Бегство в Египет и избиение младенцев (Мф. 2:13–23)

Когда и где Господь наш Иисус Христос взял крест Свой, чтобы идти с ним на гору Голгофу? Когда и где Он начал страдать ради нашего спасения? Не в Иерусалиме, не на судилище Пилата, а еще в Вифлееме, повитый пеленами. Вся безгрешная жизнь Его была великим крестоношением, и в первые же дни Своей земной жизни Он уже претерпел гонение от Ирода. Вот что повествует об этом евангелист Матфей: КОГДА ЖЕ ОНИ ОТОШЛИ (говорит он о волхвах, в первую же, вероятно, ночь после их отшествия, потому что медлить было нельзя: злоба Ирода не дремала), – СЕ, АНГЕЛ ГОСПОДЕНЬ ЯВЛЯЕТСЯ ВО СНЕ ИОСИФУ, как попечителю Святой Девы и воспитателю Божественного Младенца, явился И ГОВОРИТ: ВСТАНЬ в эту же самую ночь, нимало не медля, сейчас же, ВОЗЬМИ МЛАДЕНЦА, прежде всего Младенца, а с Ним И МАТЕРЬ ЕГО (Матерь, а не жену твою, как я прежде называл Ее, при первом явлении моем, ибо теперь ты уже знаешь, что у сего Младенца нет земного отца, у сей Жены нет мужа.

Итак, возьми, разбуди, если это нужно, возьми за руку Мать, веди, хотя бы и неудобным казалось идти в такой далекий путь и в такой поздний, полуночный час, возьми И БЕГИ, как бегут из дома, в котором пожар, как спасаются от зверя или неприятеля, как можно скорее, не жалея сил, беги В ЕГИПЕТ, И БУДЬ ТАМ, ДОКОЛЕ НЕ СКАЖУ ТЕБЕ (не навсегда вы останетесь там, в Египте, а только на время, потом я опять явлюсь тебе и скажу, когда пройдет буря), ИБО ИРОД ХОЧЕТ ИСКАТЬ МЛАДЕНЦА, ЧТОБЫ ПОГУБИТЬ ЕГО. Но не бойтесь: вас не постигнет никакое зло, потому что с вами везде Сила Вышнего, с вами Сам Сын Божий, смиренно повитый младенческими пеленами. Не ожидал, вероятно, праведный старец такого печального сновидения после всего, что видел и слышал накануне. Он видел восточных мудрецов, пришедших с дарами на поклонение Новорожденному, он слышал от них о чудесной звезде, о намерении самого царя Ирода прийти поклониться Богомладенцу, и вдруг – 0н должен для спасения жизни этого Младенца покинуть родину и бежать в чужую далекую страну!.. Но не задумался, не стал рассуждать и колебаться святой старец: он поспешил исполнить повеленное: ОН ВСТАЛ, ВЗЯЛ МЛАДЕНЦА И МАТЕРЬ ЕГО НОЧЬЮ И ПОШЕЛ В ЕГИПЕТ. «Представьте себе, – говорит Иннокентий, архиепископ Херсонский, – святого старца, вдруг встающего среди мрачной ночи с бедного ложа; представьте, как он, преисполненный тем, что слышал от Ангела, слабыми стопами подходит с благоговением к спящей Отроковице и Младенцу, и тихо пробуждает Ее от сна; как потом смиренно объявляет Ей о крайней необходимости сейчас же, ночью, пока никто не видит, пока прохлада ночная не сменилась палящим зноем, оставить не только дом, но и отечество, и отправиться в Египет; как потом Святая эта Двоица немедленно собирается в путь, укладывает небольшое число необходимых вещей; как Матерь, никогда не путешествовавшая по сыпучим пескам безводной пустыни, берет на руки спящего Младенца и садится на бедное животное; как старец следует около Нее дрожащими стопами, и все это во тьме ночной... Какая трогательная картина! Сколько преданности воле Божией!» Святой евангелист не имел в виду подробно описывать все события земной жизни Спасителя; он желал только показать, что Иисус Христос есть воистину обетованный Спаситель мира, и потому ничего не говорит о том, как святые путники достигли Египта, где поселились и как там жили; говорит только: И ТАМ БЫЛ Иосиф ДО СМЕРТИ ИРОДА. Это нужно было для того, чтобы и Богомладенца освободить от нового какого-либо преследования, и Матерь – от нового страха и опасений за Него.

Вот несколько древних преданий о путешествии Святого Семейства: не надеясь на свои слабые силы, святой Иосиф взял с собой своего сына, святого Иакова, который впоследствии был наименован братом Божиим. Через несколько дней святые путешественники очутились в тех самых пустынях безводных, по которым шел из Египта народ Израильский. Страшные трудности и невзгоды встретили их здесь. Дорога шла все местами песчаными и нередко совсем исчезала среди песчаных холмов; в пустыне негде было достать необходимого для пропитания, а потому все надобно было взять с собой в достаточном количестве, а у них был только один осел, который необходим был и для юной Матери с Божественным Младенцем. Днем подвергались они нестерпимому жару, ночью принуждены были защищать себя от холода, а как защититься от всего этого там, где местом отдыха как днем, так и ночью мог служить только песок, по которому они шли, а кровом – один свод небесный? Повествуют, что в одном месте, среди пустыни, напали на них разбойники и хотели отнять осла. Но один из разбойников был так пленен красотой Божественного Младенца, что не позволил своим товарищам обижать святых путников: «Если бы, – говорил он, – Сам Бог восприял на Себя человеческий образ, то и Он не был бы прекраснее Сего Дитяти». Тогда Матерь Божия сказала этому благоразумному разбойнику: «Верь, что этот Младенец не забудет твоего благодеяния; Он воздаст благим воздаянием за то, что ты теперь охранил жизнь Его». И это был тот самый разбойник, который впоследствии был распят одесную Господа и сподобился услышать от Него: ныне же будешь со Мною в раю (Лк. 23:43). Так исполнилось над ним слово Матери Божией. В храмах идольских падали идолы, когда приближалась к ним Пресвятая Дева с Предвечным Младенцем, и исполнялось над Ними слово пророческое: Вот, Господь восседит на облаке легком (на руках Пречистой Девы, Матери) и грядет в Египет. И потрясутся от лица Его идолы Египетские, и сердце Египта растает в нем (Ис. 19:1). И теперь показывают недалеко от Каира, около селения Матариэ, огромный пень дерева, под которым отдыхала Матерь Божия, пока святой Иосиф ходил в селение приискать убежище, где можно было бы им остановиться. Предание говорит, что вблизи этого дерева вдруг появился родник чистой прохладной воды для утоления жажды Божественной Путницы и Ее дивного Младенца. И теперь сохраняется этот источник; и теперь из вершины священного пня растут сочные ветви. Вместо этих подробностей путешествия евангелист Матфей объясняет, почему Богу угодно было избрать местом убежища для Святого Семейства именно Египет, а не другую какую-либо страну: ДА СБУДЕТСЯ, – говорит он, – РЕЧЕННОЕ ГОСПОДОМ (от лица Божия) ЧЕРЕЗ ПРОРОКА Осию, КОТОРЫЙ ГОВОРИТ: ИЗ ЕГИПТА ВОЗЗВАЛ Я СЫНА МОЕГО (Ос. 11:1; Пс. 79:9; Чис. 24:8).

«Вавилон и Египет, – говорит святитель Иоанн Златоуст, – вот два места, бывшие гнездом всякого нечестия. От Вавилона Христос принял поклонение через волхвов, а Египет освятил Своим посещением и этим показал, что Он пришел спасти самых отчаянных грешников, лишь бы только они обратились к Нему с покаянием». Египет был ближе к Вифлеему, чем всякая другая страна; там было много Иудеев, среди которых Иосиф и Мария удобнее могли найти себе пристанище, а главное, Египет изображал собой плачевное состояние греха и смерти, из которого Сын Божий пришел извести род человеческий, как некогда Моисей извел народ Израильский из Египта. Христос Спаситель есть глава нового Израиля – всех верующих в Него, поэтому и на Нем, Единородном Сыне Божием, сбылось то, что пророк Осия говорит об изведении всего народа Израильского из Египта. Да и кого можно вернее назвать сыном Божиим: народ ли Еврейский, который не раз отступал от Бога, поклонялся идолам и приносил детей в жертву бесам, или Того, Кто по естеству есть Сын Божий и чтит родившего Его Отца? Поэтому справедливо замечает святитель Златоуст, что если бы Христос не пришел в Египет, то пророчество не получило бы надлежащего исполнения, потому что возвращение народа Израильского из Египта было только прообразом возвращения Христа, Сына Божия, из того же Египта. А если бы кто вопросил, – разве нельзя было Божественному Младенцу скрыться в самом Вифлееме каким-либо чудесным образом? Для чего такое многотрудное путешествие? На это святитель Иоанн Златоуст отвечает так: «Тогда могли бы усомниться в том, что Он принял нашу плоть. Были же впоследствии еретики, которые учили, будто Господь имел только вид плоти, а не действительную плоть. И нам Христос Спаситель хотел подать пример, как встречать опасности: у Него ли не было чудесных средств для спасения от Ирода? Он и теперь мог представить, если бы восхотел, в защиту Свою более, нежели двенадцать легионов Ангелов (Мф. 26:53); но вместо Ангелов прибегает к помощи старца Иосифа и Матери; бежит, как человек, в Египет и таким образом спасает Себя. Не жди и ты, без нужды, чудес для своего избавления от угрожающей тебе опасности, а пользуйся теми средствами, какие есть в твоих руках. Не вдавайся в опасность, когда можешь избежать ее, не нарушая долга, но и не смущайся, не унывай: без скорбей не спасешься, скорби – общий удел людей праведных (Пс. 33:20). Но обратимся к повествованию евангелиста. Когда волхвы пошли из Иерусалима в Вифлеем, то Ирод несколько успокоился; он стал ждать их возвращения оттуда, и заранее радовался в душе, что так легко можно будет, узнав от волхвов место, где обретается новорожденный Царь, погубить Его.

Но он обманулся в своих ожиданиях. ТОГДА, – говорит святой евангелист, т.е. когда волхвы уже иным путем ушли в страну свою, – ИРОД, УВИДЕВ СЕБЯ ОСМЕЯННЫМ ВОЛХВАМИ (волхвы, конечно, и не думали смеяться над ним, а только исполняли волю Божию, но он принял их поступок за личную обиду, за обман, за поругание своего царского достоинства, и вместо того, чтобы бросить свое безумное намерение, он воскипел от злости и стыда), ВЕСЬМА РАЗГНЕВАЛСЯ. Это был кровожадный тиран, нет возможности перечислить всех несчастных, которых он предал смерти; уже предчувствуя свой конец, он отдал приказ (к счастью, неисполненный) собрать заранее всех знатных Иудеев в Иерихоне и сразу умертвить их в тот же день, когда умрет он сам... Он не щадил самых близких людей: из-за пустого подозрения он приказал задушить свою невинную жену, убить трех сыновей и других родных, – что ему стоило загубить хотя бы и всех еврейских младенцев? И он, действительно, хладнокровно обдумывает ужасное дело: «Волхвы ушли, – размышляет он, – но не уйдет от меня Младенец; я знаю, что Он должен быть в Вифлееме или где-нибудь недалеко от этого города. Они говорили, что звезда явилась им тогда-то; значит, Младенцу теперь не более года; надо, на всякий случай, увеличить возраст младенцев до двух лет, до того времени, пока матери обычно кормят грудью детей, и приказать избить всех младенцев от этого возраста и ниже – в Вифлееме и вокруг него... Нечего щадить лишнюю сотню детей, когда дело идет о моей безопасности». Как задумано, так и сделано. По случаю переписи в то время не только Вифлеем, но и все окрестности его были переполнены потомками царя Давида. Многие пришли сюда со своими малютками. И вот в это-то время И ПОСЛАЛ Ирод своих воинов жестокосердных ИЗБИТЬ ВСЕХ МЛАДЕНЦЕВ В ВИФЛЕЕМЕ И ВО ВСЕХ ПРЕДЕЛАХ ЕГО, ОТ ДВУХ ЛЕТ И НИЖЕ, ПО ВРЕМЕНИ, КОТОРОЕ ВЫВЕДАЛ ОТ ВОЛХВОВ. Приняты, конечно, предосторожности, чтобы не уцелел ни один младенец из обреченных на смерть; может быть сначала, под каким-нибудь предлогом, малюток отобрали у родителей, а потом всех умертвили... Предание говорит, что до четырнадцати тысяч невинных младенцев пострадало тогда за Христа; тысячи семейств повержены были в ужас и горе; Вифлеемские мирные поля, на которых недавно слышалось пение Ангелов, славословивших Рождество Христово, огласились теперь стонами и воплями невинных страдальцев. «Кто может описать вифлеемское бедствие? – восклицает святитель Григорий Нисский, – кто изобразит это всеобщее рыдание, этот жалостный вопль детей, матерей, отцов и родных? Кто представит это бедствие во всех видах его, со всеми подробностями?»

Сердце человеческое невольно скорбит, внимая этому повествованию, и невольно вопрошает: «Почему Господь попустил это избиение младенцев?». «Потому, – отвечает на этот вопрос святитель Иоанн Златоуст, – что всякую неправедную обиду Бог вменяет нам или в отпущение грехов или готовит нам за нее награду и блистательнейшие венцы». Ты скажешь, что дети, достигнув возраста, может быть, совершили бы великие дела? Но Бог не допустил бы их ранней смерти, если бы они должны были сделаться великими людьми. Напротив, они легко могли быть в числе тех, которые кричали Пилату: Распни, распни Его! Кровь Его на нас и на детях наших (Лк. 23:21; Мф. 27:25). Может быть, на них обрушились бы те скорби и беды, о которых Господь говорит перед Своими страданиями: Ибо приходят дни, в которые скажут: блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие! (Лк. 23:29). И это-то блаженство теперь и досталось вифлеемским матерям. Им лучше было потерять детей в невинном возрасте, чем видеть их несчастную смерть или ужасные бедствия впоследствии, когда они стали бы опорой их немощной старости. «Таковы, – говорит святитель Иоанн Златоуст, – наши причины, впрочем, это не все: есть и другие, сокровеннейшие, которые ведает только един Господь». Так как евангелист своим повествованием о столь лютом избиении младенцев привел в ужас слушателя, то далее он же и утешает его, напоминая, что все это случилось не потому, что Бог не мог этому воспрепятствовать, но что Он и предвидел, и предвозвестил это через пророка: ТОГДА СБЫЛОСЬ РЕЧЕННОЕ ЧЕРЕЗ ПРОРОКА ИЕРЕМИЮ, КОТОРЫЙ ГОВОРИТ: ГЛАС В РАМЕ СЛЫШЕН, ПЛАЧ И РЫДАНИЕ, И ВОПЛЬ ВЕЛИКИЙ; РАХИЛЬ ПЛАЧЕТ О ДЕТЯХ СВОИХ И НЕ ХОЧЕТ УТЕШИТЬСЯ, ИБО ИХ НЕТ (Иер. 31:15). Могила праматери Рахили, любимой жены праотца Иакова, находилась недалеко от города Рамы, на дороге в Ефрафу, то есть Вифлеем (Быт. 35:19). Пророк Иеремия видел, как Вавилоняне уводили в плен Евреев из города Рамы, который близ Вифлеема, и изобразил скорбь матерей об уводимых в плен под видом плача Рахили. То событие, которое тогда оплакивал пророк, было прообразом избиения младенцев вифлеемских: вот почему евангелист Матфей и ссылается на это пророчество. После вифлеемского кровопролития Ирод жил недолго: рука Божия видимо отяготела над тираном: пожираемый заживо червями, он едва мог дышать; от него исходило такое зловоние, что нельзя было близко подойти к нему; его томила ужасная жажда, мучил неутолимый голод, и муки его были так нестерпимы, что он не раз покушался на самоубийство.

ПО СМЕРТИ ЖЕ ИРОДА, – СЕ, АНГЕЛ ГОСПОДЕНЬ, согласно своему обещанию, ВО СНЕ ЯВЛЯЕТСЯ ИОСИФУ В ЕГИПТЕ И ГОВОРИТ: ВСТАНЬ, ВОЗЬМИ МЛАДЕНЦА И МАТЕРЬ ЕГО И ИДИ В ЗЕМЛЮ ИЗРАИЛЕВУ. Ангел говорит: иди, а не беги, как говорил прежде, потому что не было никакой нужды спешить, можно было спокойно останавливаться на пути для необходимого отдыха Младенца и Матери. ИБО УМЕРЛИ, – говорит Ангел, – ИСКАВШИЕ ДУШИ МЛАДЕНЦА. Умер Ирод, а перед смертью своей убил и сына своего Антипатра, такого же жестокого, как и сам Ирод. Потеряли силу и все клевреты Ирода, служившие его безумию и злобе. Иосиф только и ждал этого повеления: ОН ВСТАЛ, ВЗЯЛ МЛАДЕНЦА И МАТЕРЬ ЕГО И ПРИШЕЛ В ЗЕМЛЮ ИЗРАИЛЕВУ. Он хотел было поселиться в Вифлееме, УСЛЫШАВ ЖЕ, ЧТО АРХЕЛАЙ, тоже жестокий сын Ирода, ЦАРСТВУЕТ В ИУДЕЕ ВМЕСТО ИРОДА, ОТЦА СВОЕГО, УБОЯЛСЯ ТУДА ИДТИ. Уже при самом вступлении на престол Архелай успел показать свою жестокость: в праздник Пасхи он умертвил три тысячи Иудеев только за то, что они были не расположены к нему. Слух об этом дошел до Иосифа, праведный старец увидел, что Господу не угодно употреблять чудес и знамений без крайней нужды, и убоялся, как бы не пришлось опять подвергнуть Младенца и Матерь Его трудностям дальнего пути или другим затруднениям. НО, ПОЛУЧИВ ВО СНЕ ОТКРОВЕНИЕ, ПОШЕЛ В ПРЕДЕЛЫ ГАЛИЛЕЙСКИЕ, которые принадлежали не жестокому Архелаю, а слабому и безпечному брату его Ироду Антипе. По смерти Ирода Римский император разделил царство его на четыре части, по числу сыновей его, и поэтому самих их назвал не царями, а четверовластниками или тетрархами (по-гречески), как они названы и в Евангелии. И, ПРИДЯ, Иосиф ПОСЕЛИЛСЯ В ГОРОДЕ, НАЗЫВАЕМОМ НАЗАРЕТ, там же, где они жили и прежде, где у Иосифа было, конечно, готовое родовое жилище и где жили его дети от первого брака. Этот небольшой городок в Галилее расположен в нагорной лощине и отличается прекрасным местоположением и здоровым, благорастворенным климатом. Здесь Господь наш провел Свое детство и юность до тридцатилетнего возраста; здесь возрастал Он духом и телом, в повиновении Своей Матери и мнимому Отцу, древоделу Иосифу. Евангелист присовокупляет, что Назарет, а не другое место избрано для Его жительства, ДА СБУДЕТСЯ РЕЧЕННОЕ ЧЕРЕЗ ПРОРОКОВ, ЧТО ОН НАЗОРЕЕМ НАРЕЧЕТСЯ. Реченное, говорит, – Пророками, а не одним пророком; поэтому не ищи этого пророчества у какого-либо пророка буквально: такого пророчества нет, но у каждого пророка найдешь не одно место (Ис. 52:2–5; Пс. 21), где Христос изображается в уничиженном состоянии, а Назарет был такой ничтожный, по мнению Иудеев, городок, что о нем они отзывались не иначе, как с уничижением (Ин. 1:46).

И действительно, Самого Господа Иисуса часто называли они с презрением Назарянин и Господь наш не стыдился этого наименования, подавая нам пример смирения. Словом назорей (освященный) в Ветхом Завете (Суд. 13:5) называли людей, посвятивших себя Богу; а Христос Спаситель наш есть Святейший святых Освятитель наш, и потому Он есть совершеннейший Назорей в самом высоком смысле этого слова.


Комментарии для сайта Cackle