Катехетическая миссия Церкви – Протоиерей Ян Зозуляк

Катехетическая миссия Церкви – Протоиерей Ян Зозуляк


Дан­ный труд пред­став­ляет собой посо­бие по кате­хи­за­ции (огла­ше­нию, или уст­ному настав­ле­нию), пред­на­зна­чен­ное для пра­во­слав­ных кате­хи­за­то­ров, жела­ю­щих дать совре­мен­ному чело­веку после­до­ва­тель­ное и целост­ное пред­став­ле­ние о хри­сти­ан­ской вере и жизни.

 

Содер­жа­ние

Дан­ный труд пред­став­ляет собой посо­бие по кате­хи­за­ции (огла­ше­нию, или уст­ному настав­ле­нию), пред­на­зна­чен­ное для пра­во­слав­ных кате­хи­за­то­ров, жела­ю­щих дать совре­мен­ному чело­веку после­до­ва­тель­ное и целост­ное пред­став­ле­ние о хри­сти­ан­ской вере и жизни. Автор на основе Свя­щен­ного Писа­ния, свя­то­оте­че­ских тво­ре­ний, древ­них и совре­мен­ных кате­хе­ти­че­ских источ­ни­ков стре­мится рас­крыть смысл и цель кате­хи­за­тор­ской дея­тель­но­сти, пока­зы­вает ее осо­бую акту­аль­ность в наши дни, тес­ную связь огла­ше­ния с литур­ги­че­ской жиз­нью Церкви, ука­зы­вает духов­ные и нрав­ствен­ные каче­ства, кото­рыми дол­жен обла­дать чело­век, жела­ю­щий посвя­тить себя кате­хи­за­тор­ской деятельности.

Предисловие

Актуальность катехетической деятельности

Эта книга явля­ется резуль­та­том мно­го­лет­него изу­че­ния пат­ри­о­ти­че­ской лите­ра­туры, свя­зан­ной с кате­хе­ти­че­ской мис­сией Церкви. Ее цель — акту­а­ли­зи­ро­вать важ­ность кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти и про­яс­нить глав­ные исто­ри­че­ские и мето­до­ло­ги­че­ские аспекты катехизации.

Невоз­можно охва­тить сразу все вопросы, каса­ю­щи­еся кате­хе­ти­че­ской деятельности,.поскольку дан­ная про­бле­ма­тика очень обширна и в нашей среде мало иссле­до­вана. Мы попы­та­лись обри­со­вать воз­мож­но­сти кате­хи­за­ции в совре­мен­ную эпоху, сохра­няя при этом пре­да­ние Церкви, со стрем­ле­нием после­до­ва­тельно пока­зать исто­ри­че­ское раз­ви­тие кате­хе­тики с ука­за­нием источ­ни­ков, свя­зан­ных с кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­стью ран­ней Церкви. В част­но­сти, мы рас­смот­рим лич­ность и дея­тель­ность кате­хи­за­тора, исходя из при­мера Гос­пода Иисуса Хри­ста и апо­стола Павла.

Мы верим, что нам удастся побу­дить моло­дых бого­сло­вов к про­дол­же­нию нача­той научно *нераз­бор­чиво*

решает акту­аль­ные вопросы, на кото­рые чело­век ищет ответ. К самым важ­ным из них отно­сятся мир, сво­бода, обще­ствен­ная спра­вед­ли­вость, ува­же­ние к жизни, отно­ше­ние чело­века к при­роде и выте­ка­ю­щая из этого про­бле­ма­тика эко­ло­гии, каче­ство жизни, расо­вая нена­висть, феми­низм и дру­гие. Их можно успешно решать на осно­ва­нии пра­виль­ного пони­ма­ния пра­во­слав­ного бого­сло­вия и жизни в Церкви, поскольку под вли­я­нием непра­виль­ной кате­хи­за­ции в обще­стве посте­пенно обра­зо­ва­лись и посто­янно всплы­вают про­блемы, кото­рые под­ры­вают обще­ствен­ные и нрав­ствен­ные цен­но­сти чело­века и ста­но­вятся часто непре­одо­ли­мыми. Опыт двух тыся­че­ле­тий жизни Церкви дает чело­веку уве­рен­ность, что путем вклю­че­ния себя в Тело Хри­стово он при­дет к совер­шен­ству во Хри­сте, к обожению.

Кате­хи­за­ция в совре­мен­ной эпохе необ­хо­дима всем слоям насе­ле­ния, поскольку преж­ний ате­и­сти­че­ский режим оста­вил на людях проч­ный след. Незна­ние истин Хри­сто­вой веры и отсут­ствие инте­реса к хри­сти­ан­ской жизни отлу­чает чело­века от спа­си­тель­ной веры и остав­ляет его в неяс­ных и неопре­де­лен­ных пред­став­ле­ниях, кото­рые часто опи­ра­ются на сомни­тель­ные рели­ги­оз­ные убеждения.

Это ведет его к пес­си­мизму, и, если тому будут спо­соб­ство­вать серьез­ные лич­ные про­блемы, он может впасть в отча­я­ние и даже посяг­нуть на свою жизнь. Но если чело­век будет жить в Церкви с надеж­дой на веч­ную жизнь, его образ жизни ради­кально изме­нится, и с Божией помо­щью он достиг­нет Цар­ства Божи­его. Надежду ему будут при­да­вать слова из Сим­вола веры: «Чаю вос­кре­се­ния мерт­вых и жизни буду­щего века». Если он будет посто­янно пом­нить о них, то не будет жить, как те, для кого все кон­ча­ется погре­бе­нием в могиле. То есть веру­ю­щий хри­сти­а­нин знает, что только со Хри­стом и во Хри­сте воз­можно одер­жать победу над смер­тью и грехом.

Чело­век, хорошо зна­ю­щий чело­ве­че­ский орга­низм, по-дру­гому смот­рит на себя, точно так же и хри­сти­а­нин, хорошо зна­ко­мый с хри­сти­ан­ским обра­зом жизни, кото­рый начи­на­ется Кре­ще­нием, иначе под­хо­дит к духов­ным вещам, чтобы сохра­нить и при­умно­жить духов­ные даро­ва­ния с целью стать «мужем совер­шен­ным, в меру пол­ного воз­раста Хри­стова» (Еф. 4:13). В Посла­нии к Евреям (5:11–14) апо­стол Павел гово­рит о преду­го­тов­ле­нии, т. е. о «пер­вых нача­лах слова Божия», о духов­ном «молоке», чтобы мы могли ура­зу­меть бес­ко­неч­ное «слово правды» и воз­не­стись к «совер­шен­ству», чтобы мы могли при­ни­мать «твер­дую пищу», это зна­чит, чтобы у нас были «чув­ства, навы­ком при­учен­ные к раз­ли­че­нию добра и зла».

Очень важ­ная обя­зан­ность цер­ков­ных учи­те­лей — посвя­щать себя вос­пи­та­нию детей и моло­дежи, поскольку, по сло­вам Таци­ана, дети как члены Церкви имеют такую же цен­ность, как и про­чие члены, и, согласно Ерму, «все мла­денцы славны у Гос­пода». Свя­той Поли­карп Смирн­ский сове­тует: «Юноши должны быть непо­рочны во всем, пре­иму­ще­ственно же забо­титься о цело­муд­рии и удер­жи­вать себя от вся­кого порока». В этой пер­спек­тиве вос­пи­та­ние в хри­сти­ан­ской вере озна­чает «помощь при раз­ви­тии сво­бод­ной, совер­шен­ной и зре­лой лич­но­сти» через актив­ное уча­стие в жизни Церкви, поэтому при кате­хи­за­тор­ской работе боль­шое зна­че­ние при­да­ется спо­собу кон­такта детей и моло­дежи с жиз­нью Церкви, их отно­ше­ниям с дру­гими чле­нами Церкви, их отно­ше­нию к при­роде, воз­мож­но­сти отве­чать на их обще­ствен­ные вопросы и про­блемы, пра­виль­ной направ­лен­но­сти их телес­ного и духов­ного раз­ви­тия, каче­ству их жизни. «Пра­во­слав­ные дог­маты должны стать не только интел­лек­ту­аль­ным досто­я­нием, но пуль­сом сердца и нрав­ствен­ным про­дви­же­нием впе­ред, чтобы жизнь и истина Хри­стовы и для нас стали исти­ной и жиз­нью, чтобы они были исти­ной, пере­жи­ва­е­мой каж­дым веру­ю­щим, и жиз­нью, под­твер­жда­ю­щей истин­ность в лич­ной жизни каж­дого верующего».

На про­тя­же­нии мно­гих лет тота­ли­тар­ного режима дети, посе­щав­шие уроки закона Божия, часто пре­сле­до­ва­лись. Мно­гие роди­тели пред­по­чи­тали не посы­лать своих детей на заня­тия по закону Божию, чтобы огра­дить их от про­блем. Пере­лом насту­пил лишь после паде­ния ком­му­низма в 1990 году, когда изу­че­ние закона Божия было вве­дено в шко­лах. Однако обна­ру­жи­лась ост­рая нехватка каче­ствен­ных учеб­ных посо­бий и книг, что сви­де­тель­ствует о мак­си­маль­ной него­тов­но­сти к кате­хи­за­тор­ской работе. Лишь в 1997 году появился пер­вый учеб­ник закона Божия с мето­ди­кой для кате­хи­за­тора для 3‑го класса началь­ной школы, годом позже — учеб­ник с мето­ди­кой для кате­хи­за­тора для 4‑го класса и в 2001 году — для 5‑го класса. В кате­хи­за­тор­ской работе боль­шую помощь ока­зы­вает Брат­ство пра­во­слав­ной моло­дежи путем орга­ни­за­ции дет­ских лаге­рей, экс­кур­сий для моло­дежи, поез­док по свя­тым местам, бого­слов­ских встреч, изда­нием книг, бро­шюр и жур­на­лов с хри­сти­ан­ским содер­жа­нием, чем спо­соб­ствует повы­ше­нию каче­ства жизни моло­дых людей, кото­рые все актив­нее участ­вуют в таин­ствен­ной жизни Хри­ста в Церкви.

Смысл катехизаторской работы

Смысл кате­хи­за­тор­ской работы состоит в при­об­ще­нии катеху­мена к Цар­ству Божи­ему путем изме­не­ния во Хри­сте и Свя­том Духе, как это видно из слов: «С тер­пе­нием будем про­хо­дить пред­ле­жа­щее нам поприще, взи­рая на началь­ника и совер­ши­теля веры Иисуса» (Евр. 12:1–2). Выс­шую цель Нового Завета, каса­ю­щу­юся при­част­но­сти жизни Хри­сто­вой, апо­стол Павел опи­сы­вает сло­вами: «Для Него (Хри­ста) я от всего отка­зался,… чтобы при­об­ре­сти Хри­ста и най­тись в Нем не со своею пра­вед­но­стью, кото­рая от закона, но с тою, кото­рая через веру во Хри­ста, с пра­вед­но­стью от Бога по вере; чтобы познать Его, и силу вос­кре­се­ния Его, и уча­стие в стра­да­ниях Его, сооб­ра­зу­ясь смерти Его, чтобы достиг­нуть вос­кре­се­ния мерт­вых» (Флп. 3:8–11). В этой пер­спек­тиве обу­чен­ный во Хри­сте, «забы­вая зад­нее и про­сти­ра­ясь впе­ред, стре­мится к цели, к поче­сти выш­него зва­ния Божия во Хри­сте Иисусе» (Флп. 3:13–14).

Спа­се­ние чело­века во Хри­сте воз­можно только путем при­об­ще­ния себя к Телу Иисуса Хри­ста, кото­рое есть Цер­ковь, при усло­вии испо­ве­да­ния веры и после­ду­ю­щего при­ня­тия Кре­ще­ния во имя Свя­той Тро­ицы. Поэтому пер­во­оче­ред­ной пас­тыр­ской обя­зан­но­стью епи­ско­пов и свя­щен­ни­ков, согласно при­зыву Иисуса Хри­ста: «Идите по всему миру и про­по­ве­дуйте Еван­ге­лие всей твари» (Мк. 16:15), явля­ется кате­хи­за­ция тех, кто желает при­нять свя­тое Кре­ще­ние, так же как и тех, кто его уже при­нял, но мало знает о хри­сти­ан­ской вере. Импуль­сом для кате­хи­за­тор­ской работы явля­ются слова Спа­си­теля: «Идите, научите все народы, кре­стя их во имя Отца и Сына и Свя­того Духа, уча их соблю­дать все, что Я пове­лел вам» (Мф. 28:19–20). Если мы изу­чим раз­ли­чие между сло­вами «научите» и «уча» и заду­ма­емся над их содер­жа­нием, то обна­ру­жим, что здесь идет речь о про­по­ве­да­нии (см. Мф. 10:7; 24:14; Лк. 9:2) и при­не­се­нии сви­де­тель­ства (см. Деян. 1:8) с целью обнов­ле­ния катеху­ме­нов во Хри­сте, так как Цер­ковь при­но­сит людям «новое тво­ре­ние», «новую жизнь» во Хри­сте и при­зы­вает всех стать Телом Хри­сто­вым, чтобы быть при­част­ни­ками жизни Три­еди­ного Бога. «Кто во Хри­сте, тот новая тварь» (2 Кор. 5:17), а это зна­чит, что кате­хи­за­ция должна вести к воз­можно луч­шему выра­же­нию при­част­но­сти к жизни Хри­сто­вой, к пра­во­слав­ному нази­да­нию, кото­рое свя­той Гри­го­рий Бого­слов выра­зил сло­вами: «Со Хри­стом должно мне спо­греб­стись, со Хри­стом вос­крес­нуть, со Хри­стом сона­сле­до­вать, стать сыном Божиим, даже богом!».

Бог обра­ща­ется к чело­веку через еван­гель­скую про­по­ведь, и чело­век отве­чает через пока­я­ние — изме­не­ние ста­рого образа жизни, через испо­ве­да­ние веры и при­ня­тие свя­того Кре­ще­ния. Из этого сле­дует, что кате­хи­за­ция и Кре­ще­ние как всту­пи­тель­ное Таин­ство в жизнь Церкви суть вопросы, наи­бо­лее важ­ные для каж­дого веру­ю­щего, но вме­сте с тем и для жизни всей Церкви, так как вступ­ле­ние в Цер­ковь не есть только лич­ное дело отдель­ного чело­века, но каса­ется всей Церкви. Вопло­щен­ный Боже­ствен­ный Логос, Кото­рый, по сло­вам преп. Мак­сима Испо­вед­ника, содер­жится во всех еван­гель­ских запо­ве­дях, пода­ется чело­веку как «слово Божие, живое и дей­ствен­ное и ост­рее вся­кого меча обо­ю­до­ост­рого» (Евр. 4:12). Если чело­век без­ого­во­рочно при­мет Божие слово, ему будут предо­став­лены все пред­по­сылки для вто­рого рож­де­ния (см. Ин. 3:5), кото­рое прин­ци­пи­ально осу­ществ­ля­ется посред­ством Кре­ще­ния и дина­ми­че­ски вос­пол­ня­ется через свя­тое Таин­ство Миропомазания.

Кате­хи­за­тор­ская работа должна быть тео­ло­ги­че­ски обос­но­вана и должна выра­жать веру и созна­ние Церкви, так как в про­тив­ном слу­чае она будет лишь вос­пи­та­нием инди­ви­ду­ально-нрав­ствен­ным, пси­хо­ло­ги­че­ским и мора­ли­зу­ю­щим, без дея­тель­но­сти Свя­того Духа. Может пока­заться, что оно помо­гает чело­веку, но все же оно не освя­щает его, не обо­жи­вает его, а потому не спа­сает. По сло­вам архи­манд­рита Геор­гия, кате­хи­за­тор­ская работа должна «чер­пать из бого­сло­вия Отцов, аскезы, молитвы, Свя­тых Таинств и бого­слу­же­ний Церкви»9, ибо только так может суще­ственно помочь совре­мен­ному изму­чен­ному и несчаст­ному чело­веку. И далее: «Осо­зна­ние со сто­роны пас­ты­рей нашей Церкви своей обя­зан­но­сти кате­хи­за­ции ново­кре­щен­ных мы счи­таем пер­вой пред­по­сыл­кой к улуч­ше­нию кате­хе­ти­че­ского вклада Церкви в отно­ше­ния моло­дежи. Пас­тыри не должны успо­ка­и­вать свою совесть мыс­лью, что кате­хи­за­ция явля­ется делом неко­то­рых рев­ност­ных мирян или мис­си­о­нер­ских орга­ни­за­ций». Ведь имена кре­ща­е­мых запи­сы­ва­ются в мет­рики цер­ков­ных общин для того, чтобы они были зна­комы пас­ты­рям, кото­рые должны сле­дить за их духов­ным ростом и забо­титься об их настав­ле­нии. Если пас­тыри Церкви не будут инте­ре­со­ваться моло­де­жью, а огра­ни­чат свою дея­тель­ность отправ­ле­нием бого­слу­же­ний и выда­чей сви­де­тельств о Кре­ще­нии, кате­хи­за­ция в их цер­ков­ных общи­нах при­дет в упадок.

Свя­щен­ник воз­глав­ляет кате­хи­за­цию в цер­ков­ной общине, и из молитвы, чита­е­мой при хиро­то­нии во свя­щен­ника, видно, какое зна­че­ние при­дает Цер­ковь его учи­тель­скому при­зва­нию: «Исполни его дарами Свя­того Духа, чтобы он был достоин пред­стать без­уко­риз­нен­ным пред Твоим жерт­вен­ни­ком, чтобы про­по­ве­до­вал Еван­ге­лие Тво­его Цар­ства, чтобы гово­рил слово Твоей истины, чтобы при­но­сил Тебе Дары и духов­ные жертвы, чтобы обнов­лял Твой народ через купель обнов­ле­ния». Только свя­щен­ник имеет воз­мож­ность соеди­нить кате­хи­за­цию со всей пас­тыр­ской дея­тель­но­стью в цер­ков­ной общине, потому что как духов­ный отец он кре­стит, пома­зует миром, настав­ляет, испо­ве­дует, при­ча­щает Свя­тых Тайн и в каж­дое мгно­ве­ние жизни наблю­дает за сво­ими духов­ными детьми. Пас­тыр­ское дела­ние должно быть целост­ным, чтобы создать пред­по­сылки для эффек­тив­ного духов­ного руко­вод­ства и кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Наобо­рот, там, где свя­щен­ник не стоит в цен­тре кате­хи­за­ции, кате­хе­ти­че­ская работа и вся пас­тыр­ская забота о веру­ю­щих неэф­фек­тивна. Пра­вильно по этому поводу гово­рит англи­кан­ский епи­скоп В. Кон­клинг: «Важ­ней­шим пра­ви­лом для цер­ков­ной школы явля­ется то, что руко­во­дить ею дол­жен сам насто­я­тель цер­ков­ной общины. Заме­сти­теля быть не должно. Свя­щен­ник дол­жен знать своих духов­ных чад лично по име­нам, и чада его тоже должны знать. Он отве­чает за их обу­че­ние, а если он не под­хо­дит для этого, то не может быть насто­я­те­лем цер­ков­ной общины. Нет ника­кого дру­гого, более важ­ного дела, кото­рому он мог бы посвя­тить свое время. Даже если цер­ков­ная община велика, весьма нера­зумно для насто­я­теля пере­да­вать цер­ков­ную школу какому-либо помощ­нику». И далее: «Насто­я­тель какой-либо боль­шой цер­ков­ной общины может время от вре­мени при­ни­мать помощь под­чи­нен­ных ему свя­щен­ни­ков, кото­рые спе­ци­ально под­го­тов­лены для такой работы. Но воз­глав­лять ее дол­жен он сам, под­дер­жи­вая тес­ный лич­ный кон­такт с духов­ными чадами».

Архи­манд­рит Геор­гий ука­зы­вает: «Как свя­щен­ники давайте не будем рав­но­душны к моло­дежи, ибо не смеем забы­вать, что Спа­си­тель Иисус Хри­стос про­лил Свою Пре­чи­стую Кровь и за нее. Скло­нимся с любо­вью, пере­вя­жем раны ее и пове­дем ее само­от­вер­женно в свя­тую Цер­ковь, где она най­дет спа­се­ние». Свя­щен­ник может побуж­дать всю свою цер­ков­ную общину и может воз­бу­дить кате­хе­ти­че­ский инте­рес во всех ее чле­нах, чтобы все при­няли уча­стие в общем катехе-тиче­ском дей­ствии, одни молит­вой, дру­гие своим при­ме­ром и сове­тами, иные опять же финан­со­вой под­держ­кой кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Свя­щен­ник-кате­хи­за­тор, таким обра­зом, пре­об­ра­зует свою цер­ков­ную общину в кате­хе­ти­че­скую цер­ков­ную общину. Все при­об­ре­тают кате­хе­ти­че­ское созна­ние. Напри­мер, регент стре­мится при­влечь к себе моло­дых людей, чтобы они через пение воз­лю­били Цер­ковь. Ста­ро­ста опять же забо­тится о том, чтобы в храме спе­реди были раз­ме­щены стуль­чики для детей, чтобы они не были вынуж­дены долго сто­ять и поэтому с радо­стью при­хо­дили в храм. Если кате­хе­ти­че­ские инте­ресы в цер­ков­ной общине достиг­нут сво­его апо­гея и ока­жется доста­точ­ное коли­че­ство рев­ност­ных сотруд­ни­ков, то можно орга­ни­зо­вать моло­деж­ный, что поло­жи­тельно отра­зится на дея­тель­но­сти цер­ков­ной общины. Целью таких цен­тров явля­ется созда­ние хри­сти­ан­ской атмо­сферы, где бы катехуме-ны обу­ча­лись исти­нам пра­во­слав­ной веры, про­во­дили сво­бод­ное время в обще­нии любви и встре­ча­лись на раз­лич­ных куль­тур­ных, обще­ствен­ных или спор­тив­ных меро­при­я­тиях. Если в цер­ков­ной общине есть моло­деж­ный центр, моло­дые люди имеют свой уго­лок, что-то вроде при­ста­нища, куда при­хо­дят в сво­бод­ную минуту и где имеют воз­мож­ность встре­титься, пого­во­рить и духовно вос­пря­нуть. Там они могут найти здо­ро­вую среду для отдыха, кото­рый им необ­хо­дим в сего­дняш­нем сует­ном мире.

Наименование катехетики

Кате­хе­тика есть одна из дис­ци­плин кафедры Прак­ти­че­ского бого­сло­вия, зани­ма­ю­ща­яся тео­ре­ти­че­ской и прак­ти­че­ской сто­ро­ной кате­хе­ти­че­ского при­зва­ния Церкви. Чтобы лучше и эффек­тив­нее содей­ство­вать кате­хи­за­тор­ской работе, она исполь­зует исто­ри­че­ские сви­де­тель­ства из раз­ных источ­ни­ков и при­ни­мает во вни­ма­ние совре­мен­ные воз­мож­но­сти исполь­зо­ва­ния всех накоп­лен­ных на дан­ный момент позна­ний в этой обла­сти. Как систе­ма­ти­че­ская науч­ная дис­ци­плина она воз­никла в более позд­ний период, так как в древ­ней Церкви кате­хи­за­торы про­во­дили обу­че­ние в форме под­ра­жа­ния бла­гим при­ме­рам с исполь­зо­ва­нием сове­тов, нахо­дя­щихся в текстах Вет­хого и Нового Завета и в цер­ков­ных творениях.

При изу­че­нии кате­хе­ти­че­ской мис­сии Церкви в про­шлом исполь­зо­вали тер­мины «рели­ги­оз­ная педа­го­гика», «хри­сти­ан­ская педа­го­гика», «тео­рия хри­сти­ан­ского вос­пи­та­ния» и дру­гие. В наше время для дан­ной обла­сти исполь­зу­ются три тер­мина: «кате­хи­за­ция», «хри­сти­ан­ское вос­пи­та­ние» и «рели­ги­оз­ное вос­пи­та­ние». Однако те, кто под­чер­ки­вает бого­слов­ское содер­жа­ние кате­хе­ти­че­ской мис­сии Церкви, все­гда отдают пред­по­чте­ние наиме­но­ва­нию «кате­хе­тика». Сего­дня катехе-тика зани­ма­ется изу­че­нием воз­мож­но­стей осу­ществ­ле­ния кате­хи­за­тор­ской дея­тель­но­сти, поэтому ее цель — помочь кате­хи­за­тору по воз­мож­но­сти лучше осу­ществ­лять свое катехе-тиче­ское слу­же­ние. Кате­хе­тика помо­гает ему познать основ­ные прин­ципы пра­во­слав­ной кате­хи­за­ции, чтобы на основе изъ­яс­не­ния Божией истины он мог откры­вать и удо­вле­тво­рять духов­ные потреб­но­сти катеху­ме­нов. Все это должно осу­ществ­ляться с созна­нием глу­бо­кой ответ­ствен­но­сти кате­хи­за­тора за пра­виль­ное пони­ма­ние и уяс­не­ние истин Еван­ге­лия катехуменами.

Кате­хе­тика не сосре­до­то­чи­вает свое вни­ма­ние только на подроб­ном изу­че­нии содер­жа­ния пра­во­слав­ной веры и жизни, кото­рое мы должны пред­ло­жить новым чле­нам Церкви, но зани­ма­ется, в основ­ном, воз­мож­но­стями осу­ществ­ле­ния кате­хе­ти­че­ского слу­же­ния в совре­мен­ном обще­стве, поэтому на осно­ва­нии науч­ных кри­те­риев изу­чает вос­пи­та­тельно-обра­зо­ва­тель­ную дея­тель­ность Церкви, лич­ность кате­хи­за­тора (его обра­зо­ва­ние, духов­ные и учи­тель­ские каче­ства), катеху­ме­нов (их воз­раст, обра­зо­ва­тель­ный уро­вень, обще­ствен­ные усло­вия жизни, про­фес­сию, осо­бен­но­сти харак­тера каж­дого чело­века, его повсе­днев­ные про­блемы), раз­лич­ные кате­хе­ти­че­ские и педа­го­ги­че­ские методы. Свет­ская педа­го­гика стре­мится к озна­ком­ле­нию с чем-то новым и до сих пор неиз­вест­ным, в то время как кате­хе­тика сосре­до­то­чи­ва­ется на выяв­ле­нии и пости­же­нии того, что внутри нас, т. е. на обнов­ле­нии образа и подо­бия Божия в человеке.

Для успеш­ной кате­хи­за­тор­ской работы важно выбрать под­хо­дя­щий мате­риал соот­вет­ственно общему уровню катеху­ме­нов и иметь в виду:

  • под­го­товку кате­хи­за­тора для пре­по­да­ва­ния закона Божия в началь­ных и сред­них школах;
  • кате­хи­за­цию в цер­ков­ной общине, т. е. изъ­яс­не­ние хри­сти­ан­ских истин веры в раз­ных фор­мах, ока­зы­ва­ю­щих общее вли­я­ние на жизнь веру­ю­щих в цер­ков­ной общине;
  • важ­ность руко­вод­ства со сто­роны духов­ника, кото­рый сле­дит за пра­виль­ным раз­ви­тием духов­ной жизни человека;
  • исполь­зо­ва­ние сво­бод­ного вре­мени для работы в обла­сти духа;
  • созда­ние семей­ной атмо­сферы на приходе.

Этимология слов «катехизация», «катехизатор», «катехумен»

Поня­тием «кате­хи­за­ция» в цер­ков­ном языке выра­жа­ется «образ уче­ния» (Рим. 6:17), кото­рый при­во­дит инте­ре­су­ю­ще­гося хри­сти­ан­ством к основ­ным дог­ма­ти­че­ским исти­нам Церкви и пред­ше­ствует Кре­ще­нию. Апо­стол Павел при­во­дит основ­ные дан­ные о хри­сти­ан­ской кате­хи­за­ции, когда гово­рит о пока­я­нии, о вере в Бога, о Кре­ще­нии, о воз­ло­же­нии рук, о Миро­по­ма­за­нии (через кото­рое веру­ю­щий ста­но­вится при­част­ни­ком бла­го­дати Свя­того Духа), о вос­кре­се­нии мерт­вых и суде веч­ном (Евр. 6:1–2).

Слово «кате­хе­тика» про­ис­хо­дит от слов, кото­рые обо­зна­чают, прежде всего, пере­дачу уче­ния или инфор­ма­ции. В Вет­хом Завете (в тек­сте Сеп­ту­а­гинты) встре­ча­ется лишь про­стое слово.

«В Новом Завете нет имени существительного.

Гла­голы, кото­рые можно найти уже в сочи­не­ниях Иосифа и Филона, исполь­зу­ются либо в общем зна­че­нии (см. Деян. 21:21,24), либо для выра­же­ния уче­ния и науче­ния рели­ги­оз­ным исти­нам. Иудей «научен из закона» (Рим. 2:18), между тем как хри­сти­а­нин «настав­лен в начат­ках пути Гос­подня» (Деян. 18:25), «настав­лен» жизни Спа­си­теля (Лк. 1:4) и как «настав­ля­е­мый сло­вом» дол­жен иметь часть во «вся­ком добре» (Гал. 6:6; см. 1 Кор. 14:19). В Новом Завете нигде не гово­рится о спо­собе уче­ния (кате­хи­за­ции), а упо­треб­ле­нием гла­гола под­чер­ки­ва­ется, глав­ным обра­зом, уст­ная пере­дача вести о Божием Откро­ве­нии и жизни Иисуса Хри­ста. Для воз­ве­ще­ния хри­сти­ан­ского уче­ния исполь­зу­ются также слова «при­но­сить доб­рую весть», «про­по­ве­до­вать», «сви­де­тель­ство­вать».

Хри­сти­ан­ское уче­ние обо­зна­ча­ется и при помощи выра­же­ний «путь», «уче­ние», «пре­да­ние», «слово».

Из этого сле­дует, что в Новом Завете кате­хи­за­ция пони­ма­лась как уче­ние пути Гос­подня, т. е. всей жизни Иисуса Хри­ста. В конеч­ном итоге все содер­жа­ние Нового Завета явля­ется кате­хе­ти­че­ским уче­нием Церкви, цель кото­рого — сде­лать Боже­ствен­ное Откро­ве­ние извест­ным всему миру. Этим кате­хи­за­ция сопри­ка­са­ется со всем содер­жа­нием Нового Завета, кото­рый по суще­ству и есть катехизация.

Эти­мо­ло­гия слова «кате­хи­зис» от гла­гола, кото­рый озна­чает «сильно зву­чать», ведет нас к основ­ному зна­че­нию цер­ков­ного тер­мина «кате­хи­зис», кото­рое выра­жает, что слово Божие зву­чит в ушах чело­века, кото­рому оно несет завет спа­се­ния, при­зы­вая при­нять его в свое сердце. В цер­ков­но­сла­вян­ском языке слово было заме­нено сло­вом «огла­шать», что озна­чает «громко озна­ком­лять кого-либо с чем-либо, обра­щать чье-либо вни­ма­ние на что-либо, инфор­ми­ро­вать». Сло­вом «кате­хи­зис» выра­жа­ется «пря­мое уче­ние, кото­рое опи­ра­лось на слы­ша­ние, озна­ком­ле­ние, сви­де­тель­ство, живое слово».

Испол­не­ние слов царя Давида: «Во всю землю изыде веща­ние их и в концы все­лен­ныя гла­голы их» (Пс. 18:5), мы видим, прежде всего, в про­по­веди апо­сто­лов и позже в пас­тыр­ском деле слу­жи­те­лей Церкви. Зна­че­ние слова «кате­хи­зис» начало кри­стал­ли­зи­ро­ваться во II и III сто­ле­тии. «Апо­столь­ское Пре­да­ние» Иппо­лита исполь­зует поня­тие «кате­хи­зис» для обо­зна­че­ния уче­ния для катеху­ме­нов, т. е. при­го­тов­ля­ю­щихся к при­ня­тию Свя­того Кре­ще­ния. По сви­де­тель­ству Тер­тул­ли­ана, слово «катеху­мен» озна­чало осо­бую группу людей, кото­рых он наиме­но­вал novitioti и кото­рым пре­по­да­ва­лись основ­ные Божий истины.

Эти­ма­ло­ги­яс­лов «кате­хи­за­ция», «кате­хи­за­тор», «катеху­мен»

В совре­мен­ной эпохе сло­вом «кате­хи­за­ция» обо­зна­ча­ется стрем­ле­ние к рас­ши­ре­нию хри­сти­ан­ского уче­ния и озна­ком­ле­нию веру­ю­щих с дог­ма­тами Церкви. В более глу­бо­ком смысле кате­хи­за­ция имеет в виду вос­пи­та­ние в вере с целью при­ве­сти чело­века к совер­шен­ству и спа­се­нию. Цер­ковь в каж­дой эпохе сле­дит за пра­виль­ным изло­же­нием хри­сти­ан­ского позна­ния и веры, чтобы каж­дый чело­век через посто­ян­ное нази­да­ние и духов­ное совер­шен­ство­ва­ние достиг пол­ноты при­част­но­сти жизни Хри­сто­вой, как гово­рит св. Мефо­дий Олимпийский28, опи­ра­ясь на слова апо­стола Павла.

Слово «кате­хи­за­тор» озна­чает того, кто обу­чает веру­ю­щих дог­ма­там Церкви. Катеху­мен — это тот, кто обу­ча­ется хри­сти­ан­ской вере, чтобы потом через свя­тое Таин­ство Кре­ще­ния всту­пить в Цер­ковь. Сло­вом «огла­ше­ние» или «кате­хи­зис» обо­зна­ча­ются также раз­лич­ные руко­вод­ства, содер­жа­щие свод важ­ней­ших хри­сти­ан­ских истин, кото­рые воз­ни­кали в раз­лич­ные эпохи для нужд Церкви. Свя­той Кирилл Иеру­са­лим­ский был пер­вым хри­сти­ан­ским писа­те­лем, кото­рый упо­тре­бил поня­тие «кате­хи­зис» для своих систе­ма­ти­че­ских огла­си­тель­ных поучений.

История православной катехетики

Воспитание в Ветхом Завете

Вос­пи­та­ние в Вет­хом Завете опи­ра­лось на уче­ние, согласно кото­рому чело­век был сотво­рен Богом, согре­шил из-за сво­его непо­слу­ша­ния и жил с надеж­дой, что при­дет искуп­ле­ние. Чело­век омра­чил в себе образ Божий и утра­тил воз­мож­ность при­част­но­сти к Боже­ствен­ному вели­ко­ле­пию. Осво­бож­де­ние чело­века зави­село от его обще­ния с Богом, Кото­рый на про­тя­же­нии вет­хо­за­вет­ной исто­рии вел Свой избран­ный народ. Истин­ное позна­ние Бога было воз­можно только для тех, кто жил в обще­нии с Богом, как сви­де­тель­ствует об этом про­рок Иезе­ки­иль (12:15).

Изра­иль­ский народ, ведо­мый Зако­ном, жил и раз­ви­вался на про­тя­же­нии сво­его исто­ри­че­ского пути. Сам Иегова был его вос­пи­та­те­лем (Втор. 8:5) и тре­бо­вал от него послу­ша­ния Закону и веры в Еди­ного Бога. Каж­дый изра­иль­тя­нин дол­жен был понять и осо­знать Божию заботу о нем, поскольку Бог был для него наи­выс­шим вос­пи­та­те­лем и Отцом (Втор. 8:2–6). Сле­до­ва­тельно, было важно соблю­дать закон и жить по воле Божией. В этом духе изра­иль­ский народ жил в ожи­да­нии Мес­сии, Кото­рый спа­сет его. Все Божий обе­то­ва­ния обра­зо­вы­вали вос­пи­та­тель­ный про­цесс, кото­рый был обу­слов­лен вер­но­стью истин­ному Богу, поскольку только так мог быть осу­ществ­лен Божий план спа­се­ния. Изра­иль­ский народ, ведо­мый Богом, дол­жен был не про­сто выжить в исто­ри­че­ской эпохе, но его при­зва­нием было сохра­нить свою осо­бен­ность «свя­того народа» (Исх. 19:6), чтобы он мог дать миру Спасителя.

О вос­пи­та­нии в Вет­хом Завете забо­ти­лись закон­ники, учи­тели, свя­щен­ники, про­роки и роди­тели, но в дей­стви­тель­но­сти только Божие про­мыш­ле­ние состав­ляло истин­ное вос­пи­та­ние (См. Притч. 1:7; Сир. 1:1). Вет­хо­за­вет­ные книги, посвя­щен­ные вос­пи­та­нию и нази­да­нию лич­но­сти, имеют весьма поучи­тель­ное и глу­боко педа­го­ги­че­ское содер­жа­ние. Книга Прит­чей пред­став­ляет истин­ную пре­муд­рость с целью, чтобы люди ее осво­или и достигли сча­стья. Книга Пре­муд­ро­сти Соло­мона эту пре­муд­рость, кото­рая явля­ется Божиим даром и отра­жа­ется в рели­ги­оз­ной и нрав­ствен­ной жизни, про­ти­во­по­став­ляет лож­ной муд­ро­сти мира. Книга Пре­муд­ро­сти Иисуса, сына Сира­хова, кото­рую Кли­мент Алек­сан­дрий­ский неод­но­кратно назы­вает «педа­го­гом», также пред­став­ляет истин­ное нази­да­ние и муд­рость в Боге. И про­роки пред­став­ляют Бога как вос­пи­та­теля изра­иль­тян. Бог явля­ется, таким обра­зом, при­ме­ром для всех воспитателей.

Роль родителей и учителей в воспитании

Началь­ная роль вос­пи­та­теля в Вет­хом Завете при­над­ле­жала матери или няньке ребенка (См. 2 Цар. 4:4). Позд­нее учи­тель, испол­ня­ю­щий роль вос­пи­та­теля, имел обя­зан­ность настав­лять своих уче­ни­ков и пере­да­вать им муд­рость, истин­ное уче­ние и разум (Притч. 23:23). Таким спо­со­бом вос­пи­ты­ва­лись и фор­ми­ро­ва­лись отдель­ные лич­но­сти, кото­рые были спо­собны постичь Божий закон, дан­ный в десяти Божиих запо­ве­дях, и могли вклю­читься в обще­ствен­ную жизнь (См. Притч. 1:2–7; 4:13; 10:17). Зна­чи­тель­ную роль играл также отец, осо­бенно в пере­ход­ном воз­расте ребенка, так как он обу­чал юно­шей реме­слу, кото­рое пере­да­ва­лось из поко­ле­ния в поко­ле­ние. Одно­вре­менно он зна­ко­мил их с важ­ней­шими вопро­сами веры, наци­о­наль­ных тра­ди­ций, нрав­ствен­ных прин­ци­пов и обы­чаев их пред­ков (Исх. 10:2; 12:6; Втор. 5:1). О важ­но­сти вос­пи­та­тельно-нази­да­тель­ной роли отца сви­де­тель­ствует факт, что свя­щен­ник, имев­ший также при­зва­ние учить, назы­вался отцом (Суд. 17:10; 18:19). Отно­ше­ния между учи­те­лем и уче­ни­ком были подобны отно­ше­ниям отца и сына и выра­жа­лись поня­ти­ями «отец» и «сын».

Роль священников в воспитании

Свя­щен­ники также про­во­дили вос­пи­та­тель­ную работу в тех местах, где отправ­ля­лись бого­слу­же­ния, о чем сви­де­тель­ствует про­рок Самуил. Также и про­роки выпол­няли функ­цию вос­пи­та­те­лей, поскольку целью их про­ро­че­ского про­све­ще­ния была пере­дача слова Божия и напо­ми­на­ние о необ­хо­ди­мо­сти чистоты сердца. Они стали, таким обра­зом, глав­ными дея­те­лями фор­ми­ро­ва­ния рели­ги­оз­ной и эти­че­ской жизни сво­его народа и, в конеч­ном итоге, обра­зо­ва­ния изра­иль­тян. Закон­ники тоже имели вли­я­ние на фор­ми­ро­ва­ние и вос­пи­та­ние лич­но­сти, поскольку забо­ти­лись о настав­ле­нии в Законе. Все, кто испол­нял роль вос­пи­та­теля (педа­гога) в Вет­хом Завете, имели над детьми власть, кото­рую под­твер­ждал Закон, и, если дети не под­чи­ня­лись, к ним могли быть при­ме­нены раз­лич­ные виды нака­за­ний вплоть до телесных.

Катехизация в синагоге

Кате­хи­за­ция, кото­рая полу­чила раз­ви­тие в древ­них хри­сти­ан­ских цен­трах, могла быть под­вер­жена вли­я­нию сина­го­галь­ной прак­тики в Пале­стине и диас­поре. Этот метод34 начал раз­ви­ваться в начале сто­ле­тия нашей эры и заклю­чался в том, что биб­лей­ский текст сна­чала читался в сина­гоге, а затем сле­до­вало разъ­яс­не­ние неяс­ных мест в тек­сте. Такая прак­тика имела педа­го­ги­че­ское зна­че­ние и поз­во­ляла веру­ю­щим вник­нуть в более глу­бо­кие тайны Вет­хого Завета.

Чтобы соот­вет­ство­вать уровню окру­же­ния и раз­лич­ных фило­соф­ских систем, евреи при­со­еди­няли к сво­ему методу вопро­сов и отве­тов дру­гие раз­лич­ные экзе­ге­ти­че­ские методы. Одним из самых выда­ю­щихся был алле­го­ри­че­ский метод экзе­ге­зиса, осо­бенно упо­тре­би­тель­ный в алек­сан­дрий­ском иудей­ском обще­стве. Вполне воз­можно, что кате­хи­за­ция в Древ­ней Церкви при­дер­жи­ва­лась подоб­ной мето­до­ло­гии. Кли­мент Алек­сан­дрий­ский и Ори­ген про­дол­жили эту иудей­скую алек­сан­дрий­скую экзе­ге­ти­че­скую тра­ди­цию, и это нашло свое отра­же­ние в их кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Это под­твер­жда­ется тем, что сочи­не­ния Кли­мента Алек­сан­дрий­ского имеют много общего с тру­дами Филона Алек­сан­дрий­ского. Алле­го­ри­че­ский метод в кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти Древ­ней Церкви, ском­би­ни­ро­ван­ный с пат­ри­о­ти­че­ской типо­ло­гией, обна­ру­жил факты спа­си­тель­ного дела Хри­стова уже в Вет­хом Завете.

С появ­ле­нием раз­лич­ных гно­сти­че­ских систем, кото­рые угро­жали хри­сти­ан­скому уче­нию, кате­хи­за­ция стала выпол­нять также мис­сию разъ­яс­не­ния хри­сти­а­нам основ­ных раз­ли­чий между гно­сти­циз­мом и хри­сти­ан­ским уче­нием с целью сохра­нить воз­мож­ность и реаль­ность спа­се­ния для человека.

Катехизация в апостольский период

Кате­хе­ти­че­ская дея­тель­ность Нового Завета имеет свои корни в Вет­хом Завете и рас­про­стра­ня­ется на все воз­раст­ные группы. Цер­ковь с момента сво­его воз­ник­но­ве­ния через про­по­ведь слова Божия и кате­хе­ти­че­скую дея­тель­ность откры­вала людям тайну спа­се­ния во Хри­сте. Она про­дол­жала дело Иисуса Хри­ста и воз­ве­щала Еван­ге­лие людям по всему миру. Об этом сви­де­тель­ствует еван­ге­лист Лука, кото­рый напи­сал Фео­филу, что при­сту­пает к напи­са­нию Еван­ге­лия, чтобы уве­рить его, что собы­тия, в кото­рых он наставлен35, под­линны (Лк. 1:4). В Дея­ниях апо­сто­лов он снова гово­рит, что Апол­лос «был настав­лен в начат­ках пути Гос­подня и, горя духом, гово­рил и учил о Гос­поде пра­вильно» (Деян. 18:25). Апо­стол Павел сове­тует: «Настав­ля­е­мый сло­вом, делись вся­ким доб­ром с настав­ля­ю­щим» (Гал. 6:6). Поскольку он счи­тал своей пер­во­сте­пен­ной обя­зан­но­стью учить исти­нам Еван­ге­лия, он гово­рит: «Хри­стос послал меня не кре­стить, а бла­го­вест­во­вать» (1 Кор. 1:17), т. е. воз­ве­щать хри­сти­ан­ское уче­ние катеху­ме­нам, гото­вя­щихся к при­ня­тию Свя­того Кре­ще­ния (См. 1 Кор. 14:19; Деян. 18:25 и т. д.).

Уве­ро­вав­шие через Кре­ще­ние ста­но­ви­лись чле­нами Церкви, Тела Хри­стова. Сна­чала их кре­стили после крат­кого озна­ком­ле­ния с основ­ными хри­сти­ан­скими исти­нами, вслед за испо­ве­да­нием веры. К сожа­ле­нию, не сохра­ни­лись ясные сви­де­тель­ства о содер­жа­нии и форме этого крат­кого кате­хе­ти­че­ского испо­ве­да­ния. В апо­столь­ский период между огла­ше­нием и Кре­ще­нием не было боль­шого вре­мен­ного про­ме­жутка, так как огла­ше­ние было крат­ким и пода­ва­лось в общих чер­тах. Лишь позже воз­никла необ­хо­ди­мость более пол­ного обу­че­ния новых чле­нов Церкви. Огла­си­тель­ная дея­тель­ность свя­тых апо­сто­лов, сопро­вож­да­е­мая совер­ше­нием чудес, заклю­ча­лась, в основ­ном, в про­по­веди о пока­я­нии (Деян. 2:4,38–41; 8:35–39; 16:31–34; 19:4–6). «Кате­хе­ти­че­ское уче­ние начи­на­лось с объ­яс­не­ния суще­ство­ва­ния Еди­ного Бога, потом кри­ти­ко­вало идо­ло­по­клон­ни­че­ское заблуж­де­ние и, нако­нец, пред­став­ляло Иисуса Хри­ста как Осво­бо­ди­теля». После всего этого катеху­мены зна­ко­ми­лись с уче­нием апо­стола Павла в Афи­нах (Деян. 17:22–31).

В эпоху жесто­ких гоне­ний мно­гие хри­сти­ане отпали от веры и пре­дали Хри­ста. Из этой ситу­а­ции Цер­ковь выхо­дила путем соот­вет­ству­ю­щей под­го­товки катеху­ме­нов, чтобы укре­пить их в вере, при­дать им муже­ство при испо­ве­да­нии Хри­ста и под­го­то­вить их к воз­мож­ной муче­ни­че­ской смерти за Хри­ста. Это зна­чит, что огла­ше­ние имело в этот период иную форму. Когда же в Церкви стали появ­ляться про­блемы, обу­слов­лен­ные воз­ник­но­ве­нием ере­сей и край­ними фана­ти­че­скими взгля­дами, это снова при­вело к пере­ме­нам в под­го­товке катеху­ме­нов к при­ня­тию Кре­ще­ния с целью осно­ва­тельно научить их хри­сти­ан­ским исти­нам, чтобы они могли выдер­жать испы­та­ние пра­виль­но­сти своей веры. Цель огла­ше­ния, таким обра­зом, была в том, чтобы озна­ко­мить веру­ю­щих с хри­сти­ан­ской верой и воору­жить их аргу­мен­тами, чтобы они могли защи­щать ее и жить согласно хри­сти­ан­скому учению.

Катехизация в послеапостольский период

В послеа­по­столь­ский период спо­соб при­ня­тия новых хри­стиан в Цер­ковь начал систе­ма­ти­зи­ро­ваться и огла­ше­ние при­об­рело боль­шое зна­че­ние как необ­хо­ди­мое усло­вие под­го­товки чело­века к новой жизни, поэтому силь­ный акцент ста­вился на спо­собе, про­дол­жи­тель­но­сти и содер­жа­нии огла­ше­ния, так же как и на уча­стии самих катеху­ме­нов, вос­при­я­тии и вопло­ще­нии ими уче­ния Церкви.

Катеху­мены были осо­бой груп­пой людей, кото­рая начала фор­ми­ро­ваться в Церкви в начале II века, и исти­нам веры их учили слу­жи­тели Церкви, назы­ва­е­мые кате­хе­тами. Чуть позже в круп­ных горо­дах стали созда­ваться кате­хи­зи­че­ские школы, чтобы улуч­шить кате­хе­ти­че­скую работу Церкви. Это зна­чит, что со II сто­ле­тия нача­лась систе­ма­ти­че­ская кате­хи­за­ция в кате­хи­зи­че­ских шко­лах в Алек­сан­дрии, Антио­хии, Кеса­рии, Иеру­са­лиме и в дру­гих горо­дах. Воз­ник катеху­ме­нат, и воз­росла про­дол­жи­тель­ность пери­ода огла­ше­ния. В кате­хи­зи­че­ских шко­лах катеху­мены обу­ча­лись исти­нам веры, и по окон­ча­нии курса лек­ций, кото­рые про­дол­жа­лись три года, они были готовы к при­ня­тию Кре­ще­ния, о чем сви­де­тель­ствует текст вось­мой книги Апо­столь­ских поста­нов­ле­ний: «Жела­ю­щий огла­ситься пусть огла­ша­ется три года. Но если кто при­ле­жен и имеет бла­го­рас­по­ло­же­ние к делу, да будет при­нят, ибо ценится не время, но поведение».

Катехизация после прекращения гонений

Когда Церкви в 313 году бла­го­даря Милан­скому эдикту была поз­во­лена сво­бод­ная дея­тель­ность, огла­ше­ние полу­чило совер­шенно дру­гой вид. Инте­ре­су­ю­щихся хри­сти­ан­ской верой ста­но­ви­лось все больше и больше, но не все ста­но­ви­лись катеху­ме­нами с чистыми наме­ре­ни­ями. То есть, хри­сти­ане пере­стали жить и испо­ве­до­вать свою веру тайно, откры­лась их при­над­леж­ность к хри­сти­ан­ству, кото­рая в извест­ном смысле заста­вила их род­ных и близ­ких занять по отно­ше­нию к ним опре­де­лен­ную пози­цию. Во мно­гих слу­чаях побеж­дали узы род­ствен­ных отно­ше­ний или дружбы, и поэтому инте­ре­су­ю­щийся хри­сти­ан­ством ста­но­вился катеху­ме­ном не из любви ко Христу.

А самое глав­ное, импе­ра­тор скло­нялся к Церкви, оттого мно­гие язы­че­ские чинов­ники стре­ми­лись извлечь выгоду из при­ня­тия хри­сти­ан­ства, но в дей­стви­тель­но­сти при­ни­мали его лишь поверх­ностно. Чтобы вос­пре­пят­ство­вать таким нездо­ро­вым явле­ниям, Цер­ковь стала строже отно­ситься к тем, кто хотел стать хри­сти­а­ни­ном. Огла­си­тель­ный период обес­пе­чи­вал воз­мож­ность более вни­ма­тель­ного кон­троля и луч­шей под­го­товки кан­ди­да­тов, кото­рые раз­де­ля­лись на слу­ша­ю­щих, про­све­ща­е­мых и ново­про­све­щен­ных и, соот­вет­ственно этому, были участ­ни­ками опре­де­лен­ной части Боже­ствен­ной литур­гии. Так кате­хе­ти­че­ский эле­мент пере­пле­тался с литургическим.

Слу­ша­ю­щие сто­яли в при­творе храма и слу­шали чте­ние из Свя­щен­ного Писа­ния с соот-вет­ству­ю­щим тол­ко­ва­нием, кото­рое осу­ществ­ля­лось посред­ством про­по­веди. Они еще не несли ответ­ствен­но­сти за соблю­де­ние пра­вил хри­сти­ан­ского уче­ния. Про­све­ща­е­мые слу­шали чте­ние из Свя­щен­ного Писа­ния и сто­яли в храме на про­тя­же­нии пер­вой части Боже­ствен­ной литур­гии. После воз­гласа «Елицы огла­ше­нии, изы­дите» они поки­дали храм и не участ­во­вали в Свя­том При­ча­ще­нии. Они уже были ответ­ственны за соблю­де­ние Божиих запо­ве­дей и стре­ми­лись жить согласно пра­ви­лам хри­сти­ан­ского уче­ния. После трех­лет­него огла­ше­ния они счи­та­лись под­го­тов­лен­ными к вступ­ле­нию в Цер­ковь через Кре­ще­ние. Необ­хо­димо под­черк­нуть, что тот, кто запи­сался в ряды катеху­ме­нов, уже счи­тался хри­сти­а­ни­ном. Ново­про­све­щен­ные — это те, кото­рые при­няли Кре­ще­ние и могли участ­во­вать в Свя­той Евха­ри­стии, т. е. стали дей­стви­тель­ными чле­нами Церкви.

Были выра­бо­таны осо­бые типы огла­ше­ния для про­све­ща­е­мых и одно­вре­менно для ново­про­све­щен­ных, назы­ва­е­мые «тай­но­вод­ствен-ными», кото­рые помо­гали ново­кре­щен­ным понять зна­че­ние Свя­тых Таинств и про­ник­нуть в более глу­бо­кие тайны хри­сти­ан­ской веры и жизни Церкви. Это зна­чит, что в Древ­ней Церкви огла­ше­ние имело две формы и слу­жило в каче­стве при­го­тов­ле­ния буду­щих чле­нов Церкви к при­ня­тию Кре­ще­ния и в каче­стве уче­ния для кре­ще­ных. В пер­вом слу­чае речь шла о под­го­то­ви­тель­ном обу­че­нии с целью посвя­тить в истины веры тех, кто желал стать чле­ном Церкви. Во вто­ром слу­чае речь шла о про­дол­же­нии обу­че­ния для тех, кто уже стал чле­ном Церкви через при­ня­тие Свя­того Кре­ще­ния с целью углу­бить их позна­ния о хри­сти­ан­ской вере и жизни. В обоих слу­чаях катеху­ме­нам пред­ла­га­лась духов­ная пища, чтобы они могли изме­нить ста­рый образ жизни на новую жизнь во Христе.

В пер­вые два сто­ле­тия не суще­ство­вало оди­на­ко­вого кате­хе­ти­че­ского слу­же­ния во всей Церкви, и каж­дая помест­ная Цер­ковь осу­ществ­ляла огла­си­тель­ную под­го­товку иным спо­со­бом. Допол­ни­тель­ную кате­хи­за­цию для про­све­ща­е­мых про­во­дил епи­скоп в период Вели­кого поста и откры­вал им неко­то­рые истины, кото­рые содер­жа­лись в тайне от языч­ни­ков и непо­свя­щен­ных. В те вре­мена люди при­ни­мали крещение44 в зре­лом воз­расте после над­ле­жа­щей огла­си­тель­ной под­го­товки, чтобы быть в состо­я­нии жить новой жиз­нью в Церкви Хри­сто­вой, поскольку созна­вали, что «Кре­ще­ние есть очи­ще­ние от гре­хов, отпу­ще­ние пре­гре­ше­ний и при­чина обнов­ле­ния», как гово­рит свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский. И далее: «Нена­видьте тем­ные жилища греха, укло­няй­тесь от диа-вола, как от жесто­кого тюрем­щика, кото­рый извле­кает пользу из несча­стья греш­ни­ков». Итак, можно утвер­ждать, что кате­хе­ти­че­ское обу­че­ние в Древ­ней Церкви каса­лось, прежде всего, взрос­лых людей. Но начи­ная с IV века встре­ча­ются упо­ми­на­ния, сви­де­тель­ству­ю­щие о кре­ще­нии детей и их уча­стии в Боже­ствен­ной литур­гии. Дети пели вме­сте с осталь­ными чле­нами Церкви во время богослужения47 и при­сту­пали ко Свя­тому При­ча­ще­нию. Бла­жен­ный Авгу­стин гово­рит о детях, что они, хотя еще и малы, ста­но­вятся чле­нами Церкви, при­част­ни­ками таин­ствен­ной жизни и тра­пезы Гос­пода, чтобы иметь жизнь, так как дети без Кре­ще­ния и При­ча­стия Тела и Крови Хри­сто­вых не имеют уча­стия в истин­ной жизни.

Крещение младенцев и семейная катехизация

Период, когда нача­лось кре­ще­ние мла­ден­цев, был пери­о­дом мас­со­вого вступ­ле­ния людей в Цер­ковь, кото­рая была недо­ста­точно готова к тому, чтобы удо­вле­тво­рять мно­го­чис­лен­ным кате­хе­ти­че­ским тре­бо­ва­ниям, кото­рые предъ­яв­лял огром­ный при­лив новых хри­стиан. Люди, через Кре­ще­ние всту­пав­шие в Цер­ковь, часто не имели доста­точ­ной кате­хи­зи­че­ской подготовки51, хотя в цер­ков­ной исто­рии мы встре­чаем стрем­ле­ния к пра­виль­ному хри­сти­ан­скому вос­пи­та­нию, как это видно из раз­лич­ных сочи­не­ний кате­хи­зи­че­ского содер­жа­ния. Когда полу­чило рас­про­стра­не­ние кре­ще­ние детей, кате­хи­за­ция утра­тила свое пер­во­на­чаль­ное зна­че­ние, потому что к детям обыч­ный спо­соб вос­пи­та­ния в вере перед при­ня­тием Свя­того Кре­ще­ния не мог быть при­ме­нен. В VI веке воз­росло коли­че­ство кре­ще­ных детей и катеху­ме­нат пошел на убыль. Воз­никла роль крест­ного роди­теля (вос­при­ем­ник), кото­рый был обя­зан научить ребенка молитве Гос­под­ней «Отче наш» и основ­ным нача­лам хри­сти­ан­ской веры и жизни. Это зна­чит, что роль крест­ного роди­теля не огра­ни­чи­ва­лась при­сут­ствием при Свя­том Кре­ще­нии, но про­дол­жа­лась как «служба вос­пол­ня­ю­щего огла­ше­ния и наблю­де­ния за катеху­ме­нами в их стрем­ле­нии вопло­тить дог­ма­ти­че­ские убеж­де­ния в повсе­днев­ной жизни». Центр тяже­сти кате­хи­за­ции, т. е. ответ­ствен­ность за хри­сти­ан­ское вос­пи­та­ние кре­ще­ного ребенка, пере­ме­стился на роди­те­лей и вос­при­ем­ни­ков до его совершеннолетия.

«Исто­ри­че­ское раз­ви­тие хри­сти­ан­ства и его ста­нов­ле­ние в сво­бод­ной обста­новке и в пери­оды срав­ни­тельно неболь­ших опас­но­стей создали пред­по­сылки для того, чтобы духов­ное обнов­ле­ние через Кре­ще­ние отож­де­стви­лась с физи­че­ским рож­де­нием». К тому же слова

Иисуса Хри­ста: «Пустите детей при­хо­дить ко Мне» (Мк. 10:14; Мф. 19:14; Лк. 18:16), и мне­ние, что дети не должны уми­рать некрещеными57, спо­соб­ство­вали вве­де­нию прак­тики кре­ще­ния детей. С рас­про­стра­не­нием кре­ще­ния мла­ден­цев кате­хе­ти­че­ская мис­сия Церкви при­шла в упа­док и кате­хи­за­ция огра­ни­чи­лась отре­че­нием от диа­вола и соче­та­нием Хри­сту, кото­рое осу­ществ­ляет вос­при­ем­ник от имени кре­ща­е­мого, испо­ве­дуя также за него Сим­вол веры. Но Цер­ковь, хоть и при­няла кре­ще­ние мла­ден­цев, не может отка­заться от кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Напро­тив, кате­хи­за­цию сле­дует счи­тать необ­хо­ди­мым допол­не­нием к Свя­тому Кре­ще­нию, поскольку посред­ством нее ново­кре­щен­ный и при­чис­лен­ный к Телу Хри­стову усва­и­вает содер­жа­ние веры и ста­но­вится созна­тель­ным чле­ном Церкви. Глав­ной целью кате­хи­за­ции явля­ется не интел­лек­ту­аль­ное вос­пи­та­ние катеху­ме­нов, а их созна­тель­ное вхож­де­ние в Цер­ковь, в кото­рой они най­дут спа­се­ние. Это зна­чит, что пас­тыр­ская обя­зан­ность тех, кто кре­стит хри­стиан во имя Свя­той Тро­ицы, оста­ется непол­ной, пока не допол­нится сле­ду­ю­щей оди­на­ково важ­ной пас­тыр­ской обя­зан­но­стью — кате­хи­за­цией кре­щен­ных. Невоз­можно про­сле­дить тес­ную связь кате­хе­ти­че­ской работы со свя­тым Таин­ством Кре­ще­ния, поскольку Кре­ще­ние не имеет зна­че­ния для спа­се­ния кре­щен­ного, если он не будет настав­лен и не научится исти­нам веры, кото­рые он сво­бодно при­мет, когда достиг­нет совершеннолетия.

Кре­ще­ние мла­ден­цев имело поло­жи­тель­ные и отри­ца­тель­ные сто­роны. С одной сто­роны, чело­век еще ребен­ком вклю­чался в жизнь Церкви и с малых лет мог при­ни­мать уча­стие в Таин­ствах, но, с дру­гой сто­роны, утра­тили свое зна­че­ние мно­гие обряды перед Кре­ще­нием, исчезли кре­стильни, свя­тое Таин­ство Кре­ще­ния было отде­лено от Боже­ствен­ной литур­гии, и во мно­гих слу­чаях Кре­ще­ние стало лишь фор­маль­но­стью. Хотя в более позд­ний период катеху­ме­нат в Визан­тии был упразд­нен, долж­ность кате­хи­за­тора сохра­ни­лась. Из этого пери­ода известны Боль­шой кате­хи­зис и Малый кате­хи­зис свя­того Фео­дора Сту­дита (759–826), два­дцать огла­си­тель­ных слов Миха­ила Акоми-ната (1140–1222), два огла­си­тель­ных слова Иоанна Кама­тира и одно — Мака­рия Хумна. Кате­хи­за­ция про­во­ди­лась от Недели о мытаре и фари­сее до начала Вели­кого поста.

Сего­дня кате­хи­за­ция пред­ла­га­ется кре­ще­ным людям. Дары Свя­того Духа, кото­рые они при­няли, предо­став­ляют им жизнь в обще­нии со Хри­стом, в кото­рую чело­век может войти через лич­ное жела­ние и духов­ную борьбу. Чело­век в тече­ние своей жизни имеет воз­мож­ность при­нять или отверг­нуть жизнь Гос­пода Иисуса Хри­ста и про­явить это в своей повсе­днев­ной жизни. Под воз­дей­ствием хри­сти­ан­ского уче­ния у катеху­мена, кото­рый вво­дится в жизнь Церкви, воз­го­ра­ется и начи­нает дей­ство­вать дар Свя­того Духа. В таком ожи­во­тво­ре­нии нуж­да­ются все члены Церкви, поскольку ввиду кре­ще­ния детей суще­ствует явная необ­хо­ди­мость осо­зна­ния сущ­но­сти Свя­тых Таинств со сто­роны роди­те­лей и восприемников.

Кате­хи­за­ция перед Кре­ще­нием обя­за­тельно необ­хо­дима для людей, кото­рые в зре­лом воз­расте при­сту­пают к при­ня­тию Свя­того Кре­ще­ния, в стра­нах, где выпол­ня­ется мис­сия. Тай­но­вод­ствен­ная кате­хи­за­ция после при­ня­тия Кре­ще­ния явля­ется одной из важ­ней­ших обла­стей цер­ков­ной прак­тики, поэтому ей сле­дует уде­лять повы­шен­ное вни­ма­ние и в наши дни. Кате­хи­за­ция, раз­ви­тая в систему хри­сти­ан­ского вос­пи­та­ния и цер­ков­ного обра­зо­ва­ния, пред­по­ла­гает, глав­ным обра­зом, обу­че­ние уже кре­щен­ных юно­шей и девушек.

Светское и христианское воспитание

Чело­век стре­мится нази­дать и вос­пи­ты­вать дру­гих, но часто без Бога. Раз­лич­ные тече­ния про­шлого (напри­мер, гума­низм) сви­де­тель­ствуют и тео­ре­ти­че­ски, и прак­ти­че­ски о закол­до­ван­ном круге, в кото­рый может попасть чисто гума­ни­сти­че­ское вос­пи­та­ние. «Гума­низм, кото­рый появился в эпоху Ренес­санса, стре­мится к воз­вы­ше­нию и взра­щи­ва­нию чело­века путем изу­че­ния классики»66 и явля­ется, в сущ­но­сти, вос­про­из­ве­де­нием антич­но­сти, пре­кло­не­нием перед ней, а гума­нист — это чело­век, зна­ю­щий людей антич­но­сти и вдох­нов­ля­ю­щийся ими до такой сте­пени, что под­ра­жает им, при­ни­мает »их взгляды, обы­чаи, богов, дух и язык. Гума­низм, окры­лен­ный стре­ми­тель­ным раз­ви­тием есте­ствен­ных наук, «пре­воз­нес чело­века, вет­хого Адама дохри­сти­ан­ского мира, и не заме­тил чело­века хри­сти­ан­ства, во Хри­сте и через Хри­ста обнов­лен­ного, нового духов­ного Адама». С тече­нием вре­мени гума­низм стал тео­рией жизни, кото­рая счи­тает чело­века авто­ном­ным и само­до­ста­точ­ным, спо­соб­ным осу­ще­ствить только антро­по­цен­три­че­ские цели68 и, таким обра­зом, пред­став­ляет пони­ма­ние жизни, осно­вы­ва­ю­ще­еся на вере в спа­се­ние чело­века только посред­ством чело­ве­че­ских сил, что пол­но­стью про­ти­во­ре­чит хри­сти­ан­скому уче­нию о спа-сении. Поскольку в антро­по­цен­три­че­ской фило­со­фии гума­низма чело­век пред­став­ля­ется спо­соб­ным само­сто­я­тельно осу­ще­ствить свое спа­се­ние, в ней нет места для отно­ше­ний чело­века с живым Богом.

Гума­низм занял враж­деб­ную пози­цию по отно­ше­нию к хри­сти­ан­ству, след­ствием чего было отчуж­де­ние людей от Церкви и обнов­ле­ние язы­че­ства. «Он стре­мился заме­нить хри­сти­ан­ство рели­гией про­гресса и создал позд­нюю евро­пей­скую мате­ри­а­ли­сти­че­скую куль­туру без души». Из этого сле­дует, что и обра­зо­ва­ние, под­вер­жен­ное вли­я­нию гума­ни­сти­че­ских убеж­де­ний, хоть и помо­гает раз­ви­вать духов­ные спо­соб­но­сти чело­века, куль­ти­ви­ро­вать науку и искус­ство, орга­ни­зо­вать обще­ство спра­вед­ли­во­сти и доб­ро­де­тели, уве­ли­чить духов­ные и мате­ри­аль­ные блага, неспо­собно пре­об­ра­зить чело­века и открыть ему под­лин­ный смысл его жизни. Это зна­чит, что свет­ское обра­зо­ва­ние, кото­рое не счи­та­ется с хри­сти­ан­скими прин­ци­пами, при­хо­дит к про­ти­во­ре­чию с хри­сти­ан­ским пони­ма­нием мира и чело­века, поэтому оно не при­во­дит чело­века ко спа­се­нию, а огра­ни­чи­ва­ется лишь внеш­ним и поверх­ност­ным окуль­ту­ри­ва­нием чело­века, кото­рый стре­мится усо­вер­шен­ство­вать свою при­роду при помощи своих соб­ствен­ных сил. Полу­чен­ные таким путем зна­ния отры­вочны и поверхностны.

Кате­хе­тика ука­зы­вает на поло­жи­тель­ный хри­сти­ан­ский гума­низм, кото­рый имеет, под­лин­ный харак­тер лишь во Хри­сте и только в Нем нахо­дит свой смысл. Задача хри­сти­ан­ского вос­пи­та­ния — объ­яс­нить катеху­ме­нам хри­сти­ан­ские прин­ципы жизни, осве­тить во Хри­сте каж­дое мгно­ве­ние чело­ве­че­ской жизни и вести к ее пра­виль­ному пони­ма­нию в духе слов апо­стола Иакова: «Мудр ли и разу­мен кто из вас, докажи это на самом деле доб­рым пове­де­нием с муд­рою кро­то­стью. Но если в вашем сердце вы име­ете горь­кую зависть и свар­ли­вость, то не хва­ли­тесь и не лгите на истину. Это не есть муд­рость, нис­хо­дя­щая свыше, но зем­ная, душев­ная, бесов­ская, ибо где зависть и свар­ли­вость, там неустрой­ство и все худое. Но муд­рость, схо­дя­щая свыше, во-пер­вых, чиста, потом мирна, скромна, послуш­лива, полна мило­сер­дия и доб­рых пло­дов, бес­при­страстна и нели­це­мерна. Плод же правды в мире сеется у тех, кото­рые хра­нят мир» (Иак. 3:13–18).

Иисус Хри­стос явля­ется исклю­чи­тель­ным и непо­вто­ри­мым при­ме­ром для вос­пи­та­ния чело­века, потому что в Нем откры­ва­ется под­лин­ная чело­ве­че­ская при­рода. «Он, будучи обра­зом Божиим,… при­нял образ раба, сде­лался подоб­ным чело­ве­кам и по виду стал как чело­век» (Флп. 2:6–7). Боже­ствен­ный Логос стал чело­ве­ком и тем самым открыл нам под­лин­ную при­роду чело­века. Хри­стос нам открыл, что чело­век был создан Богом, чтобы стать богом по бла­го­дати. Осу­ществ­ле­ние этой цели состав­ляет содер­жа­ние вос­пи­та­ния чело­века, кото­рый соеди­ня­ется со Хри­стом посред­ством уча­стия в Свя­тых Таин­ствах. Апо­стол Павел непре­станно рев­но­вал о все­ле­нии образа Хри­ста в сердца людей: «Дети мои, для кото­рых я снова в муках рож­де­ния, доколе не изоб­ра­зится в вас Хри­стос!» (Гал. 4:19). «Хри­стос постра­дал за нас, оста­вив нам при­мер, дабы мы шли по сле­дам Его» (1 Пет. 2:21). Чело­век при­зван сле­до­вать за Хри­стом, чтобы стать подоб­ным образу Сына Божия (Рим. 8:29). Хри­сти­ан­ское вос­пи­та­ние пре­об­ра­зует чело­века до его пер­во­здан­ной кра­соты и пре­об­ра­жает его сла­вой пре­об­ра­зив­ше­гося Гос­пода на горе Фавор, поэтому цель чело­века — спа­се­ние, а не исправ­ле­ние себя путем оздо­ров­ле­ния своей морали. Важ­ным явля­ется освя­ще­ние всего чело­века на пути к обо­же­нию, поэтому кате­хи­за­ция в Церкви имеет соте­рио­ло­ги­че­ский харак­тер. Смысл кате­хи­за­тор­ской работы состоит в откры­тии катеху­мену тайны спа­се­ния, сле­до­ва­тельно, в соеди­не­нии чело­века с Три­еди­ным Богом, кото­рое воз­можно только в Церкви, Хри­сто­вом Теле, стать чле­нами кото­рого при­званы все люди, чтобы соеди­нить свою жизнь с жиз­нью Хри­ста. Из жизни Хри­ста про­ис­те­кает таин­ство жизни, при­част­ни­ками кото­рой мы все ста­но­вимся бла­го­даря обще­нию любви.

Сего­дня на меж­ду­на­род­ном уровне упо­треб­ля­ются тер­мины «рели­ги­оз­ное вос­пи­та­ние», «рели­ги­оз­ное обу­че­ние», «рели­ги­оз­ное обра­зо­ва­ние», кото­рые пони­ма­ются как при­да­ние обра­зо­ва­тель­ному про­цессу рели­ги­оз­ного изме­ре­ния. Мы, однако, думаем, что эти тер­мины не вполне соот­вет­ствуют целям и содер­жа­нию кате­хи­за­ции и ни в коем слу­чае не могут заме­нить это поня­тие, поскольку кате­хи­за­ция не есть огра­ни­чен­ная педа­го­ги­че­ская дис­ци­плина, кото­рую сле­до­вало бы поме­стить среди про­чих учеб­ных пред­ме­тов. Рели­ги­оз­ное вос­пи­та­ние пони­ма­ется лишь как помощь в раз­ви­тии рели­ги­оз­ного изме­ре­ния жизни с уче­том серьез­ных рели­ги­оз­ных про­блем чело­века. Однако содер­жа­ние хри­сти­ан­ской кате­хи­за­ции и ее цели имеют гораздо более глу­бо­кое изме­ре­ние, и завер­ше­ние ее — конеч­ное обо­же­ние чело­века, а не только про­стое оздо­ров­ле­ние его нрав­ствен­ной жизни. Рели­ги­оз­ное вос­пи­та­ние в том виде, как оно суще­ствует сего­дня в шко­лах, в гла­зах детей и моло­дежи часто имеет харак­тер оче­ред­ного школь­ного пред­мета, в рам­ках кото­рого они полу­чают новые исто­ри­че­ские све­де­ния. Но истин­ная кате­хе­тика не имеет права опус­каться до такого уровня. Дей­стви­тель­ная кате­хи­за­ция, осу­ществ­ля­е­мая в Церкви с древ­ней­ших вре­мен, имела тео­ре­ти­че­скую и прак­ти­че­скую форму, потому что кате­хе­тика как тео­рия без кон­крет­ной жизни в Церкви утра­тила бы смысл и пре­вра­ти­лась бы в сухой тео­ре­ти­че­ский постулат.

Хри­сти­ан­ское вос­пи­та­ние пони­ма­ется как «соче­та­ние нена­силь­ствен­ных воз­дей­ствий, кото­рые осу­ществ­ляет без­мер­ная любовь, все­воз­мож­ными спо­со­бами при­водя к позна­нию хри­сти­ан­ской истины»71, и ста­вит акцент на том, чтобы мы сле­до­вали за Хри­стом и жили во Хри­сте, поэтому мы побуж­даем детей и моло­дежь осво­бо­диться от эго­цен­тризма, кото­рый ведет к духов­ной смерти.

Божественное и человеческое познание

Иисус Хри­стос при­зы­вает нас: «Иссле­дуйте Писа­ния» (Ин. 5:39), т. е. Вет­хий Завет, кото­рый сви­де­тель­ствует о Нем. Согласно свя­тым Отцам, эти слова озна­чают не про­сто чте­ние Писа­ния, а его глу­бо­кое изу­че­ние. Изу­че­ние и тол­ко­ва­ние (экзе­ге­зис) Свя­щен­ного Писа­ния начали раз­ви­ваться в Алек­сан­дрий­ской, а позже и в Антио­хий­ской школе. Алек­сан­дрий­ская школа была осно­вана с той целью, чтобы осу­ществ­лять кате­хи­за­цию новых чле­нов Церкви и зна­ко­мить языч­ни­ков с хри­сти­ан­ской верой и жиз­нью. Антио­хий­ская школа, хотя и при­дер­жи­ва­лась такой же пре­по­да­ва­тель­ской тра­ди­ции, позже заняла про­ти­во­по­лож­ную пози­цию по отно­ше­нию к алек­сан­дрий­скому бого­сло­вию. И в той и в дру­гой школе встре­ча­лись бого­словы, кото­рые впали в край­ность, но были и такие, кото­рые стали глав­ными защит­ни­ками пра­во­слав­ного веро­уче­ния. Как в той, так и в дру­гой школе воз­ни­кали ереси, но, если отбро­сить край­но­сти, обе школы при вза­им­ном ува­же­нии вели к рас­цвету бого­сло­вия, и уче­ние Церкви достигло своих вер­шин на Все­лен­ских Собо­рах, на кото­рых были сфор­му­ли­ро­ваны пра­во­слав­ные дог­маты и осуж­дены ереси.

Боль­шая заслуга алек­сан­дрий­ских бого­сло­вов состоит в выра­же­нии дог­ма­ти­че­ского уче­ния Церкви о един­стве двух при­род во Хри­сте, а антио­хий­ских — в утвер­жде­нии Его чело­ве­че­ской при­роды. Вклад обеих школ заклю­ча­ется также в том, что они научили людей не только вере, но и тому, что есть вера и каково ее отно­ше­ние к слову. Одно­вре­менно они выра­бо­тали важ­ные методы для самого объ­яс­не­ния веры.

Вклад алек­сан­дрий­ской школы в раз­ви­тие бого­сло­вия отно­сится, глав­ным обра­зом, к обла­сти соеди­не­ния веры и позна­ния, что весьма ценно и в наше время, когда чело­век как мыс­ля­щее и иссле­ду­ю­щее суще­ство ищет веру. Иссле­до­ва­ние создает здо­ро­вое стрем­ле­ние при поиске, потому что, кроме слова, в нем при­ни­мает уча­стие весь духов­ный мир чело­века как выра­же­ние его живой ипо­стаси. Пока речь идет о вопросе мето­дов разъ­яс­не­ния, только соеди­не­ние веры и позна­ния может вести, по воз­мож­но­сти, к наи­бо­лее пол­ному объ­яс­не­нию Свя­щен­ного Писания.

Алек­сан­дрий­ская школа дей­ство­вала вна­чале как кате­хе­ти­че­ская и позже раз­ви­лась в про­слав­лен­ный центр бого­слов­ской обра­зо­ван­но­сти. Ее основ­ными прин­ци­пами были сво­бода изу­че­ния Свя­щен­ного Писа­ния, воз­вы­ше­ние веры до позна­ния при помощи фило­со­фии и при­ме­не­ние алле­го­ри­че­ского тол­ко­ва­ния Свя­щен­ного Писа­ния. В отли­чие от мало­азий­ских бого­сло­вов, исполь­зо­вав­ших цер­ков­ное Пре­да­ние для опро­вер­же­ния гно­сти­цизма, алек­сан­дрий­ские бого­словы стре­ми­лись опро­верг­нуть его при помощи хри­сти­ан­ского гно­сиса. Они, сле­до­ва­тельно, попы­та­лись воз­вы­сить хри­сти­ан­ское уче­ние до хри­сти­ан­ского позна­ния (гно­сиса). Эта школа воз­вы­сила веру до позна­ния и при­няла раци­о­на­лизм лишь до той меры, в какой он спо­соб­ствует логи­че­скому выра­же­нию дог­мата, кото­рый оста­ется недо­ступ­ным чело­ве­че­скому слову.

Алек­сан­дрий­ская школа с силь­ным пла­то­ни­че­ским вли­я­нием и зави­си­мо­стью от эллин­ской фило­со­фии, чтобы при­влечь язы­че­скую интел­ли­ген­цию, ста­вила акцент на алле­го­ри­че­ском методе, поскольку, по утвер­жде­нию ее пред­ста­ви­те­лей, при­вя­зан­ность к букве Писа­ния уни­что­жает таин­ствен­ный харак­тер Божия Откро­ве­ния. Поэтому она отвер­гала исто­ри­че­ско-фило­ло­ги­че­ский метод изу­че­ния Свя­щен­ного Писа­ния, кото­рый счи­тала «телес­ным». Антио­хий­ская школа, наобо­рот, раз­ви­вала сво­бод­ное науч­ное изу­че­ние, а также дослов­ное и исто­ри­че­ское тол­ко­ва­ние Свя­щен­ного Писа­ния. Несмотря на то что, по мне­нию алек­сан­дрий­ских бого­сло­вов, эта школа была осно­вана Луки­а­ном, ее направ­ле­ние было совер­шенно про­ти­во­по­лож­ным в отно­ше­нии мето­дов и спо­со­бов изу­че­ния и выра­же­ния хри­сти­ан­ских истин. Она отли­ча­лась поис­ком исто­ри­че­ского смысла тек­ста в соеди­не­нии с дослов­ным тол­ко­ва­нием и в своей работе исполь­зо­вала кри­ти­че­ский метод. Школа при­няла мето­до­ло­гию ари­сто­те­лев­ской системы и объ­яс­няла Свя­щен­ное Писа­ние исто­ри­че­ско-фило­ло­ги­че­ским мето­дом, поэтому в ней появи­лись тен­ден­ции раци­о­на­лизма. В обла­сти биб­лей­ского и дог­ма­ти­че­ского бого­сло­вия, осо­бенно хри­сто­ло­гии, она сыг­рала боль­шую роль, однако созда­вала и немало опас­но­стей, потому что она под­чер­ки­вала лич­ность исто­ри­че­ского Иисуса, Кото­рый тем самым был лишен при­част­но­сти к Боже­ству. Это поз­во­ляет объ­яс­нить край­ние пози­ции антио­хий­ских бого­сло­вов, пред­став­лен­ные, напри­мер, несто­ри­а­нами. Антио­хий­ские бого­словы искали чело­ве­че­ский эле­мент в Свя­щен­ном Писа­нии, и от них усколь­зала мисти­че­ская сущ­ность христианства.

Вопреки рас­хож­де­ниям в мето­до­ло­гии и фило­соф­ских пред­по­сыл­ках пред­ста­ви­тели обеих школ не избе­жали при­ме­не­ния обоих мето­дов и таким обра­зом спо­соб­ство­вали раз­ви­тию хри­сти­ан­ского учения.

Раз­ви­тие мона­ше­ства, кото­рое не при­ни­мало чрез­мер­ной зави­си­мо­сти бого­сло­вия от фило­со­фии, вело к отходу от тео­ре­ти­че­ского бого­сло­вия. Резуль­та­том этого был повы­шен­ный инте­рес к аске­ти­че­ским и агио­ло­ги­че­ским про­из­ве­де­ниям, мона­ше­ским пра­ви­лам и вдох­но­вен­ным про­по­ве­дям или посла­ниям. Аскеты пере­шли от изу­че­ния Свя­щен­ного Писа­ния к лич­ному опыту Бога через молитву, кото­рая как духов­ный метод с Божией помо­щью пре­об­ра­жает чело­века и ведет его от зем­ных убеж­де­ний и злых дел к позна­нию Бога и чистоте сердца.

В XIV веке осо­бенно ярко было про­ве­дено раз­ли­чие между изу­че­нием Свя­щен­ного Писа­ния и позна­нием Бога через опыт. Свя­той Гри­го­рий Палама под­черк­нул пер­во­сте­пен­ную роль опыта в позна­нии нетвар­ной дей­стви­тель­но­сти, но при этом не при­умень­шил зна­че­ние иссле­до­ва­ния. Таким обра­зом, он при­ме­нил двой­ствен­ный метод Отцов, при помощи кото­рого в пра­во­слав­ном бого­сло­вии был исклю­чен какой-либо дуа­лизм. Через при­част­ность Божией истине, кото­рая осу­ществ­ля­ется как обще­ние с нетвар­ной дей­стви­тель­но­стью, воз­можно еди­не­ние Бога и чело­века, нетвар­ной и твар­ной дей­стви­тель­но­сти. Раз­ли­че­ние нетвар­ного и твар­ного опро­вер­гает мни­мую про­ти­во­по­лож­ность между Боже­ствен­ным и чело­ве­че­ским позна­нием. Боже­ствен­ное позна­ние есть обще­ние чело­века с Нетвар­ным через очи­ще­ние сердца, а чело­ве­че­ское позна­ние есть раз­ви­тие интел­лек­ту­аль­ных спо­соб­но­стей чело­века. Раз­ли­че­ние Боже­ствен­ного и чело­ве­че­ского позна­ния в пра­во­слав­ном бого­сло­вии дает воз­мож­ность веру­ю­щему пере­жи­вать рав­но­ве­сие между изу­че­нием нетвар­ного и тварно-го и исклю­чает вза­им­ный кон­фликт, потому что каж­дое из этих двух позна­ний дви­жется в своих пре­де­лах. И, таким обра­зом, чело­ве­че­ское позна­ние — наука — как резуль­тат логи­че­ской дея­тель­но­сти чело­ве­че­ского разума, кото­рый явля­ется Божиим тво­ре­нием, пони­ма­ется как вклад в облег­че­ние жизни чело­века. Кроме того, согласно гре­че­ской гно­сео­ло­гии от Герак­лита до Гри­го­рия Паламы, разум­ной спо­соб­но­сти чело­века недо­ста­точно для раз­гра­ни­че­ния и исчер­пы­ва­ю­щего позна­ния сущ­но­сти вещей. Архи­манд­рит Геор­гий по этому поводу гово­рит: «По мне­нию вели­кого бого­слова Церкви, свя­того Гри­го­рия Паламы, суще­ствуют три вида богословия:

  1. Досто­вер­ное и мисти­че­ское — бого­сло­вов, созер­ца­ю­щих Бога, кото­рые гово­рят, исходя из соб­ствен­ного опыта и обще­ния с Живым Богом.
  2. Фило­соф­ству­ю­щее бого­сло­вие тех, кто не имеет лич­ного опыта бого­ви­де­ния, но в сми­ре­нии при­ни­мает опыт и бого­ви­де­ние свя­тых и бого­слов­ствует в соот­вет­ствии с ними. Это бого­сло­вие исполь­зует дока­за­тель­ный метод, т. е. такой, кото­рый дока­зы­вает бого­слов­ские поло­же­ния посред­ством рас­суж­де­ний на осно­ва­нии Откро­ве­ния и запи­сан­ного опыта святых.
  3. Совре­мен­ное бого­сло­вие смель­ча­ков, кото­рые отри­цают опыт свя­тых и бого­словст-вуют диа­лек­ти­че­ски на осно­ва­нии своих фило­соф­ских воз­зре­ний. Пред­ста­ви­те­лем диа­лек­ти­че­ского бого­сло­вия в эпоху свя­того Гри­го­рия Паламы был запад­ный монах Варлаам».

Цель христианского воспитания

Цель хри­сти­ан­ского вос­пи­та­ния — «ока­зать все­сто­рон­нюю помощь нази­да­е­мым, чтобы они раз­ви­ва­лись как сво­бод­ные лич­но­сти в Церкви» и устрем­ля­лись к совер­шен­ству по запо­веди: «Будьте святы, потому что Я свят» (1 Пет. 1:16). Чело­век дол­жен стре­миться к свя­то­сти, потому что «и освя­ща­ю­щий и освя­ща­е­мые, все — от Еди­ного» (Евр. 2:11). Это зна­чит, что цель хри­сти­ан­ского вос­пи­та­ния — при­ве­сти катеху­ме­нов к свя­то­сти жизни, научить их пре­одо­ле­вать удо­вле­тво­ре­ние лишь своих био­ло­ги­че­ских потреб­но­стей и при­ве­сти их к неустан­ному стрем­ле­нию достичь обще­ния с Три­еди­ным Богом и всеми людьми. Хри­сти­ане как «бра­тья должны пре­бы­вать друг с дру­гом в вели­кой любви», — гово­рит свя­той Мака­рий Еги­пет­ский. Бес­ко­рыст­ная любовь явля­ется осно­вой этого обще­ния и побуж­дает всех слу­жить миру и чело­веку, для спа­се­ния кото­рого Хри­стос стал человеком.

Цер­ковь соеди­няет людей и все тво­ре­ние с Три­еди­ным Богом во Хри­сте и тем самым соеди­няет людей друг с дру­гом. Цер­ковь вос­пи­ты­вает людей, чтобы они упо­до­би­лись Бого­че­ло­веку Хри­сту. Иисус Хри­стос явил нам образ Божий, но одно­вре­менно и образ чело­века. Веру­ю­щий чело­век, про­слав­ляя Бога своей лич­ной жиз­нью, сви­де­тель­ствует о Боже­ствен­ной и неиз­ре­чен­ной кра­соте Хри­сто­вых совер­шенств. Чело­век стре­мится под­ра­жать жизни Хри­ста и сви­де­тель­ствует о Его при­сут­ствии среди людей, потому что Он соеди­няет их. Каж­дое доб­рое дело должно быть тво­римо во Хри­сте, чтобы оно стало сви­де­тель­ством о Нем для людей. Доб­ро­де­тель­ный пра­во­слав­ный хри­сти­а­нин нико­гда не отли­чает сам себя от дру­гих и не имеет ощу­ще­ния, что сво­ими доб­ро­де­те­лями пре­вос­хо­дит кого-либо.

Цель вос­пи­та­ния сов­па­дает с целью чело­ве­че­ской жизни, кото­рой, по хри­сти­ан­скому уче­нию, явля­ется обо­же­ние. Чело­век при­зван стать «совер­шен­ным во Хри­сте» (Кол. 1:28) и прийти к совер­шен­ству, мерило кото­рого — Хри­стос (Еф. 4:13), чтобы при­об­ре­сти «ум Хри­стов» (1 Кор. 2:16) и чтобы Хри­стос оби­тал в его сердце (Еф. 3:17). Мысль апо­стола Павла, чтобы чело­век жил во Хри­сте, «Отцы Церкви назвали обо­же­нием, чтобы под­черк­нуть конеч­ную цель и дей­стви­тель­ное содер­жа­ние жизни во Хри­сте». Еди­не­ние со Хри­стом, Пер­во­об­ра­зом чело­века, при­во­дит его к дости­же­нию цели, для кото­рой он был сотворен.

На осно­ва­нии этого видно, что цель хри­сти­ан­ского вос­пи­та­ния нельзя отож­де­ствить ни с какой вос­пи­та­тель­ной систе­мой, где отсут­ствует то, что явля­ется важ­ней­шим для хри­сти­ан­ского пони­ма­ния. Однако это ни в коем слу­чае не озна­чает, что мы должны игно­ри­ро­вать эти системы, потому что при вза­им­ном пони­ма­нии они могут сотруд­ни­чать в деле вос­пи­та­ния пол­но­цен­ной лич­но­сти. Но, с дру­гой сто­роны, хри­сти­ан­ское вос­пи­та­ние должно избе­гать тео­рий силь­ного воз­вы­ше­ния инди­ви­ду­а­лизма (кото­рый рас­ши­рился в послед­ние годы), кол­лек­ти­визма (кото­рый стре­мится изме­нить пове­де­ние чело­века согласно обще­ствен­ным тре­бо­ва­ниям и не заме­чает его свой­ства как лич­но­сти, кото­рая сво­бодно стала чле­ном Церкви), гума­низма (кото­рый не при­знает ника­кой зави­си­мо­сти чело­века от Бога и опи­ра­ется на эго­и­сти­че­ское убеж­де­ние в само­быт­но­сти чело­века) и той рели­ги­оз­но­сти, кото­рая при­зы­вает чело­века отож­де­ствиться с какой-то абсо­лют­ной и некон­крет­ной сущностью.

Катехетические творения Древней Церкви

Кате­хе­ти­че­ские тво­ре­ния Древ­ней Церкви, назы­ва­е­мые также пас­тыр­скими, были созданы для нужд веру­ю­щих с целью лучше озна­ко­мить их с уче­нием Церкви, чтобы они могли при­ме­нить его в прак­ти­че­ской жизни. В кате­хи­за­ции нуж­да­лись не только те, кто гото­вился к при­ня­тию Свя­того Кре­ще­ния (катехуме-ны), но и те, кто уже был кре­щен. Беседы, кото­рые про­зву­чали с амво­нов хра­мов, допол­няют раз­но­об­ра­зие тво­ре­ния свя­тых Отцов. Это тво­ре­ния дог­ма­ти­че­ские, экзе­ге­ти­че­ские, кате­хе­ти­че­ские, вдох­нов­ля­ю­щие на доб­рые дела, сла­во­слов­ные и другие.

Кате­хи­за­ция пода­ва­лась в каче­стве живого уче­ния тем людям, которые:

  • не были посвя­щены в истины хри­сти­ан­ской веры;
  • изъ­явили горя­чее жела­ние стать чле­нами Церкви через Свя­тое Крещение;
  • под­го­то­ви­лись к при­ня­тию Свя­того Крещения;
  • были ново­кре­щен­ными (ново­про­све­щен­ными) и осно­ва­тель­нее зна­ко­ми­лись с вопро­сами хри­сти­ан­ской веры.

Древнейшие катехетические источники

Древ­ней­шие тво­ре­ния хри­сти­ан­ской пись­мен­но­сти, в кото­рых сохра­ни­лись опи­са­ния, поуче­ния и поста­нов­ле­ния, каса­ю­щи­еся цер­ков­ной жизни и совер­ше­ния свя­тых бого­слу­же­ний, подают цен­ную инфор­ма­цию об огла­ше­нии перед при­ня­тием Кре­ще­ния, осу­ществ­ле­нии Свя­того Кре­ще­ния и обя­зан­но­стях хри­сти­а­нина после при­ня­тия Крещения.

К ним относятся:

  1. «Уче­ние две­на­дцати апо­сто­лов» (II в.), кото­рое пред­став­ляет собой древ­ней­ший сбор­ник хри­сти­ан­ских поста­нов­ле­ний и поучений.
  2. «Апо­столь­ское Пре­да­ние» св. Иппо­лита (начало III в.), кото­рое содер­жит све­де­ния о при­го­тов­ле­нии к Кре­ще­нию и опи­са­ние осу­ществ­ле­ния свя­того Таин­ства Крещения.
  3. Сочи­не­ние Эте­рии (конец IV в.), в кото­ром палом­ница с Запада опи­сы­вает свя­тые места и пред­став­ляет кар­тину литур­ги­че­ской жизни в Иеру­са­лиме в IV сто­ле­тии. Она повест­вует об огла­ше­нии перед Кре­ще­нием, о Свя­том Кре­ще­нии и тай­но­вод­ствен­ных поучениях.
  4. Труд «Поста­нов­ле­ния свя­тых апо­сто­лов» (конец IV в.), при­пи­сы­ва­е­мый св. Кли­менту Рим­скому и явля­ю­щийся самым обшир­ным сбор­ни­ком поуче­ний и поста­нов­ле­ний, каса­ю­щихся жизни, устава и бого­слу­же­ний ран­ней хри­сти­ан­ской Церкви.

Катехетические поучения перед принятием Крещения

Сохра­ни­лось несколько тво­ре­ний свя­тых Отцов, кото­рые гово­рят о зна­че­нии Кре­ще­ния и побуж­дают катеху­ме­нов к при­ня­тию этого Свя­того Таин­ства. Это форма систе­ма­ти­че­ской под­го­товки к новой жизни во Хри­сте в рам­ках поуче­ний, чита­е­мых в период Вели­кого поста. К этим тек­стам, в кото­рых можно найти бога­тый мате­риал, ори­ги­наль­ные мысли, бого­слов­скую и духов­ную глу­бину, относятся:

  1. Св. Дио­ни­сий Алек­сан­дрий­ский (f 265). Пять посла­ний о Крещении.
  2. Св. Афа­на­сий Вели­кий (t 373). Слово на свя­тую Пасху и к ново­про­све­щен­ным в Субботу86 (суще­ствуют сомне­ния в его подлинности).
  3. Св. Васи­лий Вели­кий (t 378). Беседа побу­ди­тель­ная к при­ня­тию Свя­того Крещения87, Слово 1‑е о Крещении88, Слово 2‑е о Крещении89, Слово 3‑е о Крещении.
  4. Св. Гри­го­рий Бого­слов (t 390). Слово о Свя­том Крещении.
  5. Св. Гри­го­рий Нис­ский (t 395). К при­хо­дя­щим ко Свя­тому Крещению92, Слово в день Богоявления.
  6. Св. Марк Подвиж­ник (t 430). Ответ недо­уме­ю­щим о Свя­том Крещении.
  7. Св. Прокл Кон­стан­ти­но­поль­ский (t 446). Тай­но­вод­ство ко Крещению.
  8. Св. Гри­го­рий Палама (т 1359). Беседа о том, что Кре­ще­ния недо­ста­точно для спа­се­ния человека.

Тайноводственные поучения

Тай­но­вод­ствен­ные поуче­ния — это беседы, кото­рые в Древ­ней Церкви чита­лись взрос­лым людям после при­ня­тия Кре­ще­ния, чтобы озна­ко­мить их со свя­тыми Таин­ствами Кре­ще­ния, Миро­по­ма­за­ния и Евха­ри­стии. Дошед­шие до нас тай­но­вод­ствен­ные поуче­ния III и IV веков пред­став­ляют собой важ­ный источ­ник для изу­че­ния, поскольку при­во­дят мно­же­ство дан­ных о содер­жа­нии и спо­собе тай­но­вод­ствен­ной кате­хи­за­ции в Древ­ней Церкви и могут слу­жить отправ­ной точ­кой для река­те­хи­за­ции хри­стиан, живу­щих в совре­мен­ную эпоху. Речь идет, глав­ным обра­зом, о тво­ре­ниях Тер­тул­ли­ана, свя­того Кирилла Иеру­са­лим­ского, свя­того Гри­го­рия Нис­ского, свя­того Иоанна Зла­то­уста, Феодо-ра Моп­су­ет­ского (сохра­ни­лись в сирий­ском пере­воде), свя­того Амвро­сия Медио­лан­ского и бла­жен­ного Авгу­стина.

Для исто­рии кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти осо­бое зна­че­ние имеют два­дцать четыре Поуче­ния свя­того Кирилла Иеру­са­лим­ского (t 386), осо­бенно пять послед­них, кото­рые назы­ва­ются тай­но­вод­ствен­ными. Пер­вые девят­на­дцать поуче­ний, в кото­рых гово­рится о под­го­товке к Кре­ще­нию и его совер­ше­нии, о пока­я­нии и обо всех исти­нах Сим­вола веры, были про­чи­таны гото­вя­щимся к при­ня­тию свя­того Таин­ства Кре­ще­ния. Послед­ние пять поуче­ний были посвя­щены ново­кре-щен­ным, и в них подробно рас­смат­ри­ва­ется осу­ществ­ле­ние Кре­ще­ния и Миро­по­ма­за­ния, Свя­тая Евха­ри­стия, совер­ше­ние Боже­ствен­ной литур­гии и спо­соб при­ня­тия Свя­того Причастия.

Боль­шое огла­си­тель­ное слово свя­того Гри­го­рия Нис­ского (t 395) подает важ­ные све­де­ния о кате­хе­ти­че­ской дея­тель­но­сти и спо­собе пере­дачи истин хри­сти­ан­ской веры кате-хуме­нам. В ней свя­той Гри­го­рий стре­мится пре­по­дать пред­сто­я­те­лям общин и цер­ков­ным учи­те­лям глав­ные линии хри­сти­ан­ской тео­ло­гии, чтобы они имели воз­мож­ность при­ме­нять убе­ди­тель­ные аргу­менты про­тив тех, кто под­вер­гает сомне­нию основ­ные веро­учи-тель­ные истины, и могли осно­ва­тельно под­го­то­вить при­хо­дя­щих к вере Христовой.

Сохра­нив­ши­еся кате­хе­ти­че­ские сочи­не­ния свя­того Иоанна Зла­то­уста (f 407) состав­ляют, по край­ней мере, три серии огла­си­тель­ных бесед, кото­рые он про­из­нес в 387–388 годах и, веро­ятно, в 390 году. Пер­вая серия состоит из двух бесед, во вто­рой — четыре беседы, из кото­рых одна тож­де­ственна пер­вой беседе из пер­вой серии. В тре­тьей серии — восемь бесед, из кото­рых тре­тья по счету соот­вет­ствует послед­ней во вто­рой серии и может быть названа чисто тай­но­вод­ствен­ным поуче­нием о Кре­ще­нии и Свя­той Евха­ри­стии. В пер­вой беседе свя­ти­тель ука­зы­вает пер­спек­тивы, кото­рые откры­ва­ются ново­про­све­щен­ным, во вто­рой сим­во­ли­че­ски опи­сы­вает осу­ществ­ле­ние Кре­ще­ния, а послед­ние пять каса­ются катеху­ме­нов и не содер­жат подроб­ного опи­са­ния после­до­ва­ния Свя­тых Таинств. Беседы свя­того Иоанна Зла­то­уста по своей тема­тике гораздо шире, чем обще­упо­тре­би­тель­ные поуче­ния, и затра­ги­вают раз­лич­ные духов­ные темы, как, напри­мер, зна­че­ние мощей свя­тых, место муче­ни­ков в Церкви, советы эти­че­ского харак­тера для пра­виль­ной хри­сти­ан­ской жизни.

В сирий­ском пере­воде сохра­ни­лись поуче­ния Фео­дора Моп­су­ет­ского (f 428), кото­рые в 1932 году издал Mingan. Речь идет о шест­на­дцати кате­хе­ти­че­ских бесе­дах. В пер­вых десяти, пред­на­зна­чен­ных для катеху­ме­нов, объ­яс­ня­ется как раз в то время состав­лен­ный кон­стан­ти­но­поль­ский Сим­вол веры. Осталь­ные шесть бесед пред­на­зна­чены для нео­фи­тов (т. е. при­няв­ших Кре­ще­ние), и в них объ­яс­ня­ется молитва Гос­подня «Отче наш» (11), совер­ше­ние Кре­ще­ния (12–14) и Свя­той Евха­ри­стии (15–16).

Свя­той Амвро­сий Медио­лан­ский (f 397) в 390 году напи­сал труд «О таин­ствах» в кото­ром объ­яс­няет ново­про­све­щен­ным Таин­ства Кре­ще­ния и Евха­ри­стии, а также дру­гой труд «О таин­ствах», в кото­ром посвя­щал катеху­ме­нов в свя­тые Таин­ства Кре­ще­ния, Миро­по­ма­за­ния и Евха­ри­сти. Эти тай­но­вод­ствен­ные поуче­ния он про­чи­тал ново­кре­щен­ным в период Свет­лой сед­мицы. Свя­той Амвро­сий — един­ствен­ный латин­ский автор поуче­ний для при­няв­ших Кре­ще­ние, где объ­яс­ня­ется посвя­ще­ние в истины веры через тай­но­дей­ствия. Свя­той Амвро­сий уде­лял ново­кре­щен­ным повы­шен­ное вни­ма­ние и «во всем его пас­тыр­ском попе­чи­тель­стве огла­си­тель­ная дея­тель­ность зани­мала пер­вое место».

В труде бла­жен­ного Авгу­стина (| 430) «Об обу­че­нии огла­ша­е­мых» мы нахо­дим подроб­ное объ­яс­не­ние кате­хе­ти­че­ского уче­ния с упо­ми­на­ни­ями о «сотво­ре­нии, гре­хо­па­де­нии чело­века и уго­то­ван­ном исце­ле­нии через вопло­ще­ние Логоса, как и о рож­де­нии, крест­ной смерти, Вос­кре­се­нии и воз­не­се­нии на небеса Хри­ста, нис­по­сла­нии Свя­того Духа, чтобы Его бла­го­да­тью веру­ю­щие жили, упраж­ня­лись в любви и ожи­дали веч­ной награды».

Сочинения с катехизическим содержанием

Содер­жа­ние мно­гих сохра­нив­шихся сочи­не­ний не явля­ется исклю­чи­тельно кате­хети-чес­ким, однако содер­жит мно­гие эле­менты кате­хи­за­ции. Эти сочи­не­ния имеют эти­че­ский и прак­ти­че­ский харак­тер, а их авторы забо­ти­лись о духов­ном воз­рас­та­нии хри­стиан. К ним относятся:

    1. Св. Мак­сим Испо­вед­ник (у 662). Тол­ко­ва­ние на молитву «Отче наш».
    2. Тол­ко­ва­ние Сим­вола веры, при­пи­сы­ва­е­мое Зигабен.
    3. Блж. Симеон Солун­ский (f 1429). Разъ­яс­не­ние вопро­сов о храме, бого­слу­жеб­ных обла­че­ниях и свя­щен­ном тайноводстве,

Тол­ко­ва­ние свя­щен­ного и боже­ствен­ного Сим­вола, Необ­хо­ди­мое разъ­яс­не­ние речи о свя­щен­ном Сим­воле, Десять содер­жа­тель­ных глав о еди­ной истин­ной вере христиа.

  1. Фео­фан Новый, Фило­соф. Беседы на Декалог.

Сочинения с догматическо-этическим содержанием

    1. Св. Мак­сим Испо­вед­ник. Главы о любв.
    2. Св. Гри­го­рий Синаит (t 1347). Сбор­ник аске­ти­че­ских сочи­не­ний на раз­ные тем.
    3. Нико­лай Кава­сила (t 1395). О жизни во Хри­сте (в семи книгах).

Кате­хе­ти­че­ские тво­ре­ния Древ­ней Церкви

Сочинения с агиологическо-катехизическим содержанием

  1. Акты муче­ни­ков и жития свя­тых, кото­рые сперва изу­ча­лись в шко­лах, а потом были вклю­чены в Минеи для чте­ния в храма.
  2. Кирилл Ски­фо­поль­ский (f 560), автор житий святы.
  3. Иоанн Мосх (| 619), автор сочи­не­ния Aeipcuv (Луг духовный).
  4. Св. Софро­ний Иеру­са­лим­ский (у 638), автор житий бес­среб­рен­ни­ков Кира и Иоанна126 и пре­по­доб­ной Марии Египетской.
  5. Леон­тий Неа­поль­ский (Кипр), автор житий свя­того Иоанна Мило­сти­вого и свя­того Симеона, Хри­ста ради юродивог.
  6. Симеон Мета­фраст. Синак­са­рий в 10 тома.

Сочинения с богослужебным содержанием

При вос­пи­та­нии и обра­зо­ва­нии боль­шую роль сыг­рали также Октоих, Минеи и дру­гие бого­слу­жеб­ные тек­сты, в кото­рых запе­чат­лены мно­гие веро­учи­тель­ные истины.

Катехизаторская деятельность Святого Кирилла Иерусалимского

Дея­тель­ность совре­мен­ных кате­хи­за­то­ров очень важна и ответ­ственна, поэтому им сле­дует еще перед ее нача­лом осно­ва­тельно озна­ко­миться с мето­дами свя­тых Отцов Древ­ней Церкви и взять их за основу для своей работы. По этой при­чине сле­дует подроб­нее оста­но­виться на кате­хи­за­тор­ской дея­тель­но­сти свя­того Кирилла Иеру­са­лим­ского, у кото­рого можно наблю­дать не только бого­сло­вие Церкви, но и вдох­но­вен­ный настрой свя­то­оте­че­ской души, жаж­ду­щей укре­пить пра­во­слав­ную веру своей духов­ной паствы. Пас­тыр­ская забота не может осу­ществ­ляться без бого­слов­ской основы и свя­то­оте­че­ской морали.

Поуче­ния свя­того Кирилла Иеру­са­лим­ского при­вле­кают вни­ма­ние, глав­ным обра­зом, своим кате­хе­ти­че­ским и прак­ти­че­ским содер­жа­нием и имеют боль­шое зна­че­ние для исто­рии кате­хи­за­ции и совер­ше­ния свя­тых Таинств Кре­ще­ния, Миро­по­ма­за­ния и Евха­ри­стии. Такие кате­хе­ти­че­ские настав­ле­ния в сере­дине IV века про­во­ди­лись для тех, кто хотел при­нять Таин­ство Кре­ще­ния, и их целью было озна­ком­ле­ние катеху­ме­нов с Божиим домо­стро­и­тель­ством спа­се­ния, пра­виль­ным пони­ма­нием зла и гре­хо­па­де­ния пер­вых людей, вопло­ще­нием Сына Божия, уче­нием Церкви о Свя­тых Таин­ствах, нрав­ствен­но­стью и обра­зом жизни хри­стиан. Боль­шин­ство поуче­ний свя­той Кирилл про­из­нес в Иеру­са­лиме в вели­че­ствен­ной бази­лике свя­того Мар­ти­рия, но пять Тай­но­вод­ствен-ных поуче­ний про­из­нес в храме Вос­кре­се­ния в период Вели­кого поста и Свет­лой сед­мицы. У него было много слу­ша­те­лей, муж­чин и жен­щин, раз­ного про­ис­хож­де­ния, обще­ствен­ного поло­же­ния и обра­зо­ва­ния. Всех их объ­еди­няла готов­ность искренне при­нять в сердце хри­сти­ан­ские поучения.

Струк­тура поуче­ний была определена:

  • содер­жа­нием веры, кото­рое было све­дено в рас­ши­рен­ный мест­ный кре­щаль­ный Символ;
  • необ­хо­ди­мо­стью воору­жить про­све­ща­е­мых (катеху­ме­нов) аргу­мен­тами, кото­рые бы они могли исполь­зо­вать про­тив вра­гов Церкви;
  • бого­слов­скими позна­ни­ями кате­хи­за­тора, кото­рым в дан­ном слу­чае был епи­скоп Кирилл, но вообще им мог быть и миряни.

Совершение Святых Таинств

Свя­той Кирилл не опи­сы­вает свя­тых Таинств Кре­ще­ния, Миро­по­ма­за­ния и Евха­ри­стии и не ука­зы­вает бого­слу­жеб­ный поря­док их совер­ше­ния. Он лишь при­во­дит, глав­ным обра­зом, в Тай­но­вод­ствен­ных поуче­ниях, осо­бые моменты Свя­тых Таинств. Так он дает воз­мож­ность полу­чить пред­став­ле­ние о том, как совер­ша­лись эти Свя­тые Таин­ства в его эпоху в ново­по­стро­ен­ном вели­ко­леп­ном храме Свя­того гроба, кото­рый опре­де­ленно повлиял на поря­док совер­ше­ния Свя­тых Таинств.

Кре­ще­ние осу­ществ­ля­лось в ночь на Вели­кую Суб­боту. Гото­вя­щи­еся к при­ня­тию Кре­ще­ния вхо­дили во двор кре­стильни, обра­ща­лись на запад и отре­ка­лись от сатаны, его дей­ствий и его слу­же­ния. Потом обра­ща­лись на восток, про­из­но­сили Сим­вол веры и вхо­дили в кре­стильню. Там они сни­мали свои одежды и оста­ва­лись нагими, что сим­во­ли­зи­ро­вало отказ от вет­хого чело­века. Потом они пома­зы­ва­лись с головы до ног елеем, кото­рый сим­во­ли­зи­рует обще­ние со Хри­стом, очи­ще­ние от гре­хов и изгна­ние злых сил. Диа­коны (в слу­чае кре­ще­ния муж­чин) или упол­но­мо­чен­ные на это жен­щины (в слу­чае кре­ще­ния жен­щин) погру­жали их затем в кре­стиль­ную купель для при­ня­тия Свя­того Кре­ще­ния. Кре­ща­е­мые три­жды испо­ве­до­вали веру в Свя­тую Тро­ицу и три­жды погру­жа­лись (воз­можно, цели­ком) в воду и под­ни­ма­лись из воды, что сим­во­ли­зи­ро­вало три­днев­ное погре­бе­ние Хри­ста во гробе и Его Воскресени.

Миро­по­ма­за­ние осу­ществ­ля­лось сразу после Кре­ще­ния, для него упо­треб­ля­лось миро, полу­чив­шее силу Божию после осо­бого при­зы­ва­ния Свя­того Духа. Кре­ще­ным, кото­рые упо­до­би­лись (сшццоофо1) Хри­сту, пома­зы­вали свя­тым миром чело, уши, нос и грудь, чтобы освя­ти­лись все их чув­ства. Как на Хри­ста сошел (ёгс1фо1тт)стгу) Свя­той Дух, когда Он вышел из реки Иор­дан, точно так же и кре­ще­ные при­ни­мали пома­за­ние миром после выхода из купел. После этого кре­ще­ные и пома­зан­ные миром в белых оде­я­ниях тор­же­ственно вво­ди­лись в храм Вос­кре­се­ния, затем опять воз­вра­ща­лись в храм свя­того Мар­ти­рия и при­ни­мали уча­стие в Боже­ствен­ной литур­гии и свя­том Таин­стве Евхаристи.

Свя­тая Евха­ри­стия и вообще Боже­ствен­ная литур­гия опи­сы­ва­ются в общих чер­тах с момента умо­ве­ния рук епи­скопа и пре­сви­те­ров перед ана­форо. Такое опи­са­ние впер­вые мы встре­чаем у свя­того Кирилла Иеру­са­лим­ского. Он же впер­вые ясно ука­зы­вает, что во время литур­гии про­из­но­си­лось сла­во­сло­вие «Свят, свят, свят», молитва «Отче наш», кото­рую он кратко объ­яс­няет, воз­глас свя­щен­ника «Свя­тая свя­тым» и евха­ри­сти­че­ская молитва по Свя­том При­ча­ще­нии, кото­рое осу­ществ­ля­лось отдельно при­ча­ще­нием Тела и отдельно при­ча­ще­нием Крови Христово.

Эти при­знаки сви­де­тель­ствуют о том, что свя­той Кирилл жил в эпоху фор­ми­ро­ва­ния уже почти пол­но­стью упо­ря­до­чен­ной литур­ги­че­ской жизни Церкви, кото­рую он опи­сы­вает. В извест­ной мере он и сам повлиял на это раз­ви­тие, что отно­сится, глав­ным обра­зом, к бого­слу­же­ниям Гос­под­ских празд­ни­ков и празд­ни­ков свя­тых, а также к вто­ро­сте­пен­ным обы­чаям в хра­мо­вом ком­плексе Свя­того гроба и в дру­гих хра­мах Пале­стин. Кроме празд­ни­ков, свя­той Кирилл пер­вым упо­ми­нает исполь­зо­ва­ние бого­слу­жеб­ных свя­щен­ни­че­ских обла­че­ний и кадила, что в 384 году опи­сы­ва­ется в тек­сте Этерии.

