на ложе днем и ночью, обнимает мужа и жену и соединяет их друг с другом, и громко взывает: не лишайте себе друг друга, точию по согласию (1 Кор. 7: 5)» (10: 647).

В настоящей статье не рассматриваются вопросы брака и семьи во всем их многообразии. Здесь лишь сделана попытка осмысления одного из них, а именно — супружеских отношений. Более конкретно, задачей статьи является рассмотрение данного вопроса, с точки зрения библейской, святоотеческой и научной антропологии. Иначе говоря, попытка систематизации и анализа некоторых тематических высказываний, а также определение истоков (причины) негативного отношения ряда авторов к различным аспектам супружеской близости и естественного способа зачатия ребенка.


О целях брака

§1. О важнейших аспектах жизни семьи прот. Николай Погребняк пишет: «Как видим, Церковь делает акцент на роли института семьи сегодня, причем в числе задач, решаемых через семью, называет и сохранение фундаментальных ценностей в жизни общества. Какие аспекты семейной жизни рассматривало Предание в качестве наиболее значимых?

Источники канонического права (Номоканон, Кормчая книга) называют таковыми соединение мужа и жены в моногамном физическом союзе, совместное их бытие во всей жизни и совместное их участие “в божеском и человеческом праве”. Таким образом, Церковь всегда рассматривала семейную жизнь не только в религиозно-нравственном плане, но также и в природном (физиологическом), социальном и правовом (юридическом)» (3: 211).

М. Григоревский, в книге, посвященной анализу учения свт. Иоанна Златоуста о браке, говорит: «Главною целью христианского брака является не рождение детей, как в вне-христианском браке, но внутреннее духовное восполнение одной личности другою, взаимное содействие в целях гармонического течения земной жизни и нравственного совершенствования. Чадорождение — второстепенная цель брачного союза.

Таким воззрением святых отцов на существо брачного союза обусловливается и взгляд их на брак, как на нерасторжимый на всю жизнь союз. Есть только два случая, прекращающие супружество: смерть, освобождающая оставшегося в живых супруга для второго брака, который хотя и не запрещается, однако, как не соответствующий понятию об истинном супружестве, и не вполне одобряется, и грех прелюбодеяния…

В высшей степени здравы и согласны с учением Спасителя и апостолов и суждения христианских писателей о брачном состоянии. Брачная жизнь установлена Богом и поэтому является делом хорошим и почтенным; в ней, самой по себе, нет ничего худого, но ею могут худо пользоваться. Спасению она не препятствует, хотя при мирских хлопотах, неизбежно связанных с нею, и представляет больше затруднений к достижению его. Посему девство, как свободное от всего мирского, дает возможность лицам, избравшим это состояние, беспрепятственно посвящать все силы на служение Господу. В таком смысле высказывались и восточные и западные отцы Церкви, за исключением блаж. Иеронима, неблагосклонно смотревшего на брачный союз и желавшего весь мир населить девственниками и девственницами…» (4: 80-82).

Прот. Иоанн Мейендорф приводит следующие отличия христианского понимания брака от иудейского: «Ветхозаветное иудейское мышление видело сущность и цель брака в воспроизводстве рода. Продолжение рода было самым очевидным и совершенно необходимым знаком Божьего благословения. Послушание Авраама и его вера в Бога даровали ему обещание обильного потомства: Я благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твое городами врагов своих; и благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего (Быт. 22: 17-18). Это торжественное обещание Авраама объясняет, почему евреи считали бесплодный брак проклятием, тяготеющим над супружеской четой, в особенности над женщиной…

Бог был “Богом живых”, а не мертвых. Но обетование, данное Аврааму, предполагало, что жизнь может стать вечной через потомство, и, следовательно, подчеркивало первенствующее значение деторождения в браке. Нормальным явлением был брак — моногамный и полигамный, но конкубинат (внебрачное сожительство — примеч. пер.) также терпелся и подчас даже одобрялся, как гарантия продолжения рода (Быт. 16: 1-3). Учреждение “левирата” (Быт. 38: 8) предусматривало обязанность мужчины “восстановить семя” умершему брату, женившись на его вдове и тем обеспечивая покойному частично выживание в детях его жены. Моногамия, основанная на вечной любви мужа и жены, существовала при этом как некий идеальный образ, заключенный в истории творения, в “Песни Песней”, в различных метафорах пророков, говоривших о любви Бога к Своему народу. Но этот идеал никогда не был абсолютной религиозной нормой или требованием...

В Новом Завете понимание брака претерпело коренные изменения. Различия тем более явственны, что в Новом Завете использованы категории ветхозаветного мышления для того, чтобы наполнить их новым содержанием. Так, например, нигде в Евангелии не упоминается о том, что деторождение является оправданием брака. Само по себе деторождение является средством спасения лишь тогда, когда оно сопровождается “верой, любовью и святостью” (1 Тим. 2: 15)…

Христианский брак нерасторжим, и это исключает всякие материалистические, утилитарные его истолкования. Союз мужа и жены является самоцелью; это вечный союз между двумя личностями, союз, который не может быть расторгнут ради “продолжения рода” (оправдание конкубината) или защиты родовых интересов (оправдание левирата) …

Новый Завет создал новое понятие о браке и основывается это новое представление на “благой вести” о Воскресении, принесенной Христом. Христианин призывается уже в этом мире воспринять новую жизнь, стать гражданином Царства, а идти по этому пути он может в браке. В таком случае брак перестает быть простым удовлетворением временных природных потребностей и гарантией иллюзорного выживания через потомство. Это — единственный в своем роде союз двух существ в любви; двух существ, которые поднимаются над своей человеческой природой и становятся едиными не только “друг с другом”, но и “во Христе”» (5. Гл. «Иудаизм и Новый Завет»).

Прот. Владислав Цыпин в «Православной энциклопедии» отмечает особенности ветхозаветного брака: «У ветхозаветных евреев религиозным основанием брака почиталась заповедь Божия: “Плодитель и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею” (Быт. 1: 28)”. Чадородие рассматривалось как основная ценность брака. Поэтому допускался полигамный брак (Втор. 21: 15; Суд. 8: 30; 1 Цар. 1: 2 и др.), при этом число жен ограничивалось только имущественным положением мужа. В полигамном браке состояли и святые праотцы: Авраам и Иаков, цари Давид и Соломон. Законом Моисея не запрещалось и наложничество (Втор. 21: 10-14; Суд. 19: 2 и др.)» (59: 149).

В этой же работе говорится и о других целях применительно к христианскому браку: «Взаимное восполнение в брачном союзе служит и вспомоществованию во спасении мужа и жены. Личность и свойства одного супруга восполняются личностью и свойствами другого и тем обуславливают гармоническое раскрытие их духовных сил и способностей; предохранение от распутства и сохранение целомудрия» (прот. Владислав Цыпин) (6: 148-150).

Приведем по данному вопросу рассуждения свт. Иоанна Златоуста:

● «Предоставляя физической стороне нормальный исход в рождении детей, брак в то же время служит и средством к сохранению целомудрия и обуздания беспорядочных влечений человеческой природы. “Две цели, для которых установлен брак: чтобы мы жили целомудренно и чтобы делались отцами; но главнейшая из этих двух целей — целомудрие… Особенно теперь, когда вся вселенная наполнилась нашим родом. Вначале желательно было иметь детей, чтобы каждому оставить память и остаток после своей жизни. Когда еще не было надежды на воскресение…, Бог давал утешение в детях, чтобы оставались одушевленные образы отшедших… Когда же, наконец, воскресение стало при дверях, и нет никакого страха смерти … то и забота о том сделалась излишнею» (цит. по 4: 100, со ссылкой на: Беседа на слова: “блудодеяния ради”… (1 Кор. 7: 2), с. 209, т. III, кн. I);

● «Если рождение детей — второстепенная цель брачного союза, то для супруги — христианки быть или не быть матерью, вопрос, из – за которого в ветхозаветное время завязывалась борьба между женщинами (беседа об Анне I, т. IV, кн. 2, стр.784, 787), в которой материнство считалось победой, неплодие — поражением, — не мог быть вопросом жизни или смерти, в котором бы она видела исключительную цель брачной жизни» (4: 100, 101, со ссылкой на: Беседа LVI на кн. Быт., стр. 601, т. IV, кн. II);

● «Брак дан для деторождения, а еще более для погашения естественного пламени. Свидетель этому Павел, который говорит: Но, во избежание блуда, каждый имей свою жену (1 Кор. 7: 2). Не сказал: для деторождения. И затем собираться вкупе (ст. 5) повелевает он не для того, чтобы сделаться родителями многих детей, а для чего? Да не искушает, говорит, вас сатана. И продолжая речь, не сказал: если желают иметь детей, а что? Аще ли не удержатся, да посягают (ст. 9). В начале брак имел, как я сказал, две вышеупомянутые цели, но впоследствии, когда наполнились и земля, и море, и вся вселенная, осталось одно только его назначение — искоренение невоздержания и распутства; ибо для людей, которые и теперь еще предаются этим страстям, хотят вести жизнь свиней и растлеваться в непотребных убежищах, брак не мало полезен, освобождая их от нечистоты и такой потребности и сохраняя их в святости и честности» (1, ч. 2, п. 19);

Прот. Николай Малиновский так поясняет брак и его цели: «Господь, изливая дары спасительной благодати, необходимые каждому человеку в отдельности для спасения и вечной жизни, благоволил установить особое таинство для тех их чад церкви, которые вступают в брачный союз, дабы чрез благословение и освящение их союза они могли осуществить закон брака в истинном его существе и достигать определенных волею творца целей брака, а брачный союз оградить от влияния греха, искажения и злоупотреблений. Брак, как таинство в церкви Христовой, есть такое священнодействие, в котором, по свободном пред церковью обещании женихом и невестою взаимной супружеской верности, чрез служителя таинств Божиих преподается им свыше благодать, освящающая их брачный союз, возвышающая его в образ духовного союза Христа с Церковью и содействующая им в достижении всех целей брака — взаимному вспоможению во спасении, благословенному рождению и христианскому воспитанию детей» (7: 247. Кн. 2, со ссылкой на: Православный Катихизис).

Митр. Макарий (Булгаков) добавляет к этому еще одну цель, которая появилась после падения человека — «служить обузданием возникших в человеческой природе греховных похотей и врачевством против беспорядочных влечений чувственности» (8: 478) и рассуждает о двух сторонах брака: «Брак можно рассматривать с двух сторон: как закон природы или установление Божие, и как таинство новозаветной церкви, освящающее ныне, по падении человека, этот закон» (8: 476).

По мнению М. Григоревского, свт. Иоанн Златоуст выделяет в браке три стороны: «религиозную, нравственную и физическую, причем последняя, как низшая, подчиняется высшей, духовной. Мужчина и женщина должны явить в своем союзе образ того теснейшего единения, преданности и любви, какая существует между женихом и невестою — Церковью. Следовательно, в христианстве брак является не просто нравственным отношением, но более священным таинством (беседа 56 на кн. Быт., стр. 597. т. IV, кн. II)» (4: 101).

Ректор Православного Свято-Тихоновского Богословского института прот. Владимир Воробьев полагает, что «Изучая таинство брака, необходимо обратиться к истории. Ветхозаветное учение о браке исходит из совершенно других представлений, чем новозаветное. Там было представление о том, что вечная жизнь возможна для человека в его потомстве, и не было достаточно ясного учения о Царствии Божием, о жизни будущего века. Евреи ждали Мессию, который придет на землю, устроит некое царство, где евреи будут господствовать и где наступит блаженство именно еврейского народа. Спасение и участие в этом блаженстве понималось евреями как достижение этого будущего мессианского царства их потомками. Они верили, что человек живет в своих потомках, это и является его вечной жизнью. Исходя из такого взгляда бездетность воспринималась как проклятие Божие, как лишение вечной жизни. Брак считался способом достижения этой вечной жизни. Главная цель брака, с точки зрения ветхозаветного иудея, — это деторождение.

Учение о браке в Новом Завете отличается от ветхозаветного именно тем, что основной смысл брака видится в любви и вечном единстве супругов. Нигде в новозаветных текстах не говорится о деторождении как о цели или как об оправдании брака. Особенно ясно это из тех евангельских текстов, где рассказывается, как Христос отнесся к закону ливерата: “В Царствии Божием не женятся и не выходят замуж, но пребывают как ангелы Божии” (Мф. 22: 23-32). Вопрос о том, чьей женой в Царствии Божием будет женщина, имевшая семь мужей на земле, лишен смысла. Сама постановка вопроса, которая исходила из понимания брака как состояния, предназначенного лишь для деторождения, Христом отвергается. Это не значит, что Христос учит о временности брака и отвергает единство мужа и жены в вечности. Здесь говорится о том, что в вечности не будет тех земных, плотских отношений, которые иудеи отождествляли с браком, — они будут другими, духовными» (9).

§2. Обобщая сказанное, в браке можно выделить три стороны: религиозную, нравственную и физическую и, соответственно, три цели (приведены в порядке их значимости):

взаимное содействие в целях спасения, гармоничного течения земной жизни и нравственного совершенствования; любовь и внутреннее духовное восполнение одной личности другою;

● «предохранение от распутства и сохранение целомудрия» («погашение естественного пламени», «врачевство против беспорядочных влечений чувственности»);

рождение детей и их воспитание.

При этом цель «погашение естественного пламени», по мнению свт. Иоанна Златоуста, имеет большее значение (бóльшую важность) в браке, чем деторождение: «Две цели, для которых установлен брак: чтобы мы жили целомудренно и чтобы делались отцами; но главнейшая из этих двух целей — целомудрие … Особенно теперь, когда вся вселенная наполнилась нашим родом» (цит. по 4: 100, со ссылкой на: Беседа на слова: “блудодеяния ради”… (1 Кор. 7: 2), с. 209, т. III, кн. I)»; «Брак дан для деторождения, а еще более для погашения естественного пламени…» (1, ч. 2, п. 19).

Таким образом, целомудрие в браке святитель ставит выше деторождения, причем понимает под целомудрием отсутствие прелюбодеяния в мыслях и действиях («для того ты (жена) и имеешь мужа, для того ты (муж) и имеешь жену, чтобы соблюдать целомудрие»).

Для пояснения большей важности цели «погашения естественного пламени», чем цели деторождения, отметим, что главной целью земной жизни христианина является спасение, то есть достижение Царства Небесного или вечное блаженство в соединении с Богом. Поэтому все действия человека, весь образ его жизни и должны быть направлены именно на достижение этой цели и основной целью брака должна, соответственно, являться взаимная помощь супругов в спасении.

Поскольку в миру супружеская близость является своеобразным лекарством для избежания блуда и прелюбодеяния — этих ядов для духовного и физического состояния человека, преград на пути его спасения и причин погибели, — то физическая близость супругов (как врачевство, истребляющее блуд (2: 205) и служащее для обуздания беспорядочных влечений человеческой природы (4: 100), является более значимым аспектом в браке, чем деторождение.

При этом, свт. Иоанн Златоуст, приводя соотношение в деле спасения трех образов жизни, говорит: «Девство увенчивается, брак соразмерно похваляется, блуд осуждается и наказывается» (10: 647). А свт. Тихон Задонский пишет: «Блуд есть яд, умертвляющий душу» (цит. по 11: 60, со ссылкой на: Творения свт. Тихона, 6-го изд. Т. 4. С. 82).



ЦИТИРУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА



1. Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского в 12 т. Т. 1, книга 1 (книга о девстве): В рус. пер. СПб.: Изд. Санкт - Петербургской Духовной Академии, 1895.

2. Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского в 12 т., 2-е изд. Т. 3: В рус. пер. СПб.: Изд. Санкт - Петербургской Духовной Академии, 1897.

3. Погребняк Н., прот. Семейная жизнь в памятниках иконографии // Московские епархиальные ведомости. — 2008. — № 7-8.

4. Григоревский М. Учение святителя Иоанна Златоуста о браке. — Свято-Троицкая Сергиева Лавра: 2000. Репринтное издание по: «Григоревский М. Учение св. Иоанна Златоуста о браке. Архангельск. Типо-Лит. Насл. Д. Горяйнова, 1902».

5. Иоанн Мейендорф, прот. Брак в православии. Электронный ресурс.

6. Православная Энциклопедия. Т. VI. Под ред. Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Церковно-научный центр «Православная Энциклопедия».

7. Малиновский Н., прот. Очерк православного богословия. — М.: Православный Свято-Тихоновский богословский институт, 2003. Репринтное издание по: Очеркъ православнаго богословия. Протоiерея Н. Малиновскаго. Изданiе второе. Сегiев Посадъ. Типографiя Св.-Тр. Сегiевой Лавры. 1911 (Кн. 1), 1912 (Кн. 2).

8. Макарий (Булгаков), митрополит Московский и Коломенский. Православно-догматическое богословие. В 2-х тт. Т. 2. — М.: Молодая гвардия, 1999. Печатается по изданию: Православно-догматическое богословие. Макарiя, Митрополита Московскаго и Коломенскаго. Томъ II. Изданiе четвертое. С.-Петербургъ. Типографiя Р. Голике, Невскiй, 106. 1883.

9. Воробьев Владимир, прот., ректор Православного Свято-Тихоновского Богословского института. Православное учение о браке. Доклад на шестом заседании пастырского семинара 5 февраля 1996 г. Вестник пастырского семинара, № 2, 1996 г. [Электронный ресурс].

10. Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского в 12 т., 2-е изд. Т. 5: В рус. пер. СПб.: Изд. Санкт - Петербургской Духовной Академии, 1899.

11. Иоанн (Маслов), схиархимандрит. Симфония по творениям святителя Тихона Задонского. — М.: Самшит-издат, 2003.

12. Аврелий Августин. О Супружестве и похоти. Гл. 8. [Электронный ресурс].

13. Иже во святых отца нашего святителя Григория, епископа Нисского. Об устроении человека. Перевод В. М. Лурье. Под ред. А. Л. Берлинского. — АХIОМА, Санкт-Петербург, 1995.

14. Игнатий (Брянчанинов). Слово о человеке. Православный сборник «О человеке». Григорий Нисский. Игнатий (Брянчанинов). Лука (Войно-Ясенецкий). Иеромонах Серафим (Роуз). — М.: Православное братство святого апостола Иоанна Богослова, 2004.
М а к с и м нравится это.
  • Андрей К
  • Кирилл
  • М а к с и м
Вам необходимо войти, чтоб оставлять комментарии