Азбука веры Православная библиотека профессор Александр Петрович Голубцов Отзыв об учено-литературной деятельности высокопреосвященнейшего Саввы, архиепископа Тверского и Кашинского


профессор Александр Петрович Голубцов

Отзыв об учено-литературной деятельности высокопреосвященнейшего Саввы, архиепископа Тверского и Кашинского

В № 14 Тверских Епархиальных Ведомостей за настоящий год было напечатано краткое известие о возведении нашего досточтимого архипастыря, Высокопреосвященнейшего Саввы, архиепископа Тверского и Кашинского, на высшую ученую степень доктора церковной истории. В настоящее время мы имеем возможность напечатать полный отзыв Комиссии, составленной по поручению Совета Московской Духовной Академии от 15 марта текущего года, для суждения о достоинствах учено-литературных трудов Высокопреосвященнейшего Саввы. В состав этой Комиссии входили: ординарный профессор Е. Е. Голубинский (доктор богословия), экстра-ординарные профессора Г. А. Воскресенский и И. Н. Корсунский и доцент А. П. Голубцов. В исполнение поручения Совета Академии, Комиссия в непродолжительном времени представила ему отзыв, который мы и печатаем на страницах нашего издания.

На основании этого отзыва и представления Совета, Высокопреосвященнейший Сергий, митрополит Московский и Коломенский, 3-го июня ходатайствовал пред Св. Синодом об утверждении Высокопреосвященного Саввы в степени доктора церковной истории и Св. Синод указом от 21-го июня дал знать о своем согласии на таковое утверждение.

В совет Московской духовной академии. Представление

В исполнение поручения Совета от 15-го марта сего года, честь имеем представить отзыв об учено-литературной деятельности Высокопреосвященнейшего Саввы, архиепископа Тверского и Кашинского.

В ряду современных иерархов русской церкви немного является архипастырей, которые среди многосложных, разнообразных и многотрудных дел епархиального управления, находят часы досуга и для учено-литературных занятий, притом совершая с достоинством и честью как те дела, так и эти занятия. К числу таких архипастырей по всей справедливости должен быть отнесен Высокопреосвященнейшій Савва, архиепископ Тверской и Кашинский. Вот уже 40 лет продолжается его учено-литературная деятельность, приносящая и уже принесшая великую пользу церкви, отечеству и науке. С юных лет получив и воспитав живой интерес к обогащению себя разнообразными познаниями, Преосвященный Савва с юных же лет, благодаря строгой школе доброго старого времени, приучился и к умственной дисциплине. Первое из этих обстоятельств, кроме естественного своего последствия, – действительного обогащения его сведениями в различных областях науки, повлекло за собой в нем развитие другого интереса – собирания книжных и рукописных сокровищ, продолжающегося в течение более четырех десятилетий и последствием своим имеющего ту богатую библиотеку, самую большую и лучшую часть которой ныне владыка Тверской, всегда бескорыстный любитель, двигатель и покровитель науки и словесности, завещал в давшую ему воспитание Академию нашу, на общее пользование. А последнее из упомянутых обстоятельств, особенно благодаря тому, что Преосвященному Савве на первых же порах самостоятельной деятельности по окончании курса наук в Академии пришлось трудиться под проницательным взором и мудрым руководством такого иерарха, каким был в Боге почивший митрополит Московский Филарет, – давало твердость и основательность плодам умственной работы Тверского архипастыря, при его собственных, далеко незаурядных умственных способностях. Так обилие сведений, основательность исследования и твердость мысли, и убеждения издавна стали отличать и доселе отличают все учено-литературные труды Преосвященного Саввы.

Первым учено-литературным трудом Преосвященного Саввы, после школьных опытов, из коих последний, – Об устной исповеди, – доставил ему ученую степень магистра богословия, было известное, довольно объемистое сочинение: Указатель для обозрения Московской патриаршей (ныне синодальной) ризницы и библиотеки. Москва, 1855. 8°, стр. 155+II. Мы назвали этот труд сочинением и не отказываемся от своего слова. Написанный по мысли и внушению митрополита Московского Филарета и долженствовавший служить лишь справочной книгой для посетителей синодальной ризницы и библиотеки, этот труд был плодом не только продолжительной механической и технической обработки, многочисленных механического же характера справок, проверок и под., но и продолжительной, усидчивой умственной работы автора, сразу потребовавшей от него и приложения к делу многих научных сведений, обыкновенно не имеющихся в простых справочных указателях, и научной же постановки самого дела упорядочения, изложения и обоснования этих сведений. Короче сказать, автор (в то время иеромонах, а потом архимандрит) сразу при этом должен был погрузиться в обширную область археологии и филологии с палеографией. И он тогда же полюбил археологию и филологию с палеографией. Самостоятельность научной стороны труда Преосвященного Саввы над Указателем вызывалась еще и тем, что до него в отношении к ризнице и библиотеке существовали частью лишь краткие рукописные каталоги и описи (официальные краткие же), не имевшие никакого научного значения, притом, даже и как справочники, далеко несовершенные, – частью же неполные, там и сям разбросанные описания предметов ризницы и рукописей библиотеки, во всяком случае весьма неудобные, а для многих и совсем недоступные к пользованию, каков был даже труд известного профессора X. Ф. Маттеи, на латинском языке, по отношению к греческим рукописям синодальной библиотеки1. Преосвященный Савва, мало того, что издал Указатель и ризницы, и библиотеки на русском языке и в удобном для общего пользования виде, но еще снабдил его ученым аппаратом, насколько это для него возможно и для ближайшей цели его нужно было. В его Указателе было и предисловие, и вступление (исторический очерк синодальной ризницы и библиотеки), научным образом составленные, и само изложение Указателя сопровождалось научной обстановкой: учеными соображениями и заключениями по местам, многочисленными примечаниями, обнаружившими богатую эрудицию автора, и описанием предметов ризницы и библиотеки, также вполне отвечавшим требованиям науки. Затем, приступая в 1858 году к новому изданию того же Указателя, Преосвященный Савва не перепечаткой лишь прежнего издания заявил себя, но совершенно переработал его, как в отношении к ризнице, так и особенно в отношении к библиотеке, имея в виду уже появившееся к тому времени в печати начало капитального труда профессоров Горского и Невоструева по описанию славянских рукописей синодальной библиотеки (Москва, 1855 и дальн.)2. Между тем как в первом издании Указателя, после исторического очерка образования или составления синодальной библиотеки, автор затем ограничился описанием лишь немногих, наиболее достопримечательных, хранящихся в ней рукописей, как греческих, так и славянских, во втором издании он, с одной стороны, значительно дополнил историю библиотеки новыми данными, добытыми из разных мест и источников, особенно же из Московского главного архива министерства иностранных дел и из архива Московской оружейной палаты, а с другой, вместо прежнего описания немногих рукописей, составил полный библиографический, научно обставленный Указатель всех, и греческих и славянских рукописей означенной библиотеки, с приложениями и объяснительным словарем, как к предметам ризницы, так и к сокровищам библиотеки, также вполне научно составленными и по суду самих ученых, раскрывавшими многое совершенно новое даже для ученых3.

Неудивительно поэтому, что уже первое издание Указателя было искренне приветствовано высокое одобрение, как со стороны современной учено-литературной критики, так и со стороны такого строгого ценителя, как митрополит Филарет. Второе же издание Указателя в 1859 году, кроме того, что переведено было, в одной своей части (Указатель ризницы), на французский язык (Moscou. 1859. 8°, pagg. 96 + ІІ), что указывало на еще большее расширение круга известности его, даже Академией Наук удостоено было высокой награды – Демидовской премии, при верной и лестной оценке труда Преосвященного Саввы со стороны такого знатока дела, каким был покойный академик И. И. Срезневский.

Изданием Указателя для обозрения синодальной ризницы и библиотеки не только обыкновенным посетителям той и другой, и занимающимся в них давалась в руки необходимая справочная настольная книга, но и любителям науки, и труженикам в той или другой области ее открывалась глубокая почва и широкое поле для наблюдения и исследования. Древне-русский, особенно церковный быт, с его религиозным мировоззрением, с его домашним и общественным обиходом, с его искусством на различных степенях развития последнего и т. д., по наглядности ясно раскрывался в описании ризницы, а многочисленные, разновременные по происхождению и разнообразные по содержанию памятники древней письменности, хранящиеся в библиотеке и описанные в Указателе, простирающиеся не только на Русь в разные времена ее истории, но и на иные страны, особенно же Грецию, открывали собой, по Указателю, обширное поле для изучения состояния просвещения в сих странах, для исследования в области наук богословских, философских, исторических, словесных, юридических и других. Удобство пользования сими памятниками в Указателе для занимающихся ими облегчается тем, что все рукописи и греческие, и славянские, расположены в алфавитном порядке, а в конце того и другого Указателя (т. е. Указателя греческих и Указателя славянских рукописей) приложен хронологический перечень рукописей по векам написания их. И мы видим из последующих работ разных ученых, как значительно увеличилось число исследований, основанных именно на разборе рукописей синодальной библиотеки4; а учрежденное вскоре после составления и издания Указателя Преосвященного Саввы Московское Археологическое Общество уже в 1865 году положило Указатель синодальной ризницы, составленный Преосвященным Саввой, взять в основание (в числе немногих других источников) при составлении «Материалов для археологического словаря»5. Излишним считаем говорить о многочисленных ссылках на Указатель и ризницы, и библиотеки, как на источник и авторитет, встречающихся в разных учено-литературных исследованиях и статьях за последние 35–40 лет6. Все это ясно показывает, какой сильный толчек научному движению дал этот Указатель.

Сам автор Указателя, благодаря работе над последним полюбивший, как замечено было выше, археологию и филологию с палеографией, а по связи с тем – историю и другие отрасли науки, не ограничился этим важным трудом, в короткое время выдержавшим несколько изданий7; в силу возбужденного им научного интереса, он пошел далее и далее в своих историко-археологических, филологических с палеографическими и других исследованиях. Так уже ко второму изданию своего Указателя Преосвященный Савва сделал, хотя и небольшое, но вполне научное «приложение» (к стр. 137 Указателя), содержащее в себе отрывок из Древностей церковной истории Ульпия Римлянина о телесных свойствах богоносных отцов, с предварительными о сем отрывке историко-филологическими замечаниями (стр. 281–290). Затем в том же 1858 году, в VII томе «Известий Императорской Академии Наук по отделению русского языка и словесности», на страницах 371–373 появилось письмо о. архимандрита Саввы к редактору (И. И. Срезневскому), сообщающее об открытии им, архимандритом Саввой, в рукописях синодальной типографской библиотеки двух памятников XI века с означением года их написания. Это именно – служебной минеи месяцы октябрь и ноябрь. А в одной рукописи XII века той же библиотеки (служебной минеи месяц июль) архимандрит Савва разобрал имя одного нового русского писателя. Сообщение сопровождается филологическим разбором и палеографическим описанием означенных рукописей. Между тем еще тогда же о. архимандрит Савва задумал новый и также серьезный труд, тесно примыкавший к его работам над Указателем для обозрения синодальной ризницы и библиотеки. Это – Палеографические снимки с греческих и славянских рукописей Московской синодальной библиотеки VI–ХVII века. Издание этого труда однако же по разным, связанным с неожиданными для автора переменами по службе причинам состоялось лишь в 1863 году. Этот новый и также большой по объему (в пол-листа, стран. V+46 и 62 таблицы снимков) труд, особенно для тогдашнего состояния науки палеографии у нас в России, имел очень большое значение, не утратившееся и доселе; а приложенный к русскому тексту и предисловие, и описание палеографических снимков латинский перевод его указывал на то, что это значение простиралось и далее границ нашего отечества. Достаточно сказать, что палеография, как вспомогательное средство читать и разбирать древние рукописи, дотоле у нас была совершенно неизвестна, и труд Преосвященного Саввы был первым опытом в этом роде; а между тем потребность в чтении и разборе рукописей для разных научных целей и исторических, и филологических, и иных, уже давно назрела и в рассматриваемое время все более и более усиливалась. Нисколько не удивительно поэтому, что и этот новый труд, этот опыт, при том исполненный также со всею тщательностью знатока дела и даже изяществом8, был встречен и в обществе, и в печати с полным одобрением и глубокой благодарностью к издателю за его труд, а для ученых, особенно начинающих, стал служить также хорошим руководством при их занятиях не только синодальными, а и какими-бы то ни было рукописями, свидетельством чего могут служить многие отзывы о нем и ссылки на него в исследованиях и статьях разного рода, помещенных и в духовных, и в светских, и в повременных, и в не повременных, и в русских и в иностранных изданиях9.

Начавшиеся для Преосвященного Саввы с 1859 г. перемены по службе, довольно быстро следовавшие одно за другим10 и требовавшие от него направления внимания на другие, по сравнению с прежними, предметы, несколько отвлекли его от сосредоточенного занятия исследованиями в облюбованной им научной области, но за то, с другой стороны, мало-по-малу вовлекли его в область собственно церковно-историческую. Собирание и издание разного рода церковно-исторических материалов, по большей части весьма важных и для развития исторического самосознания в нашем отечестве и для разных отраслей научного труда является главным занятием, ознаменовавшим собой последнее 30-летие учено-литературной деятельности Преосвященнейшего Саввы. Но и этот труд собирания и издания материалов не есть у него труд механический, а глубоко осмысленный, с обширными предисловиями, предваряющими издание и многочисленными примечаниями сопровождающими его, принадлежащими перу Преосвященнейшего Саввы, представляющий собой живую летопись церковно-гражданской жизни нашего отечества за время, начиная с последней половины прошедшего и кончая последними годами истекающего столетия, снабженную наилучшими и строго проверенными справками, сопровождаемую светлым, верным и беспристрастным взглядом на события того времени, на деяния исторических лиц и т. д. При этом точные, преимущественно архивные сведения и данные, как первoисточные, везде у Преосвященного Саввы стоят на самом видном месте. А составленные почти ко всем этого рода изданиям Преосвященного указатели имен и предметов весьма облегчают справки и пользование этими изданиями, из коих многие весьма велики по объему.

Ряд этих церковно-исторических трудов, этих изданий Преосвященного Саввы11, начался сообщением о принесении части св. мощей преподобной Евфросинии, княжны Полоцкой, из Киева в Полоцкий Евфросиниевский монастырь. Витебск, 1871. Этому принесению святыни в лишенную подобного рода святынь епархию Полоцкую более всего послужил сам Преосвященный Савва, возобновивши о том ходатайство вскоре же по вступлении своем на Полоцкую архиерейскую кафедру и достигший успеха в цели ходатайства после безуспешности ходатайств его предшественников. Затем следуют труды и издания: 1) Воспоминания о высокопреосвященном Леониде, архиепископе Ярославском и Ростовском. Харьков, 1877, 8°, стр. 7+347+34; 2) Воспоминания (очевидца) о священном короновании Их Императорских Величеств в Бозе почивших Государя Императора Александра Николаевича и Государыни Императрицы Марии Александровны. Тверь, 1883, 8°, стр. 45; 3) Письма Московского митрополита Филарета к покойному архиепископу Тверскому Алексию, 1843–1867, Москва, 1883, 8°, стр. VIII+280; 4) Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского по учебным и церковно-государственным вопросам. Тома I-V и том дополнительный, Спб. и Москва, 1885–1888, 8°, стр. ІХ+510+ХІІ; III+485+Х; ІV+600+XV; VIII+613+ХIII; VI+1033+39+ХIII+ІІ+ХV; VIII+ХVI+697, – и как особое, но и примыкающее к сему издание: 5) Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского по делам православной церкви на востоке. Спб. 1886, 8° maiore, стр. ХХVII+490+ІХ. Далее: 6) Письма Филарета, митрополита Московского и Коломенского к Высочайшим Особам и разным другим лицам, ч. I-II, Тверь, 1888, 8° стр. IV+207+342; 7) Письма Московского митрополита Филарета к игуменьи Спасо-Бородинского монастыря Сергии. Тверь, 1890, 8° стр. VII+41 и 8) Сборник писем духовных лиц XVIII в. к преосвященному Арсению (Верещагину), архиепископу Ростовско-Ярославскому, бывшему епископу Тверскому и Кашинскому. Тверь, 1893, 8° стр. LV+108+XIII. Из всех этих трудов и изданий, вообще представляющих в себе много ценного, по большей части дотоле неизвестного в печати, особенно важным и ценным является Собрание мнений и отзывов митрополита Московского Филарета, извлеченных из архивов Св. Синода, духовно-учебных заведений Петербургских и Московских, министерств иностранных и внутренних дел и народного просвещения и т. д. Обширный и проницательный, к тому же строго дисциплинированный ум святителя Московского, необычайная быстрота взгляда его, твердость силы суждения, известная стойкость убеждения и строгость направления мысли и убеждения, при глубокой, десятилетиями приобретенной и воспитанной опытности и мудрости практической, при необъятной широте отношений мысли, слова и дела, в которые ему приходилось вступать, при необыкновенном со стороны лиц, начиная от Высочайших Особ и кончая простыми поселянами, доверии и глубоком уважении к его уму, опытности, его убеждениям православным и патриотизму, так же как и к его святой жизни, делают его писания редкостным историческим памятником нашего времени. И эти писания в лице Преосвященнейшего Саввы, одного из лучших и верных питомцев и хранителей заветов митрополита Филарета, нашли себе наилучшего истолкователя и издателя. А между тем нелегко и измерить весь объем, всю громаду значения и пользы этих писаний для церкви, для гражданского общества и из наук – для церковной (и отчасти гражданской) истории, для церковного (и отчасти гражданского) права, для словесности (также церковной и гражданской), для богословия во всех его частях и видах, даже для философии и, наконец, для Церковной практики, «Поставленный промыслом Божиим на свещнике церкви Московской, – говорит о митрополите Филарете Преосвященный Савва в предисловии к I тому означенного Собрания, – великий иерарх светил и сиял светом мудрости духовной далеко за пределами не только Московской, но и всей церкви Русской. Его мощному, архипастырски-наставительному слову и руководственному совету, в течение полувека, с любовью и удивлением внимали и православный восток и инославный запад». Его искусное, поистине гениальное решение и ученых, и юридических, часто самых запутанных вопросов и дел, церковных и гражданских, теоретических и практических, его обширные мнения, глубоко основанные и на вековых устоях общей истины и начал здравого разума и на твердых опорах канонических и гражданских постановлений, священного писания и церковного предания, – мнения, часто представляющие собой целые рассуждения и исследования, его тонко-критические отзывы и т. д., помещенные в издании Преосвященного Саввы, с приличествующими комментариями последнего и истерическими его справками, являются и надолго останутся неисчерпаемым источником мудрости для теории и практики, церковной и гражданской, так же как и для чисто учено-литературных работ нашего и будущего времени. Примеров тому можно было бы привести множество из всех семи томов Собрания мнений, особенно же начиная со 2-го тома, содержащего в себе бумаги митрополита Филарета с того времени, как он сделался членом Св. Синода, т. е. с 1819 года12.

Но если мы сказали, что в этих трудах и изданиях Преосвященного Саввы является много ценного, важного в различных отношениях и, по большей части, дотоле неизвестного в печати, то этим сказано еще мало. В них нередко сообщаются сведения и данные, принадлежащие именно самому Преосвященному Савве, как автору, которыми проливается совсем новый свет на многие исторические лица и события, исправляются и изменяются взгляды, дотоле существовавшие и уже утвердившиеся в науке, открываются новые точки отправления в научных исследованиях. В один из многих образчиков сего можно указать хотя бы на личность вышеупомянутого архиепископа Арсения Верещагина, которого (в начальном периоде его деятельности), наприм., такие ученые, как покойный И. А. ЧистовичИстории Спб. д. Академии, стр. 38), смешивали с Арсением Бузановским. (См. у Преосвящ. Саввы в его издании, стр. III, примеч. I).

На основании всего вышеизложенного полагаем, что Совет Академии найдет справедливым ходатайствовать в надлежащем порядке пред высшим начальством о возведении Высокопреосвященнейшего архиепископа Саввы на степень доктора церковной истории.

Подписали: Ординарный профессор Евгений Голубинский,

экстра-ординарный профессор Григорий Воскресенский,

экстра-ординарный профессор Иван Корсунский,

доцент Александр Голубцов

* * *

1

1–2 Т. Lipsiae, 1805. 8°. т. 1 описывает рукописи синодал. библиотеки собственно, а т. 2 – библиотеки синод. типографии.

2

Достаточно сказать, что второе издание Указателя вышло почти втрое больше по объему, нежели первое, именно: в Указателе ризницы вышло страниц III-|-III-|-126 и для Указателя библиотеки VIII-|-292-|-40-|-IV.

3

См. 28-е присуждение наград Демидовских, стр. 27–31, Спб. 1859.

4

Не говоря о других, почивших и доселе здравствующих ученых, достаточно указать для сего в пример на покойного преосвященного Амфилохия, епископа Угличского.

5

См. стр. 15 протоколов Общества в вып. 2; т. I Древностей. Трудов Моск. Археологич. Общества. Москва, 1867. Срав. затем там же… стр. 131; т. III, вып. 2 (М. 1871), стр. 145 и др., в Сборнике древне-русского искусства на 1866 г. в статье Г. Д. Филимонова и др.

6

См., напр., в изданиях: Сборник Общества древне-русского искусства на 1866 г. в статье Г. Д. Филимонова; Древности. Труды Московского Археологического Общества, т. I, вып. 2 (М. 1867) стр. 131 (в статье гр. А. С. Уварова), т. III, вып. 2 (М. 1871), стр. 145 (в статье И. Д. Мансветова), стр. 179 (в статье архим. Амфилохия); т. IV, вып. 1, стр. 7, 23, 166 и многих других. В материалах к археологич. словарю, стр. 12, 46, 53 и др.

7

О первом и втором изданиях мы говорили. Третье издание Указателя вышло в 1858 году. Затем и после было не одно издание его. Так 4-е издание Указателя, пересмотренное и дополненное, по сравнению с третьим, в 4-ю долю листа, с ХV-ю таблицами фотолитoгpaвированных снимков замечательнейших предметов ризницы, вышло в Москве в 1863 году. И издание 5-е, вышедшее отдельно (также пересмотренное и дополненное), напечатано в Москве же, в 1883 году.

8

Издание, стоившее больших денег, можно назвать роскошным.

9

Из русских см., напр., в Соврем. Летописи 1863 г. №№ 9 и 12; в Русском Архиве 1863 г. №№ 5–6; в Правит. Обозрении 1863 г. №3; в Сборнике отдел. русск. яз. и словесн. Императорской Акад. Наук т. XV (1877) и др.; из иностранных, Gardthazen, griech. Palaeographie, 5, 15; Tischendorf в Litterar. Centralblatt 1864, № 23 и др. Это отзывы. Ссылки см., напр., в издании: Древности. Труды Московского археологического общества, т. I, вып. 2 (М. 1867), стр. 199; т. VI, вып. 2 (М. 1876), стр. 129 и др.

10

В 1859 г. архимандрит Савва был назначен из синодальных ризничих в ректора Московской духовной семинарии; в начале 1861 г. перемещен в ректоры Московской духовной академии; в конце 1862 г. возведен в сан епископа-викария Московской митрополии; в 1866 г. назначен на самостоятельную кафедру архиерейскую в Витебск; в 1874 г. перемещен в Харьков и в 1879 г. – в Тверь.

11

Мы не говорим уже о словах и речах Преосвященнейшего Саввы, начало печатания которых восходит к 1861 году и которые в соображении своем (Тверь, 1892), при том за исключением слов (одни только речи) также представляют довольно большую книгу (стр. 140-|-IX); из них некоторые отличаются также церковно-историческим характером (напр., речь при вступлении на Харьковскую паству, стр. 46–49; не упоминаемым также о статье полемического характера, хотя имеющей церковно-исторический интерес, написанной в ответ на передовую статью «Церковно-Общественного Вестника» (за 1877 г., № 45), помещенной в Харьковских Епарх. Ведомостях за 1877 г. и др.

12

Таковы, напр., во II томе №№ 162, 172, 201 и др.; в III томе особенно мнения и отзывы по вопросу о единоверии и расколе (№№ 252, 267, 273, 275, 293 и т. д.), по вопросам брачного права (№№ 251, 253, 294 и др.), по делу о церковном пении (№№ 322, 327, 330 и т. д); в IV т. об изменении чина коронования (№№ 434, 435, 436; 441–442), о переводе Библии на русский язык (№№ 445, 467 и др.); в V т. об освобождении крестьян от крепостной зависимости с проектом манифеста о сем (№ 568), о земстве (№ 716) и др.


Источник: Тверь, типография губернского правления. 1894. Дозволено цензурою 1 октября 1894 г. Перепечатано из № 19 Твер. Епар. Вед. 1894 г.

Вам может быть интересно:

1. К характеристике состояния просвещения на Москве в первой половине XVII столетия профессор Александр Петрович Голубцов

2. Из истории уяснения древне-латинского и Иеронимова текста Библии профессор Александр Иванович Садов

3. Русские учебно-воспитательные, благотворительные и странноприимные учреждения в Палестине и Сирии профессор Алексей Афанасьевич Дмитриевский

4. Вторая апология по новому вопросу архиепископ Алексий (Лавров-Платонов)

5. В. Г. Белинский и гр. Л. Н. Толстой об искусстве и литературе профессор Александр Иванович Пономарёв

6. К вопросу об Учительном Евангелии Константина, епископа Болгарского Александр Васильевич Михайлов

7. Рецензия на Ад. Гарнак, Критика Нового Завета греческим философом 3-го века профессор Александр Иванович Сагарда

8. При каких условиях мог бы наступить "вечный мир" между отдельными людьми и целыми народами Александр Александрович Бронзов

9. Вопрос о подлинности правил Сардикийского собора (343 г.) в современной западной литературе профессор Анатолий Алексеевич Спасский

10. Приветствие Казанской общине сестер милосердия Красного Креста, в день 25-летия ее существования, принесенное за литургией, 22 октября 1911 г., архимандритом Анастасием, инспектором Казанской духовной академии епископ Анастасий (Александров)

Комментарии для сайта Cackle