Реальность Святых Таинств

Свя­той Кирилл Иеру­са­лим­ский стре­мился объ­яс­нить дей­ствен­ность трех Свя­тых Таинств, с кото­рыми были озна­ком­лены ново­про­све­щен­ные. Он разъ­яс­няет, как и почему веру­ю­щие осво­бож­да­ются от демон­ских сил, как и почему соеди­ня­ются со Хри­стом через Свя­того Духа. Свя­ти­тель не только обос­но­вы­вает три Свя­тые Таин­ства Писа­нием Вет­хого и Нового Завета, но под­чер­ки­вает, прежде всего, их реаль­ность, дей­стви­тель­ную силу, кото­рую в Таин­ствах полу­чают види­мые эле­менты — вода, елей, хлеб и вино, бла­го­даря при­зы­ва­нию Свя­того Духа. Свя­той Дух, каса­ясь, пре­об­ра­зует эти эле­менты в дей­стви­тельно освя­ща­ю­щие, так что их при­част­ники ста­но­вятся чем-то иным, пре­вра­ща­ются в Божиих сынов, в пома­зан­ни­ков, в спасенных.

Как вода реки Иор­дан освя­ти­лась, когда в нее вошел Хри­стос, точно так же реально освя­ща­ется вода, пред­на­зна­чен­ная для Кре­ще­ния. Елей, кото­рым пома­зы­ва­ются при­сту­па­ю­щие к Свя­тому Кре­ще­нию, бла­го­даря при­зы­ва­нию Свя­того Духа полу­чает дей­стви­тель­ную силу очи­щать от гре­хов и изго­нять демон­ские силы, кото­рые про­ни­кают в мир, ото­рван­ный от Христ. Дей­ствие Кре­ще­ния имеет и такой поло­жи­тель­ный резуль­тат, как усы­нов­ле­ние, уча­стие в стра­да­ниях и Вос­кре­се­нии Хри­ста. Это уча­стие настолько реально, насколько реальны были стра­да­ния и Вос­кре­се­ние Хри­ста, лишь с тем отли­чием, что при кре­ще­нии это уча­стие осу­ществ­ля­ется «в подо­бии», посред­ством види­мых эле­мен­тов и дей­ствий, кото­рые, тем не менее, спо­собны про­из­ве­сти дей­стви­тель­ное спа­сени. Пома­за­ние кре­ще­ного свя­тым миром завер­шает при­об­ще­ние ко Хри­сту и при­част­ность Ем. Силой Свя­того Духа елей (миро) дела­ется даром (хариз­мой) Хри­ста и ста­но­вится дей­ствен­ным бла­го­даря при­сут­ствию Боже­ства Свя­того Духа в верующем.

В мыш­ле­нии и бого­сло­вии свя­того Кирилла Иеру­са­лим­ского осо­бенно ощу­тима реаль­ность Свя­той Евха­ри­стии. Он был пер­вым, кто так подробно и ясно опи­сал пре­тво­ре­ние обыч­ного хлеба и вина в Тело и Кровь Хри­стов. Как бес­спо­рен и досто­ве­рен факт, что Иисус Хри­стос пре­тво­рил воду в вино на сва­дьбе в Кане Гали­лей­ской, точно так же несо­мненно пре­тво­ре­ние вина в Кровь Хри­ста. Факт пре­тво­ре­ния хлеба и вина в Тело и Кровь в Свя­той Евха­ри­стии свя­той Кирилл объ­яс­няет именно при­зы­ва­нием Свя­того Духа. Это при­зы­ва­ние он пер­вым из цер­ков­ных писа­те­лей счи­тает совер­шенно необ­хо­ди­мым. В текстах более позд­них авто­ров этот факт пред­став­ля­ется уже вполне оче­вид­ным. Пре­тво­ре­ние хлеба и вина в Тело и Кровь свя­ти­тель выра­жает гла­го­лами. При этом он посто­янно под­чер­ки­вает дей­стви­тель­ность пре­тво­ре­ния и дей­ствен­ность Евха­ри­стии, что объ­яс­ня­ется дей­ствием Боже­ствен­ной силы Свя­того Духа, Кото­рый пре­об­ра­зует то, чего касается.

Евха­ри­сти­че­ские Дары, хлеб и вино явля­ются, по объ­яс­не­нию свя­ти­теля, обра­зами, а не сим­во­лами Тела и Крови Христ. При­об­ще­ние к Бого­че­ло­веку Хри­сту озна­чает, что веру­ю­щий ста­но­вится «соте­лес­ни­ком и еди­но­кров­ным Хри­сту» через хлеб и вино в Свя­той Евха­ри­стии, кото­рая, поскольку тво­рит Тело Логоса, явля­ется един­ствен­ной подо­ба­ю­щей пищей для души, так же как обыч­ный хлеб — для тел. При­ча­ще­ние Свя­тых Тайн веру­ю­щим осу­ществ­ля­ется «со всей уве­рен­но­стью», это зна­чит, что веру­ю­щий может иметь созна­ние таин­ствен­ного акта, и внут­ренне ощу­щать его воз­дей­ствие. «Поня­тие “уве­рен­ность” несколько позже в тво­ре­ниях Мака­рия будет озна­чать, глав­ным обра­зом, ощу­ще­ние бла­го­дати, кото­рое полу­чает молящийся».

Содержание катехизаторской деятельности

В кате­хи­за­тор­ской дея­тель­но­сти боль­шое зна­че­ние при­да­ется содер­жа­нию огла­ше­ния, кото­рое заклю­ча­ется в воз­ве­ще­нии основ­ных истин хри­сти­ан­ской веры, и фор­мам огла­ше­ния, кото­рые исполь­зу­ются для пере­дачи позна­ний катеху­ме­нам при помощи раз­ных мето­дов и подходов.

Огла­си­тель­ное обу­че­ние в Древ­ней Церкви осу­ществ­ля­лось в форме слу­ша­ния и поста­новки вопро­сов (См. Деян. 2:14–40; 10:33–43; 16:30–32). Его содер­жа­ние было раз­но­род­ным и соот­вет­ство­вало кате­го­рии слу­ша­теле. Об осу­ществ­ле­нии огла­си­тель­ной работы свя­той Гри­го­рий Нис­ский во вступ­ле­нии к сво­ему «Боль­шому огла­си­тель­ному слову» гово­рит: «Руко­во­ди­те­лям “таин­ства бла­го­че­стия” необ­хо­димо огла­си­тель­ное слово… Но не один и тот же спо­соб уче­ния при­го­ден для всех при­сту­па­ю­щих к слову. Напро­тив того, над­ле­жит сооб­ра­жать огла­ше­ние с раз­но­стями веро­ва­ний, имея в виду одну и ту же цель слова, но не одно­об­разно поль­зу­ясь веду­щими к ней в каж­дом слу­чае сред­ствами. Ибо иными поня­ти­ями пред­за­нят иудей­ствую-щий, а иными — живу­щий в эллин­стве… Ибо с родом болезни сооб­ра­жать должно и спо­соб вра­че­ва­ния: не увра­чу­ешь одним и тем же в эллине мно­го­бо­жие и в иудее неве­рие в Еди­но­род­ного Бога; и вве­ден­ных в заблуж­де­ние ере­сями не отвра­тишь одним и тем же от обман­чи­вых, ими состав­лен­ных поня­тий о догматах».

Содержание обучения в Ветхом Завете

Содер­жа­ние обу­че­ния в Вет­хом Завете было очень широ­ким. Дети обу­ча­лись народ­ным тра­ди­циям, кото­рые сопри­ка­са­лись с рели­ги­оз­ными тра­ди­ци­ями. Они также обу­ча­лись запо­ве­дям Божиим, кото­рые были даны их пред­кам. Свое обра­зо­ва­ние они допол­няли изу­че­нием раз­лич­ных поэ­ти­че­ских тек­стов, как, напри­мер, скорб­ная песнь Давида о Сауле и Иона­фане (2 Цар. 1:19–27). Дру­гой источ­ник обра­зо­ва­ния для моло­дого изра­иль­тя­нина состав­ляли собра­ния стар­цев у город­ских ворот, где он имел воз­мож­ность услы­шать раз­лич­ные дис­кус­сии о тор­го­вых делах, кара­ва­нах и вод­ных источ­ника. У деву­шек была дру­гая жиз­нен­ная участь. Они сидели дома и учи­лись у матери вещам, кото­рые каса­лись домаш­них забот, при­го­тов­ле­ния пищи и вос­пи­та­ния малень­ких детей. Когда они выхо­дили замуж, то поки­дали роди­тель­ский дом и должны были уметь выпол­нять любую домаш­нюю работу в новом жилище. Это зна­чит, что харак­тер вос­пи­та­ния в Вет­хом Завете был патриархальным.

Содержание оглашения в Новом Завете

На пер­вой ста­дии огла­си­тель­ной работы Церкви изби­ра­лись опре­де­лен­ные тек­сты из Свя­щен­ного Писа­ния Вет­хого Завета, каса­ю­щи­еся плана Божия домо­стро­и­тель­ства спа­се­ния — от сотво­ре­ния мира и чело­века до вопло­ще­ния Сына Божия, и они состав­ляли основу пер­вого огла­шени. Сочи­не­ние «Уче­ние две­на­дцати апо­сто­лов» (Дидахи) дает нам све­де­ния о содер­жа­нии огла­си­тель­ного обу­че­ния послеа­по­столь­ского пери­ода. В этом труде не гово­рится подробно о вере, потому что вера пред­по­ла­га­ется, поскольку идо­ло­по­клон­ни­че­ский образ жизни отверг­нут. Боль­шее вни­ма­ние уде­ля­ется нрав­ствен­ной жизни хри­стиан, при­чем под­чер­ки­ва­ется связь между дог­ма­том и эти­кой. Соче­та­ние дог­ма­ти­че­ского и эти­че­ского уче­ния можно наблю­дать и у свя­того Иустина Фило­софа, согласно кото­рому те, кто убе­дился и уве­ро­вал в истину, пере­жи­вают ее соот­вет­ственно своим возможностям .

О содер­жа­нии огла­ше­ния в Древ­ней Церкви сви­де­тель­ствует также текст седь­мой книги Апо­столь­ских поста­нов­ле­ний, где гово­рится: «Име­ю­щий огла­ситься сло­вом бла­го­че­стия прежде кре­ще­ния да будет настав­лен в веде­нии о Нерож­ден­ном, в позна­нии о Сыне Еди­но­род­ном, в убеж­де­нии о Свя­том Духе. Пусть изу­чит он поря­док раз­лич­ного тво­ре­ния, пути про­мысла, суды раз­лич­ного зако­но­по­ло­же­ния. Пусть узнает, почему создан мир, и почему чело­век постав­лен гос­по­ди­ном мира. Пусть изу­чит при­роду свою, какова она. Пусть узнает, как Бог нака­зал злых водою и огнем, а свя­тых во все вре­мена про­сла­вил… Пусть узнает также, как про­мыш­ля­ю­щий Бог не отвра­тился от рода чело­ве­че­ского, но в раз­лич­ные вре­мена при­зы­вал его от заблуж­де­ния и сует­но­сти к “позна­нию истины” (1 Тим. 2:4), при­водя его от раб­ства и нече­стия к сво­боде и бла­го­че­стию, от непра­вед­но­сти к пра­вед­но­сти, от смерти веч­ной к жизни веч­ной. Сие и соглас­ное с сим пусть изу­чает во время огла­ше­ния приходящий».

Подоб­ным обра­зом кате­хи­за­тор дол­жен учить катеху­ме­нов о «воче­ло­ве­че­нии Гос­пода и о Его стра­да­нии, вос­кре­се­нии из мерт­вых и воз­не­се­нии». «Когда же при­бли­зится время кре­стить огла­шен­ного, пусть научат его тому, что каса­ется отре­че­ния от диа­вола и соче­та­ния со Хри­стом. Ибо он дол­жен прежде воз­дер­жи­ваться от про­тив­ного, а к таин­ствам при­сту­пать тогда, когда напе­ред очи­стит сердце свое от вся­кого злого обы­чая, нечи­стоты и порока: тогда только он дол­жен при­сту­пать к свя­тыне. Как отлич­ный зем­ле­де­лец сперва очи­щает пашню от нарос­ших на ней тер­ний, а потом сеет пше­ницу, так и вы должны прежде устра­нить от них вся­кое нече­стие, и тогда посе­вать в них бла­го­че­стие и спо­доб­лять их Кре­ще­ния. Так пове­лел нам и Гос­подь наш, говоря: “научите все народы”, и потом при­со­во­ку­пил: “кре­стя их во имя Отца и Сына и Свя­того Духа” (Мф. 28:19)».

Из этих сви­де­тельств видно, что катеху-менам, прежде всего, пре­по­да­ва­лась истина о Три­еди­ном Боге, сотво­ре­нии мира и чело­века, воз­ник­но­ве­нии греха и всем спа­си­тель­ном деле Иисуса Хри­ста. Бога­тое содер­жа­ние огла­ше­ния про­ис­те­кает из неис­чер­па­е­мого богат­ства жизни Церкви, кото­рая для чело­века явля­ется един­ствен­ной сре­дой спа­се­ния. Цер­ковь есть Бого­че­ло­ве­че­ское Тело Иисуса Хри­ста, при­об­щиться к кото­рому при­званы мы все, чтобы достичь обо­же­ния — спа­се­ния, что зави­сит от меры при­част­но­сти чело­века мисти­че­скому Телу Бого­че­ло­века Хри­ста. Поэтому кате­хи­за­ция «не огра­ни­чи­ва­ется только сооб­ще­нием каких-либо тео­ре­ти­че­ских зна­ний, но сосре­до­то­чи­ва­ется на помощи моло­дым людям в их пра­виль­ной ори­ен­та­ции в совре­мен­ной обще­ствен­ной реальности».

В содер­жа­нии огла­ше­ния не должно отсут­ство­вать пра­виль­ное объ­яс­не­ние пра­во­слав­ной этики, образа и смысла жизни в соче­та­нии со спа­си­тель­ным делом Бого­че­ло­века Хри­ста, чтобы мы могли помочь чело­веку в его онто­ло­ги­че­ском обнов­ле­нии и дать ему воз­мож­ность найти спо­соб таин­ствен­ной при­част­но­сти Боже­ствен­ной жизни. Поэтому очень важно, чтобы кате­хи­за­тор был хорошо зна­ком с памят­ни­ками цер­ков­ной пись­мен­но­сти, кото­рые упо­ми­нают о содер­жа­нии огла­ше­ния в Церкви в пер­вых сто­ле­тиях. Их глу­бо­кое зна­ние явля­ется пред­по­сыл­кой для обо­га­ще­ния содер­жа­ния совре­мен­ной катехизации.

Источники православной катехизации

Задача кате­хи­за­тор­ской работы в том, чтобы разъ­яс­нить катеху­ме­нам веру и жизнь Хри­сто­вой Церкви, поэтому кате­хи­за­тору сле­дует исполь­зо­вать все доступ­ные источ­ники, чтобы иметь воз­мож­ность дать своим слу­ша­те­лям пред­став­ле­ние о под­лин­ной жизни и созна­нии Церкви. Осо­бое вни­ма­ние он дол­жен уде­лять изу­че­нию цер­ков­ных тек­стов, кото­рые помо­гут ему при разъ­яс­не­нии раз­ных вопро­сов, каса­ю­щихся жизни катеху­ме­нов. Поскольку кате­хи­за­тор­ская работа исхо­дит из прин­ци­пов, опи­ра­ю­щихся на источ­ники, одной из важ­ней­ших задач кате­хе­тики явля­ется подроб­ное изу­че­ние исто­ри­че­ских источ­ни­ков, каса­ю­щихся кате­хе­ти­че­ской мис­сии Церкви. К основ­ным источ­ни­кам, из кото­рых кате­хи­за­тор чер­пает свои позна­ния, отно­сятся Пре­да­ние Церкви, Свя­щен­ное Писа­ние, дог­ма­ти­че­ское уче­ние Церкви, тво­ре­ния свя­тых Отцов, бого­слу­жеб­ные тек­сты и молитвы, обще­ние свя­тых и живые образцы духов­ного опыта христианина.

Предание Церкви

Основ­ным источ­ни­ком пра­во­слав­ной кате­хе­тики явля­ется живое Пре­да­ние Церкви. Иисус Хри­стос открыл чело­ве­че­ству истину о Свя­той Тро­ице, под­лин­ную при­роду чело­века (чело­век имеет общую при­роду во мно­же­стве лиц), более глу­бо­кий смысл мира как Божи­его тво­ре­ния, назна­че­ние чело­века, кото­рое есть при­част­ность жизни Божией (путь к обо­же­нию), и спо­соб, кото­рым это осуществляется.

Пре­да­ние Церкви не явля­ется лишь уст­ной или пись­мен­ной фор­мой сохра­не­ния истин веры, каса­ю­щихся спа­се­ния людей во Хри­сте, оно есть дина­ми­че­ское при­сут­ствие Хри­ста в Церкви и под­твер­жде­ние Его спа­си­тель­ного завета, заклю­чен­ного в Еван­ге­лии, кото­рый пере­жи­вают веру­ю­щие на про­тя­же­нии всех сто­ле­тий. Это зна­чит, что в Пре­да­нии мы нахо­дим все источ­ники пра­во­слав­ной кате­хе­тики, кото­рая осу­ществ­ляет дело спа­се­ния людей и ведет их к Богу. Поэтому весьма важно озна­ко­мить катеху­ме­нов с содер­жа­нием этих источников.

Священное Писание

Катеху­мены должны созна­вать, что изу­че­ние Свя­щен­ного Писа­ния Вет­хого и Нового Завета важно потому, что Писа­ние откры­вает нам спо­соб, кото­рым мы дости­гаем спа­се­ния. Исто­рия Древ­ней Церкви сви­де­тель­ствует о том, что истину Еван­ге­лия хри­сти­ане пере­жи­вали в своей повсе­днев­ной жизни, в своих поступ­ках и пере­да­вали ее сле­ду­ю­щим поко­ле­ниям. Тек­сты Вет­хого Завета очень быстро нашли свое при­ме­не­ние в бого­слу­жеб­ной жизни Церкви и вме­сте с тек­стами Нового Завета до сего­дняш­него дня исполь­зу­ются при совер­ше­нии каж­дого бого­слу­же­ния. Такой взгляд на тек­сты Свя­щен­ного Писа­ния дает кате­хи­за­тору воз­мож­ность пока­зать катеху­ме­нам под­лин­ное уча­стие в жизни Церкви, поскольку не огра­ни­чи­ва­ется лишь исто­ри­че­ским и мора­ли­зу­ю­щим объ­яс­не­нием Свя­щен­ного Писа­ния, остав­ля­ю­щим, в конеч­ном итоге, чело­ве­че­ское есте­ство вне спасени.

Догматическое учение Церкви

Дог­маты Пра­во­слав­ной Церкви — это не фило­соф­ские фор­му­ли­ровки, не интел­лек­ту­аль­ные спе­ку­ля­ции или абстракт­ные тео­рии, а испо­ве­да­ние «веры, одна­жды пре­дан­ной свя­тым» (Иуд. 1:3), как сви­де­тель­ствует об этом свя­той апо­стол Иуда. Речь, таким обра­зом, идет о вере Церкви, кото­рую все мы как ее члены пере­жи­ваем, бла­го­даря кото­рой мы спа­са­емся и ста­но­вимся богами по бла­го­дати. Эта вера взра­щена про­по­ве­дью апо­сто­лов и уче­нием свя­тых Отцов, кото­рые тру­ди­лись над тео­ре­ти­че­ским выра­же­нием и опре­де­ле­нием дог­мата и помогли защи­тить его от вли­я­ния тех эле­мен­тов фило­со­фии, кото­рые через ереси под­вергли суще­ство­ва­ние и буду­щее хри­сти­ан­ства пря­мой опас­но­сти. То есть хри­сти­ан­ство ока­за­лось перед опас­но­стью, что бла­го­даря тео­риям бес­чис­лен­ных ере­сей появится иная фило­соф­ская оценка мира без вести о спа­се­нии и обе­то­ва­ния веч­но­сти. Слож­ную ситу­а­цию раз­ре­шили вели­кие отцы Церкви, кото­рые бла­го­даря сво­ему про­све­щен­ному и про­ни­ца­тель­ному интел­лекту, клас­си­че­скому обра­зо­ва­нию и вос­пи­та­нию, пра­виль­ной фило­соф­ской оценке вопро­сов жизни с вели­ко­леп­ной ясно­стью выра­зили дог­маты на Все­лен­ских Соборах.

Дог­мат — это основ­ная и спа­си­тель­ная истина веры, крат­кое и обще­при­ня­тое содер­жа­ние Боже­ствен­ного Откро­ве­ния, поэтому Цер­ковь тре­бует от всех своих чле­нов без­услов­ного при­ня­тия дог­мата как усло­вия спа­се­ния во Хри­сте. При­ня­тие и пере­жи­ва­ние дог­ма­тов со сто­роны катеху­мена обра­зует его нрав­ствен­ное обли­чье, поэтому основа пра­во­слав­ной кате­хи­за­тор­ской дея­тель­но­сти в том, чтобы пред­ло­жить слу­ша­те­лям истин­ные дог­маты и пра­вильно их объяснить.

В кате­хи­за­тор­ской работе исполь­зу­ются дог­ма­ти­че­ские истины в связи с вопро­сами жизни чело­века и ее направ­лен­но­сти. Дог­ма­ти­че­ское бого­сло­вие явля­ется не ядром кате­хи­за­тор­ской работы, а иллю­стри­ру­ю­щим эле­мен­том в отно­ше­нии к про­бле­мам чело­века в дан­ной эпохе, поэтому обя­зан­ность кате­хи­за­тора заклю­ча­ется в пра­виль­ном объ­яс­не­нии дог­ма­тов соот­вет­ственно каж­дой воз­раст­ной кате­го­рии слу­ша­те­лей. В неко­то­рых слу­чаях могут воз­ник­нуть труд­но­сти в пра­виль­ном пони­ма­нии истин веры, поэтому можно исполь­зо­вать при­меры для нагляд­ного объ­яс­не­ния. Кате­хи­за­тор ни в коем слу­чае не дол­жен укло­няться от разъ­яс­не­ния дог­ма­ти­че­ского уче­ния Церкви и вме­сто него пре­под­но­сить про­стую мора­ли­за­цию и крас­но­ре­чие, кото­рое не при­во­дит чело­века к реаль­ной жизни в Церкви и не ведет его ко спасению.

Творения святых отцов

Про­из­ве­де­ния свя­тых отцов состав­ляют очень цен­ный источ­ник для хри­сти­ан­ского вос­пи­та­ния и обра­зо­ва­ния детей, поскольку предо­став­ляют инфор­ма­цию о спо­собе и мето­дах под­хода отцов к вос­пи­та­тельно-обра­зо­ва­тель­ному про­цессу. Под­ход свя­тых отцов к вопро­сам вос­пи­та­ния и в совре­мен­ной эпохе может осве­тить мно­гие педа­го­ги­че­ские про­блемы и углу­бить научно-иссле­до­ва­тель­скую работу в рам­ках вос­пи­та­ния и образования.

Свя­тые отцы своей жиз­нью и дея­тель­но­стью дока­зы­вают, что жили во Хри­сте и сохра­няли Его уче­ние, поэтому часто им при­хо­ди­лось бороться с раз­лич­ными ере­сями, кото­рые воз­ни­кали на про­тя­же­нии всей исто­рии Церкви. Все свои уси­лия они направ­ляли на пользу всех чле­нов Церкви, чтобы без­опасно вести их по пути спа­се­ния. Ере­тики в своем отно­ше­нии к хри­сти­ан­скому дог­мату не только про­яв­ляли откры­тый раци­о­на­лизм, но и рас­смат­ри­вали из-за этого дог­маты, прежде всего, как бого­слов­ские вопросы. Если бы одер­жали верх их взгляды, хри­сти­ан­ство, или же пра­во­сла­вие, пре­вра­ти­лось бы в фило­соф­скую тео­рию, одну из мно­гих, кото­рые уже суще­ство­вал. Фило­соф­ству­ю­щие ере­тики отняли у души опору, кото­рую ей дает хри­сти­ан­ство, т. е. при­зыв к совер­шен­ству и спа­се­нию, осу­ществ­ля­е­мому на пра­вом пути веры.

Пра­во­слав­ные дог­маты, выте­ка­ю­щие из Свя­щен­ного Писа­ния и Свя­щен­ного Пре­да­ния, можно обо­зна­чить как выра­же­ние общей веры и все­лен­ского созна­ния цер­ков­ной пол­ноты, т. е. всей Церкви на про­тя­же­нии всех сто­ле­тий. Отцы Церкви как лич­но­сти и как участ­ники собо­ров весьма спо­соб­ство­вали пра­виль­ному рас­кры­тию и выра­же­нию дог­ма­тов Церкви. Именно они после подроб­ного фило­соф­ского изу­че­ния веры пер­выми взяли на себя ответ­ствен­ность за тео­ре­ти­че­ское и систе­ма­ти­че­ское изло­же­ние содер­жа­ния хри­сти­ан­ского уче­ния. Свя­тые Отцы поняли истин­ный смысл веры и сфор­му­ли­ро­вали хри­сти­ан­ские дог­маты, кото­рые должны были непо­ко­ле­бимо защи­щать чистоту истин­ной вер. Этот период харак­те­ри­зу­ется рас­цве­том хри­сти­ан­ского бого­сло­вия и мысли бла­го­даря дея­тель­но­сти выда­ю­щихся бого­сло­вов Церкви.

Богослужебные тексты и молитвы.

Кате­хи­за­ция не сосре­до­то­чи­ва­ется лишь на интел­лек­ту­аль­ном позна­нии, а направ­лена на прак­ти­че­ское пере­жи­ва­ние истин веры в Церкви, потому что пра­во­слав­ная вера и литур­ги­че­ская жизнь явля­ются неотъ­ем­ле­мыми частями цер­ков­ной жизни. Кате­хи­за­тор­ская дея­тель­ность выте­кает из бого­слу­жеб­ной жизни Церкви, и ее харак­тер­ным при­зна­ком явля­ется орга­ни­че­ское един­ство со Свя­тыми Таин­ствами и литур­ги­че­ской жиз­нью Церкви. Цен­тром бого­слу­жеб­ной жизни явля­ется Свя­тая Евха­ри­стия, кото­рая удо­вле­тво­ряет потреб­ность обще­ния с Цер­ко­вью, поэтому кате­хи­за­ция не может осу­ществ­ляться вне литур­ги­че­ской жизни Церкви. Кате­хи­за­тор обя­зан побуж­дать детей и моло­дежь к актив­ному уча­стию в бого­слу­жеб­ной жизни. В этом ему может помочь мате­риал, свя­зан­ный с богослужением:

  • Бого­слу­же­ния: вечерня, утреня, все­нощ­ное бде­ние, утрен­ние и вечер­ние молитвы, освя­ще­ние воды и т. д.
  • Свя­тые Таинства.
  • Боже­ствен­ная литур­гия и Евхаристия.
  • Цер­ков­ный год и цер­ков­ные праздники.
  • Тек­сты отдель­ных бого­слу­же­ний и цер­ков­ное пение.
  • Храм как центр жизни в цер­ков­ной общине.
  • Иконы и бого­слу­жеб­ная утварь.

Общение святых

При разъ­яс­не­нии вопро­сов духов­ной жизни необ­хо­димо при­во­дить катеху­ме­нам при­меры свя­тых людей, кото­рые всю свою жизнь посвя­тили Богу. Очень важно сле­дить за тем, чтобы катеху­мены пра­вильно поняли истин­ный смысл хри­сти­ан­ского уче­ния и при­об­щи­лись к таин­ствен­ной жизни Церкви, потому что жизнь чело­века освя­ща­ется только уча­стием в Свя­тых Таин­ствах. Свя­тые явля­ются для катеху­ме­нов при­ме­рами пере­жи­ва­ния тайны спа­се­ния в Церкви и своей пра­вед­ной жиз­нью сви­де­тель­ствуют о неопро­вер­жи­мой истине, что чело­век через Свя­тые Таин­ства при­об­ща­ется к жизни Бого­че­ло­века Хри­ста и пре­об­ра­жа­етс в бога по бла­го­дати. Это зна­чит, что он стре­мится упо­до­биться Хри­сту и под­чи­няет этому все свои стремления.

Цер­ковь каж­дый день при­зы­вает людей к уча­стию в бого­слу­же­ниях и празд­ни­ках, чтобы они могли посто­янно пом­нить о жизни Гос­пода Иисуса Хри­ста и свя­тых, кото­рых Цер­ковь в дан­ный день вос­по­ми­нает. В то же время она дает нам воз­мож­ность при­бли­зиться к их свя­той и доб­ро­де­тель­ной жизни, кото­рой дол­жен под­ра­жать каж­дый веру­ю­щий, потому что жизнь свя­тых «явля­ется при­ме­не­нием Еван­ге­лия на прак­тике» и несет вдох­но­ве­ние в души веру­ю­щих. Однако жить во Хри­сте чело­век не может, если он один и ото­рван от обще­ния с дру­гими людьми. Обще­ние лич­но­стей обра­зует тайну, и чело­век при­зван всту­пить в Цер­ковь, чтобы пере­жи­вать эту тайну как образ тайны обще­ния Лиц Свя­той Тро­ицы. Свя­тые нахо­дятся в обще­нии с Три­еди­ным Богом и со всеми людьми в Церкви, поэтому они при­сут­ствуют на каж­дом цер­ков­ном собра­нии. Как они жили во Хри­сте, так же и мы при­званы с их помо­щью и под их руко­вод­ством жить в Церкви и во Христе.

Живые образцы духовного опыта христианина

В кате­хи­за­тор­ской работе очень важно ука­зать на жизнь свя­тых, кото­рые являют при­меры под­линно хри­сти­ан­ского образа жизни. Это дает воз­мож­ность избе­жать тео­ре­ти­че­ского и абстракт­ного объ­яс­не­ния хри­сти­ан­ских истин и ука­зать слу­ша­те­лям воз­мож­ность под­ра­жать людям, кото­рые в своей жизни стре­ми­лись испол­нять Еван­ге­лие, поскольку они явля­ются ярким при­ме­ром для поко­ле­ний всех вре­мен. Об этом сви­де­тель­ствуют слова свя­того Симеона Нового Бого­слова: «Вся­че­ская похвала и бла­жен­ство свя­тых заклю­ча­ется в этих двух вещах: в пра­во­слав­ной вере и досто­хваль­ной жизни и в даре Свя­того Духа и Его мило­стей. За этими двумя вещами сле­дует тре­тья, потому что, если кто живет бла­го­че­стиво и бого­угодно с пра­во­слав­ными убеж­де­ни­ями и Бог ода­рит его бла­го­да­тью и про­сла­вит (Пс. 83:12) даром Духа, сле­дует ему похвала и бла­го­сло­ве­ние всей Церкви веру­ю­щих (Пс. 21:26; 149:1) и всех ее учителей».

Читая жиз­не­опи­са­ния свя­тых, чело­век полу­чает неиз­ме­ри­мую пользу от уче­ния и яркого при­мера доб­ро­де­тели и хри­сти­ан­ского образа жизни про­слав­лен­ных Богом людей, кото­рые креп­кой солью своей хри­сти­ан­ской лич­но­сти осо­лили всю землю, по слову Спа­си­теля (Мф. 5:13). Если вни­ма­тельно читать жития свя­тых, ста­нет оче­видно, что они не жили эго­и­стично, только для самих себя. Напро­тив, одни создали осо­бое един­ство, кото­рому могло бы поза­ви­до­вать самое иде­аль­ное циви­ли­зо­ван­ное обще­ство. В совре­мен­ном мире люди пре­сы­щены мате­ри­а­лиз­мом и все чаще обра­ща­ются к духов­ным цен­но­стям, в кото­рых нахо­дят смысл жизни. Кон­крет­ные при­меры помо­гут кате­хи­за­тору допол­нить кар­тину того, в чем состоит глу­бина духов­ной жизни мона­хов-аске­тов, кото­рые всю свою жизнь посвя­тили слу­же­нию Богу и людям. Их жизнь явля­ется образ­цом под­линно хри­сти­ан­ской жизни, к кото­рой должны стре­миться все те, кто при­над­ле­жит к Церкви Хри­сто­вой и носит имя христианин.

Кате­хи­за­тор дол­жен стре­миться прак­ти­ко­вать под­линно еван­гель­ский образ жизни, как это делали все те, кто упраж­ня­лись в духов­ном совер­шен­ство­ва­нии, боро­лись за духов­ную чистоту и стали свя­тыми Пра­во­слав­ной Церкви. Аскеты в своей жизни стре­ми­лись во всем при­дер­жи­ваться уче­ния Гос­пода Иисуса Хри­ста, Кото­рый стал для них наи­выс­шим при­ме­ром доб­ро­де­тели. Каж­дый, кто читает жития свя­тых, имеет воз­мож­ность почерп­нуть из источ­ника их муд­рых поуче­ний. Каж­дый, кто заду­ма­ется над при­ме­рами из их повсе­днев­ной жизни, имеет воз­мож­ность сво­бодно под­ра­жать им.

Кате­хи­за­тор дол­жен стре­миться к тому, чтобы катеху­мены по при­меру свя­тых нашли в своей душе мир, радость и реши­мость жить ближе к Богу и в любви со сво­ими ближ­ними, как это очень точно опи­сы­вает авва Доро­фей. Пред­ста­вим себе круг с цен­тром. Пред­по­ло­жим, что этот круг — весь мир, а центр круга — Бог. Линии, веду­щие от окруж­но­сти к цен­тру — это пути, т. е. раз­ные образы жизни людей. Чем больше люди при­бли­жа­ются к Богу, тем больше при­бли­жа­ются друг к другу, и чем больше при­бли­жа­ются друг к другу, тем больше при­бли­жа­ются к Богу. Пред­ста­вим себе обрат­ную ситу­а­цию: чем больше люди отда­ля­ются от Бога, тем больше отда­ля­ются вза­имно, и чем больше отда­ля­ются друг от друга, тем больше отда­ля­ются от Бог.

Роль живых при­ме­ров велика и «невоз­можно, чтобы кто-либо вос­хи­щался выс­шими цен­но­стями, если не будет видеть их посто­янно сия­ю­щими в живых при­ме­рах и пре­тво­рен­ными в жизнь отдель­ных лич­но­стей». Необ­хо­димо, чтобы кате­хи­за­тор пока­зал катеху-менам такие при­меры и поста­рался, чтобы они увлек­лись ими и стре­ми­лись идти тем же самым путем. Важно вооду­ше­вить катехуме-нов, чтобы они начали духов­ную борьбу и не боя­лись идти к победе с муже­ством и верой в Божию помощь.

Личность катехизатора

Иисус Христос — величайший Учитель и образец воспитателя

Хри­стос явил чело­ве­че­ству без­мер­ную любовь всей Своей жиз­нью и Своим делом. Он — Пас­тырь, Кото­рый стра­дает за Своих овец и, чтобы спа­сти их, без коле­ба­ний высту­пает про­тив при­хо­дя­щих вол­ков, даже ценой Своей жизни. В любой ситу­а­ции Он рас­смат­ри­вает чело­века как Божие чадо, заблужд­шую овцу, блуд­ного сына. Его «выда­ю­ща­яся спо­соб­ность общаться со слу­ша­те­лями обна­ру­жи­вает учи­тель­ский дар эффек­тивно пере­да­вать опыт всем, кто Его слу­шал». Это важ­ней­шая черта лич­но­сти учи­теля (кате­хи­за­тора), кото­рая обу­слов­ли­вает успех учения.

Хри­ста назы­вали Учи­те­лем Его уче­ники и весь народ. Даже фари­сеи назы­вали Его «Равви», когда видели Его образ жизни, отно­ше­ние к про­стому народу, а глав­ное — Его позна­ния. Всех людей Он любил оди­на­ково и не делал раз­ли­чия между рыба­ком и учи­те­лем синед­ри­она, муж­чи­ной и жен­щи­ной, вои­ном и тор­гов­цем, иудеем и сама­ря­ни­ном. Он был Учи­те­лем и Спа­си­те­лем всех и всех обни­мал Своей бес­ко­неч­ной любо­вью, поэтому Его все слу­шали и вос­хи­ща­лись Его сло­вами (Лк. 4:22; 19:48). Осо­бую любовь Он про­яв­лял к греш­ни­кам, кото­рых все пре­зи­рали, и не отво­ра­чи­вался от них с отвра­ще­нием или фари­сей­ской над­мен­но­стью. Гос­подь Иисус Хри­стос пока­зал чело­ве­че­ству истин­ный смысл и цель вос­пи­та­ния: упо­доб­ле­ние чело­века Богу, т. е. дости­же­ние обо­же­ния. Вся Его педа­го­ги­че­ская дея­тель­ность заклю­ча­лась в стрем­ле­нии при­ве­сти чело­века к совер­шен­ству, чтобы он достиг подо­бия Богу по благодати.

Уче­ние Хри­ста было ясным, понят­ным и есте­ствен­ным. Он упо­треб­лял про­стые слова, и Его выска­зы­ва­ния были понятны для слу­ша­те­лей, в отли­чие от фило­со­фов, выра­же­ния кото­рых часто были неяс­ными и пол­ными сомне­ний. Если Он видел, что неко­то­рые истины неясны для слу­ша­те­лей, то объ­яс­нял их с помо­щью при­ме­ров из повсе­днев­ной жизни или исто­ри­че­ских собы­тий. К людям Хри­стос не отно­сился как к одному целому и без­ли­кой толпе, а раз­ли­чал каж­дую отдель­ную лич­ность и обра­щался к каж­дому особо. Он видел поло­жи­тель­ные и отри­ца­тель­ные сто­роны каж­дого чело­века, его про­блемы, опа­се­ния, инте­ресы, жела­ния, душев­ные раны, чув­ства, стра­да­ния. С каж­дым Он бесе­до­вал по-сво­ему, но ко всем под­хо­дил с любо­вью. Он лас­ково бесе­до­вал с людьми необ­ра­зо­ван­ными, но име­ю­щими доб­рые наме­ре­ния, и они, в свою оче­редь, без­бо­яз­ненно и почти­тельно бесе­до­вали с Учи­те­лем. Так созда­ва­лись отно­ше­ния искрен­но­сти и откро­вен­но­сти, кото­рые мно­гих при­во­дили к покаянию.

Хри­стос всех при­вле­кал Своей любо­вью, кото­рая явля­ется «неис­чер­па­е­мым источ­ни­ком муд­ро­сти, силы, вдох­но­ве­ния и вооду­шев­ле­ния для каж­дого вос­пи­та­теля». Он гово­рил так, чтобы Его уче­ние могло глу­боко про­ник­нуть в сердце каж­дого человека.

Хри­стос бесе­до­вал с жен­щи­нами (Ин. 4:7–27), рыба­ками (Мф. 4:18–22), мыта­рями (Лк. 5:27–29), греш­ни­ками (Мф. 9:10–13), про­ка­жен­ными (Лк. 17:12–19), про­зе­ли­тами (Ин. 12:20). На Его доб­ро­же­ла­тель­ное отно­ше­ние мно­гие обра­тили вни­ма­ние и поэтому гово­рили, что Он учит, «как власть име­ю­щий, а не как книж­ники и фари­сеи» (Мф. 7:29). Он учил в раз­ных местах: в поле (Мф. 12:1–8), на берегу моря (Мф. 4:18–22), на горе (Мф. 5–7 гл.), в селе­ниях (Мк. 8:27–9:1), у колодца (Ин. 4:4—38), ино­гда и в домах Своих уче­ни­ков (Мф. 9:9–13) и слу­ша­те­лей (Лк. 19:5–27), на город­ских ули­цах (Лк. 13:26), в местах, посвя­щен­ных Богу (Ин. 5:1–14), даже в мест­но­сти, насе­лен­ной языч­ни­ками (Мф. 8:28). Ему все­гда уда­ва­лось при­влечь вни­ма­ние Своих слу­ша­те­лей исполь­зо­ва­нием притч, собы­тий, при­ме­ров, кото­рые были близки жизни и мыш­ле­нию всех слоев насе­ле­ния и могли весьма помочь в реше­нии любых жиз­нен­ных ситу­а­ций. Поэтому Кли­мент Алек­сан­дрий­ский гово­рит, что Хри­стос — не про­сто при­мер, кото­рому сле­дует под­ра­жать, а исклю­чи­тель­ный обра­зец для каж­дого педагог.

Апостол Павел: учитель и воспитатель

О мето­дах педа­го­ги­че­ской дея­тель­но­сти апо­стола Павла мы узнаем из его посла­ний, в кото­рых отра­жена боль­шая забота о вос­пи­та­нии тех, кто при­нял Хри­стову веру. Апо­стол Павел опи­сы­вает педа­го­ги­че­скую цен­ность Закона (Рим. 2:13; 3:24), кото­рый, однако, не мог осво­бо­дить чело­века от греха (Рим. 7:5; Гал. 2:16). Еван­ге­лие, в отли­чие от Закона, дает чело­веку надежду и воз­мож­ность осво­бо­диться от греха, если чело­век сво­бодно решит сле­до­вать Хри­стову уче­нию (Рим. 3:21–22). «Апо­стол Павел засви­де­тель­ство­вал своей жиз­нью, уче­нием и писа­тель­ским тру­дом, что был стол­пом педа­го­ги­че­ской дея­тель­но­сти Церкви»178 и при­зы­вал своих уче­ни­ков под­ра­жать ему в дея­тель­но­сти, поступ­ках и вере. На осно­ва­нии его посла­ний мы видим, что он не стре­мился пред­ста­вить себя как обра­зец, но как при­мер кон­крет­ного пове­де­ния хри­стиан (1 Кор. 4:16–17). Каж­дый учи­тель (кате­хи­за­тор) дол­жен руко­вод­ство­ваться этим прин­ци­пом апо­стола Павла и стать при­ме­ром для уче­ника, потому что от этого зави­сит успех его кате­хи­за­тор­ской работы. Он дол­жен вос­при­ни­мать своих уче­ни­ков как детей Божи-их, за кото­рых Хри­стос был рас­пят и про­лил Свою Кров. Такой взгляд при­ве­дет его к чув­ству ответ­ствен­но­сти за детей, кото­рых он учит, и воз­бу­дит в нем стрем­ле­ние испол­нять свое слу­же­ние наи­луч­шим обра­зом по при­меру Хри­ста и в духе Его слов: «Я дал вам при­мер, чтобы и вы делали то же, что Я сде­лал вам» (Ин. 13:15).

Кате­хи­за­тор­скую работу апо­стол Павел выпол­нял с рас­су­ди­тель­но­стью и сми­ре­нием в соче­та­нии с молит­вой за своих уче­ни­ков (Еф. 1:16). Своим сотруд­ни­кам он сове­то­вал, чтобы они в своей жизни испол­няли то, что он сам испол­нял. В посла­ниях он подробно опи­сы­вает, каким дол­жен быть истин­ный учи­тель, каким должно быть содер­жа­ние его уче­ния и про­цесс обу­че­ния. Боль­шое зна­че­ние он при­дает пра­виль­ному уче­нию (Евр. 13:9) и под­ходу к слу­ша­те­лям, кото­рый дол­жен отли­чаться миро­лю­бием и кро­то­стью (2 Тим. 2:25). Апо­стол Павел во всей своей педа­го­ги­че­ской дея­тель­но­сти при­ме­няет также хорошо взве­шен­ную стро­гость (2 Кор. 7:8–9), кото­рую соеди­няет с истин­ной любо­вью (Флм. 8–9).

Основные исходные точки педагогики апостола Павла

Основ­ными исход­ными точ­ками педа­го­гики апо­стола Павла были «духов­ное отцов­ство, любовь и лич­ная жерт­вен­ность за уче­ни­ков». Цер­ковь при­няла их, и они стали моде­лью для даль­ней­шей педа­го­ги­че­ской прак­тики пра­во­слав­ного вос­пи­та­ния. Апо­стол Павел под­дер­жи­вал лич­ный кон­такт с каж­дым уче­ни­ком и поэтому мог реа­ги­ро­вать на лич­ные про­блемы каж­дого из них. Этот прин­цип он рас­про­стра­нил и на социо­ло­ги­че­скую сферу и к каж­дой цер­ков­ной общине под­хо­дил с уче­том ее осо­бен­но­стей. На основе этого он при­спо­саб­ли­вал свой под­ход к каж­дой лич­но­сти исклю­чи­тель­ным обра­зом и бле­стяще сумел раз­ре­шить все воз­ник­шие недоразумения.

Для боль­шей ясно­сти изло­же­ния и луч­шего пости­же­ния основ­ных истин веры апо­стол исполь­зо­вал при­меры из обы­ден­ной жизни (Рим. 6:18–22). С помо­щью при­мера он мог выра­зить вели­кие истины, кото­рые чело­век иначе не смог бы понять. Такой под­ход при­ме­няли позже все Отцы и учи­тели Церкви, кото­рые про­явили себя как вели­чай­шие педа­гоги в исто­рии чело­ве­че­ства. Мно­гие при­меры и образы, исполь­зо­ван­ные апо­сто­лом Пав­лом, из-за своей ори­ги­наль­но­сти стали частью созна­ния Церкви. Среди всех сле­дует вспом­нить срав­не­ние Церкви с телом (1 Кор. 12:12–27; Рим. 12:4–5).

