Не заслоняют ли обряды чувство Бога в душе?

диакон Андрей

— Не слиш­ком ли много обря­дов в Церкви? Не засло­няют ли они глав­ное — чув­ство Бога в душе?

Чело­век, кото­рый гово­рит о том, что в рели­гии глав­ное не внеш­ние обряды, а внут­рен­нее, духовно-сер­деч­ное дела­ние, не всегда прав. Он прав, если тот идеал, кото­рый он обос­но­вы­вает этими сло­вами, ока­зы­ва­ется более тре­бо­ва­те­лен по отно­ше­нию к нему, чем обыч­ный устав бла­го­че­сти­вой жизни миря­нина. Но эти же слова спо­собны при­кры­вать вели­кую неправду, если их при­спо­соб­ляют для того, чтобы не испол­нять даже те рели­ги­оз­ные тре­бо­ва­ния, кото­рые обра­щает к чело­веку не столь уж высо­кая в своих иде­а­лах, но все же рели­ги­озно дей­ствен­ная и реаль­ная «сред­няя вера». Подвиж­ник и мистик, жаж­ду­щий боль­шего, чем устав­ная молитва, чающий все­це­лой пере­мены своей жизни и своего сердца, имеет право гово­рить о том, что спа­се­ние нельзя купить жерт­вами и обря­дами. Но обы­ва­тель, кото­рый ленится потре­во­жить тину своей страст­ной жизни испо­ве­дью и еже­утрен­ней молит­вой, кото­рый счи­тает уни­зи­тель­ным для себя молиться «со ста­ру­хами» и при­ча­щаться с ними из одной ложечки, не имеет нрав­ствен­ного права ста­вить духов­ное выше «обряда», того обряда, до кото­рого он еще просто не дорос. Про­по­вед­ник такой лже­ми­стики отнюдь не «сын Божий», познав­ший свою сво­боду в Духе, а лука­вый раб, кото­рый хочет спа­стись с наи­мень­шими уси­ли­ями и радостно хва­та­ется за духов­ное пони­ма­ние дея­тельно-рели­ги­оз­ного идеала, чтобы лице­мерно оправ­дать свою уме­ренно-язы­че­скую жизнь.

Неужели не бро­са­ется в глаза несу­раз­ность ситу­а­ции, при кото­рой к ради­каль­ному обнов­ле­нию «обряд­но­сти» или и вовсе к ее отмене при­зы­вают люди, сами не прак­ти­ку­ю­щие ника­кой веры, люди, соста­вив­шие свои пред­став­ле­ния о рели­гии и «духов­но­сти» на осно­ва­нии пяти-шести газет­ных статей, в то время как на сохра­не­нии ясных и опре­де­лен­ных устоев цер­ков­ной жизни наста­и­вают те, кото­рые научи­лись обра­щаться к Богу на «Ты», пре­одо­лев холод без­лично-фило­соф­ского «Он»? С почти дет­ским эго­из­мом мало­веры тре­буют, чтобы им «сде­лали духовно» без вся­кого их соб­ствен­ного молит­вен­ного труда.

Боюсь, что при­зывы мало­ве­ру­ю­щих людей при­спо­со­бить бого­слу­же­ние к их вкусам слиш­ком сродни извест­ной попытке Ста­рика Хот­та­быча испра­вить пра­вила игры в футбол через раз­дачу каж­дому игроку по соб­ствен­ному мячу.

Непри­язнь нынеш­него, инфор­ма­ци­онно-тех­но­ло­ги­че­ского, века к обряду понятна: обряд мало­ин­фор­ма­ти­вен. Чтобы оста­ваться преж­ним, «чита­тель газет» жаждет, чтобы ему заби­вали душу «ново­стями», кото­рые не имеют к нему ровно ника­кого отно­ше­ния. Это ново­сти, на кото­рые не надо реа­ги­ро­вать и на кото­рые нельзя реа­ги­ро­вать (ну как, в самом деле, жителю Рязани реа­ги­ро­вать на новость о пере­во­роте в Латин­ской Аме­рике?). Но древ­ний текст Нового Завета открыто и тре­бо­ва­тельно взы­вает к моей личной реак­ции. Реа­ги­ро­вать не хочется, менять свою жизнь не хочется. И поэтому то, что един­ственно спо­собно при­не­сти новость в мою жизнь, объ­яв­ля­ется «уста­рев­шим». И то, что не нра­вится людям в Еван­ге­лии, не нра­вится им и в молитве, молит­во­слове, в обряде. Молитва также не есть «чтиво». Молитву вообще нельзя «про­чи­тать», ее надо про­го­во­рить, про­ра­бо­тать в себе. Когда я откры­ваю вече­ром молит­во­слов — я не наде­юсь в нем вычи­тать что-то незна­ко­мое. Иногда нужно не потреб­лять (как потреб­ляют новые впе­чат­ле­ния и знания), а давать, про­из­во­дить. Молитва как работа души и есть такое про­из­во­дя­щее усилие, пово­ра­чи­ва­ю­щее мое сердце ко Творцу.

На деле чело­век, осуж­да­ю­щий показ­ные про­яв­ле­ния бла­го­че­стия у других, чело­век, рас­суж­да­ю­щий о том, что для «истин­ной веры» не нужны внеш­ние формы, скорее всего ищет лишь оправ­да­ния своего соб­ствен­ного без­ве­рия. Не могу я пове­рить, что люди, сету­ю­щие в теле­ин­тер­вью на излиш­нюю «фор­маль­ность» Пра­во­сла­вия, дома, в тиши своей кельи, часами творят молитву своими соб­ствен­ными сло­вами.

Хотя бы поэтому не стоит слиш­ком торо­питься с реак­цией на это нытье нецер­ков­ных людей. Душев­ный да не судит о духов­ном (см.: 1Кор. 2:14–15). И прежде чем при­ни­мать от внеш­них кри­тику по поводу излиш­ней «зафор­ма­ли­зо­ван­но­сти цер­ков­ного культа», стоит поду­мать: дей­стви­тельно ли кри­ти­ку­ю­щий примет Еван­ге­лие и Пра­во­сла­вие и станет добрым при­хо­жа­ни­ном, едва только формы обряда будут изме­нены в том направ­ле­нии, кото­рое кажется ему жела­тель­ным? Мис­си­о­нер­ское при­спо­соб­ле­ние при­звано облег­чить вступ­ле­ние в Цер­ковь тем людям, кото­рые желают в нее всту­пить, но теря­ются в недо­уме­ниях и затруд­не­ниях. А дей­стви­тельно ли наши кри­тики при­над­ле­жат к этому раз­ряду жела­ю­щих? Ради при­об­ре­те­ния одной овечки можно оста­вить девя­но­сто девять и пойти к ней в те дебри, в кото­рых она зате­ря­лась. Но овечка ли взы­вает о спа­си­тель­ных для нее цер­ков­ных рефор­мах? Или же дем­га­зеты раз­но­сят глас совсем иного суще­ства, кото­рое лишь при­крыто шкурой под назва­нием: «Забота о нуждах овечек»?

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки