Библиотеке требуются волонтёры

епископ Арсений (Жадановский)

Слова и поучения

I. Речь, сказанная в Московской Городской Думе 22 июля 1914 г. пред молебном о даровании победы142

Господь посылает нам, дорогие братия, великое испытание. Над нами нависла гроза, страшная гроза – война. Если в частной жизни каждого человека горе чувствуется им одним и немногие со стороны его замечают, то не это нужно сказать относительно общественного бедствия, особенно такого, как война. Здесь каждый из нас чувствует боль и боль тяжелую.

За что же нам такое испытание? Видно, мы виноваты пред родиной, что дается нам такая скорбь. Да, всякое общественное бедствие есть наказание Божие за грехи людские. Не станем говорить, какая наша вина пред родиной. Каждый из нас хорошо знает, если вспомнить последнее десятилетие, когда проявилось шатание умов, неуважение к заветам старины, Св. вере.

Не станем винить и судить друг друга. Не этому теперь место. Нам нужно теперь сознание своих прегрешений, нужно покаяние...

Прости же нам, дорогая наша отчизна, наш родной край, эти наши необозримые леса и широкие поля, дающие нам приволье и славу! Прости нам, наш родной Державный Царь-Батюшка! Мы и Тебя огорчали нестроениями и ссорами, а Ты, любвеобильный, любишь нас, как своих родных детей и печешься о благоустроении нашей отчизны. Прости нам, наша Св. вера и Церковь Православная, наша св. мать! И Тебя мы немало огорчали отступлением и неверием, тогда как Ты в союзе с державными нашими царями сделала из нас русских, то, что мы есть, сделала нашу Русь Святую сильной и славной.

Теперь в сторону должны отойти всякая гордость и самолюбие; покаянное же чувство пусть охватит наши сердца!.. В руце Творца Вселенной жизнь и дыхание всех живущих на земле, а покаяние есть путь примирения с Творцем...

Покаемся же, дорогие братия, и Творец мiра простит, помилует и сторицею возвеличит нас! Аминь.

II. Речь, сказанная в Московском Политехническом Музее 24 августа 1914 г. пред открытием чтений для рабочих143

При тяжелых обстоятельствах, братие, приходится нам начинать круг наших чтений. Мы теперь с вами переживаем тяжелое испытание. Могущественные наши соседи-немцы, вместе с союзной Германии двуединой монархией Австро-Венгрией, объявили нам войну. Такое чрезвычайное в жизни нашей событие заставляет нас прежде всего остановить наше внимание на размышлении, что это за война и как на нее смотреть?

Борьба с немцами – наша исконная борьба. Уже Благоверный Князь Александр Невский воевал с ними. Однажды, готовясь вступить в бой с ливонскими немцами, он так воскликнул: «Рассуди, Боже, спор мой с этим высокомерным народом», – и воины в порыве воодушевления сказали: «О, честный и дорогой наш Княже, приспел час сложить нам за тебя свои головы». И от того времени до наших дней немцы – этот высокомерный, по словам св. Александра Невского, народ не переставал нам – русским наносить вред, хотя часто-часто мы, по своей доброте, гостеприимству и смирению, и не замечали этого.

Какой причинялся нам немцами вред, – об этом говорила и еще скажет в подробности история, нам же хочется сейчас указать только на те опасности от немцев, какие настоящая война нам так рельефно уже выдвинула. Это, во-первых, – притеснение и угнетение наших братьев-славян германским народом, во-вторых, засилье Русской земли немцами, которые захватили у нас в свои руки промышленность, торговлю и даже повели незаметное для нас территориальное завоевание, основывая свои колонии и забирая в свои руки сельское хозяйство, и, в третьих, – немцы сделали подрыв нашей Св. вере Православной, посеяв у нас штундизм, баптизм и т. п. немецкие секты. Неверие, протестантское направление в церковно-религиозных взглядах – все это плоды насильственной культуры немцев. И в конце всего, они объявили нам братоубийственную войну.

Всякая война есть бедствие, но и война не бывает без Промысла Божия. Прочитайте в Библии историю еврейского народа и вы увидите, что Сам Господь выводил на брань с язычниками избранный народ Свой. Кто знает, может быть, и сия война попущена Господом Богом не без цели для нас. Трудно человеку угадывать пути Промысла Божия. Но если мы распознаем свое призвание и посмотрим на нашу Русь, как на Русь Святую, на русский народ, как на народ Богоизбранный, то отчасти мы уразумеем и те задачи, какие нам предлежит выполнить чрез ниспосланную нам войну.

Вы знаете, что немцы все усилия употребили на изобретение и усовершенствование военных приспособлений, пока, наконец, не решили их применить на деле, направив на нас всю их смертоносность. А разве подобает христианскому народу проливать кровь? Мир, а не войну заповедал нам Христос. И что сказал бы Он нам, если бы был свидетелем настоящей братоубийственной войны? Есть такая картина: поле сражения; масса лежит на нем убитых воинов, еще больше раненых и в ранах мучащихся. В сиянии заходящего солнца изображен пришедшим на это страшное поле Христос Спаситель, Который с жалостию взирает на все это и кротко говорит: «Братие, разве не говорил Я вам: любите друг друга!»

Между христианскими народами, как это ни прискорбно, временами ведутся войны и это от того, что тот или другой народ чувствует собственную силу, возможность усилиться за счет другого. А что было бы, если бы какой-нибудь один миролюбивый христианский народ с помощию Божиею настолько усилился бы, что после ни один другой народ не дерзнул бы поднять руки на своего брата христианина? Страх пред могуществом этого народа не позволял бы и другим воевать друг с другом. И кто знает, может быть, миролюбивому русскому народу пришло время чрез настоящую войну усилиться настолько, чтобы потом поддерживать мир среди всех немирствующих христиан.

Далее, русскому народу дано хранение Веры Православной, но посмотрите, – она в гонении то в Галиции от тех же немцев, то на Балканах от турок-мусульман. Опять, кто знает, быть может Господь призывает Русь Святую поддержать, встать на защиту Веры Православной, высвободить наших братьев-славян из-под гнета враждебных Православной Вере народов и дать ей свободу, простор.

И еще, – немецкое засилье извратило наш русский коренной строй – подорвало и унизило национальное наше чувство, развило у нас гордость, задушило нашу русскую простоту, ко всему этому присоединились еще и наши собственные пороки, в особенности усилилась страсть к винопитию. И вот, как через огонь искушается золото, так мы через огонь войны призываемся к исправлению нашей жизни, к возвращению на прежний путь доброй христианской жизни, к перемене изнутри и снаружи самих себя. Дай же, Господи, чтобы мы уразумели пути Промысла Божия, являемого нам в настоящей войне! Дай, Господи, чтобы эта война послужила нам к вящей славе, чести и могуществу!

III. Речь в Московском Алексеевском военном училище 22 октября 1914 г. в день храмового праздника144

Еще так недавно, до начала войны, когда мы получали известия о том, что в Галиции наши русские братья православные терпят стеснения, возмущалось наше русское сердце и мы сознавали себя обязанными им помочь, их освободить; нас словно укоряла совесть, что мы, будучи сынами столь великой державы как Россия, допускаем порабощение наших братьев. Или, когда доходили до нас слухи, что Православный Восток угнетается мусульманами, когда видели мы Св. Софию Константинопольскую и другие святыни Востока попранными и поруганными, невольно рождалась мысль, до каких пор все это будет; казалось, что на нас лежит долг свергнуть с Православного Востока мусульманское иго, чувствовалось даже, что нам дана сила свершить это.

Или еще, когда развилось у нас засилье немецкое до больших размеров, так что стало вытравляться у нас все русское – родное, думалось, – долго продолжаться это не может, русский народ еще силен – он должен поднять свое самосознание, постоять за свои исконные русские права. Но выполнить надлежащие нам задачи мы не решались или, лучше [сказать], не могли. Не могли потому, что не пробил для нас этот час. Русский человек крепко верит в Промысел Божий, прислушивается к нему и всю свою жизнь направляет по тому пути, куда ведет его Господь. Он не дерзает предвосхищать то, что от Господа устрояется. Сам Промысел Божий не раз выводил Россию на выполнение своих судеб. Так и теперь. Настоящая вынужденная война ясно обрисовала нам, зачем она допущена для нас Господом.

И, вот, именно вам, теперешним воинам, выпала доля выполнить предлежащие нам задачи. Счастливы же вы, что ради высокой идеи вступили в ряды христолюбивых воинов. Счастливы потому, что кто не ради чести, славы и корысти делается воином, а ради идеи святой, тот легко несет тяжелый воинский подвиг, легко не для тела, которое часто принуждено страдать, а для души, для сердца, ибо за святое дело легко и умирать.

Призри же с небес, Боже, и виждь и посети виноград сей – сих христолюбивых воинов, и всели в их умы сознание великого дела, ими предпринимаемого, а сердца их исполни безстрашием, мужеством и легкостию. Призри с небесе, Боже, и виждь и посети виноград сей – сих христолюбивых воинов, и пошли им Ангелов-хранителей, которые бы и при их тяжелом воинском подвиге хранили их невредимыми, ибо писано есть: «Ангелом своим заповесть о тебе сохранити тя во всех путех твоих. На руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою» (Пс. 90:11–12).

IV. Речь при совершении общественного молебна на Введенской площади в Москве145

Когда бывает туман, трудно нам тогда различать предметы. Тогда легко упасть в яму, – наткнуться на предмет, если мы на суше, а корабль, например, во время тумана легко наскакивает на подводный камень. Таким туманом застилала нашу Русскую землю немецкая культура – именно она наводила на нас туман своим якобы полезным для нас влиянием. То обстоятельство, что немцы живут с нами по соседству, давало нам повод думать, – что они наши добрые соседи. То обстоятельство, что они приходили к нам и занимали у нас разные должности, строили фабрики и даже приобретали земли – наводило нас на мысль, что они подымают наше экономическое благосостояние, а то, что они у себя развивали якобы ученость – давало им место и у нас быть просветителями, и не только в светской научной области, но и религиозной, церковной.

Но вот, война, которую они с нами так незаконно повели, открыла нам глаза, рассеяла туман, какой немцы наводили на нас, обнаружила нам, кто такие эти немцы. И то, что они живут рядом с нами, теперь показывает, как нужно быть с ними осторожными, как нам всегда надо быть начеку, быть готовыми отразить натиск, если он будет сделан на нас дерзким нашим соседом. А экономическое благосостояние они подымали не наше, а свое собственное, немецкое, ибо жили на счет России, выжимали из нее соки, все тащили в свою Германию. А просветителями они оказались для нас пагубными и, особенно, в религиозной области. Кто посеял у нас разные секты: штундизм, баптизм, адвентизм, как не немцы? Уже самые названия этих сект показывают, что они произведение немецкое. И руководители их первые были немцы. И как нам теперь стыдно. Мы пошли учиться у немцев даже вере, оставив в стороне нашу Св. Православную Церковь. Но это поистине было страшное недоразумение. Теперь этого не будет. Мы сознаем всю свою ошибку и, как один человек, должны объединиться под покровом нашей матери Православной Церкви.

Да, возлюбленные братия, нам нужно любить все наше русское, свое родное. Любите эту простоту, смирение, труд – свойства, от которых русский человек доселе считался Богоносцем. Любите Царя Самодержавного, Православного. Что у нас есть такой Царь, это наше счастие, наше величие и слава. Мы имеем Русского Православного Царя, значит у нас есть отец народа, есть его печальник, защитник, доброжелатель. Хорошо той семье, где жив отец, там ведется порядок, такая семья и материально обезпечена и часто расстройство в семье бывает с потерею отца. То же и в большой семье – Государстве. И как не может быть двух или более отцев, а только один, так и в Государстве, правильно поставленном, должен быть один Царь Самодержавный. Любите, далее, братие, Церковь Святую, ибо она привела нас к вере Христовой и уготовляет нам Царство Небесное. Любите эти Святыни русские, с которыми так много у нас связано воспоминаний как исторических, так и семейных. И такая любовь ко всему нашему родному привлечет к нам и любовь Божию, которая помилует нас в сии дни испытаний.

V. Речь при открытии лазарета для раненых воинов Московским Дворянским собранием146

Некогда с берегов Галилейского озера раздавался призыв Господа Спасителя – любить ближних, сострадать несчастным, больным и страждущим, – при этом дело сострадания к ближним так высоко Господом поставлялось, что даже чаша студеной воды, поданная страдающему, вменялась в великую заслугу. Ныне Господь Спаситель зовет нас к той же любви к ближним, но не с берегов Галилейского озера, а с полей брани, зовет нас в лице наших воинов, так мужественно отражающих нашего врага, защищающих своею грудью дорогое наше Отечество, Царя и Св. веру нашу и за них проливающих свою кровь. Там, к берегам Галилейского озера стекались на призыв Спасителя люди, нравственно перерождались и начинали творить добро, и – наше русское общество, как только услышало стоны христолюбивых воинов с полей брани, умягчилось сердцем и готово с нежною любовию перевязывать их раны.

Две черты можно отметить в настоящей войне. Это, во-первых, то, что война нам навязана, мы стали воевать только ради высокой цели защитить Отечество и наших братьев славян. Вторая черта та, что русское общество с любовию старается отнестись к нашим добрым воинам-братьям, обагрившим своею кровию поля брани. И эти две черты, две особенности настоящей войны, каждый скажет, суть явления высшего нравственного порядка. В самом деле, защищать Отечество, выручать единоверных и единокровных братьев – разве это не великое нравственное дело? А обвязывать раны, – ведь это евангельская добродетель милосердого Самарянина, коего так восхвалил Господь наш Спаситель. За нами, значит, братие, добрые начала настоящей войны, с нами поэтому и Господь Бог, ибо Он Бог добра, правды, любви и милосердия... Призываю Божие благословение на всех желающих потрудиться здесь ради наших дорогих братьев-воинов.

VI. Речь во II кадетском корпусе в день храмового праздника 8 ноября 1914 г.147

Ваш храм, дорогие братие, посвящен небесных воинств Архистратигу Михаилу. Михаил – слово еврейское и означает: «кто яко Бог», т. е. нет выше Бога никого, Бог – Творец вселенной, Альфа и Омега, начаток и конец всего: небо и земля, видимый мiр и невидимый – все существующее имеет конечную цель в Боге. А Архистратигу Михаилу усвоено это имя потому, что он является первым и главным ратоборцем за славу Божию.

Он низверг с неба Денницу – первого Ангела с его воинством, когда тот восстал против Бога, он в течение всей мiровой истории ведет борьбу со всеми теми, кто воюет против Бога, и в конце всего победит антихриста – этого последнего и ужасного врага Царства Христова. Архистратиг Михаил вместе с этим является покровителем и помощником и во всех тех делах, когда вопрос касается той же славы Божией.

Общественное ли это дело или частное отдельного человека, коль скоро цель его – слава Божия – здесь и Архистратиг Михаил, как помощник и покровитель. В данном случае я имею в виду воинское дело, как близко к нам относящееся. Ведь и война может иметь в последней своей цели – ту же славу Божию. Возьмем историю еврейского народа. Как народ богоизбранный, он в Ветхом Завете вел войны, Промыслом Божиим допускаемые. И что же? Мы видим Архистратига Михаила, помогающего еврейскому народу в их воинском деле: то он является Иисусу Навину пред завоеванием обетованной земли и города Иерихона; причем при его покровительстве падают стены Иерихона: то он является еврейскому судии Гедеону и воодушевляет его на борьбу с врагами народа...

Перенесемся теперь к нашему воинству. Архистратиг Михаил, несомненно, является покровителем и нашего воинства, ибо наше воинство называется христолюбивым, т. е. оно носит меч не для иной какой цели, как только для прославления имени Христова на земле, для славы Божией. И посмотрите, как это назначение нашего воинства прекрасно наш Державный Царь выразил в первом манифесте пред настоящей войной: «Да благословит Господь Вседержитель наше и союзное оружие, и да поднимется вся Россия на ратный подвиг с железом в руках, с крестом в сердце», – для защиты наших братьев, дорогого нам Отечества и Веры святой. Цель войны ясна – слава Божия, а значит и наш помощник, и наш защитник – св. Архистратиг Михаил, этот ревнитель славы Божией. И с таким великим покровителем нам не страшна никакая война.

В святоотеческих писаниях встречаются мысли, что те местности, те храмы, которые посвящены в честь св. Архистратига Михаила – несокрушимы, ибо они имеют великий оплот в Архистратиге небесных сил; эти места устоят и при последней борьбе антихриста с Царством Христовым. Счастливы и те лица, которые носят имена свои в честь Архистратига Михаила. И они также находятся в руках надежного покровителя. Запомните же, дорогие питомцы сего учебного заведения, что счастливы и вы, потому что воспитываетесь под небесным покровом Архистратига Михаила. Сохраняя вас здесь, он не оставит вас и в вашей жизни, как мирной, так и на бранном поле, если только вы его всегда будете помнить и в помощь себе его призывать.

VII. Речь в Златоустовском религиозно-философском кружке учащихся г. Москвы, пред молебном Небесному Покровителю кружка148

Дорогие юноши и девицы и вся учащаяся молодежь! Я хочу вас спросить, почему человек в юношеском возрасте бывает привлекательным и симпатичным? Если мы в сообществе с добрым юношей, то так и хочется ему сказать: останься с нами, не уходи от нас, мы рады тебе, твое присутствие нас бодрит и успокаивает. Это происходит от того, что юношеский возраст, как неизломанный жизнию, бывает исполнен идеальных, добрых стремлений. Юношеский возраст таков, что человек начинает жить сознательною жизнию, когда он уже все оценивает, переживает. А то, что юность недалеко отошла от детства, дает ей черту непорочности и чистоты. Юноша – это расцветший цветок. Муж никогда не может быть таким симпатичным, приятным, как юноша.

Жизнь накладывает на человека свой отпечаток. У мужа уже на лице в складках и морщинах можно наблюдать пережитую им борьбу, да и усвоенные им привычки именно этими морщинами и ложатся на его лице. Здесь в складках можно усматривать ту или другую нажитую мужем страсть. И молитва мужа не такова, как юноши. Юноша молится радостною, светлою молитвою, муж же в молитве часто скорбит и льет слезы в покаянном чувстве о своих пережитых грехах, падениях и немощах.

Правда, настоящая жизнь все доброе старается сокрушить; она стремится и юность как можно скорее ввергнуть во все жизненные треволнения, развратить ее, испортить; но, однако, как не силен этот жизненный натиск, юность во многих своих представителях продолжает рваться к благородному, высокому, идеальному и, так как религия дает для этого основы, то вот мы и видим, как лучшее юношество начинает образовывать то христианское содружество учащейся молодежи в Петрограде, то религиозно-философский Златоустовский кружок в Москве. Есть еще «всемирный христианский студенческий союз», но мы о нем умалчиваем, потому что он, как порождение заграничное и чуждое истинного христианского направления, может быть только порицаем149.

Но вот у нас Златоустовский кружок. Какое прекрасное название! Святитель Иоанн Златоуст – покровитель его. А если так, то этот Кружок должен от своего небесного покровителя брать и пример для подражания. Иоанн Златоуст в молодости был пылкий и весьма способный юноша; он сильно стремился к знанию и много увлекался искусствами и зрелищами. Но вот у него была благочестивая мать Моника и также друг Василий Амасейский. Мать своею молитвою, убеждением и любовию много сдерживала пылкого юношу Иоанна, а добрый друг Василий был для него примером, поддержкою и лучшим советником.

Пусть же и для вас – юношей Златоустовского кружка – Моникой будет Церковь наша Православная, добрая мать наша, а другом Василием – сам св. Иоанн Златоуст и все хорошо настроенные добрые ваши товарищи, как и весь наш религиозно-философский Златоустовский кружок.

Но пред нами Иоанн Златоуст не только как юноша, но и как святитель Христов, пастырь и учитель Церкви. Он, вспоминая свою бурно прожитую молодость, много потом писал о воспитании и постоянно повторял о том, как опасен юношеский возраст в смысле возможности удаления от истинного пути и советовал юношам быть крайне осторожными и осмотрительными. Запомним и этот урок нашего небесного покровителя и воспитателя под покровом св. Церкви и, имея содружество с добрыми людьми, – будем постоянно помнить слова св. ап. Павла: «Блюдите убо, како опасно ходите, не яко же немудри, но якоже премудри, искупующе время, яко дни лукави суть».

VIII. Речь при служении в Ильинской церкви подмосковного села Черкизова 16 августа 1914 г.150

Русский человек часто своим горьким опытом доходит до сознания пагубности того, от чего предостерегают его и св. Церковь, и власть, и добрые благожелательные наставники наши. Кажется, сколько раз нам говорилось: любите все русское, родное, природное, национальное, остерегайтесь иностранцев, не доверяйте им, рассматривайте внимательно – действительно ли они ваши друзья, или же только стремятся пользоваться вашим добром, вашим имуществом, вашим трудом и силами. Но нет, всякий иностранец у нас в почете, своего же русского брата мы не жалеем, – готовы его при случае притеснить, унизить.

Пришлось нам однажды путешествовать в чужеземных водах на русском пароходе. Здесь были, кроме русских – греки, евреи, турки и люди разных национальностей. Все они чувствовали себя на пароходе, как дома, – смело заявляли свои требования, держали себя во всем развязно и свободно и наши пароходные власти, по-видимому, им старались угодить, оказать внимание, только русские пассажиры и особенно простые бедные паломники чувствовали себя приниженными и занимали последние места. Хорошо быть гостеприимным, любить странных и чужеземных, но нехорошо пренебрегать, унижать, забывать и стыдиться своего родного, природного, русского. За нами был этот грех и, вот, теперь пожинаем плоды его: наши гости – немцы – ведут с нами кровопролитную войну.

Далее, сколько писалось и говорилось проповедей о том, как пагубно пьянство, сколько погибло у нас от вина людей – пьянство так у нас усилилось, что мы на каждом шагу стали встречать алкоголиков – больных, несчастных, оборванных. Но нет! Затвердил себе русский человек, что «веселие Руси пити», – и пил без конца пагубную водку, пока, наконец, чуть было не пропил всю Россию, все ее духовное и материальное благосостояние. Ведь все последние несчастия Руси – бедность крестьян, забастовки рабочих, нестроения в обществе, оскудение веры и нравственности – все это тесно связано с пагубным вином. Русский человек через вино был накануне духовного и материального краха, но Господь милостив к нам! Через голос Державного нашего Царя-Батюшки объявлена нам трезвость, и народ внял этому голосу. Русский народ, ты должен быть трезвым, а иначе погибнешь! – пронеслось по всему лицу земли Русской и вот повсюду послышался отклик – на этот призыв: везде стали закрывать винные лавки и объявлять трезвость. Несомненно, что горький опыт пагубности вина привел нас к сознанию необходимости трезвости.

И еще... всегда св. наша Церковь через своих пастырей предохраняла и предохраняет нас от ересей и расколов. Мы, русские люди, коль скоро называемся православными, должны принадлежать единой Св. Церкви, должны находиться в духовном единении и со всем Православным Востоком. Но не внимали мы и этому голосу Св. Церкви. И что же получилось? Появился у нас раскол, распавшийся на безчисленное множество отдельных согласий. Появились у нас самые разнообразные секты: баптисты, штундисты, адвентисты, хлыстовщина и т. п. и, что ужаснее всего, стали учить нас вере те же немцы. От них и самые секты стали называться по-немецки. Что это – приятное и нормальное явление? Разве нам мало было единой, святой, Православной веры со множеством храмов, со множеством святынь, мощей, чудотворных икон? Ясно, что русский человек глубоко прегрешил пред Господом, когда пошел учиться вере у немцев и непризванных учителей, забыв свою родную мать – Церковь Православную. И неужели и впредь мы будем блуждать? Да не будет этого. Забудем всякие секты, покаемся в грехах и воссоединимся с Св. Церковью, ибо только в ней наше духовное благо, наше счастье и спасение! Итак мы научены горьким опытом, а потому будем и жить и веровать, как подобает православным христианам.

IX. Речь при служении в Троицкой церкви, за Крестовской заставой, в Москве 9 ноября 1914 г.151

В несчастиях, говорят, познается человек. Счастие часто затуманивает нашу голову. Мы тогда живем вне себя, внутреннее наше принижается, забывается. То же нужно сказать и относительно целого общества и даже народа.

Мы теперь переживаем великое несчастие – войну. И вот это несчастие выдвинуло многие добрые качества нашей русской души. И прежде всего любовь к родине. Про нас стали говорить, и не без основания, что скоро нами завладеют иностранцы, что мы потеряли национальное чувство, что русские готовы свое родное продать, своему родному изменить.

Но вот началась война и русские люди, как один, встали на защиту своей родины. Подъем духа произошел необычайный. Матери охотно посылают своих мужей, своих детей на войну.

Вот, например, что пишет одна русская мать своему сыну-воину: «Твой отец был убит далеко от нас за Ляояном, тебя я отдала святому делу защиты нашей милой родины от близкого и страшного врага. Помни, что ты – сын героя. Мое сердце сжимается и глаза плачут, когда я говорю тебе: «Будь его достоин!» Ведь я знаю весь роковой ужас этих слов, и все-таки в муке за тебя повторяю их. Нас всех не будет. Что наша жизнь! Это – капля в океане прекрасной России. Нас всех не будет, но пусть цветет и радуется она. Я знаю, мы будем забыты, наши счастливые потомки и не вспомнят тех, кто истлеет в братских могилах... Целуя и благословляя тебя, я простилась с тобою. Когда тебя пошлют на подвиг, не помни моих слез, помни только мои благословения... Да хранит тебя Бог, мой дорогой, светлый, любимый!» («Армейский вестник»).

Не далее, как вчера, подходит ко мне в церкви подросток лет 14 и со слезами говорит: «Благословите меня пойти на войну добровольцем». – «Ведь ты еще мал», – говорю я ему. – «Но мне жаль наших солдат, проливающих за нас кровь, мне жаль смотреть, как их, раненых, привозят к нам. Я сижу дома здоровым, а они там мучатся, я хочу также пострадать за Россию».

Выдвинула, далее, война русское милосердие, любовь к страждущему человечеству. В одной Москве открыто до 700 лазаретов. Все спешат в чем-нибудь проявить участие в общем, посетившем нашу родину, несчастьи. Кто записывается в сестры милосердия, кто ухаживает за больными и ранеными, кто шьет одежду, кто материально помогает... Открылись, как и у вас, между прочим, при многих церквах лазареты. Здесь приход, под покровом церкви и при благословении своих пастырей, объединился для благотворения. И замечено, что в этих приходских лазаретах дело идет хорошо, и главное, в них чувствуется какая-то благодатная атмосфера, а деятели вместе с пастырем переживают особый религиозный подъем духа, очевидно, Господь принимает жертву доброхотов и их духовно утешает. Вот истинная благотворительность. Она должна исходить и группироваться в приходе при храме. И дай Бог, чтобы примеры такой приходской благотворительности, данные войною, имели отклик и на будущее время.

Пробудила война и веру нашу Православную. Эта вера везде слышится в Царских словах. Эта вера охватила все русское общество. Теперь горячо молятся супруги о мужах, матери о детях, а все мы – о своих братьях-воинах. Горячо молятся и сами воины. Передают трогательные повествования о молитвах их на поле брани. И видимо Господь приемлет их молитвы. Было уже несколько случаев чудесных явлений. Видели на небе явление Божией Матери...

Или вот рассказ об иконе Спасителя (Тайной вечери) в одном доме, который подвергался бомбардировке неприятеля. Почти весь дом был разрушен, но икона оставалась невредимой и присутствующие здесь наши воины чувствовали от нее благодатную помощь. В одном месте раненых вздумали занимать веселыми рассказами и шутками, но они попросили читать им назидательное и душеспасительное. Св. Евангелия, крестики они принимают с любовию и радостию.

Вы, прихожане св. храма сего, во всех указанных добрых начинаниях, вызванных войною, проявляете горячее участие. Вы то отправляете на поле брани своих домашних, то спешите в свой храм, дабы здесь, пред Господом излить свои молитвы; то, наконец, устраиваете приходской лазарет и комитет для оказания пособия семействам воинов, ушедших на войну. Не ослабевайте же в ваших добрых чувствах и делах. Доброе дело тогда особенно приятно Господу Богу, когда оно делается не урывками и случайно, а регулярно и безостановочно. Божие благословение да будет с вами!

X. Речь в III Кадетском корпусе, в день храмового праздника 23 ноября 1914 г.152

В христианском мiре наблюдается такое явление. Святые небожители являются покровителями целых стран, местностей, городов, народов, семейств и отдельных людей. Подтверждение этому мы находим в священной книге Апокалипсисе, где говорится о семи ангелах, охраняющих семь отдельных Церквей. В Православной Сербии есть в каждой семье праздник славы. Этот праздник состоит в том, что каждая семья чтит своего небесного покровителя, каковым является тот святой, в день памяти которого предки той или другой семьи приняли христианскую веру. Например, такая-то семья была крещена 6 декабря, значит святитель Николай является и покровителем ее. Св. Кирилл и Мефодий – покровители всего славянства. А ныне празднуемый св. благоверный Князь Александр Невский является покровителем гражданской доблести русских. И это не произошло как-либо случайно, не создалось искусственно, а естественно и таинственно.

Почувствовал русский народ своим христианским сердцем, что св. Александр Невский и сам доблестный и любит доблесть, и подает ее просящим – и свою веру в это стал выражать в своем к нему почитании. Вот поэтому-то его честные мощи переносятся из г. Владимира в Царствующий град и полагаются как бы краеугольным камнем Петрова града, основанием могущества всей Русской земли. Вот почему и наши Державные Цари один за другим носят имена в честь св. благоверного Князя Александра.

Но вопрос: почему именно этот, а не другой святой является в том или другом случае покровителем? Здесь нужно усматривать соотношение между покровительствуемыми и покровителем, между людьми и святыми. Св. бл. Князь Александр Невский является покровителем доблести русского народа потому, что он воплотил в себе его идеалы. Из его жития мы узнаем, что он отличался физической силою, дородностию, внешней красотой.

Один немецкий рыцарь, Андриаш, путешественник того времени, свидетельствует: «Объехал я много стран и земель, видел многих царей и князей, но такого дородного и красивого, как Князь Александр, я не встречал». Современники св. благоверного Князя Александра Невского говорили о нем, что когда он говорил с народом или отдавал приказания, то голос его звучал, как труба. А ведь могущество, сила, дородность – свойства русского народа.

Далее, св. Александр соединил в себе религиозную настроенность и воинскую доблесть. Он был воспитан в древнем благочестии по св. книгам, он любил церковное пение, любил помогать нищим и убогим и в то же время умел прекрасно владеть мечем, чтобы защищать Отечество и веру Православную от врагов. Он считался современниками непобедимым. И вот опять идеал русского воинства – быть христолюбивым, т. е. соединять в себе воинскую доблесть и любовь ко Христу и через это быть непобедимым.

И еще одну замечательную черту из жизни св. благ. Князя Александра Невского следует указать, как подходящую к современным событиям. Он всю свою жизнь вел войны с немцами. Однажды, выступая на ратный подвиг с Ливонским орденом, он говорил: «Боже, Ты Сам рассуди мой спор с этим высокомерным народом!» И, действительно, немцы являются исконным врагом русских и всего славянства.

Ныне память св. бл. Князя Александра Невского. Здесь храм в честь его и училище под его небесным покровительством; помолимся же ему, дабы он не оставлял нас своею защитою и не только не оставлял, но и помогал нам осуществлять те заветы и идеалы, носителем и ратоборцем которых он был.

Духовная беседа153

Поучение сестрам Филимоновского женского монастыря

Возлюбленные сестры! Вчера, при пострижении некоторых из вас в рясофор, вы все слышали краткое наставление, обращенное к вам, когда вручались вы руководству старице. Вот оно это наставление: «Вы же (сестры) повинуйтесь во всем старице, будьте терпеливы, послушны, смиренны, кротки, молчаливы и вы приобретете духа благодати и спасетесь». Кратко наставление, но оно так содержательно, что охватывает собою все иноческие добродетели.

Терпение – оно нужно во внешней и внутренней жизни. Во внешней оно спасает от ропота в тяжелых послушаниях, в скорбях и напастях, мирит нас со всяким положением. Во внутренней спасает от духовного расслабления, малодушия и окончательного падения. Трудно бывает человеку, когда его начнут обуревать искушения, борения, страсти, – легко пойти по течению своих дурных склонностей. И только терпение превозмогает все, дает мужество, крепость сил, стойкость.

Послушание. Нам, живущим в обителях, заповедано не иметь своей воли, которая бывает слаба, неустойчива, склонна к порокам; мы отдаем, подчиняем свою волю лучшей воле – воле наставников и наставниц, настоятелей и настоятельниц. При этом помните, что послушание для насельников обители вменяется в самый лучший, самый спасительный подвиг. Мы приходим в обитель спасаться. Спасение достигается подвигами. Одни налагают на себя пост, другие – поклоны, третьи изнуряют тело веригами – и все это для спасения. Так вот и помните, что самый лучший, самый спасительный подвиг, в этом отношении, и есть именно послушание. Кто несет послушание безропотно, исправно, терпеливо, для того в обители все другие чрезвычайные подвиги как бы отпадают. Уже самим послушанием мы спасаемся. И тот, кто самовольно налагает на себя подвиг, а от послушания отказывается, отклоняется, тот никогда не спасется.

Смирение. Великую ценность его всякий из нас знает. Смирение предохраняет нас от падений, привлекает к нам любовь ближних, вносит в наше сердце чистоту, вселяет в наше сердце мир и спокойствие.

Кротость – это тоже смирение, но только, когда оно обнаруживается в отношении к людям. Миролюбие, незлобие, обходительность – вот проявления кротости.

Молчание. Язык наш враг. Ап. Иаков говорит: «язык небольшой член, но много делает. Посмотри, небольшой огонь как много вещества зажигает: и язык – огонь, прикраса неправды. Язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет все тело и воспаляет круг жизни, будучи воспаляем от геенны... Им благословляем Бога и Отца и им проклинаем человеков, сотворенных по подобию Божию» (Иак. 3:5–10). Сколько огорчений ближним мы приносим через свой язык, когда осуждаем, оговариваем, клевещем! Как поэтому нужно нам молчание, как оно полезно и спасительно, а в духовной жизни в особенности. Молчание заставляет нас входить внутрь себя, ведет, таким образом, нас к духовному созерцанию, сосредоточенности в Боге, в чем и состоит цель нашей иноческой жизни – жить с Богом и в Боге. Всеми указанными добродетелями мы привлекаем в свое сердце благодать Божию, которая обвеселяет нас, дает нам духовную радость, дает нам духовное счастье уже в сей земной жизни, а в будущей готовит нам спасение души, готовит нам небесный чертог, которого да сподобит нас Господь молитвами преподобных отец наших. Аминь.

Слово, сказанное в женской тюрьме

«В темнице был, и посетили Меня». – Это говорит Христос во св. Евангелии. Значит и находящиеся в темнице не лишены возможности быть со Христом. Христос может соприсутствовать вам и здесь, в узах ваших. Когда же Спаситель с вами, когда Он не оставляет вас Своею благодатью? Никто со стороны не может этого сказать, потому что все вы находитесь в равных внешних условиях, все вы – обитатели темницы, т. е. места отбывания наказания за разные повинности, но может знать это Сам Христос, да отчасти ваше сердце, ваша душа, приявшая в себя Христа.

Недавно один мой знакомый, в Петрограде, посетил женскую тюрьму, там он предложил заключенным назидательное слово, при этом обратил он внимание на одну пожилую женщину, которая своим умиленным и молитвенным видом выделялась из ряда других; знакомый пожелал поговорить с нею, спросить ее, как она попала в тюрьму, и та поведала следующее. У меня был муж и сын Вася. Муж вел нетрезвую жизнь. Много горя я от него перенесла; возвращаясь домой нетрезвым, он меня бил, ругал и оскорблял. Мальчик Вася, когда был мал, видя это, обыкновенно плакал, хватался за меня, как бы защищая меня, и боялся отца. Но вот отец, после долгих лет пьянства, вдруг бросил пить, отрезвел, поступил на место и стал достаточно приносить заработанных денег домой. Тишина и мир водворились в моей семье. Я уже стала забывать о прежних своих страданиях. Вася сделался уже юношей... В один несчастный вечер, когда мы с Васей пили чай, мой муж снова нетрезвый возвращается домой, вдруг слышу неуверенные шаги, брань... Сначала мне представилось, что это сон, что это со стороны мужа – подделка под пьяного, но нет, это был не сон, а правда. Пьяный муж, как бы соскучившись за побоями, со всем зверством набросился на меня, стал немилосердно бить, ругать и поносить. Не выдержал этого сын мой, Вася, набросился он на мужа, а своего отца, и в порыве гнева убил его... Нас обоих повели на суд. Моему дорогому Васе грозила каторга, но здесь я всю вину приняла на себя, дабы Вася мой был на свободе. И вот теперь я здесь и моим единственным утешением является молитва и плач о своих грехах.

Скажите теперь, возлюбленные, не живет ли в темнице с этой женщиной Христос, не Он ли ее отрада и утешение? А покаяние? Как оно сближает нас со Христом. И для покаяния не требуется особенного места и времени. Оно возможно везде. Разбойник на кресте в одно мгновение покаялся и был принят в рай. А у вас проходят часы, дни, а может быть и месяцы. Сколько за это время может быть здесь внутреннего покаяния, раскаяния и слезных воздыханий?

Итак, возлюбленные, и с заключенными может быть Христос. А для христианина ведь дороже всего не потерять Христа, и если мы по своим грехам Его от себя отдаляем, снова можем Его привлечь к себе.

Преподобный Серафим, который стяжал в сердце своем великую благодать Божию, говорил, что быть со Христом – это такое великое благо, выше которого ничто не может быть на земле. Пусть, говорил он, меня ввергают в темницу, пусть мое тело покрывают всевозможные язвы, все это я рад потерпеть, только бы мне не лишиться духовного счастья – быть со Христом.

Итак, возлюбленные сестры, Христос да будет среди нас. Аминь.

Поучение при служении в храме Александровского коммерческого училища, по случаю годичного акта в религиозно-философском Златоустовском кружке учащихся

Позвольте мне, дорогие учащиеся, указать на некоторые недочеты в религиозной жизни среди современной учащейся молодежи. Прежде всего, наблюдается так называемый ложный стыд в деле веры – это когда человек еще не потерял совершенно веры, но он стыдится обнаруживать ее открыто пред другими.

Начало урока, экзамен – надо бы помолиться, но я этого не делаю или делаю тайно от других, вроде того, что прячусь под парту и там полагаю на себя крестное знамение. Я в вагоне трамвая или поезде – сейчас поезд будет двигаться, или проезжаем около храма, надо бы перекреститься, и не прочь я это сделать, но не делаю, ибо стыжусь посторонних людей. И таких примеров ложного стыда безконечное множество.

Второе, что наблюдается в жизни современной учащейся молодежи, среди которой не иссякли еще запросы духа, это увлечение какими хотите современными религиозными направлениями – теософией, спиритизмом, оккультизмом и т. п., только не учением св. Православной Церкви. Конечно, это происходит от того, что мы отошли от Церкви, не знаем ее существа и ценности. Ибо, если бы мы знали все это, знали, какая сила и красота заключена в Православии, – мы бросили бы всякие увлечения и всею силою души привязались бы к Церкви Православной.

В самом деле, кто дал нам самые высокие образцы в области разных искусств – пения, художества, скульптуры – как не Церковь, кто воспитывает гигантов духа, лучших людей – опять Церковь.

Тем и дорог наш Златоустовский кружок, что члены его, оставив в стороне всякий ложный стыд в деле веры, объединившись около имени славного учителя Церкви св. Иоанна Златоуста, ищут удовлетворения своим религиозным запросам в Церкви Православной.

Правда, еще как-то робко наш кружок выступает. Посмотрите, как противные Церкви течения действуют. У них организации, у них пропаганда, у них объединение и т. д. У нас все это слабо развито. А, между тем, как важен для нашего народа и общества пример религиозности, преданности Церкви учащейся молодежи. Наше общество смотрит на учащихся, как на людей, которые изучают науки, узнают новое, узнают справедливое, и верят, и слушают их, когда они что-либо говорят.

Представьте же себе теперь, если наш народ видит в храме молящегося студента, разве приятно не поражает это его? Не только приятно поражает, но даже как бы подкрепляет его веру.

Были примеры, когда студенты, появляясь в селах и деревнях, как передовые люди, сильно увлекали народ своими безбожными, толстовскими и противогосударственными проповедями. Такой же успех и даже несравненно больший они имел бы, если бы, появляясь там же в деревнях, показывали пример преданности Церкви Православной и к ней влекли бы народ.

Пожелаем же от всей души нашему религиозно-философскому Златоустовскому кружку живой, смелой деятельности на пользу нашей св. Православной Церкви. Отбросим всякий стыд, воодушевимся тою высокою идеею, которая положена в основу этого кружка, – ценить нашу св. Православную Веру, черпать из нее силы для собственного нравственного усовершенствования и для назидания и наставления младшей нашей братии – нашего русского народа, в который мы, получив образование, пойдем служить и работать. Св. Иоанн Златоуст, наш небесный покровитель, да поможет нам в этом.

Поучение в Прощеное Воскресенье

Если представить нашу повинность пред Богом и людьми, то нам останется только пасть ниц и вопиять ко Господу Богу: «Согрешил я пред Тобою, Господи, и несть достоин воззрети на высоту небесную от множества беззаконий моих»; а ближнему должен буду сказать: «Лицемерно я называл тебя братом своим; цель всей моей жизни – все для меня и ничего для тебя».

Но вот, и особенно предо мною, стоят грехи по отношению к Господу Богу и ближнему моему. Ко Господу Богу – это забвение, неуважение к св. Церкви и ее установлениям.

Посмотрите, как теперь легко произносить суд над нею, как теперь слабо мы держим знамя Православия. Мы считаемся православными христианами. Казалось бы, это звание должно обязывать нас защищать, любить св. Церковь нашу, но не так в действительности. Мы стыдимся обнаруживать это звание открыто и безбоязненно, мы стыдимся, когда следует творить крестное знамение, стыдимся защищать св. Веру пред неверами, кощунниками, стыдимся выступать на защиту ее.

И как не ценить нам Церкви Православной, которая для нас – все! Ведь это ты – Церковь Православная – возродила нас в купели крещения, ведь это ты привела и приводишь нас в общение со Христом в св. Таинствах, ведь это ты даешь мне столько духовных утешений в храме, в молитве, в богослужениях, в праздничные дни, ведь это ты, Церковь, когда я грешный приду к тебе с покаянием, – примиряешь меня с Господом моим Творцом.

Прости же св. Мать моя Церковь – мою безпечность, забвение, нерадение, мое постоянное отступление от тебя. Умоли ты, Церковь, Пастыреначальника Христа, да подаст Он мне крепость, мужество, твердость всею душою, всем сердцем тебя любить и тебя исповедывать.

А вот мой постоянный грех пред ближним. Я оставил свое душевное состояние, свою собственную душу и свое внимание перенес на других. Вместо того чтобы следить за собой, себя исправлять и о себе думать – я сделался судьею моего ближнего. Отсюда – укоренив не себя, а брата моего, постоянное оговаривание, осуждение, клевета, пересуды. Что я сам плохой, этого я не замечаю, а что брат мой делает дурное, – этого я никогда не пропущу.

Судить других, а не себя исправлять – это наш современный грех, наш недостаток. И такое настроение охватило все слои общества, всех нас. В газетных писаниях, в думских речах, в частных наших отношениях – все одно и то же слышится и проводится – я не таков, как другие. Боже мой, ведь это грех гордого фарисея! Неужели всех нас охватил грех гордыни, себялюбия, превозношения? Да, это так! А между тем, Слово Божие говорит, что человеческая гордость не устоит, ибо Бог гордым противится, смиренным же дает благодать!

Но что я скажу про себя. Я – пастырь, а вы – чада мои духовные. Каждый раз мне в назидание возглашают: «Тако да просветится свет твой пред человеки, яко да видят добрая дела твоя, и прославят Отца нашего, Иже есть на небесе». Я во всем добром должен подавать вам пример.

Но, о, горе мне! Глубоко я чувствую свое недостоинство, свою виновность пред вами, моими духовными чадами. В ответ на вашу ко мне любовь, которая бывает часто так велика, так безкорыстна, что приводит невольно меня в умиление, я должен был бы, не щадя ни здоровья, ни средств, – всего себя отдавать на служение пастве – я, однако, уклоняюсь от этого и свои собственные интересы ставлю часто выше интересов моих духовных чад.

Простите же меня за это, простим друг друга прощением святым. Аминь.

Поучение в Неделю воспоминания Страшного суда

Возлюбленная братия! Мы живем и не помним того, что всех нас ожидает последний страшный суд. Нас захватывает жизнь, мы суетимся, продаем, покупаем, женимся, умираем, забывая свою последнюю цель. Наша безпечность о будущей жизни – отодвигает от нас мысль о Страшном суде. Но находятся и такие умники, которые осмеливаются даже не верить, что этот суд будет и что настанет кончина мiра сего. Я верю только тому, что вижу, что мне могут доказать, говорят они.

Но, возлюбленная братия, кто мы по своему званию? Скажете – христиане. А если так, то как же не быть последнему суду, когда он вытекает из всего дела нашего спасения Господом Иисусом Христом?

Земная жизнь для христианина лишь приготовление для жизни будущей, вечной, которую даровал нам наш Спаситель. Земная жизнь для христианина как бы ученическая задача, которую он должен выполнить и за которую должен дать отчет. И все человечество выполняет эту задачу – и вот настанет день и час, когда оно предстанет своему Творцу с ответом – и это будет последний Страшный суд. В Слове Божием говорится, что он будет сопровождаться катастрофой видимого мiра. Звезды небесные спадут, земля и все, что на ней, сгорит. А среди людей предварительно пред этим появятся болезни, нестроения, войны, любовь совершенно иссякнет и, наконец, явится определенное лицо – антихрист, как страшный противник Христа.

Находятся люди, которые и этому не верят. Но не значит ли это закрывать глаза на действительность? Уже на наших глазах совершается в мiре физическом и в жизни людей все то, что в последние времена приведет мiр к погибели. При Страшном суде ожидается всеобщая катастрофа мiра. И мы теперь бываем свидетелями частичных ужасных катастроф; от частного же мы умозаключаем и об общем.

Не так давно погиб от землетрясения целый остров Мартиника с 200 000 жителями. Или вот бедствие, бывшее у нас несколько лет тому назад в Москве. Все утром встали благополучно. Солнце взошло обычным порядком. Народ пошел на работу. Дневная жизнь была во всем разгаре. Кто шел пешком, кто ехал, одни работали во дворе, другие на улицах града, как вдруг небо заволокло тучами, поднялся ветер и пронесся страшный ураган, от которого пострадали и жилища, и деревья, и растения, и животные, и люди.

В конце мiра среди людей иссякнет любовь и явится антихрист, который будет вербовать себе последователей и их как бы отмечать печатью.

Грозные признаки сего и теперь мы переживаем. Эта ужасная война, эти нестроения среди людей, эти забастовки, когда люди сговариваются прекращать работу, устраивают комитеты, члены которых только и могут иметь привилегии – ведь это напоминает печать антихристову, которая и будет состоять именно в том, что члены антихриста будут отмечать друг друга и только себе угождать, а не-членов – повергать в скорбь, печаль и несчастье.

Все малодушные, конечно, будут спешить заручиться этой печатью и такие отвергнут печать Христову, которая во внешнем своем проявлении есть истовое и частое изображение крестного знамения. Крестное знамение – поистине есть печать Христова. Кто из верных христиан не знает его силы и могущества в отражении всякого зла! И посмотрите, как этого знамения в настоящий век отступления от Христа начинают стыдиться, его избегать. Но знайте, кто дорожит этим знамением, того не коснется печать антихристова.

После всех бедствий, наконец, настанет Страшный суд. Явится Сын Человеческий во славе, и соберутся к Нему все народы, станут они пред лицом Христа, и откроются все дела и помышления человеческие, ничто не будет укрыто от сего суда. Но спросите – как сие возможно, как возможно, чтобы все было открыто? В природе есть такие вещества, такие предметы, которые отображают в себе все, что входит с нами в соприкосновение – например, чувствительные пластинки фотографии, граммофона и т. п. Почти также и душа человеческая отображает в себе все, что человек думает, чувствует, переживает – каждое слово, каждое чувство, каждое малейшее движение сердца – все это запечатлевается – и эта пластинка – душа человеческая все на всеобщем Суде и обнаружит.

Но вы еще спросите, как возможен Суд всех людей, когда иной раз для суда одного человека требуется столько времени, столько разбирательства. Но не забывайте, что Страшный суд будет суд Самого Творца времени и пространства. Как одним мгновением Он сотворил весь мiр, так одно мгновение потребуется Творцу и для Всеобщего суда.

Итак, Страшный суд будет, и мы все предстанем пред Господом в ожидании Его определения о нас. Какой тогда будет страх, какой трепет, что изречет о нас тогда Господь! Услышим ли мы Сладчайший Его глас: «Приидите ко Мне благословеннии Отца Моего Небеснаго, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мiра» (Мф. 25:34)? Или услышим грозный приговор: «Идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его» (Мф. 25:41)? И какое счастие будет нам услышать первый глас! И да будет сие со всеми вами!

***

Возлюбленные братие! Задавали ли вы себе когда-нибудь вопрос, что можно только знать Христа и можно пребывать с Ним в единении, чувствовать Его сердцем, сливаться с Ним в один дух? Когда жил Господь на земле, многие Его узнали, весть о Нем разнеслась по всей Палестине и далеко за пределы ее. Даже греческие философы свидетельствовали о Нем, но далеко не многие входили с Ним в духовное единение.

Сначала мы видим только одно святое семейство и родственное Ему семейство св. Иоанна Крестителя, затем 12 апостолов, позднее 70, затем за Ним следуют благочестивые жены, далее Его узнают целые семейства (благочестивого Лазаря). Как было при жизни Спасителя, так происходит и в течение всей последующей христианской истории даже до сего дня.

В настоящее время кто не слышал о Христе! Весь мiр Его знает – не только христианский, но магометанский и языческий и, однако, как мало находится из людей, которые не только знали бы Его, но с Ним пребывали, с Ним жили одною жизнью! Но вы скажете, как возможно это, когда Христос не живет среди нас, когда прошло уже около 2000 лет по Его вознесении? Но, братие, временем и местом связаны только мы – несовершенные люди. «Христос же вчера, днесь, той же и во веки!» Это нас друг от друга отделяет время и место, а Христос «везде Сый и всегда Сущий» – всегда с нами, как Он был со св. Апостолами и благочестивыми людьми при Своей земной жизни.

Вчера, скажем, Он был в доме Апостола Петра и исцелил его тещу, огнем жегомую, а сегодня Он придет к нам и исцелит нас от одра болезни. Вчера Он в доме Марфы и Марии благословил их добрую жизнь, а сегодня Он может быть у нас, если мы также проводим семейную жизнь благочестно.

Итак, братие, не только будем знать, помнить о Христе, но и последуем за Ним, как последовали св. Апостолы, войдем с Ним в духовное единение, перенесемся всем своим существом в Святую Землю – Палестину, где жил, учил и пострадал наш Спаситель и не будем отходить от Него ни на шаг, ни на минуту!

Вот Он в начале Своего Божественного служения удаляется в пустыню, там проводит 40 дней и 40 ночей в посте и молитве и там побеждает искушение от диавола. Борьба с грехом предлежит и всякому христианину. Что же, пойдем ли по течению наших греховных склонностей и страстей? Нет, во время этой борьбы поставим себя рядом с нашим Христом, перенесемся в пустыню, где Он был, вооружим себя постом и молитвой и со Христом мы вынесем всякую борьбу, всякую напасть, находящую на нас от мiра, плоти и диавола.

Господь выступил с проповедью благовестия. Вот Он на горе «Блаженств», Его окружили слушатели. Взойдем и мы на эту гору и присядем у ног Божественного Учителя, станем слушать св. Евангелие, как бы от Него Самого, и тогда оно пройдет в самую глубину нашего сердца, размягчит его и переродит нас.

Господь явился страждущему человечеству, как Чудотворец, Целитель, Врач и Благодетель. Вот Он насыщает 5000 человек пятью хлебами и 2 рыбами. Возлюбленные братие! Всем нам определено в труде и заботах изыскивать себе насущный кусок хлеба, иной раз не легко поддерживать семейство, добывать себе заработок. Но что мешает тогда присоединиться нам к этим 5000 человекам, стать с ними на равнине насыщения и воспринять от Самого Христа благословенный хлеб, который Он непременно подаст и нам, если мы его, находясь в нужде и заботах, испросим у Господа. Господи! Спаситель наш! Прииди же к нам, да всею душею, всем нашим существом мы восчувствуем, что Ты недалеко от нас, что Ты с нами, близ нас! Запиши нас в число Твоих учеников и да пребудем мы с Тобою неизменно, с нашим Спасителем, Благодетелем и Господом!

***

Современное положение нашего отечества и, главное, современное настроение нашего общества заставляет нас доискиваться причин – откуда возникло все то дурное, тяжелое, с трудом нами переживаемое, чего свидетелями в настоящее время являемся мы? При всех лучших свойствах русской души нельзя, однако, не отметить и отрицательных, которые при своем развитии и создали ту тяжелую атмосферу, которую мы теперь переживаем.

В обыденной, семейной жизни мы отмечаем характеры, натуры застенчивые, несмелые, слабые, которые не могут постоять за себя, которые всегда уступают другим и через то много сами теряют, не обнаруживая во всей силе своих способностей, талантов. Так и в семье целых народов. Мы – русские, как-то стушевываемся пред иностранцами – вот они и берут над нами верх. Однажды нам пришлось путешествовать по морю на русском пароходе. И что же? Здесь только иностранцы чувствовали себя, как дома, держали себя свободно и развязно, требовали, что им нужно, и только русские пассажиры, особенно простые богомольцы были прижаты и несмелы.

Вторая отрицательная черта нашего характера это то, что мы часто своим родным, исконным не дорожим и даже пренебрегаем, а чужое, нам несвойственное, хвалим, перенимаем. Отсюда неустойчивый взгляд, отсюда измена своему и излишнее доверие к чужеземному. И эта особенность в иных случаях бывает крайне несносна.

Как носящий священный сан, я укажу в данном случае на область религии. Посмотрите, до какого кощунства, поругания веры доходят наши, отставшие от Церкви русские люди. Вот, например, возьмем отношение их к лицам священного сана. Сколько они допускают насмешек, издевательств и грубых ругательств по адресу духовных лиц! Последним и особенно монахам невозможно стало спокойно ходить по улицам, путешествовать, ездить в вагонах и на пароходах – всегда они могут нарваться на издевательство. Отсюда появилось стремление духовных лиц скрывать себя от мiра, а монахи, у которых одеяние должно быть несколько иное, чем белого духовенства – стараются не отличаться от этого последнего.

Нам пришлось быть в Константинополе, Египте, Палестине. В своих костюмах духовного звания мы везде спокойно ходили и ни разу не испытали насмешки, напротив, нам скорее оказывали почтение, привет. И мы поняли, почему это. Восточные люди уважают духовных лиц всех вероисповеданий. Но ты, русский православный христианин, скажешь – пусть духовные лица сумеют заслужить внимание и уважение к себе, но, говоря так, ты всех порицаешь, над всеми произносишь суд, забывая, что среди духовных лиц несомненно есть и люди достойные. Нет, ты не умеешь ценить идеи, не можешь стать выше будничных взглядов и отношений. Восточные люди почему с почтением относятся ко всякому духовному лицу? А потому что они видят в нем служителя Бога, Единого для всех людей, они видят в нем лицо, которое посвятило себя молитве, спасению человеческой души.

Я сказал относительно веры, но то же самое нужно сказать и относительно других исконных начал нашей жизни. Все они нам стали не любы, мы их готовы забыть, продать, уступить другим, забывая, что не основы жизни сами по себе плохи, а мы по своей слабости, упадку нравов и безпечности уклонились от них, и поэтому они нам стали тяжелы. А вот и еще отрицательная черта нашего характера – это большая склонность к порокам, развращению. Были периоды в истории русского народа страшного упадка нравов. Этот период, кажется, наступил и теперь. Страсть к наживе, воровству, хищничество, подкуп, недобросовестность в исполнении обязанностей – все эти пороки сильно развиты в нас. Было на Руси пьянство, но оно как будто с запрещением продажи вина уменьшилось, но вот на смену его стал развиваться разврат, особенно в столицах, который грозит большими бедствиями для всего населения.

Все вышесказанные стороны и создали то тяжелое общественное безотрадное положение, о котором мы так теперь скорбим. Что же, остается нам ждать погибели? Нет, у нас есть еще якорь, держась за который, мы можем всегда выйти из затруднительного положения. Якорь этот – наша Св. Православная вера, а кормчие – все истинно-православные люди.

Русская история свидетельствует, что Православная вера всегда нас спасала. Мы застенчивы, мы слабы, мы уступчивы, но это только до тех пор, пока не трогают, не рушат наше «Святое Святых» – нашу веру. В этом отношении истинно русские люди напоминают пр. Агафона. Однажды братия пришла к этому старцу и стала испытывать его. «Ты, авва, – говорили они ему, – гордец!» – «Да, правду вы говорите – поистине я гордый человек». – «Ты ленивец!» – «И не говорите мне – я не знаю, за что вы меня только кормите». И много еще братия приводила обвинений на старца, и во всех обвинениях он упрекал себя. Но вот братия продолжает: «Ты, авва, еретик!» – «Нет, позвольте, я с этим не соглашусь: я люблю Бога моего, люблю св. Православную веру и не хочу быть еретиком!»

Нашей родиной, по слабости и уступчивости русских людей, не раз овладевали враги, особенно так было в так называемое «лихолетье», когда поляки овладели Москвой, вздумали ввести на Руси католичество. Но они ошиблись. Как только они коснулись веры, тут воспрянул наш русский православный народ и ее мученик Патриарх Ермоген и постоял за Русь Святую, Православную.

Мы легко изменяем своим началам, часто не ценим свое дорогое, родное, но пока у нас крепка вера Православная, до тех пор она будет рождать у нас гигантов духа, рождать истинных сынов отечества, как Иван Сусанин, Минин и Пожарский и другие, которые и сами постоят за родную землю и своих соотечественников объединят, выведут их из спячки, пробудят в них русский дух Патриарха Ермогена...

Мы легко поддаемся порокам, но и опять – та же Св. Православная вера со своей благодатной силой – способна всегда расположить нас к покаянию, исправлению, способна обновлять, возрождать нас, обращать очи наши «во еже не видети суеты», а стремиться к вечности, к Богу, к спасению души.

Итак, перед нами современное общество со своим духовным расслаблением и Св. Православная вера, которую содержит это общество. Что же, нет уже нам спасения, нет надежды на лучшее? Как ни отдалились от Церкви и веры, ни развратились мы, однако, хочется думать, что все это только временно, ибо уж слишком жива и благодатна Православная Церковь. Мы только охладели к вере, сделались безчувственными – но вот Господь пошлет Духа Своего и созиждется лице земли, и обновимся мы нравственно. Да будет же сие, Господи!

***

Из Слов преподобного Симеона, Нового Богослова

***

Что такое смиренномудрие? – То, чтобы познавать и сознавать свою человеческую немощь.

***

Богомудрые отцы сказали: преспеяние души есть преспеяние ее в смирении.

***

Кто не испытал искушения, тот не может понять и познать скрытой в них сладости и силы для жизни по Богу.

***

Как смерть тела есть отделение от нее души, так смерть души есть отделение Святаго Духа.

***

Крест есть знамение содружества человека с Богом.

***

Печать Христова – осияние Духа Святаго.

***

Обоженным бывает тот ум, который внутри себя имеет Бога.

***

Что болезнь в теле, то грех в душе.

***

Как в мертвом теле распложаются черви, так в душе, лишившейся благодати, будто черви расплодились: зависть, лукавство, ложь, ненависть, вражда, брань.

***

Добродетель ни что иное есть, как исполнение воли Божией.

***

Всякой душе богобоязненной великие предлежат подвиги: первый – чтобы получить благодать Св. Духа; второй более тяжелый – чтобы не лишиться сей благодати.

***

Самовластие наше после грехопадения осталось лишь в том, что оно хранится лишь в нашем желании освободиться от греха.

***

Как имеем мы чувство телесное, так надобно, чтобы и душа имела чувство духовное и чувствовала бы как болезнь свою, так и здравие.

***

Кто властвует над пятью чувствами, тот властвует над всей вселенной и над всем, что в ней: ибо у нас все бывает от них и чрез них.

***

Чтобы понимать читаемое (в Слове Божием) – есть дело благодати Божией. Но то, чтобы удерживать в уме и помнить понятое – есть дело единой благодати Божией.

***

Много потребно времени и труда более мысленного, чем телесного на то, чтобы сначала научиться молиться как должно, а потом, научившись, продолжать молиться.

***

Демоны ни за какие грехи не овладевают душой с таким тиранством, как за презорство к Богу. И нет большего греха, как молиться Богу с презорством и небрежением.

***

Все добродетели хороши, но надобно, чтобы они имели и голову и ноги, подобно телу; и как телу нельзя быть без головы и ног, так и им. Ноги добродетели – смиренномудрие, а голова – любовь.

***

Всякий человек, рождающийся в мiр сей, трем бывает раб страстям: сребролюбию, славолюбию и сластолюбию.

***

Чудо неизъяснимое! Текут слезы вещественные из очей вещественных – и омывают душу невещественную от скверн греховных; падают на землю, но низвергают демонов и освобождают душу от невидимых уз греха.

***

Душа, сподобившаяся стать причастницей Божественной благодати, будучи сама освящена по естественному, впоследствии освящает и все тело свое – отсюда голые и целые мощи святых источают исцеление и врачуют всякие болезни.

***

Воскресение души есть соединение ее с жизнью, которая есть Христос.

***

Хорошо веровать во Христа, но надобно веровать и Христу. Надобно веровать во Христа, что Он есть Бог Единосущный Богу Отцу, но надобно веровать и Христу, т. е. всем Его словесам, всему тому, что Он сделал.

***

По мере гордыни бывает мера нечестия, так и по мере смирения бывает и мера спасения.

***

Если успеем стяжать целомудрие, то избежим злого дня безсловесного похотения, которое воистину есть самый злой враг действенности Святаго Духа, избежим осквернения души, причиняемого того ради страстными движениями, избежим осуждения совести, нечистоты сердца, презрения и осуждения человеческого и самого отвержения и гнева Божия.

***

Если услышишь, что кто-либо после явных христианских дел отпал от Христа, знай, что он был в то время без благодати Божией.

***

Как увидеть Бога, Которого никто нигде не видел. Для этого надобно взыскать умного света Божия, чтобы ум, просветившись им, мог умно узреть и Бога.

***

Если ты причащаешься Пречистых Таин без того, чтобы ощутить какую-либо благодать в душе своей, то причащаешься только по видимости.

***

Плач, являющийся тотчас, как родится человек, показывает, что слезы суть неотлучные спутники настоящей жизни.

***

Через причащение Пречистых Таин такое же имеем мы единение и жизнь со Христом, какое единение и жизнь имеет Он Сам со Отцем.

***

Ибо как Он Един есть с Богом и Отцем Своим по естеству, так, говорим, и мы едины бываем с Ним по благодати, когда вкушаем плоть Его и пьем кровь Его.

***

Кто имеет в себе страсти, тот вместе является жилищем духов злобы.

***

Не всякая добродетель ценна в очах Божиих, а только та, которая растворена и сопутствуется благодатью Духа Святаго.

***

Творец столько познается нами, сколько может кто увидеть безбрежного моря, стоя на краю его ночью с малою в руках зажженною свечею. Много ли, думаешь ты, увидишь из всего того безбрежного моря? Конечно, малость некую или почти ничего. При всем том он хорошо видит воду ту и знает, что перед ним море, что море то безбрежно и что он не может его все объять взором своим. Так есть дело и в отношении к нашему Богопознанию.

***

Свет есть Бог, и созерцание Его есть как свет.

Кто долгое время пробудет в плаче, то раздражительность души приходит в совершенную неподвижность – и душа тогда уже совсем не гневается.

Извлек Арсений, епископ Серпуховской.

Граф Толстой и наше неверие154

Трудно понять, как это люди, именующие себя православными христианами, могут почитать и одобрять графа Толстого. Это можно объяснить полным незнанием воззрений Толстого и желанием следовать моде, быть передовыми людьми, неотсталыми, следовательно, одобрять все то, что современно, оригинально, ново, – или же сознательным отношением к его учению. Но в таком случае почитатели Толстого безчестно прикрываются именем православных христиан, ибо они не христиане, а безбожники, как и сам Толстой.

Вот, с одной стороны – наша вера, упование, а с другой – измышление Толстого. Мы, православные, веруем, что есть Бог, Творец всего мiра, Бог живой, личное существо, что Он слышит наши нужды, что Он Отец и Промыслитель всех. По Толстому же такого Бога нет. В сущности, говорит Толстой, мы не имеем никакого основания предполагать Бога Творца и никакой нет в этом нужды. Бога Творца нет. Что же Богом называет Толстой (ибо в его сочинениях это слово также нередко употребляется)? Он употребляет слово Бог в своем собственном смысле; у него Бог – природа, вещество со своими силами и законами; вся природа Бог, а так как и я составляю часть природы, то и я часть Бога.

Мы, далее, православные христиане веруем в Святую Троицу; это главный пункт нашей веры. Он же ее отвергает. Я отвергаю, говорит Толстой, непонятную Троицу. Мы, православные, веруем в Сына Божия, Спасителя мiра, вочеловечшегося ради нашего спасения, страдавшего и погребенного и в третий день воскресшего. Мы не можем себе представить, как это возможно отвергать Искупителя. По мнению же Толстого, Господь Спаситель не есть Бог, второе Лицо Святой Троицы, воплотившийся Сын Божий, а простой человек. Я отвергаю не имеющую никакого смысла в наше время басню о падении первого человека, кощунственную историю о Боге, родившемся от Девы и искупляющим род человеческий. Слышите ли, православные? Главное наше упование о искуплении нас грешных Христом Спасителем Толстой считает баснею! Далее, для нас православных святое Евангелие есть священнейшая книга, где Духом Святым через евангелистов записаны глаголы живота вечного. Ни одной йоты мы, православные, не дерзнем в ней изменить, исправить, помня заповедь апостола Павла, который говорит, что все потребное к нашему спасению сказано и записано, и если кто, даже ангел, стал бы иначе проповедовать, чем они, апостолы, да будет тому анафема.

Как же смотрит Толстой на св. Евангелие? Для него оно обыкновенная человеческая книга, которую можно исправлять, и вот он, Толстой, усмотрел в ней много ошибок. Вот что он говорит о своем первом чтении св. Евангелия. «Я находился, – читаем мы у него, – в положении человека, который бы получил мешок грязи». Можно ли дойти до большей дерзости! Какое кощунство! Толстой называет грязью все то, что не пришлось по вкусу ему, Толстому, в св. Евангелии! А это именно учение о Боге личном, Христе Спасителе, Его страдании и воскресении, загробной жизни, будущем суде и мздовоздаянии. Все это Толстой отвергает. Для нас, православных, далее, святые апостолы хотя и были простого звания, но они получили дар Духа Святаго, были носителями Его, были вдохновенными писателями, и все в их писаниях истинно. Толстой же апостолов называет людьми малообразованными и суеверными и осмеливается даже заявлять, что апостолы лгали, когда утверждали, что на них сошли огненные языки и что они видели воскресшего Христа.

Для нас, православных, неизмеримое значение имеют святые таинства и особенно таинство Тела и Крови Христовых. Толстой же над христианскими таинствами глумится и особенно над Святым Причащением. Стоит только прочитать в заграничном издании его роман «Воскресение», чтобы убедиться в ужаснейшем кощунстве неверующего графа. Для нас, православных, большое утешение составляют чудотворные иконы и особенно Божией Матери. Сколько милости Божией изливается через них на нас грешных. Возьмем, например, Иверскую икону Божией Матери. Толстой же все это отвергает и так ужасно выражается о Иверской, что даже нет возможности о сем сказать, а это каждый может узнать из его сочинений, изданных за границей.

Но довольно, – очень уж оскорблено наше христианское чувство неизмеримым кощунством Толстого155. Толстой – это в полном смысле безбожник. Но как смотреть на то, что в своих сочинениях он говорит о Боге, Евангелии, правде, любви и других христианских началах? Граф Толстой в этом отношении обольститель. Он воспитался и вырос среди христиан, которые живут указанными евангельскими началами, – как же можно было привлечь Толстому к себе внимание, как не проповедуя о правде и любви, но только правде и любви не истинных, а своеобразных, толстовских.

Уже Сам Христос Спаситель говорил и указывал на то, что не явно, не в своей одежде, будут приходить вредные люди, а прикрываясь истиною. «Берегитесь, – говорил Господь, – чтобы кто не прельстил вас. Ибо многие придут под именем Моим и будут говорить: я Христос, и многих прельстят» (Мф. 24:4–5). Посмотрите, не точное ли это предсказание о Толстом? Не он ли прикрылся словами: Бог, Христос, Евангелие, правда, любовь, не указывая, однако, истинного смысла их, – Толстой прикрылся Евангелием как, по слову Спасителя, волки прикрываются овечьей одеждой, чтобы не испугать сразу стада и не отвратить от себя? Не под именем ли Христовым пришел Толстой, называя себя христианином, объясняя Евангелие, проповедуя будто о Христе, и не прельстил ли он многих?

Сам антихрист, по верованию Церкви, употребит тот же способ обольщения, завлекая сначала христианскими началами, а потом открыто восстанет на Христа. А если так, если через обольщения будут действовать антихристовы слуги, то делается страшно, ибо этот способ весьма тонкий, хитрый и опасный; можно незаметно для себя отдалиться от истины Христовой через обольщение.

Но есть такие пункты нашей веры, держась которых враг нас не одолеет. Эти пункты следующие: 1) вера в Святую Троицу, 2) вера в Спасителя, как в Богочеловека, нашего Искупителя, 3) вера в святые таинства, через которые подается нам благодать Божия, 4) твердое пребывание в ограде Церкви. Держась этих пунктов, никакой слуга антихристов нас не обольстит!

***

Граф Толстой умер. Болезнь и смерть его произвели необычайный шум в нашем неверующем обществе. Что же это за шум? Толстой слишком был известен и не столько по своим сочинениям, сколько по проповеди, в которой он отверг Христа, как Бога, отверг благодатные таинства, отверг все, что только дорого православному христианину. Толстой был безбожник. Это-то и создало ему почитание в нашем неверующем обществе и вызвало шум при конце его жизни. Это тот шум, создаваемый нечестивцем-богоотступником, о котором говорит Псалмопевец: «и погибе память его с шумом» (Пс. 9:7). И чем более человек отступает от Бога, тем более может быть сей шум. «И погибе память»... Память о нечестивце погибает, уничтожается на веки, хотя, правда, и «с шумом».

При жизни Толстого много о нем шумели, при болезни и смерти в особенности, но верим: пройдет немного времени и погибнет память о нем, как она погибла уже о многих подобных Толстому неверах и богоотступниках. Но что сказать о нашем обществе, которое создало сей шум? – Оно показало, насколько у нас пала вера, насколько мы удалились от Церкви Святой. Скажи ты мне: дорог ли тебе Господь, Спаситель, Искупитель от греха, воскресший из мертвых и вознесшийся на небо? Скажи ты мне: дороги ли тебе таинства, в которых ты получаешь благодать, спасающую тебя? Скажи ты мне: дороги ли тебе чудотворные иконы, св. мощи и все святое, чем богата наша Православная Церковь? – Как же ты отнесешься к человеку, который все это ниспроверг, осмеял, поругал? Что-нибудь должно быть одно: или тебе дорога вера, тогда ты противника ее не будешь превозносить; или же ты потерял веру, она стала тебе не мила, – ну, тогда, конечно, ты сдружишься и с богоотступником.

Наше общество воздает необычайное почитание вероотступнику Толстому и этим самым показывает, как оно удалилось от веры и Церкви. Толстой и его почитание – это знамение времени: по этому почитанию мы можем судить, как и при последнем времени христиане легко станут переходить на сторону антихриста. Перед пришествием Христовым явится антихрист, который на свою сторону привлечет неимоверное количество христиан, прельстит, «аще возможно, и избранныя» (Мф. 24:14). Знаешь это верование Церкви и удивляешься: неужели это будет, неужели почти все оставят Христа Спасителя? А вот вам уже начало этого отступления – почитание Толстого. И какой стыд и позор нам русским, именуемым православными христианами! Мы начинаем устраивать похороны гражданские, служить панихиды не христианские, а какие-то языческие, ибо как, например, по Толстому во многих местах служили панихиды? – ставили посредине комнаты на столе его портрет и воздавали ему почести...

О, знамение времени, о, приближение последних христианских времен! Но, однако, как трудно умирать без Бога: богоотступника при конце жизни мучит безпокойство. Это самое случилось, по-видимому, с Толстым. Внезапное исчезновение его незадолго до смерти из дому, стремление к уединению, поездка в Оптину пустынь156 и в Шамординский женский монастырь к сестре, – что все это значит? Несомненно у Толстого явилось желание отвести, как говорится, душу.

Вот что, например, сделалось известным о пребывании Толстого у своей сестры монахини Марии157 в Шамордине. «Встреча Толстого с сестрой, – пишет один насельник158 Оптиной пустыни, – была трогательная: он обнял сестру, поцеловал и на плече рыдал не меньше 5 минут. Потом долго сидели вдвоем, говорили много. Вот его слова: «Сестра! Я был в Оптиной, как там хорошо! С какою радостию я теперь надел бы подрясник и жил бы, исполняя самые низкие и трудные дела, но поставил бы условие не принуждать меня молиться; этого я не могу». Сестра отвечала: «Это хорошо, брат, но с тебя взяли бы условие – ничего не проповедовать и не учить». – «Чему учить? Там надо учиться; в каждом встречном насельнике я видел только учителей. Да, сестра, тяжело мне теперь. А у вас – что как не Эдем? Я и здесь бы затворился в своей хижине и готовился бы к смерти: ведь 80 лет и умирать надо», – сказал граф. Потом, наклонив голову, он задумался до тех пор, пока не напомнили ему, что он уже кончил обед. «Ну, а видел ты наших старцев?» – спросила сестра. – «Нет» – ответил граф. Это слово «нет» было сказано, по словам сестры, таким тоном, который ясно доказывал, что он сознает свою ошибку в жизни. «А почему же?» – спросила сестра. – «Да разве ты думаешь, что они меня примут; ты не забудь, что истинно православные, крестясь, отходят от меня; ты забыла, что я отлучен, что я – тот Толстой, о котором можно... Да что, сестра, – оборвал свою речь граф, – я взад не горюю; завтра же я еду в скит к отцам, только я надеюсь, как ты говоришь, что они меня примут» (Письмо Оптинского монаха Эраста. // «Колокол». № 1389).

Не ясно ли из всего этого, что Толстой перед смертью почувствовал безпокойство и к чему-то стремился, у него начинался в душе какой-то перелом? Но, очевидно, было уже поздно. Господь не принял его, и Толстой умер в разрыве с Церковию. Говорят, что этому, отчасти, причиной были родные и друзья, такие же неверы, каким был и он, которые, боясь, как бы граф и в самом деле не покаялся, поспешили явиться в Оптину пустынь, выхватили его оттуда, повезли его куда-то, но он на дороге умер...

Нам же кажется: Господь не принял уже Толстого, ибо слишком он удалился от Господа... В этом случае исполнилось предсказание Кронштадтского пастыря о. Иоанна, который не раз говорил, когда его спрашивали, может ли Толстой покаяться и соединиться с Церковью: «Нет, ибо он чрезмерно виновен хулою против Духа Святаго, а этот грех не прощается ни в сей век, ни в будущий», – и при этом батюшка о. Иоанн предсказывал Толстому особенную кончину, как в действительности и случилось159.

Христос Спаситель однажды говорил неверующим иудеям: «различать лице неба вы умеете, а знамений времен не можете» (Мф. 16:3). То же сказал бы Спаситель и нам. Мы теперь умеем различать и ценить культуру, науку, сочинения, а что Божие – законы нашего духа – мы не понимаем и упускаем из виду. Мы ценим Толстого за его писания, а того, что он богоотступник, предтеча антихристов, мы не хотим понять160.

***

Господь сказал: «на камени созижду Церковь Мою и врата адова не одолеют ей» (Мф. 16:1) и Св. Православная Церковь непоколебимо стоит, всегда стояла и будет стоять по непреложному слову Господа до скончания века. Сколько было нападений на Св. Церковь! То ее думали сдвинуть с истинного пути навязыванием новых догматов (на Западе); то ее старались лишить богоучрежденной иерархии, таинств, через которые подается верующим благодать Божия (протестанты, наши раскольники); то кознями врага рода человеческого жизнь верующих доходила до крайнего развращения, так что готово было уже со стороны неверующих обвинение, будто бы Церковь не улучшает жизнь людей, и потому не истинна. Но никакие силы ада доселе не подвинули Св. Православной Церкви Христовой. Она продолжает строго содержать апостольское, подтвержденное и закрепленное Вселенскими соборами вероучение; она имеет таинства, в которых преподается богоучрежденной иерархией верующим благодать Божия, без которой невозможно нам спастись; она не перестает выдвигать со стороны своих членов необычайные образцы добродетельной жизни – признак, что Церковь не утратила своей правоспособности воспитывать верующих и доводить их до совершенства.

Свята, соборна и истинна Православная Церковь! Слава же Милосердному Господу, что Он сподобил и нас быть в ее ограде. Кажется нам остается только внимать учению Церкви, пользоваться подаваемою ею благодатию и спасаться. Но нет, много среди нас есть людей маловерующих, осуждающих Св. Церковь, а то и совсем ее оставляющих. Где же причины этому печальному явлению? Причины эти надо искать в нас самих, часто слабых умом и сердцем.

И прежде всего причиной неверия являются наше вольномыслие, невдумчивость, несерьезность. Кто не знает, как многие из нас, не имея основательных познаний в истинах веры, только следуя моде, по своему легкомыслию отрицают религию. Встретится невер, станет судить, глумиться над всем святым, и мы за ним. До этого времени мы довольствовались своею верою, но вот случай – и мы готовы продать ее.

В житии преп. Паисия Великого рассказывается следующее. Один из учеников преподобного отправился однажды из пустыни в город для продажи своих рукоделий. Дорогой случайно с ним встретился еврей и стал ему спутником. Видя простоту инока и вступив с ним в разговор, еврей начал отвергать божественное достоинство Спасителя. Слыша нечестивые слова, инок не только не отвратил слуха своего от них, но даже с любопытством и как бы с доверием внимал злохулению неверного. Вынужденный, наконец, к ответу, инок от неразумия сказал: «Может быть, это и справедливо, что ты говоришь», – так по легкомыслию он отрекся от Христа.

Не то же самое часто бывает с нами? Сколько у нас легкомыслия относительно веры! Стоит хорошему нашему знакомому, другу, важному какому человеку дурно отозваться о вере, и мы, в угоду ему, готовы его поддержать, боясь его обидеть, боясь показать себя отсталыми людьми, тогда как прогневать Бога своею изменою мы не боимся.

О, легкомыслие и неразумие наше! Как оно пагубно и неизвинительно в деле веры. Здесь нужна твердость, стойкость, непоколебимость, ибо вопрос веры – вопрос жизни и смерти, спасения или погибели нашей души.

Пришли однажды к преподобному Агафону искусители и стали ему говорить: «Ты, авва, блудник, гордец, пустослов, клеветник». – «Да, правда, братия, я таков». – «Ты, авва, – продолжали те же искусители, – еретик». – «Нет, подождите, с этим я не соглашусь, я не еретик». Удивились искусители этому ответу Преподобного и спросили: «Почему ты на все прежние вопросы соглашался, а с последним нет и даже, видимо, оскорбился?» – «Потому что первые пороки я признаю за собою, и это признание полезно душе моей, а еретиком я не согласен быть, ибо это значило бы находиться в отлучении от Бога, а отлученным от Него я быть не хочу, напротив, всегда желаю быть с моим Господом и от Него не отступлю». Вот нам пример для подражания. Нас постоянно искушают, кругом нас поводы, мотивы к отречению от Христа, от веры, но мы должны быть стойки, должны быть всегда готовы дать такой ответ соблазнителям: мы дорожим своею верою, мы не позволим глумиться над нею, наша вера свята и истинна!

Далее, второю причиною неверия является порочная, развращенная жизнь. Вера, религия – дело высокое, святое, небесное. Чтобы их понимать, нужно иметь для этого условия. Слепой не поймет света, глухой звука, развращенный высоких нравственных истин. «Кое общение свету ко тме», – говорит слово Божие. Как может понять, оценить добро тот, у кого совесть заглушена, кто погружен в бездну страстей – ведь последние застилают духовные очи его. «В злополучную душу не внидет премудрость». Нужен душевный переворот, нужно просветление, каким может явиться только покаяние, сокрушение, слезы умиления, чтобы духовно прозреть восчувствовать добро. Опыт говорит, что порочная жизнь и неверие находятся в связи. Развилось неверие в обществе – значит низко оно стоит в нравственном отношении; сильная вера – процветает и христианская жизнь.

Вот и теперь мы все жалуемся на упадок нравов, на развращение, – значит, слаба у нас вера. И действительно, кто не знает, как у нас теперь осмеивается, попирается, отрицается все святое, все церковное. Люди, обратившиеся на путь покаяния, сознаются, что прежде в греховном своем состоянии они считали непредосудительным, негреховным, это самое, в просвещенном верою сознании их, при свете Евангелия, кажется дурным; чего раньше они не понимали в области нравственных истин, то, после исправления и покаяния, делается для них ясным. На очищении сердца основано и постепенное восхождение на пути высшего духовного ведения, духовного созерцания подвижников.

Наконец, причиною неверия является большое доверие силам разума, гордость ума. Ап. Павел говорит: «Разум кичит». Мы возгордились своими познаниями, своим умом, и готовы все истолковать разумом. Особенно часто впадают в гордость ума люди, от природы одаренные обширными способностями. При исследовании истин христианских они примают за правило советоваться только со своим собственным разумом, признавать истинным только то, что не превышает их понятий. Признавай, говорят они, только то, что внушает тебе здравый рассудок и собственное внутреннее чувство совести. Авторитета Церкви, мнения других людей, даже просиявших в вере и благочестии, они не признают, ибо они слишком горды своею ученостию, своими способностями, чтобы воспринимать что-либо со вне. А между тем забывают они ту истину, что как много значат в деле нашего мiросозерцания – склад ума, настроение, воспитание, личные особенности характера. Иной раз не потому я так думаю, что это истинно и иначе думать нельзя, а потому, что моя натура, духовные особенности склоняют меня к тому или другому мышлению, – отсюда возможны собственные измышления.

Часто нам нужен высший авторитет, а в деле веры, если мы желаем быть непогрешимыми, безусловно необходимо братское общение в союзе со св. Церковию. Как важно для выяснения и правильного уразумения истин веры это общение, можно видеть из следующего примера, записанного в отечнике. Один старец провел семьдесят недель в посте, употребляя пищу только однажды в неделю. Он постился, ибо просил у Бога, чтобы открыто было ему лично значение некоторого изречения в Свящ. Писании, но Бог не открывал ему. Видя это, старец сказал сам в себе: «Вот я поднял не малый труд и ничего не успел; пойду лучше к брату моему и спрошу его». Когда он вышел из келлии и запер за собой дверь, послан был к нему от Господа ангел, который сказал ему: «Семьдесят недель, проведенные тобою в посте, не приблизили тебя к Богу, потому что ты горд был своим умом, своею праведностию, теперь же, когда ты смирился и вознамерился идти для вопроса и совета к брату своему, я послан к тебе истолковать значение изречения». Не то же ли самое можно применить к нашим неверующим мыслителям? Они, гордые своим умом, не хотят прислушиваться ни к голосу св. Церкви, ни к святоотеческим писаниям, толкуют веру самолично, не сознавая того, что истина часто бывает далеко сокрыта от них Господом. И в этом-то самоличном толковании они доходят до отрицания истин нашей св. веры, доходят до неверия – как граф Толстой и подобные ему гордые мыслители. От них-то и распространилось у нас повсюду неверие.

Но спросите самих неверующих, находят ли они успокоение, удовлетворение в своем неверии, – пусть они скажут нам по совести. Гордость, конечно, многим воспрепятствует сознаться, открыть состояние своего духа, однако немало есть примеров, когда неверующие, большею частию под влиянием особенных, чрезвычайных обстоятельств жизни, прорывались и обнаруживали все свое душевное состояние. А душевное состояние неверующих бывает самое ужасное, самое тяжелое. Это часто люди мнительные. Потеряв истинную веру, они впадают в массу суеверий. Это часто люди, у которых стоит сломить гордость, и они готовы поступиться тем, что проповедовали. Про одного неверующего нам пришлось читать. Однажды был он неожиданно позван к одру умирающей любимой дочери. Неверующий подошел к смертному одру своей дочери, воспитанной матерью в духе св. Евангелия, и с глубокой горестью взял холодеющую руку своей любимицы. Тогда дочь еще раз приподнялась на своем ложе и сказала: «Отец! я умираю. Скажи же мне в последний раз, как я должна умереть: веруя ли в то, чему учил ты, или чему учила меня моя покойная мать?» Неверующий подумал с минуту и сказал: «Верь в то, чему научила тебя твоя мать».

В 29-м номере Синодальных «Церковных ведомостей» за 1905-й год, в извлечении из «Тульских епархиальных ведомостей», передаются следующие обстоятельства кончины графа Сергия Н[иколаевича] Толстого161, родного брата Льва Николаевича] Толстого. Будучи неверующим, как и брат, Сергий Н[иколаевич] перед кончиной мучим был страхом смерти. Местный священник увещевал его по-христиански приготовиться к смерти – поисповедаться и причаститься Св. Животворящих Таин Христовых. Граф долго не соглашался, видимо, стыдясь брата. Но вот пришел еще раз священник незадолго до смерти Сергия Н[иколаевича] и снова спрашивает его: «Ну что, граф, решили (причаститься)?» – «Да, батюшка, решил. И знаете ли что? Брат одобрил мое намерение: Что же? очень хорошо сделаешь, – сказал мне Лев». И затем, когда верующая сестра графа Льва Н[иколаевича] благодарила последнего за одобрение умершему брату причаститься, граф Лев Н[иколаевич] при этом разрыдался и поспешил удалиться в другую комнату. Что означают слова графа: «Что же, очень хорошо сделаешь», – и эти его рыдания? Оплакивал ли граф изменника брата, теперь безвозвратно погибшего для него, или, может быть, в тайнике души его заговорило что-то другое? – Быть может, даже блеснуло у него сознание, что он теперь чужой для Церкви, для русских, почувствовал, что в протекшей его жизни с ним произошло нечто особенное, что он что-то потерял, потерял то, чем пользуются для своего утешения другие... близкие даже ему люди.

Несомненно только то, что всякий неверующий в глубине своей души носит много нерешенных вопросов, много сомнений. Были случаи, когда у неверующих вдруг являлась мысль: а что если справедливо то, что говорит Библия, а что если есть ад, вечные мучения, при чем я тогда останусь, и эти вопросы у иных вызывали тяжелое, угнетенное состояние духа. И в самом деле, отвергая Бога, вечную жизнь, они должны наследовать ад со всеми его ужасами! Покойный Митрополит Филарет Московский увещевал неверующих: веря вечному мучению и сообразно с сею верою располагая дела свои, мы ничего не теряем, если бы даже наша вера оказалась тщетною, но смеясь над верою и отвергая ее, мы подвергаем себя опасности наследовать вечное мучение, а каково нам тогда будет?

Да, не позавидуешь положению неверующих! Им готовится в загробной жизни осуждение, да и в сей жизни они уже получают некоторую долю мздовоздаяния, ибо часто их поражает ужасная душевная мука, тревога, убийственное изнеможение духа, недовольство всем окружающим, мучительное оцепение всех душевных сил, страшная предсмертная туга. Один известный неверующий (Вольтер), который при жизни хвалился, что он своими сочинениями, своим умом истребит христианство, на смертном одре испытывал ужасный страх. Он в отчаянии умолял врача продлить хоть немного ему жизнь, ибо он чувствует, что ему предлежит ад.

Да, тяжело неверие и, наоборот, как спасительна вера! Последняя и в сей жизни нас утешает, успокаивает и в будущей готовит нам небесный чертог. Пребудем же, братие, послушными, верующими чадами нашей Святой Соборной Апостольской Православной Церкви. А кто не хочет быть покорным сыном ее, тот выслушай грозное слово Самого Господа, Главы Церкви: «Аще Церковь преслушает брат твой, буди тебе якоже язычник и мытарь»!

Господь поручил Церкви дело нашего спасения и потому всякое самочиние в сем деле ведет прямо к погибели. «Кто Церковь не слушает, тот не есть сын Церкви; кто не сын Церкви, тому Христос не пастырь; кому Христос не пастырь, тот не Христова овца; кто не Христова овца, тот напрасно ожидает вечной жизни».

«Хочешь спастись, – поучает св. Иоанн Златоуст, – пребывай в Церкви и она не выдаст тебя; Церковь есть ограда, если ты внутри сей ограды, то тебя не тронет волк; а если выйдешь вон, то будешь похищен зверем. Не уклоняйся же Церкви: нет ничего в мiре сильнее ее. Она твоя надежда, в ней твое спасение».

«Как без корабля, – говорит другой св. отец Киприан, – нельзя переплыть море и достигнуть пристанища благотишного, так нельзя без повиновения учению Православной Церкви достигнуть спасения душевного. Ее возлюби как матерь, ей повинуйся и само Слово Божие бойся толковать по-своему. Ей даны ключи разумения, и она одна непогрешимая истолковательница его. Помни: кому Церковь не мать, тому Бог не отец». Аминь.

* * *

142

Печатается по: Епископ Арсений. Речь, сказанная в Московской городской Думе 22 июля 1914 г. пред молебном о даровании победы // Голос Церкви. М. 1914. № 10. С. 22–23. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 76–77.

143

Печатается по: Епископ Арсений. Речь, сказанная в Московском Политехническом музее пред открытием чтений для рабочих // Голос Церкви. М. 1914. № 10. С. 24–27. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 77–79.

144

Печатается по: Епископ Арсений. Речь в Московском Алексеевском военном училище 22 октября в день храмового праздника // Голос Церкви. М. 1914. № 12. С. 37–38. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 80–81.

Церковь Казанской иконы Божией Матери (Москва, ул. Красноказарменная, 2) – устроена в 1833 г. в Красных казармах (названы так по цвету здания), построенных в к. XVIII-н. XIX вв., в которых в 1866–1917 гг. размещалось Алексеевское военное училище. В настоящее время принадлежит Военной академии бронетанковых войск.

145

Печатается по: Епископ Арсений. Речь при совершении общественного молебна на Введенской площади в Москве // Голос Церкви. М. 1914. № 12. С. 39–40. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А И. Снегиревой. 1915. С. 81–83.

146

Печатается по: Епископ Арсений. Речь при открытии лазарета для раненых воинов московским Дворянским собранием // Голос Церкви. М. 1914. № 12. С. 41–42. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 83–84.

147

Печатается по: Епископ Арсений. Речь во II Кадетском корпусе в день храмового праздника 8 ноября // Голос Церкви. М. 1915. № 1. С. 60–62. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 83–84.

Церковь Архангела Михаила (Москва, 1-й Краснокурсантский проезд, 3/5) – размещалась в северной части Екатерининского (Головинского) дворца, построенного к 1796 г. по проекту Антонио Ринальди. Второй Кадетский корпус имени Императора Николая I был размещен во дворце в 1849 году. Храм был освящен 6.12.1849. С этим храмом связывают следующий случай, расказанный преп. Варсонофием Оптинским: «Когда я был еще офицером, мне, по службе, надо было съездить в Москву. И вот на вокзале я узнаю, что о. Иоанн [Кронштадтский] служит обедню в церкви одного из корпусов. Я тотчас поехал туда. Когда я вошел в церковь, обедня уже кончалась. Я прошел в алтарь. В это время о. Иоанн переносил св. Дары с престола на жертвенник. Поставив Чашу, он, вдруг, подходит ко мне, целует мою руку, и, не сказав ничего, отходит опять к престолу. Все присутствующие переглянулись, и говорили после, что это означает какое-нибудь событие в моей жизни, и решили, что я буду священником. Я над этим потешался, т. к. у меня и в мысли не было принимать сан священника. А теперь, видишь, как неисповедимы судьбы Божии: я не только священник, но и монах» (О. Василий Шустин. Запись об о. Иоанне Кронштадтском и об Оптинских старцах. Из личных воспоминаний. М. 1991. С. 14). В настоящее время во дворце располагается Военная академия бронетанковых войск.

148

Печатается по: Епископ Арсений. Речь в Златоустовском религиозно-философском кружке учащихся г. Москвы пред молебном Небесному Покровителю кружка // Голос Церкви. М. 1915. № 1. С. 62–64. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 86–88.

Златоустовский религиозно-философский кружок учащихся г. Москвы – этот официально зарегистрированный, в основном, молодежный кружок возглавляли московские викарии: сначала епископ Анастасий (Грибановский), а затем епископ Арсений (Жадановский). Кружок (иногда в количестве до 300 человек) собирался в находившемся напротив церкви Александровском (в честь Императора Александра III) коммерческом училище. Практически Кружком руководил протоиерей Николай Гаврилович Соколов – настоятель храма Никиты Мученика на Старой Басманной. Председателем Златоустовского кружка был Вячеслав Сергеевич Занков (1892 †13.10.1937). «Около 1920 г., – сообщают о нем, – рукоположен во священники. Служил в Троицкой церкви то ли на Пречистенке, то ли на Остоженке. [Вероятно перед этим служил в церкви с. Котельники Ухтомского района Московской области, месте пребывания митрополита Московского Макария.] Человек, как вспоминают о нем, правых взглядов. Законник. Не любил всякого рода новаций. Когда был председателем кружка, звонок в его руках не безмолвствовал. Человек энергичный, хороший организатор. На своем священническом поприще был чрезвычайно активен, так что знавшие его люди предполагают, что он был репрессирован». Предположения эти недавно подтвердились. Будучи арестованным 16.9.1937, он был осужден тройкой при УНКВД по Московской области к расстрелу. Место захоронения – Бутово (В поисках Святой Руси. Из писем А. Н. Руднева к В. И. Леоновой // Надежда. Вып. 6. Франкфурт-на-Майне. 1981. Комм. Б. Селиверстова. С. 353, 361; За Христа пострадавшие. Гонения на Русскую Православную Церковь 1917–1956. Биографический справочник. Кн. 1. М. 1997. С. 448).

149

Союз Христианских Молодых Людей (Young Man Christian Association, YMCA) – одна из зарубежных парамасонских организаций, основанная в 1844 г. английским евреем Вильямсоном. Знак YMCA представляет из себя перевернутый треугольник красного цвета (оккультный триангль диавола), перечеркнутый наверху черной полосой с инициалами союза (сочетание черного цвета с красным – ведущий мотив жреческого облачения сатанистов). В Россию это движение было внесено Джоном Моттом (1865–1955), основателем и генеральным секретарем Всемирной студенческой христианской федерации, стоявшим также у истоков масонского общества «Маяк». Первый его приезд в Россию в 1899 г. позволил ему решить некоторые организационные вопросы. В Петербурге лютеранином бароном Павлом Николаевичем Николаи, оставившим службу в Государственном совете, и А. И. Пекер был основан Русский филиал Всемiрного христианского студенческого союза. Заседания кружка проходили в квартире на Мойке. В 1903 г. Николаи привлек к «союзной» работе В. Ф. Марцинковского (1884–9.9.1971). Последний преподавал в гимназии и руководил студенческим кружком по изучению Библии. Работа шла успешно. Кружки по изучению Священного Писания были открыты в Петербурге, Москве, Харькове, Одессе, Риге, Дерпте, Томске. По свидетельству одного из адептов этого движения, это «студенческое движение носило протестантский характер, но принимало и членов Православной Церкви, уважая их вероисповедание. [...] Несмотря на ограниченные строгими полицейскими правилами возможности, дореволюционное Русское студенческое христианское движение было прекрасной школой воспитания вселенски мыслящих христиан и познакомило некоторых русских с проблематикой западных вероисповеданий» (Зернов Н. М. Русское религиозное возрождение XX века. Париж. 1991. С. 256, 260). Во время своего второго посещения России в 1909 г. Дж. Мотту был оказан уже иной прием: «громадные аудитории в Петербурге и Москве были переполнены студентами, желавшими послушать знаменитого американского евангелиста» (Там же. С. 256). Между прочим, с тем же Моттом обычно связывают начало экуменического движения. В его выступлении на съезде Международного миссионерского совета, состоявшемся в 1910 г. в Эдинбурге, прозвучало слово «экуменизм», нарочито предпочтенное латинскому «универсализм» для введения в заблуждение именно православных. В 1913 г. Русский филиал вошел во Всемирную христианскую студенческую федерацию. В том же году барон Николаи пригласил Марцинковского посвятить его жизнь работе среди студенчества; последний стал секретарем Христианского студенческого движения. По его словам, оно объединяло «в своей среде студентов, верующих во Христа – представителей различных церквей и даже не причисляющих себя ни к какой церкви. (Большинство принадлежало к Православной Церкви, но были также баптисты, евангельские христиане и лютеране)». С тех пор Марцинковский часто читал лекции в университетах Петербурга, Москвы, Киева, Одессы, Самары и других городов, повсюду насаждая «группы любителей изучения Слова Божия».

В 1917–1918 гг. протестант Марцинковский присутствовал на Соборе Русской Православной Церкви. В октябре 1919 г. барон Николаи скончался в Монрепо от последствий паратифа и Марцинковский становится единственным руководителем движения в России. «К этому времени, т. е. к периоду 1919–1920 гг., – откровенничал он позднее, – относится мой усиленный интерес к вопросу о возрождении Православной Церкви. Были разоблачены многие неправды официального христианства. Народ стал массами уходить из Церкви. Духовенство редко решалось поднять голос в защиту Евангелия, перед лицом воинствующего атеизма». В конце 1919 г. им был составлен доклад, основная идея которого заключалась в том, что Православная Церковь должна обратиться к практике крещения взрослых. С этим докладом, по его словам, он, по приглашению священников, выступал в храмах Москвы, Самары и некоторых сел, причем иногда в стихаре (!), по благословению местных батюшек. Обращался с «Запиской» он и к Патриарху Тихону, но Святитель, хотя и в мягкой форме, отклонил предложенные новшевства. Зимой 1922 г. Марцинковский обращался в Кремль, попытавшись легализовать свой Христианский студенческий союз. «Комиссар Отдела, – вспоминал он позднее, – бывший православный священник, сидит перед нами. Лет пять тому назад он принадлежал к группе молодых пастырей-идеалистов, издавал духовный журнал с широкой христианской программой. Теперь он сидит, как «спец», в вероисповедном отделе. На нем простая суконная куртка. Говорит он с нами вежливо, обещает все устроить, предлагая подать заявление. На его бледном лице какая-то мертвенность и грусть – не то от переутомления, не то от внутренних, более глубоких причин. Он беседует с нами по поводу предполагающегося изъятия церковных ценностей для помощи голодным». В 1923 г. Марцинковский был выслан из СССР (отъезд состоялся 20 апреля) и поселился в Праге. Читал лекции в университетах и церквах Европы, писал книги, «проверял» переводы Библии на украинский и русский языки. В 1930 г. переехал в Палестину, женившись там на дочери известного археолога из США Готлиба Шумахера, раскопавшего в 1903 г. Мегиддо (Армагеддон). Поселился в г. Кармель. После образования государства Израиль принял его гражданство. Проповедовал Евангелие, долгие годы руководил общиной в г. Хайфе. Записывал на магнитофон евангельские проповеди, которые долгие годы передавала радиостанция в Монте-Карло. (См.: Марцинковский В. Ф. Записки верующего. Новосибирское христианское издательство «Посох». 1994. (Прага. 1929). С. 238).

Участники движения приветствовали революцию. Приведем два образчика идеологии «студентов». Первый – выдержка из статьи в журнале «Русский солдат-гражданин» (№ 239, 1918), издававшемся «при поддержке американского христианского общества молодых людей»: «Из России пришло известие: бывший царь, бывший самодержец, расстрелян в Екатеринбурге по постановлению местного Совета. [...] Николай был не на своем месте. Поэтому его и выгнали. И зато теперь-то он на своем месте. Так исчез человек, царствование которого переполнило чашу страданий русского [?] народа...» Другая цитата из книги одного из русских «студентов», профессора Оксфордского университета Н. М. Зернова (18981980): «Победа русской интеллигенции над императорской Россией в 1917 году – поворотное событие в истории двадцатого столетия. Низвергнув самодержавие, интеллигенция дала свободу общественному брожению и недовольству...» В годы гражданской войны Россия оказалась буквально наводненной зарубежными адептами студенческого христианского движения. «Вся Сибирь покрылась сетью организации YMCA, – сообщалось 1.6.1921 в журнале «Двуглавый Орел» (вып. 9), – состоявшей почти исключительно из американских и русских евреев, снабженных громадными денежными средствами, ведущими деятельную социалистическую, сионистскую, антиправительственную пропаганду в самой толще войск и населения. Тот же союз, имея свои отделения в советской России, с ними сносился через фронт, причем часто его агенты оказывались военными шпионами и почти всегда экономическими». В начале 1920-х гг. Русское студенческое христианское движение было воссоздано среди эмигрантов при активной, прежде всего финансовой, поддержке зарубежных братьев. Начало ему было положено на съезде в Пшерове (Чехословакия) 1–8 октября 1923 г. Издательство ИМКА-Пресс (YMCA-Press) было основано председателем общества Дж. Моттом в Праге (1921, переведено в Берлин (1923), в Париж (1925)) с целью издания и последующей пересылки книг в Россию. Издательством руководили П. Ф. Андерсон, Н. А. Бердяев, Б. П. Вышеславцев. С самого начала книги набирались в новой (советской) орфографии, что негативно расценивалось консервативными кругами русской эмиграции и во многом способствовало переходу на новую орфографию части русских людей, живших за границей.

Духовная сущность этого движения определена, помимо разного рода церковных постановлений, православными духоносцами. Приведем два свидетельства. Преп. Нектарий Оптинский передал вл. Вениамину (Федченкову): «В таких обществах (как христианское движение) вырабатывается философия, православному духу неприемлемая». (Концевич И. М. Оптина пустынь и ее время. Джорданвилль. 1970. С. 515). Известно также мнение архиепископа Феофана (Быстрова, 1874 †1940), Полтавского. Во время пребывания во Франции «к Владыке просился приходить о. протоиерей Сергий Четвериков [1867 †1947], чтобы беседовать на тему об Иисусовой молитве. Но ему было поставлено условие прекратить всякое общение с «Христианским Союзом молодых людей». О. протоиерей не согласился» (Неизвестный Нилус. Т. 2. М. «Православный паломник». 1995. С. 338).

О связях «движения» с масонством см.: Назаров М. Миссия Русской эмиграции. Изд. 2-е. Т. I. М. «Родник». 1994. С. 205–212. См. также: Иванов В. Ф. Православный мiр и масонство. Харбин. 1935. С. 39–51, 89–97; его же. Русская интеллигенция и масонство от Петра I до наших дней. М. 1997. С. 441–447.

150

Печатается по: Епископ Арсений. Речь при служении в Ильинской церкви подмосковного села Черкизова 16 августа 1914 г. // Голос Церкви. М. 1915. № 2. С. 48–50. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 88–90.

Церковь пророка Илии в Черкизове (см. прим. 195 в 1-м т.) на р. Сосенке (ул. Штатная горка, 17, близ б. Черкизовской, 95 (каменная), была сооружена на месте деревянной в 1690 году. Главным впоследствии стал престол в честь Воздвижения Креста Господня. Южный придел Прор. Илии, северный (древнейший – 1690, перестроен в 1856) – Святителя Алексия. При храме – кладбище, при входе на которое горит неугасимая лампада на могилах известного московского юродивого XIX в. Ивана Яковлевича Корейши (1783 †1866) и диакона Никифора. Храм действующий, после революции не закрывался.

151

Печатается по: Епископ Арсений. Речь при служении в Троицкой церкви за Крестовской заставой в Москве 9 ноября 1914 г.// Голос Церкви. М. 1915. № 2. С. 50–53. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 90–92. Храм Живоначальной Троицы на Пятницком кладбище (Дроболитейный пер., 5). Кладбище, основанное во время эпидемии чумы 1771 г., названо так по приделу Троицкой церкви, сооруженной здесь в к. XVII в. на месте еще более древнего храма. Нынешний каменный храм был построен по проекту архитектора А. Г. Григорьева в 1830–1835 гг. (северный придел – преп. Сергия Радонежского – 1874; южный – перенесения мощей преп. Параскевы Пятницы Сербской – 1774). В 1911 г. храм был великолепно отделан усердием Е. Нос. Близ южной стены была погребена мать Святителя Филарета, Митрополита Московского – Евдокия Никитична Дроздова (†20.3.1853). См.: Апушкина Е. В. Забота о могиле матери // К свету. № 9–10. [М. 1993. Сост. С. В. Фомин.] С. 35–37. Храм после революции не закрывался, однако долгое время оставался в руках обновленцев.

152

Печатается по: Епископ Арсений. Речь в III Кадетском корпусе в день храмового праздника 23 ноября 1914 г. // Голос Церкви. М. 1915. № 2. С. 53–55. Переиздана: Епископ Арсений. Духовный дневник. Вып. 6. 1914 год. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1915. С. 92–94.

Церковь Св. блгв. Вел. Кн. Александра Невского при III Кадетском корпусе (ул. Красноказарменная, 4, угол 1-го Краснокурсантского проезда, 1) была освящена 23.11.1879. Ныне в здании корпуса располагается Московский окружной дом офицеров.

153

Печатается по: Епископ Арсений Серпуховский. Духовная беседа // Душеполезное чтение. М. 1916. № 4. Июль–август. С. 24–37; № 5. Сентябрь–октябрь. С. 20–26; № 6. Ноябрь–декабрь. С. 24–29.

154

Печатается по: Архим. Арсений. Граф Толстой и наше неверие. М. Печатня А. И. Снегиревой. 1911. 16 с. Цензурное разрешение 13.3.1911.

155

В одном из выпусков «Моих дневников» архиепископа Никона (Рождественского) за 1912 г. содержатся любопытные сведения о ближайшем сотруднике вл. Арсения по журналу «Голос Церкви» И. Г. Айвазове в связи с обличениями кощунств Л. Н. Толстого: «...Мне невольно припомнился наш безбожник граф Толстой; никакая цензура не могла пропустить его богохульных выходок в печать; мы, верные сыны Церкви, читая их в подпольных изданиях, возмущались ими, ужасались, страшась гнева Божия не только на богохульника, но и на тех, кто имеет у себя его богохульные писания, а большинство русских людей, слепо покланяющихся его художественному таланту, вовсе не зная о его богохульствах, удивлялись нам, за что мы его осуждаем, за что Церковь отлучила его от общения с собою. Когда же мы указывали им, в словесных объяснениях, на богохульные выходки изувера-графа, нам не верили, готовы были обозвать нас клеветниками на графа. Явилась, наконец, известная брошюра миссионера И. Г. Айвазова «Кто такое граф Толстой?» Но цензура ее конфисковала и сожгла, как содержащую в себе богохульства, а автора едва не сослали в Сибирь... Спасло его, кажется, только то, что брошюра предварительно напечатана была в «Церковных ведомостях»: для мiрских представителей правосудия стало ясным, что повторение некоторых – и то только некоторых – хулений Толстого с целию их изобличения, не есть богохульство. Тем не менее брошюра и теперь запрещена, хотя лучшего, отрезвляющего поклонников Толстого средства едва ли можно найти...» (Архиепископ Никон (Рождественский). Православие и грядущие судьбы России. Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь. 1995. С. 253). Позволим себе заметить, что сейчас все эти произведения Л. Н. Толстого выходят исключительно со всеми этими изъятыми богохульными цитатами. Судя по всему, никого это не возмущает. У людей же православных эти кощунственные произведения писателя стоят нередко на одной полке с книгами, обличающими все эти невозможные безобразия

156

Л. Н. Толстой посещал Оптину Пустынь 3.8.1841 (в детстве на похороны тетки А. И. фон-дер Остен-Сакен), 22.7.1877, 14.6.1881, 22.2.1890 (посещал преп. Амвросия). 5-й и 6-й разы писателя принимал старец Иосиф. Последний визит, без захода к старцам – 28–29.10.1910. Возможны и другие неучтенные приезды.

157

Мария Николаевна Толстая (1830 †1912) – сестра Л. Н. Толстого, монахиня Шамординской Казанской Горской пустыни. В свое время она пришла за советом к преп. Амвросию Оптинскому. Благословив ее на монашеский подвиг, он поехал вместе с ней в Шамордино, сам выбрал место для келлии, нарисовав план постройки. Сын Л. Н. Толстого Илья Львович вспоминал: «Очень тяжелое испытание перенесла тетя Маша, когда старец Иосиф, у которого она была на послушании, запретил ей молиться об умершем брате, отлученном от Церкви... Неизвестно, чем бы окончился у нее этот душевный конфликт, если бы ее духовник, старец Иосиф, очевидно понявший ее нравственную пытку, не разрешил ей молиться о брате, но не иначе, как келейно, в одиночестве, для того, чтобы не вводить в соблазн других».

158

Речь идет об о. Ерасте (в мiру Эразме Козьмиче Вытропском, 1829 †17.7.1913) – заведующем Оптинской канцелярией, письмоводителе преп. Амвросия Оптинского, «правой руке о. архимандрита Ксенофонта» (С. А. Нилус), принимавшем участие во многих оптинских изданиях. Титулярный советник, служил в Тверской удельной конторе, овдовел по первому браку. Поступил в Оптину пустынь 28.5.1886. Находился на добровольном послушании в Скиту (с 1889), вступил в братство 5.4.1899, долго не постригался в мантию. На его кресте была надпись: «27 лет жизни проводил в сокровенных подвигах и молитве». Автор первого жизнеописания преп. Амвросия Оптинского: «Краткое сказание о жизни Оптинского старца иеросхимонаха о. Амвросия. С приложением избранных поучений его» (М. 1893; 3-е изд. Сергиев Посад. 1908); изданной в 1902 г. в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре книги «Историческое описание Козельской Оптиной пустыни и Предтечева скита (Калужской губернии). Вновь составленное Е. В.» (Переиздана в кн.: Неизвестная Оптина СПб. Изд. «Знамение». 1998. С. 5–314). Письмо, о котором пишет вл. Арсений, в то время было перепечатано во всех газетах. С о. Ерастом встречался «серьезный, вдумчивый и правдивый» корреспондент А. Ксюнин, автор книги «Уход Толстого» (1-е изд. СПб. 1911; 2-е изд. Берлин. 1935). Тотчас после смерти Толстого он посетил Ясную Поляну, Телятники, Оптину и Шамордино. «Сам о. Эраст, – пишет Ксюнин, – который, кстати сказать, не старец в монастырском смысле и в скиту не живет, с Толстым не виделся, не говорил и свое письмо с сообщением, что Толстой будто хотел «одеть подрясник», составлял со слов третьих лиц, а, может, и по подсказке... С первых же слов, вместо Толстого о. Эраст заговорил со мною о Гоголе и Пушкине... С Пушкина разговор перешел на Салтыкова, на его остроумные ревизии, на то, как он заставлял советников переделывать толстые журналы, на Лажечникова, на о. Матвея, «смущавшего Гоголя»... А о Толстом так я ничего и не узнал от суетливого и многоглаголивого о. Эраста» (Проф. И. М. Андреев. Очерки по истории Русской литературы XIX века. (Краткое конспективное изложение некоторых лекций, читанных в Свято-Троицкой Духовной семинарии). Сб. 1. Джорданвилль. 1968. С. 234). Сохранились сведения о семи письмах (1886–1890) о. Ерасту К. Н. Леонтьева (1831 †1891).

159

См. отзывы св. прав. о. Иоанна Кронштадтского о Толстом в кн.: Приснопамятный отец Иоанн Кронштадтский и Лев Толстой. Джорданвилль. 1960.

160

Собственно это прозвучало в словах Императора Николая II, начертанных им на докладе о кончине Толстого: «Душевно сожалею о кончине великого писателя, воплотившего, во времена расцвета своего дарования, в творениях своих родные образы одной из славнейших годин русской жизни. Господь да будет ему Милостивым Судьей». Примечательно, что Император после смерти Толстого «приказал уничтожить некоторые компрометировавшие документы, спасая таким образом доброе имя своего заклятого врага, в котором он ценил и берег частицу Русской Славы» (Винберг Ф. В. Крестный путь. Ч. I. Мюнхен. 1922. С. 227). О духовной сущности толстовства см.: Проф. И. М. Андреев. Очерки по истории Русской литературы XIX века. С. 209–277; Россия перед Вторым пришествием. (Материалы к очерку Русской эсхатологии). Изд. 3-е. Т. 2. СПб. 1998. С. 108, 123–124; Духовная трагедия Льва Толстого. Сост. А. Н. Стрижев. М. Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. 1995.

161

Сергей Николаевич Толстой (1826 †23.8.1904) – брат Л. Н. Толстого. Дочь его вспоминала: «В 1903–1904 годах, во время последней тяжелой болезни отца, Лев Николаевич часто приезжал к нам. Отец умер от саркомы в глазу, распространившейся и захватившей впоследствии горло. Он очень мучился. Больше года прошло в тяжелых страданиях, которые он терпеливо переносил на ногах. [...] Иногда, когда боль его временно утихала, он, разговаривая с нами, часто вспоминал старого повара, жившего в доме, когда отец был еще молодой, который говорил: «Хорошо бы перед смертью побольше помучиться, этим перед Богом грехи свои замолить». Видно было, что в этих простых словах повара Сергей Николаевич находил смысл своим страданиям. [...] Тетя Маша (см. выше прим. 158 – С. Ф.), гостившая, как всегда, у нас в это лето, настояла, чтобы он перед смертью причастился. Он согласился, уступая ее, а главное, маминым просьбам» (Л. Н. Толстой и его близкие. М. 1986. С. 73–74). Л. Н. Толстой был на похоронах брата, состоявшихся 26 августа, а на следующий день возвратился в Ясную Поляну.


Источник: «Свете тихий» : Жизнеописание и труды епископа Серпуховского Арсения (Жадановского) / [Сост. Сергей Фомин] - Москва : Паломник, 1996-. / Т. 2. - 2002. - 622, [1] с. : ил. (Русское православие XX века).

Комментарии для сайта Cackle