Кате­хи­за­тор­скую работу апо­стол Павел ста­вил на хри­сто­цен­три­че­скую основу (1 Кор. 15:12—31) и исхо­дил из нее в реше­нии всех вопро­сов. Борьбу веру­ю­щих, кото­рые решили жить для Хри­ста и стре­мятся достичь своей цели, он срав­ни­вает с борь­бой атле­тов (1 Кор. 9:24), а их духов­ное ору­жие — с воору­же­нием воина той эпохи (Еф. 6:13–17). Духов­ная борьба (аскеза) чело­века в Церкви пред­по­ла­гает сбе­ре­же­ние Хри­сто­вого образа непо­вре­жден­ным и сия­ю­щим, как это было сразу после его кре­ще­ния. Хри­сти­ан­ская аскеза явля­ется лич­ным делом и не отри­цает жизнь, а пре­об­ра­жает и напол­няет ее. Спо­собы духов­ной борьбы раз­личны для каж­дого чело­века и для каж­дой эпохи. Суще­ствует раз­но­род­ность видов духов­ной борьбы, кото­рую можно наблю­дать в мона­сты­рях, у пустын­ни­ков, а также у созна­тель­ных веру­ю­щих, живу­щих в миру. Духов­ная борьба не имеет иску­пи­тель­ного зна­че­ния для Бога, но явля­ется необ­хо­ди­мым сред­ством для победы над диа-волом и дости­же­ния сво­боды и любви во Хри­сте. «Аскеза — не цель, а сред­ство, однако сред­ство важ­ное и необ­хо­ди­мое для нашего оздоровления».

Служение катехизатора

В кате­хи­за­тор­ской работе выда­ю­ща­яся роль при­над­ле­жала людям, пере­да­вав­шим хри­сти­ан­ские истины катеху­ме­нам, поэтому сле­дует сосре­до­то­чить вни­ма­ние на слу­же­нии учи­теля, кото­рому в Древ­ней Церкви при­пи­сы­ва­лось боль­шое зна­чени. Кли­мент Алек­сан­дрий­ский под­чер­ки­вает роль вос­пи­та­теля (педа­гога) и обра­щает вни­ма­ние на его важ­ность в жизни Церкви. Свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст гово­рит о вели­ко­ле­пии слу­же­ния учи­теля и пас­тыря и под­чер­ки­вает, что его зва­ние «велико и замечательно».

Кате­хи­за­торы в Древ­ней Церкви брали на себя обя­зан­ность учить катеху­ме­нов. В визан­тий­ский период к цер­ков­ным зва­ниям в Кон­стан­ти­но­поле отно­си­лось и зва­ние кате­хета, и его дея­тель­ность в древ­ней Алла­ти­ан­ской руко­писи опре­де­ля­ется как дело «огла­ше­ния народа». Кате­хеты, таким обра­зом, состав­ляли осо­бую группу и выпол­няли кате­хи­за­тор­скую работу как цер­ков­ное слу­же­ние, кото­рое пред­по­ла­гает поря­док в соот­вет­ствии с цер­ков­ными кано­нами. Кате­хе­тами могли быть свя­щен­ники или миряне, и их все­гда назна­чал епи­скоп через хиро­те­сию, это зна­чит, что кан­ди­даты на кате­хе­ти­че­ское слу­же­ние из рук епи­скопа при­ни­мали бла­го­дать Свя­того Духа, чтобы их дея­тель­ность при­несла плоды. Эфор­ки­сты Древ­ней Церкви, о кото­рых гово­рит 24‑е и 26‑е пра­вило Лаоди­кий­ского собора, были, по тол­ко­ва­нию Валь­само-на, катехетам.

Глав­ная ответ­ствен­ность за кате­хи­за­тор­скую работу в Церкви лежала на епи­скопе, кото­рый управ­лял ею через своих свя­щен­ни­ков в отдель­ных цер­ков­ных общи­нах. Свя­щен­ник, в свою оче­редь, отве­чал за кате­хи­за­цию в своей цер­ков­ной общине, орга­ни­зо­вы­вал ее и управ­лял через кате­хе­тов. В кате­хи­за­тор­ской дея­тель­но­сти, кроме апо­сто­лов, при­ни­мали уча­стие и миряне, при­зван­ные Хри­стом про­по­ве­до­вать Еван­ге­лие (Мф. 28:19–20) как «научен­ные Богом» (см. 1 Фес. 4:9), поскольку они в каче­стве тор­гов­цев, вои­нов и ремес­лен­ни­ков путе­ше­ство­вали по раз­ным местам (Деян. 18:2–4; Рим. 16:1–3; Флп. 4:3) и были спо­собны учить дру­гих (2 Тим. 2:2). Упо­ми­на­ние об этом мы встре­чаем и в Поста­нов­ле­ниях свя­тых апо­сто­лов, где гово­рится: «Кто учит, хоть и миря­нин, если имеет опыт­ность в слове и честен в пове­де­нии, пусть учит».

В Древ­ней Церкви роди­тели искали хоро­ших учи­те­лей для своих детей, чтобы те научили их мно­гим вещам. Бла­жен­ный Фео­фи­лакт Бол­гар­ский гово­рит, что Отец один, но учи­те­лей может быть много. Работа каж­дого доб­ро­де­тель­ного вос­пи­та­теля заклю­ча­ется в обу­че­нии детей с целью при­ве­сти их ко спа­се­нию. Кли­мент Алек­сан­дрий­ский ссы­ла­ется на педа­го­ги­че­скую дея­тель­ность Хри­ста и при­зы­вает вос­пи­та­те­лей научить детей спа­си­тель­ному образу жизни. Сего­дня кате­хе­тами назы­вают тех, кто пре­по­дает Закон Божий в началь­ных и сред­них шко­лах или в цер­ков­ных общи­нах и имеет кано­ни­че­скую мис­сию (т. е. раз­ре­ше­ние учить) от мест­ного епископа.

Духовные и учительские качества катехизатора

В педа­го­ги­че­ской дея­тель­но­сти лич­ность учи­теля играет зна­чи­тель­ную роль. Свя­ти­тель Васи­лий Вели­кий гово­рит: «У доб­рых учи­те­лей и уроки доб­рые, а у злых, конечно, злые». Эту истину под­твер­ждает свя­той Мака­рий Еги­пет­ский: «Злое слово и доб­рых делает злыми, а доб­рое слово и злых делает доб­рыми». Это зна­чит, что под­бор под­хо­дя­щего кате­хи­за­тора очень важен, и сле­дует вни­ма­тельно сле­дить за тем, чтобы это был не про­сто доб­рый и набож­ный чело­век, но чтобы он был пра­во­слав­ным, раз­би­рался в бого­сло­вии, имел пра­виль­ный педа­го­ги­че­ский под­ход и жиз­нен­ный опыт, для того чтобы его кате­хи­за­тор­ский вклад был как можно зна­чи­тель­нее. «Ежели при телес­ном вра­че­ва­нии не вся­кому поз­во­лено делать над боль­ным упо­треб­ле­ние лекар­ства или какого ору­дия, а только тому, кто при­об­рел в этом искус­ство дол­го­вре­мен­но­стью, опы­том, упраж­не­нием в лече­нии и уче­нием у зна­ю­щих, то какое же осно­ва­ние вся­кому без раз­бора при­ни­маться за вра­че­ва­ние сло­вом, где если и самая малость опу­щена из виду, при­но­сит сие весьма вели­кий вред?»

Мит­ро­по­лит Анто­ний Сурож­ский гово­рит: «Я совер­шенно уве­рен, что зани­маться детьми может вся­кий чело­век, кото­рый их пони­мает и может им пере­дать свою веру — не только голов­ные, умствен­ные зна­ния на рели­ги­оз­ные темы, но горе­ние соб­ствен­ного сердца и пони­ма­ние путей Божиих». Кате­хи­за­то­ром может быть чело­век, кото­рый доб­ро­со­вестно под­го­то­вится к сво­ему кате­хе­ти­че­скому слу­же­нию и будет руко­вод­ство­ваться сове­том свя­того Поли­карпа Смирн­ского: «Будем сперва учить самих себя посту­пать по запо­веди Гос­под­ней», а потом «и детей будем вос­пи­ты­вать в страхе Божием». Из этого сле­дует, что кате­хи­за­тор дол­жен вести духов­ную борьбу и очи­щать свою душу от стра­стей, чтобы он мог дей­ственно помочь уче­ни­кам, а через них, воз­можно, и их роди­те­лям. Один монах на Свя­той Горе Афон одна­жды ска­зал: «Прежде стань аске­том, а потом учи­те­лем». Эти слова дол­жен иметь в виду каж­дый, кто хочет быть доб­рым хри­сти­ан­ским учи­те­лем, потому что глав­ным досто­ин­ством вос­пи­та­теля явля­ется доб­ро­де­тель, кото­рая про­ти­вится злу и отвра­щает вос­пи­тан­ни­ков от гре­хов­ных жела­ний. Доб­ро­де­тель счи­та­ется анти­по­дом зла и содер­жит все обще­ствен­ные и эти­че­ские ценности.

Через духов­ную борьбу кате­хи­за­тор имеет воз­мож­ность стя­жать про­све­ще­ние Свя­тым Духом, чтобы как можно яснее пре­по­да­вать детям истины Божий. Свое дело он дол­жен испол­нять с созна­нием сми­ре­ния и послу­ша­ния Хри­сту, Кото­рый при­сут­ствует в Церкви. Он все­гда дол­жен пом­нить о таин­ствен­ной глу­бине жизни Церкви и иметь «те же чув­ство­ва­ния, какие и во Хри­сте Иисусе» (Флп. 2:5), т. е. помыш­лять более о Божием, чем о человеческом.

Кате­хи­за­тор дол­жен осно­ва­тельно озна­ко­миться с пра­во­слав­ным бого­сло­вием в тео­ре­ти­че­ской и прак­ти­че­ской обла­сти, чтобы иметь воз­мож­ность, с одной сто­роны, пра­вильно разъ­яс­нить детям бого­слов­ские вопросы, а с дру­гой сто­роны, при­ве­сти их к пра­виль­ному хри­сти­ан­скому образу жизни. Кате­хи­за­тор дол­жен быть «совер­шен­ной хри­сти­ан­ской лич­но­стью, иметь учи­тель­ские спо­соб­но­сти, про­ни­ца­тель­ный ум, бога­тую лич­ную биб­лио­теку и хоро­шее науч­ное, фило­соф­ское и социо­ло­ги­че­ское обра­зо­ва­ние». А прежде всего, он дол­жен иметь откры­тое сердце, чтобы он смог при­нять про­све­ще­ние и бла­го­дать Свя­того Духа. Ему сле­дует осо­знать и про­чув­ство­вать важ­ность и таин­ствен­ный харак­тер слова Божия. Осо­зна­ние бес­си­лия прийти к пол­ному позна­нию Бога должно при­ве­сти его к посто­ян­ному иска­нию посред­ством духов­ного очи­ще­ния себя от стра­стей, чтобы быть в состо­я­нии при­нять бла­го­дать Свя­того Духа и прийти к позна­нию Бога.

Кате­хи­за­тор­ская дея­тель­ность Церкви имеет боль­шое зна­че­ние, потому что Хри­стос при­шел спа­сти всех людей и хочет, чтобы все при­шли к позна­нию истины. Обя­зан­ность кате­хи­за­тора — с верой и вооду­шев­ле­нием вести дет­скую душу к веч­ному свету духов­ных цен­но­стей. Чтобы кате­хи­за­тор мог эффек­тивно вли­ять на своих уче­ни­ков и пре­успеть в своем ответ­ствен­ном слу­же­нии, он, прежде всего, дол­жен быть искренне веру­ю­щим и посто­янно при­ни­мать уча­стие в литур­ги­че­ской и таин­ствен­ной жизни Церкви. Он не может огра­ни­чи­ваться тео­ре­ти­че­ским и абстракт­ным сооб­ще­нием хри­сти­ан­ских истин веры, но дол­жен стать для своих уче­ни­ков живым при­ме­ром веры и доб­ро­де­тель­ной жизни, кото­рая достойна под­ра­жа­ния. Это зна­чит, что жизнь кате­хи­за­тора должна быть образ­цом, кото­рому уче­ники доб­ро­вольно хотели бы сле­до­вать, и это даст воз­мож­ность кате­хи­за­тору в непри­нуж­ден­ной форме пре­по­да­вать своим слу­ша­те­лям все еван­гель­ские истины как образ и есте­ствен­ную норму жизни. Если он заво­юет их дове­рие, то полу­чит воз­мож­ность напра­вить их на путь спа­се­ния, чтобы они с муже­ством начали духов­ную борьбу, кото­рая дове­дет их до побед­ного конца. А наи­выс­шей похва­лой для вос­пи­та­теля будет, гово­рит свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст, если ребе­нок пока­жет боль­шие доб­ро­де­тели, чем имеет он сам.

В заклю­че­ние мы хотим при­ве­сти кате­хи­за­тор­ские прин­ципы архи­манд­рита Геор­гия Кап­са­ниса, игу­мена мона­стыря свя­того Гри­го­рия на Свя­той Горе Афон, кото­рые сле­дует при­нять к сердцу каж­дому пра­во­слав­ному катехизатору.

Катехизаторские принципы

    • Основ­ным усло­вием явля­ется сми­ре­ние. Важно начать с мысли: «Кто я такой, чтобы учить вере во Хри­ста? Достоин ли я?»
    • Молитва о катеху­ме­нах, т. е. о детях, кото­рые меня слу­шают. Если дети не слу­шают меня, когда я говорю им о Боге, то я буду в своей молитве хода­тай­ство­вать перед Богом за детей.
    • Весьма помо­гает такая бла­го­сло­вен­ная молитва: «Гос­поди Иисусе Хри­сте! Не отними бла­го­дать Свою от моих уче­ни­ков из-за гре­хов моих».
    • Я нико­гда не ругаю ребенка, не похва­лив его сна­чала. Напри­мер: «Ты же слав­ный ребе­нок, любишь Хри­ста, ходишь в храм, как ты можешь делать такие вещи?»
    • Даже самый пло­хой чело­век содер­жит в себе нечто доб­рое. Необ­хо­димо стре­миться рас­крыть в нем именно это доб­рое, даже если это увле­че­ние фут­бо­лом или баскетболом!

(Все­гда сле­дует пом­нить при­мер одного ребенка, кото­рый хотел нало­жить на себя руки. При­чина — посто­ян­ные упреки в его адрес в при­сут­ствии его млад­шего брата).

  • Если я что-то запре­щаю, то сна­чала объ­яс­няю почему. Нико­гда ничего не запре­щаю, если не объ­ясню, почему этого нельзя.
  • Нико­гда никого не высме­и­ваю, чтобы не вызвать в нем скрыт­но­сти и обмана!
  • Моя жизнь пусть будет соеди­нена со Хри­стом. Свя­тыми Таин­ствами Пока­я­ния и Евха­ри­стии помогу сна­чала себе, а потом смогу помочь и детям.
  • Нико­гда не пред­став­ляю себя как образец.

Вместо заключения

Пра­во­слав­ная кате­хе­тика исхо­дит из триа-доло­гии, хри­сто­ло­гии и эккле­зио­ло­гии. Хри­стос спа­сает людей только в Церкви, поскольку, по уче­нию свя­тых Отцов, вне Церкви нет спа­се­ния. Однако, поскольку Цер­ковь — это не какое-то абстракт­ное состо­я­ние или какая-то система идей, а Тело Иисуса Хри­ста, кон­крет­ная види­мая и исто­ри­че­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь со своей верой, бого­слу­же­нием, Пре­да­нием и исто­рией, со сво­ими свя­тыми, хра­мами, свя­тыми местами, празд­ни­ками, кли­ром, свя­щен­ными сим­во­лами и обы­ча­ями, сво­ими ико­нами и искус­ством, — все это кате­хи­за­тор дол­жен иметь в виду, а сле­до­ва­тельно, и озна­ко­миться со всем тем, что состав­ляет жизнь Церкви.

Согласно свя­то­оте­че­скому уче­нию, раз­ли­чают три основ­ных уровня202 жизни чело­века в Церкви, от кото­рых зави­сит его духов­ное про­дви­же­ние и каче­ство отно­ше­ний между веру­ю­щим чело­ве­ком и Христом.

Пер­вый уро­вень. Духовно незре­лый чело­век рас­це­ни­вает свои отно­ше­ния со Хри­стом как отно­ше­ния слуги и гос­по­дина. Эти отно­ше­ния колеб­лются между двумя полю­сами, зави­си­мо­стью, с одной сто­роны, и стра­хом, с дру­гой. Чело­век боится отри­ца­тель­ных послед­ствий, к кото­рым может при­ве­сти раз­рыв его отно­ше­ний с Цер­ко­вью. Божий запо­веди он испол­няет из страха, чтобы не быть нака­зан­ным. Он испы­ты­вает страх перед адом, а не боязнь, про­ис­хо­дя­щую из его любви к Богу, чтобы сохра­нить обще­ние с Ним. Это раб­ские отно­ше­ния, кото­рые явля­ются след­ствием страха перед наказанием.

Вто­рой уро­вень. Сюда отно­сятся хри­сти­ане, кото­рых можно обо­зна­чить как наем­ни­ков, рабо­та­ю­щих за воз­на­граж­де­ние. Их отно­ше­ния с Цер­ко­вью опре­де­ля­ются как отно­ше­ния даю­щего с беру­щим. В Церкви они пре­бы­вают для того, чтобы полу­чить награду за свои доб­рые дела.

Тре­тий уро­вень. Здесь нахо­дятся веру­ю­щие, кото­рые из любви ко Хри­сту стре­мятся к под­лин­ному и бес­ко­рыст­ному еди­не­нию с Ним. На этом уровне чело­век пере­жи­вает сво­боду во Хри­сте и по отно­ше­нию к Богу счи­та­ется сыном. К этому отно­ше­нию сынов­ства при­во­дит хри­сти­ан­ское вос­пи­та­ние, целью кото­рого явля­ется дости­же­ние чело­ве­ком совершенства.

Кате­хе­тика ни в коем слу­чае не должна опус­каться до уровня тех, кто стре­мится под­чи­нить себе людей с помо­щью идео­ло­гии, опи­ра­ю­щейся на истины хри­сти­ан­ской веры, поскольку хри­сти­ан­ство про­ти­во­по­став­ляет себя любой идео­ло­гии. Неко­то­рые пола­гают, что хри­сти­ан­ство — это идео­ло­гия в руках тех, кто хочет овла­деть мас­сами. Однако мы насто­я­тельно должны обра­тить их вни­ма­ние на то, что истин­ное хри­сти­ан­ство не овла­де­вает людьми, а дает им пол­ную сво­боду. Они могут, конечно, воз­ра­жать и при­во­дить доводы, с кото­рыми мы, несо­мненно, будем вынуж­дены согла­ситься. Но не будем забы­вать, что, если кто-либо исполь­зует хри­сти­ан­ство в лич­ных инте­ре­сах как сред­ство к овла­де­нию дру­гими, то он вне Церкви и вне хри­сти­ан­ства, поскольку хри­сти­а­нин не может совер­шать что-либо, что нахо­дится в про­ти­во­ре­чии с созна­нием и жиз­нью Церкви Хри­сто­вой. Если Бог не при­нуж­дает чело­века делать что-либо, но остав­ляет его сво­бод­ным и ждет, пока он не пой­мет, как далеко он от сво­его Созда­теля, и не вер­нется обратно, то как может один чело­век при­нуж­дать к чему-то дру­гого? И если как аргу­мент он исполь­зует утвер­жде­ние, что делает это во имя Бога, оно не выдер­жит кри­тики, потому что он исполь­зует Бога лишь как сред­ство для вопло­ще­ния своих замыслов.

Непра­виль­ное пони­ма­ние кате­хи­за­тор­ской дея­тель­но­сти может при­ве­сти к зло­упо­треб­ле­нию тер­ми­ном «кате­хи­за­ция» и огра­ни­чить его «рели­ги­оз­ным про­мы­ва­нием моз­гов несве­ду­щего чело­века “цер­ков­ными” людьми, кото­рые охва­чены эго­и­сти­че­скими инте­ре­сами и тем­ными побуж­де­ни­ями, с целью вовлечь его в цер­ков­ную груп­пи­ровку». Но кате­хи­за­цию нельзя отож­де­ствить с дог­ма­тиз­мом, при­нуж­де­нием, попыт­кой насиль­ствен­ного вовле­че­ния чело­века в какую-либо рели­ги­озно-идео­ло­ги­че­скую систему, в кото­рой он будет жить, под­чи­ня­ясь духов­ному абсо­лю­тист­скому (тота­ли­тар­ному) режиму. Хотя хри­сти­ан­ством часто зло­упо­треб­ляли, и даже сего­дня им зло­упо­треб­ляют в идео­ло­ги­че­ских целях, мы должны созна­вать, что истин­ная мис­сия хри­сти­ан­ства — это мис­сия сво­боды, целью кото­рой явля­ется доб­ро­воль­ное осу­ществ­ле­ние совер­шен­ства чело­века на основе сотруд­ни­че­ства (синер­гии) Бога и человека.

Кате­хе­ти­че­ская мис­сия Церкви — сви­де­тель­ство­вать миру о Боже­ствен­ном Откро­ве­нии, кото­рое есть кон­крет­ное, исто­ри­че­ское, живое, совре­мен­ное, дина­ми­че­ское, лич­ное и обще­ствен­ное. На осно­ва­нии Боже­ствен­ного Откро­ве­ния чело­век пред­став­ля­ется как суще­ство со своим нача­лом и конеч­ным назна­че­нием, что четко опре­де­ляет ори­ен­та­цию педа­го­ги­че­ского про­цесса, завер­ше­ние кото­рого — един­ство чело­века с Богом и явле­ние образа Божия в чело­веке. Осно­вой вос­пи­та­ния и обра­зо­ва­ния чело­века явля­ется его синер­гия с Три­еди­ным Богом, без кото­рой чело­век не может достичь обо­же­ния. Это осу­ществ­ля­ется бла­го­даря живой связи чело­века с Богом в любви. В конеч­ном счете вос­пи­та­ние ука­зы­вает катеху мену воз­мож­ность вступ­ле­ния в обще­ние со Свя­той Тро­и­цей и людьми, поэтому Цер­ковь ведет своих новых чле­нов к пра­виль­ному пони­ма­нию смысла жизни и к лич­ной связи с Три­еди­ным Богом.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 Комментарий

  • Артем, 27.06.2020

    Под­ска­жите пожа­луй­ста, здесь (“Эфор­ки­сты Древ­ней Церкви, о кото­рых гово­рит 24‑е и 26‑е пра­вило Лаоди­кий­ского собора, были, по тол­ко­ва­нию Валь­само-на, кате­хе­там.”) идет ссылка на 24 и 26 пра­вило Лаоди­кий­ского собора. В этих пра­ви­лах гово­рится совер­шенно о дру­гом.… Или я в чем-то не разобрался..??

    Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки