О танцах

свящ. Сергей Нико­лаев

Не пре­да­вайся боль­шим рас­се­ян­но­стям, кото­рые бывают часто сопря­жены с поте­рею инте­ре­сов и нрав­ствен­но­сти”, — писал оптин­ский старец Мака­рий о раз­вле­че­ниях. Недол­гие и невин­ные удо­воль­ствия и раз­вле­че­ния, как дань чело­ве­че­ской сла­бо­сти, не воз­бра­ня­ются пра­во­слав­ному чело­веку. Они дают пере­дышку нашим мышцам и нервам, спо­соб­ствуют боль­шей рабо­то­спо­соб­но­сти. Но раз­вле­че­ния рас­се­и­вают созна­ние, в это время оно подобно забол­тав­ше­муся с про­хо­жим часо­вому, и греху легче про­скольз­нуть мимо стражи. Поэтому выбор раз­вле­че­ний сле­дует строго опре­де­лить для себя, и не нужно сму­щаться при­ня­тыми в мире нор­мами, но ори­ен­ти­ро­ваться только на Божьи запо­веди. “Весь мир лежит во зле” (1Ин.5:19), — гово­рит апо­стол Иоанн Бого­слов и лас­ково нази­дает: “Воз­люб­лен­ный! Не под­ра­жай злу, но добру” (3Ин.1:11).

Об одном таком “небла­го­по­луч­ном” раз­вле­че­нии — танцах — есть смысл пого­во­рить особо. Танцы суще­ствуют у всех наро­дов. Изна­чально эти рит­ми­че­ские дви­же­ния раз­де­ля­лись на несколько видов — в зави­си­мо­сти от целей, кото­рые они пре­сле­до­вали. Танцы, воз­буж­да­ю­щие чув­ствен­ное жела­ние, пред­ше­ству­ю­щие соитию; воен­ные танцы, сооб­ща­ю­щие боевой дух, и особые риту­аль­ные танцы, исполь­зу­е­мые жре­цами или их окру­же­нием для оккульт­ных целей: вызы­ва­ния духов и т.п. Из этого набора наи­бо­лее упо­треб­ля­е­мыми и полу­чив­шими раз­ви­тие ока­за­лись чув­ствен­ные танцы. Они-то и легли в основу всех совре­мен­ных как народ­ных, так и клас­си­че­ских танцев, а также балета. Да-да, балета! Вся эсте­тика балет­ного искус­ства осно­вана на воз­буж­де­нии и удо­вле­тво­ре­нии чув­ствен­ной, похот­ной сто­роны чело­ве­че­ской лич­но­сти. Об это откро­венно гово­рят дви­же­ния и сами костюмы тан­цо­ров. В созна­нии наших сооте­че­ствен­ни­ков поня­тия балет и раз­врат долгое время непре­менно сосед­ство­вали. У А.Н. Ост­ров­ского в одной из пьес есть заме­ча­тель­ная фраза: “Кто в про­дол­же­нии два­дцати лет не про­пу­стил ни одного балета, тот в мужья не годится” (“Беше­ные деньги”).

Что каса­ется танцев как быто­вого раз­вле­че­ния, то это соб­ственно игра в “любовь” на своем уровне. Неболь­шой театр. В танцах неза­метно рас­тво­ря­ется и теря­ется стыд­ли­вость. В танце на вполне “закон­ном” осно­ва­нии можно обнять, при­лас­кать мало­зна­ко­мого, а то и вовсе незна­ко­мого чело­века. Не слу­чайно раз­лич­ные раз­вра­ща­ю­щие про­граммы для под­рост­ков реко­мен­дуют танцы и сов­мест­ные спор­тив­ные заня­тия как “сред­ство пре­одо­ле­ния стыд­ли­во­сти”, а мы назы­ваем это раз­ру­ше­нием цело­муд­рия. Святые отцы всегда сове­то­вали избе­гать каса­ния как воз­мож­ного побуж­де­ния ко греху.

“Всякое при­кос­но­ве­ние муж­чины и жен­щины непри­лично, всякое сла­до­стра­стие под тенью вели­ких кры­льев любви — цело­муд­ренно”, — гово­рит свя­ти­тель Гри­го­рий Бого­слов. Име­ется в виду, конечно, брач­ная любовь. Одна девушка-сту­дентка рас­ска­зы­вала, что среди ее мно­го­чис­лен­ных зна­ко­мых лишь один юноша имеет при­вычку дели­катно ото­дви­гать локоть или колено, когда рядом за столом или на заня­тиях ока­зы­ва­ется девушка. Осталь­ные моло­дые люди совер­шенно не оза­да­чи­вают себя такими тон­ко­стями и не меняют ни позы, ни лек­сики в при­сут­ствии сокурс­ниц. Видимо, это и есть резуль­тат такого тан­це­вально-спор­тив­ного вос­пи­та­ния — вести себя со всеми, как с близ­кими род­ствен­ни­ками, и дай Бог, чтобы такая фамиль­ар­ность, или семей­ствен­ность, закон­чи­лась на этом уровне.

“Так же и танцы, кото­рые назвал один мудрый про­по­вед­ник “Иро­ди­а­дино искус­ство” и кото­рые мир счи­тает невин­ным удо­воль­ствием в обще­стве, а в сущ­но­сти оные гре­ховны”, — писал пре­по­доб­ный Мака­рий Оптин­ский одной матери, вос­пи­ты­ва­ю­щей сыно­вей.

В жизни прис­но­па­мят­ного вла­дыки Иоанна, мит­ро­по­лита Санкт-Петер­бург­ского и Ладож­ского, был такой случай. Вскоре после войны он попал как-то на танц­пло­щадку. Встал в сто­роне и смот­рел на тан­цу­ю­щих. Вдруг перед гла­зами его слева направо как бы раз­вер­нули свиток, и он увидел тан­цу­ю­щих с соба­чьими и сви­ными рылами вместо лиц. Это было необы­чайно страш­ное зре­лище: тан­цу­ю­щие бесы. Дли­лось такое виде­ние недолго, свиток вновь свер­нулся, теперь уже справа налево, и перед буду­щим вла­ды­кой опять тан­це­вали люди. В эти мгно­ве­ния, как рас­ска­зы­вал вла­дыка Иоанн, реши­лась его даль­ней­шая судьба.

“Горе миру от соблаз­нов… — гово­рит Спа­си­тель. — Если же рука твоя или нога твоя соблаз­няет тебя, отсеки их и брось от себя: лучше тебе войти в жизнь без руки или без ноги, нежели с двумя руками и ногами быть ввер­жену в огонь вечный” (Мф.18:7–8).

газета «Пра­во­слав­ный Санкт-Петер­бург»

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки