Подготовка к Крещению тяжелобольных, психически больных и умирающих – священник Георгий Кочетков

Подготовка к Крещению тяжелобольных, психически больных и умирающих – священник Георгий Кочетков


Ано­ма­лии и осо­бен­но­сти душевно-физи­че­ского состо­я­ния (тяже­ло­боль­ные, пси­хи­че­ские боль­ные и уми­ра­ю­щие) при под­го­товке к Крещению.

1) Гос­подь наш Иисус Хри­стос Духом Свя­тым при­зы­вает к по­каянию, воз­рож­де­нию и оправ­да­нию через веру в Него, Сына Чело­ве­че­ского и Сына Божьего, всех и вся. Но есть усло­вия, огра­ни­чи­ва­ю­щие воз­мож­ность свое­вре­мен­ного и пол­но­цен­ного вос­приятия пол­ноты бла­го­дати. Если свое­вре­мен­ность ее вос­при­я­тия, в том смысле «бла­го­вре­мен­но­сти», о кото­рой гово­рится, напри­мер, в молит­вах 1‑го, 8‑го и 40-го дней или в чинах и литур­гийных молит­вах огла­ше­ния, в боль­шой сте­пени зави­сит от воз­раста про­све­ща­е­мого, о чем речь уже шла, то пол­но­цен­ность усво­е­ния чело­ве­ком спа­си­тель­ных даров таин­ства Про­све­ще­ния может сильно зави­сеть и от дру­гих его душевно-физи­че­ских состояний.

2) Именно исходя из жела­ния при­об­щить ко Хри­сту всех, даже при­шед­ших «в две­на­дца­тый час», т. е. нахо­дя­щихся уже на смер­тном одре, а также тяже­ло­боль­ных, стре­мясь, в меру сил и воз­можностей их веры, «про­по­ве­дуя Еван­ге­лие Цар­ства, исце­лять вся­кую болезнь и вся­кую немощь в людях» (Мф 4:23, 9:35; подчер­кнем, что все­гда все-таки в людях, а не в чело­ве­ко­об­раз­ных суще­ствах), Цер­ковь уде­ляла боль­ным и немощ­ным осо­бое внимание.

[Поэтому неуди­ви­тельно, что посе­ще­ние боль­ных изна­чально рас­смат­ри­ва­лось Цер­ко­вью как одно из уни­вер­саль­ных еван­гель­ских тре­бо­ва­ний, кото­рое рас­про­стра­ня­лось и на огла­ша­е­мых. Так, согласно св. Иппо­литу Рим­скому (… ок. 215 г.), одним из вопро­сов, выяс­няв­шихся у гото­вя­щихся к Кре­ще­нию, был вопрос об уча­стии их в слу­же­нии боль­ным: «Когда будут опре­де­лены наме­ри­ва­ю­щи­еся при­нять кре­ще­ние, пусть иссле­ду­ется их жизнь: жили ли они честно, пока были огла­ша­е­мыми, почи­тали ли вдов, посе­щали ли они боль­ных, совер­шали ли доб­рые дела» [1, с. 288]. – Прим. авт.].

Она все­гда шла путем пре­дель­ного и жерт­вен­ного мило­сер­дия и снис­хож­де­ния, часто сводя свои самые есте­ствен­ные и необходи­мые тре­бо­ва­ния до мини­мума, хотя никому и нико­гда не позво­ляла этот мини­мум перейти.

3) При под­го­товке к Кре­ще­нию тяже­ло­боль­ных, в том числе пси­хи­че­ски, и уми­ра­ю­щих, в силу осо­бой огра­ни­чен­но­сти их соб­ствен­ных телес­ных и душев­ных сил и воз­мож­но­стей, значи­тельно воз­рас­тает роль пору­чи­те­лей, их духовно-душев­ных цер­ковных качеств, ответ­ствен­но­сти и под­го­тов­лен­но­сти нести бремя пору­чи­тель­ства в более слож­ных усло­виях, ведь пас­тырю ино­гда при­хо­дится дове­рять их пору­чи­тель­ству больше, чем сво­ему ви­зуальному впе­чат­ле­нию, чем меди­цин­ским и про­чим доку­мен­там. Для этого он дол­жен уде­лить этим пору­чи­те­лям сугу­бое внима­ние, что, впро­чем, еще не обя­за­тельно озна­чает сугу­бое время.

4) Сама под­го­товка к Кре­ще­нию в этих слу­чаях неиз­бежно должна быть более инди­ви­ду­аль­ной [«Пас­тырь все­гда дол­жен быть гото­вым видеть в чело­веке воз­мож­ность раз­ных про­ти­во­ре­чий. Чело­век – это загадка, иеро­глиф, кото­рый тре­бует сво­его вни­ма­тель­ного наблю­де­ния и кото­рый не так-то легко может быть рас­шиф­ро­ван» [7, с. 240].  – Прим. авт.], в зави­си­мо­сти от состо­я­ния и обсто­ятельств жизни кре­ща­е­мого, сил и воз­мож­но­стей пас­тыря и его помощ­ни­ков. Также она должна быть более дина­мич­ной и трез­венно-радост­ной, т. е. ста­вя­щей боль­шой акцент на своей свет­лой цели, на надежде и ее дей­ствии, и только в связи с этим – на необ­хо­ди­мо­сти пока­я­ния, даль­ней­ших аске­ти­че­ских уси­лий и т. д.

5) Созна­ние опас­но­сти опоз­дать с кре­ще­нием, хотя и не должно ни на миг поки­дать пас­тыря, кате­хи­за­то­ров и пору­чи­теля, однако не должно и давить на них и застав­лять идти на ком­про­мисс, по рас­суж­де­ниям типа «а вдруг», «хуже не будет» и «на вся­кий слу­чаи». Надо знать, что и по смерти у хри­стиан оста­ется надежда.

К тому же, поскольку чело­век сам осо­знанно выра­зил жела­ние кре­ститься [А если и не бук­вально сам, и не очень осо­знанно, то и тогда еще не беда, ведь мини­мум лич­ной созна­тель­но­сти в этом реше­нии, лишь при усло­вии сво­бод­ного испо­ве­да­ния им веры в Бога и Сына Божия Иисуса Хри­ста, можно при­ве­сти его уси­лием пер­вой же встречи и беседы-обще­ния, не при­бе­гая, конечно, при этом ни к какому обману и дав­ле­нию, а тем более наси­лию. – Прим. авт.], постольку все­гда можно сде­лать его огла­ша­е­мым 1‑го или 2‑го огла­ше­ния, что, как мы знаем, сразу делает некре­ще­ного хри­сти­а­нина непол­ным чле­ном Церкви, а зна­чит, и сни­мает остроту вопроса.

6) При под­го­товке к Кре­ще­нию и при кре­ще­нии соб­ственно тяже­ло­боль­ных, т. е. стра­да­ю­щих от тяже­лых хро­ни­че­ских и изну­ри­тель­ных болез­ней, надо учи­ты­вать харак­тер болезни знать насколько она опасна для дру­гих, а в слу­чае нужды сми­ренно и забот­ливо при­нять меры предо­сто­рож­но­сти, кото­рых не надо стес­няться, знать и есте­ствен­ные пер­спек­тивы ее тече­ния [«Зна­ком­ство с науч­ными дан­ными сде­лает пас­тыря более осторож­ным в своих нрав­ствен­ных оцен­ках. Мно­гое узнав, он не будет делать лож­ных шагов и давать поспеш­ные советы в слу­чаях сомни­тель­ных и тре­вож­ных» [7, с. 251]. – Прим. авт.].

Боль­шое зна­че­ние имеет то, изле­чима ли болезнь, не приво­дит ли она к внеш­нему урод­ству, не огра­ни­чи­вает ли уже сей­час или в буду­щем семей­ную, соци­аль­ную, про­фес­си­о­наль­ную и цер­ковную жизнь и т. д. Если подоб­ные огра­ни­че­ния суще­ственны, то надо помочь чело­веку изба­виться от ком­плекса неполноцен­ности, особо тща­тельно объ­яс­нив ему, что пол­нота чело­ве­че­ской жизни про­ис­те­кает в первую оче­редь от жизни в пол­ноте бла­годати Духа Свя­того, кото­рую и надо стя­жать любо­вью к Богу и ближ­нему и верою в них.

Нельзя допус­кать, чтобы целью Кре­ще­ния боль­ного были иные, одни инди­ви­ду­а­ли­сти­че­ские и даже цели­тель­ские мотивы. Конеч­но, если чело­век, осо­бенно пона­чалу, имеет внут­рен­нюю установ­ку на исце­ле­ние, то в этом ничего пло­хого нет, но ему не надо ее путать с целью и смыс­лом самого таин­ства Кре­ще­ния. Исце­ле­ние может про­изойти, и так или иначе про­изой­дет, именно тогда, когда такой пута­ницы не будет. Боль­ному, гото­вя­ще­муся к Кре­щению, необ­хо­димо дать понять, что всем надо верить во все­мо­гу­ще­ство Божье, но не свое, и наде­яться на исце­ле­ние по нашей вере и мило­сти Божьей, ибо любая болезнь – зло, даже если она ино­гда слу­жит пово­дом к обра­ще­нию и спа­се­нию человека.

Помо­га­ю­щим боль­ному под­го­то­виться к Кре­ще­нию хорошо еще осо­бым обра­зом, тайно или явно, молиться о его исце­ле­нии. [При этом с самого боль­ного, пока он лишь под­хо­дит к вере, нельзя тре­бо­вать ника­кой молитвы. Вера явля­ется необ­хо­ди­мым усло­вием поло­жи­тель­ного резуль­тата молитвы, но и она совер­шен­ству­ется и креп­нет в про­цессе молитвы [4, с. 40]. В связи с этим еще надо пом­нить мет­кое, сме­лое и очень вер­ное заме­ча­ние св. Иоанна Сер­ги­ева Крон­штадт­ского о духов­ном состо­я­нии боль­ных. Он пишет: «В болезни и вообще в немощи телес­ной, равно как и в скорби, чело­век пона­чалу не может гореть к Богу верою и любо­вью, потому что в скорби и в болезни сердце болит, а вера и любовь тре­бует здра­вого сердца, покой­ного сердца; поэтому и не надо очень скор­беть о том, что в болезни и в скорби мы не можем, как бы сле­до­вало, веро­вать в Бога, любить Его и усердно молиться Ему. Всему время. Ино­гда и молиться не бла­го­при­ят­ное время» [2, с. 82]. Это надо учи­ты­вать при кате­хи­за­ции любого рода боль­ных и страж­ду­щих. – Прим. авт.]. Надо сле­дить лишь за тем, чтобы оно вновь не стало корыст­ной целью Кре­ще­ния [По спра­вед­ли­вому заме­ча­нию архим. Кипри­ана (Керна), «пас­тырь не дол­жен созда­вать у боль­ного меха­ни­че­ского, маги­че­ского представле­ния о Боге. Речь должна идти не о том, что Бог может сде­лать то, что не может сде­лать самый луч­ший врач, а о том, что Бог все­гда с нами, в выздо­ров­ле­нии и в смерти» [7, с. 157]. – Прим. авт.].

При этом не сле­дует про­ти­во­по­став­лять духов­ные сред­ства «лече­ния» и исце­ля­ю­щую милость Божью сред­ствам обык­но­вен­ным, тра­ди­ци­он­ным (таб­лет­ками и проч.) и нетра­ди­ци­он­ным (даже, может быть, с эле­мен­тами «экс­тра­сен­сор­ными», «пси­хо­тре­нинга», «йоги» и т. д.). Важно только, чтобы эти сред­ства не про­ти­во­ре­чили по духу хри­сти­ан­ским, т. е. не явля­лись бы чер­но-маги­че­скими, кол­дов­скими или темно-зна­хар­скими, что, как известно, зави­сит в боль­шей сте­пени не от самих при­ме­ня­е­мых средств, а от поро­див­шего их духов­ного направ­ле­ния, для опре­деления кото­рого нередко тре­бу­ется боль­шой опыт, осо­бые зна­ния и бла­го­дат­ный дар «раз­ли­че­ния духов», т. е. спе­ци­аль­ное и, в иде­але, обще­цер­ков­ное усилие.

7) Придя к тяже­ло­боль­ному, нельзя излишне утом­лять его лю­быми впе­чат­ле­ни­ями, раз­го­во­рами и спо­рами, тем более фило­соф­ско-апо­ло­ге­ти­че­скими [«Раз­но­об­разны слу­чаи обра­ще­ния неве­ру­ю­щих к живой вере и молитве, – пишет митр. Анто­ний (Хра­по­виц­кий) в своей книге «Уче­ние о пас­тыре, пастве и об испо­веди», – но нередко они явля­ются пло­дом посте­пен­ного опро­вер­же­ния всех вос­при­ня­тых ими воз­ра­же­ний про­тив бытия Божия или бес­смер­тия души… Ясно, что неве­рие только под­пи­ра­лось ими, а исхо­дило от озлоб­ле­ния или непо­кор­ства…» [5, с.326]. – Прим. авт.].

При этом надо не забы­вать сле­дить за появ­ле­нием с его сто­роны даже пер­вых при­зна­ков пере­воз­буж­де­ния и переутомления.

К боль­ным все­гда, даже если они неопрятны и почему-либо вызы­вают чув­ства брезг­ли­во­сти и оттал­ки­ва­ния, а эти чув­ства лучше пре­одо­ле­вать сразу, необ­хо­димо отно­ситься с любо­вью сочув­ствием, с осо­бым так­том, с лас­кой и мяг­ко­стью, вни­ма­нием и духов­ной чут­ко­стью [Архи­епи­скоп Костром­ской Пла­тон в своей книге «Напо­ми­на­ние свя­щеннику об его обя­зан­но­стях при совер­ше­нии таин­ства пока­я­ния» пишет: «Дело попе­че­ния о боль­ных и уми­ра­ю­щих тре­бует от пас­тыря мно­гой любви, тер­пе­ния, бла­го­ра­зу­мия и муже­ства духа, чтобы он мог ска­зать только то, что нужно и как нужно, чтобы рас­по­ло­жить к себе боль­ного, уте­шить его, тро­нуть, обра­тить к Богу – одним сло­вом, чтобы сде­лать в несколько часов то, на что боль­ной дол­жен был упо­тре­бить всю свою жизнь» [10, с. 256]. – Прим. авт.].

Нельзя пре­не­бречь даже малой их прось­бой (дру­гое дело – испол­нять ее бук­вально или нет, решать это надо особо), как нельзя не выпол­нить даже малое дан­ное им обещание.

Боль­ной чело­век обычно повы­шенно тре­бо­ва­те­лен, воз­бу­дим и раз­дра­жи­те­лен, но в то же время – слиш­ком легко подавля­ется. Поэтому важно, не впа­дая в согла­ша­тель­ство, поста­раться ничем его не омрачить.

Пока­я­ние такого чело­века часто слиш­ком затруд­нено или на­оборот – аффек­тивно и внешне эмо­ци­о­нально, а потому или духовно неглу­боко, или абстрактно, «не во имя Хри­ста», поэтому оно тре­бует осо­бой про­верки «по пло­дам» и «по духу» и, сле­довательно, снова осо­бого внимания.

Усво­е­ние боль­ным каких-либо зна­ний затруд­нено, и потому их объем, как и объем молит­вен­ных чинов, надо минимизиро­вать, по воз­мож­но­сти вообще избе­гая труд­ных мест и слож­ных форм изложения.

Если боль­ных несколько, то надо уде­лить осо­бое вни­ма­ние и всем, и каждому.

Если у пас­тыря или кате­хи­за­тора на все это не хва­тает време­ни, сил или тер­пе­ния, то им лучше самим за такое дело не браться, а про­сить помощи у дру­гих, осо­бенно у более спо­соб­ных, достой­ных и под­го­тов­лен­ных мирян, начи­ная с пору­чи­теля. Не слу­чайно еще в «Памят­ной книжке для свя­щен­ника, или размыш­лении о свя­щен­ни­че­ских обя­зан­но­стях» гово­рится: «Если по мно­жеству дел не можешь посе­щать боль­ного, то ста­райся, чтобы сию помощь ока­зы­вал кто-либо из бла­го­че­сти­вых и бла­го­ра­зум­ных и сооб­щал тебе о состо­я­нии боль­ного чтобы, по край­ней мере, ты мог быть при нем во время боль­шей опас­но­сти» [9, с. 246].

8) В тяже­лых слу­чаях у боль­ных может воз­ни­кать боль­шая склон­ность к край­но­стям, подо­зри­тель­но­сти и отча­я­нию, к безрассуд­ным реше­ниям и дей­ствиям, к болез­нен­ным фан­та­зиям и капри­зам. Пас­тырю и его помощ­ни­кам надо поста­раться пре­одо­леть это еще в про­цессе под­го­товки к Крещению.

9) Чин и форма кре­ще­ния тяже­ло­боль­ных должны выби­раться по обста­новке, как и все про­чие чины. Тра­ди­ци­онно это может быть почти неот­ли­чи­мое в насто­я­щее время от обыч­ного так называ­емое «кли­ни­че­ское кре­ще­ние», часто в постели в доме, боль­нице и т. д., без пол­ного обна­же­ния и без погру­же­ния. Если, согласно канону о кли­ни­че­ском кре­ще­нии, оно было совер­шено до окон­чания под­го­товки и науче­ния вере, то по воз­мож­но­сти все это должно быть довер­шено позже, при улуч­ше­нии состо­я­ния или по выздо­ров­ле­нии больного.

10) Осо­бое вни­ма­ние должно быть уде­лено цер­ков­ной жизни тяже­ло­боль­ных и после их Кре­ще­ния. Глав­ное здесь – их уча­стие в Евха­ри­стии и какое-то посиль­ное лич­ное цер­ков­ное дело или слу­же­ние. Хорошо, чтобы среди чле­нов цер­ков­ной общины были такие дру­зья и близ­кие боль­ного, кото­рые могли бы быть свя­зующим зве­ном между ним и общи­ной и кото­рые могли бы инфор­ми­ро­вать свя­щен­ника и дру­гих о состо­я­нии его здо­ро­вья, духов­ном росте и воз­мож­ных труд­но­стях, тре­бу­ю­щих совместно­го преодоления.

11) Суще­ствует кате­го­рия боль­ных, с кото­рой свя­щен­нику в совре­мен­ном мире при­хо­дится осо­бенно трудно. Это боль­ные пси­хи­че­ски. Мы имеем в виду как носи­те­лей соб­ственно психи­ческой болезни (пси­хо­па­то­ло­гии), так и людей, не столько пси­хи­че­ски боль­ных, сколько пси­хи­че­ски болез­нен­ных, не обла­да­ю­щих устой­чи­вой пси­хи­кой, т. е. не вполне на дан­ный момент (период) здоровых.

Это раз­ли­чие, при всей его услов­но­сти, надо обя­за­тельно пом­нить, осо­бенно если отно­ше­ния с боль­ным чело­ве­ком выхо­дят за рамки еди­но­вре­мен­ной встречи, что прак­ти­че­ски почти неиз­бежно в любом слу­чае серьез­ной под­го­товки к таин­ству Про­све­ще­ния. Тогда пси­хо­бо­лез­нен­ность надо учи­ты­вать как труд­ность про­ти­во­ре­чи­вого харак­тера, как душев­ную немощь и «сла­бое место» чело­века, сами по себе вполне про­сти­тель­ные и тре­бу­ю­щие лишь осто­рож­но­сти, помощи и снис­хож­де­ния. Пси­хоболезнь же надо не только учи­ты­вать, но еще и лечить, для чего бывает нужен врач-спе­ци­а­лист, к кото­рому, осо­бенно, если пас­тырь или кате­хи­за­тор лично знают его духовно-душев­ные каче­ства, не зазорно вовремя напра­вить сво­его под­опеч­ного (ко­нечно, лишь в форме рекомендации).

12) Кроме того, не сле­дует путать пси­хи­че­ски боль­ного, а тем более болез­нен­ного чело­века, с одер­жи­мым, т. е. под­линно бесно­ватым, какими бы «бесами» он ни был одер­жим, – страха, сомне­ния, уны­ния, нетер­пе­ния, блуда, подо­зре­ния, гор­дыни, среб­ролюбия, осуж­де­ния, ниги­лизма, двой­ни­че­ства, т. е. рефлексив­ного «бури­да­нова» раз­дво­е­ния, ино­гда веду­щего прямо к шизо­френии, и т. д. [Инте­ресно, что Ф.М. Досто­ев­ский, кото­рый, как известно, был гени­альным писа­те­лем «не бла­го­даря, а вопреки» своей пси­хи­че­ской болезни [8, с. 57], счи­тал, что «эта черта свой­ственна чело­ве­че­ской при­роде вообще. Чело­век может, конечно, век дво­иться и, конечно, будет при этом стра­дать… надо найти в себе исход в какой-то дея­тель­но­сти, спо­соб­ной дать пищу духу, уто­лить жажду его… Я имею у себя все­гда гото­вую писа­тель­скую дея­тель­ность…» (из письма, напи­сан­ного неза­долго до смерти [цит. по: 8, с. 64]. – Прим. авт.]. Это – уди­ви­тельно точ­ная и трез­вен­ная оценка, и вна­чале, когда Досто­ев­ский видит духовно пад­шую и потом бес­но­ва­тую человечес­кую при­роду, и потом, когда пред­ви­дит пути ее вос­ста­нов­ле­ния, искуп­ле­ния, спа­се­ния и оправ­да­ния пре­об­ра­жа­ю­щим чело­ве­че­ское суще­ство­ва­ние твор­че­ским духом в Духе. Не то же ли самое можно уви­деть и ска­зать в отно­ше­нии всех осталь­ных «бесов»?

Если есть вер­ные при­знаки одер­жи­мо­сти, тогда надо осо­бое вни­ма­ние уде­лить экзор­циз­мам – «запре­ти­тель­ным» молит­вам чина оглашения.

13) Уста­но­вить и выявить жест­кое раз­ли­чие между бес­но­ва­нием или какой-либо иной духов­ной болез­нью и пси­хо­па­то­ло­гией очень трудно, но все­гда это есть раз­ли­чие духов­ного и душев­ного [Кон­такт с боль­ными часто помо­гал пас­ты­рям выде­лять болезни духов­ные, когда пас­тырь сам мог ока­зы­вать помощь, и душев­ные, когда тре­бо­ва­лась ком­пе­тент­ность врача-спе­ци­а­ли­ста. В 1920‑е годы ста­рец архим. Геор­гий из Дани­лов­ского мона­стыря очень четко раз­ли­чал эти болезни и одним гово­рил: «Ты, деточка, иди к врачу», а дру­гим: «Тебе у врача делать нечего». Бывали слу­чаи, когда ста­рец, нала­див духов­ную жизнь, реко­мен­до­вал схо­дить к пси­хи­атру или, наобо­рот, брал от пси­хи­атра людей к себе на духов­ное лече­ние [8, с. 5]. По поводу того же раз­ли­че­ния духов­ного и душев­ного сам проф. Меле­хов писал, что этап уста­нов­ле­ния «духов­ного диа­гноза» – момент очень ответ­ствен­ный. Заклю­ча­ется он в опре­де­ле­нии духов­ного уров­ня, кото­рого достиг чело­век, выяс­не­нии глу­боко скры­того в тай­ни­ках души его отно­ше­ния к Богу и ко греху, а также его спо­соб­но­сти сопро­тивляться силе греха. По его мне­нию, именно здесь необ­хо­дима ком­пе­тент­ность опыт­ного духов­ника (эту функ­цию издревле в Церкви выпол­няли еще пору­чи­тели и кате­хи­за­торы), осо­бый духов­ный дар (харизма) как при­су­щая ему спо­соб­ность духов­ной про­зор­ли­во­сти, или как резуль­тат обоб­ще­ния духов­ного опыта, кото­рый апо­стол Павел назы­вал «раз­личением духов» (1 Кор 12:10) (8, с. 26]/ – Прим. авт.].

Един­ствен­ной рас­счи­тан­ной на пас­ты­рей высокопрофесси­ональной совре­мен­ной, но, к сожа­ле­нию, более чем напо­ло­вину неза­вер­шен­ной рабо­той на эту тему оста­ется цен­ней­ший труд извест­ного пси­хи­атра проф. Д.Е. Меле­хова (1899–1979) [8, c. 4–73]. [Можно еще вос­поль­зо­ваться кан­ди­дат­ской дис­сер­та­цией дья­кона (а ныне – прот.) Алек­сандра Анд­ро­сова [4], где хорошо обра­бо­тан и пред­став­лен мате­риал работы Мелехова].

В част­но­сти, в нем совер­шенно верно утвер­жда­ется, что чело­век может быть пси­хи­че­ски боль­ным и в то же время духовно здо­ро­вым. [На при­мере болезни Ф.М.Достоевского в пол­ной мере может быть пока­зано зна­че­ние борьбы за сохра­не­ние кри­ти­че­ского отно­ше­ния к болезни, духов­ного ядра лич­но­сти и глу­бины пока­я­ния. «Пока это у боль­ного не исче­зает, – пишет Меле­хов, – можно гово­рить о духов­ном здо­ро­вье. Чело­век духовно здо­ров даже при нали­чии ду­шевной болезни, если она не мешает ему сохра­нять основ­ные при­знаки «духа в чело­веке» (по еп. Фео­фану Затвор­нику): 1) жажду Бога, поиск и стрем­ле­ние к Нему; 2) бла­го­го­ве­ние и страх Божий; 3) совесть, при­во­дя­щую чело­века к пока­я­нию [3, с. 32–33]. При этих усло­виях болезнь душев­ная, даже и вры­ва­ясь в область духов­ных пере­жи­ва­нии, может сохра­нить боль­ного от лож­ной мистики, от бреда, от пре­ле­сти» [8, с. 71]. – Прим. авт.]. Пас­тырь или его помощ­ники должны помочь чело­веку «найти глу­бину пока­я­ния, пра­виль­ное отно­ше­ние к сво­ему греху и к сво­ему бес­смет­ному чело­ве­че­скому досто­ин­ству, кото­рое под­вер­га­ется таким дра­ма­ти­че­ским испы­та­ниям» [8, с. 65–66; см. с. 56 наст. сбор­ника]].

Но пас­тырю нужно знать и пом­нить, что и наобо­рот, можно быть пси­хи­че­ски здо­ро­вым (отно­си­тельно и внешне, конечно) и в то же время духовно боль­ным – одер­жи­мым. А если чело­век бес­но­ва­тый, то ему при этом нельзя быть бого­нос­цем и хри­сто­нос­цем, а потому до исхож­де­ния завла­дев­шего им злого духа кре­стить его не сле­дует (соот­вет­ству­ю­щий канон – Тим 2 – делает исклю­че­ние, и то без доста­точно выяв­лен­ных осно­ва­ний, только для умирающих).

Конечно, во всех слу­чаях, когда кре­стить одер­жи­мого или пси­хи­че­ски боль­ного ока­зы­ва­ется пока невоз­можно, молит­венно огла­сить его, сде­лав огла­ша­е­мым 1‑го или 2‑го огла­ше­ния со всеми про­ис­те­ка­ю­щими отсюда послед­стви­ями, не только не вредно, но и про­сто жела­тельно, если только им не поте­рян окон­ча­тельно чело­ве­че­ский образ.

14) Абсо­лют­ным пре­пят­ствием к Кре­ще­нию явля­ется абсо­лютно бес­со­зна­тель­ное состо­я­ние чело­века и (или) состо­я­ние пол­ной невме­ня­е­мо­сти. Тогда нельзя кре­стить даже уми­ра­ю­щего, ибо такой чело­век или уже не чело­век, или, если чело­век, то не спо­соб­ный реально под­твер­дить свою сво­бод­ную волю к Креще­нию и соеди­не­нию с Богом. Кре­ще­ние такого чело­века было бы актом наси­лия, кото­рое, в отли­чие от тре­бу­е­мого от нас еванге­лием посто­ян­ного уси­лия, в хри­сти­ан­стве ничем и нико­гда не может быть до конца оправдано.

Эти усло­вия не отно­сятся, по понят­ным при­чи­нам, к христи­анским мла­ден­цам. Однако если и мла­де­нец совсем не про­яв­ляет свой­ствен­ных его воз­расту адек­ват­ных чело­ве­че­ских реак­ций, то даже «страха ради смерт­ного» нельзя кре­стить и его, ограничи­ваясь в луч­шем слу­чае (т. е. если есть реаль­ная надежда на обре­те­ние им чело­ве­че­ского образа в буду­щем) молит­вами чина 40-го дня – 1‑го оглашения.

15) Самая труд­ная задача пас­тыря и (или) кате­хи­за­тора с пору­чителем, начи­на­ю­щих под­го­товку к Кре­ще­нию тяжело и осо­бенно пси­хи­че­ски боль­ного, – верно опре­де­лить, не утра­чен ли в нем чело­ве­че­ский образ. В эмпи­рии жизни это зна­чит – чело­ве­че­ское «лицо», его харак­тер­ная «пер­сона» и, что еще важ­нее, его «ипо­стась», т. е. пусть и в мини­маль­ной сте­пени, и вре­мен­ное, но ответ­ствен­ное созна­ние, совест­ли­вое само­со­зна­ние и язык, дар слова, чле­но­раз­дель­ная речь, хотя бы только внут­рен­няя [Как близко этому пра­во­слав­ному антро­по­ло­ги­че­скому опыту выска­зывание совре­мен­ного немец­кого като­ли­че­ского бого­слова и фило­софа-пер­со­на­ли­ста Романо Гвар­дини (1885–1968), бле­стяще выра­зив­шего то же, лишь на дру­гом языке. Он писал: «В чем состоит реша­ю­щий факт бытия чело­века? В том, что он – лицо. Что он оклик­нут Богом; поскольку спо­со­бен отве­чать за себя и из внут­рен­ней силы почина участ­во­вать в дей­стви­тель­но­сти. Един­ственно этот факт делает чело­века чело­ве­ком» [6, с. 199]/ – Прим. авт.].

За несо­хра­нив­ших этот образ можно лишь молиться, как мы молимся о сте­на­ю­щей в раб­стве вся­кой твари и обо всем мире. Сохра­нив­ший же свой образ чело­век будет как-то спо­со­бен и к вере, пока­я­нию и лич­ност­ной любви к Богу, миру и чело­веку, т. е. будет спо­со­бен вос­при­нять бла­го­дать таин­ства в чело­ве­че­ском достоинстве.

Если же поже­лав­ший кре­ститься чело­век поте­рял свой облик только на время, то сле­дует подо­ждать (но не про­пу­стить!) улуч­шения его состо­я­ния и хотя бы крат­кого обре­те­ния им его вновь. Для этого есть и объ­ек­тив­ное осно­ва­ние, ибо хотя «дезоргани­зация лич­но­сти при вся­ком пси­хи­че­ском забо­ле­ва­нии весьма зна­чи­тельна, а при неко­то­рых болез­нях даже раз­ру­ша­ется кон­такт лич­но­сти с дей­стви­тель­но­стью, но все же этот кон­такт стре­мится к сохра­не­нию» [4, с. 96].

Ника­кие ком­про­миссы здесь недо­пу­стимы, как и ссылки на бла­го­по­луч­ное про­шлое или непод­креп­лен­ные серьезно надежды на буду­щее. Надо пом­нить, что таин­ство может быть совер­шено «в суд и во осуж­де­ние», что оно – не один только сакраменталь­ный акт и тем более не лекар­ство и не маги­че­ское дей­ство, хотя и может подей­ство­вать исце­ля­юще на состо­я­ние и души, и тела боль­ного чело­века. Надо быть во всех слу­чаях духовно трезвен­ным и вни­ма­тель­ным, ответ­ствен­ным как в своей любви и ми­лосердии, так и в своей прин­ци­пи­аль­но­сти и строгости.

16) Сте­пень вме­ня­е­мо­сти чело­века часто выяс­ня­ется в самом про­цессе под­го­товки к Кре­ще­нию. Для этого огла­ше­ние должно быть пре­дельно лич­ным, но также пре­дельно щадя­щим внеш­ние силы чело­века. В про­цессе же таин­ство­вод­ства уже новопросве­щенных пси­хи­че­ски болез­нен­ных и боль­ных надо осо­бым обра­зом рас­крыть кон­кретно для каж­дого из них необ­хо­ди­мые именно ему сто­роны мно­го­гран­ного аске­ти­че­ского опыта Церкви.

Проф. Меле­хов пишет, что пред­ста­ви­телю церкви «необ­хо­димо учи­ты­вать инди­ви­ду­аль­ные осо­бен­но­сти харак­тера и темперамен­та людей и вни­ма­тельно отно­ситься к про­яв­ле­нию пси­хи­че­ских забо­ле­ва­нии, помня, что чело­век сво­бо­ден только в своей духов­ной сфере и созна­тель­ном выборе сво­его пути к Богу или отвер­же­нии Его, но в сфере душев­ной он детер­ми­ни­ро­ван (совре­мен­ная наука как раз и рас­кры­вает био­хи­ми­че­ские, эндо­крин­ные, гене­ти­че­ские и цере­браль­ные меха­низмы, кото­рые обу­слав­ли­вают душев­ный склад чело­века). Об этом же гово­рит и весь подвиж­ни­че­ский опыт, сви­де­тель­ствуя, что изме­нить свой харак­тер, эффекты, стра­сти и при­стра­стия можно только дли­тель­ной и упор­ной рабо­той над собой, систе­мой аске­ти­че­ских при­е­мов вли­я­ю­щих как на пси­хику, так и на сома­тику, как на душу, так и на тело. Вся­кая мысль о про­из­воль­но­сти и лег­ко­сти изме­не­ния своей при­родной орга­ни­за­ции при­зна­ется необос­но­ван­ной, про­дик­то­ван­ной только отсут­ствием духов­ного опыта» [8, с. 29–30].

17) Итак, в каж­дом отдель­ном слу­чае душев­ного рас­строй­ства пас­тырь и его помощ­ники должны дей­ство­вать с осо­бой осто­рожностью, про­ник­шись духом состра­да­ния, вни­ма­ния и внут­реннего такта. Без лож­ного опти­мизма и само­уве­рен­но­сти, разре­шая вопросы и сомне­ния, они должны спо­соб­ство­вать воцер­ко­в­ле­нию боль­ного и гото­вить его к пра­вильно пони­ма­е­мому и осоз­нанному уча­стию в таин­ствах цер­ков­ной жизни и веры [4, с. 101].

Лите­ра­тура

1. Св. Иппо­лит Рим­ский. Апо­столь­ское пре­да­ние // Бого­слов­ские труды. №5.

2. Прот. Иоанн Ильич Сер­гиев. Моя жизнь во Хри­сте. Т. 2. М., 1894. (Балто-сла­вян­ское обще­ство куль­тур­ного раз­ви­тия и сотруд­ни­че­ства – МИИП Вне­ш­тор­гиз­дат «Дейта-Пресс». 1991: Полн. coбp. соч. СПб.: Изда­тель­ство Л.С.Яковлевой, 1994.)

3. Eп. Фео­фан. Что есть духов­ная жизнь и как на нее настро­иться? М., 1914. (Л., СПб., 1991.)

4. Диа­кон Алек­сандр Анд­ро­сов. Пас­тыр­ское душе­по­пе­че­ние о боль­ных и уми­ра­ю­щих, согласно уче­нию и прак­тике пра­во­слав­ной церкви Ленин­град­ская духов­ная ака­де­мия, 1984 (ркп.).

5. Митр. Анто­ний (Хра­по­виц­кий). Уче­ние о пас­тыре, пастве и об испо­веди. Нью-Йорк: Изд. Сев.-Американской и Канад­ской епар­хии, 1966.

6. Романо Гуар­дини. Конец нового вре­мени. Попытка найти свое место. Пер. с нем. С.С. Аве­рин­цева // Совре­мен­ные кон­цеп­ции куль­тур­ного кри­зиса на Западе: Реф. сб. АН СССР, ИНИОН, Ин‑т фило­со­фии. М., 1976 (Сер. Про­блемы совре­мен­ной бур­жу­аз­ной культуры).

7. Архим. Киприан (Керн). Пра­во­слав­ное пас­тыр­ское слу­же­ние. Париж: Изд. жур­нала «Веч­ное», 1957. (Есть репринт­ное изд. мос­ков­ского Свято-Вла­ди­мир­ского братства.)

8. Проф. Д.Е.Мелехов. Пси­хи­ат­рия и про­блемы духов­ной жизни. М., 1979 (ркп). См. также: «Синакс», 1992, №1.

9. Памят­ная книжка для свя­щен­ника, или раз­мыш­ле­ния о свя­щен­ни­че­ских обя­зан­но­стях. М., 1860.

10 Архиеп. Костром­ской Пла­тон (Фивей­ский). Напо­ми­на­ние свя­щен­нику об его обя­зан­но­стях при совер­ше­нии таин­ства Пока­я­ния. Ч.2. М., 1861.

http://kateheo.ru/

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

2 комментария

  • Жанна, 13.12.2016

    Доб­рый день!Прошу Вас помо­гите, у меня поги­бает люби­мый и доро­гой чело­век. После смерти мамы у него как голову снесло, пьет уже год без оста­новки, в боль­ницу отправ­ляла, капель­ницы ста­вила все бес толку. Чело­век не кре­щен­ный, хочет по кре­ститься. Но как он не трез­веет, помо­гите Хри­ста ради. Одна надежда на ВАС. мне посо­ве­то­вали доб­рые люди к Вам обра­титься за помо­щью. Муж у меня талант­ли­вый чело­век, рука­стый, доб­рый, отзыв­чи­вый. Я не пере­живу еще одну смерть, так как год назад похо­ро­нили его маму. Я обра­ща­лась в раз­ные места все бес толку.

    Ответить »
    • Кирилл, 17.12.2016

      Жанна, Вы сами хри­сти­анка? Речь не о Кре­ще­нии, а о духов­ной жизни: уча­стии в Таин­ствах Церкви, регу­ляр­ной молитве, духов­ном чте­нии? Кре­ще­ние без духов­ной жизни не спасительно.

      Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки