Азбука веры Православная библиотека священномученик Димитрий Лебедев Из эпохи арианских споров: Павлин и Зинон, епископы тирские



священномученик Димитрий Лебедев

Из эпохи арианских споров: Павлин и Зинон, епископы тирские

Содержание

Отдел I

IIIIIIIVVVIVIIVIIIIXX

Епископы тирскиеЕпископы антиохийскиеАрианские епископы

 

 

В исторических деталях, быть может, наименьшего

доверия заслуживают те, которыя считаются общепризнанными.

Нередко это последнее, почетное их отличие описывает точно

только тот факт, что уже очень давно никто не доверял тех основ,

на которых эти безспорные положения держатся, и не пытался их оспаривать.

В. В. Болотов.

Отдел I

I

Павлин тирский, как покровитель Ария. Палестинский собор. «Три епископа, рукоположенные в Сирии» [разбор гипотезы о них Спасского (4–7. прим.)]. Маркелл о Павлине. – Вопрос о времени кончины Павлина.

В начале арианского спора довольно видную роль в числе восточных покровителей Ария играл Павлин, епископ тирский. Первое время он видимо несколько колебался принять под свою защиту Ария, быть может потому, что ему – не лукианисту, а только левому оригенисту по своему догматическому направлению – кое-что казалось подозрительным в догматической системе Ария, даже и в том смягченном виде, в каком александрийский пресвитер излагал ее в письмах к своим восточным покровителям. Поэтому «великий» Евсевий никомидийский вынужден был обратиться к нему с особым письмом, в котором убеждал его примером Евсевия кесарийского прервать молчание и написать Александру александрийскому – в защиту Ария, и выражал надежду, что, если такой муж, как Павлин, напишет Александру, то он «обратит» его1).

Но сам Арий в своем письме к Евсевию никомидийскому в числе восточных епископов, которые вместе с ним «говорили, что Бог [Отец] безначально предшествует Сыну», и вместе с ним подвергнуты Александром александрийским анафеме, называет на 3-м месте (в числе 6-и названных по именам) и Павлина2.

Писал ли Павлин тирский, как того хотел Евсевий никомидийский, Александру александрийскому, об этом до нас не дошло прямых сведений. Но Маркелл анкирский упоминает письмо Павлина, в котором последний ссылался на Оригена, и Швартц считает, «по меньшей мере вероятным» zum Mindesten wahrscheinlich, что это и есть то самое письмо к Александру, которым Павлин исполнил просьбу «великого Евсевия»3 Бесспорно, однако, что престарелый александрийский папа остался непреклонным в своих убеждениях, и старания друзей Ария помирить его с своим епископом не увенчались успехом. – Но, что и Павлин тирский принимал потом весьма деятельное участие в покровительстве Арию и его сообщникам, это не подлежит никакому сомнению.

Вместе с Евсевием кесарийским и Патрофилом скифопольским, Павлин был одним из главных деятелей того палестинского собора, который по просьбе Ария предоставил ему и его последователям право иметь свои богослужебные собрания в Александрии, как они делали их раньше, хотя и быть в подчинении у Александра и постоянно молиться о том, чтобы удостоиться мира и общения с ним4.

В заимствованном из Συναγωγὴ συνόδων Савина ираклийского сообщении об этом соборе у историка Созомена имя Павлина тирского стоит на первом месте; следовательно, он едва-ли не был преседателем этого собора, хотя самый собор, по всей вероятности, собрался в Кесарии палестинской, и его естественным председателем был бы митрополит Кесарии – Евсевий. Но сам Евсевий относился к Павлину с таким высоким уважением, что было вполне естественно, если он уступил ему первое место на этом соборе.

Трех вождей этого палестинского собора: Павлина, Евсевия, и Патрофила, нужно думать, имеет в виду и св. Александр александрийский, когда в своем обширном послании к «единодушному» и соименному ему епископу фессалоникскому говорит о «поставленных в Сирии трех епископах», которые соглашались с Арием и его сообщниками и тем «подогревали их на худшее»5.

С догматическим направлением Павлина знакомят нас несколько – только, сохранившиеся у Евсевия, сообщения Маркелла анкирского. По его словам, Павлин, один из «мудрейших отцов» для софиста Астерия, который называет его «блаженным Павлином», называл Христа то «вторым Богом», то «тварью» и в своем письме (ἐπιστολὴ) [к Александру александрийскому?] ссылался как на своего учителя, на Оригена, и приводил из него такое место, где Ориген доказывал нематериальность рождения Сына. От Маркелла же мы узнаем, что Павлин был некогда и в самой Анкире и вел там беседу с Маркеллом6.

Отсюда ясно, что Павлин был такой же богослов-оригенист левого крыла, как и его друг Евсевий кесарийский и его деятельный сотрудник Патрофил скифопольский, что он принимал деятельное участие в агитации в пользу Ария, вел диспуты с самыми убежденными его противниками и по-видимому даже предпринимал с этою целью далекие путешествия7.

Но обстоятельства жизни этого выдающегося арианского деятеля известны нам так мало, что до сих пор мнения ученых до противоположности расходятся в вопросе о времени его кончины: дело идет здесь не о точной установке года и месяца, а о решении того основною вопроса: дожил ли Павлин до 325 года и принимал ли он потом участие в интригах евсевиан против виднейших деятелей никейского собора. Если по одним Павлина уже в 325 году не было в живых, то другие думают, что он не только пережил никейский собор, но и был одним из главных деятелей антиохийского собора около 330 года, низложившего св. Евстафия, и первым преемником его на антиохийской кафедре. И такое разнообразие взглядов объясняется конечно не произволом ученых, и не стремлением к оригинальности, а самым состоянием источников наших сведений о Павлине.

Поэтому новая попытка осветить этот спорный исторический вопрос будет далеко не излишня, тем более, что решение, к которому приходит автор предлагаемой заметки, до противоположности расходится с тем взглядом, которого держится большинство и старинных, и новейших авторитетных ученых.

II

Павлин, как епископ Антиохии. Зинон тирский, как возражение против обычного мнения о времени антиохийского епископства Павлина. Гипотезы Швартца, Дюшена, Тилльмона и ван-Босха о Павлине, как помощника Зинона. Разбор ее: Павлин, как полноправный и влиятельный епископ тирский раньше 325 года по письму Евсевия никомидийского и церковной истории Евсевия кесарийского.

Два, независимых один от другого свидетеля: близкий друг и сотрудник Павлина Евсевий кесарийский8, и арианский историк Филосторгий9 – сообщают нам, взаимно дополняя один другого, что Павлин тирский не до конца своей жизни оставался на тирской кафедре. Сам родом антиохиец и бывший антиохийский пресвитер, он незадолго до смерти (за 6 месяцев или немного более) переведен был в Антиохию и умер в сане епископа антиохийского. И с этим вполне согласуется и тот факт, что в хронике Иеронима и у других позднейших авторов, и в списках антиохийских епископов, в числе антиохийских епископов 1-й половины IV века, упоминается и Павлин10.

Но когда же именно Павлин тирский занимал антиохийскую кафедру? Кто был его предшественником на ней и кто преемником?

Евсевий не называет по имени ни предшественника · ни преемника Павлина, и из его слов видно только то, что, когда Евсевий писал свои книги против Маркелла, Павлина уже давно не было в живых.

Филосторгий не только называет по имени преемника Павлина Евлалия, который по Феодориту был одним из арианских епископов, поставленных в Антиохии по низложении св. Евстафия; но и упоминает Павлина в числи тех 22 епископов, qui ab Ario steterunt на никейском соборе11.

Отсюда обычно и заключают, что Павлин тирский был на антиохийской кафедре преемником св. Евстафия и принимал деятельное участие в его низложении. При мотивировке этого взгляда, однако ученым историком приходится встречаться прежде всего вот с каким затруднением:

Если Павлин тирский переведен был в Антиохию только по низложении св. Евстафия, то он – современник самого начала арианского спора – очевидно занимал эту кафедру непрерывно от начала спора и по год низложения св. Евстафия. Между тем св. Епифаний кипрский имел под руками сборник посланий св. Александра александрийского, числом около 70-и, и одно из них было адресовано Ζήνωνί τινι ἀρχαίῳ ἐν Τύρῳ12. И с этим сообщением вполне гармонирует и тот факт, что и в сохранившихся списках отцов никейского собора епископом тирским является тоже Зинон, а не Павлин13.

Спрашивается: куда же девался в 324–5 году Павлин тирский, если и Александр александрийский писал послание Зинону тирскому, и на соборе в Никее присутствовал тоже Зинон? Какую роль играл при Павлине этот Зинон или же Павлин при Зиноне?

Новейшую попытку решить это затруднение, представляемое ходячим мнением о времени антиохийского епископства Павлина, дает Эдуард Швартц, которому вторит и корифей французской церковно-исторической науки Л. Дюшен.

«Зенон» – говорит Швартц в примечании к приведенным у него словам св. Епифания haer. 69. 4 – «и в Никее подписался как епископ тирский, как показывают списки. Твердого свидетельства за то, что Павлин до 325 года был епископом, не имеется: ни Евсевий никомидийский не называет его так, ни Евсевий кесарийский в посвящении 10-й книги церковной истории; места 10, 41.23 могут быть столь же хорошо отнесены и к Зенону» 14.

«В крайнем случае для этого можно бы сослаться на Савина [у Созом. 1 1511] в связи с местом в письме Александра [у Феодорита I 434], а также на то, что Арий в письме № 1» [по счету Швартца] «называет его вместе с несомненными епископами; но это можно объяснять так, что Павлин, который был пресвитером в Антиохии, дан был в помощь престарелому Зенону, фактически правил тирскою общиною и заступал место Зенона на палестинском арианском соборе» 15.

«Возможно даже, что он еще при жизни Зенона носил титул епископа. Такие случаи, не говоря уже об известном примере Августина, находятся в списке египетских епископов, который сообщает Афанасий в 19-м пасхальном послании, и насмешливое замечание Александра οὐκ οἶδ’ ὅπως ἐν Συρίᾳ χειροτονηθέντες ἐπίσκοποι τρεῖς относится вероятно сюда» 16.

«После никейского собора, когда Зенон умер, Павлин был во всяком случае единственным и полноправным епископом (Eus. с. Marc. I, 42 Philost. 3, 15) тирским» 17.

Дюшен18 называет Павлина епископом тирским en disponibilité (причисленным, сверхштатным), и думает, что и во главе антиохийской церкви он находился некоторое время только как administrateur provisoire. О том, какую роль играл Павлин при Зиноне, Дюшен определенно не высказывается.

Изложенная гипотеза Швартца не представляет чего-либо совершенно нового в научной литературе. Оно высказано было еще в XVII веке знаменитым Тилльмоном19 и принято болландистом ван-Босхом (Boschius)20.

Нельзя сказать, чтобы попытка Швартца вновь аргументировать это предположение отличалась особой убедительностью, как это может показаться при поверхностном чтении. Кто даст себе труд – по цитатам Швартца – навести справки в источниках, тот увидит, что с вопросом о епископстве Павлина тирского дело стоит как раз наоборот, чем выходит по Швартцу. Что в начале арианского спора и даже раньше Павлин был полноправным и влиятельным епископом тирским, это – факт, не подлежащий никакому сомнению. Напротив, не то что епископство, но и самое существование Павлина около 330 года, не имеет за себя решительно ни одного свидетельства в первоисточниках и покоится только на произвольных комбинациях ученых.

Ни Евсевий никомидийский, ни Евсевий кесарийский не называют Павлина прямо «епископом». Это конечно правда. Но при этом Швартц совершенно, упускает из вида, что епископы в посланиях к другим епископам и вообще никогда не называли их епископами. Но и адрес и самое содержание послания Евсевия никомидийского к Павлину не оставляет ни малейшего сомнения в том, что Павлин в это время был таким же полноправным епископом, как и его «брат» – Евсевий кесарийский, и даже более уважаемым и влиятельным, чем Евсевий.

«Владыке моему Павлину Евсевий о Господе радоватися.»

Τῷ δεσπότῃ μου Πανλίνῳ Εὐσέβιος ἐν κυρίῳ χαίρειν.

Вот – адрес этого послания.

Мыслимо ли, чтобы в IV веке какой-нибудь епископ в письме к какому ни наесть уважаемому пресвитеру или хотя и епископу-викарию наименовал его своим «владыкою»? То бесспорно, что Евсевий до известной степени унижался, называя Павлина своим владыкою, даже и в том случае, если Павлин был настоящим и единственным епископом тирским. Ведь сам он был такой же епископ-митрополит Вифинии, как и Павлин – епископ-митрополит Финикии. Но такое наружное (часто только словесное) самоунижение в письмах от равных к равным представляет собою вполне обычное явление и в древности и в настоящее время. Но в письмах от высших к низшим, в особенности от епископов к пресвитерам такое возвеличение адресата было недопустимо. Как ни уважал епископ какого-нибудь выдающегося пресвитера, в письме к нему он мог самое большее наименовать его только своим «сопресвитером» или «сослужителем», но не «владыкою».

Далее, в начальных словах послания Евсевий никомидийский прилагает тот же титул «владыка мой» и к Евсевию кесарийскому.

«Ни владыки моего Евсевия» – пишет он – «ревность об истинном слове предана молчанию, но достигла и до нас, ни твое молчание, владыка».

Οὔτε ἡ τοῦ δεσπότου μου Εὐσεβίου [кесарийского] σπουδή, ἡ ὗπὲρ τοῦ ἀληθοῦς λόγου παρεσιωπήθη, ἀλλ’ ἔφθασεν ἕως καὶ ἡμῖν, οὔτε ἡ σοῦ ἐπὶ τούτῳ σιωπὴ δέσποτα.

«И, как это было и естественно, о владыке моем Евсевии, мы возрадовались, о тебе же опечалились, предполагая, что и молчание такого мужа будет для нас плохо (вредно)».

καὶ ὡς ἦν ἀκόλουθον ἐπὶ μὴν τῷ δεσπότῃ μου Εὐσεβίῳ εὐφράνθημεν. ἐπὶ δὲ σοὶ λοιπούμεθα, στοχαζόμενοι καὶ τὴν σιωπὴν ἀνδρὸς τοιούτου ἥτταν ἡμῖν εἶναι.

«Владыкою» своим Евсевий называет потом и Александра александрийского21.

Следовательно, «великий» Евсевий никомидийский, по-видимому имел такое обыкновение: называть епископов в письмах к ним «владыками». И у других современных Евсевию епископов IV века, хотя они обычно величали других епископов «братьями» или «сослужителями», встречается по крайней мере в обращениях к выдающимся епископам и титул δεσπότης. Так, напр., называет Филогоний Александра александрийского в подписи под его τόμος’ом, а сам Александр в заголовке сохранившегося отрывка томоса – Мелития севастопольского. Но может быть и Евсевий никомидийский прилагал титул δεσπότης не к всем епископам, а только к выдающимся. Павлин тирский, Евсевий кесарийский и Александр александрийский были в его глазах «владыками» не только, как равные с ним по положению, но и как старшие его и по летам, и по времени занятия митрополичьих кафедр (может быть даже и вообще по времени хиротонии). Евсевий никомидийский, преемник на никомидийской кафедре Евстолия, присутствовавшего на анкирском и неокесарийском соборах, по-видимому только незадолго до возникновения арианского спора перебрался из Вирита в Никомидию, и может быть и в самом Вирите был епископом недолго. Павлин же едва-ли не был непосредственным преемником епископа-мученика Тиранниона, пострадавшего в диоклитианово гонение22; и Евсевий кесарийский, если и сделался епископом по окончании гонения23, то все же вскоре по окончании и раньше перемещения Евсевия в Никомидию.

Что Павлин был епископом чрезвычайно влиятельным, доказывает и выражение «ἀνδρὸς τοιούτου» и все дальнейшее содержание послания к нему Евсевия.

Опечаленный молчанием Павлина, Евсевий призывает его, «знающего, что не прилично мужу разумному иное мыслить [чем говорят и пишут другие, т. е. Александр александрийский] и умалчивать истину», «начать писать о том, принося пользу и себе» и другим24.

Далее, изложив главные положения своего (лукиановского) учения о Сыне25, которые должны были служить для Павлина как бы программою, в каком духе он должен был высказаться, Евсевий в заключение письма просил Павлина исследовав это «по присущей ему от Бога благодати,» «поспешить написать владыке моему Александру» и выражает уверенность, что если он напишет ему, то «обратит его» 26.

Это заключение евсевиева письма опять не оставляет никакого сомнения в том, что Павлин в это время был епископ, и епископ уважаемый и влиятельный, не какой-то там викарий. Простого пресвитера или епископа-викария Александр, как это должен был понимать и Евсевий, не послушался бы, каким бы уважением этот пресвитер или епископ-помощник ни пользовался в Антиохии.

Письмо Евсевия к Павлину, как замечает сам Швартц27, вместе с письмом Ария к Евсевию (где тоже упоминается Павлин) относится к самому началу арианской агитации.

В самом деле, письмо к Павлину показывает, что положение дела еще не выяснилось окончательно. Евсевий еще надеется, что письмо Павлина наставит Александра на путь истинный, и церковная смута закончится.

Следовательно, Павлин был тирским епископом, и епископом более даже уважаемым и влиятельным, чем ученый Евсевий кесарийский, при самом возникновении арианского спора. – Но он был таковым еще и до начала спора.

Посвящая Павлину 10-ю книгу своей «Церковной истории» Евсевий называет его ,,ἱερώτατέ μοι Παυλῖνε»28.

Не доказывая, что Павлин в это время был епископом, это выражение во всяком случае нисколько не говорит и за то, что он был только пресвитером.

Но в той же 10-й книге Церковной Истории Евсевий приводит свой собственный панегирик при освящении нового храма в Тире, сказанный εἰς πρόσωπον τἀ πάντα ἀρίστου καὶ θεοφιλούς ἐπισκόπου. Панегирик этот надписывается:

ΠΑΝΗΓΥΡΙΚΟΣ ΕΠΙ ΤΗΙ ΤΩΝ ΕΚΚΛΗΣΙΩΝ ΟΙΚΟΔΟΜΗΙ

ΠΑΥΛΙΝΩΙ ΤΥΡΙΩΝ ΕΠΙΣΚΟΠΩΙ ΠΡΟΣΠΕΦΩΝΗΜΕΝΟΣ.

А в самом панегирике Евсевий обращается к Павлину с такими словами:

συ τε, ὦ νέον ἁγιου νεὼ θεοῦ σεμνολόγημα, γεραιρᾷ μὲν φρονήσει παρὰ θεοῦ τετιμήμενε, νέας δὲ καὶ ἀκμαζουσης ἀρετῆς ἔργα πολυτελῆ καὶ πράξεις ἐπιδεδειγμένε, ᾧ τὸν ἐπὶ γῆς οἰκον αὐτος ὁ τὸν σύμπαντα κόσμον περιέχων θεὸς δείμασθαι καὶ ἀνανεοῦν Χριστῷ τῷ μονογενεῖ καὶ πρωτογενεῖ δὲ αὐτοῦ λόγῳ τῇ τε ἁγίᾳ τούτου καὶ θεοπρεπεῖ νύμφῃ γέρας ἐξαίρετον δεδώρηται29.

Эта речь произнесена была Евсевием – по Гарнаку – «не позднее 315 года», «вероятно в 314 г.», – по Швартцу – около 317 года30. Следовательно, уже в это время Павлин был не только полноправным, но и престарелым епископом тирским.

Но если старец-епископ нуждается в помощнике, то в таковые ему выбирают не другого старца, а человека сравнительно молодого.

Предполагать же вместе со Швартцем, что Евсевий разумеет здесь не Павлина, а Зинона, т.е. заподазривать точность сохранившегося надписания панегирика, можно бы было только располагая на то принудительно вескими основаниями. А их не только не имеется, но и все говорит за то, что, если Евсевий кесарийский говорил речь какому-то епископу тирскому, то это мог быть только Павлин. Ведь именно Павлину, как этого не оспаривает и Швартц, Евсевий посвятил 10-ю книгу своей церковной истории31. И по его же просьбе написаны им и ему посвящены 4 сочинения по географии Палестины (и вообще Библии)32.

Об отношении же Евсевия к Зинону тирскому нам решительно ничего не известно. – 0 нем он не упоминает вовсе ни в Церковной Истории, ни в других своих сочинениях. Но этого вероятно не случилось бы, если бы Зинон был действительно преемником Тиранниона и предшественником Павлина.

Что на палестинском соборе (у Созомена I, 15 11) Павлин тирский принимал участие, как полноправный епископ, в этом не может быть никакого сомнения. Созомен ведь не даром и здесь и в II, 19 ставит его имя на первом месте: он был очевидно председателем этого собора. Но пресвитер, заместитель епископа или епископ-викарий, каковы бы ни были его личные качества, в то время не мог быть председателем собора, тем более, что собор состоялся не в Тире, а вероятно в Кесарии, и председательствовать должен бы был на нем Евсевий. Честь, предоставленная здесь Евсевием Павлину, понятна лишь в том случае, если Павлин был именно тот старец, которому Евсевий говорил свой панегирик в 314–317 гг.

И если Зинон действительно, как это предполагают Швартц, Тилльмон и Ван-Босх, уже в 320–4 гг. был так стар и немощен, что нуждался в помощнике, который присутствовал за него и на палестинском соборе, то как же объяснить то, что этот якобы дряхлый старец, для которого даже и путешествие в Кесарию или Антиохию было тягостно, является сам на собор в далекую Никею, а не посылает туда своего заместителя33. Если допустить, что сам Зинон не был решительным сторонником Ария и сначала полагался на Павлина, потом разуверился в нем и сам поехал в Никею, то как объяснить его отсутствие на православном антиохийском соборе [324 года]? Ведь Павлин свое направление достаточно выказал на соборе палестинском. И если Зинон стал решительно на сторону Александра, то как он мог допустить, что Павлин стал его преемником?

Таким образом, попытка Швартца показать, что Павлин тирский до 325 года мог быть и не настоящим и единственным епископом тирским, а только епископом-викарием престарелого Зинона или даже только пресвитером, управлявшим тирскою церковью, оказывается совершенно несостоятельною. Если что стоит твердо о Павлине, так это то, что он был полноправным и влиятельным епископом Тира в 316–323/4 гг.

III

Был ли Павлин жив около 330 года? – Павлин, как «давно умерший» в 335–336 гг. по книгам Евсевия против Маркелла. Филосторгий о Павлине и Евлалии в передаче Фотия и Свиды.

Посмотрим теперь, как стоит дело с епископством Павлина после никейского собора, около 330 года?

Швартц в доказательство того, что Павлин в то время был полноправным и единственным епископом тирским, ссылается на двух свидетелей: Евсевия и Филосторгия.

Но Eusebii, Contra Marcellum 1, 42 Швартц привлекает в свою пользу по какому-то недоразумению. Это место в самом лучшем случае нисколько не подтверждает его предположения, если не прямо опровергает его. Вот что пишет Евсевий34 [о Маркелле].

Ἄρτι μὲν γὰρ πρὸς Ἀστέριον τὴν ἀντίρρησιν ποιεῖται [Маркелл] ἄρτι δὲ πρὸς Εὐσέβιον τὸν μέγαν [никомидийского]. [n. 2] Kai ἔπειτα ἐπὶ τὸν τοῦ Θεοῦ ἄνθρωπον, τὸν ὡς ἀληθὦς τρισμακάριον [вариант: τρισμακάριστον], τρέπεται Παυλῖνον, ἄνδρα τιμηθέντα μὲν τῆς Ἁντιοχέων ἐκκλησίας πρεσβείῳ, διαπρεπώς τ' ἐπισκοπευοντα τῆς Τυρίων, οὕτω τε ἐν τῇ ἐπισκοπῇ διαλάμψαντα, ὡς τὴν Ἀντιοχέων ἐκκλησίαν ὡς οἰκείου ἀγαμοῦ μεταποιηθῆναι αὐτοῦ. Ἀλλὰ καὶ τοῦτον μακαρίως μὲν βεβιωκότα, μακαρίως δὲ ἀναπεπαυμένον, πάλαι τε κεκοιμημένον, καὶ μηδέὲ αὐτῷ διενοχλοϋντα, ὁ θαυμαστὸς οὗτος συγγραφεὺς σκώπτει.

Две книги против Маркелла написаны Евсевием в 335–6 гг. 35.

И уже в это время Павлина, по словам Евсевия, давным-давно не было в живых. От Евсевия мы узнаем и краткое curriculum vitae Павлина: сначала он был антиохийским пресвитером, потом стал епископом тирским и так «просиял» в епископстве, что Антиохия как свое собственное благо οἰκεῖον ἀγαθόν [следовательно, Павлин был вероятно антиохиец родом] опять взяли его к себе, т.е., как разъясняет это Филосторгий, он переведен был при конце жизни на антиохийскую епископскую кафедру.

О том, когда же именно Павлин стал епископом тирским и когда потом перешел в Антиохию, Евсевий не говорит ясно, не называет по имени ни его предшественников, ни преемников на этих кафедрах. Вся вероятность, однако за то, что это было не около 330 года, а гораздо раньше. Для того, чтобы «просиять в епископстве», требуется время: каких-нибудь 3–4 лет для этого недостаточно (даже и для самого талантливого человека). А между тем, если Павлин сделался епископом тирским только после 325 года, то он был им не более 4 лет: О человеке, умершем после 330 года, Евсевий едва ли сказал бы, что он «давно почил».

Гарнак36 относит кончину Павлина к 328–9 году, не приводя оснований. Совершенно бесспорно, по-моему, что Павлин умер никак не позднее этой даты. Но полный смысл выражение «πάλαι κεκοιμημένον» имеет в том случае, если Павлин умер лет за 10 до того, как Евсевий писал свои книги против Маркелла. Давно умершим он был ведь и в то время, когда сам Маркелл писал ту свою книгу, которую опровергает Евсевий: иначе упоминание о том, что Павлин «давно почил» в полемике с Маркеллом, не имело бы смысла. Но мало того Павлина не было в живых еще в то время, когда писал в защиту арианства софист Астерий, с которым полемизировал Маркелл в своей книге37, так как и Астерий называл его «блаженным Павлином», μακάριον – как в то время принято было называть умерших.

Далее Евсевий наделяет Павлина такими почетными эпитетами («человек Божий», «воистину треблаженный»), что нужно допустить, что это был епископ выдающийся. Но Павлин несомненно не был плодовитым писателем, следовательно, прославился не столько литературными трудами, сколько практической деятельностью. Само собою напрашивается предположение, что епископ тирский, о котором речь у Евсевия Ц. И. 10, 4, и есть никто иной, как Павлин, хотя бы даже об том и не говорила надпись панегирика. Следовательно, и Eus. с. Marc. I, 4, 12 вполне благоприятствует тому выводу, что Павлин был епископом тирским уже в 316–317 гг. и был, вероятно, непосредственным преемником епископа-мученика Тиранниона. И эти слова Евсевия, таким образом, вполне гармонируют с приведенными выше местами из писем Ария и Евсевия никомидийского, и церковных историй Созомена [= Савина] и самого Евсевия кесарийского и подтверждают вывод, что Павлин в эпоху возникновения арианского спора и даже раньше был самостоятельным и единственным епископом тирским; но вовсе не подтверждают предположения Швартца, что он сделался или только оставался таким после никейского собора.

Нисколько не противоречит упомянутому выводу и нисколько не доказывает того, что хочет доказать им Швартц, и цитуемое им место из Филосторгия 3, 15. У Филосторгия (который по своему догматическому направлению, как известно, принадлежал к числу строгих ариан-аномиев) здесь идет речь собственно не о Павлине, а об Аетии, известном основателе секты аномиев и учителе Евномия; и это место дошло до нас в двух редакциях: более полной у Фотия, и более краткой, но с важными вариантами, у Свиды.

У Фотия Филосторгий рассказывает, что Аетий, родившийся в Килисирии, рано лишился отца – военного чиновника, имение которого после его смерти было конфисковано, и впал в бедность; поэтому Аетий сделался золотых дел мастером и этим ремеслом прокармливал себя и свою мать. Затем он обратился к литературным занятиям и прежде всего стал слушать Павлина, только что переведенного из Тира в Антиохию.

ἐπὶ τἀς λογικὰς ἐπιστραφῆναι μαθήοεις καὶ Παυλίνου μὴν ἀκροάσασθαι πρότερον, ὅς ἐκ τῆς ἐφορείας Τύρου εἰς τὴν τῆς Ἀντοχείας μετέθη.

Этим занятиям он и посвятил себя всецело, когда умерла его мать. Аетий сделался выдающимся диалектиком и тем возбудил против себя зависть. Но пока был жив Павлин, эта зависть не имела силы. Когда же спустя 6 месяцев [не вполне ясно, после чего: после ли перемещения Павлина в Антиохию, или же после того как к нему пришел туда Аетий] Павлин умер и вместо него антиохийскую кафедру занял Евлалий, пришедшая в силу зависть побудила Евлалия антиохийского прогнать Аетия.

ἀλλἀ μέχρι μὴν ὁ Παυλῖνος ἔζη, τὴν ἰσχὺν ὁ φθόνος παρηρεῖτο∙ ἐπεὶ δὲ ἐκεῖνος μετὰ μῆνας ἐξ ἀπεβίω, ἀντ’ αὐτοῦ δὲ Εὐλάλιος τὸν θρόνον εἶχεν, εἰς τὴν αὐτοῦ δύναμω ἐπανελθὼν ὁ φθόνος, κινεῖ τὸν Εὐλάλιον τῆς Ἀντιόχειας, τὸν Ἀέτιον ἀπελάσαι.

Аетий удалился в Аназарв и там снова принялся за ремесло золотых дел мастера, не упуская, однако случая показать и свой диалектический талант. В Аназарве он слушал епископа-лукианиста Афанасия, который объяснял евангелистов. Оттуда Аетий удалился в Тарс и сделался там слушателем другого лукианиста Антония, который был тогда еще пресвитером, и объяснял послания апостола [Павла]. У Антония Аетий пробыл довольно долгое время, ἱκανὸν αὐτῷ συνδιέτριβε χρόνον, τὴν τοῦ πρεσβυτέρου τάξιν πληροῦντι. Когда же Антоний стал епископом (ἔφορος), то Аетий снова возвратился в Антиохию и слушал там лукианиста-пресвитера [впоследствии епископа] Леонтия, объяснявшего пророков, в особенности же Иезекииля.

Таким образом, и сообщение Филосторгия в передаче Фотия вполне гармонирует с Eusebii Contra Marcellum I, 4, 2. Филосторгий не упоминает только о том, что Павлин до епископства в Тире был пресвитером антиохийским. Но это и естественно, раз Аетий, о котором ведет речь здесь Филосторгий, учился у Павлина уже в то время, когда он сделался антиохийским епископом. Но за то Филосторгий дополняет Евсевия двумя важными подробностями:

а) Епископом антиохийским Павлин был очень недолго: по-видимому, всего 6 месяцев.

б) Его преемником на антиохийской кафедре был Евлалий.

Но в какое именно время занимал Павлин антиохийскую кафедру, до никейского собора, или после него, об этом и Филосторгий в передаче Фотия не говорит ни слова. Та, однако подробность, что по Филосторгию Аетий слушал Антония тарсского, когда этот был еще только пресвитером, не позволяет относить антиохийское епископство Павлина к слишком позднему времени, так как Аетий учился у него довольно долгое время, и возвратился в Антиохию еще когда Леонтий был пресвитером, следовательно, до 344 года; а раньше после Павлина слушал Афанасия аназарвского. К сожалению, определить точно время, когда Антоний сделался епископом тарсским, невозможно. Несомненно, только то, что это было после 325 года: на никейском соборе присутствовал Феодор, епископ тарсский, только что возведенный на тарсскую кафедру, преемник Лупа, присутствовавшего на анкирском и неокесарийском поместных соборах и на антиохийском соборе 324 года, умершего след. в самом конце 324 – начале 325 года38.

Это конечно не доказывает, что Антоний сделался епископом тарсским долго спустя никейского собора. Феодор ведь мог сделаться епископом тарсским и в очень преклонном возрасте, или же умереть молодым. – В списках епископов антиохийского собора около 333 года, издавшего 25 канонов, с именем того или другого епископа тирсского мы не встречаемся вовсе. Феодор (תאודורם = Θεόδωρος) № 8 сирского списка в codex Parisinus 62 39 есть, как доказывает латинский список – епископ уасадский (Οὐασάδων) в Исаврии, присутствовавший и на никейском соборе (№ 184 в. Index restitutus Гельцера), или же Феодор, епископ сидонский в Финикии (№ 43 в Index restitutus Гельцера)40. В пользу того предположения, что Антоний стал епископом намного раньше Леонтия, вскоре после никейского собора, можно сослаться на тот факт, что Филосторгий41, перечисляя учеников мученика Лукиана, называет в числе их καὶ Λεόντων, τὸν ὕστερον γεγονότα τῆς Αντιόχειας ἐπίσκοπον, καὶ Ἀντώνιον τὸν Ταρσού τῆς Κιλικίας; и хотя тот же Филосторгий приписывает Антонию вместе с Леонтием честь, что оба они сохранили в неповрежденном виде благочестие, ἀπαράτρωτον τὴν εὐσέβειαν διασώσασθαι λέγει; но в истории арианского спора мы с Антонием тарсским, как не то что выдающимся, но и сколько-нибудь заметным деятелем не встречаемся. Не значит ли это, что он довольно рано сошел со сцены, что к 343-му, может быть даже к 335-му, году его уже не было в живых? С этим предположением вполне гармонирует и тот факт, что ничего не знаем мы и о предшественнике Антония Феодоре тарсском42. В преемнике «мужа апостольского» Лупа тарсского, сменившем его в эпоху полного торжества православия, когда антиохийский собор 324 года разгромил партию восточных защитников Ария, мы вправе предполагать убежденного никейца. Между тем в числе жертв евсевианских интриг имя Феодора не упоминается. Не значит ли это, что кафедра тарсская перешла от Феодора к Антонию совершенно мирным путем, после смерти первого, еще до начала евсевианских интриг против виднейших никейцев?

В передаче Свиды о пребывании Аетия у Павлина и Евлалия говорится таким образом:

καί δῆτα συγγίνεται Παυλίνῳ, ἀρτίως ἀπὸ Τύρου εἰς Ἀντιόχειαν ἀφικομένῳ ἔτι κατὰ τοὺς Κωνσταντίνου χρόνους, τούτου ἠκροάτο, πολλὴν ἐπιεικῶς φαίνων τῆς ἀσεβείας [так! это уже конечно переделка в православном духе сообщения Филосторгия, который мог говорить не об ἀσέβεια, а только об εὐσέβεια Аетия] τὴν ῥώμην εἰς τάς πρὸς τοὺς διαφορουμένους ζητήσεις, καὶ οὐχ ὑποστατός ἤδη τοῖς πολλοῖς ἦν. ἐπεὶ δὲ Παυλῖνος ἐτεύλνήκει, Εὐλάλου τρίτου καὶ εἰκοστού ἀπὸ τῶν ἀποστόλων ἔχοντος τὸν θρόνον, πολλοί τῶν ὑπὸ τοῦ Ἀετίου ἐλεγχομένων, δεινόν ποιησάμενοι πρὸς ἀνδρὸς δημιουργοῦ καὶ νέου κατὰ κράτος ἐλαύνεσθαι, συστάντες ἐξήλασαν αὐτὸν τῆς Ἀντιόχειας, ἐξελαθεὶς δὲ εἰς Ἀνάζαρβον ἀφικνεῖται.

Нетрудно убедиться, что и у Свиды, как и у Фотия, мы имеем дело только с сокращенной [а отчасти и искаженной, исправленной в православном духе] передачей рассказа Филосторгия, а не с подлинным его текстом. У Свиды рассказ об Аетии даже короче, чем у Фотия (у Фотия 102 строки в ed. Valesii 1679 г., у Свиды 25 строк, след. вчетверо меньше). По интересующему нас вопросу у Свиды опущено замечание о том, что Павлин по переходе в Антиохию, или после того, как к нему пришел Аетий, жил только 6 месяцев. Но в других отношениях Свида дополняет Фотия.

1) Он сообщает, что, когда Аетий пришел в Антиохию к Павлину, последний только недавно, ἀρτίως, переведен был сюда из Тира. Следовательно, если даже «6 месяцев» у Филосторгия относятся только к пребыванию Аетия у Павлина, и в таком случае последний все же ненамного дольше 6-и месяцев был антиохийским епископом, – менее года во всяком случае.

2) У Свиды Филосторгий говорит, что Павлин перешел в Антиохию «еще во время Константина». Но для вопроса о времени епископства Павлина эта подробность безразлична, так как не подлежит никакому сомнению, что он был епископом антиохийским при Константине. Если же кто вздумает упирать на ,,ἔτι», и в этом словечке усмотрит доказательство, что Павлин был антиохийским епископом в последние годы царствования Константина, следовательно после 325 года, то очень легко показать всю ненадежность такого аргумента. «Ἔτι» имеет здесь совсем другое значение. – Аетий, как это, конечно, хорошо знал Филосторгий, и вероятно, и его первые читатели, как видный церковный деятель, глава партии аномиев, выдвигается около 357 года, одновременно с опубликованием 1-й сирмийской формулы («сирмийского манифеста», как называл ее Гуоткин), следовательно, уже в конце царствования Константия. До того времени Аетий был величиною незаметною в ряду арианских деятелей. Филосторгий, сам из числа аномиев, описывая жизнь Аетия, основателя этой секты, и передает своим читателям, что Аетий еще задолго до 357 года, еще при Константине, слушал в Антиохии Павлина и вел там блестящие диспуты. Было ли это в конце или в начале царствования Константина, из слов Филосторгия не видно. Но

3) у Свиды Филосторгий передает, что Аетий даже и при Евлале был еще «молод», νέος (след. не старше 44 лет, но может быть и гораздо моложе). Следовательно, ничто не препятствует думать, что у Павлина Аетий был за 33 года до 357 года, в 324 году: если Аетий родился, допустим, в 300 году, то в 324-м году ему было 24 года, в 357-м – 57 лет.

4) Евлал, по Свиде, был 23-м епископом антиохийским от времен апостолов. Это сообщение, которое Филосторгий взял конечно не от «ветра главы своея», а из какого-то списка антиохийских епископов, очень важно для оценки списка антиохийских епископов в хронике Иеронима и других позднейших списков.

Таким образом, и Филосторгий не подтверждает того, что нужно Швартцу; и из его слов не видно ясно того, что Павлин был полноправным и единственным епископом тирским в эпоху после никейского собора и только после никейского собора. О никейском соборе Филосторгий, как и Евсевий, не говорит в данном месте ни слова. Да и сам Павлин интересует его только как епископ антиохийский; о тирском же его управлении он не сообщает ни единого факта. – А некоторые подробности его рассказа говорят скорее против Швартца, чем в его пользу.

За предположение, что Павлин тирский на антиохийской кафедре был преемником св. Евстафия, говорит по-видимому только то сообщение Филосторгия, что преемник Павлина на этой кафедре был Евлалий (Евлал).

Чтобы разобраться в вопросе, насколько и это сообщение доказывает то, что им хотят доказать, необходимо привести все сохранившиеся известия о том, какие епископы занимали антиохийскую кафедру от начала арианского спора и до тирского собора 335 года [что в 335 году Павлина тирского уже не было в живых, этого не оспаривает никто].

IV

Вопрос о преемниках св. Евстафия. Сообщения Константина в., Георгия Лаодикийского. Сократа, Созомена и Феодорита. Список Иеронима и другие позднейшие. Загадочный Роман. Выводы. На чем покоится обычное мнение о Павлине, как преемнике св. Евстафия? Мнение Валуа и разбор его: после отказа Евсевия кесарийского антиохийскую кафедру занял не Павлин, а Евфроний.

Хорошо известно, что при возникновении арианского спора епископом антиохийским был Филогоний – строгий антиарианин, которого Арий заносил в число 3-х «еретиков-неучей». Но к 325 году Филогония уже не было в живых. На никейском соборе присутствовал антиохийский епископ Евстафий, бывший епископ верийский. Как к Филогонию антиохийскому, так и к Евстафию верийскому св. Александр александрийский обращался с посланиями аналогичными с Ἡ φίλαρχος43.

Но вскоре после никейского собора Евстафий по интригам евсевиан был низложен, и антиохийская кафедра перешла в руки ариан. – Но на вопрос о том, кто был непосредственным преемником св. Евстафия, историки отвечают далеко не одинаково.

Из вполне достоверного источника – из сохранившихся в Eusebii De vita Constantini III, 61, 62–63 двух писем императора Константина: 1) к Евсевию кесарийскому ,,Ἀνέγνων πληρέστατα» и 2) к Феодоту [лаодикийскому], Феодору [ираклийскому? сидонскому? уасадскому?], Наркиссу [нерониадскому], Аетию [лиддскому], Алфию [апамийскому] и прочим епископам сущим в Антиохии» Ἄνέγνων τἁ γραφέντα, мы знаем, что в это время [вскоре по низложении св. Евстафия, но неизвестно: непосредственно ли после этого события] кафедра антиохийская по желанию как народа [антиохийского], так и самого императора Константина предложена была самому Евсевию – ученому митрополиту кесарийскому. Но он отказался от этой чести, ссылаясь на церковный канон44, т. е. видимо на 15-ое правило 1-го вселенского собора, воспретившее переходы епископов с кафедры на кафедру45. За это Константин в. признал Евсевия достойным быть епископом всей церкви46, и предложил собравшимся в Антиохию епископам избрать на антиохийскую кафедру или Евфрония пресвитера Кесарии каппадокийской, или Георгия пресвитера арефусского, доставленного во пресвитеры еще Александром александрийским [это известный впоследствии Георгий, епископ лаодикийский, один из вождей омиусианской партии]47.

Кто именно поставлен был в этот раз епископом антиохийским, Евсевий не сообщает. Но об этом мы имеем свидетельство другого современника, одного из самих кандидатов на антиохийскую кафедру, предложенного Константином в., Георгия лаодикийского. В своем похвальном слове, ἐγκώμιον, Евсевию емисскому, которое имел под руками Сократ [и Созомен?], Георгий рассказывает, что Евсевий был в Антиохии как раз в то время, когда Евстафий, оклеветанный Киром верийским в савеллианстве, был низложен. После этого Евсевий жил некоторое время в Антиохии вместе с преемником Евстафия – Евфронием; но потом, избегая священства, удалился в Александрию, и в Антиохию возвратился уже при преемнике Евфрония Флакилле48.

Этого Евфрония Сократ и Созомен и считают поэтому первым преемником св. Евстафия, с тою разницею, что по Созомену Евфроний хиротонисован был сразу же по получении в Антиохии письма Константина в.49; по Сократу же по низложении св. Евстафия кафедра антиохийская вдовствовала 8 лет и только после этого поставлен был Евфроний50.

Таким образом, Сократ и Созомен не знают, как антиохийских епископов ни Павлина, ни Евлалия. За Евстафием у них следует кандидатура Евсевия кесарийского, и затем прямо Евфроний, и за ним Флакилл. – Преемником Евстафия считал Евфрония и Феодор мопсуестийский51.

Более подробные сведения об арианских преемниках св. Евстафия дает антиохиец Феодорит. – По его словам первым по низложении св. Евстафия поставлен был Евлалий; но он вскоре умер. После этого хотели перевести Евсевия палестинского; но после того, как он и сам уклонился от этого, и «император» этому «воспрепятствовал», поставили Евфрония. Но и он прожил только год и несколько месяцев, после чего кафедра антиохийская перешла к «Флакиту» (Флакиллу)52.

Полный список антиохийских епископов 1-й половины IV века, начиная от Тиранна и кончая Мелетием, сохранился в хронике Иеронима. По его словам, после Тиранна 20-м епископом антиохийским поставлен был Виталий, после него 21-м Филогоний, которому преемствовал 22-й – Павлин; после него 23-й Евстафий. Когда же он за веру отправлен был в ссылку, антиохийской церковью завладели ариане «до настоящего дня» [т. е. до того времени, как писал Иероним] т. е. Евлалий, Евсевий, Евфроний, Плакилл, Стефан, Леонтий, Евдоксий, Мелетий, Евзоий, Дорофей, снова Мелетий. Времена их (годы правления), как замечает Иероним, он потому не приводил, что считает их скорее врагами Христа, чем епископами53.

Antiochiae post Tyrannum XX ordinatur episcopus Vitalis. Post quem XXI Filogonius. Cui successit XXII [vicesimas secundus] Paulinns. Post quem XXIII [vicesimus tertius] Eustathius. Quo in exsilium ob fidem truso, usque in praesentem diem, Arriani ecclesiam occupaverunt, id est Eulalius, Eusebius, Eufronius [Eufronius Eusebius A.], Placillus, Stefanus, Leontius, Eudoxius, Melitius [F. Meletius], Euzoius, Dorotheus, rursum Melitius [св. Мелетия антиохийского Иероним – сторонник Павлина, как известно, считал арианином]. Quorum idcirco tempora non digessi, quod eos hostes potius Christi quam episcopos judicem.

Можно пожалеть о том, что Иероним не пожелал отметить в своей хронике годы правления антиохийских епископов, и тем лишил нас возможности определить с точностью и самый год низложения св. Евстафия. Но нельзя не видеть, что он имел в своем распоряжении полный список антиохийских епископов с отметою их лет правления и – что особенно важно в данном случае – со счетом их, начиная от времен апостолов. И это предположение вполне подтверждается тем фактом, что такой же, как у Иеронима, список (с именем Павлина между Филогонием и Евстафием) сохранился и у целого ряда позднейших хронистов и писателей, не только западных, но и восточных54.

Но мало того, по меньшей мере один такой список сохранился и отдельно в одной из флорентийских рукописей после церковной истории Евсевия. Единственное важное отличие этого списка от списка Иеронима состоит в этом, что 22-й антиохийский епископ в нем называется не Павлином, а Романом. Подобный же список, очевидно, имел под руками и Созомен: и у него предшественник св. Евстафия называется Романом55.

Никита Хониат, у которого сохранился и Павлин, как преемник Филогония, ставит, однако между Павлином и Евстафием и Романа. Однако место, занимаемое этим Романом во флорентийской рукописи, не оставляет, по-моему, никакого сомнения в том, что под этим «Романом» как во флорентийском списке, так и у Созомена, скрывается все тот же Павлин56.

Феодорит не знает ни Павлина, ни Романа и считает св. Евстафия непосредственным преемником Филогония57.

Мы обладаем таким образом довольно противоречивыми известиями о преемстве антиохийских епископов от Филогония до Евфрония. Согласовать эти известия и составить точный, не вызывающий никаких возражений, список антиохийских епископов за это время, не особенно легко.

Для наглядности сопоставляю имена антиохийских епископов этого времени по Иерониму, Филосторгию, Сократу, Созомену и Феодориту в виде таблицы:

Иероним

Филосторгий Феодорит

Сократ

Созомен

21.

Philogonius

― Φιλογόνιος

22.

Paulinus

22. Παυλῖνος ―

Ῥωμανός

23.

Eustathius

― Εὐστάθιος

Εὐστάθιος

Εὐστάθιος

Eulalius

23. Εύλάλιος Εύλάλιος

Eusebius

― [Εὐσέβιος]

[Εὐσέβιος]

[Εὐσέβιος]

Euphronius

― Εὐφρόνιος

Εὐφρόνιος

Εὐφρόνιος

Отсюда видно, что

1) Павлин ни у одного из авторов не называется преемником св. Евстафия: не только у Иеронима, но и у Созомена [если исправить его «Романа» в Павлина] он является наоборот предшественником Евстафия.

2) Евлалий только у одного Филосторгия оказывается непосредственным преемником Павлина; но Иерониму же и Феодориту он был первым преемником св. Евстафия.

Сократ и Созомен совсем не знают Евлалия и по низложении Евстафия прямо ставят кандидатуру Евсевия кесарийского. И в этом случае на их стороне оказываются и Георгий лаодикийский и Феодор мопсуестийский.

Таким образом на вопрос: кто был первым преемником Евстафия на антиохийской кафедре возможно три ответа: 1) Евфроний (авторитеты – Георгий лаодикийский, Феодор мопсуестийский, Сократ, Созомен), 2) Евлалий (авторитеты – Иероним, Феодорит) и 3) Павлин (авторитет – Филосторгий?).

Бесспорный перевес древних авторитетов, следовательно, на стороне 1-го и 2-го предположений.

Однако и старинные, и новейшие ученые, комбинируя сообщения Феодорита и Филосторгия, обычно принимают за факт, что первым преемником Евстафия был именно Павлин тирский, за ним следовали Евлалий и Евфроний, потом Флакилл. Предполагается, что Феодорит почему-то опустил Павлина. Но так как у Филосторгия Павлин является по-видимому непосредственным предшественником Евлалия, который и по Феодориту и по Иерониму был преемником Евстафия, то отсюда и делают вывод, что, следовательно, Павлин был первым преемником Евстафия, опущенным Феодоритом и всеми другими в виду кратковременности его правления.

Из старинных ученых представителями такого взгляда являются Валуа58, Тилльмон59, и ван-Босх60, из новейших Гарнак61, Швартц62, Дюшен63, Каваллера64 и у нас в России В.В. Болотов65 и А.А. Спасский66.

При этом Валуа даже и кандидатуру Евсевия кесарийского (вопреки всем древним авторам) ставил раньше перемещения Павлина из Тира на антиохийскую кафедру67.

Но тут Валуа как будто упускает из вида, что император Константин, в том самом месте, на которое он ссылается, предлагает в качестве кандидатов на антиохийскую кафедру двух пресвитеров: Евфрония и Георгия, «и других» каких отцы антиохийского собора «найдут достойными епископского достоинства»; следовательно, отказывается от мысли перевести в Антиохию кого-либо из выдающихся епископов. А в письме к Евсевию кесарийскому Константин прямо ссылается на «апостольский и церковный канон», следуя которому Евсевий пожелал остаться епископом той церкви, в которой по воле Божией сначала принял епископство68.

После этих писем императора [и письмо его к Евсевию едва ли осталось неизвестно собравшимся в Антиохии епископам], Павлину ли тирскому [если он был жив в это время] или кому другому из епископов было бы уже невозможно согласиться перейти на антиохийскую кафедру – это значило бы оказаться в глазах императора нарушителем апостольского и церковного канона. Приходилось волей-неволей выбирать в антиохийские епископы – простого пресвитера. Поэтому, думаю, стоит твердо то положение, что после отказа Евсевия кесарийского епископом антиохийским выбран был не Павлин тирский.

Относительно Евлалия мы не имеем сведений, был ли он возведен на антиохийскую кафедру из епископов, или из пресвитеров, и, следовательно, не невозможно, что Феодорит и Иероним ошиблись, помещая его между Евстафием и Евсевием, что отцы антиохийского собора, низложившего св. Евстафия, выбрали сначала – вопреки указанию Константина в. – не Евфрония, а Евлалия. Но это предположение и недоказуемо и невероятно. Помещая отказ Евсевия пред Евфронием Феодорит сходится не только с Иеронимом, но и с Георгием лаодикийским, Феодором мопсуестийским, Сократом и Созоменом. И едва ли можно допустить, чтобы собравшиеся в Антиохии «придворные епископы», получив письмо императора с указанием двух кандидатов на антиохийскую кафедру, не выбрали ни одного из них, а предпочли им нового кандидата. Поэтому нужно считать высоко вероятным и то, что после отказа Евсевия кесарийского – перейти в Антиохию, епископом антиохийским выбран был согласно указанию императора Евфроний.

Поэтому новейшие ученые: Каваллера, Дюшен, Швартц69 и др. обычно предполагают, что антиохийская кафедра предложена была Евсевию кесарийскому не сразу по низложении св. Евстафия, а спустя год или более, и на этот промежуток времени между низложением Евстафия и кандидатурою Евсевия и падает епископство Павлина и Евлалия.

И по-видимому это вполне возможно. Павлин был епископом антиохийским 6 месяцев (или немного больше), Евлалий, быть может, и того меньше. Собор антиохийский и в это время (как потом в 338–342 гг.) мог продолжаться более года. И у Евсевия (вопреки заявлению Валуа) в de vita Constantini и в самых письмах Константина в. нет ясного указания на то, что Евстафий только что низложен, и Антиохия после его низложения не имела еще ни одного епископа. И те беспорядки в Антиохии, о которых говорит Евсевий, не возникли ли именно потому, что одного епископа низложили, а два его преемника один за другим умерли после кратковременного правления? В этом не только убежденные сторонники св. Евстафия, но и многие из числа нейтральных естественно могли увидеть перст Божий, карающий евсевиан за низложение св. Евстафия, и кандидатура Евсевия могла быть выдвинута именно потому, что он, как человек умеренного направления, более других способен был умиротворить взволнованную смутами антиохийскую церковь70.

Словом, с этой гипотезой дело стояло бы прекрасно, если бы против нее не говорили 1) Зинон тирский, существование которого 324–5 гг. засвидетельствовано св. Епифанием и списками никейских отцов и 2) список антиохийских епископов блаж. Иеронима. – Как решают ученые, в частности Швартц, 1-е возражение мы уже видели71. Посмотрим теперь, как отделываются они от авторитета Иеронима.

V

Попытки отделаться от Иеронима. Павлин послания «филиппопольского» собора и Созомена. Мнение о нем Валуа, Тилльмона и ван-Босха. Он не был епископом антиохийским. Кто такой был этот Павлин?

Новейшие авторитетные ученые Дюшен и Швартц разделываются с Иеронимом очень легко. Просто противопоставляют ему [мнимый] авторитет Филосторгия, который якобы очень точен, и очевидно предполагают, что имя Павлина в списке Иеронима очутилось не на месте по какому-то недосмотру.

Дюшен72 пишет: «Каталоги епископов антиохийских согласуются» между собою в том, что «помещают прежде Евстафия или после [но какие же именно каталоги помещают Павлина после Евстафия? Насколько они древни и авторитетны? есть ли между ними хотя один равный по значению с каталогом Иеронима? – Я – признаюсь – не знаю ни одного каталога, в котором бы имя Павлина стояло после имени Евстафия] некоего Павла или Павлина, которому они приписывают 5 лет епископства73; св. Иероним в своей хронике имеет также некоего Павлина и отмечает его раньше Евстафия74» [с точки зрения Дюшена это несомненная ошибка Иеронима. Но при этом не сделано ни малейшей попытки выяснить, насколько вероятна такая ошибка у этого ученого пресвитера, жившего долго на востоке и имевшего полную возможность достать точный список антиохийских епископов]. «Феодорит (I 21) не говорит об нем. Филосторгий (III, 15) очень точен» [однако этот якобы очень точный историк в число лиц, qui ab Ario steterunt на никейском соборе, заносит лиц давно умерших!] «он помещает Павлина непосредственно пред Евстафием и говорит, что он умер после шести месяцев управления»75.

Таким образом вся аргументация Дюшена, если не считать голословной ссылки на списки антиохийских епископов с именем Павла или Павлина после Евстафия, основывается на авторитете Филосторгия.

Несколько иначе пытается обосновать тоже самое предположение Э. Швартц.

«Твердо стоит» – говорит он76 – «чрез подписи под томосом Александра и никейские списки, что Евстафий следовал за Филогонием, далее, что Павлин кафедру тирскую переменял на антиохийскую, но спустя 6 месяцев после этого умер и заменен был Евлалием, наконец, что преемником Евфрония был Флаккилл, который принимал участие на тирском соборе 335 года».

«Следовательно ошибочно, если Феодорит I, 21, 1 опускает Павлина и заставляет Евстафия следовать непосредственно за Евстафием; напротив правильно, что он связывает отказ Евсевия с возникшею вследствие смерти Евлалия вакантностью кафедры» 77.

«Сильнее запутан порядок у Иеронима (олим. 277, 1): Филогоний, Павлин, Евстафий, по его изгнании «ариане» Евлалий, Евсевий, Евфроний, Флаккилл; здесь Павлин фальшиво причислен к православным и поставлен прежде Евстафия, далее сосчитан и Евсевий, хотя он никогда не был епископом антиохийским» 78.

«Верные даты получаются только чрез предположение, что на место низложенного Евстафия вступил Павлин, ему преемствовал Евлалий и по его смерти возгорелся спор, который закончился избранием – по повелению императора – Евфрония» 79.

Таким образом Швартц отмечает 1) одну бесспорную ошибку у Иеронима (в число антиохийских арианских епископов, он занес Евсевия кесарийского, который на деле был только кандидатом на антиохийскую кафедру), и 2) ссылкою на τόμος Александра и никейския подписи пытается обосновать то положение, что Евстафий был непосредственным преемником Филогония.

Если первое возражение Швартца особенно важного значения для данного вопроса не имеет, и устранить его не трудно (арианскими антиохийскими епископами Иероним, как он сам говорит, особенно не интересовался, и Евсевий у него попал в число их как кандидат и может быть временный заместитель кафедры), то 2-е из них заслуживает более серьезного внимания. Конечно для тех, кто не имел случая подробно ознакомиться со взглядом Швартца на историю начала арианского спора, эта ссылка на подпись Филогония под τόμος’οм Александра не имеет никакого значения и способна вызвать только недоумение. Ведь и без этой подписи хорошо известно, что арианский спор начался при Филогонии, и он успел заявить себя решительным сторонником Св. Александра. Но дело в том, что, по обычному мнению, начало арианского спора относится еще к тому времени, когда императором восточной половины империи был Ликиний; но по мнению Швартца спор возгорелся только после окончательной победы Константина над Ликинием (18 сент. 323 г.80), и так как рассылка τόμος’а относится не к самому началу спора, то для Павлина между Филогонием и Евстафием, по его хронологии, не остается места.

По моему мнению, это предположение Швартца ошибочно: я не вижу возможности все события от начала спора и до никейского собора уместить в те 21 месяц, которые протекли от победы Константина над Ликинием (18 сент. 323 г.) и до открытия никейского собора (19 июня 325 года). Но для доказательства этого потребуется особое исследование. Во всяком случае и Швартц, как и Дюшен, не пытается выяснить, каким же образом у Иеронима Павлин очутился не на месте и даже превратился из арианского епископа в православного. И тот факт, что у Иеронима Павлин называется 22-м епископом от апостолов нисколько не интересует ни Дюшена, ни Швартца.

Гораздо серьезнее относились к списку Иеронима старинные ученые: Валуа, Тилльмон и ван-Босх. Они вовсе не думают, что «Павлин» «22-й» епископ в списке Иеронима есть Павлин тирский, ошибочно поставленный не на месте. Они не предполагают такой неточности у Иеронима. По их мнению, в Антиохии в первую половину IV века (следовательно, не считая известного Павлина антиохийского, рукоположенного Люцифером калариским) было два епископа с именем Павлина: один преемник Филогония и предшественник Евстафия, другой преемник Евстафия. Этот последний, не упоминаемый Иеронимом, есть епископ тирский; первый же не имеет с ним ничего общего; он никогда не был епископом тирским; и по своему догматическому направлению был не арианин, а строго православный епископ.

Гипотеза об этом православном Павлине антиохийском, преемнике Филогония, покоится не столько на списке Иеронима и других сродных ему, сколько на следующем темном месте в послании восточных отцов сердикского («филиппопольского») собора 343 (342?) года.

Перечисляя вины Осия кордубского, которого они низложили, восточные, между прочим, пишут81.

Et quod convixerit in Oriente cum sceleratis ac perditis. Turpiter namque Paulino quondam episcopo Daciae individuus amicus fuit, homini qui primo de maleficiis fuerit accusatus et de Ecclesia pulsus, usque in hodiernum diem in apostasia permanens cum concubinis publice et meretricibus fornicetur, cujus maleficiorum libros Macedonius episcopus atque confessor a Mopso combussit. Sed et Eustasio et Quimatio adhaerebat pessime et carus fuit, de quorum vitae infamia turpi dicendum nihil est: exitus enim illorum eos omnibus declaravit.

Это послание восточных конечно принял в свою Συναγωγὴ συνόδων Савин ираклийский, и Созомен, имевший под руками это собрание, по своему обычаю кратко резюмирует приведенное место в таком виде:

Ὅσιόν τε τὸν ὁμολογητήν [καθεῖλον – οἰ ἀπὸ Ἀνατολῆς] – – καὶ ὅτι φίλος ἐγένετο Παυλίνῳ καὶ Εύαταθίῳ τοῖς ἡγησαμένοις τῆς Ἀντιοχέων ἐκκλησίας82.

Таким образом Paulinus episcopus Daciae латинского перевода этого послания является у Созомена как Павлин антиохийский.

Неизвестно, на основании ли только Созомена или же по какой-либо неизвестной рукописи Валуа, первый обративший внимание на это сообщение, читал и у Илария вместо Daciae – Antiochiae83.

Вот этого то Павлина, который имел у себя какие-то «магические книги», которые исповедник Македоний, епископ мопсуестийский, сжег; который был за эти книги низложен; но еще и в 342–3 г. был жив и был в дружеских отношениях с Осием кордубским, – этого загадочного Павлина Валуа и отождествляет с Павлином в списке Иеронима, не смотря на то, что позднейшие писатели: Никифор, Зонара и Никита отождествляют этого последнего Павлина с Павлином тирским84.

Тилльмон находит приводимое Валуа основание за существование этого Павлина «очень значительным» (une raison très considérable), хотя вообще, по его мнению, «трудно поверить, чтобы в одной церкви почти в одно и то же время существовали два епископа с одним и тем же именем»85 и никто из древних авторов не полагал в данное время (20-е–30-е годы IV в.) два Павлина антиохийских.

Указывая на то, что в тексте у Илария вместо Paulinus Antiochiae стоит в действительности Paulinus Daciae, Тилльмон, однако находит, что, хотя бы предлагаемая Валуа конъектура и не опиралась ни на одну из рукописей, она достаточно авторизована показанием Созомена, которое значит больше, чем рукописи86.

Такого же взгляда держится и Boschius, с тою разницею, что увереннее, чем Тилльмон, высказывает то убеждение, что Валуа, сам протестовавший против произвольной замены рукописных чтений, имел под руками какую-то рукопись, в которой на место Daciae стояло Antiochiae87.

По моему мнению, прежде чем поверить в существование этого Павлина антиохийского, отличного и от Павлина тирского и от Павлина, противника св. Мелетия, ученые должны бы поставить вопрос, для чего требуется предполагать его существование? Вносит ли гипотеза трех Павлинов хотя какой-либо свет в темный вопрос о Павлине и Зиноне тирских?

В действительности этот Paulinus Antiochiae-Daciae не только ничего не объясняет, но и сам представляет собою неразрешимую загадку, если согласиться с Валуа, что правильно чтение «Antiochiae» (и под этой Antiochia разумеется великая Антиохия сирийская). Этот Павлин, который по словам восточных отцов сердикского собора 343 (342) г. был «неразлучным другом», individuus amicus, Осия кордубского, хотя и был низложен за maleficium, очевидно был человек строго православного образа мыслей. И низложили его, следовательно, евсевиане, а не православные. Но в таком случае он не мог быть предшественником св. Евстафия. Раз его низложили ариане, то и его преемник был бы тоже из числа евсевиан: лукианист или – по меньшей мере – левый оригенист, а никак не «савеллианин» Евстафий. А если бы арианам удалось сначала низложить Павлина, но потом в Антиохии взяли верх православные, то для этих последних не было надобности переводить в Антиохию Евстафия из Верии: они могли бы восстановить Павлина. Если же Павлин низложен был не по интригам евсевиан, а самими православными, то ни Осий, и никто другой не стали бы после того обращаться с ним, как с другом.

Епископом тирским этот загадочный Павлин во всяком случае никогда не был: нельзя же считать возможною такую случайность, что в данное время было два Павлина епископа тирских, и оба они переведены были из Тира в Антиохию. Поэтому для вопроса о Зиноне тирском этот Павлин послания отцов восточного сердикского собора 343 (342) года не дает ничего.

В виду этого приобретает значение и то указанное уже Тилльмоном возражение88 против гипотезы Валуа, что нет надобности увеличивать без нужды число лиц с одинаковым именем и титулом. В. В. Болотов в своей статье «День и год мученической кончины св. евангелиста Марка»89, касаясь вопроса о тождестве Иоанна Марка племянника Варнавы с евангелистом Марком, говорит:

«во всяком случае теоретическое правило «simplex veri signum» в данном случае принимает вид «non sunt multiplicandi Marci"".

В применении к данному случаю это правило приходится перефразировать так:

«Non sunt multiplicandi Paulini, episcopi Antiochiae».

Существование двух Павлинов, епископов антиохийских есть конечно совершенно бесспорный факт, равно как и существование двух Зинонов тирских. Но третий Павлин антиохийский возбуждает подозрение уже тем, что он третий, и чтобы поверить в существование его, требовались бы аргументы более веские, чем приведенное темное место в послании восточных отцов сердикского собора. – В существе дела даже и Павлин тирский в виду своего кратковременного правления не оставил о себе особенно твердой памяти у самих антиохийцев: антиохиец Феодорит совсем не знает о том, что Павлин тирский, письмо к которому Евсевия никомидийского он сохранил для нас, был когда-то и епископом антиохийским. Не знают об этом ничего и Созомен и Сократ. О переходе Павлина из Тира в Антиохию знают только Евсевий и Филосторгий. И, если теперь и Иероним, и позднейшие авторы знают только одного Павлина антиохийского в первой половине IV века, то имеем ли мы научное право отличать этого Павлина от Павлина тирского, о переходе которого в Антиохию сообщают свидетели вполне достоверные?

Поэтому даже и в том случае, если бы чтение Paulinus Antiochiae в послании восточных было бы не только преданным рукописно, но и было бы единственным сохранившимся чтением и не имело бы себе противовеса в виде «Paulinus Daciae», было бы не только можно, но и должно усомниться в точности этого «Antiochiae». Что как епископ антиохийский этот Павлин является и у Созомена, это доказывает только, что так искажено было название кафедры этого «Павлина» в некоторых рукописях послания восточных отцов сердикского собора уже к середине V века, и такая именно рукопись попала в руки Созомена. Суждение Тилльмона, что показание Созомена значит «больше, чем рукописи», мне совершенно непонятно; ведь и Созомен мог иметь под руками только рукопись послания восточных (в Συναγωγὴ Савина?), а не самый оригинал его. А что рукописи, какими пользовался Созомен, далеко не отличались исправностью, доказывает его «Роман», под которым скрывается Павлин.

Кто же скрывается в послании восточных отцов сердикского собора 343(2) года под Paulinus Daciae resp. Antiochiae? – Первая мысль, какая пришла мне в голову, когда я читал это место у Валуа в примечании к Soz. III, 11, была: не есть ли этот загадочный Павлин антиохийский в действительности Маркелл анкирский, имя которого и в письмах Никейских отцов передается в искаженном виде?

Однако это предположение пришлось оставить в виду указания профессора А. И. Бриллиантова, что выражение maleficium и maleficiorum libri есть технический термин для магии и магических книг. Маркелла же, насколько известно, в занятиях магией никто не обвинял. При том же, если Antiochiae могло довольно легко получиться из Ancyrae, то относительно Daciae это довольно трудно допустить: между PAULINUS DACIAE и MARCELLUS ANCYRAE сходства так мало, что происхождение первого чтения из последнего прямо невероятно.

А что чтение «Daciae» более первоначально, чем «Antiochiae», в этом едва ли можно сомневаться. Имя Антиохии, столицы Востока, было слишком хорошо известно, чтобы в ком либо возбуждать сомнение; и при этом вслед за этим Павлином сердикские восточные епископы упоминают и о бесспорном антиохийском епископе Евстафий, имя которого в списках антиохийских епископов следует за именем Павлина. Следовательно, искажение слова Daciae в Antiochiae более понятно, чем обратное явление.

Однако Валуа не без всякого основания заменил Дакию Антиохией. Дакия ведь это – провинция западной половины римской империи («Европы»), единственным представителем которой на никейском соборе был Протоген сердикский, низложенный евсевианами тоже на их сердикском соборе вместе с Осием и уже поэтому нетождественный с Paulinus Daciae их послания. Но восточные отцы этого собора ставят Осию в упрек то, что он «постыдно жил вместе с преступниками и погибшими на Востоке», in Oriente, и первым в числе этих восточных преступников и называют Павлина. Следовательно, этот Павлин был не дакийский – западный, а восточный епископ. За это говорит и тот факт, что его книги сжег восточный киликийский епископ – Македоний мопсуестийский. – Но это не доказывает, что правильно чтение «Antiochiae»: и «Antiochiae» и «Daciae» представляют собою искажение какого-то другого названия. Но какого-же именно? – Предположение, что этот загадочный Павлин был епископом антиохийским – настолько невероятно, что в крайнем случае позволительно было бы здесь успокоиться на простом non liquet: кафедра этого загадочного Павлина нам неизвестна.

В действительности, однако вопрос об этом Павлине допускает решение не столь гипотетическое, как это может показаться с первого взгляда.

Все ученые, которые имели случай высказаться об этом Павлине, по-видимому, упускали из вида, что на никейском соборе присутствовал между прочим Павлин, епископ аданский из Киликии, сосед по кафедре как того самого Македония мопсуестийского, который сжег магические книги загадочного Павлина, так и Лупа и Феодора тарсских90.

Имя Павлина аданского сохранилось решительно во всех списках никейского собора и во всех их, за исключением одного только позднейшего ватиканского, стоит рядом с именем Македония мопсуестийскаго91.

Присутствовал Павлин аданский и на антиохийском соборе 324 года, в списке епископов которого его имя занимает 31-е место92. Но в списках епископов соборов: анкирского, неокесарийского и антиохийского посленикейского (около 333 г.), издавшего 25 канонов, мы не встречаем его имени. В 343 году епископом аданским был уже бесспорно не Павлин. В подписях под посланием восточных сердикских отцов стоит, правда, на 5-м месте подпись некоего Павла: Paulus episcopus opto vos in Domino bene valere. Но отождествлять этого Павла с Павлином аданским нет ни малейшего повода, так как на никейском соборе, присутствовали даже два Павла: Παύλος Ἀναίας в Асии (№ 128 в Index restitutus Гельцера) и Παύλος Ἀπαμῦας (№ 143) во Фригии. – Но на 38 месте, под упомянутым посланием подписался Pison episcopus, а Vanis. Нет повода сомневаться в тождестве этого Писона, название кафедры которого несомненно искажено, с Писоном, епископом аданским, подписавшимся через своего пресвитера Ламидриона (Ламириона) [Πίσων Ἀδάνων διὰ Λαμυδριὦνος πρεσβυτέρου] на 19 месте под посланием антиохийского собора 363 г. к императору Иовиану «Τὴν ἐκκλησιαστικήν εἰρήνην»93. О догматическом направлении этого Павлина возможны одни лишь предположения. Из его соседей по кафедрам Луп тарсский был убежденный и выдающийся поборник православия, тогда как исповедник Македоний мопсуестийский в 40-х годах IV века действовал в рядах евсевиан. Тот, однако факт, что Павлина аданского мы встречаем на антиохийском соборе 324 года позволяет думать, что это был скорее единомышленник «мужа апостольского» Лупа тарсского, чем Македония мопсуестийского. И так как из Ἀδάνων или Adanae очень легко могло получиться как Δακίας [чрез посредство δάκων], Daciae, так и Ἀντοχείας, Antiochiae, то я не вижу ничего неправдоподобного в том предположении, что Paulinus Daciae послания восточных отцов 343 (342) года и есть никто иной, как Павлин аданский. Как убежденный никеец он был вероятно неприятен евсевианам. Один из них, сосед по кафедре Павлина, Македоний мопсуестийский нашел у него какие-то магические книги и сжег их; а самого Павлина за это низложили, но он был еще жив в 343 году. То конечно факт, что нигде Павлин аданский в числе низложенных евсевианами епископов не упоминается. Но наши источники хранят столь же глубокое молчание и о низложении Павлина антиохийского. А между тем низложение епископа антиохийского почти накануне вселенского собора было бы событием более выдающимся, чем низложение епископа аданского (Адана в то время не была митрополией Киликии), когда-то после этого собора. Павлин аданский во всяком слуичае имеет то преимущество пред Павлином антиохийским, что историческое существование его засвидетельствовано списками соборов антиохийского 324 г. и никейского вселенского. Молчание о Павлине аданском напр. Афанасия в.94, помимо предположения, что Афанасий в. не дает полного списка всех низложенных по интригам евсевиан епископов, можно объяснять и тем, что низложение его было проведено так, что и его единомышленникам стало потом неудобно защищать его.

Что Осий кордубский оставался неразлучным другом этого Павлина еще и в 343 г., этого не видно и из слов евсевианского сердикского послания: fuit указывает на прошедшее время: вероятно Осий был дружен с Павлином во время своего путешествия на восток пред никейским собором и на самом никейском соборе.

В конце концов, если кому-либо моя гипотеза о Павлине аданском покажется слишком рискованной, я могу согласиться с тем, что Paulinus Daciae есть неразрешимый х. Сообщение о нем стоит совершенно одиноко. Но отсюда никоим образом не следует, что мы должны – вопреки здравому смыслу – допускать существование православного антиохийского епископа Павлина, низложенного в 324 году. Кто бы ни был этот загадочный Павлин, он к вопросу о Павлине и Зиноне тирских не имеет отношения и не дает ни малейшего основания сомневаться в том, что 22-й епископ антиохийский у Иеронима и в других списках и есть Павлин тирский.

VI

Был ли Зинон тирский в 324–325 гг. «старцем»? Зинон «древний» и Зинон младший.

Теперь необходимо разобраться в вопросе о Зиноне тирскомъ – Швартц едва ли не главное основание в пользу своей гипотезы о Павлине, как епископ-помощник (викарии) Зинона, видит, кажется, в эпитете «ἀρχαιῳ», прилагаемом к Зинону у св. Епифания, понимая его по-видимому в том смысле, что Зинон в 324–5 гг. был уже дряхлым старцем и потому нуждался в помощнике.

На деле этот эпитет имеет иное значение – и значение немаловажное для проверки точности показания св. Епифания и списка никейских отцов.

Слово «ἀρχαῖος» вовсе не значит «старец», а значит только «древний»95.

Александр македонский умер совсем молодым человеком, 32-х лет от роду, и, однако для нас – людей XIX–XX века – он человек древний, ἀρχαῖος. Император австрийский Франц Иосиф дожил до преклонного возраста, и, однако, для нас он вовсе не древний, а новейший, современный государь. – Так и Зинон тирский в 325 году мог быть вовсе не старым, а даже и очень молодым человеком, и, однако, для св. Епифания в отношении к какому-то другому, жившему позже, лицу он был человек древний, ἀρχαῖος.

С кем сравнивал св. Епифаний Зинона – догадаться не трудно. Этот Зинон, отец 1-го вселенского собора, был не последним в IV веке тирским епископом, носившим это имя. Когда св. Епифаний писал свой Панарий, епископом тирским был тоже Зинон, но не тот, к которому писал св. Александр александрийский, и который присутствовал на 1-м вселенском соборе, а другой. Этот Зинон младший тирский упоминается впервые у Созомена96, в качестве одного из членов тианского собора (367 года) вместе с Евсевием кесарие-каппадокийским, Афанасием анкирским, Пелагием Лаодикийским, Павлом емесским, Отреем мелитинским и Григорием назианзским (отцом Богослова). Собор этот был, по Созомену, многочисленный; однако, Зинон назван у него по имени на 4-м месте; следовательно, он был в числе выдающихся его членов – деятелей младоникейской партии. Соборъ тианский по словам Созомена составился из тех епископов, которые еще при Иовиане (на соборе) в Антиохии приняли ὁμοούσιον.

Но имени Зинона тирского нет в числе 27 епископов, подписавших послание антиохийского собора 363 года к императору Иовиану «Τὴν ἐκκλησιαστικὴν εἰρὴνην»97.

Нет имени Зинона и в адресе послания Либерия римского к восточным епископам македонианам «Τὴν ἐκκλησιαστικὴν ὑμῖνχαράν »98.

Следовательно, Зинон сделался епископом тирским уже после 365 года, когда Либерий отправил на восток это послание, и сразу же показалъ себя убежденным никейцем.

Предшественником этого 2-го Зинона был Ураний тирский присутствовавший на селевкийском соборе 359 года в качестве одного из вождей акакиан99.

Василианами он вместе с другими акакианами был низложен100. Кого они поставили на его место, и даже поставили ли кого, неизвестно.

Во всяком случае Зиноне не был поставлен ими. В 360 году омиусианская партия подверглась разгрому: их вожди были низложены и могли фигурировать только как вожди партии, секты, непризнанные гражданского властью, которая еще и на селевкийском соборе была на стороне акакиан: рукоположенный ими на место Евдоксия в Антиохию Аниан был тотчас же схвачен и отправлен в ссылку. Поэтому, если василиане в 359 году и рукоположили кого на место Урания, то после мы все равно не встретились бы с ним, как с законным епископом тирским. Афанасий анкирский и Пелагий Лаодикийский поставлены были самими акакианами на место низложенных ими Василия и Георгия101. – Следовательно, деятельность Зинона в рядах младоникейцев нисколько не доказывает, что он вышелъ из рядов омиусиан.

Впоследствии Зинон тирский был одним из выдающихся сотрудников св. Василия великаго. Он подписался, напр., на 13-м месте в числе 32-х епископов под отправленным на запад 92-м письмом Василия102 [от 372 года].

Строгие никейцы, впрочем, этого Зинона законным епископом тирским (как и св. Мелетия) не признавали, и Павлин антиохийский поставил туда епископом некоего Диодора103. Св. Епифания посвятил этому Диодору одно из своих сочинений104.

По смерти Василия в. мы встречаем Зинона тирского на антиохийском соборе 379-го года [имя его занимает 4-е место в числе 153 епископов этого собора, из которых нам известны только 7]105, и на константинопольском 2-м вселенском соборе 381 года [на 13-ом месте в систематическом, расположенном по провинциям, списке епископов этого собора]106.

Этого Зинона тирского, как выдающагося современного епископа, конечно, хорошо знал и сам св. Епифаний и многие его современники. Вот почему св. Епифаний, когда ему пришлось упомянуть о послании св. Александра александрийского к Зинону тирскому, и считает необходимым прибавить к имени Ζήνωνι – пояснение: τινι ἀρχαίψ, желая этим сказать: «не к тому Зинону тирскому, который всем вам известен, как тирский епископ настоящаго времени, а к другому, древнему».

Следовательно, эпитет «τινι ἀρχαίψ» не имеет того значения, какое придает ему Швартц, не доказывает, что Зинон тирский в 324–5 гг. был преклонным старцем. Но он очень важен тем, что ставит существование этого Зинона в 324–5 гг. выше всякого сомнения. Эта оговорка доказываетъ, что св. Епифаний в своем экземпляре собрания писем св. Александра александрийского действительно прочитал Ζήνωνι, не какое-либо другое сходное имя, что в заголовке этого послания в сборнике [не в самом адресе послания: в адресах кафедры епископов не поименовывались107] прямо было указано, что адресат этого послания есть епископ тирский, и что св. Епифаний, обратив внимание на тождество имени того тирского епископа с именем современного епископа того же города, или сам припомнил, когда был епископом этот древний Зинон, или навел о нем справку.

А, следовательно, и точность списка никейских отцов в данном случае подтверждается самым блестящим образом.

Раз выяснен истинный смысл эпитета «ἀρχαῖος», прилагаемого св. Епифанием к Зинону тирскому, то становится излишним и то, предложенное Тилльмоном, объяснение этого термина, что Зинон назван «древним» потому, что сделался епископом раньше Павлина108; и получается полная возможность видеть в Зиноне просто на просто преемника Павлина. Но в таком случае представляется самым естественным предположение, что на антиохийской кафедре Павлин, как это и стоит у Иеронима и в позднейших списках, был преемником Филогония и предшественником, а не преемником св. Евстафия.

VII

Возможность предположения о Павлине и Зиноне, как епископах двух партий. Нужно ли оно? Не был ли Павлин преемником Филогония? Что доказывает молчание Феодорита о Павлине, как епископе антиохийском? Присутствовал ли Павлин на никейском соборе? Ненадежность сообщений об этом Феодорита и Филосторгия. Когда Евсевий кесарийский писал, посвященную Павлину, 10-ую книгу своей Церковной Истории?. Павлин, как «ученик» Евсевия кесарийскаго. Когда Павлин был в Анкире? Посленикейская полемика Евстафия антиохийского против Евсевия кесарийского, Павлина тирского и Патрофила скифопольского по Созомену – не доказательство, что Павлин был еще жив около 330 года. Молчание о Павлине Георгия лаодикийского, как доказательство, что его не было в живых около 330 года.

Если бы была необходимость во что бы, то ни стало спасать гипотезу, что Павлин тирский переведен был в Антиохию на место Евстафия (не Филогония), то оставалось бы только допустить, что в Тире в 324–5 гг. было одновременно два епископа: Павлин и Зинон; но из них ни один не был епиокопом – викарием другого; а это были епископы двух партий: Павлин – епископ евсевиан – сторонников Ария, Зинон – епископ православных – сторонников св. Александра александрийского.

Можно предположить, что, когда Павлин тирский, по убеждению Евсевия никомидийского, прервал «молчание» и стал решительно на сторону Ария и обоих Евсевиев, значительная часть его паствы, недовольная этим, отделилась и избрала себе в епископы строго-православного Зинона, который и мог быть рукоположен во епископа тирского хотя бы Филогонием антиохийским. В подтверждение такой догадки можно бы сослаться на то, что и самое молчание Павлина, за которое его упрекает Евсевий никомидийский, могло объясняться тем, что Павлин знал настроение своей паствы и некоторое время не решался высказаться за Ария, предвидя смуту. С поставлением Зинона Павлин остался не у дел. Александр прислал свое послание (τόμος?) уже Зинону, и он же присутствовал и на никейском соборе. Но и Павлин присутствовал на этом соборе, как представитель ариан. Но потом, когда Евсевий никомидийский снова приобрел влияние, и Павлин опять признан был законным епископом тирским, Зинон мог быть даже и низложен, или же – проще допустить – умер. После никейского собора такие истории повторялись не раз. Припомним историю Афанасия в. Афанасий в. тоже возвратился в 346 году в Александрию – по смерти каппадокийца Григория.

Неудобство здесь в том, что придется допустить, что или Павлин был низложен еще до никейского собора, или же Зинон не был законным епископом тирским. То факт, что египетские епископы Секунд птолемаидский и Феона мармарикский были низложены еще тем александрийским собором, на котором произнесено было первое формальное осуждение арианства. Но отцы антиохийского собора 324 года не решились низложить трех епископов – сторонников Ария и, ограничившись отлучением их, предоставили окончательное суждение о них «великому и священному собору в Анкире.» При том же и догматическия воззрения Павлина не были так крайни, как воззрения настоящих ариан, каковыми были вероятно и Секунд и Феоно. Но – самое главное – такому предположению противоречат слова Евсевия кесарийского о Павлине109: μακαρίως μὲν βεβιωκότα, μακαρίως δὲ πεπαυμένον, не допускающия мысли, что в жизни Павлина были столь серьезные неприятности. – Если же Павлин не был низложен, то как объяснить присутствие Зинона на никейском соборе?

От этих затруднений можно отделаться таким предположением: Павлин вовсе не был низложен; он только переведен был в Антиохию на место Филогония, и на его место в Тире поставлен Зинон. Но в Антиохии Павлину утвердиться не удалось: православные епископы антиохийского округа (провинции Килисирии) и значительная часть жителей самой Антиохии епископом антиохийским его не признали и выбрали на его место Евстафия верийскаго, вследствие чего Павлин остался епископом только антиохийских ариан. Что было потом. – неизвестно; но можно конечно допустить, что Зинон тирский скоро умер, и Павлин снова вернулся в Тир. Когда потом дела опять приняли благоприятный для евсевиан оборот, они низложили Евстафия и поставили на его место снова Павлина; но он после этого прожил только 6 месяцев. Низложение Евстафия, в таком случае, было местью ему со стороны евсевиан за то, что он вытеснил Павлина. – Жизнь Павлина и в таком случае не была бы столь «блаженною», как ее описывал Евсевий. – Но такая или подобная гипотеза неизбежна, если признать доказанным, что Павлин по антиохийской кафедре был первым преемником св. Евстафия.

Но мы уже видели, что с этим предположением, хотя за него стоят авторитетнейшие ученые, как старинные, так и новейшие, дело стоит не особенно блестящим образом, что преемником Евстафия Павлина не называет никто, а предшественником Евлалия – только один Филосторгий, что Евсевию кесарийскому антиохийская кафедра была предложена несомненно уже по смерти Евлалия; что после отказа Евсевия рукоположен был Евфроний; что этого именно Евфрония, а не Павлина и не Евлалия, называют непосредственным преемником св. Евстафия не только Сократ и Созомен, но и Феодор мопсуестийский и – что особенно важно – Георгий Лаодикийский, который после отказа Евсевия был кандидатом на антиохийскую кафедру вместе с Евфронием; что, по Иерониму, Павлин был преемником Филогония и предшественником св. Евстафия, что на этом же месте ставят Павлина (или Романа) и позднейшие византийские писатели: Феофан, Никифор, Зонара, Никита, которые прямо отождествляют этого Павлина с Павлином тирским; что Швартцу не удалось привести ни одного свидетельства за то, что Павлин был епископом тирским после 325 года.

Не проще ли по всему этому допустить, что Павлин переведен был в Антиохию на место Филогония?

То факт, что антиохиец Феодорит представляет дело таким образом, что св. Евстафий был непосредственным преемником Филогония. Но слова Феодорита в данном случае не имеют решающего значения, так как он и Евлалия считает непосредственным преемником Евстафия, а Павлина знает только как епископа тирского. Следовательно, его список антиохийских епископов во всяком случае имеетъ пробел. И ничто не обязываетъ думать, что этот пробел, пропуск имени Павлина, приходится между Евстафием и Евлалием, а не между Филогонием и Евстафием. Последнее даже более вероятно, чем первое.

Низложение св. Евстафия было событием первостепенной важности в истории антиохийской церкви. Оно состоялось на соборе и вызвало большие волнения. И следствием его было то, что антиохийская кафедра надолго перешла в руки ариан (точнее: антиникейцев). Подробности этого события остались, вероятно, надолго в памяти антиохийцев. Еслибы непосредственным преемником Евстафия был Павлин тирский, человек очень уважаемый и влиятельный среди евсевиан, то и его имя удержалось бы в памяти антиохийцев в связи с низложением св. Евстафия. На деле же мы видим иное: Феодорит, сам антиохиец, родившийся в 393/4 г., тот самый Феодорит, который сохранил для нас письмо Евсевия никомидийского к Павлину тирскому, знает (по имени) антиохийского епископа – арианина Евлалия и называет его первым преемником Евстафия, а о Павлине епископе антиохийским – предшественнике-ли – преемнике-ли Евстафия – ничего не знает! Если Павлин епископом антиохийским был недолго, то ведь тоже самое сообщает Феодорит и об Евлалии. Очевидно Евлалий – известный нам почти только по имени – уцелел в памяти антиохийцев до начала V века в связи с историей низложения св. Евстафия; а о Павлине успели даже позабыть, что он был когда то епископом антиохийским110.

Наоборот исчезновение Павлина из памяти антиохийцев вполне понятно, если он был не преемником, а предшественником св. Евстафия. И Филогоний, и Евстафий оба были епископы строго православные, решительные сторонники св. Александра александрийского. И, если между кончиною первого и возведением на антиохийскую кафедру второго, в Антиохии и происходили какие смуты, и кафедру антиохийскую недолгое время занимал сторонник Ария, то это не имело важных последствий. До низложения епископа антиохийского дело не дошло, и кончилось тем, что в Антиохию переведен был верийский епископ Евстафий, человек одного направления с Филогонием. – При том же в это время (в 323–5 гг.) центром внимания всего христианского мира была Александрия, и отражение александрийских событий в Антиохии не возбуждало особого интереса. А для самих антиохийцев события 323–4 гг. заслонялись более важными событиями около 330 года.

Следовательно, и церковная история Феодорита не только не противоречит предположению, что Павлин тирский занимал антиохийскую кафедру после Филогония, но скорее говорить в пользу его.

Но, если Павлин тирский был преемником Филогония и предшественником Евстафия, то он к 325-му году уже умер.

Но в таком случае, как же объяснить то, что Филосторгий заносит Павлина в число тех, qui ab Агіо steterunt на никейском соборе111, равно как и Феодорит очевидно тоже предполагает, что он присутствовал в Никее?112.

Но раз Феодорит вовсе даже не знал о том, что Павлин тирский при конце жизни занимал антиохийскую кафедру, то какое же имеем мы основание предполагать, что ему известно было время кончины Павлина? Источником всех его сведений о Павлине тирском, как покровителя Ария, были только приводимые им письма Ария к Евсевию и самого Евсевия к Павлину; и он просто на просто предполагает, что все 6 епископов, на которых ссылался Арий в письме к Евсевию, поддерживали его и в Никее. Это предположение, однако, было ошибочно в отношении не к одному Павлину, который успел перейти в Антиохию и умереть раньше, чем собрался никейский собор, но и в отношении к Григорию виритскому и Аетию лиддскому. Эти два епископа присутствовали в 324 году на соборе в Антиохии, который не только самым решительным образом высказался в пользу Александра александрийского и против Ария, но и подверг отлучению трех убежденных защитников Ария на востоке: Феодота Лаодикийского, Наркисса нерониадского и Евсевия кесарийского. Но Григорий и Аетий на этом соборе не остались верными Арию и подписали, хотя, быть может, и не вполне искренно, его постановления113.

В виду этого представляется крайне сомнительным, поддерживали ли они Ария на Никейском соборе, хотя Григория заносит в число Никейских сторонников Ария и Филосторгий. Подпись под постановлением антиохийского собора составляла такой прецедент, что Григорию и Аетию уже неудобно было защищать Ария в Никее: их могли за это уличить в нетвердости своих собственных догматических убеждений. В Никее, правда, отлученные антиохийским собором епископы присутствовали как полноправные члены собора (что было, впрочем, вполне согласно с постановлением антиохийского собора, который и подверг этих епископов только временному отлучению и окончательное решение о них предоставил «великому собору в Анкире», перенесенному теперь в Никею); но и они едвали открыто поддерживали там сторону Ария.

Можно бы конечно предположить, что Филосторгий, как сам арианин, обладал более точными сведениями о том, какие именно епископы были на стороне Ария в Никее. Однако ближайшее ознакомление с его списком этих епископов убеждает, что и его список, хотя и более полный, чем у Феодорита, не может претендовать на историческую достоверность.

В числе епископов, которые будто бы были на стороне Ария в Никее, мы встречаем у него 1) лиц, к 325 году уже умерших, как Василий амасийский (пострадавший в гонение Ликиния)114; 2) таких лиц, которые не только не были сторонниками Ария, но были даже выдающимися поборниками православия, как тот же Василий, затем Мелетий севастопольский, Леонтий кесариекаппадокийский и Лонгиан неокесарийский115.

В виду этого и показание Филосторгия относительно Павлина тирского просто не заслуживает доверия, тем более, что по Никейским спискам в Никее присутствовалъ не Павлин, а Зинон тирский. В показании Филосторгия верно только то, что Павлин был на стороне Ария; о времени же его кончины и Филосторгий не имел точных сведений.

Тилльмон указывал еще одно основание за то, что Павлин тирский пережил никейский собор. Евсевий кесарийский посвятил ему 10-ю книгу своей церковной истории. Между тем он писал свою историю после хроники, которая доведена была Евсевием до 326 года116.

Но сам же Тилльмон прекрасно видел, что этот аргумент не имеет решающего значения, так как Евсевий мог и продолжить свою хронику уже по окончании истории. И кроме того в самой же истории сохранилось указание на то, что она закончена до смерти Криспа т. е. до средины 326 года117.

Однако Тилльмон и в самой истории Евсевия находит указание на то, что она окончена не ранее 325 года: история доходит до победы Константина над Ликивием и выражает радость и всеобщее спокойствие, какие за него следовали, отмечает опубликование различных законов, которые распространяли повсюду доброту, благочестие и великолепие Константина. Евсевий говорит, что счастье, которым теперь наслаждаются христиане, заставило забыть прошедшие бедствия. Все это не могло совершиться в один – два месяца. И вдобавок Евсевий передает об этом как уже о прошедшем. Невероятно поэтому, думает Тилльмон, чтобы Евсевий окончил свою историю раньше начала 325 года, когда Павлин – по хронологии Иеронима – уже умер или по крайней мере был переведен в Антиохию, и Евсевий, посвящая ему свою последнюю книгу, не преминул бы упомянуть об этой перемене и сделать из этого предмет ложной похвалы, как он это делает в книгах против Маркелла118.

Гарнакк тоже полагает написание 10-й книги церковной истории, издание всей истории в 10-и книгах и продолжение хроники до 325 года, между концом 324 и первыми месяцами 325 года119.

В действительности в 10-й книге церковной истории Евсевия не сохранилось никаких указаний на то, что она писана спустя слишком год после окончательной победы Константина над Ликинием. Событием, прошедшим эта победа была уже и в конце 323 – начале 324 года, и Константин и за 2– за 3 месяца имел возможность издать достаточное количество указов в пользу христиан. При том же и 10-ая книга едвали целиком написана Евсевием после 18 сентября 323 года. Большую половину ее (17 страниц из 33-х по издании Швартца) занимает панегирик, произнесенный Евсевием при освящении тирского храма (X, 41–72); далее следуют указы Константина и Ликиния; и уже в самом конце (X, 8–9) Евсевий в виде Anhang’a сообщает о гонении Ликиния и об окончательной победе Константина. Нужно думать поэтому, что и эту книгу Евсевий начал писать еще до начала гонения Ликиния.

Для того чтобы прибавить потом те две главки, которыми заканчивается 10-ая книга (с небольшим 5 стр. по изданию Швартца SS. 395–400), много времени не требовалось. – Посвящение Павлину стоит у Евсевия в самом начале книги (10, 1, 2) и написано, следовательно, может быть еще при Ликинии, когда Павлин несомненно был епископом тирским. Но я не вижу ничего невозможного и в том предположении, что, когда Евсевий закончил 10-ую книгу своей истории, Павлин был уже в Антиохии. Но Евсевий в виду этого не имел даже и особенной надобности изменять что-либо в начале этой книги. Ведь Павлин называется там просто ἱερώτατέ μοι, Παυλῖνε; кафедра же его не названа прямо. И, если современные Евсевию и Павлину читатели и без прямых указаний самого автора могли догадаться, что престарелый епископ тирский, которого Евсевий приветствует в своем панегирике при освящении тирского храма, и есть Павлин тирский, то эти же читатели знали хорошо и то, что Павлин в то время занимал уже не тирскую, а антиохийскую кафедру. Упоминать об этом не в частной истории тирской церкви и не в полемическом сочинении, а в общей истории церкви и при том же еще при жизни Павлина было даже не совсем удобно. Да к тому же у Евсевия кесарийского в 323–4 году для таких детальных изменений и добавлений в своей церковной истории, может быть, просто не оставалось и времени. Ведь на это время падает самый разгар арианского спора, в котором Евсевий принимал столь деятельное участие. Как решительный сторонник Ария он несомненно писал в его защиту и может быть не один раз Александру александрийскому и, вероятно, и ко многим другим епископам. А сколько времени должен был отнять у него созванный им палестинский собор? – Умолчать в церковной истории, раз она оставалась не вполне законченной в октябре 323 года, о таком событии первостепенной важности, как окончательная победа христианского императора Константина над последним из своих языческих противников – Ликинием, после 18 сентября 323 года для Евсевия было невозможно. Но переход бывшего тирского пресвитера Павлина из Тира в Антиохию ничего необычного и замечательного в то время не представлял, и умолчание о нем в церковной истории, посвященной самому же Павлину, было и не необходимо и даже излишне.

В книгах против Маркелла упоминание об этом переходе имело совершенно ясную цель. Тот факт, что Маркелл нападал на такого епископа, как Павлин, который даже и с видной и без того тирской кафедры переведен был на еще более видную антиохийского, безспорно осложнял вину Маркелла. Был повод перечислить все заслуги Павлина, дать его краткое curriculum vitae. И это тем более, что Павлина в это время уже давно не было в живых. В 323–4 году Павлина и как тирского и как антиохийского епископа и без того все хорошо знали.

Что посвящение Павлину 10-й книги церковной истории Евсевия нисколько не противоречит предположению, что Павлина к 325 году уже не было в живых, показывает тот факт, что Франц Овербекк, один из самых выдающихся немецких церковных историков XIX века, специально изучавший вопрос о церковной истории Евсевия и выяснивший план ее, соглашается с Ляйтфутом, что Павлин тирский умер раньше Никейского собора, и в виду этого относит окончание Евсевием его церковной истории ко времени сразу после последних разсказываемых в 10-й книге событий, следовательно к концу 323 или началу 324 года120.

И Швартц, хотя он и не разделяет предположения Ляйтфута о времени кончины Павлина, не ссылается, однако, в доказательство своего собственного мнения о Павлине, на факт посвящения ему Евсевиемъ 10-ой книги церковной истории.

И это нисколько не удивительно. Аргумент Тилльмона не имел бы в глазах Швартца ровно никакого значения, так как, по его мнению, 3-е, предпоследнее, издание церковной истории Евсевия, в котором им впервые прибавлена была 10-я книга [1-е состояло из 8-и книг, 2-е из 9-и], вызвано было ничем иным, как освящением тирской базилики и смертью Диоклитиана (3 декабря 316 г.), и появилось около 317 года121.

До нас не дошло, следовательно, ни одного вполне достоверного свидетельства, что Павлин был епископом тирским в 325 году. Следовательно, показание сохранившихся списков отцов никейского собора, что епископом тирским в 325 году был Зинон, не имеет никакого противовеса в сохранившихся памятниках церковно-исторической литературы IV–V веков.

Мы видели далее, что попытки Швартца доказать, что Павлин был полноправным и единственным епископом тирским около 330 года, не может быть признана удачною. Напротив, приводимое им место из книг Евсевия кесарийского против Маркелла говорит скорее за то, что Павлин умер задолго до 330 года.

Нисколько не говорит в пользу того предположения, что Павлин тирский жил и действовал и после никейского собора, и то, что у Маркелла анкирского122 он как будто оказывается учеником Евсевия кесарийского.

Из письма «великого» Евсевия никомидийского к Павлину видно, что Евсевий кесарийский высказался в пользу Ария раньше Павлина. Едвали можно сомневаться и в том, что Евсевий был учеником Павлина, хотя последний несомненно был старше первого и славился как хороший учитель диалектики – у него учились такие выдающюеся диалектики, как Астерий и Аетий – и как практический деятель. Следовательно, Маркелл имел фактические основания считать Павлина в известном смысле учеником Евсевия кесарийского. И ничто не заставляет думать, что Маркелл имеет в виду какие-то посленикейские письма Павлина, а не то его письмо к Александру александрийскому, какое он написал по просьбе «великого» Евсевия никомидийского. Упоминаемое Маркеллом у Евсевия выше123 письмо Павлина и Швартц отождествляет именно с этим письмом Павлина к Александру. – Равным образом и в Анкире Павлин мог быть и раньше никейского собора. Последнее даже более вероятно, чем первое. До собора он мог посетить Анкиру именно в целях агитации в пользу Ария. В это время он мог и не знать еще, чью сторону примет Маркелл. – Но на никейском соборе дело ариан было проиграно, и агитация в первое время после него стала и безцельною и прямо невозможною. А сам Маркелл вероятно высказался на соборе настолько ясно, что евсевиане могли понять, что он никогда не перейдет на их сторону. А когда евсевиане снова приобрели утраченное влияние, они поставили себе задачей не прямую догматическую пропаганду своего учения, а устранение виднейших защитников никейского символа при помощи разных темных интриг. В это время Павлин едвали стал бы так откровенно называть Сына Божия тварью и вести речь о «новых богах», как это он делал по словам Маркелла. Как совершенно верно замечает Гуоткин124, «обе партии» [и православная, представителями которой были Евстафий антиохийский и Маркелл анкирский, и арианская, в главе которой стояли Евсевий кесарийский, Патрофил скифопольский и софист Астерий] «научились осторожности в Никее. Маркелл отвергал савеллианство и Евсевий избегал араанства». Следовательно, самое описание Маркеллом его разговора с Павлином доказываетъ, что последний был в Анкире раньше никейского собора.

Старинные ученые: Тилльмон, ван Босх, а из новейших Каваллера, приводили еще один аргумент за то, что Павлин тирский был жив около 330 года. Его имя упоминается в связи с историей низложения св. Евстафия у Созомена125. Как на истинную причину низложения св. Евстафия Созомен указывает на то, что он восхвалял никейскую веру и отвращался последователей (τοὺς ἀμφὶ τὸν) Евсевия [кесарийского], Павлина тирского и Патрофила скифопольского, мнению которых следовали восточные «иереи», как мудрствующих по ариански, и открыто обвинял их в этом.

Но из этих слов Созомена никоим образом не следует, что около 330 года Павлин тирский был еще жив.

Евсевий здесь, как видно из текста II части, несомненно кесарийский (не никомидийский): с ним преимущественно полемизировал Евстафий. Речь у Созомена в данном месте идет собственно не о самом низложении Евстафия, а об его причинах. Истинную причину этого события Созомен126 и указывает в полемике Евстафия против восточных епископов –антиникейцев, духовными вождями которых были Евсевий, Павлин и Патрофил, почему Созомен и называет их оί ἀμφὶ τὸν Εὐσέβιον, καὶ Παυλῖνον – – καὶ Πατρόφιλον. Но если Павлин вместе с Евсевием и Патрофилом был авторитетом для восточных антиникейцев, то такое название могло удержаться и по его смерти: Арий умер в 330 году, а название «ариане» для его последователей удерживается и до сих пор. Равным образом и опровергать Павлина Евстафий мог и после его смерти: ведь полемизировал же с ним Маркелл около 335 года, когда его несомненно уже не было в живых.

Мог Евстафий писать против Павлина и при жизни его, будучи епископом верийским; и эта его полемика всетаки могла быть поставлена ему в вину при его низложении. Но – самое главное – следует обратить внимание на тот факт, что как раз эти три епископа: Евсевий, Павлин и Патрофил были главными деятелями палестинского собора, предоставившего арианам право делать богослужебные собрания, о котором сообщает сам Созомен I, 15 (по Савину). Нетрудно понять, что именно по поводу этого собора в Палестине и Сирии и стали говорить об οί ἀμφί Εὐσέβιον, καὶ Παυλῖνον, καὶ Πατρόφιλον. Собор этот был не позже 323 года (Павлин присутствовал на нем еще как епископ тирский). Следовательно, то событие в жизни Павлина тирского, благодаря которому он сделался одним из вождей ариан на востоке, относится ко времени раньше никейского собора. О его деятельности после этого собора и Созомен ничего не знает.

Что, говоря об ἀμφὶ τὸν Εὐσέβιον, καὶ Παυλῖνον – καὶ Πατρόφιλον, Созомен имеет в виду палестинский собор, прекрасно понимает и Швартц127, и, вероятно, поэтому именно и не ссылается на Sozom. II, –19 в доказательство того, что Павлин был жив еще около 330 года. Не ссылается на это место и Дюшен128.

Не доказывая, что Павлин тирский был жив около 330 года, разбираемое место из церковной истории Созомена очень важно в другом отношении. В связи с Sozom. I, 15 оно дает понять, как случилось, что в 324 году на антиохийскую кафедру переведен был строго-православный Евстафий. В лице Павлина евсевиане лишились одного из своих вождей, и было вполне естественно, что при избрании преемника ему верх взяли их противники, сторонники Александра александрийского. Евсевий же кесарийский с Патрофилом скифопольским не имели возможности содействовать избранию желательного для них кандидата уже потому, что не имели на это формального права, как епископы другой провинции, да может быть и не поспели в Антиохию вовремя (Павлин мог умереть неожиданно для них)129.

Но мало того. Можно даже привести и положительный аргумент за то, что Павлина около 380 года не было в живых. До нас сохранилось об этом – хотя и не сразу бросающееся в глаза, но все же достаточно ясное – свидетельство современника – Георгия Лаодикийского, который сам в качестве пресвитера арефусского по низложении св. Евстафия и отказе Евсевия кесарийского был кандидатом на антиохийскую кафедру, и потому должен был хорошо знать, кто был непосредственным преемником Евстафия.

В своем Έγκώμιον Евсевию эмисскому Георгий разсказывал, что Евсевий еще раньше низложения Евстафия слушал толкование Священного Писания у Патрофила скифопольского и Евсевия кесарийского130.

Евсевий, образованный сириец из Едессы, слушать Евсевия кесарийского и Патрофила пришел, конечно, потому, что слава их как выдающихся богословов в то время гремела по всему востоку. Эти два палестинских епископа были из числа тех трех, мнению которых следовали восточные «священники». И оба же они были в числе главарей палестинского собора 323 года. Третьим в компании с ними оба раза является Павлин тирский, к которому сам Евсевий кесарийский относился с таким высоким уважением и которому он посвящал свои сочинения.

Спрашивается, почему же ни Патрофил, ни Евсевий не указали Евсевию эмисскому на Павлина, как на челоека, у которого он тоже многому мог бы научиться? И неужели и сам он в Едессе слышал только об Евсевии и Патрофил и ничего не слышал о Павлине? Можно ли допустить, что Павлин, которого так высоко ставил сам Евсевий кесарийский, нисколько не интересовал его едесского соименника? – И уж если можно допустить (хотя это и мало вероятно), что Евсевию просто не хотелось ехать в Тир, то совершенно непостижимо, почему же он упустил случай послушать Павлина в Антиохии. Ведь он прибыл туда, повидимому, еще раньше низложения Евстафия; и, однако, почему-то он не встретился здесь с Павлином; а жил там вместе уже – предполагается – со 2-м преемником Павлина – Евфронием. Не доказывает ли это, что Павлина в это время уже не было в живых? – Да и сам Георгий Лаодикийский не назвал бы Евфрония просто преемником, διαδεξάμενος, Евстафия, если бы на деле он был только 3-м его преемником после Павлина и Евлалия. Непродолжительное правление заурядного епископа Евлалия еще можно было не принимать в счет. Но об епископе столь выдающемся, как Павлин, нельзя было забыть современнику.

Таким образом, до нас не только не дошло ни одного вполне достоверного свидетельства, которое опровергало бы показание Иеронима и других позднейших авторов и списков антиохийских епископов, что кафедру антиохийскую по смерти Филогония занимал Павлин, а именно Павлин тирский; но это показание находит даже себе подтверждение в авторитетном свидетельстве современника – Георгия Лаодикийского.

VIII

Валуа, как инициатор обычного мнения о Павлине. Представители противоположнаго взгляда: Ле-кьен, Годфруа, Montacutius, Ляйтфут, Гуоткин, Овербекк, Гидулянов. [Мнимый «недосмотр» Ляйтфута по Venables и мнение самаго Venables'а. – Гипотеза С.Л. Епифановича о Павлине «филипопольского» послания и Созомена и разбор ее.] – Значение списка Иеронима (150–151). Павлин, как 22-й антиохийский епископ по Иерониму и Филосторгию. Другие аргументы в пользу Иеронима. Новооткрытое послание антиохийского собора 324 года, как аргумент за то, что предшественником св. Евстафия был не Филогоний.

После всего сказанного нисколько не удивительно, если обычное предположение о Павлине тирском, как 1-м преемнике св. Евстафия на антиохийской кафедре, разделяют не все ученые.

В существе дела инициатором этого обычного взгляда едва-ли не был Валуа131. Он первый обратил внимание на Павлина в послании восточных сердикских отцов и у Созомена и, отождествив его с Павлином антиохийским у Иеронима, так сказать очистил место для Павлина тирского в Антиохии по низложении Евстафия. Взгляд этот, не смотря на авторитетную (но нерешительную) поддержку, оказанную ему Тилльмоном, повидимому, довольно долгое время не пользовался особым доверием в науке. По крайней мере древнейший известный мне представитель противоположного взгляда Ле-кьен, труд которого «Oriens Christianus» вышел в 1740 году, не обнаруживает никакого знания о Paulinus Daciae resp. Antiochiae в послании сердикских восточных отцов и у Созомена, и на основании Иеронима, Евсевия и позднейших авторов смело отождествляет Павлина антиохийского, преемника Филогония, с Павлином тирским, относя кончину его к 324 году132, Зинона же тирского Никейского списка и св. Епифания, хотя в выражении τινι ἀρχαίφ и он видит указание на преклонный возраст Зинона, Ле-кьен считает преемником Павлина133.

Что Павлин тирский был в Антиохии преемником Филогония и умер раньше никейского собора, признавали из старинных ученых Годфруа (Gothofredus)134 и Richardus Montacutius, автор примечаний (не высокого достоинства) к Eusebii, Contra Marcellum135.

И в XIX столетии взгляд этот имел трех авторитетнейших представителей. Это – величайший английский богослов-историк XIX века епископ Ляйтфут, с которым соглашались специалист по истории арианства, тоже англичанин, Гуоткин136 и выдающийся немецкий церковный историк Франц Овербекк (см. прим. 120).

И в XX веке взгляд этот имел одного представителя в лице профессора Гидулянова.137

Авторитет Ле-кьена, Ляйтфута, Гуоткина и Овербекка сам по себе уравновешивал бы в достаточной, хотя, конечно, далеко не полной мере (качественно, но не количественно) авторитет Валуа, Тилльмона, ван Босха, Клинтона, Гарнакка, Лоофса138, Швартца, Дюшена, если бы далее Ляйтфутом не допущены были некоторые довольно важные пробелы в аргументации, восполнить каковые и пытается автор настоящего этюда139.

Подробное рассмотрение всех сохранившихся известий о Павлине тирском-антиохийском привело меня к тому твердому убеждению, что Павлин был вполне законным и единственным епископом тирским в 317–323 гг.; а что он был или оставался таковым и в 325–330 гг., за это не только не сохранилось ни одного вполне достоверного свидетельства, но, напротив, все говорит за то, что его в это время не было в живых. А; следовательно, на антиохийской кафедре он мог быть только предшественником, а не преемником св. Евстафия. Следовательно, Павлин 22-й антиохийский епископ у Иеронима и в других списках и есть Павлин тирский, и место, занимаемое этим Павлином у Иеронима и других, совершенно правильно.

Но список Иеронима и сам по себе имеет очень важное значение в качестве аргумента за то, что Павлин был предшественником Евстафия; и ученые, по моему мнению, поступают крайне опрометчиво, когда не придают значения показанию Иеронима. То верно, что список Иеронима не совсем свободен от ошибок. Он заносит в число антиохийских арианских епископов Евсевия кесарийского, который на деле был только кандидатом на антиохийскую кафедру. Но так как этот Евсевий не во всех рукописях хроники Иеронима занимает надлежащее место между Евлалием и Евфронием, а в некоторых стоит после Евфрония, то позволительно даже поставить вопрос: этот Eusebius принадлежит ли самому Иерониму? Не обязан ли он своим происхождением позднейшему читателю его хроники, который зналъ о кандидатуре Евсевия и отметил его имя на поле хроники, откуда оно потом и попало в текст, но при этом один из копиистов поставил его правильно после Евлалия, другой ошибочно после Евфрония? – Во всяком случае было бы неудивительно, если бы Евсевия кесарийского поставил в число арианских антиохийских епископов сам Иероним. Ведь Евсевий, если и не был антиохийским епископом, то был председателем антиохийского собора, низложившего св. Евстафия, и может быть временно управлял антиохийскою церковью. Но главное: все эти Евлалии, Евфронии, Флакиллы были епископы-ариане. Они не были – с точки зрения Иеронима – законными антиохийскими епископами, и потому, как он и сам дает понять, не особенно интересовали его: он намеренно опускает годы их правления. Поэтому быть может, он заносит в число их и Евсевия кесарийского: с его точки зрения ведь и Евлалий, и Евфроний были только случайными узурпаторами антиохийской кафедры, а не антиохийскими епископами. Поэтому он считал себя в праве и не особенно заботиться о точности их списка. – Но это нисколько не доказывает, что и в списке православных, вполне законных епископов антиохийских (а таковым был и Павлин тирский, если он умер до 325 года) у Иеронима есть важные ошибки. Для доказательства существования таких ошибок ученые должны бы привести более веские основания, чем какие они приводят на деле.

Прежде всего следовало бы оценить тот факт, что из древних авторов только Иероним дает полный список антиохийских епископов для даннаго времени, и только у него мы находим ясный ответ па вопрос, когда Павлин тирский был епископом антиохийским, кто был его предшественником и, кто преемником. Если в последнем случае он расходится с Филосторгием, то нужно еще доказать, что прав Филосторгий, а не Иероним: оба они ведь жили в конце IV века и, следовательно, по древности авторитет их совершенно равен, и если Филосторгия Павлин и Евлалий более интересовали, как епископы-ариане, то по учености Иероним безспорно превосходил Филосторгия; а ошибки Филосторгиева списка арианских епископов на никейском соборе показывают, что его сведения по истории начала арианского спора далеко не отличались точностью.

Можно далее поставить вопрос: занес ли бы Иероним Павлина в число православных антиохийских епископов, если бы он был преемником св. Евстафия? Не доказывает ли уже этот один факт, что Павлин был епископом антиохийским в такое время, когда арианство еще не было признано ересью на вселенском соборе, следовательно, до 325 года, и был преемником мирно почившего Филогония, а не низложенного евсевианами Евстафия? – Преемник Евстафия в число православных епископов у Иеронима не попал бы.

Но особенно важно то, что Иероним называет Павлина 22-м епископом антиохийским, Евстафия 23-м. В этом случае на его стороне в отношении к Павлину оказывается и Филосторгий: и он, по сообщению Свиды, называл Евлала 23-м антиохийским епископом «от апостолов»; следовательно, Павлин, предшественник Евлала, и по его счету был 22-м епископом.

Очевидно, оба они имели в своем распоряжении список антиохийских епископов, в котором велся счет их от времен апостолов, и 22-ое место в нем занимал Павлин. Это доказывает, что Евстафий не был непосредственным преемником Филогония: иначе он, а не Павлин, был бы 22-м антиохийским епископом. А что Павлин, 22-ой антиохийский епископ, есть бывший епископ тирский, а не какой другой Павлин, видно из Филосторгия.

Далее по вопросу о преемнике Павлина, 23-м антиохийском епископе, Иероним и Филосторгий расходятся. Но это и понятно, так как оба они расходились между собой до полной противоположности по своим догматическим убеждениям и взглядам на события в антиохийской церкви в IV веке. Иероним был не только писатель строго-православный, но и, как все западные, держал сторону Павлина 2-го антиохийского в вопросе об антиохийской схизме, а св. Мелетия заносил в число ариан. Филосторгий же был евномианин. Поэтому, если Иероним не признавал законным антиохийским епископом ни одного из преемников Евстафия, то Филосторгий мог не признавать таким самого Евстафия, как низложенного: его имя могло ведь быть исключено из диптихов, как низложенного. Так впоследствии, как известно, поступили с именем св. Иоанна Златоуста.

С местом, отводимым Павлину Иеронимом, вполне гармонирует и сообщение Евсевия кесарийского140, близкого друга Павлина, что этот последний к 335 году [точнее к тому времени, когда писал свою книгу Маркелл анкирский] давно умер, что он блаженно жил и блаженно почил и самому Маркеллу не причинил никакой неприятности. Допустим, что история Филосторгия была бы совсем утрачена, не сохранилось бы и никаких из нее извлечений. Тогда из слов Евсевия всякий ученый сделал бы вывод, что Павлин умер раньше Никейского собора. Если бы Павлин участвовал на соборе, низложившем Евстафия, и был его преемником, то он eo ipso причинил бы и Маркеллу серьезную неприятность, и полемика с ним Маркелла была бы столь же попятна, как и полемика с софистом Астерием; упоминать же о том, что Павлин давно умер, не было бы повода; да и это «давно», πάλαι, было бы неточно. И Афанасий в., насколько знаю, только один раз упоминает Павлина в числе тех, которые писали τά δμοια с oί περί Ἄρειov раньше Никейского собора, πρὸ τοῦ γενέσθαι τὴν ἐν Νικαία αύνοδον141, но ничего не знает об его участии в низложении св. Евстафия.

Что в 325 году Павлина тирского-антиохийского уже не было в живых, доказывает и тот факт, что на никейском соборе присутствовали Зинон, епископ тирский, и Евстафий, епископ антиохийский; для «блаженно почившего» Павлина не остается места, как для законного епископа ни в Тире, ни в Антиохии. – Загадка, представляемая именами Павлина и Зинона, с которой при обычном предположении о времени кончины Павлина ничего не могли сделать и такие ученые, как Тилльмон и Швартц, с точки зрения Ле-кьена, Ляйтфута, Гуоткина, Овербекка и моей решается самым простым образом. Когда, вероятно в конце 323 года, умер Филогоний антиохийский, на его место переведен был из Тира Павлин; епископом же тирским сделался Зинон, который и подписался как тирский епископ в Никее. Но Павлин не дожил до 325 года; летом или осенью 324 года он умер, как вполне законный, всеми признаваемый, епископ антиохийский, и на его место переведен был из Верии св. Евстафий. И можно поставить вопрос: никейский собор, воспрещая своим 15-м правилом переходы епископов с кафедры на кафедру, имел ли в виду одного Евсевия никомидийского? не касалось ли оно в такой же степени и Антиохии, где оба последних епископа переведены были на эту виднейшую на востоке кафедру с других менее значительных?

Что предшественником св. Евстафия на антиохийской кафедре был не Филогоний, а какой-то другой епископ не из единомышленников Евстафия, доказывает и новооткрытое послание антиохийского собора 324 года к Александру, епископу фессалоникскому.

Έλθών γὰρ εἰς τὴν τῶν Άντιοχέων – говорит автор этого послания [думаю сам св. Евстафий] – καὶ ἰδὠν τὴν ἐκκλησίαν λίαν ταραχθήσαν ζιζανίοις διὰ τῆς ἐνίων διδασκαλίας καί στάσεως καλῶς ἕχειν ἔδοξέ μοι μὴ ύπ' ἐμαυτοῦ μόνου τὸ τοιοῦτσν ἀποβληθῆναι καί ἀποστῆναι, ἀλλὰ γἀρ καὶ παρορμῆσαι δεῖν τοὺς ὁμοψύχους ἡμῶν καὶ συλλειτουργοὺς τοὺς μάλιστα γειτονῶντας κ. τ. λ.142

Нетрудно догадаться, что под «плевелами» разумеется здесь арианское учение. Далее отцы собора говорят правда и о нарушении церковных канонов, вызванном тем, что – в дни Ликиния – епископам запрещено было собираться на соборы. Но можно поставить вопрос: и тут св. Евстафий не имеет ли в виду между прочим и то обстоятельство, что ариане приняты были в общение и в Антиохии, вопреки правилам, запрещавшим епископам принимать в общение клириков, низложенных другими епископами?

Но Филогоний был человек строго-православный. Предполагать, что при нем ариане имели значительный успех в Антиохии, нет никаких оснований.

Швартц143 пишет: «Philogonius war zwar rechtgläubig gewesen, aber hatte im Klerus nicht von der Pike aus gedient, sondern war direkt von der Advokatur144 zur Bischofswürde berufen: es klingt vernehmlich aus dem Synodalbrief heraus, dass seine Amtsführung viel zu wünschen übrig gelassen hatte.»

Но «звучит ясно» только для того, кто предполагает, что Евстафий был непосредственным преемником Филогония. В самом же послании имя Филогония не упомянуто. Догадка Швартца – только Notbehelf. Тот факт, что Филогоний прямо из адвокатов сделался епископом, никоим образом не говорит за то, что он был плохим епископом. Св. Амвросий медиоланский был поставлен во епископы прямо из префектов претории; и, однако, в IV веке (за исключением разве Афанасия в.) не было епископа столь влиятельного и столь независимого от гражданской власти, как Амвросий: самого императора Феодосия в. он заставил приносить публичное покаяние за избиение невинных. Но допустим, что Швартц прав, и правление Филогония действительно «оставляло желать многого», и в таком случае можно ли признать вероятным, чтобы собор, состоявшийся вскоре после кончины Филогония – даже, как думает Швартц, для избрания ему преемника –, не нашел доброго слова помянуть почившего, несомненно строго-православного енископа; не упомянул даже о его кончине в послании к «единодушному» епископу фессалоникскому, которого не мог не интересовать вопрос, что же стало с Филогонием, и ограничился только упоминанием об еретических «плевелах» и нарушении церковного закона, допущенных в правление почившего? De mortuis aut bene, aut nihil. Каковы бы ни были недостатки Филогония, как церковного деятеля, под впечатлением его кончины о них естественно было забыть и припомнить, что Филогоний был все же строго-православный епископ, подписавший τόμος Александра и решительно уклонившийся от общения с арианами, в чем повинны были оба Евсевия, Павлин тирский, Патрофил скифопольский и многие другие на востоке. В 323–324 гг. уже и этот один факт имел важное значение, свидетельствовал о твердости догматических убеждений Филогония, о его ревности по вере.

Напротив, и молчание о кончине Филогония, и речь о «плевелах» и нарушении канонов вполне понятны, если св. Евстафий был преемником не Филогония, а Павлина, который еще будучи епископом тирским после некоторого колебания показал себя потом решительным сторонником Ария и был одним из главарей палестинского собора 323 года, сделавшего для ариан больше, чем предшествующий вифинский собор, руководимый Евсевием никомидийским. Конечно, в том же духе действовал Павлин и в Антиохии. У него там учился сам Аетий. И Евстафию по переходе на антиохийскую кафедру пришлось заняться прежде всего искоренением «плевел» еретического арианского учения, посеянных в Антиохии Павлином. С этой целью он и созвал в Антиохию многочисленный – более чем из 50-ти епископов – собор, который одобрил учение св. Александра александрийского, как вполне православное, и осудил учение арианское; составил свое послание с изложением веры, составленном в духе св. Александра и с анафематизмом на арианские положения, и отправил это послание к епископам апостольских кафедр на западе: в Фессалонику и в Рим.

Таким образом гипотеза Ле-кьена – Ляйтфута нашла себе неожиданное подтверждение в документе, открытом только в 1905 году. И этот факт имеет, по-моему, значение не только для вопроса о Павлине-Зиноне, но и для вопроса о подлинности новооткрытого послания. Мне, думаю, удалось показать, что и сохранившиеся известия о Павлине в старых источниках при надлежащей их оценке все говорят за то, что Павлин в Тире был не преемником, а предшественником Зинона, и в Антиохии не преемником, а предшественником Евстафия. И если новооткрытое послание согласуется в этом случае с давно известными свидетельствами, то это не только является новым аргументом за правильность такого взгляда на Павлина, но и ручается за подлинность самого новооткрытого документа.

IX

Вопрос об Евлалии (156–159) и о 8-летнем вдовстве антиохийской кафедры по Сократу.

Но, если Павлин тирский был в Антиохии преемником Филогония и предшественником св. Евстафия, то каким же образом Евлалий антиохийский – по Иерониму и Феодориту преемник св. Евстафия – является у Филосторгия непосредственным преемником Павлина? Когда этот Евлалий был антиохийским епископом, и чем объясняется совершенное молчание о нем Георгия Лаодикийского, Сократа и Созомена?

Сведений об Евлалии сохранилось так мало, и они так противоречивы, что вопрос о нем едва-ли может быть приведен в полную ясность. Даже самое догматическое направление Евлалия не может быть установлено твердо. Иероним и Феодорит заносят Евлалия в число арианских антиохийских епископов; у Филосторгия же он, в отличие от Павлина, является врагом Аетия. Разумеется, это противоречие можно решить таким предположением: Евлалий, может быть, был из числа антиникейцев самого умеренного направления, из числа оригенистов в духе позднейших омиусиан, и потому крайние арианские взгляды, развиваемые Аетием, были ему несимпатичны. Но так, как и Павлин был из числа оригенистов, и, повидимому, не самых крайних левых, и так как Евлалий занимает у Филосторгия то же самое 28-е место, как Евстафий у Иеронима, то можно поставить вопрос: не скрывается под Евлалием у Филосторгия сам Евстафий? Не говорил ли его источник только о недружелюбном отношении к Аегию неназванного по имени преемника Павлина, и только сам Филосторгий навел справку в арианском списке антиохийских епиокопов, из которого Евстафий был исключен как низложенный, и узнав из этого списка, что преемником Павлина был Евлалий, вообразил, что именно Евлалий то и прогнал Аетия из Антиохии? – Но еще труднее решить вопрос о времени епископства Евлалия.

Тот факт, что, по словам самого Феодорита, и правление Евлалия было кратковременно, дает, повидимому, основание думать, что прав Филосторгий, и Евлалий был преемником Павлина и предшественником Евстафия; а Феодорит и Иероним ошибаются, заносят Евлалия в число преемников Евстафия, как епископа-арианина. Но в таком случае было бы непонятно, почему же Иероним Евлалия занес в число арианских епископов, а Павлина в число православных, тогда как оба они занимали антиохийскую кафедру один за другим между Филогонием и Евстафием, до 325 года, до формального признания арианства ересью. – Даже если бы Евлалий был низложен, и тогда Иероним должен был бы занести его в число православных епископов, раз он до своего низложения был единственным и вполне законным епископом антиохийским, каково бы ни было его догматическое направление (по Филосторгию ведь он был даже умереннее Павлина).

Поэтому необходимо допустить, что, если Евлалий действительно стал епископом антиохийским сразу по смерти Павлина, то он был выбран в епископы только антиохийскими арианами, которые естественно остались недовольны избранием св. Евстафия и могли не признать его антиохийским епископом. Следовательно, Евлалий был, может быть, только епископом партии, а не полноправным епископом антиохийским. Поэтому Иероним и занес его в число арианских епископов.

Но возможно и то, что Филосторгий ошибается, и Евлалий был не предшественником и не совместником, а первым преемником Евстафия. Но так как он скоро по избрании умер, то о нем не упоминают ни Георгий Лаодикийский, ни Сократ и Созомен.

Можно даже объединить оба предположения. Можно допустить, что Евлалий уже по смерти Павлина стал епископом антиохийских ариан, но умер еще по низложении Евстафия; следовательно, не был в собственном смысле его преемником. Или же по смерти Павлина Евлалий сделался только главою антиохийских ариан, не будучи рукоположен в епископы, подобно тому, как впоследствии пресвитер Павлин был главою антиохийских евстафиан. В обоих случаях Аетий по смерти Павлина имел бы дело с Евлалием, в первом случае как с арианским епископом, во втором, как с пресвитером, заменяющим епископа; но Филосторгий и в последнем случае мог говорить о нем, как об епископе, потому что впоследствии он несомненно сделался епископом, и его имя занесено было арианами в список антиохийских епископов на 23-е место, сразу после Павлина; но время его хиротонии осталось неизвестно Филосторгию. Если при первом предположении наилучшим образом согласуются сообщения об Евлалии Филосторгия с одной стороны и Иеронима и Феодорита с другой, то второе более правдоподобно с чисто-исторической точки зрения: до 325 года, когда арианство еще не было объявлено ересью на вселенском соборе и имело сильных покровителей, и епископы противоположных партий не решались еще анафематствовать друг друга, антиохийские ариане едва-ли решились бы поставить себе отдельного епископа; такой епископ едва-ли мог рассчитывать на признание со стороны даже обоих Евсевиев.

Как бы то ни было, сам по себе загадочный Евлалий не может быть признан аргументом за правильность обычного взгляда на Павлина, как преемника Евстафия.

Остается сказать о 8-летнем вдовстве антиохийской кафедры, о котором сообщает Сократ145.

Валуа по этому поводу говорит: «Falsum est quod hic ait Socrates, post abdicationem Eustathii, Antiochenam sedem octo annorum spatio vacuam permansisse» и излагает свой взгляд на историю преемства антиохийских епископов по низложении Евстафия146.

Однако, недостаточно сказать, что такое-то известие ложно, но нужно объяснить и происхождение ошибки. То факт, что с точки зрения Афанасия в. и западных антиохийская кафедра вдовствовала по низложении св. Евстафия в течение около 30-и лет до 362 года, когда рукоположен был Лукифером Павлин. Равным образом и для позднейших младоникейцев первым законным антиохийским епископом после Евстафия был св. Мелетий, рукоположенный в 361 году, тоже около 30-и лет спустя по низложении Евстафия. Можно бы поэтому предположить, что 8 лет, ὀκτώ, η', у Сократа есть описка, вместо λ', 30 лет. Но Сократ говорит о вдовстве кафедры до Евфрония. Не заимствовал ли он это известие из арианского источника? В таком случае оно было бы вполне понятно. С арианской точки зрения св. Евстафий был савеллианин, справедливо за это низложенный, и последним «православным» антиохийским епископом был Павлин (или Евлалий?). Так как Павлин умер в 324 году, а Евлалий был епископом едва-ли более года, может быть, только несколько месяцев, то Евфроний, если правление Евстафия продолжалось 8 лет, мог быть поставлен антиохийским епископом в 332–333 гг.; для епископства Евфрония и в этом случае остается достаточно места: он был епископом с небольшим год, а с его преемником Флакиллом мы встречаемся только в 335 году, на соборе тирском. Год низложения св. Евстафия точно неизвестен. Дата «330-й год» (Gwatkin) только приблизительная. Баллерини относили это событие к 332 году147.

В таком случае вполне возможно, что «8 лет» у Сократа означают промежуток между кончиною Павлина resp. Евлалия и избранием Евлалия resp. Евфрония. А так как Сократ прямо называет имя Евфрония, то его слова говорят более в пользу последнего предположения и, следовательно, в пользу Филосторгия и против Иеронима и Феодорита; и во всяком случае они доказывают, что сообщение Феодорита, что и Евлалий был епископом недолго, нужно понимать в строго буквальном смысле.

Если это мое предположение о 8-летнем вдовстве антиохийской кафедры правильно, то это сообщение Сократа дает возможность установить дату антиохийского собора, низложившего св. Евстафия: собор этот был не в 330 году, и не раньше, а в 332 году.

X

Ход событий в Тире и Антиохии в 323–333 гг. [Год кончины Филогония]. Тирские епископы: Павел, Виталий и Ураний. – 12 тезисов. Список епископов тирских и антиохийских за 311–381 гг.

Ход событий в Тире и Антиохии в 323–333 гг. представляется мне в следующем виде:

Когда возгорелся в Александрии догматический спор, епископом – митрополитом города Тира, столицы Финикии, был престарелый Павлин, преемник епископа-мученика Тиранниона, бывший антиохийский пресвитер, – тот самый Павлин, при котором построен был в Тире великолепный храм, при освящении которого Евсевий кесарийский говорил длинную речь148. Этому же Павлину знаменитый историк посвятил 10-ю книгу своей церковной истории и 4 сочинения по географии Палестины149. Епископом – столицы Востока – Антиохии в это время был Филогоний, преемник Виталия, уже 2-й епископ по прекращении гонения. На епископскую кафедру он возведен был прямо из адвокатов150. Однако, ни откуда не видно, что, сделавшись епископом, он очутился не на месте. Он докончил постройку церкви ἐν τῆ Παλαιᾷ, начатой Виталием, и во дни Ликиния показал свою ревность по вере151. А в арианском споре он самым решительным образом стал на сторону св. Александра александрийского. Когда, вынужденный удалиться из Александрии, Арий обратился в Палестину и Сирию, он, по его словам, встретил там сочувствие со стороны всех восточных епископов, в особенности же со стороны Евсевия кесарийского, Феодота лаодикийского, Павлина тирского, Афанасия аназарвского, Григория виритского и Аетия лиддского, за исключением только троих «еретиков-неучей», άνθρώπων αίρετικῶν άκατηχήτων: Филогония антиохийского, Елланика трипольского и Макария иерусалимского152.

«Один из них» – говорит Арий – «называл Сына ἐρυγή, другой προβολή, третий сонерожденным. Этих нечестивых изречений мы даже и слушать не можем, хотя бы тысячей смертей угрожали нам еретики153.

В этих трех епископах Арий, следовательно, не встретил никакой поддержки. Св. Александр обращался к Филогонию с особым посланием154 и под его τόμος'ом стоит подпись: «Филогоний, епископ католической церкви Антиохии, сильно восхваляя (μεγάλα έπαινῶν) веру, яже в томосе владыки моего и единодушного Александра, и соглашаясь с нею и с исповеданием священного чина единодушных, подписал» 155.

Павлин тирский сначала, повидимому, колебался и не высказывался решительно ни за, ни против Ария, тогда как его друг Евсевий кесарийский уже писал за Ария самому Александру. Поэтому главный покровитель Ария, его «солукианист» Евсевий никомидийский, нашел нужным написать особое письмо к Павлину, побуждая его прекратить молчание и написать Александру. Эту просьбу Евсевия Павлин, повидимому, и исполнил, хотя Александр, вопреки ожиданиям Евсевия, не послушался и «такого мужа», как Павлин. Это, впрочем, и понятно, так как Павлин высказывался совершенно в арианском духе156. А когда все старания друзей Ария помирит с ним Александра не увенчались успехом, Арий обратился к Павлину тирскому, Евсевию кесарийскому и Патрофилу скифопольскому с просьбою, чтобы ему и его сообщникам вместе с подчиненным им народом дозволено было совершать церковные собрания. И эти епископы, собравшись на собор в Палестине (в Кесарии?), удовлетворили эту просьбу Ария, разрешив ему и его последователям собираться, как и прежде, но быть в подчинении у Александра и всегда молиться о том, чтобы удостоиться мира и общения с ним157.

Таким образом в начале арианского спора Антиохия стала на сторону св. Александра, Тир оказался на стороне Ария. Но вскоре затем ненадолго им пришлось обменяться ролями.

20 декабря, вероятно 323 г., Филогоний умер158.

Тогда антиохийцы ώς oὶκεῖov ἀγαθὸν перевели к себе в качестве епископа своего бывшего пресвитера Павлина тирского – человека совсем противоположного направления, чем Филогоний. И это вполне понятно. Известно, что, когда император Константин в. в первый раз услышал об арианском споре, он стоял под сильным влиянием двух Евсевиев и совершенно в их духе написал и свое письмо к Александру и Арию159, отправленное с Осием кордубским.

В этом письме для св. Александра было оскорбительно уже то, что император ставил его – митрополита всего Египта, первого по значению епископа на всем Востоке – на одну доску с низложенным им вместе с собором египетских епископов – простым пресвитером. – Нетрудно догадаться, что Евсевиям удалось тогда и в Антиохию перетянуть человека своей партии. В то время, когда Павлин занял антиохийскую кафедру, в конце 323 – начале 324 года, и Осий Кордубский, по всей вероятности, еще не ездил в Александрию, и потому не мог высказаться решительно против Ария. Что касается самих антиохийцев, то они в это время едва-ли особенно интересовались поднятым в Александрии догматическим вопросом и еще меньше понимали в нем. Но своего бывшего пресвитера, ученого Павлина, они, конечно, хорошо помнили и естественно пожелали его иметь своим епископом. И к тому же в то время весь Восток был под свежим впечатлением палестинского собора, на котором Павлин тирский играл такую выдающуюся роль. Собор этот и после 325 года оставался настолько популярен на Востоке, что мнение трех вождей его, хотя одного из них уже не было в живых, оставалось авторитетом для восточных «священников*. – Поэтому Павлин тирский представлялся тогда самым естественным кандидатом на кафедру столицы Востока.

Таким образом и случилось, что кафедра Антиохии, столицы Востока, досталась евсевианам.

Епископом тирским на место Павлина поставлен был Зинон, догматические убеждения которого нам точно неизвестны. Но св. Александр александрийский обратился к этому Зинону с особым посланием и, очевидно, имел успех, так как на никейском соборе Зинон подписался в качестве православного епископа, и мы решительно нигде не встречаем его в числе евсевиан.

Таким образом, зимой 323/324 года в Антиохии на место православного водворился «арианский* епископ, в Тире же, наоборот, на место этого «арианина* поставлен был православный епископ.

Однако, торжество евсевиан и в Антиохии на этот раз было кратковременно: спустя 6 месяцев по избрании (или немного более) – летом или в начале осени 324 года – престарелый Павлин умер.

К этому времени Осий Кордубский съездил в Александрию, убедился, что в догматическом споре вполне прав был св. Александр, что учение Ария нечестиво, и он вместе со своими последователями вполне заслуженно низложен собором египетских епископов, и повлиял в этом смысле и на императора Константина. После этого Евсевий никомидийский, повидимому, утратил свое преобладающее влияние при дворе.

В это время и в Антиохии сторонники св. Александра александрийского собрались с силами и возвели на антиохийскую кафедру убежденного сторонника св. Александра, верийского епископа Евстафия, к которому Александр, еще как к епископу верийскому, обращался с особым посланием, аналогичным с «Ἡ φίλαρχος».

Вскоре после избрания Евстафия и, вероятно, по его инициативе и состоялся в Антиохии тот собор из 55 –56 [58–59] епископов, послание которого к Александру фессалоникскому недавно открыто Э. Швартцем. – Собор высказался самым решительным образом в пользу св. Александра александрийского и против Ария, написал исповедание веры совершенно в духе учения св. Александра с анафематизмом на главные арианские положения и даже отлучил от общения трех выдающихся епископов, не соглашавшихся в этом отношении с большинством членов собора: Феодота Лаодикийского, Наркисса нерониадского и знаменитого историка Евсевия кесарийского. Из этих трех епископов только один Евсевий упоминается у Созомена I, 15 [= Савина] в качестве одного из главарей палестинскаго собора 323 года, сделавшего так много для Ария. Присутствовали на этом антиохийском соборе и 12 палестинских епископов и 4 финикийских; но Патрофила скифопольского и Зинона тирского мы не встречаем на нем. Отсутствие Патрофила вполне понятно. Он, вероятно, предвидел, чем этот собор окончится, и не пожелал ни изменять своим убеждениям, ни подвергаться, хотя бы и временному, отлучению. Но почему не явился Зинон? – Возможно одно из двух: или и он не был решительным сторонником св. Александра (послание к нему Александра не доказывает, что Зинон с самого начала был на его стороне: ведь Александр писал особое послание и к Евсевию кесарийскому), или же у него было много дел у себя в Тире: если Зинон был на стороне св. Александра, то положение его в Тире в качестве преемника Павлина было не из блестящих: Павлин был епископ влиятельный, у него было, конечно, и в Тире много сторонников, и Зинон мог опасаться, что с отъездом его в Антиохию в Тире возникнут волнения, и дело дойдет – чего доброго! – пожалуй и до хиротонии другого епископа тирского из числа евсевиан.

Интересно, что в числе отцов этого собора были и Аетий лиддский и Григорий виритский (преемник Евсевия никомидийского на виритской кафедре), которых Арий считал своими единомышленниками, и оба присоединились ко мнению большинства членов собора. Дела евсевиан, очевидно, стояли тогда далеко не блестящим образом и, быть может, одной из причин этого был и тот факт, что в лице Павлина тирского – антиохийского сирийские и финикийские сторонники Ария лишились своего вождя.

Однако, еретические «плевелы» посеяны были Павлином и в Антиохии так обильно, что, когда состоялось избрание Евстафия, повидимому, не все признали его епископом антиохийским. Сторонники Ария, быть может, уже в это время избрали себе епископом какого-то Евлалия, но он прожил не долго, и арианская партия в Антиохии осталась без главы. Или же этот Евлалий (как впоследствии Павлин евстафианами) управлял арианской общиной в качестве пресвитера.

Когда состоялся антиохийский собор, уже назначен был и «великий и священный собор в Анкире», который вопрос об Арии должен был решит окончательно. Но в Анкире собор этот не состоялся и, в виду желания принять участие на нем, выраженного выдающимися западными епископами – вероятно, теми самыми, к которым обратился с своим посланием антиохийский собор, перенесен был в Никею160.

На никейском соборе, открывшем свои заседания 19 июня 325 года, Евстафий антиохийский и Зинон тирский подписали никейский символ с его терминами ἐκ τῆς οὐσίας τοῦ Πατρὸς и ὁμοοὑσιον τῷ Πατρί, предложенными, очевидно (чрез императора), Осием кордубским, и низложение Ария с его сообщниками. Разгром ариан на соборе был полный. Их покровители оказались ненадежными. Не только Григорий виритский и Аетий лиддский, изменившие Арию еще в 324 году на антиохийском соборе, но и три епископа, подвергшихся отлучению на этом соборе: Феодот Лаодикийский, Наркисс нерониадский и Евсевий кесарийский, равно как и ближайший сотрудник Евсевия в его агитации в пользу Ария Патрофил скифопольский – все подписали символ и низложение Ария. Евсевий оправдывал свой поступок в послании к своей пастве и пытался перетолковать никейские термины в таком смысле, что, если бы его толкование было правильно, то приходилось бы удивляться, почему же под ними не подписался сам Арий161. – Даже и вифинские «солукианисты» Ария: Евсевий никомидийский и Феогний никейский, решительнее его палестинских покровителей поддерживавшие его в Никее, не остались ему верными до конца, и в конце концов подписали символ с его авафематизмами на арианские положения162.

Только двое египетских епископов сторонников Ария, низложенных вместе с ним еще на александрийском соборе: Секунд птолемаидский и Феона мармарикский отказались подписать и символ и были за то сосланы. Филосторгий рассказывает, что Секунд птолемаидский перед тем, как отправиться в изгнание, сказал Евсевию никомидийскому: «Евсевий! ты подписал только затем, чтобы не быть сосланным; но я уверен, что не пройдет и года, как и тебя сошлют.» И, действительно, спустя 3 месяца и Евсевий вместе с Феогнием были отправлены в ссылку163.

Евстафий антиохийский играл на соборе выдающуюся роль. Феодорит приписывает далее ему приветственную речь императору от лица собора, которую по Созомену говорил Евсевий кесарийский164.

А после собора Евстафий выступил, как церковный писатель, защитник никейского символа. Он полемизировал, главным образом, с Евсевием кесарийским, обличая его в том, что он искажал никейскую веру165.

Евсевий в свою очередь обличал его в савеллианстве. Эта полемика и была главной причиной вражды к Евстафию со стороны евсевиан, – вражды, окончившейся его низложением166.

Письмо Евсевия к кесарийцам показывает, что никейским символом многие на востоке были недовольны. Термины «ἐκ τῆς οὐσίας» и «ὁμοούσιος», казалось восточным богословам, вводили материалистическое представление о Боге, как о существе, подверженном делению на части. При том же не только Ориген высказался против них167, но и многочисленный антиохийский собор (около 268 года), низложивший Павла Самосатского, отверг термин «δμοούσιος» который употреблял Павел168.

Когда Константин в. прибыл на восток, он находился под влиянием Осия кордубского. Влияние Евсевия никомидийского на этот раз было кратковременно. Когда Осий съездил в Александрию и убедился в правильности осуждения Ария, покровителем которого был Евсевий, он, конечно, повлиял в этом смысле и на императора. Неудивительно поэтому, что последний поддерживал на никейском соборе западную богословскую терминологию. Но после собора Константин в. ознакомился и с восточными воззрениями. Его убедили, что Арий в сущности православен и низложен несправедливо.

На Константина действовали чрез сестру его Константию, вдову Ликиния. Осий кордубский вскоре после никейского собора, едва-ли не замешанный в ту дворцовую интригу, жертвой которой пали старший сын Константина Крисп и жена Константина Фавста, удалился в Испанию и более не возвращался ко двору169. За то сильное влияние на Константина получил ученый митрополит Палестины Евсевий. Вскоре сосланные епископы были возвращены из ссылки, подписав нейтральное вероизложение, и Евсевий никомидийский снова приобрел утраченное влияние. Теперь евсевиане начали мстить своим противникам, и одной из первых жертв их мести пал св. Евстафий антиохийский.

Историю низложения св. Евстафия передают неодинаково. Афанасий в. сообщает, что повод к низложению выставлен был тот, что Евстафий оскорбил мать Константина Елену170.

Сократ171 передает разсказ Георгия Лаодикийского, что Евстафий был обвинен в савеллианстве Киром, епископом верийским (преемником на верийской кафедре самого Евстафия), и за это низложен; но и сам Кир после тоже был низложен за савеллианство.

Но сам Сократ не особенно доверяет этому известию: как мог Кир, сам мудрствующий по савеллиански, обвинять Евстафия тоже в савеллианстве? Сократ думает, поэтому, что Евстафий был низложен за друие вины, но ничего определенного не указывает. «Как говорят другие, за другие нехорошие вины; но ясно не сказали. Так и вообще епископы» – замечает Сократ – «имеют обыкновение поступать со всеми низлагаемыми, обвиняя их и объявляя нечестивыми, но не указывая причин нечестия».

Созомен172 истинную причину низложения видит в его полемике с Евсевием кесарийским, Павлином тирским и Патрофилом скифопольским, об обвинении в савеллианстве на соборе не упоминает, и сообщает, что предлогом выставлены были какие-то «непреподобные деяния», позорящия честь священства. – Феодорит173 и Филосторгий174 прямо говорят об обвинении в прелюбодеянии.

В. В. Болотов175 и А. А. Спасский176 с доверием относятся к сообщению Афанасия в., что причиной ссылки Евстафия было оскорбление им матери Константина, указывая на то, что она была до принятия ею христианства не настоящей женой, а конкубиною Константия Хлора, и была «низкого происхождения – дочь содержателя трактира».

Э. Швартц177 указывает еще, что Елена была большая почитательница пострадавшего в 310 году мученика Лукиана, и Константин поэтому назвал вифинское селение Дрепана, где был погребен св. Лукиан, – Еленополем.

Показание Афанасия в. принимает как факт и Каваллера178.

А. А. Спасский179 скептически относится к обвинению в прелюбодеянии. Но так как известия об этом идут по меньшей мере из трех источников180, так как о нем, очевидно, знал и Созомен, и даже одно выражение в письме Константина к народу антиохийскому можно тоже понять, как намек на это же обвинение181, и так как подобные обвинения были в ходу в то время, то прав Каваллера, который и к этому известию относится с доверием182.

Но Каваллера183, вслед за Сократом скептически относится к сообщению Георгия Лаодикийского, что на Евстафия донес Кир верийский, обвиняя его в савеллианстве: непонятно, как же после этого могло случиться, что сам Кир низложен был по обвинению в савеллианстве, и у Афанасия в. всегда упоминается в компании со своею жертвой в качестве православного епископа, изгнаннаго арианами.

Низложение и изгнание Кира верийского евсевианами есть, конечно, совершенно бесспорный факт184.

Но как ни невероятно выглядит поэтому сообщение Георгия Лаодикийского, в данном случае едва-ли ни приложимо тертуллиановское критическое правило: prorsus credibile est, quia ineptum est; certum est, quia impossibile est. – Нельзя, конечно, оспаривать и той возможности, что на Кира наклеветали в данном случае сами евсевиане. Но столь же возможно, что сам Кир, когда дела приняли такой оборот, что всем убежденным защитникам никейского символа стала грозить ссылка под теми или иными предлогами, желая сбросить с себя всякое подозрение в «савеллианстве» и в единомыслии с Евстафием и остаться на кафедре, действительно донес на него, как на савеллианина; но это предательство не спасло и его от низложения под тем же предлогом. Или же сообщение Георгия не представляет ли собой извращения – в сторону благоприятную арианам – только того факта, что Кир присутствовал на соборе, низложившем св. Евстафия и подписал его постановления и, может быть, и на самом соборе обвинял Евстафия в савеллианстве? – До какого нравственного унижения способны были в IV–V веках господствующие, опирающиеся на светскую власть, догматические партии (ариане и монофиситы в особенности) доводит своих противников, доказывает, напр., тот факт, что на разбойничьем ефесском соборе 349 года Домна антиохийского заставили сначала подписать низложение его друга Феодорита кирского, а потом всетаки и самого низложили. В 357 году 2-я сирмийская формула «богохульство», blasphemia, по выражению св. Илария пиктавийского, выпущена была за подписью самого Осия кордубского, который по словам Афанасия в. «в Никее изложил веру».

Самого факта обвинения Евстафия в савеллианстве и Каваллера не оспаривает.

Если припомнить историю низложения Афанасия в., то обилие причин низложения Евстафия, указываемых и современниками его и позднейшими историками, не вызывает удивления. Евсевианам нужно было отделаться от этого выдающегося защитника никейского символа во что бы то ни стало, и, естественно, поэтому против него, как потом против Афанасия в., пущены были в ход всевозможные средства: обвинения и в ереси, и в нравственной порочности, и в политической неблагонадежности. – Истинную же причину его низложения, конечно, совершенно правильно указывает Созомен.

Неодинаково сообщают нам историки и относительно того, кто были главными деятелями антиохийского собора, низложившего Евстафия.

Но Филосторгию и Феодориту главными деятелями в этой истории были Евсевий никомидийский и Феогний никейский. По Филосторгию как будто и самый собор этот состоялся в Никомидии и низложил не только Евстафия, но и Александра александрийского; присутствовало на нем будто бы 250 епископов185.

Феодорит разсказывает, что Евсевий никомидийский, захватив уже константинопольскую кафедру [что на деле случилось уже по смерти Константина в.], отправился в Иерусалим посетить святые места, захватив с собой и Феогния Никейского. По дороге они были и в Антиохии, где св. Евстафий принял их дружелюбно. В Палестине же они встретились с Евсевием кесарийским, Патрофилом скифопольским, Аетием лиддским, Феодотом Лаодикийским и другими арианскими епископами и, собравшись вместе с ними на собор в Антиохию, низложили там Евстафия за мнимое прелюбодеяние186.

Но так как и рассказ Феодорита не свободен от серьезной хронологической ошибки и в нем слиты черты двух или даже трех соборов (1. антиохийского, низложившего св. Евстафия; 2. тирского 335 года: в это именно время Евсевий cum sociis ездил в Иерусалим на освящение храма, и 3. антиохийского 341 года: только на этом соборе Евсевий является, как епископ константинопольский), то и сообщение Феодорита о Евсевии никомидийском и Феогнии, как главных деятелях этого антиохийского собора, не имеет характера вполне надежного исторического свидетельства.

Но сообщение Феодорита о присутствовавших на этом соборе сирийских и палестинских епископах подтверждается до известной степени письмом Константина в. Ἀνέγνων τὰ γραφέντα, в адресе которого названы и «Феодот» [Лаодикийский, на 1-м месте] и «Аетий» [лиддский, на 4-м месте].

Еще меньше значения имеет совершенно запутанное сообщение Филосторгия.

Сократ и Созомен о главных деятелях этого собора прямо не говорят. Имя Евсевия никомидийского и Феогния у них в связи с низложением Евстафия не упоминается; но за то упоминается имя Евсевия кесарийского.

До нас, следовательно, не дошло никаких совершенно ясных и не возбуждающих сомнения известий о председателе или главном деятеле этого антиохийского собора.

Тот факт, что собору предшествовала полемика Евстафия с Евсевием кесарийским, и именно этот Евсевий был едва-ли не первым кандидатом в преемники Евстафию, дает, по-видимому, основание думать, что собор этот созван был по инициативе знаменитого историка. А это дает основание отождествлять этот антиохийский собор с тем поместным собором, который издал 25 канонов, и который обычно, но безспорно ошибочно отождествляют с собором ἐν τοῖς ἐγχαινίοις 341 года. Председателем этого поместного собора бесспорно был Евсевий кесарийский. В codex Parisinus syriacus 62, том самом, в котором сохранилось, найденное Швартцем, послание антиохийского собора 324 года к Александру фессалоникскому, под 25-ю канонами стоит подпись (привожу ее в переводе Швартца) Εὐσέβιος παρών πᾶσι τούτοις ὑπὸ τῆς ἁγίας συνόδου ὁρισθεῖσιν συνεθέμην187, и в латинском списке епископов этого собора 1-е место занимаетъ Eusebius Gadarens, под которым бесспорно скрывается Евсевий кесарийский188. В опубликованных недавно Швартцем (в греческом переводе) 2-х сирских списках епископов этого собора по cod. А (начала VI века) с дополнениями из FH, на 1-м месте тоже стоит Евсевий; и в 1-м списке (А1), помещенном после послания собора, в качестве списка епископов, присутствовавших на этом соборе (Präsenzliste), он прямо назван (в cod. F; в А первые 14 имен этого списка не сохранились): Εὐσέβιος Καισαρείας Παλαιστίνης. Во 2-м списке, А2 (подписях под канонами), стоит Εὐσέβιος παρών συγκατίθεμαι πᾶσι τοῖς ὁρισθεῖσιν – подпись, аналогичная с приводимой в cod. 62 (в основе их, очевидно, лежит подлинная подпись Евсевия); но кафедра не названа189. Евсевий никомидийский не мог присутствовать на этом соборе уже потому, что Вифиния не упоминается в числе провинций, из которых составился этот собор, в самом его послании.

Поэтому Швартц в 1905 году приписывал «главную роль» на этом соборе Евсевию кесарийскому и предполагал, что Евсевий мстил здесь Евстафию за свое отлучение на антиохийском соборе 324 года190.

Подхватив эту догадку Швартца, Гарнакк в своей статейке «Die angebliche Synode von Antiochien im Jahre 324/5» развивает предположение, будто найденное Швартцем послание этого собора и придумано было с целью отомстить Евсефию кесарийскому за низложение св. Евстафия чрез «выдуманное» отлучение Евсевия Евстафием в 324 году191.

Но к 1908 году сам Швартц уже оставил это предположение, как ошибочное192.

Теперь он отождествляет собор, издавший каноны, с собором, созванным для избрания преемника Евлалию, что – по хронологии Швартца – случилось спустя minimum 1 год по низложении Евстафия. – Но к сообщениям Филосторгия и Феодорита он относится скептически193, и таким образом вопрос о главном деятеле собора, низложившего Евстафия, у него остается открытым.

По моему мнению, Евфроний едва ли не был непосредственным преемником св. Евстафия, и потому со своей точки зрения я не вижу необходимости отличать собор, избравший Евфрония, по всей вероятности тождественный с собором, издавшим 25 канонов194, от собора, низложившего св. Евстафия. – Во всяком случае, если даже на этом соборе присутствовал и Евсевий никомидийский, я не вижу повода сомневаться в том, что на нем видную роль играл и Евсевий кесарийский. И так как на соборе, избравшем Евфрония, несомненно присутствовали и Феодотъ Лаодикийский [по отъезде Евсевия он видимо остался председателем этого собора] и Наркисс нерониадский, то я не вижу повода сомневаться в правильности раннейшего предположения Швартца, что эти три епископа, отлученные антиохийским собором 324 года, мстили теперь Евстафию, главному деятелю этого собора, за это отлучение. И для них было, конечно, чрезвычайно приятно, что Аетий лиддский, изменивший им в 324 году, теперь снова очутился на их стороне195.

Когда св. Евстафий был низложен и отправлен в ссылку, кафедра антиохийская [если ее не занимал в это время недолгое время Евлалий] была предложена главному виновнику этого низложения – ученому митрополиту кесарийскому Евсевию; о желании иметь его своим епископом антиохийцы написали и самому императору. Но Евсевий уклонился от этой не особенно приятной для него чести. И в епископы антиохийские поставлен был один из предложенных императором (вероятно по указанию одного из Евсевиев) кандидатов – каппадокийский пресвитер Евфроний. Чрез полтора года он умер, и его место занял Флакилл, которому Евсевий кесарийский посвятил свои книги «о церковном богословии» и который присутствовал на тирском соборе 335 года. Кафедра антиохийская теперь на долгое время перешла в руки «ариан» (антиникейцев). Православные антиохийцы, конечно, ни Евфрония, ни Флакилла своими не признали, продолжая считать своим законным епископом св. Евстафия, и образовали «секту» евстафиан, строгих приверженцев Никейского символа, главою которых по смерти Евстафия196 стал пресвитер Павлин197, рукоположенный потом Лукифером в епископы.

Так возникла антиохийская схизма, корень которой, как оказывается, лежит дальше, чем эпоха низложения св. Евстафия: еще в самом начале арианского спора антиохийскую кафедру занимал недолгое время покровитель Ария Павлин и, конечно, оставил после себя группу последователей, которая и подняла голову, когда в императорской политике произошел поворот в пользу евсевиан. В этой группе, конечно, нашли себе точку опоры и епископы, собравшиеся в Антиохии для низложения св. Евстафия.

Что же было в это время в Тире?

С Зиноном старшим тирским мы после 325 года не встречаемся. К 332/3 году его несомненно уже не было в живых. В это время, года за три до тирского собора, епископом тирским был уже Павел198. То, что сообщает Афанасий в. об этом Павле, дает основание думат, что он не был из числа евсевиан, а был скорее единомышленником Афанасия в. Именно Павел тирский узнал Арсения ипсильского, относительно которого евсевиане (со слов Исхиры) распространили слух, будто Афанасий его убил; и Арсений сначала скрывался, а когда его нашли сначала в Египте, а потом, когда он опять скрылся, – в Тире, он не признавался, кто он, пока его не узнал и не уличил Павел тирский.

Если бы Павел был из числа евсевиан, то он не стал бы действовать в пользу Афанасия в. А если так, то можно ли думать, как это неизбежно должны допускать защитники обычного предположения о времени кончины Павлина, что этот Павел поставлен был во епископы тирские на место Павлина, перешедшего в Антиохию на место низложенного св. Евстафия? В это время евсевиане были в полной силе. И, конечно, Павлин тирский, перебравшийся в Антиохию, и оба Евсевия не допустили бы, чтобы важная тирская кафедра досталась человеку не их партии, или из числа лиц сомнительных с их точки зрения.

Другое дело, если Павел сделался тирским епископом раньше низложения св. Евстафия и был преемником Зинона, а не Павлина. В это время, под влиянием св. Евстафия, тирская кафедра могла достаться и самому убежденному никейцу. Следовательно, и это одинокое известие о Павле тирском не в пользу предположения, что преемником Евстафия в Антиохии был Павлин тирский.

С другой же стороны, это известие косвенно говорит и за то, что предшественник Павла Зинон до конца жизни остался верен никейскому символу.

К 342/3 году и Павла тирского уже не было в живых. На соборе сердикском в числе восточных антиникейцев присутствовал уже Виталий, епископ тирский. Под посланием восточных он подписался на 18-м месте199.

В числе выдающихся евсевианских деятелей этот Виталий, однако, не упоминается. Решительно на сторону евсевиан Тир перешел в лице его преемника Урания, видного сотрудника Акакия кесарийского. Но после Урания эту кафедру занял Зинон младший, один из выдающихся борцов за никейский символ в его восточном понимании.

Таким образом, в IV веке в Антиохии было два епископа с именем Павлина. Из них первый, евсевианин по убеждению, друг Евсевия кесарийского и видный покровитель Ария, переведен был в Антиохию из Тира и был епископом антиохийским только полгода. Но так как он умер раньше никейского собора и был единственным и вполне законным епископом антиохийским, 22-м по счету от апостолов, то имя его и занесено в список православных антиохийских епископов. Второй Павлин, строгий никеец по убеждению, верный последователь св. Евстафия, поставлен был епископом в такое время, когда Антиохия имела уже православного (хотя и поставленного евсевианами) епископа св. Мелетия, никогда не был поэтому единственным и полноправным епископом в Антиохии, за законного епископа признаваем был только в Александрии и на западе, но не на востоке, не был признан таковым и 2-м вселенским собором. А потому и в списке антиохийских епископов занимает место, не как законный епископ, а только как епископ партии.

В Тире за это время был один епископ Павлин, тот самый, который перешел потом в Антиохию, и два Зинона. И оба они имели счастье быть представителями тирской церкви на вселенских соборах: один на 1-м, другой на 2-м. И оба же, по-видимому, принадлежали к числу никейцев, хотя и умеренного направления. Зинон старший, по-видимому, был епископом Тира не долго, и о нем мы знаем очень мало. Младший Зинон более известен нам, как историческая личность. Поставленный во епископы тирские, по-видимому, уже при Валенте, он сразу же делается видным деятелем так называемой «младоникейской» партии, т. е. бывших восточных оригенистов, принявших никейский символ, но истолковавших слово ὁμooύσιος в более приемлемом для себя смысле, – в смысле, отклоняющем всякую мысль о савеллианском слиянии Сына с Отцом и о материальном делении сущности, той «партии» (sit venia verbo!), к которой принадлежали и великие каппадокийцы: Василий великий, Григорий Богослов и Григорий нисский. Василию Зинон был одним из деятельных сотрудников. А вместе с обоими Григориями присутствовал он на 2-м вселенском соборе 381 года, на том соборе, на котором православное учение о Св. Троице было изложено в том виде, в каком мы содержим его и до сих пор.

***

Сущность предлагаемого этюда сводится к следующим положениям:

1. Антиохийский пресвитер Павлин возведен был на тирскую кафедру сразу по кончине мученика Тиранниона и был самостоятельным и единственным епископом тирским. В 316/7 году он был уже почтенным старцем.

2. Незадолго до никейского собора, вскоре после 20 декабря 323 года, когда умер Филогоний антиохийский, Павлин был переведен на его место в Антиохию; но

3. епископствовал здесь всего 6 месяцев или немного более и летом-осенью 324 года уже умер.

4. Этот именно Павлин и есть 22-ой антиохийский епископ у Иеронима и в других сохранившихся списках; и он же скрывается и под загадочным Романом у Созомена, в флорентийском Іndex’е и у Никиты.

5. Paulinus Daciae послания отцов восточного сердикского собора, магические книги которого сжег Македоний мопсуестийский, ничего общего с этим Павлином тирским-антиохийским не имеет, и антиохийским епископом никогда не был. По всей вероятности, это – сосед по кафедре Македония – Павлин, епископ аданский в Киликии.

6. В Тире на место Павлина поставлен был епископом Зинон, к которому св. Александр александрийский писал особое послание, и который присутствовал в качестве единственного в то время епископа тирского и на Никейском соборе.

7. Этого Зидона тирского, св. Епифаний кипрский называет «древним», ἀρχαῖος, не потому, что он был в 324 году старцем, и не потому, что он занял тирскую кафедру раньше Павлина, а в отличие от другого Зинона тирского, современника св. Епифания.

8. К 332–3 году Зинона старшего тирского уже не было в живых: епископом тирским в это время был Павел, сторонник Афанасия в., оказавший ему важную услугу по делу Арсения ипсильского.

9. Преемниками Павла были уже евсевиане: Виталий, присутствовавший в 342/3 году в Сердике на стороне восточных, и деятельный сотрудник Акакия кесарийского Ураний, поддерживавший его сторону в 359 году в Селевкии и за это низложенный омиусианами.

10. Зинон младший сделался епископом тирским, по-видимому, уже при Валенте, но сразу же вступил в ряды младоникейцев и был деятельным сотрудником Василия великого и Мелетия антиохийского, а затем Григория Богослова и Григория нисского; присутствовал на соборах: тианском 367 года, антиохийском 379 года, константинопольском вселенском 381 года.

11. В Антиохии на место Павлина переведен был верийский епископ Евстафий, убежденный никеец; но сторонники Павлина его епископом, повидимому, не признали и избрали на место Павлина Евлалия, который, однако, скоро умер; или же этот Евлалий управлял ими как пресвитер, а епископом был недолгое время по низложении Евстафия.

12. Когда в 332/3 году св. Евстафий был низложен, а Евсевий кесарийский занять его место отказался, антиохийским епископом был поставлен каппадокийский пресвитер Евфроний, который и был епископом только с небольшим год; по смерти же его его место занял Флакилл. Евлалий, если и умер после Евстафия, то кафедру антиохийскую мог занимать только раньше, чем она предложена была Евсевию кесарийскому.

В заключение привожу для наглядности список тирских и антиохийских епископов с 311 по 381 гг.

Епископы тирские

Тираннион † около 311 г.

Павлин 312–323 г. (переведен в Антиохию на место Филогония).

Зинон с 324 г. (присутствовал в 325 г. на 1-м вселенском соборе, † раньше 333 г.).

Павел (был епископом тирским в 332/3 г.).

Виталий (присутствовал на сердикском соборе восточных 342/3 г.).

Ураний (присутствовал на селевкийском соборе 359 г.).

3инон 2-й (занял кафедру раньше 367 г., присутствовал на 2-м вселенском соборе 381 г.).

[Диодор – епископ евстафиан.]

Епископы антиохийские

19. Тиранн † 312/313 г.

20. Виталий 312/3–318/9200

21. Филогоний 318/9 – † 20 дек. 323 г.

22. Павлин, бывший епископ тирский, † летом-осенью 324 г.

23. Евстафий, бывший епископ верийский, присутствовал в 325 г.в Никее, низложен в 332/3 г., † раньше 342/3 г.

(23.) Евлалий, сторонник – Ария [† 324/5 г.? или же был епископом в 332/3 г.?].

Арианские епископы

(24.) Евфроний 332/3–334 г.

(25.) Флакилл с 334 г., присутствовал на соборе в Тире в 335 г. и на антиохийском соборе ἐν τοῖς ἐγκαινίοις 441 г.

(26.) Стефан, поставлен после 441 г., низложен на антиохийском соборе 444 г.201

(27.) Леонтий, 444–457 г.

(28.) Евдоксий с 357 г. (бывший епископ германикийский; в 360 г., по низложении Македония, перешел в Константинополь).

24. (29.) Мелетий с 360/1 г. (бывший епископ севастийский в Армении, в Антиохию переведен на место Евдоксия, в 361 г. был акакианами низложен, снова возвратился при Юлиане, при Валенте опять сослан, в 365/6 г. возвращен из ссылки202, † 381 г. (31 мая?) на 2-м вселенском соборе.

(24.) Павлин с 362 г. (епископ евстафиан, поставленный Люцифером.)

(30.) Евзоий 361 по 376 г.203, (сподвижник Ария).

(31.) Дорофей (с 376 г.).

Свящ. Д. Лебедев

* * *

1

Письмо Евсевия никомидийского к Павлину тирскому: Οὔτε ή ιοῦ δεσπότου µου Εὐσεβίου – сохранилось у Феодорита, hist. eccles. I, 6.

2

Theodoret. h. e.I, 5: Ἀρείου ἐπιστολὴ πρὸς Εὐσέβιον τὸν Νικομηδείας ἐπίσκοπον: «Τοῦ πατρὀς µου 'Αμμονίου»; p. 21 A: καὶ ἐπειδὴ Εὐσέβιος ὁ ἀδελφός σου ὁ ἐν Καισαρείᾳ καὶ Θεόδοτος καὶ Παυλῖνος καὶ Ἀθανάσιος καὶ Γρηγόριος καὶ Ἀέτιος καὶ πάντες οἱ κατὰ ἀνατολὴν λέγουσιν ὅτι προϋπάρχει ὁ θεὸς τοῦ Yἱοῦ ἀνάρχως, ἀνάθεμα ἐγένοντο. – – –. Пояснение Феодорита (D): Τούτων τῶν ὑπὸ τούτου καταλεχθέντων, Εὐσέβιος μὴν Καισαρείας ἐπίσκοπος ἦν, Θεόδοτος δὲ Λαοδικείας, Τύρου δὲ Παυλῖνος, Ἀνὰζαρβοῦ δὲ Ἀθανάσιος, καὶ Γρηγόριος Βηρυτοῦ∙ Ἀέτιος δὲ Λύδδων. Λύδδα δὲ ἐστιν ἡ νῦν καλούμενη Διόσπολις.

3

Euseb. c. Marcel. Ι, 4, 17 (ниже в прим. 6). Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius VI. S. 262.

4

Sozomen. h. e. I, 55 pp. 32–33 (Migne, S. G. t. 67. col. 908) [по Савину] Ὡς δὲ οὐδὲν ἧττον παρὰ γνώμην αὐτοῖς ἐχώρει ἡ σπουδή [попытка вифинского собора помирить Александра с Арием], Ἀλεξάνδρου μὴ εἴκοντος, πρεσβεύεται ὁ Ἄρειος πρὸς Παυλῖνον τοῦ Τύρου ἐπίσκοπον, καὶ Εὐσέβιον τὸν Παμφίλου, ἐπιτροπεύοντα τὴν Ἐκκλησίαν τῆς ἐν Παλαιστίνῃ Καισαρείας, καὶ Πατρόφιλον τὸν Σκυθοπόλεως∙ καὶ ἐξαιτεῖ ἅμα τοῖς ἀμφ’ αὐτὸν ἐπιτραπῆναι ἐκκλησιάζειν τὸν μετ’ αὐτῶν λαόν, ὡς πρότερον τὴν τῶν πρεσβυτέρων τάξιν ἐπέχοντας. Εἶναι γὰρ ἐν Ἀλεξανδρεία ἔθος, καθάπερ καὶ νῦν, ἑνός ὄντος τοῦ κατὰ πάντων ἐπισκόπου, πρεσβυτέρους ἰδιᾳ τὰς ἐκκλησίας κατέχειν, καὶ τὸν ἐν αὐταῖς λαὸν συνάγειν [cp. Epiph. haer. 69, 2]. Οἱ δὲ καὶ ἄλλοις ἐπισκόποις ἐν Παλαιστίνῃ σινελθόντες ἐψηφίσαντο τῇ Ἀρείου αἰτήσει, παρακελευσάμενοι συνάγειν μὲν αὐτοὺς ὡς πρότερον∙ ὑποτετάχθαι δὲ Ἀλεξάνδρῳ, καὶ ἀντιβολεῖν ἀεὶ τῆς πρὸς αὐτὸν εἰρήνης καὶ κοινωνίας μετέχειν.

5

Theodoret. I, 4. Vales, р. 15 С. καὶ οὐκ οἶδ’ ὅπως ἐν Συρίᾳ χειροτονηθέντες ἐπίσκοποι τρεῖς διὰ τοῦ συναινεῖν ἀντοῖς, ἐπὶ τὸ χεῖρον ὑπεκκαίουσι, περὶ ὧν κρίσις ὑπανακείσθω τῇ ὑμετέρᾳ δοκιμασίᾳ. – Валуа (Valesius) в примечании к Theodoret. I, 4 Annotationes р. 7а C, предполагал, что под этими «тремя епископами» у св. Александра разумеются: Евсевий кесарийский, Феодот лаодикийский и Павлин тирский, на которых ссылается Арий в письме к Евсевию, Theodoret I, 5 (выше стр. 1 прим. 2). Intelligit Eusebium Caesareae Episcopum Theodotum Laodiceae et Paulinum Tyri. Hos enim anathemate damnatos fuisse ab Alexandro Alexandriae Episcopo testatur Arius in Epistola ad Eusebium Nicomediensem Episcopum. – Но уже Тилльмон совершенно справедливо заметил, что в этом письме Арий кроме упомянутых трех ссылается еще и на Афанасия аназарвского, Григория виритского и Аетия лиддского и всех вообще восточных епископов. Le Nain de Tillemont, Memoires pour servir à l’histoire ecclésiastique, t. VI. S. Alexandre. Note VI p. 736. Mais cette lettre parle tout de mesme d’Athanase, de Grégoire, d’Aece, et de tous les autres de l’Orient en général. Ainsi il semble que les trois Evesques marquez par S. Alexandre, sont plustost, Eusèbe de Cesarée, Paulin de Tyr, et Patrophile de Scythople, que Sozomene dit avoir permit à Arius de tenir les assemblées schismatiques: et c’est ce que le Mr Hermiant a jugé la plus probable. Это предположение Тилльмона в новейшее время разделяют те два ученые, которым наука более всего обязана правильной установкой общего хода событий истории начала арианского спора: Р. Snellmann, Der Anfang des arianischen Streites. Helsingfors 1904, SS. 95–96 [S. 96. Man kann nicht umhin diese zwei Angaben (Theodoret. НЕ I, 4 S. 21 u. Sozom. НЕ I, 15 S. 76 ff.) zu vereinigen und somit die drei ungenannten bei Alexander mit den ausdrücklich dem Namen nach bei Sozomenus Erwähnten zu identifizieren] и Eduard Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mittheilung VI, Nachrichten von der Königlichen Gesellschaft der Wissenschaften zu Göttingen. Philologisch-historische Klasse. 1905. Heft 3, S. 291, Anm. 1: Sozom. 1, 1511, mit dem die Stelle in Nr. 15 [в 15 документе по истории начала арианского спора по счету Швартца, т.е. в послании Ἡ φίλαρχος] über die syrischen Bischöfe [Theodoret I, 437] längst combinirt ist. – Mittheilung VII, Nachrichten 1908, Heft 3, S. 349 [против Гарнака] Wer jene drei Bischöfe sind, steht schon in dem Fundamentalwerk zu lesen, dass jeder ernsthaft zu nehmende Forscher zunächst nachschlägt, in den Mémoires pour servir à l’histoire ecclésiastique des alten Lenain de Tillemont [t. VI, p. 7346]: Paulinus von Tyrus, Euseb von Caesarea und Patrophilus von Skythopolis. – До 1905 года, до выхода в свет VІ-го Mittheilung «К истории Афанасия» Э. Швартца, такое отождествление представлялось даже единственно возможным: ни о каких других «трех епископах» – покровителях Ария в Сирии история ничего не знала. Догадка Валуа несостоятельна потому, что он произвольно выбирает 3 имени из 6-и, упомянутых у Ария. Тот факт, что из упоминаемых у Созомена трех епископов не было ни одного из собственной Сирии (Килисирия, Syria Coeles), а один (Павлин) был из Финикии и другие двое из Палестины, не возбуждает сомнения, так как и Финикия и Палестина входили в состав Сирии в широком смысле слова, в смысле диоцеза Востока, почему св. Александр александрийский и в конце того же послания Ἡ φίλαρχος, перечисляя провинции, епископы которых подписали его τόμος, называет только Сирию, и не говорит о Финикии и Палестине, хотя в Палестине у него было больше сторонников, чем в самой Сирии. – Но в открытом Швартцем послании антиохийского собора 324 года к Александру фессалоникскому [см. о нем мою статью: «Антиохийский собор 324 года и его послание к Александру, епископу фессалоникскому» в Христианском чтении за 1911-й год, июль-август и сентябрь, стр. 831–858; 1008–1023] упоминаются другие три восточных епископа – арианского образа мыслей, из которых только один Евсевий кесарийский присутствовал и на палестинском соборе, Sсhwаrtz VI, S. 277–278: πάντες τε οἱ συλλειτουργοὶ ταὐτὸ περὶ τούτων ἐφρόνουν, μόνον Θεόδοτος ὁ τῆς τῶν Λαοδικέων καὶ Νάρκισσος ὁ ἀπὸ Χερωνιάδος καὶ Εὐσέβιος ὁ ἀπὸ Καισαρείας τῆς Παλαιστίνης – – ὅμως ἐναντία τούτοις εἰσάγοντες ἐφάνησαν, καὶ γὰρ ἐναργῶς ἐξ ὧν ὴρωτὴθησαν καὶ ἠλέγχθησαν ὁμοδοξοῦντες μετ' Ἀρείον καὶ ἐναντία τοῖς προκειμένοις φρονοῦντες. За это собор и подверг их отлучению, дав им, однако возможность покаяния и познания истины в виду предстоящего «великого и священного собора в Анкире». Несмотря на это, Швартц присоединяется к мнению Тилльмона и даже защищает его взгляд против Гарнака. Но А. А. Спасский, История догматических движений в эпоху вселенских соборов. Т. 1-й. Тринитарный вопрос, Сергиев Посад 1906, стр. 153, прим. 2, именно этих трех епископов антиохийского послания и отождествляет с тремя епископами в Ἡ φίλαρχος. «Второе послание Александра александрийского» – пишет он – «намекает очевидно, на этих епископов: «я не знаю, как это произошло, что рукоположенные в Сирии (?)» [что значит этот знак вопроса, я затрудняюсь решить] «три епископа приняли их (арианский) образ мыслей» [так: ср. ДВС, I, 55: «решились принять их образ мыслей и тем самым разожгли в них ревность в распространении своего лжеучения». Вместо 8-ми слов в греческом, у русских переводчиков получилось 16! И это без всякой надобности. Притом же слово συναινεῖν не значит «принять образ мыслей», а значит только – Passow, Handwörterbuch der griechischen Sprache, II. Bd., 4. Aufl., Lpz. 1831, S. 1015: mit od. zugleich loben, rühmen, billigen, genehmigen; 2) zustimmen, beistimmen. Св. Александр не думает утверждать, будто эти три епископа сначала были вполне православны, а потом, познакомившись с Арием и его товарищами по отлучению, «приняли их образ мыслей», стали и сами арианами; а говорит только, что они одобрили учение ариан, т.е. признали его согласным с своим собственным. Ὑπεκκαίουσι в ДВС передано чрез «разожгли», настоящее время чрез прошедшее, как будто это все равно. На деле время глагола в данном случае очень важно для хронологии событий, а, следовательно, и для понимания хода их и самого смысла]. Theodoret. Η. E. I, 3 (Sirmond = 4 Vales). Это замечание Александра и ввело в заблуждение Snellmann’a, заставившего палестинский собор предшествовать второму посланию [= посланию Ἡ φίλαρχος]. Snellmann в этих трех епископах несправедливо увидел упоминаемых у Созомена трех епископов, присутствовавших на палестинском соборе (Sozom. H. Е. I, 15)». – Что на стороне Снелльмана в данном случае оказывается и сам Э. Швартц, А. А. Спасскому как будто остается неизвестным. – Так уверенно о «заблуждении» Снелльманна А. А. Спасский говорит потому, что, по его мнению, палестинский собор состоялся после того, как Александр александрийский обратился к Александру «византийскому» с своим «вторым посланием» Ἡ φίλαρχος. Стр. 149, прим. 3: «Snellmann (S. 115) считал собор в Палестине состоявшимся ранее второго послания Александра, отправленного на имя византийского епископа, и поэтому утверждает, что Арий и его сторонники ко времени составления этого послания возвратились в Александрию. Но Александр ясно отмечает, что Арий, Ахилла и др. были тогда «изгнаны из церкви» (Theodor[et] Η. E. I, 3)». – Но и здесь А. А. Спасский опять не замечает, что на стороне Снелльмана оказывается и Швартц: и, по его мнению, Ἡ φίλαρχος написано уже после того, как ариане возвратились в Александрию и после палестинского собора. Schwartz, VI, SS. 291–292. – В противоположность Спасскому Швартц в самом послании Ἡ φίλαρχος находит указание на то, что оно писано уже по возвращении Ария и его товарищей в Александрию. – В чем же здесь дело?

Св. Александр (‘Η φίλαρχος рр. 9–10) пишет об арианах: Ἄρειος γοῦν καὶ Ἀχιλλᾶς – – – οὐκ ἔτι τῆς ἐκκλησίας ὑποχείριοι μένειν ἐκαρτέρησαν' άλλ’ ἑαντοῖς σπήλαια ληστῶν οἰκοδομήσαντες, ἀδιαλείπτως ἐν αὐτοῖς ποιοῦνται συνόδους [припомним, что именно палестинский собор разрешил арианам делать свои церковные собрания; но св. Александр со своей точки зрения, разумеется, не мог признать таких собраний законными и места их называет «вертепами разбойников"], νύκτωρ τὲ καὶ μεθ’ ἡμέραν ἐν ταῖς κατὰ Χρίστον καὶ ἡμῶν διαβολαῖς ἀσκούμενοι. – – – στάσεις δὲ ἡμῖν καθ’ ἡμέραν καὶ διωγμοὺς ἐπεγείροντες. – – – ἡμεῖς μὲν οὖν ἃ καὶ τῷ βίῳ αὐτῶν καὶ τῇ ἀνοσίῳ ἐπιχειρήσει πρέπει, διὰ τὸ λανθάνειν, βραδέως ἐπιστήσαντες, παμψηφεὶ τῆς προσκννούσης Χρίστον τὴν θεότητα ἐκκλησίας ἐξηλάσαμεν [Эти слова, по-видимому и имеет в виду А. А. Спасский; но 1) речь здесь идет не об изгнании из города, а просто о церковном отлучении. Даже русские переводчики в ДВС I, 43 перевели эти слова: «отлучили их от церкви». 2) Следует обратить внимание на время глагола: ἐξηλάσαμεν: речь идет здесь о постановлении александрийского собора, низложившего Ария с его сообщниками; но это постановление, с точки зрения св. Александра, оставалось в силе и тогда, когда ариане, в силу постановления палестинского собора, возвратились в Александрию. Но даже и в том случае, если бы ариане искренно покаялись, и сам Александр принял бы их в общение, оставался бы тот бесспорный факт, что раньше они были «изгнаны из церкви» решением александрийского собора; об этом факте можно было говорить в прошедшем времени, где бы ни находились изгнанники в данную минуту]. Ἐπεχείρισαν δὲ περιδρομαῖς χρὡμενοι καθ’ ἡμῶν, παρεκβαίνειν πρὸς τοὺς ὁμόφρονας συλλειτουργούς, σγήματι μὲν εἰρήνης καὶ ἑνώσεως ἀξίωσιν ὑποκρινὸμενοι. – – – οὐχ ἅπερ γοῦν παρ’ ἡμῖν πονηρῶς ἐδίδαξάν τε καὶ διεπράξαντο, ὁμολογονσιν αὐτοῖς, δι’ ἃ καὶ ἐξὡσθησαν [опять аорист!]. ἀλλ’ ἢ σιωπῇ ταῦτα παραδιδόασιν, ἢ πεπλανημένοις λόγοις καὶ ἐγγράφοις ἐπισκιάζοντες ἀπατῶσιν. – Таким образом в сообщении св. Александра о решении александрийского собора из 100 епископов, осудившего Ария с его сообщниками. А.А. Спасский усмотрел свидетельство о местопребывании Ария cum sociis в то время, когда Александр писал послание Ἡ φίλαρχος, и просмотрел то место в этом послании, из которого видно, что оно было писано уже после кесарийского собора. – То конечно факт, что и о внеегипетской деятельности ариан св. Александр говорит в настоящем времени. Но это, в крайнем случае, можно, вместе с Snellmann’oм, объяснять тем, что ариане не все вернулись в Александрию после палестинского собора, а только часть их; остальные же продолжали агитировать в других церквах (S. 115: einige Freunde des Arius noch im Auslande die Interessen der Partei vertraten). Но, допустим даже, что в Ἡ φίλαρχος сохранились бы ясные указания на то, что ариане еще не вернулись в Александрию; и отсюда еще не следовало бы, что послание это написано раньше палестинского собора: о решении этого собора св. Александр мог и даже должен был узнать раньше возвращения ариан в Александрию. О постановлениях этого собора Евсевий кесарийский конечно известил св. Александра особым посланием, которое и отправил, разумеется, не с Арием или с кем-либо из его сподвижников (от них Александр и не принял бы послания), а вероятно с одним из клириков кесарийской церкви. По всему этому, я думаю, что «заблуждается» не Snellmann, а сам А.А. Спасский: послание Ἡ φίλαρχος было ответом на решение палестинского собора, а не наоборот. [По моим наблюдениям и вообще чуть ли не во всех тех случаях, где Спасский расходится с Снелльманном, прав Снелльманн, а не Спасский].

Но допустим невероятное, допустим, что в данном случае (в вопросе о времени палестинского собора) А.А. Спасский прав. Но даже и в этом случае его гипотезу о «трех епископах» нельзя считать вероятною. А.А. Спасский, сам этого не замечая, запутывается в противоречиях. Под «тремя епископами» в Ἡ φίλαρχος можно бы было разуметь Феодота лаодикийского, Наркисса нерониадского и Евсевия кесарийского, отлученных от общения антиохийским собором 324 года, только в том случае, если бы можно было доказать, что послание Ἡ φίλαρχος написано после этого антиохийского собора. Ведь отцы этого собора говорят, что эти три епископа скрывали свои заблуждения, и только на самом соборе выяснился их действительный образ мыслей (καίτοι πολυτρόπως λαθεῖν πειρηθέντες καὶ κατακρύπτειν τὰς πλάνας αὐτῶν πιθανολογίαις οὐκ ἀληθέσιν ὅμως ἐναντία τούτοις εἰσάγοντες ἐφάνησαν). О Наркиссе, как своем единомышленнике, не упоминает сам Арий в письме к Евсевию. – Но, раз Александр говорит только о трех епископах, то нужно думать, что эти трое заявили себя чем-то особенным. Одного сочувствия Арию для этого было недостаточно. Епископов, сочувствовавших Арию и даже заявивших об этом своем сочувствии, на Востоке было не трое, а гораздо больше. Отлучение, наложенное антиохийским собором, могло бы быть достаточным поводом для упоминания о трех епископах. Это были во всяком случае вполне убежденные сторонники Ария, не испугавшиеся того, что против них оказалось большинство епископов антиохийского округа. Припомним, что Аетий лиддский и Григорий виритский (преемник – по виритской кафедре – «великого» Евсевия никомидийского!) на этом соборе изменили делу Ария и перешли на сторону его противников. Следовательно, для А.А. Спасского – с точки зрения его гипотезы о трех епископах – необходимо было-бы поставить послание Ἡ φίλαρχος позже не только кесарийского, но и антиохийского собора. На деле же он вслед за Швартцем ставит антиохийский собор после «24» декабря 324 года [мнимый день кончины Филогония антиохийского], а послание Ἡ φίλαρχος, как и Snellmann, относит ко времени Ликиния. Что это последнее предположение ошибочно, показал B.В. Болотов, Theodoretiana, Superaddendum L (Христ. Чт. 1892, II, 149–154). Но и относить Ἡ φίλαρχος ко времени после антиохийского собора, невозможно. Собор этот состоялся уже после того, как назначен был «великий и священный собор в Анкире» (перенесенный потом в Никею); в ‘Н φίλαρχος же нет и намека на то, что дело об Арии перенесено будет на суд вселенской церкви. Но ставить ли Ἡ φίλαρχος прежде или после кесарийского собора, остается тот бесспорный факт, что в это время в Сирии и Палестине самыми видными деятелями были те три епископа, о которых говорит Созомен: Павлин тирский [его имя, вероятно, не напрасно стоит на первом месте: это был епископ более уважаемый и влиятельный, чем сам Евсевий кесарийский. Сам А.А. Спасский на стр. 151 называет его – едва ли вполне правильно – «богословскою знаменитостью того времени"], Евсевий кесарийский и Патрофил скифопольский. Они были духовными вождями сторонников Ария на Востоке (Sozom. II, 19), их мнению следовали восточные епископы. Наоборот, отлучение, наложенное антиохийским собором именно, но Феодота, Наркисса и Евсевия, было простою случайностью, которую невозможно было предвидеть заранее. Павлин тирский не попал под это отлучение, по-моему, потому, что уже умер раньше этого антиохийского собора, а Патрофил должно быть намеренно уклонился от участия на этом соборе. Было бы странно, если бы св. Александр александрийский, говоря о трех сирийских покровителях Ария, имел в виду Наркисса и Феодота, и позабыл о Павлине и Патрофиле. В числе покровителей Ария первые в то время ничем особенным не отличались (видным деятелем в рядах евсевиан Наркисс сделался уже после никейского собора. Ср. В.В. Болотов, Либерий, епископ римский, и сирмийские соборы, стр. 4 [= Хр. Чт. 1891, I, 307], прим. 6), тогда как вторые вместе с Евсевием кесарийским провели на палестинском соборе разрешение низложенным александрийским клирикам делать особые церковные собрания; следовательно, сделали для Ария и его сообщников чуть ли не больше, чем сделал для них сам Евсевий никомидийский. – Поэтому вместе с Тилльмоном, Снелльманом и Швартцем я считаю в самой высокой степени вероятным, что именно этих трех епископов и имеет в виду св. Александр в Ἡ φίλαρχος, а, следовательно, это послание написано в ответ на постановление кесарие-палестинского собора.

6

Eus. с. Marc. I, 4, 17, ed. Gaisford, рр. 43–44 [21]: (слова Маркелла:) Συνηγορῆσαι γὰρ βουληθεὶς [ὁ Ἀστέριος – известный софист, защитник арианства, с которым полемизирует Маркелл в своей книге] τῷ τὴν ἐπιστολὴν κακῶς γράψαντι Εὐσεβίῳ, πρῶτον μὲν οὐ διδασκαλικῶς ἀναπτύξας ἐφ’ ᾗ τὸ δόγμα τὴν ἐπιστολὴν συνέταξεν, οὐ γὰρ πρὸς τὴν ἐκκλησίαν οὐδὲ πρὸς τοὺς ἀγνοοῦντας ἐγίγνετο τό γράμμα ἀλλὰ πρὸς τὸν μακάριον Πανλῖνον, μακάριον αὐτὸν διὰ τοῦτο εἰπών, ὅτι τὴν αὐτὴν εἶχεν Ἀστερίῳ δόξαν. Οὐκοῦν ἐπειδήπερ τοὺς σοφωτάτους πατέρας Ἀστεριου μεμαθήκαμεν [в числе их конечно и блаженный Павлин], ἄκόλουθον ἡγοῦμαι λέγειν, καὶ τὸν Παυλῖνου τε καὶ τῶν ἄλλων γενόμενον διδάσκαλον [этот учитель Павлина и других есть, как видно из дальнейшего, Ориген]. Ἀπὸ γὰρ τῆς Παυλῖνου ἐπιστολῆς [к Александру александрийскому? ср. выше к прим. 2] ὁ κάκείνου διδάσκαλος γεγονὼς εὔδηλος γένοιτ’ ἂν ἡμῖν [слова Евсевия:] Kaὶ μεταξύ τινα εἰπών, τὸν αὐτὸν [Павлина, как видно из дальнейшего] αὖθις διαβάλλει, ὡς οὐχ ὀρθῶς ἀποδεξάμενον τὸν Ὠριγένη, λέγων οὕτως∙ [Маркелл, далее его слова:] Οὐκ εὐαγγελικης ὑπομιμνὴσκων διδασκαλίας ταῦτ’ ἔγραψε Παυλῖνος, ὁμολογῶν δὲ ἐνίους μὲν ἀφ’ ἑαυτῶν οὕτω κινεῖσθαι, ἐνίονς δὲ ἐκ τῶν ἀναγνωσμάτων τῶν προειρημένων ἀνδρῶν τοῦτον ἦχθαι τὸν τρόπον, [продолжение слов Маркелла, не слова Евсевия, как это принято в издании Гэйсфорда] Εἶτα τέλος, ὥσπερ τινὰ κορωνίδα τῆς ἀποδείξεως ἐπάγων, ἐκ τών Ὠριγένους ῥητῶν τῆς ἑαυτοῦ ἐπέγραψεν ἐπιστολης [уже это ,,ἐπιστολῆς» показывает, что пишет Маркелл о Павлине, не Евсевий о Маркелле: Маркелл написал книгу, а не письмо. И, что особенно важно, Маркелл не стал бы в своей книге ссылаться, как на новый авторитет, κορωνὶς τῆς ἀποδείξεως, на Оригена], ὡς μάλλον πεῖσαι δυναμένου παρὰ τοὺς εὐαγγελιστάς καὶ τοὺς ἀποστόλους. Ἔστι δὲ τὰ ῥητὰ ταῦτα∙ [слова Оригена, цитируемые Павлином:] ὥρα ἐπαναλαβόντα περὶ Πατρός, καὶ Υἱοῦ, καὶ ἁγιου Πνεύματος, ὀλίγα τῶν τότε παραλελειμμένων διεξελθεῖν∙ περὶ Πατρὸς ὡς ἀδιαίρετος ὢν καὶ ἀμέριστος Υἱοῦ γίνεται πατήρ, οὐ προβαλὼν ἀντόν, ὡς οἴονταί τινες. εἰ γὰρ πρόβλημά ἐστιν ὁ Υιός τὸν Πατρὸς, καὶ γεννᾷ μὲν ἐξ αὐτοῦ ὁποῖα τὰ τῶν ζώων γεννήματα, ἀνάγκη σωμα εἶναι τὸν προβάλλοντα καὶ τὸν προβεβλημένον. – Маркелл не привел здесь (в цитуемых Евсевием его словах) ни единой строки из упоминаемого им письма Павлина. Но из приводимой Павлином тирады из Оригена совершенно ясно, в каком духе он высказался. Взято такое место из Оригена, где проводится воззрение особенно симпатичное арианам: нематериальность рождения Сына Божия. А далее (рр. 45–46 [22]) Маркелл упрекает Павлина за то, что он не ссылается на такие места из Оригена, где доказывается вечность рождения Сына. И конечно не даром Астерий называл Павлина «блаженным», и «отцом*, а сам Евсевий кесарийский «Божиим человеком, поистине треблаженным». Ясно, что в вопросе об арианах Павлин был на стороне обоих Евсевиев. Но по своему догматическому направлению он был не лукианист, как Евсевий никомидийский, а левый оригенист, как Евсевий кесарийский. По предположению Гуоткина (Gwatkin, р. 34), разделяемому и Гарнаком (Harnack DG. II3, 183 [2184], 1), оба они были учениками Дорофея, пресвитера антиохийского (Eus. h. e. VII, 32, 2–3, S. 717–8).

Несколько ближе с богословскими воззрениями Павлина знакомит нас другое место из цитуемого Евсевием – отчасти буквально – отчасти в перифразе – сочинения Маркелла. Eus. с. Marcel. I, 4, 38, рр. 56–7 (27–8). [слова Маркелла:] Τούτοις δὲ τοῖς ῥητοῖς καὶ ὁ τούτου [Астерия] πατὴρ πειθόμενος Παυλῖνος, ταῦτα λέγειν τε καὶ γράφειν οὐκ ὀκνεῖ, ποτὲ μὲν δεύτερον Θεὸν λέγων τὸν Χριστόν, καὶ τοῦτον ἀνθρωπικώτερον γεγενῆσθαι Θεοῦ [вар. θεὸν, лат. перев.: eumdemque humano more Deum genitum; для меня смысл этой фразы не ясен; не значит ли она, что Павлин считал Сына Богом более близким к людям, чем Бог Отец?] ποτὲ δὲ [καὶ] κτίσμα ἀντὸν εἶναι διοριζόμενος. Ὅτι δὲ τοῦθ’ οὕτως ἔχει, καὶ πρὸς ἡμᾶς ποτὲ τὴν Ἀγκύρων διϊών, κτίσμα εἶναι τὸν Χριστόν ἔφασκε. [слова Евсевия:] Kaὶ πάλιν μνθολογῶν διειλέχθαι τῷ Πανλίνῳ φησίν. Ἔπειτα διαβάλλει τὸν μακάριον, ὡς Θεοὺς πολλοὺς εἰρηκότα, καὶ καταλιπὼν τὸν Πανλῖνον, πάλιν τῷ Εὐσεβίω [самому Евсевию кесарийскому] σχολάζει φάσκων∙ [слова Маркелла:] Οὕτω δὲ καὶ Εὐσέβιος ὁ τῆς Καισαρείας γέγραφε καὶ αὐτός, τὴν αὐτὴν ἔχων Παυλίνῳ τε καὶ τοῖς ἔξωθεν [с внешними, т.е. с язычниками] περὶ Θεῶν δόξαν. Γέγραφε γὰρ, οὐχ ὡς ὄντος μόνον Θεοῦ, ἀλλ’ ἑνὸς ὄντος τοῦ μόνον ἀληθινοῦ Θεοῦ. Ὅθεν τοίνυν μαθὼν καὶ ὁ Ἀστεριου πατὴρ Παυλῖνος νεωτέρους Θεοὺς εἶναι ᾤετο. Таким образом Маркелл сообщает, что Павлин был когда то в Анкире, и Маркелл имел там с ним беседу, что и из разговора с ним и из его писаний Маркелл убедился, что он называл Христа [как и Ориген и Евсевий кесарийский] то «вторым Богом», то «тварью» и вообще вел речь о «многих» и «младших» богах; что Евсевий кесарийский, имевший то же мнение о «богах», как и Павлин и язычники, писал, что существует не то что вообще один Бог, а только один истинный Бог, и что, научившись от него, и «отец» Астерия Павлин учил о «новейших» или «младших» богах. – Во всех этих сообщениях Маркелла нет ничего, что заставляло бы видеть в Павлине арианина более решительного, чем Евсевий кесарийский, и противоречило бы предположению о его оригенизме.

7

Возможно конечно и то, что Павлин был в Анкире случайно, может быть, во время гонения, подобно тому как напр. Мелитий севастопольский прожил 7 лет в Палестине, Euseb. h. e. VII, 32, 28. Но вероятность этой возможности не особенно велика, так как самое содержание разговора между Павлином и Маркеллом доказывает, что арианский спор уже начался.

8

Eusebii Contra Marcellum I, 42 ed. Gаisfоrd, Oxonii 1852 pp. 37–38 [18–19].

9

Philostorg. III, 15, ed. Valesius (Moguntiae 1679) p. 486 f. и у Свиды под словом Ἀέτιος, у Valesius рр. 542–543.

10

Hieronymi, Chronicon Olymp. 277, 4 (ehr. 332) Constantini 22 ap. Migne S. G. е. XIX coll. 587–588. – Eusebii Chronicorum libri duo ed. A. Schoene. Vol. II. Berolini 1866. p. 192 (Olymp. 277, i. Abr. 2345). – Место это, приведено будет далее – в ІV-й главе.

11

Theodoret. h. e. I, 22, р. 53. Philostorg. ар. Nicetas Thesaurus orthod. fid. 1. 5. c. 7. in fin. ap. Valesius p. 539.

12

Epiph. haer. 69, 4 y Schwartz VI, 259: καὶ γράφει [св. Александр александрийский] ἐπιστολὰς ἐγκυκλίους, αἵτινες παρὰ φιλοκάλοις ἔτι σῴζονται ὡς τὸν ἀριθμὸν ἐβδομὴκοντα, τῶν ἐπισκόπων ὲκάστῳ, Εὐσεβίω εὐθὺς [diese standen also am Anfang des Bandes, поясняет Швартц: собрание начиналось с посланий к палестинским епископам] τῷ ἐν Καισαρείᾳ (περιῆν γὰρ) καὶ Μακαρίῳ Ἱεροσολύμων, Ἀσκληπιω ἐν Γάζῃ, Λογγίνῳ ἐν Ἀσκάλωνι, Μακρινῳ τῷ ἐν Ἰαμνία καὶ ἄλλοις [т.е. Палестине], ἐν δὲ τῇ Φοινίκη Ζήνωνί τινι ἀῥχαίῳ ἐν Τνρω καὶ αλλοις [nämlich in Phoenike], ἀλλὰ [ἅμα в рукописи] καὶ ἐν τῇ κοίλῃ Συρίᾳ.

13

Вот полная справка по Н. Geizer, H. Hilgenfeld, O. Cuntz, Patrum nicaenorum nomina latine graece coptice syriace arabice armeniace, Lipsiae 1898: Latin. I, VI. Prouinciae Phenices 41. Zenon de Tyro [thiro B de '.t.] cletiro F1]. II, VI Phoenicis 40. Zenon Tyrius [zeno H thyrius L thirius KMN thyryus O terius H], III, VI Phoeniciae, 40. Zenon Tyri (zeno Q tyria S thyria T tiria U]. IV, VI Prouincia Phenicis 37. Zenon Tyro [zonon X zeton Z tiro Z]. Феодор Чтец [= Сократ по Е. Schwartz] VIII. Φοινίκης 41 Ζήνων Τύρου. Коптский 43 ζήνων ἐν τύρος. Сирский Index coenobii Nitriensis VI דפוניקא = Phoenices עסרא = десять [епископов], 40 דצור זאנון Авдишо VI דפוניקא 40 דצור זנון. Список Маруты майферкатского (О. Braun, De sancta Nicaena synodo. Syrische Texte des Maruta von Maupherkat. Münster i. W. 1898. S. 30); Z’nön von Sūr. Армянский ξενον ι τιυροσέ. Арабский 194 Zjnwn ’Tjrw’ [так, конечно, нужно читать – вместе с Hilgenfeld – вместо наличного: ’bθrw’]. Vaticanus 91 Ζήνων Τύρου. – В найденных В.Н. Бенешевичем списках: Синайский 195 = оба иерусалимские (Metoch 2 и Patr 167) 196 Ζήνων Τύρου. – Таким образом имя Зинона приводится решительно во всех сохранившихся списках никейских отцов и во всех систематических занимает 1-е место в числе епископов провинции Финикии. – Имени же Павлина тирского нет, решительно ни в одном из списков.

14

Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius. Mitth. VI, S. 259, Anm. 1. Zenon hat auch in Nicaea als Bischof von Tyrus unterzeichnet, wie die Listen zeigen. Ein sicheres Zeugniss, dafür dass Paulinus vor 325 Bischof von Tyrus war, giebt es nicht: weder Euseb von Nicomedien nennt ihn so [unten Nr. 3 = Theodoret h. e. I, 6] weder Euseb von Caesarea in Dedication des 10 Buches der KG; die Stellen 10, 41.23 können ebenso gut auf Zeno bezogen werden.

15

Höchstens konnte Sabinus [Sozom 1, 1511] combinirt mit der Stelle in dem Brief Alexanders Theodoret 1, 437 dafür ins Feld geführt werden, auch dass Arius ihn in dem Brief Nr. 1 mit lauter Bischöfen zusammen nennt; doch lässt sich das so erklären, dass Paulinus, der Presbyter in Antiochien war, dem hochbetagten Zeno zur Hülfe beigegeben wurde, factisch die Gemeinde von Tyrus leitete und Zeno auf der palaestinischen Synode der Arianer vertrat.

16

Ja es ist möglich, dass er noch zu Zenos Lebzeiten den Bischofstitel geführt hat; solche Fälle finden sich, um von dem berühmten Beispiel Augustins zu schweigen, in der Liste der ägyptischen Bischöfe, die Athanasius im 19. Osterbrief mittheilt, und Alexanders spöttische Bemerkung οὐκ οἶδ’ ὅπως ἐν Συρία χειροτονηθέντες ἐπίσκοποι τρεῖς geht vielleicht darauf. – В приписке к 19-му пасхальному посланию (на 347-й год, пасха 17 φαρμουθί = 12 апреля) Афанасий в. сообщает, что для города Панополя (Panos) им поставлен был епископом Арий еще при жизни престарелого и больного Артемидора. F. Larsow, Die Fest-Briefe des Heiligen Athanasius Bischof von Alexandria. Leipzig-Göttingen 1852. S. 150. – Другие упоминаемые в той приписке случаи в [Антинополе Афанасий в. вместо Аммония и Тиранния поставил Ариона, в Нилополе вместо Феона (бывшего мелитианина? См. В.В. Болотов, BPEBION Мелития ликопольского стр. 1) поставлены были им Амата и Исаак, «после того как они помирились между собою»; в Ксои (Xois) – вместо Анувиона, Феодор, при нем и Исидор, после того как он был приобретен для церкви; в Клисме вместо Иакова, Тифона, при нем и Павел, после того как он снова приобретен для церкви] по-видимому сюда не относятся, так как дело идет здесь о воссоединившихся с церковию – епископах-схизматиках (мелитианах?).

17

Nach dem nicänischen Concil, als Zeno gestorben war, ist Paulinus jedenfalls einziger und vollberechtigter Bischof (Eus. c. Marc. I, 42. Philost. 3, 15) von Tyrus gewesen.

18

L. Duchesne, Histoire ancienne de l’Église t. II. 3-ème édition, Paris 1908 p. 164. Paulin, évêque de Tyr en disponibilité, antiochénien d’origine, fut quelque temps à la tête de l’église [антиохийской, по низложении св. Евстафия], peut-être comme administrateur provisoir. Note 2. Paulin avait été, on ne sait pourquoi [очень характерно это on ne sait pourquoi: Дюшен, как истинный ученый, не скрывает, что обычное мнение сопряжено со значительными трудностями, и он не видит выхода из них], remplacé comme évêque de Tyr; c’est Zénon, qui signa en cette qualité, au concile de Nicée. Eusèbe lui [NB. конечно Павлину, a не Зинону] dedia, peu après semble-t-il [значит веских-то данных за то, что ономастик писан после 325 г. не имеется], son onomastique. Dans son ouvrage contre Marcel [I, 4] il dit que l’église d’Antioche l’avait revendiqué comme un bien qui lui appartenait [a о том, что здесь же Евсевий говорит о Павлине, как давно умершем, Дюшен умалчивает].

19

Tillemоnt, Mémoires, t. VII. S. Eustathe. Note I, p. 649. Предложив сначала понимать слова св. Епифания 69, и в том смысле, что св. Александр писал Зенону, который был старым епископом Финикии, и потом к епископу тирскому [другому, отличному от Зенона], т.е. поставить запятую пред ἐν Τύρῳ (так понимали это место Баронио и кажется Пето), Тилльмон говорит далее: Cette solution satisfait à S. Epiphane, mais non aux souscriptions du Concile de Nicée, où nous trouvons Zenon de Tyr à la teste des Evesques de la Phenicie. Cela nous oblige de proposer encore une autre solution, qui est que Zenon estoit effectivement ancien Evesque de Tyr, comme le dit S. Epiphane, ἀρχαίος, c’est à dire qu’il avoit esté Evesque de Tyr avant Paulin, et qu’il l’avoit pris pour son coadjuteur, ou plustost pour son successeur, en se conservant l’honneur de l’épiscopat, comme S. Narcisse de Jérusalem avoit fait a l’égard de Saint Alexandre. Ainsi il ne faudra pas s’étonner qu’il ait toujours esté considéré comme Evesque de Tyr, et qu’il ait eu rang en cette qualité dans le Concile de Nicée.

20

Acta Sanctorum Julii t. IV. p. 41 n. 174: Ego rem omnem brevi compendio confectam iri existimo, si Paulinum ac Zenonem simul episcopos fuisse Tyri dicamus; et hunc quidem ἀρχαῖον, hoc est, antiquum, ut eum vocat Epiphanius, quia episcopatum illum ante Paulinum gesserit, eumque sibi sive senii, sive affectae valetudinis, sive alia qua causa coadjutorem aut successorem adsciverit, ad eum modum, quo de S. Narcisso Hierosolymitano aliisque non semel est dictum.

21

«Владыкой» называет и Александр фессалоникский своего «господина возлюбленного сына и единодушного сослужителя Афанасия» великого в письме к нему у Athan. ароl. с. arian. n. 66 (Bright, р. 79): Ἐδήλωσα оὖν σοι αὐτὸ τοῦτο (что он получил от Афанасия только одно письмо), ἳνа εὶδέναι ἔχεις, δέσποτα. – Но и Афанасий в., хотя и «сын» по возрасту Александру фессалоникскому, занимал, однако, виднейшую на востоке кафедру. – прим. эл. редакции.

22

Euseb. h. е. VIII, 13, з. ed. Е. Schwartz p. 772. – Le Quien, Oriens Christianus II (Parisii 1740) col. 803 считает преемником Тиранниона Дорофея, упоминаемого в хронике Феофана. Но Евсевий и другие более ранние историки об этом Дорофее хранят полное молчание.

23

Е. Schwartz, Zur Gesch. d. Athanasius VII. S. 352, Anm. 1.

24

Διὸ παρακαλῶ εἰδότα σε, ὡς ἀπρεπὲς ἀνδρὶ φρονίμῳ, ἀλλοῖα φρονεῖν καὶ σιωπᾷν τάληθῆ, περὶ τὸ γράφειν περὶ τούτου ἄρχου [следовательно, Павлин, по-видимому, до сих пор вовсе не высказался по спорному вопросу письменно, ничего не написал] λυσιτελοῦντος καὶ σοὶ καὶ τοῖς ἀκούουσί [так!] σου.

25

Об отношении Евсевия никомидийского к Лукиану см. мою статью: «Евсевий никомидийский и Лукиан» в Богословском Вестнике 1912 г., апрель (стр. 722–737) и май (стр. 80–89).

26

ἅπερ [= догматические положения Евсевия] λαβὼν καὶ ἐξεργασάμενος κατὰ τὴν προσοῦσάν σοι θεόθεν χάριν γράψαι τῷ δεοπότῃ μου Ἀλεξάνόρῳ σπούδασον∙ πεπῖατευκά γε ὡς εἰ γράψειας αὐτῷ, ἐντρέῳειας αὐτόν.

27

Schwartz VI, SS. 261–262. Оба письма сохранились у Феодорита I. 5–6 и в латинском переводе у Мария Викторина Contra arianos.

28

Euseb. h. e. X, 1, 2, ed. Schwartz p. 856.

29

Eus. h. e. X, 4, 3. S. 862. Далее (n. 3) Евсевий сравнивает Павлина с Веселеилом, Соломоном и Заровавелем, и в п. 23 с Аароном и Мелхиседеком.

30

А. Harnack, Die Chronologie der altchristlichen Literatur bis Eusebius. B. 2. Leipzig 1904. S. 108. – Einleitungen, Übersichten und Register zu Eusebius Kirchengeschichte, bearbeitet vou Eduard Schwartz und Theodor Mommsen. (Berlin 1909) SS. LIV–LV.

31

Посвящение содержится в самом тексте 10-й книги.

32

1. Перевод этнологических терминов Св. Писания на греческий язык; 2. Описание древней Иудеи; 3. План Иерусалима и храма. Эти 3 сочинения не дошли до нас. Сохранилось только 4-е: Περὶ τῶν τοπικῶν ὀνομάτων τῶν ἐν τῇ θείᾳ γραφῇ. – Harnack, Chronologie. B. II. S. 122.

33

Эту трудность [как я узнал уже после того, как у меня данное возражение против Швартца было записано] отлично видел Тилльмон, и не находил из нее лучшего выхода, как ссылка на недостоверность никейских списков, и даже св. Епифания. – Tillemont, Mémoires t. VII. S. Eustathe. Note 1 p. 649 (cp. выше, прим. 19). II y a néanmoins à cela une grande difficulté. Car on ne voit pas’ que Zenon ait pu quitter les fonctions de l’épiscopat, en en gardant l’honneur qu’à cause de sa viellesse, comme saint Narcisse: et s’il estoit si agé lorsque Paulin fut fait Evesque de Tyr, c’est à dire apparemment des assez longtemps avant l’an 319 – aura t’il esté en état en 325 de faire le voyage de Nicée, auquel on peut dire qu’il n’estoit point obligé? Assurement le moyen le plus court pour se tirer de cet embarase, et peut-estre le plus véritable, est de dire que les souscriptions du Concile de Nicée ne sont pas d’une grande autorité dans l’histoire –; S. Epiphane mesme y en a assez peu, surtout en ce qui regarde l’histoire de l’Arianisme. – Попытку решить это затруднение предлагает Boschius 1. с. n. 175–176 p. 41 (см. прим. 20) Grandem tamen, scio, in hoc responso difficultaten Tillemontius apprehendit –n. 186. At mihi quidem ejus argumentum nequaquam tanti est, ut eo adigat. Quid enim? Si Zenonem annos finxerit (ut agam liberaliter) LXVIII natum ad annum Christi circiter CCCXIV, ac 'nonnulla insuper tentatum aegritudine, quae tardam ac dubiam exigeret medicinam; numquid non satis id causae erat, cur sibi adjutorem adlegeret, iis maxime temporibus, cum, sublata persecutione, instauranda temporum aedificia, corrigendi mores, collapsa pene religio revocanda, instruendi fideles, dispersi colligendi, lapsi restituendi, pagani certatim ad veri Dei cultum convolantes Christianis sacris imbuendi, validissimum sane sine mora praesulem requirebant? Fac igitur id aetatis tum fuerit Zenon; quid ni octogenorio minor, Tyro, ex porto longe celeberrimo solvere in Bithyniam potuit? Quam vero graves eo rationes impellabunt? Invitatio imperatoris, S. Alexandri Alexandrini aliorumque orthodoxorum, quibus Paulini nimium quantum suspecta fides erat, adhortatio, ultimum denique, in quod res catholica; imo ecclesia prae multis aliis Tyria, vocabatur, discrimen. Quid? Tot inter senes aetate decrepitos, qui etiam effossis istuc oculis, ac poplitibus succisis adrepserunt, unum se, et quidem solo senectutis obtentu, desiderari, si modo aliquid vitae supererat, Zenon ille sit passus? Non equidem crediderim: neque adeo desperatum illud placet effugium: qua aut subscriptionum in hoc nomine fides, aut S. Epiphanii elevatur auctoritas. – В моих глазах факт, что Тилльмон видит эту трудность и не пытается слишком легко отделаться от нее, является новым доказательством необычайной критической проницательности этого историка: даже там, где он в конце концов приходит к ошибочному выводу, от его внимания не ускользают те возражения против этого вывода, которые говорят за противоположное положение. Поэтому «и неполное совпадение» в подробностях аргументации со взглядами «такого ученого, как Тилльмон» является часто «хорошим προγνωστικόν» за правильность такого или иного решения спорного вопроса. Ср. В.В. Болотов, Либерий, епископ римский и сирмийские соборы. Стр. 314 [= Хр. Чт. 1891 г., I, 11] прим. 32. Попытка же ван-Босха показать мнимую слабость этого возражения Тилльмона свидетельствует лишь о том, что он был далеко не Тилльмон. – Разумеется нельзя считать безусловно невозможным того, что Зинон в 314 г. в возрасте под 70 лет пожелал иметь себе помощника; но к 325-му году успел разочароваться в нем, и потому сам поехал в Никею. Не невозможно ведь даже, что в это время Зинона постигла тяжкая болезнь, от которой он не думал оправится. Но случилось то, чего он не ожидал: к 325 году он оправился и вновь вступил в управление своей паствой. Но вопрос: насколько велика вероятность этой возможности? Ведь, если бы мы имели совершенно ясное и вполне достоверное свидетельство, что пред 314–315 гг. епископом тирским был Зинон, тот самый, какой был и в Никее, то и такая рискованная гипотеза могла бы претендовать на научное значение. Если же на деле о Зиноне говорят нам только св. Епифаний и никейские списки, и следовательно самое существование его как епископа тирского в 314 году есть простая гипотеза, и гипотеза даже невероятная; то ван-Босху не мешало бы принять во внимание, что случаи назначения престарелым епископом епископов помощников, которые потом становились и их преемниками, были и вообще очень редким явлением в древней церкви, допускались лишь тогда, когда неспособность епископа к управлению церковью была для всех очевидным фактом. Простые потребности времени, требовавшие особенно бдительного надзора за паствою, едва ли могли быть к этому достаточным поводом. Никому не охота расставаться с властью, и в древности, как и теперь, вероятно бывали и такие епископы, у которых всеми делами правил не епископ-викарий, а просто «секретарь,» т. е. какой-нибудь любимый епископом пресвитер или диакон. Но уж совершенно исключительным явлением был бы предполагаемый ван-Босхом случай, что Зинон еще в 314 году выбрал себе помощника и будущего преемника, но прожил после этого minimum 11 лет, к 325 году успел настолько разочароваться в этом помощнике, что отстранил его, и сам явился в Никею; и, однако несмотря на это Павлин все-таки стал потом его преемником. – В Никее присутствовали несомненно и убеленные сединами старцы (таким был, например, сам Александр александрийский) и епископы-исповедники, изувеченные в диоклитианово гонение. Но все это были епископы единственные в данном городе, не имевшие у себя помощников. А тот факт, что на никейский собор явилось всего 260–270 епископов, на деле же в то время их было гораздо больше, – доказывает, что к поездке в Никею никого не принуждали. Явились те, кто имел возможность.

34

Eus. с. Marcell. I, 4, 1–2 ed. Gaisford, Oxonii 1852 рр. 37–38 (18–19).

35

Harnack, Chronologie, II, 124–125.

36

Harnack, Chronologie II, 125. 122.

37

Euseb. с. Marc. I, 4, 17, p. 434 (21): Eh’ άγανακτών [Маркелл] ὅτι Πανλῖνον μακάριον ἀπεκάλεσεν [Ἀστέριος], ὁμοῦ τε κακῶς Εὐσεβίου πάλιν μνημόνευαν, οὕτω γράφει∙ [слова Маркелла:] Συνηγορήσαι γὰρ βουληθεὶς τῷ τὴν ἐπιστολὴν κακῶς γράψαντι Εὐσεβίῳ [никомидийскому], πρῶτον μὲν οὐ διδασκαλικῶς ἀναπτύξας ἐφ’ ᾗ τὸ δόγμα τὴν ἐπιστολὴν συνέταξεν, οὐ γὰρ πρὸς τὴν ἐκκλησίαν οὐδὲ πρὸς τοὺς ἀγνοοῦντας ἐγίγνετο τὸ γράμμα ἀλλὰ πρὸς τὸν μακάριον Πаυλῖνον, μακάριον αὐτὸν διὰ τοῦτο εἰπών, ὅτι τὴν αὐτὴν εἶχεν Ἀστερία δόξαν. – Что Павлина не было, в живых, когда Астерий писал свое сочинение в защиту письма Евсевия к Павлину, признает теперь и сам Швартц. – Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mitth. VIII. Nachr. d. K. Ges. d. Wiss. zur Gött. Phil.-Hist. Kl. 1911, S. 403, Anm. 1. Но мало того: самая защита эта, по справедливому замечанию Швартца, свой полный смысл имела только до конца 327 года, до возвращения Евсевия никомидийского из ссылки. Поэтому и нисхождение св. Евстафия Швартц склонен теперь относить ко времени раньше 327 года. Die Schrift, die er [Marcell] angriff, war ein Brief [Eus. c. Marc. 1, 4 4], in der eine Verteidigung des Briefes stand, den Euseb von Nicomedien vor Nicaea an Paulinus von Tyrus geschrieben hatte. – Das hatte am ersten Sinn vor der Restitution Eusebs im Jahr 327 –; andererseits scheint der Brief nach Paulinus Tode geschrieben zu sein, denn er wird μακάριος genannt [Eus. c. Marc. 1, 4 17]. Wenn die Combination richtig ist, muss Eustathius schon vor 327 abgesetzt worden sein. Поэтому и собор, издавший 25 канонов, собравшийся по смерти Евлалия, Швартц склонен относить не к 332 году, как Баллерини (ср. Mitth. VI, S. 281, 1), а к 328–329 гг. – Schwartz VIII, 397. – Разумеется, если Евстафий низложен был не позже 327 года, то Евсевий никомидийский не мог принимать участия в его низложении. Поэтому сообщения об этом Феодорита и Филосторгия Швартц считает недостоверными – S. 397: Wenn Euseb von Nicomedien an diesem [dem Sturz des – Eustathius] beteiligt war, kann er frühestens 328 erfolgt sein; doch ist das, was Theodoret [1, 21] und Philostorgius [2, 7] von dieser Beteiligung erzählen, zu unzuverlässig, um darauf Schlüsse aufzubauen [cp. Mittheilung VII Nachr. 1908, Heft 3 SS. 357]. Ja es giebt Indicien, die es wahrscheinlich machen, dass Eusthatius schon vor der Restitution des Euseb im Jahre 328 abgesetzt wurde: sie werden weiter unten zur Sprache kommen (ссылка na S. 403, 1). – При этом Швартц забывает спросить: возможно ли было низложение Евстафия, митрополита столицы Востока Антиохии, до 328 года, когда сам Евсевий никомидийский находился еще в ссылке? Достоверно или нет сообщение Феодорита и Филосторгия, что и низложение Евстафия было делом Евсевия никомидийского, то бесспорно, во всяком случае, что пока «великий» Евсевий был в ссылке и пока, следовательно, и император Константин в. не подпал снова под его влияние, ни Евсевий кесарийский и никто другой не отважился бы созвать в Антиохию собор для суда над ее митрополитом – видным деятелем никейского собора Евстафием. Если Асклипий газский низложен был Евсевием кесарийским по-видимому уже в 326 или даже 325 году (Schwartz, VI, 286, VIII, 406) [за 17 лет до сердикского собора 342/3 года], то ведь Асклипий был подчиненный Евсевию кесарийскому как митрополиту Палестины епископ, и «устранить» его (в отместку за свое отлучие на антиохийском соборе 324 года) для Евсевия кесарийского было не трудно. Совсем другое дело Евстафий антиохийский. Против него кесарийский митрополит мог выступить только, заручившись заранее содействием императора. А Константин до 328 года далеко не был на стороне евсевиан. И содействие Евсевия никомидийского для Евсевия кесарийского было в этом случае далеко не бесполезно, если не прямо необходимо. – При том же по сохранившимся известиям (они будут приведены и отчасти разобраны ниже) в низложении св. Евстафия принимал известное участие и император Константин в.: он именно отправил его в ссылку, и истинною причиною низложения Евстафия едва ли не было действительное или мнимое оскорбление им матери Константина Елены. Отсюда ясно, что евсевиане к этому времени уже успели переманить на свою сторону императора, и кто же мог скорее достичь этого, как не сам «великий» Евсевий никомидийский? – Словом, изложенная гипотеза Швартца о времени низложения св. Евстафия показывает только, к каким невозможным заключениям приводит обычные хронология жизни Павлина тирского-антиохийского.

Факт, что софист Астерий пишет особое сочинение в защиту письма Евсевия никомидийского к «блаженному» Павлину, интересен в другом отношении. И Евсевий никомидийский и Астерий были лукианисты. Не потому ли Астерий выступил в защиту письма Евсевия, что в нем дано было наиболее точное изложение учения Лукиана? Ср. мою статью «Евсевий никомидийский и Лукиан» в Богосл. Вести. 1912, апрель и май.

38

См. мою статью: «Антиохийский собор 324 года» в Хр. Чт. 1911 г., стр. 831. 845. – А. А. Спасский, История догматических движений, стр. 215, по какому-то недосмотру заносит Антония в число присутствовавших на никейском соборе арианствующих епископов-лукианистов!

39

Издан у F. Nau, Littérature canonique syriaque inédite: Concile d’Antioche etc. в Revue de l’Orient Chrétien. Deuxieme série. Tome IV (XIV). 1909. № 1, p. 13 (французский перевод) 17–18 (сирский подлинник). В латинском списке на 26 месте стоит Theodorus Vasadens.

40

В изданных недавно Э. Швартцем (в греческом переводе) (Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mittheilung VIII в Nachrichten d. K. Ges. d. Wiss. zu Göttingen. Phil.-hist. Cl. 1911. S. 392–3) двух сирских списках (по рукописи А) епископов этого собора Феодор сидонский занимает 2-е место – прямо после Евсевия кесарийского: А1: Θεόδωρος Σιδῶνος Φοινίκης; А2: Θεόδωρος πᾶσι τοῖς ὁρισθεῖσιν τῆς ἁγίας συνόδου παρὼν συγκατίθεααι. 3-е место во 2-м списке занимает тоже Θεόδωρος – вероятно – уасадский; в А1 именно другого Феодора нет; но вероятно он скрывается под одним из двух Феодотов, занимающих два последних (28-е и 29-е) места в этом списке (ни один из них не тождествен с Феодотом лаодикийским, который занимает в этом списке 10-е место). – Под другим же из этих Феодотов скрывается, по-моему, Феодосий трипольский.

41

Philostorg. II, 14 cf. 15 р 475 (Vales.).

42

О Феодоре тарском Свида под словом Αὐξέντιος – вероятно, на основании Филосторгия – сообщает только, что он был младшим братом Авксентия, епископа мопсуестийского, очевидно, предшественника Македония (Авксентий был нотарием во дворце Ликиния, но, как христианин, вынужден был оставить эту должность, почему его навивали, как и Македония, исповедником; но Македоний был епископом мопсуестийским в 324–344 гг.; Авксентий же сделался епископом, по-видимому, раньше Феодора тирского), и что он получил свое образование в Афинах. Supplementa Philostorgiana, Ex Suida in voce Αὐξέντιος. ap. Valesius, p. 544: τούτου [Αὐξέντίου] δὲ ἀδελφὸς νεώτερος Θεόδωρος ἧν, ἀνὴρ τῶν Ἀθήνησι παιδευθέντων· ὃς καὶ αὐτὸς (как Авксентий] χρόνῳ ὕστερον ἐπισκοπὴν τῆς Ταρσοῦ ἐκκλησίας ἕτυχε κληρωσάμενος. Дальше идет речь об Аетии, откуда ясно, что первоисточником для Свиды и здесь является Филосторгий. – Ср. Le Quien, II, 871. – Благоприятный отзыв о Феодоре Филосторгия, по-видимому, не в пользу предположения, что этот преемник Лупа и предшественник Антония был из числа убежденных никейцев. – прим. эл. редакции.

43

Theodoret. I, 4, 62 (cf. Е. Schwartz VI, S. 270): συνῳδὰ τούτοις [согласно с посланием Ἡ φίλαρχος, которое приведено у Феодорита непосредственно перед этими словами] ἐπέστειλε καὶ Φιλογονίιρ τῷ τῆς Ἀντιοχίων ἐκκλησίας προέδρω καὶ Εὐσταθίῳ [ed. Valesii Εὐσταδίῳ] τῷ τῆς Βέροιαν ἰθύνειν πεπιστευμένιυ καὶ τοῖς ἄλλοις ὅσοι τῶν ἀποστολικῶν ἦσαν δογμάτων συνήγοροι.

44

Eus. d. vit. Const. III, 62: ἐπειδὴ τοῦτο τοῖς γράμμασιν ὑμῶν περιείχετο, ὥστε κατὰ γε τὴν τοῦ λαοῦ καὶ τὴν τῆς ὑμετέρας προαιρέσειος σύνεσίν τε καὶ βούλησιν [var. βουλὴν] Εὐσέβιον τὸν ὶερώτατον ἐπίσκοπον τῆς Καισαρείαν ἐκκλησίας, ἐπὶ τῆς Ἀντιοχέων προκαθέζεσθαι, καὶ τὴν ὑπέρ ταῦτης ἀναδέξασθαι φροντίδα, τὰ γε μὴν Εὐσεβίου γράμματα τὸν θεσμὸν ἐκκλησίας μάλιστα φυλάττοντα ἐφαίνετο. Ср. III, 61 (см. ниже, прим. 67).

45

Nicaen. саn. 15: ἔδοξε παντάπασι περιαιρεθῆναι τὴν συνήθειαν, τὴν παρὰ τὸν κανόνα εὑρεθεῖσαν [след. правило, воспрещавшее переход епископов существовало, по-видимому, и ранее, но не приводилось в исполнение] ἔν τισι μέρεσιν, ὥστε ἀπὸ πόλεως εἰς πόλιν μὴ μεταβαίνειν μήτε ἐπίσκοπον μήτε πρεσβὐτερον μήτε διάκονον.

46

Eus. de Vit. Const. III, 61: μακάριον δὴ σαυτὸν καὶ ἐν αὐτῳ τούτῳ νόμιζε, ὡς τῇ τοῦ κόσμου παντός, ὡς ἔπος εἰπεῖν, μαρτυρίᾳ, ἄξιος ἐκρίθης πάσης ἐκκλησίας ἐπίσκοπος εἶναι∙ εἰ γὰρ ποθοῦσιν ἅπαντες εἶναἰ σε παρ’ αὐτοῖς, ταύτην σοι τὴν εὐδαιμονίαν ἀναμφισβήτως συναύξουσιν.

47

III, 62: [после слов в прим. 39] ἐχρῆν δ’ ὑμῶν τῇ συνέσει καὶ τὴν ἐμὴν γνώμην ἐμφανῆ γενέσθαι. ἀφίκται γὰρ εἰς ἐμὲ [συνέβη] Εὐφρόνιόν τε τὸν πρεσβὐτερον, πολίτην ὄντα τῆς κατὰ Καππαδοκίαν Καισαρείας∙ καὶ Γεώργιον τῶν Ἀρεθουσίων πρεσβύτερον ὡσαύτως, ὅν ἐπί τῆς τάξεως ταύτης Ἀλέξανδρος ἐν Ἀλεξάνδρειᾳ κατεστήσατο, εἶναι τὴν πίστην δοκιμωτάτοὺς. καλῶς οὐν εἰχε δηλώσαι τή συνέσει ὑμῶν, τοὺς τε προχειρισαμένους, καὶ ἑτέρους, οὓς ἂν ἀξιους ἡγήσησθε πρὸς τό τῆς ἐπισκοπῆς ἀξίωμα, ὁρίσαι ταῦτα, ἃ τῇ τῶν ἀποστόλων παραδόσει σύμφωνα ἂν εἴη∙ τῶν γὰρ τοιούτων εὐτρεπισθέντων, δυνήσεται ὑμῶν ἡ σύνεσις κατὰ τὸν τῆς ἐκκλησίας κανόνα∙ καὶ τὴν ἀποστολικὴν παράδοσιν, οὕτω ῥυθμῖσαι τὴν χειροτονίαν ὡς ἀν τῆς ἐκκλησιαστικῆς ἐπιστήμης ὑφηγήται λόγος.

48

Socr. h. e. II, 9, p. 86. Μετὰ ταῦτα δὲ ἐπιδημήσαντος αὐτοῦ τῇ Ἀντιόχεια, συνέβη Εὐστάθιον ὑπὸ Κύρου κατηγορηθέντα τοῦ Βεροιέως καθαιρεθειναι ὡς Σαβελλίζοντα. Εἶτα αὐθις τὸν Εὐσέβιον συνεῖναι Εὐφρονίῳ τῷ διαδεξαμένῳ Εὐστάθιον. Cf. Sozomon. h. e. III, 6, p. 99. Παραγενόμενός τε εἰς Ἀντιόχειαν, ἐπεὶ συνέβη Εὐστάθιον καθαιρεθῆναι διὰ τὴν Κύρου κατηγορίαν, Εὐφρονίω τῷ μετ’ αὐτὸν συνῆν. – Сочинение Георгия лаодикийского называется у Сократа II, 9 βιβλίον, а в I, 24 ἐγκώμιον [Γεώργιος ὁ Λαοδικείας τῆς ἐν Συρίᾳ ἐπίσκοπος – – ἐν τῷ ἐγκωμίῳ τῷ εἰς Εὐσέβιον τὸν Ἐμισηνόν].

49

Sozom. II, 19, p. 69. Ἐπεὶ δὲ τὰ βασιλέως ἐδέξαντο γράμματα, Εὐφρόνιον ἐχειροτόνησαν.

50

Socr. I, 24, p. 59. Ἐφεξῆς οὖν [после отказа Евсевия] ἐπὶ ἔτη ὀκτὼ λέγεται τὸν ἐν Ἀντιόχεια θρόνον τῆς Ἐκκλησίας σχολάσαι. Οψὲ δὲ ποτὲ σπουδῇ τῶν τὴν ἐν Νίκαια πίστιν παρατρέπειν σπουδαζόντων χειροτονείται Εὐφρόνιος.

51

У Никиты по сообщению Валуа в примеч. к Socr. I, 24 χειροτονείται Εὐφρόνιος. Idem scribit Sozomenus et Theodorus Mopsuestenus apud Nicetam in Thesauro orthodoxae fidei [слов Феодора Валуа не приводит].

52

Theodoret. 1, 22, р. 53: Οὐτοι δὲ [евсевиане] πρῶτον μὲν ἀντ’ αὐτοῦ [Εὐσταθίου] χειροτονοῦσιν Εὐλάλιον. Τούτον δὲ ὀλίγον ἐπιβιώσαντος χρόνον, Εὐσέβιον μεταθεῖναι τὸν Παλαιστινὸν ἠθέλησαν’ ἐπεὶ δὲ καὶ αὐτὸς ἐξέφυγε τὴν μετάθεσιν, καὶ βασιλεὺς διεκώλυσεν [явная неточность: Константин сам желал перевести в Антиохию Евсевия; но только не стал настаивать на этом, когда Евсевий отказался] Εὐφρόνιον προεβάλοντο, καὶ τούτου δὲ τελευτήσαντος, ἐνιαυτόν γε καὶ μήνας ὀλίγους μετὰ τὴν χειροτονίαν ἐβίω, Πλακεντίῳ [так y Migne, т. е. в издании Валуа; но, по словам Швартца, Zur Gesch. d. Ath. VIII, 396, Anm. 5: führt die Überlieferung bei Theodoret (vgl. den Index zu Parmentier Ausgabe) auf Φλάκιτος. – Мне издание Parmentier пока недоступно] τῆς Ἐκκλησίας ἐκείνης τὴν προεδρίαν παρέδωσαν. πάντες δὲ ὁμοίως τὴν Ἀρείου λώβην εἶχον ἐγκεκρυμμένην. – Преемник Евфрония называется у Сократа (II, 8. 9) Πλάκιτος, у Созомена (III, 5) Πλάκητος. Но настоящее его имя было по-видимому Флакилл Φλάκιλλος, Flacillus (Flaccillus?). – [Ср., впрочем, Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius VIII, Nachr, d. K. Ges. d. Wiss. z. Göttingen, Phil.-hist. CI. 1911, S. 396, Anm 5.] Так называет его Евсевий кесарийский в письме, с которым препровождает ему свое сочинение Περὶ τῆς ἐκκλησιαστικῆς θεολογίας (в 336–7 г. Harnack, Chronol. II, S. 125), и римский епископ Юлий у Athan. apol. с. arian. 20. Этот Флакилл несомненно присутствовал на тирском соборе 335 года, низложившем Афанасия в., и играл там видную роль (Athan. apol. с. arian. an. 79–81). Комит Дионисий прямо называет отцов тирского собора οἱ περὶ Φλάκιλλον (τοῖς κυρίοις μου τοῖς περὶ Φλάκιλλον). По Harnack, ο. c. S. 125, Флакилл поставлен был антиохийским епископом в 333 году.

53

Hieronymi Chronicon в Eusebii Chronicorum libri duo ed. A. Schoene vol. II Berolini 1866 p. 192. Olympias CCLXXVII, 1 = год Авраама 2345 [и ap. Migne S. G. t. 19. coll. 587–8 Olympias 277, 4 Christi 332. Constantini 22]. В тексте дан текст по изданию Шёне; в [ ] – варианты по изданию Миня.

54

Из западных хронистов упоминают Павлина, как преемника Филогония, Проспер аквитанский, Hermannus Contractus и Marianus Scotus, из восточных – Никифор (у которого он называется Павлом), св. Феофан и Евтихий (у него он назван Аполлинием), а из писателей Зонара и Никита Хониат. Сведения об этих авторах мне к сожалению, приходится брать из вторых рук, именно из Tillemont, Mémoires t. VII. p. 646. Bоschius в Act. SS. Julii t. IV. p. 32 u. 130 (только у него приведены и западные хронисты). Le Quien, Oriens Christianus t. II. Paris. 1770, coll. 708.

55

Sozom. h. e. I, 2, p. 11–12. Κρίσπου καὶ Κωνσταντίνον τῶν Καισάρων ὑπατευόντων [разумеется вероятно 324-й год Crispo Caesare III' et Constantino Caesare III consulibus, а не 321-й Crispo II et Constantino Caes. II], ἡγείτο μὲν τῆς Ῥωμαίων ’Εκκλησίας Σίλβεστρος∙ τῆς δε Ἀλεξανδρέων Ἀλέξανδρος, καὶ Μακάριος τῆς ‘Ιεροσολύμων∙ τῆς δὲ Ἄντιοχέων τῶν πρὸς τῷ Ὀρρόντη, μετὰ ‘Ρωμανόν οὅπω τις ἐπετέτραπτο, τῶν διωγμῶν, ὡς εἰκός, μὴ σνγχωρησάντων γενέσθαι τὴν χειροτονείαν. Οὐκ εἰς μακράν δὲ οἱ εἰς Νίκαιαν σννελεληθότες, θαυμάσαντες τὸν βίον καὶ τῶν λόγων Εὐσταθίον, ἀξιον ἐδοκίμασαν τὸν ἀποστολικον θρόνον ἡγεῖσθαι∙ καὶ ἐπίσκοπον ὄντα τῆς γείτονος Βερροίας, εἰς Ἀντιόχειαν μετεστήκασιν. Сообщение, будто Евстафий верийский только на никейском соборе переведен был в Антиохию, невероятно уже потому, что на деле никейский собор запретил такие переходы епископов с кафедры на кафедру. [Эти строки писал я, не имея под руками Tillemont, Mémoires VII, где р. 646 Тилльмон пишет: Selon Sozomene, cette Eglise estoit vacante en 324 par la mort de Romain: et S. Eustathe alors Evesque de Berée y fut transferé [en 325] par le Concile de Nicée. Mais il n’y a aucune apparence que le Concile de Nicée qui a condamné tous ces changements d’évechez, par son XV Canon, les eust voulu autoriser luy mesme par un exemple si signalé. Против Созомена Тилльмон справедливо выдвигает еще важный в данном случае argumentum, а silentio: молчание Феодорита]. Прямо же это известие опровергается новооткрытым посланием антиохийского собора 324 года к Александру фессалоникскому. См. мою заметку об этом соборе в Хр. Чт. 1911 г., июль-август и сентябрь, стр. 831–858, 1008–1023. Из этого послания ясно, что св. Евстафий во всяком случае был уже епископом антиохийским осенью 324 года, когда состоялся этот собор. По поводу ‘Ρωμανόν Валуа в примечании к этому месту говорит: Hunc Romanum Antiochenis Ecclesiae episcopum, nescio undenam hauserit Sozomenus, Nam Hieronymus in Chronico – – – nullam Romani mentionem facit. Nicephorus quoque patriarcha – – – eum praetermittit. Habetur tamen in indice episcoporum qui majores Ecclesias rexerunt a Christo usque ad tempora Magni Constantini. Hic index habetur in Bibliotheca Florentina, post Historiam Ecclesiasticam Eusebii Caesariensis. In eo igitur indice inter episcopos Antiochenos decimus septimus ponitur Timaeus, decimus octavus Cyrillus, decimus nonus Tyrannus, vicesimus Vitalis, vicesimus primus Philogonius, vicesimus secundus Romanus, vicesimus tertius Eustathius [счет антиохийских епископов, следовательно, и во флорентийском index’е совершенно тот же, как и у Иеронима]. In margine vero ad nomen Philogonii ascriptum est hoc scholion, Σημείωσον ὅτι Θεοδώρητος ἀπὸ τοῦ Φιλογονίου Εὐστάθιόν φησι.

56

От списка Иеронима флорентийский Index отличается только тем, что ставит «Романа» на место Павлина. А что этот Роман не взят у Созомена доказывает цифра «vicesimus secundus», которой нет у Созомена, и маргинальная заметка: этот Роман, поставленный между Филогонием и Евстафием, смутил кого-то, читавшего историю Феодорита, и он счел нужным заметить, что по Феодориту непосредственным преемником Филогония был Евстафий. Едва ли можно поэтому допустить, что какой-то позднейший читатель списка взял это имя у Созомена и заменил им имя Павлина. Вероятно, этот загадочный Роман и у Созомена так же смутил бы позднейшего читателя, который обратил бы на него должное внимание, и побудил бы его писать заметку на поле. Скорее всего в этом Іndex’е мы имеем дело с источником Созомена: такой список епископов, как во флорентийской рукописи, стоял может быть и в том экземпляре церковной истории Евсевия, которым пользовался Созомен. Ср. В.В. Болотов, Theodoretiana (= Хр. Чт. 1892 г. II) 163–164. Почти буквальное совпадение этого списка с списком Иеронима: 1) ручается за его достоверность в целом и 2) показывает, что «Роман» Index’a есть то самое лицо, которое у Иеронима названо Павлином. И нетрудно понять, что действительное имя этого антиохийского епископа было Павлин, а не Роман, что ΡΩΜΑΝΟΣ есть плохо разобранное ΠΑΥΛIΝΟΣ, а не наоборот. За правильность чтения этого имени в рукописях Иеронима ручаются и «Павел» Никифора и «Аполлиний» Евтихия: оба эти имена понятны как искажение имени Παυλῖνος, а не ‘Ρωμανός. А если, как сообщает далее Валуа, Никита называет Романа преемником Павлина, и говорит, что этот Роман был схвачен и пострадал за Христа, после чего антиохийская кафедра вдовствовала, так как в гонение тиранов выбор епископов не был свободен, то это доказывает не много: Никита комбинировал данные разных источников, в числе их и Созомена, и, не догадываясь, что под его «Романом» скрывается тот же Павлин, увидел в Романе преемника Павлина и кроме того отождествил этого Романа, как кажется видел это и Валуа, с палестинским мучеником Романом, который был диаконом и заклинателем, ἐπορκιστἡς, кесарийской парикии и пострадал мученически в Антиохии (Eusebii, de martyribus Palaestinae c. 2, p. 909 Schwartz), но епископом никогда не был. Этого же Романа едва ли не имел в виду и сам Созомен. Паджи (Pagius в Notae variorum к цитированному месту Созомена) думал, что Sozomenum non de martyre illo quem memorat Eusebius – l.c. – sed de alio quodam Romano esse intelligendum. Но 1) об этом другом Романе мы ровно ничего не знаем; 2) и Созомен говорит о гонении и о вдовстве кафедры по кончине Романа; след., естественно предположить, что и он видел в нем мученика. Но, если бы и в самом деле существовал антиохийский епископ-мученик Роман, то о нем не умолчал бы современник гонения Евсевий, и мартирологи не опустили бы его имя. – Список антиохийских епископов у Никиты во всяком случае не имеет никакого значения подле иеронимова и флорентийского. Никита не ведет счета епископов, тогда как Иероним и флорентийский Index совершенно согласно называют Филогония 21-м, а Евстафия 23-м епископом, и, следовательно, для двух епископов между ними не оставляют места. Ясно, следовательно, как 2X2 = 4, что vicesimus secundus Romanus Index’a есть vicesimus secundus Paulinus Иеронима. – Что под «Романом» у Созомена скрывается Павлин, видел (как узнал я уже после того, как предлагаемая заметка у меня в существенном была уже написана) еще Gothofredus, diss, in Philost. lib. III. c. XV. I. c. ap. Boschius Act. SS. Julii t. IV. n. 142. p. 34. (Parergon. De Romano). Сам ван-Босх, однако не соглашался с этим и предполагал, что, хотя Роман Созомена и одно лицо с Павлином Иеронима, но это не значит, что Созомен ошибочно написал, как думал Gothofredus, μετὰ Ῥωμανόν вместо μετὰ Πανλῖνον; этот антиохийский епископ – думает ван-Босх – носил двойное имя, назывался как Павлином, так и Романом. Ego ex hoc catalogo [т. e. из флорентийского Index’a] – говорит Boschius – non temere suspicari mihi videor, Romanum illum, qui Paulini locum istic occupat, eumdem cum Paulino, atque adeo binominem fuisse; ita ut nullo negotio Sozomenum cum catalogo, et cum antiquis omnibus unum, inter Philogonium Eustathiumque, Paulinum agnoscentibus conciliabis: neque erroris eum arguens aut cum Gothofredo – dicendo eum scripsisse ματὰ [sic] Ῥωμανόν pro ματὰ Πανλῖνον. – Таким образом ван-Босх согласен со мною и Готофредом (Годфруа) в самом существенном, что Роман Созомена есть одно лицо с Павлином. Но его предположение о двуименности Павлина-Романа требовало бы аргументов более веских, чем авторитет Созомена и флорентийского Index’a. По такой логике можно, пожалуй, предположить, что Павлин носил еще и имена Павла и Аполлиния; а Флакилл – имена Флакита, Плакита, Плакилла и Плакентия. При сходстве окончаний этих имен превращение Павлина в Романа так естественно, что сомневаться в правильности догадки Годфруа не приходится. Но можно даже сказать, что Павлин не мог носить еще и имя Романа. Дело в том, что по два имени в римской империи носили иностранцы, не желавшие носить свои природные имена и хотевшие выдавать себя за настоящих римлян. Ср. примеры таких двойных имен у В.В. Болотов, Отзыв о сочинении А.И. Садова стр. 32–32 = Протоколы Совета С.-Петербургской Духовной Академии за 1895/6 г., стр. 138–129. Paulinus же и Romanus были имена одинаково латинские. – Еще более неправдоподобно и излишне предположение Паджи, будто Роман post Paulini abdicationem [об этом отречении – после] ecclesiam Antiochenam pastore destitutam rexit. – Тилльмон, Mémoires VII, 646, а своего собственного окончательного мнения о том, кто такой был этот Роман, не высказывает.

57

Theodoret. h. e. 1,7, p. 25 B. Ὁ μίγας Εὐβτάθιος, ὁ τής Ἀντιοχίων ἐκκλησίας τὴν προεδρίαν λαχών. Φιλογόνιός γε οὗ προεμνήσθην [I, 3, p. 8 Β. Φιλογόνιος δὲ μετὰ τοῦτον (= Βιτάλιον) τὴν προεδρίαν λαχών, τά τε λειπόμενα τῇ οἰκοδομίᾳ (церкви ἐν τῇ Παλαιᾳ, разрушенной «тиранами» и начатой восстановлением при Виталии) προσέταξε, καὶ τὸν ὑπὲρ τῆς ενσεβείας ἐν τοῖς Λικιννίου καιροῖς ἐπεδείξατο ζήλον] εἰς τὸν ἀμείνω μεταβεβηκεναι βίον, τοντον δὲ ακοντα, ποιμένην ἀντ’ ἐκείνου τὴν ἐκκλησίαν ψήφῳ κοινῇ κατηνάγκασαν, ἀρχιερεῖς τε καὶ ἱερείς καὶ ἅπας ὁ λαὸς ὁ φιλόχριστος.

58

Валуа свой взгляд подробно мотивировал в примечаниях к 10-й книге церковной истории Евсевия, мне сейчас недоступных. Кратко же в Notae к Theodoret. h. e. I. 22 p. 16 и к Sozom. III, 1t p. 107. – Nota ad Theodoret. p. 16 Post Eustathium, Antiochensis Episcopus factus est Paulinus qui tunc Episcopus erat Tyri, ut notaui ad lib. 10. Historiae Ecclesiasticae Eusebii. Cui successit Eulalius, quemadmodum testatur Philostorgius apud Suidam in voce ἀέτιος.

59

Tillemont, Mémoires t. VII. S. Eustathe p. 22. – Note 1 pp. 646–650. t. VI. – S. Philogone Note II, p. 726. – Тилльмон наиболее нерешительный защитник этого обычного взгляда и приводит с свойственным ему научным безпристрастием важнейшие аргументы и за противоположное мнение.

60

Acta sanctorum Julii t. IV, рр. 31–42.

61

A. Harnack, Chronologie II, SS. 122, 125.

62

E. Schwartz, Zur Gesch. d. Ath. VI, S. 259, Anm. 1 (выше, прим. 14 и 15, и прим. 16 и 17), VII, S. 358, Anm. 1. VIII, 397.

63

Duchesne, Histoire ancienne de l’Eglise II3 (Paris 1908), p. 164, note 1 (ср. выше, прим. 18).

64

F. Cavallera, Le schisme d’Antioche (IV-e–V-e siècle) Paris 1905 – pp. 66–69.

65

B.B. Болотов в лекциях, курс 1888/9 г. стр. 20. Ср. Из истории церкви сиро-персидской. Экскурс Г. стр. 99 = Хр. Чт. 1900, I, 171, где Евстафий называется – вопреки Иерониму – 22-м антиохийским епископом, считая от апостолов.

66

А.А. Спасский, История догматических движений, стр. 215. (Павлин тирский упоминается в числе участников никейского собора. О преемниках св. Евстафия А.А. Спасский стр. 296 не говорит ни слова.)

67

Ad Theodoret. I, 12, nota p. 16. Non possum assentire Theodorito, qui post mortem Eulalii Eusebium Caesariensem ad Episcopatum Antiochenae urbis vocatum fuisse dicit. Nam Eusebius ipse in lib. 3 de vit. Const. aperte indicat, id statim post depositionem Eustathii factum fuisse. Sed et litterae Imperatoris Constantini ibidem ab Eusebio relatae id ipsum non obscure indicant.

68

Eus. Vit. Const. III, 61: Ἀνέγνων πληρέστατα τὴν ἐπιστολήν καὶ τὸν κανόνα τής ἐκκλησιαστικῆς ἐπιστίμης εἰς ἀκρίβειαν φυλαχθέντα κατανόησα ― ― ― ἀλλ’ ἡ σὑνεσις, ἤγουν τὰς τε ἐντολὰς τοῦ θεοῦ καὶ τὸν ἀποστολικὸν κανόνα καὶ τῆς ἐκκλησίας φυλάττειν ἔγνωκεν ὑπέρευγε πεπόνηκε, παραιτούμενη τὴν ἐπισκοπῖαν τῆς κατὰ τὴν Ἀντιόχειαν Ἐκκλησίας' ἐν ταύτῃ τε διαμεῖναι σπουδάζουσα, εἰς ἣν ἐκ πρώτης θεοῦ βονλήσειτήν ἐπισκοπῖαν ὑπεδέξατο. Константин, очевидно, имеет в виду 15-е правило 1 вселенского собора, на которое вероятно сослался и сам Евсевий. – Этому предположению по-видимому противоречит тот факт, что в Contra Marcellum I, 4, 9 Евсевий пишет: (Маркелл) οὐ τὸν Αστέρων μόνον, άλλα καὶ τὸν μέγαν Εὐσέβιον [никомидийского], οὗ τῆς ἐπισκοπῆς πλεῖσται καὶ διαφανεῖς ἐπαρχίαι τε καὶ πόλεις μεταποιὴθησαν, κακῶς ἀγορεύει κ. τ. λ. Евсевий кесарийский таким образом плетет здесь венок своему никомидийскому соименнику из того, в чем и Александр и Афанасий александрийские не без основания видели только его позор: доказательство его честолюбия, и в чем не решился подражать ему и сам кесарийский историк. Но читатель благоволит обратить внимание на то, что и здесь Евсевий кесарийский представляет дело таким образом, что Евсевий никомидийский не по честолюбию перебирался с кафедры на кафедру, а сами эти славные епархии – Никомидия и Константинополь – пожелали иметь его своим епископом [относительно Никомидии это, впрочем, не только возможно, но и вполне вероятно, так как Евсевий был учеником мученика Лукиана, пострадавшего в Никомидии]. Желали ли иметь Евсевия кесарийского своим епископом все антиохийцы, это – вопреки словам Константина в. в письме к собравшимся в Антиохии епископам – далеко не бесспорно, даже прямо невероятно. Во всяком случае пример «великого» Евсевия никомидийского не был законом для его ученого соименника. При том же на лицо был и другой пример – отрицательного – с евсевианской точки зрения – характера: низложенный Евстафий был тоже переведен в Антиохию из Верии. И Евсевий быть может не хотел подражать ему в этом. Я, впрочем, думаю, что истинною причиною отказа Евсевия кесарийского от антиохийской кафедры было не столько это желание соблюдать правило никейского собора, сколько другие причины житейского характера. Епископом кесарийским он был давно, и по-видимому в Кесарии им все были довольны: письмо Евсевия к кесарийцам доказывает, что они были настроены далеко не в духе никейского символа. С Кесариею у Евсевия были связаны самые дорогие воспоминания (пресвитер Памфил); там была его библиотека [cf. Duchesne II3, 165: Celui-ci (Eusèbe de Césarée) ne tenait guère a quitter, pour l’enfer d’Antioche, son évêché tranquille et sa commode bibliothèque]. Патриархальная система в IV веке была в зародыше, и Евсевий, митрополит Кесарии палестинской, был совершенно независим от митрополита антиохийского; и, следовательно, переход в Антиохию не льстил и честолюбию; но главное, угрожал большими неприятностями. Сам же Евсевий De Vita Constantini III, 59, и за ним Сократ и Созомен (Socr. I, 77, Soz. II, 19) рассказывают, что по низложении Евстафия в Антиохии было большое волнение; дело дошло бы и до вооруженного столкновения, если бы не вмешался император [Eus. μεγιστον δ’ оὖν ἐξάψας πυρσόν, τὴν Ἀντιοχέων ἐκκλησίαν τραγικαῖς διελάμβανε συμφωραῖς∙ ὡς μικρόν τὴν πάσαν ἐκ βάθρων ἀνατραπήναι πόλιν∙ εἰς δύο μὲν γὰρ τμήματα διῄρητο ο τῆς ἐκκλησίας λαός∙ τὸ δὲ κοινὸν τῆς πὸλεως αὐτοῖς ἀρχουσι καὶ στρατιώταις πολεμίων τρόπον εἰς τοσοῦτον ἀνακεκίνητο’ ὡς καὶ ξίφων μέλλειν ἅπτεσθαι, εἰ μὴ θεοῦ τις ἐπισκοπή, ὁ τε παρὰ βασιλέως φόβος, τὰς τοῦ πλὴθους ἀνέστειλεν ὁρμάς]. И это понятно: у Евстафия было много сторонников; и Антиохия далеко не была (как это часто утверждают) центром антиникейской реакции. След., в Антиохии Евсевий был бы епископом не всего христианского населения города, а только части его, и может быть даже меньшей части. По таким или подобным мотивам он послал отказ. Но это нисколько не препятствовало ему в письме к императору сослаться на канон никейского собора, от которого Константин в., хотя и подпавший к тому времени под влияние Евсевия никомидийского, не отрекался до конца жизни.

69

Cavallerà, p. 69. Duchesne, II3, 164–165. Schwartz VII. SS. 358–359.

70

Таков взгляд Дюшена рр. 164–165: alors un certain Eulalius fut élu évêque: lui aussi dura peu et l’agitation recommença. Constantin envoya à Antioche un comte de son entourage intime. Un calme relatif s’établit: on parvint à reunir nombre de suffrage sur le nom d’Eusèbe de Césarée.

71

Старинные ученые решали это затруднение гораздо проще. Тогда списки никейские известны были в 2-х – 3-х редакциях, изобиловавших ошибками, и легко было ссылаться на их недостоверность. Заодно с ними налагали подозрение в ошибке и на св. Епифания. Ср. стр. 20 прим. 32. В VІ-м томе своих Mémoires, Le Nain de Tillemont писал особую Note (Le Concile de Nicée. Note III p. 306, 599), De le peu d’autorité de tous les souscriptions de ce Concile, где в качестве аргумента против этих подписей указывал и на la souscription de Zenon de Tyre, потому что il est fort difficile et peut estre impossible de la defendre, estant certain que Paulin estoit Evesque de Tyre en ce temps. – В настоящее время такие подозрения являются уже анахронизмом.

72

Duchesne, II3, 165, 2: (ср. выше, прим. 18) les catalogues des évêques d’Antioche s’accordent à placer, avant Eustathe ou après un Paul ou Paulin, à qui ils assignent cinq ans d’épiscopat.

73

5 лет епископства приписывают этому Павлину Никифор, Феофан, Евтихий и Зонара. Le Quien, Oriens Christianus t. II. Paris 1740 col. 708. – Tillemont, Mémoires t. VII p. 22. – Boschius в Act. SS. Julii t. IV, p. 33, n. 137.

74

Saint Jérôme, dans sa Chronique, a aussi un Paulin et il le marque avant Eustathe.

75

Theodoret (I, 21) n’en parle pas. Philostorge (III, 15) est tres précis; il place Paulin immédiatement avant Eulalius et dit qu’il mourut après six mois de gouvernement.

76

E. Schwartz, Zur Gesch. d. Ath. VII (Nachr. 1908) S. 358. Anm. 1. Fest steht durch die Subscription unter dem Tomos Alexanders [Nachr. 1905, 267, 27011. – Отрывки из томоса Александра в сирском переводе сохранились в Add. Brit. Mus. 11, 156 и изданы у Pitra, Anal. sacra 4. 195 ff., a в греческом переводе у Schwartz 1. с.; в конце томоса стоит подпись Филогония антиохийского: καὶ μετὰ τὰς ὑπογραφὰς τὰς τῶν ἐκ πάσης Αἰγυπτου – – – [перечислены все провинции, епископы которых подписались под томосом] – ὑπέγραῳεν Φιλογόνιος ἐπίσκοπος Ἀντιόχειας τῆς Συρίας – – –: Φιλογόνιος ἐπίσκοπος τῆς καθολικῆς ἐκκλησίας τῆς Ἀντιόχειας μεγάλα ἐπαίνων τὴν πίστην τὴν ἐν τῶ τόμῳ τοῦ δεσπότου καὶ ὁμοψύχου μου Ἀλεξάνόρου καὶ συντιθέμενος αὐτῇ καὶ τῇ ὁμολογία τὸν ἁγιου τάγματος τῶν ὁμοψύχων, ὑπέγραψα καὶ πάντες οἱ ἐν τή Ἀνατολῇ τοῖς ἄνω γεγραμμένοις] und die nicänische Liste, dass Eustathius auf Philogonius folgte, ferner dass Paulinus den Thronos von Tyrus mit dem von Antiochien vertauschte [Euseb. c. Marcell. 1, 4, 2], aber sechs Monate danach starb und durch Eulalius ersetzt wurde [Philostorg. 3, 15], endlich dass Euphronius Nachfolger Flaccillus war, der am tyrischen Concil 335 teilnahm [Theodoret. 1, 22, 1. Athan. apol. c. Arian. 87].

77

Es ist also verkehrt, wenn Theodoret I, 22, 1 Paulinus auslässt und Eulalius unmittelbar auf Eustathius folgen lässt, richtig dagegen, dass er die Ablehnung Eusebs mit der durch Eulalius Tod entstandenen Sedisvaeanz verbindet.

78

Stärker verwirrt ist die Reihe bei Hieronymus [ol. 277, 1]: Philogonius, Paulinus, Eustathius, nach dessen Verbannung die «Arianer» Eulalius, Eusebius, Euphronius, Flaccillus; da ist Paulinus fälschlich zu den Orthodoxen gerechnet und vor Eustathius gestellt, ferner Euseb mit aufgezählt, obwohl er nie Bischof von Antiochien gewesen ist.

79

Die sicheren Daten schieben sich nur durch die Annahme zurecht, dass an Stelle des abgesetzten Eustathius Paulinus trat, Eulalius ihm succedierte und nach dessen Tode der Streit ausbrach, der mit der vom Kaiser befohlenen Wahl des Euphronius endete.

80

Schwartz. Zur Gesch. d. Ath. VI SS. 297–299.

81

Hilarii, fragm. III, n. 27. p. 663 Migne S. L. t. 10, col. 674.

82

Sozomen h. e. III, 11. p. 107.

83

Nota ad Sozom. h. e. III. 11. p. 107. Так, как и вместо Eustasio Валуа читает Eustathio и вместо Quimatio – Cymathio, то я лично более склонен думать, что и Daciae Валуа «исправляет» на Antiochiae ex conjectura на основании Созомена, в примечании к которому он и цитует это место. Но Тилльмон t. VII р. 650 указывает, что Валуа сам же поддерживал тот принцип, что не должно изменять текста ex conjectura, не сообщая об этом и не приводя оснований, и жаловался на свободу в этом отношении Сирмона. Можно, однако допустить, что Валуа сделал тут недосмотр и отступил от своего же принципа. «Daciae» у Илария стояло еще, как сообщает Тилльмон, в вышедшем 1598 году издании Le Fevre.

84

Valesius ad Philost. III, 15. Notae p. 137: De hoc Paulino, qui ab Episcopatu Tyri ad Antiochenum sedem translatus est, vidi quae notavi – – ad librum decimum H. E. Eusebii. Gothofredus enim graviter hic lapsus est, qui Paulinum hunc anno Chr. 324 mortuum esse existimavit. Ab hoc Paulino distinguendus est alter Paulinus, qui post mortem Philogonii – – – eandem Ecclesiam texit; de que observavi ad Sozom. p. 116. Hujus Paulini praeter Hieronymum meminit Nicephorus Patriarcha, in Chronogr., Zonoras in tom. 2 ann. et Nicetas in Thesauro orthodoxae fidei; qui tamen eum cum Paulino Tyriorum Episcopo, qui post Eustathium ad Antiochenam sedem translatus est, perperam confuderunt. Ad Sozom. III, 11, p. 107. Exstat epistola synodica sive decretum Orientalium apud Serdicam episcoporum. Ubi notanda sunt haec verba in depositione Hosii, Sed ct Hosium – – Et quod comixerit – declaravit (см. в тексте выше). Dubitari merito potest, quis nam sit hic Paulinus episcopus Antiochiae, quem tot probris lacerant Orientales episcopi. Equidem existimo hunc esse Paulinum, qui Philogenio Antiochensi episcopo successit. Quo deinde post breve temporis spatium Ecclesia expulso, Eustathius Antiochensem episcopatum adeptus est. Hujus Paulini notitiam uni Hieronymo debemus. – –

85

Tillemont, VII р. 649. Voilà ce que nous pouvons dire sur la translation de Paulin de Tyr, en supposant qu’il n’y a eu en ce temps ci qu’un seul Paulin Evesque d’Antioche, ou avant ou après S. Eustathe. Car nous ne voyons point en effet qu’aucun ancien auteur en ait mis deux. Et c’est toujours une chose difficile à croire, qu’il y ait eu dans une Eglise deux Evesques d’un mesme nom presque en mesme temps. Cependant M-r Valois paroist l’avoir cru. ― ― ― et il en allègue une raison tres considérable.

86

p. 650. Mais quand cette correction ne serait pas autorisée par des manuscrits, elle l’est par Sozomène ― ― ―; et je croy que cela vaut mieux que des manuscrits.

87

Acta Sanctorum Julii t. IV. p. 33 n. 134.

88

Само по себе оно не имело-бы решающего значения, так как мода на известные имена (как у нас в России на Иванов, Николаев, Сергеев, Александров и т. д.) существовала бесспорно и в древности. И эта мода бесспорно могла повести к тому, что епископы с известным именем могли занимать известную кафедру чрез очень короткие промежутки времени, и даже и прямо один за другим. Римские папы напр. в XIX в. носили имена Пия, Григория и Льва, а в конце его и начале ХХ-го только Пия и Льва. А у несториан в последнее время водворился «тупоумный обычай» давать католикосам при посвящении всегда одно и то же имя. См. В. В. Болотов. Из истории церкви сиро-персидской. Экскурс Г. Смутное время в истории сиро-персидской церкви стр. 56. Хр. Чт. 1899. стр. 536.

Имя Павлина в Антиохии, как доказывает бесспорное существование подле Павлина тирского-антиохийского еще евстафианского пресвитера Павлина, рукоположенного Люцифером в епископы, было бесспорно весьма обычно.

89

Христ. Чт. 1893, II, 431 = Из церковной истории Египта, IV, 339.

90

Город Адана – древняя (и теперешняя) столица Киликии (город в недавнее время обративший на себя всеобщее внимание бывшим там избиением армян) лежит приблизительно на полпути между Тарсом и Мопсуестией на реке Саросе. Ср. Kiepert, Lehrbuch der alten Geographie. Lpz. 1878. S. 131. § 125.

91

Вот полная справка по изданию Gelzer’a:

Latin I, 90 Paulinus Adanon [Adenus В].

II, 89 Paulinus Adanensis [Andanensis I].

III, 88 Paulinus Adanorum [Adanensis R.].

IV, 85 Paulinus Adana.

Федор Чтец (= Сократ?) Παυλῖνος Ἄδάνων.

Коптский 95 Παυλῖνος ѵ αδανών.

Nitriensis 89 דאדאנא פולינום

Авдишо 92 דאדנא פולינום

Армянский 83 παυλῖνος ι αδανέ – во всех этих (систематических) списках на 7-м месте в числе епископов Киликии между Евдемоном хорепископом и Македонием мопсуестийским.

Арабский 89 Bwljnws ‘l’ç’nwn.

В найденных В. Н. Бенешевичем списках (ср. его Синайский список отцов никейского первого вселенного собора. Спб. 1908. Изв. Имп. Ак. Н. 1908 стрр. 281–306).

Синайский 87 = оба иерусалимские (еще неизданные: Hierosolym. Metoch. 2 ff. 3881–3897 и Hieros. Patr. 167. f. 234b, 233ab, 235а) 88. Παυλῖνος Ἀδανῶν.

Следующее имя (Sin. 88 HM и HP 89) Μακεδόνιος Μουσικέων = Арабский M’k’dwnjws ’lMwsjk’wn.

Ho № 115 арабского списка F’r’ks ’l’djn’s есть, как доказывают синайский и иерусалимский списки [Син. 113 = Metoch. 114: Μάρκος Αἰδοίας, Patr. 114: Μάρκος Ἀοιδίας] и сличение их с систематическим списком Μάρκος Βοίας из Ахаии N 213 в Index restitutus Гельцера.

Vaticanus 133 Παυλῖνος Ἄδάνων, тогда как Μακεδόνιος Βουκισσοῦ занимает 117-е место. Но, кто дает себе труд заглянуть в изданный В. Н. Бенешевичем Синайский список стр. 291, тот убедится, что в оригинале и этого позднейшего (ватиканского) списка имена эти стояли рядом, но написаны были в виде двух столбцов, причем читать их нужно было в строку, автор же ватиканского списка прочел их сверху вниз. – Подробнее об этом будет речь в особой заметке.

92

См. «Антиохийский собор 324 года» в Хр. Чт. 1911 г. июль–август стр. 848 (оттиск стр. 18).

93

Socr. h. e. III, 25, p. 208.

94

Низложенные евсевианами епископы у Афанасия в. перечисляются в Apol. de fuga n. 3. и hist. Arian. ad mon. nn. 4–7.

95

Pаssow, Handwörterbuch der griechischen Sprache, 4 Ausg. Lpz. 1831, I, 329: uraniänglich, alt, altertümlich, altväterlich; auch in übler Bdtg., einfältig, dumm (никаких других значений итого слова Пассов в своем огромном словаре не указывает).

96

Sozom VI, 12, p 233. Κατ̓ ἐκεῖνον δὲ τὸν καιρὸν (весною 367 г. по H.M. Gwatkin, studies of Arianism, 2 edition, Cambridge 1900, p. XXVII) σύνοδον ἀγόντων ἐν Τυάνοις Εὐσεβίου τοῦ ἐπισκόπου τῆς Καππαδοκῶν Καισαρείας, Ἀθανασίου τε τοῦ Ἀγκύρας, καὶ Πελαγίου τοῦ Λαοδικείας, Ζήνωνός τε τοῦ Τυρίου, καὶ Παύλου τοῦ Ἐμέσης, Ὀτρέως τε τοῦ Μελιτηνῆς, καὶ Γρηγορίου τοῦ Ναζιανζοῦ, καὶ πολλῶν ἄλλων, οἳ τὸ ὁμοούσιον πρεσβεύειν ἐψηφίσαντο ἐν Ἀντιοχείᾳ ἐπὶ τῆς Ἰοβιανοῦ βασιλείας, ἀναγινώσκεται τὰ Λιβερίου καὶ τῶν ἀνὰ τὴν δύσιν γράμματα.

97

Socr. h. e. III, 25, p. 207–208.

98

Socr. h. e. IV, 12, p. 226; в адресе этого послания стоят 64 имени.

99

Socr. II, 39, p. 150. Ἡγοῦντο δὲ τοῦ μὲν ἑνὸς μέρους Ἀκάκιος ὁ ἐν Παλαιστίνῃ Καισαρείας, Γεώργιος Ἀλεξανδρείας, Οὐράνιος Τύρου, Εὐδόξιος Ἀντιοχείας. Ср. Sozomen. IV, 12.

100

Socr. II, 40, p. 155 (где Οὐρσάκιον Τύρου описка вместо Οὐράνιον). Sozomen. IV, 22, p. 165.

101

Sozomen. IV, 25, p. 172 – только об Афанасии. О низложении Георгия и поставлении Пелагия Сократ и Созомен не говорят. Но cp. Gummerus, Die homöusianische Partei, Lpz. 1900, SS. 156–157. Может быть Георгий был низложен не на константинопольском соборе 360 года, а раньше.

102

Gwatkin, 248, n. 2; Cavаllera, р. 209 (Note 9).

103

Rufini h. е. 2, 21 ар. – Le Quien, Oriens Christianus II, p. 805.

104

Le Quien, там-же.

105

Краткое описание актов этого собора сохранилось в «собрании Феодосия диакона» (Codex Veronensis 62). См. Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mitteilung II в Nachrichten v. d. Kön. Gesellsch. zu Göttingen, Phil.-hist KL, 1904, H. 4, S. 363. – Cp. Спасский, стр. 567.

106

Греческий список отцов константинопольского собора 381 г. издал по Patm. 172 с вариантами из Patm. 173 В. Н. Бенешевич, Приложения к исследованию: Канонический сборник XIV титулов со второй четверти VII века с 883 г., СПб. 1905, стр. 87–89 (прилож. IV). Ζήνων πόλεως Τύρου является здесь как 1-й из 9-и епископов Φοινίκης; и 13-й во всем списке. Тоже место занимаетъ Zenon tyrius (Provіnсіae Phoenices) и в латинском списке в Concilia ed. S. Binius, t. I, p. 664. Есть еще и сирский список, но мне он недоступен.

107

В. В. Болотов, Либерий, еп. римский, и сирмийские соборы, стр. 116–118 (= Хр. Чт. 1891, II, 392–394).

108

Tillemont, Memoires VII, р. 649. Ср. Boschius о. с., р. 41, n. 172 (выше, прим. 19, 20).

109

Eus. с. Marc. I, 4, 2 см. выше, часть III.

110

Упоминая об Евлалии, Феодорит расходится с Сократом и Созоменом и совпадает с Филосторгием. Исследований об источниках церковных историков V века – продолжателей Евсевия – Jeep’a и Güldenpenning'a у меня нет. Но, судя по Н. Н. Глубоковский; Блаженный Феодорит, епископ Киррский, т. II, Москва 1890, стр. 287–293, это совпадение никем не привлечено к делу по вопросу о зависимости Феодорита от Филосторгия (иначе Н. Н. Глубоковский не умолчал бы об этом). И это совершенно справедливо. Внимательное сличение Theodoret. I, 22 Val. с Philost. III, 5 как раз доказывает, что Феодорит здесь не пользуется Филосторгием. Евлалия упоминает не только Филосторгий, но и Иероним. И при том же Феодорит, как антиохиец, мог и из устных разсказов знать имена антиохийских епископов, поставленных арианами. Но его. независимость от Филосторгия доказывает ясно тот факт, что он совершенно не знает о Павлине, как епископе антиохийском. Если бы он читал Филосторгия, то его сообщение о Павлине антиохийском не ускользнуло бы от его внимания. Следовательно, на Thdrt. I, 22 можно даже ссылаться в доказательство того, что Феодорит даже не имел под руками истории Филосторгия: известия об антиохийских епископах должны были особенно интересовать его, как антиохийца. – Об отношении Феодорита к Филосторгию ср. теперь Parmentier, Theodoret Kirchengeschichte, SS. LXXXIII–XC.

111

См. Supplementa Philostorgiana в ed. Valesii (Moguntiae 1679), p. 539: De his qui ab Ario steterunt in Synodo Nicaeno, ex Niceta in Thesauro orthod. fid. lib. 5 c. 7 in fin.: Caeterum (ut Philostorgius primo Historiae suae libro author est) ab Ario in Synodo Nicaena steterunt hi, quorum nomina subsequuntur Episcopi – – – ex Phoenicia (10-e имя из числа 22-х) Paulinus Tyri.

112

Theodoret. h. e. I, 7, 14; p. 26; Theodoret Kirchengeschichte, hrsg. v. L. Parmentier, Leipzig 1911, SS. 32–33 (речь о никейском соборе) ὀλίγοι δέτινες, ών και πρὁσθεν ἐμνηοθην (Феодорит имеет в виду тех 6 епископов, которых назвал в своем письме к Евсевию Арий, и для которых сам Феодорит указывал кафедры; в числе их 3-е место занимает Павлин тирский. Thdrt I, 5, р. 21, выше прим. 2) καὶ πρὸς ἐκείνοις Μηνόφαντος ὁ Ἐφέσιος, και ὁ Σκυθοπολίτης Πατρόφιλος, Θεογόνιός τε Νικαίας αὐτῆς ἐπίσκοπος ὢν καὶ ὁ Νερωνιάδος Νάρκισσος – –, καὶ μετὰ τούτων Θεωνᾶς ὁ Μαρμαρικῆς, καὶ ὁ Πτολεμαΐδος τῆς Αἰγυπτίας Σεκοῦνδος, τοῖς ἀποστολικοῖς ἀντέλεγον δόγμασιν, Ἀρείῳ συνηγοροῦντες. Павлин тирский (Παυλῖνος καὶ Γρηγόριος οἱ Φοινίκες) упоминается у Феодорита, вместе с остальными епископами, на которых ссылался Арий, в числе ἐπίσημοι προστἁταί τῆς Ἀρείου συμμορίας и в V, 7, 1; но тут нет речи прямо о никейском соборе.

113

См. «Антиохийский собор 324 года» в Христ. Чт. 1911 г., июль-август, стр. 846–847, 848, 854 (16–17, 18, 24).

114

[18] Ex Ponto: Basilius Amasiae. Ср. о нем Tillemont, Mémoires, t. VI. Les Ariens, note 1, p. 738.

115

[19] Melitius. – [15.] Ex Cappadocia: Leontius [16] Longianus. Cp. Athan. ep. ad ер. Aeg. et Lib. n. 8: ῆ Λεοντίου καὶ Εὐψυχίου τῶν τῆς Καππαδοκίας ἐπισκόπων – – – ἢ τῶν µεγάλων Μελετίου καὶ Βασιλείου, καὶ Λογγιανοῦ καὶ τῶν σὺν αὐτοῖς ἀπὸ τῆς Ἀρμενίας καὶ Πὀντου. – Вероятно и загадочный [11] Amphion Sigedonis из Киликии у Филосторгия есть Амфион епифанийский, тоже один из «мужей апостольских» по Афанасию I. c. и один из выдающихся членов антиохийского собора 324 года (в списке епископов этого собора его имя занимает 3-е resp. 2-е место).

116

VII, р. 647–648. Mais il faut considérer encore, que si Paulin a précédé Saint Eustathe, il est mort constamment au plustard au commencement de 325. Et. cependant c'est ce qui paroit absolument impossible.]' Car Eusèbe a didié le dixième livre de son histoire ecclésiastique à Paulin: [et on ne peut pas douter que ce ne soit à celui de Tyr,] – – [– Or il [Eusèbe] n'a écrit son histoire qu’après sa chronique, qu’il у cite en divers endroits: Et. sa chronique allant jusques en l’an 326, comme S. Jérôme nous en assure dans la sienne, il faut que son histoire n'a esté écrite que dans les années suivantes, et que Paulin ait vécu jusqu’à ce temps là.

117

Cette preuve seroit absolument indubitable, si l'on ne disoit qu'Eusèbe peut avoir amplifié sa chronique. Et en effet nous pourrons montrer autrepart, que son histoire a esté achevé avant la mort de Crispe, c’est à dire avant le milieu de 326. Cp. ниже прим. 121.

118

Mais cela ne satisfait pas encore,] car l’histoire va jusqu’après la défaite de Licinius, et remarque la joie et la tranquillité universelle qui la suivit, la publication de diverses loix qui repandoient de toutes partes la bonté, la piété et la magnificence de Constantin. Il dit que la félicité dont on jouissoit, avoit fait oublier les maux passés. [Toutes ces choses ne se font pas en un mois ou deux. Et encoro Eusèbe nous, les rapporte, non comme présentes, mais comme passées. Et cependant Licinius n'a esté défait qu'à la fin de l'an 323. II n’y a done point d'apparence à dire qu'Eusèbe ait achevé son histoire plustost qu'en 325, lorsque Paulin estoit déjà mort. Mais au moins il estoit dejà transféré Antioche; et Eusèbe en s’adressant à lui dans son dernier livre, n’auroit pu manquer de marquer ce changement, et d'y trouver la matière d’un faux éloge, comme il fait dans ses livres contre Marcel.

119

Harnack, Chronologie II, 115.

120

Franz Overbeck, Ueber die Anfänge der Kirchengeschichtsschreibung, Basel 1892, S. 48, Anm. 115: Den Ausgangspunkt der Brzählung des Schlussteils (8–10 книги] seines Werkes gibt Eus. selbst mit dem März des J. 303 ganz genau an (VIII, 2, 4), die letzten von ihm erwähnten Ereignisse sind (X, 9, 4–6) die Niederlage des Licinius und Constantins Antritt seiner Alleinherrschaft im Reiche mit seinen Söhnen (323/4). Die Art, wie dabei des 326 ermordeten Crispus gedacht ist, sowie die Widmung des 10. Buchs an den, zur Zeit des nicänischen Concils schon gestorbenen, Bischof Paulinus von Tyrus lassen die Vollendung des ganzen Werks gleich nach diesen letzten darin noch erwähnten Ereignissen setzen (s. Lightfoot a. a. O. [T. e. Dictionary of Christian Biography], S. 321 f.), so dass die 3 Schlussbücher in der Tat den ihnen von Eus. ѴIII. Vorwort vorgezeichneten chronologischen Rahmen wenigstens nach unten ausfüllen [три последния книги церковной истории Евсевия, как разъясняет Овербекк, описывают историю последнего гонения на церковь].

121

Einleitungen, Übersichten und Register zu Eusebius’ Kirchengeschichte, bearbeitet von Eduard Schwartz und Theodor Mommsen, Leipzig 1909, S. LIX: Die dritte oder, wie man auch sagen kann, die vorletzte Ausgabe, welche die KG auf zehn Bücher brachte, war – – – in erster Linie durch die Bnkaenien der tyrischen Basilica, sodann durch den Tod Diocletians veranlasst: sie ist danach etwa ins Jahr 317 zu setzen. Cf. S. LIV. – 1-e, состоявшее из 8-и книг, издание появилось по Швартцу (SS. LVI–LVII) в 311–312 гг., 2-е, состоявшее из 9-и книг, не позже 315 года (SS. LVII–LVIII). – Последнее, 4-е, издание истории Евсевия появилось после сентября 323 г. и сохранилось в группе рукописей BD(M). Его признаки – damnatio memoriae Ликиния (проведенное, однако, далеко не последовательно – S. L. – след поспешности работы). Следы 3-го издания, появившегося несомненно еще при Ликинии, до войны его с Константином, сохранились в группе ATER(M) – Schwartz, SS. XLVII–LIV. Даже и 4-е издание появилось еще при жизни Криспа (он упоминается 10, 9, 4.в; S. 902), и только сирский перевод (Σ) основывается на экземплярах, выпущенных Евсевием уже после 326 г. – Schwartz, S. L. – Следовательно, и в 4-м издании Евсевий едвали имел повод изменять что-либо в посвящении 10-й книги Павлину: Павлин был еще жив и, может быт, был еще в Тире, когда Евсевий редактировал наскоро это издание.

122

Eus. с. Marcel. I, 4, 38, см. выше, прим. 6: Οὕτω δὲ καὶ Εὐσέβιος ὁ τῆς Καισαρείας γέγραφε – – Ὁθεν – – μαθὼν καὶ ὁ Ἀστεριου πατὴρ Παυλῖνος νεωτέρους Θεοὺς εἶναι ᾤετο.

123

I, 4, 17, выше прим. 6.

124

Gwаtkіn, р. 69. Both parties had learned caution at Nicaea. Marcellus disavowed Sabellianism and Eusebius avoided Arianism.

125

Sozom. h. e. II, 19, p. 68: Συνόδου δὲ ἐν Ἀντιοχείa γενομένης, ἀφαιρείται Εὐστάθιος τὴν Ἀντιοχέων Εκκλησίας τὸ μὲν ἀληθές, ὡς πολύς έχει λόγος, καθότι τὴν ἐν Νικαία πίστην έζηνει, καὶ τοὺς ἀμφὶ τὸν Εὐσέβιον καὶ Παυλῖνον τὸν Τύρου ἐπίσκοπον, καὶ Πατρόφιλον τὸν Σκυθοπόλεως, ὧν τῇ γνώμῃ οἱ ἀνὰ τὴν ε͂ω ἱερεῖς eἵποντο, οἷά γε τὰ Ἀρείου φρονοῦντας ἀπεστρέφετο, καὶ φανερῶς διέβαλλε.

126

Тилльмон (Мémoires, t. VII, р. 647) думал, что это место у Созомена делает по крайней мере невероятным, что этот историк имеет в виду Павлина, когда говорит, что Евстафий преемствовал Роману, как это утверждают некоторые. Sozomene dit aussi que le veritable sujet de la deposition de S. Eustathe fut, qu’il combatoit ouvertement Paulin de Tyr et les autres chefs de la faction Arienne; [de sorte qu’au moins il n’y a point d’apparence à dire, que cet historien a voulu parler de ce Paulin] ' lorsqu’ il a dit que S. Eustathe avoit succedé à Romain, comme quelques uns l'ont prétendu. [Что Созомен знал, что Роман, имя которого взято им вероятно из списка антиохийских епископов, есть Павлин, а именно Павлин тирский, этого и я не думаю.] Но Тилльмон предвидит и то возражение, что Созомен и Феодорит, зная Павлина, как одного из первых и наиболее горячих защитников Ария, продолжали ставить его между главами этой партии, не думая о том, был ли он жив в это время или нет. [Tout се qu'on peut répondre à cela, c’est que Paulin ayant esté I'un des premiers et des plus ardents defenseurs d'Arius, Theodoret et Sozomène ont continué à le mettre entre les chefs de ce partie, sans songer s’il estoit encore vivant ou non.]

Уверенние ссылается на это место из Созомена, как на доказательство того, что Павлин был жив около 330 года, ван Босх (р. 32, n. 133). Plus aliquid (чем Филосторгий, Феодор мопсуестийский, Никита и Феодорит, по которым ipsi synodo Nicaeno Павлин inter eos adstitit, quibus synodi delicta non arriserint) habet Sozomenus, t. II, с. XIX. – – Vixit ergo, et quidem Tyri episcopus, Paulinus ille etiam usque ad ejectum Eustathium.

Cavallera, p. 69: après le concile Sozomène le [Paulin de Tyr] montre en butte aux polémiques d’Eustathe (Sozom. II, 19).

127

Schwartz, Zur Gesch. d. Ath. VII, 356: gegen Euseb, Paulinus und Patrophilus [d. h. die Synode von Cäsaräa]. – О палестинском соборе см. выше вып. I, стр. 2–7.

128

Duchesne, II3, 161, 2 (выше, II часть).

129

Судя по тому, что Павлин не позднее 323 года является одним из главарей палестинского собора, и в конце 323 – начале 324 г. переходит в антиохию, он был в это время еще очень крепким старцем, и его смерти, но предшествовала продолжительеая болезнь.

130

Socr. h. е. II, 9, р. 86. Περὶ Εὐσεβιου τοῦ Έμισηνοῡ. – – Τίς δὲ οὗτος ῆν, διδἁκει Γεώργιος ὀ Λαοδικείας. – – Φησὶ γὰρ ἐν τῷ εἰς αὐτὸν πεπονημἑνω βιβλίω, ώς εἴη Εὐσέβιος ἐκ τῶν εὐπατριδών της ἐν Μεσοποταμία Έδέσης καταγόμενος ἐκ νέας τε ἡλικίας τὰ ἱερά μαθών Γράμματα' εἷτα τὰ Ἑλλήνων παιδευθείς παρά τῶ τηνικαύτα τή Ἐδέση ἐπιδημήσαντι παιδευτή τέλος ὐπό Πατρoφίλου και Εὐσεβίου ὧν ὁ μὲν [несомненно Евсевий!] τῶν ἐν Καισαρεία, ὁ δὲ τῆν ἐν Σκυθοπόλει [несомненно Патрофил!] προὶστατο Έκκλησιας [текст здесь несомненно не в порядке, и нужно читать или: ὑπὸ Εὐσεβιου καὶ Πατροφίλου, или же обменять местами Кесарию и Скифополь]. Μετὰ ταῦτα δὲ ἐπιδημήσαντι αὐτοῦ ἐν Ἀντιοχείᾳ, συνέβη Εὐστάθιον – – καθαιρεθῆναι – (далее см. выше, прим. 48).

Sozom. III, 6. Ὕστερον δὲ ἐξηγηταῑς Εὐσεβίω τῶ Παμφίλου, καὶ Πατρoφίλω τῶ προϊσταμἐνω Σκυθοπόλεως, τὰς θείας βίβλους ήκρίβωσε. Παραγενόμενός τε εἰς Ἀντιόχειαν, ἐπεὶ συνέβη Εὐστάθιον καθαιρεθήναι διά τήν Κύρον κατηγορίαν, Εὐφρονίω τώ μετ' αὐτὸν συνῆν.

131

Пользуюсь этим местом, чтобы привести подробную аргументацию Валуа в пользу его гипотезы о Павлине в Nota ad Eusebii h. e. X, 1 (p. 369) [Migne G. P., t. XX, coll. 841–844], которую я не имел возможности привести выше, прим. 45. Аргументация Валуа, как оказывается, направлена против Годфруа (Gothofredus) и Montacutius’a. – Ἱερὠτατέ μοι Παυλῖνε· Paulinum intellegit episcopum Tyri, cui libros suos Historiae ecclesiasticae nuncupavit Eusebius. Ejus enim consilio hoc argumentum aggressus fuerat, ut hic non obscure Innuit. – – – Eidem Paulino libros duos Περί τοπικῶν ὀνομάτων nuncupavit Eusebius. – – – Fuit igitur Paulinus ἐργωόιώχτης Eusebii nostri, sicut Ambrosius olim fuerat Origenis. – – – Porro hic Paulinus presbyter primum fuit Antiochiae. Inde ad episcopatum Tyriorum evectus, summa cum laude eam ecclesiam administravit. Tandemque pulso Antiochena sede Eustathio, ab Antiochensibus evocatus, Antiochiae praefuit, ut docet Eusebius in libro Contra Marcellum cap. 4 his verbis: Ἐπὶ τοῦτον – αὐτοῦ. [Как будто Евсевий действительно говорит, что Павлин был антиохийским епископом «по изгнании Евстафия»!] – – – Certe Philostorgius in lib. III cap. 15, diserte scribit, Paulinum ab episcopatu Tyri Antiochiam translatum in Eustathii locum [этого вовсе не говорит и Филосторгий: и у него, как у Евсевия, даже имя Евстафия не упомянуто] successisse, et post sex menses e vivis abiisse. Idem ex Philostorgio habet Suidas in voce Άἐτιος. Falsum [p]roinde est quod ait Nicetas in Thesauro orthodoxae fidei, solum Philostorgium scribere, Paulinum post abdicationem Eustathii, Antiochiam Tyro translatum fuisse. Non enim solus Philostorgius id scripsit, cum idem quoque affirmet Eusebius in loco quem modo citavi. Mortuus est igitur Paulinus anno Christi 328, cum episcopatum Antiochiae sex menses gessisset. Quare graviter fallitur Gothofredus, qui in notis ad Philostorgium, Paulinum anno Christi 324 mortuum esse supponit, et Philostorgium arguit inconstantiae. Atqui Philostorgius optime sibi constat: parum vero sibi constat ipse Gothofredus, qui Paulinum Tyri episcopum mortuum esse scribit anno Christi 324. Atqui Paulinus Tyri episcopus Nicaenae synodo interfuit [но об этом ведь говорит тот же Филосторгий? В чем же тут «непостоянство» Годфруа?], ut docent Theodoritus lib. I, cap. 6 et Sozomenus in lib. II, cap. 18 et Theodorus Mopsuestenus apud Nicetam in lib. V, cap. 7. Idem cum Gothofredo scribit Rob. Montacutius in notis ad Iibrum I Eusebii Contra Marcellum; Paulinum scilicet eum qui Tyro Antiochiam translatus est, ante synodum Nicenam obiisse, quod est, ut dixi, absurdissimum. Nam quem ante synodum Nicaenam mortuum esse affirmat, eumdem Arianae factionis signiferum fuisse dicit. Baronius quidem Paulinum anno Christi 324 obiisse, eique Eustathium successisse scribit, quem in eo secuti sunt Gothofredus et Montacutius. Verum Baronius Paulinum illum, quem predecessorem Eustathii facit, non dicit episcopum fuisse Tyri, quod Gothofredus et Montacutius perperum dixisse. – Как видит читатель, особою убедительностью аргументация Валуа и здесь не отличается. Я не могу только проверить его ссылки на Феодора мопсуестийского. Не стоит ли у него дело и с Феодором также, как с Евсевием и Филосторгием? Но если Феодор и действительно думал, что Павлин тирский пережил никейский собор, то ошибка и с его стороны столь же возможна, как со стороны Филосторгия и Феодорита: ему просто неизвестно было время смерти Павлина тирского-антиохийского, и он естественно мог предполагать, что раз Павлин был одним из покровителей Ария, то он поддерживал его и в Никее и после никейского собора.

132

М. Le Quien, Oriens Christianus, t. II (Parisiis 1740), col. 708, ХХIII [в числе антиохийских епископов] PAULINUS. Hieronymus in Chronico, Philogonio nominato subdit: cui succedit vigesimus secundus Paulinus, ex episcopo scilicet Tyri, uti discimus ex lib. I. Eusebii Caesariensis contra Marcellum Ancyranum cap. 4 ubi et illum patria Antiochenum fuisse tradit, quem subinde Antiocheni cives uti bonum proprium sibi jure vindicassent, ώς oὶxeiov ἀγαθοῦ. Plura de eo in episcopis Tyri. Obiit utique anno ipso 324. Nam ejus successor Eustathius in sequenti anno concilio Nicaeno generali adfuit. Paulinum hunc Antiochenum a. Theodoreto prorsus omissum mirari subit, eo maxime quod Nicephorus quoque, Theophanes et Eutychius Alexandrinus, quinque annos episcopatus ei assignant, quorum opinione obstat temporis brevitas quae ab exortu Arianae haeresis usque ad Nicaenum synodum Intercessit, hoc est inter Philogonii aetatem et Eustathii, qui Nicaeno synodo interfuit anno 325. – col. 803 [ECCLESIA TYRI METROPOLIS] VII. PAULINUS. Paulinum Tyri admodum commendat Eusebius L 10, capp. 1 et 4 ubi ecclesiam describit, quam Paulinus Tyri sedata persecutione [col. 804] exaedicavit: sed et orationem recital, quam ipse in ejus dedicatione habuit. Caeterum Arius Paulinum inter erroris sui patronos jactat in epistola quam Theodoretus refert L 1. h. e. c. 5. – – Verum hoc ipso tempore Paulinus Tyro Antiochiam translatus fuit. Id quod imprimis Eusebius testatur libro I. contra Marcellum c. 4 ubi queritur ter beatum et admirabilem suum, τρισμαχάριον κaὶ θαυμάσιον Paulinum quum Tyri episcopum eximie gessisset, eumque ceu proprium bonum suum, Antiochenses tandem vendicassent, a Marcello convitiis proscissum. – – – Hieronymus in Chronico episcopus recensens, qui illis temporibus Antiochenum sedem tenuerant, vigesimum illius urbis pontificem ponit Vitalem, post quem Philogonius XXI. cui successit XXII. Paulinus, post quem XXIII. Eustathius. Plane ante Nicaenam synodum Tyri ecclesiae Zeno praeerat, quippe cui Alexander Alexandrinus de recens nata haeresi Arii scripsit; ipseque Zeno sancto huic concilio interfuit.

133

Le Quien II, 804. VIII. ZENO I. In indice patrum synodi Nicaenae, episcoporum Phoeniciae provinciae primus legitur Zeno Тyrius. Quem quidem indicem Latine expressum puto ex illo quem magnus Athanasius Socrate teste 1. I. c. 13 contexuerat. Epiphanius haer. 69, n. 4 soribit Alexandrum Alexandrinum, ut Arii impietatem cohiberet litteras dedisse Eusebio Caesariensi – – – et praesertim in Phoeniciam Zenoni cuidam antiquo Tyri, ἐv τe τῆ Φоινίκη Ζήνωνί τιvι άρχαίῳ ἐv Τὐρῳ. Quibus significari videtur, hoc tempore quod Nicaenum synodum praecessit, Zenonem Tyri grandaevum fuisse, qui translato Antiochiam Paulino ecclesiam illam coleret.

134

См. выше, прим. 131. По словам Валуа, Годфруа обвинял Филосторгия в «непостоянстве», inconstantiae, и, конечно, он был в этом совершенно прав. Как упомянуто уже выше [прим. 56], Годфруа видел и то, что у Созомена под Романом скрывается все тот же Павлин.

135

Eusebii, Contra Marcellum, ed. Gaisford, p. 390 [annotatio к c. Marc. I, 4, 2]. Παυλῖνον. Cur ideo hunc magnifice laudet ignoro, nisi quod inter primos ad Arii partes tuendos cum Eusebio Caesariensi, Theodoto Laodlceae, Patrophilo Scythopolitano, Eusebio Nicomediensi episcopo accessit, quod docet Athanasius [см. Athan. de synodis, n. 17], et gloriatur ipse Arius in Epist. ad Eusebium in Theodoret, 1. I, c. 5. Non est autem ille Paulinus de quo frequentior apud Athanasium mentio, qui a Luciphero Calaritano ordinatus partes suas habuit in schismate illo Antiochensi famosissimo, quanquam etiam episcopus Antiochensis (fuit autem haec Antistitum Antiochensium successio: Tyrannus, Vitalius, Philogonius, Paulinus iste, Eustathius, alter Paulinus [т. e. известный Павлин, глава антиохийских евстафиан, поставленный в епископы Лукифером, первый законный преемник св. Евстафия с евстафианской точки зрения, а не предполагаемый арианский преемник Евстафия]); quinquennio praefuit ecclesiae Antiochenae, Tyro translatus. Obierat ante Concilium Nicaenum. [Таким образом Montacutius в отличие от Ле-кьена относится с доверием к показанию позднейших авторов, что Павлин был епископом Антиохии 5 лет; но очевидно это с его точки зрения не противоречит предположению, что Павлин был преемником Филогония и умер раньше 325 года, так как начало арианского спора обычно относят к 318 году; но с этими 5-ю годами трудно согласить сообщение Филосторгия, что Аетий пришел в Антиохию к Павлину, который только недавно, ἀρτίως, перешел сюда из Тира, и спустя 6 месяцев по переходе его из Тира или по прибытии к нему Аетия умер, и тот факт, что Филогоний подписал τὁμος, который разсылался св. Александром александрийским не в самом начале арианского спора]. Hunc profusissime in Historia dilaudat Eusebius 1. X, c. 4 ubi totus est panegyristes. Disces autem inde cur hic ab eo dicatur διαπρεπῶς τῆς τῶν Τυρίων έκκλησίας praefuisse. Extat ad illum contribulem et σύμψυφον suum epistola Eusebii Nicomediensis alastores, ap. Theodoret 1. I, c. 6 et ni fallor idem est cui librum περὶ τοπικῶν ὀνομἁτων τῆς θείας γραφῆς hactenus ineditum [теперь это сочинение издано Klostermann'ом в Texte und Untersuchungen, Neue Folge VIII, 2 – Harnack, Chronologie II, 122] scripsit, et eodem elogio isthic quoque exornat.

136

Gwatkin, Studies of Arianism, 2. edition, Cambridge 1900, p. 69, n. 2: When Marcellus wanted to fix on his enemies a dear statement that the Lord is no more that a creature, he was obliged Fr. 33, p. 27 to go back to Paulin of Tyre, who was dead before the concile met [до собрания никейского собора: Гуоткин доказывает здесь, что Both parties had learned caution at Nicaea. Marcellus disavowed Sabellianism and Eusebius [кесарийский] avoided Arianism]. (Lightfoot, Eus. Caes., p. 322 [разумеется статья Ляйтфута об Евсевии кесарийском в Smіth-Waсе, Dictionary of Christian Biographies v. II [1880], p. 308 ff., о которой Harnack, Chronologie II, 106, 2 пишет: Die gründlichste Arbeit (об Евсевии кесарийском) nach den Bemühungen des unsterblichen Valesius ist noch immer der Artikel «Eusebius» von Lightfoot im Dict, of Christ. Biogr. Эти строки написаны до выхода в свет VI тома Раulу-Wissоwа, Real-Encyclopädie der classischen Alterthumswissenschaft. Теперь, вероятно, рядом со статьей Ляйтфута Гарнакк поставил бы и появившуюся в этом томе энциклопедии статью об Евсевии кесарийском Эдуарда Швартца.] Эта статья Ляйтфута в дорогом английском «Словаре христианских биографий» мне стала доступна, когда моя статья уже печаталась. Впервые я с этим взглядом познакомился по приведенному примечанию Гуоткина. – Как оказывается, Ляйтфут вопроса о времени кончины Павлина коснулся только случайно – в связи с вопросом о том, когда Евсевий кесарийский закончил свою церковную историю. В том факте, что последняя книга этой истории посвящена Павлину. Ляйтфут видит твердый terminus ad quem издания истории, так как Павлин умер в 324 или – самое позднее – в 325 году, р. 322b. The last book is dedicated to his friend Paulinus. Here again we have a definite terminus ad quem, for Paulinus died A. D. 324, or 325 at the latest. – Те, которые хотят относит время издания истории к более позднему времени, говорить Ляйтфут, пытаются ослабить силу этого аргумента двумя путями (Those who would postpone the date of the History meet this argument in one of two ways). 1) Они предполагают, что Павлина уже не было в живых, когда Евсевий писал посвящение ему 10-й книги ((і) They suppose that Paulinus was no longer living when Eusebius wrote these words [т. e. слова ίερώτατέ μοι Παυλῖνε]). Но такое понимание слов Евсевия – по мнению Ляйтфута – неестественно и не подтверждается контекстом. Выражение ἱερώτατε имеет параллель в предисловии «Ономастика», где Евсевий обращается к тому же Павлину со словами ἱερὲ τοῦ θεοῦ ἄνθρωπε Παυλῖνε. Но Павлин в то время, когда Евсевий посвящал ему Ономастик, несомненно был еще жив. Если даже понимать слова: σοὶ τοῦτον ἐπιγράψομεν, вместе с Гейнихеном, в том смысле, что Евсевий прибавил 10-ю книгу по настоянию Павлина, и тогда Павлин был еще жив. (This however is an unnatural interpretation, not being suggested by anything in te context. The expression ἱερώτατε has a parallel in the preface to his Оnomаstiсоn, where he adresses this same person, when he was certainly living, as ἱερὲ τοῦ θεοῦ ἄνθρωπε Παυλῖνε. Even if with Heinichen we interpret the words σοὶ τοῦτον ἐπιγράψομεν, not «let us inscribe», but «let us ascribe this to thee», as if the tenth book had been added at the instigation of Paulinus, it will still imply that he was living. The imperativ however and the άναβοώμενοι of the context seem to point rather to a dedication [10-я книга была только посвящена Павлину, но написана не по его инициативе, а по собственному желанию самого Евсевия].) – 2) Они относят смерть Павлина к более позднему времени. Но Ляйтфуту это кажется совершенно невозможным. Павлин – по словам Евсевия – был епископом сначала Тира, а потом Антиохии. Эту последнюю кафедру он занимал – по Филосторгию – только 6 месяцев пред своею смертью. Но на никейском соборе присутствовали Зинон, епископ тирский, и Евстафий, епископ антиохийский. Следовательно, смерть Павлина имела место до лета 325 года, когда [19 июня] собрался Никейский собор, и Иероним безспорно прав, когда он представляет Павлина непосредственным предшественником Евстафия [(іі) They postpone the death of Paulinus to a much later date. This however seems impossible. Paulinus was bishop first of Tyre and afterwards of Antioche (Euseb. с, Marcell. i, 4). This last seat he only held six months before his death (Philostorg. Η. E. iii, 15). At the Council of Nicaea however, Zeno is bishop of Tyre, and Eustathius of Antioch. His [конечно, Павлина] death therefore must have taken place before the summer A. D. 325, when the council met; and Jerome (Euseb. Chron. ii, p. 192) is unquestionably right when he represents Paulinus as the immediate predecessor of Eustathius]. С другой стороны, по словам Филосторгия, как они переданы Фотием, выходит, что Павлин следовал за Евстафием после его низложения, так как он, повидимому, считает его непосредственным предшественником Евлалия. Если Филосторгий говорит это, то приведенные уже факты доказывают, что он неправ, но, может быть, ошибка обязана своим происхождением только Фотиевой манере сокращения. [On the other hand the language of Philostorgius (1. c.), as given by Photius, implies that he succeded Eustathius, when Eustathius was deposed, for it apparently makes him the immediate predecessor of Eulalius. If Philostorgius said this, the facts already adduced show that he was wrong, but possibly the error is due to Photius's mode of abridging.] Соответствующее место у Свиды (см. выше стрр. 28–29) показывает, по мнению Ляйтфута, как чрез небольшое изменение выражения может получиться совершенно ошибочное показание [note і: The corresponding passage in Suidas (s. v. Ἀέτιος) shews how by a slight change of expression the erroneous statement might be introduced. Я не знаю, какое именно выражение имеет в виду Ляйтфут. Но точность сообщения Фотия, что преемником Павлина, по Филосторгию, был Евлалий, подтверждает и Свида. Далее Ляйтфут говорит в этом примечании: Nicetas Chron. (Thes. iii, 9) says. «Solus vero Philostorgius libro Historiarum secundo Paulinum Tyro Antiochiam translatum esse auctor est.» This statement Is not strictly accurate, for Eusebius himself mentions his translation to Antioch; but Philostorgius, if rightly represented, is alone in placing the incident after the removal of Eustathius. A. D. 330.] – Феодорит, считающий Евстафия непосредственным преемником Филогония, просто проглядел краткое правление Павлина. [Theodoret (Н. Е. і, 6) overlooks Paulinus’s short tenure of office, when he makes Eustathius the immediate successor of Philogonius.] Другие места, цитируемые Гейнихеном, как, напр., Sozom. h. e. II, 18, не доказывают ничего, так как они не требуют, чтобы Павлин был еще жив в то время, о котором они говорят [Other passages quoted by Heinichen (e. g. Soz. Η. E. ii, 18) prove nothing, for they do not require that Paulinus should be still living at the times of which they speak]. – Непосредственным преемником св. Евставия по его низложении Ляйтфут считает Евфрония, а относительно Евлалия высказывает предположение, что он был только кандидатом на эту кафедру, подобно Евсевию кесарийскому, но никогда не занимал ее фактически [р. 335b One of these (разумеются Евфроний и Георгий) Euphronius was elected. – Note e: Euphronius is represented as the immediate successor of Eustathius by Soz. H. E. ii, 10, Socr. Η. E. i, 24; and this is natural Inference from Constantine's letter (Eus. V. C. iii, 62). On the other hand, Theodoret (H. E. i, 21) says that they appointed Eulalius first but that he only lived a short time, and they then desired to translate Eusebius of Palestine. Jerome (Chron. ii. p. 192, Schoene) gives the names of the Arian bishops who were thrust in succession into the place of Eustathius, as «Eulalius, Eusebius, Euphronius, Placillus etc. Perhaps Eulalius was put forward for the vacant seat, like Eusebius, but never actually appointed]. Этому предположению, однако, противоречит сообщение Филосторгия, что именно при Евлалии, 23-м епископ антиохийском, Аетий должен был покинуть Антиохию. О Павлине Созомена III, 11 и послания «филиппопольских» отцов Ляйтфут не упоминает. – На этот «недосмотр» великого английского богослова обратил внимание другой английский ученый Е. Venables, написавший для вышедшего в 1887 году IV тома того же Dictionary of Christian Biography статью о Павлинах антиохийских (р. 231–232); – р. 232: There is no little uncertainty as to the succession of the bishops of Antioch immediately before and after the council of Nicaea, and it has been seriously questioned, and that on no unsufficient grounds, whether there were two bishops of the name of P., one immediately preceding, the other immediately succeding Eustathius, or only one; and also whether that one is to be placed before or after Eustathius. Dr. Lightfoot decides that there was only one, and makes him Eustathius's predecessor. – – But he seems to overlook the statement of the Eusebian bishops of Philippopolis (Hilar. Frag. ii, p. 26) supported by Sozomen (H. E. iii, 11) that P. was the friend of Hosius, and had been deposed for magic, and other alleged crimes. – Так как Ляйтфут коснулся вопроса о Павлине тирском-антиохийском лишь случайно, и вообще история церкви IV века не была его специальностью [его капитальный труд, как известно, посвящен мужам апостольским, а καθ' ἐξοχὴν св. Игнатию], то, конечно, вполне возможно, что он действительно «проглядел» этого Павлина «филиппопольских» отцов и Созомена; и это, конечно, упростило ему задачу. Но так как в действительности этот загадочный Павлин – не то дакийский, не то антиохийский – не имеет никакого отношения к вопросу о Павлине тирском, то не невозможно, что Ляйтфут ничего не «проглядел», а совершенно сознательно игнорировал известия Созомена и «филиппопольского» послания просто, как не относящиеся к делу. Неизлишне отметить, что этого Павлина иногда игнорируют и представители обычного взгляда на Павлина тирского, как, напр., Швартц. В Zur Geschichte des Athanasius VII, 356, 1, говоря о низложении св. Евстафия, он приводит из Hilar, frg. hist. 3, 27 как раз приведенную выше (см. в V части) тираду quod convixerit – ’omnibus declaravit, но с пропуском сообщения о Павлине. Через 2 страницы (S. 358, 1) у него решается вопрос о Павлине тирском (см. выше, V часть); но о Павлинн фрагментов Илария и Созомена не сказано ни слова. И в Mitteilung VIII, 406, 3 он также приводит из даннаго места фрагментов только сообщение об Евстафии и Киматии. Во всяком случае этот загадочный Павлин едва-ли сбил бы с толку Ляйтфута, едва-ли заставил бы его поверить, что Павлин тирский был в Антиохии преемником, а не предшественником св. Евстафия. Важнее то, что Ляйтфут несомненно проглядел в источниках и нечто такое, что весьма веско говорит в пользу его гипотезы, как, напр., тот факт, что и Филосторгий (у Свиды), называя Павлина тирского 22-м антиохийским епископом от апостолов, подтверждает историческую достоверность списка Иеронима. Неправдоподобно и его предположение, что ошибку Филосторгия нужно отнести на счет Фотия, так как в данном случае точность передачи Фотия (что Евлалий был преемником Павлина) подтверждает и Свида. Но подобные недосмотры и пробелы в аргументации только естественны в случайной заметке, не имеющей характера научного этюда, посвященного ex professo данному вопросу. – Сам Venables верит в существование – в 1-й половине IV века – двух Павлинов, епископов антиохийских. Правление 1-го из них, упоминаемого Иеронимом, Никифором, Евтихием, Феофаном, Никитою и тождественного с Павлином Созомена, он относит вместе с Клинтоном к 321–325 гг.; а правление 2-го – бывшего тирского – к 328–329 гг. р. 231 b: Paulinus (2) bishop of Antioch A. D. 321–325 (Clinton, Fasti Romani ii, 548). He is omitted by Theodoret – – – but he appears in the Chronicle of Jerome, and under the name of Paul in that of Nicephorus, and of Apollinus in that of Eutychius, p. 431, and is mentioned by Theophanes, p. 11, and Nicetas, and Is accepted by Valois – – and Tillemont – – and Clinton (n. s.). He is distinctly named by Sozomen, and united with his successor Eustathius as bishops of Antioch, frienship with whom was one of the reasons for the deposition of Hosius by the Eastern bishops at Philippopolis. И, однако, Павлина «филиппопольского» послания (в виду «Daciae») Venables как будто колеблется отождествить с Павлином Созомена. If the scandalous charges – пишет он – brought against Paulinus by the malcontents at Philippopolis in their encyclical, of magical arts, a debauched life, and of being the author of books which had been burnt for the impieties they contained, for which he had been deposed from the episcopate (Hilar. Fragm. ii, p. 633) refer to this Paulinus [тождество Павлина фрагментов с Павлином Созомена совершенно очевидно и безспорно; и если Venables сомневается в этом, то это не говорит в пользу его критической проницательности], they are probably as devoid of foundation as those against Eustathius or other orthodox prelates in the same document. [Ho если обвинения против Павлина были столь же неосновательны, как и обвинения против св. Евстафия, и в 342 году он был еще жив – тогда как св. Евстафий и Киматий уже умерли –, то почему же сердикский собор ничего не сделал в его пользу, не признал его незаконно низложенным, и это, несмотря даже на то, что он был неразлучным другом главного деятеля этого собора Осия? – Ср. выше, V часть.] The reading, however, is doubtful, and though Valois in his notes on Sozomen – – reads «Antiochiae», and base his argument on it, all other editions of the encyclical read «Daciae». Pagi accepts the deposition of Paulinus without being able to throw any light in its cause (Critic. in Annal. Baron., tom. i, p. 292). – P[aulinus] (3), bish., first of Tyre and then of Antioch for six months. A. D. 328–329 (Clinton F. R.). Повидимому у Клинтона же заимствовал дату кончины Павлина тирского-антиохийского и Гарнакк (выше, III часть).

Пользуясь этим местом, чтобы привести и разобрать и еще одну гипотезу о загадочном Павлине, фрагментов Илария и Созомена. Доцент Киевской Духовной Академии С. Л. Епифанович в своей «Библиографической заметке» о моих статьях (Труды Киевской Духовной Академии, 1913 год, Январь, стрр. 126–152; далее у него следуют заметки о Schwartz, Ostertafeln и других книгах) коснулся и – затронутого мною в статье «Антиохийский собор 324 года», стр. 23 [853], прим. 46, и стрр. 42–43 [1022–1023) – вопроса о Павлине тирском. Соглашаясь со мною, что Павлин тирский был предшественником св. Евстафия, С. Л. Епифанович приводит (прим. 121) кратко и аргументы в пользу моего мнения. – «По Тильмону (Μέm. VII 2, 296–297) – пишет он – Павлин тирский был после Евстафия, но за это только Филосторгий III, 15 [ср. его перечень сторонников Ария в Никее у Никиты в Thes. orthod. fidei V, 7; Филосторгия повторяет Suidas под Ἀέτιος], который не всегда безошибочен; против него – Феодор[ит] I, 22» [на деле Феодорит ни за, ни против Филосторгия, так как он совершенно не знает, что Павлин тирский был при конце жизни епископом антиохийским; но его «Евлалий» – повидимому – за Филосторгия; и обычное мнение о Павлине тирском, как преемнике св. Евстафия, есть собственно комбинация сообщений Филосторгия и Феодорита, ср. выше, IV часть, где приведена таблица]. «Хроника Иерон[има]; список, напр., Никифора, ed. de Boor, 130, 20, и таблицы Феофана; никейские подписи с именем Зинона тирского, преемника Павлина; письмо Александра ал. к Зинону тирскому у Епиф. LXIX, 4, ср. Евсевий, С. Marcell. I, 4, 2; в III фрагм. Илария и у Созом. III, 11 разумеется, вероятно, пресвитер Павлин, глава евстафиан, друг Киматия, участвовавшего впоследствии в его хиротонии (ср. Хрон. Иерон. var. lect.).» – Признаюсь, мне не приходила и в голову мысль, чтобы Павлина фрагментов Илария и Созомена мог кто-либо отождествить с пресвитером Павлиномъ главою евстафиан. Этого Павлина я не имел в виду уже потому, что и в 324 и в 342 гг. он несомненно был только пресвитером и епископом стал только в 362 году; но восточные отцы сердикского собора говорят о «Павлине, некогда епископе Дакии». Слова Созомена (Παυλίνφ καὶ Εὐσταθἰφ τοῖς ἡγησαμένοις τῆς Ἀντιοχέων ἐκκλησίας) правда не столь определенны и несомненно приложимы и к пресвитеру Павлину, который по низложении св. Евстафия был несомненно главою, вождем антиохийских евстафиан. В настоящее время мне представляется даже не только вполне возможным, но и очень вероятным, что сам Созомен, писавший в V веке, когда Павлина II антиохийского, главу антиохийских евстафиан, недовольных св. Мелетием, еще все хорошо помнили, благодаря вызванной его хиротонией антиохийской схизме, имел в виду в приведенных словах именно этого Павлина, и, может быть, поэтому именно он и говорит об ἡγησάμενοι антиохийской церкви, не об ἐπίσκοποι. О хиротонии Павлина Лукифером Созомен говорит в V, 12, р. 198, но еще раньше, IV, 28, р. 174, упоминает об общниках Павлина, Παυλίνφ κοινονούντων, в чем W. Lowth усматривает – едва-ли справедливо – метахронизм. Но Павлин был вождем евстафиан и до хиротонии. В IV, 28 Созомен говорит о Павлине, как о лице уже известном, и сама собою напрашивается мысль, что он считает его за одно лицо с Павлином в III, 11, р. 107. – Я склонен даже думать, что и ἡγησάμενος τῆς Ἀντιοχέων ἐκκλησίας Павлин «филиппопольского» послания сделался у Созомена не потому, что так искажено было имя его кафедры в том экземпляре этого послания, какой был под руками у Созомена, и не потому только, что имя этого Павлина стоит в послании в близком соседстве с именем Евстафия антиохийского, но главным образом потому, что, встретив тут имена Павлина и Евстафия, Созомен ошибочно отождествил этого Павлина, кафедра которого обозначена была неясно, с известным Павлином, главою верных последователей св. Евстафия и впоследствии их епископом. – Но выражениям Созомена я не мог придавать особенно важного значения уже потому, что он дает не текст, а только краткое resumé «филиппопольского» послания. – Теперь я склонен видеть в его ἡγησάμενοι даже тенденциозное изменение подлинного выражения послания. – То верно, что в фрагментах Илария мы имеем не оригинал, а только латинский перевод подлинного греческого послания восточных сердикских отцов; и нельзя совершенно отрицать той возможности, что наличное «episcopo» фрагментов есть только неудачный перевод такого греческого выражения, которое приложимо было и к пресвитеру. Но – во всяком случае Созомен – не аргумент за то, что episcopo не есть перевод греческого ἐπισκόπφ. А затем – прежде чем допускать возможность такой ошибки в наличном тексте фрагментов, следует поставить вопрос: вероятно ли, что тут идет речь о пресвитере Павлине? Мне предположение С. Л. Епифановича представляется невероятным уже по хронологическим основаниям. Пресвитер Павлин хиротонисован был Лукифером только в 362 году, спустя minimum 30 лет по низложении св. Евстафия, и умер около 388 года [между 336 и 391 гг. – Cavallerа, 267–268, note 1. Socr. V, 15, Soz. VII, 15]. Мы не имеем сведений о том, что он умер в очень преклонном возрасте. Следовательно, вся вероятность за то, что около 330 года он был еще совсем молодым человеком. Можно ли поэтому допустить, что к этому времени он успел возбудить против себя такую ненависть евсевиан, что они постарались его низложить, и в 342 году общение с ним ставили чуть ли нѳ в главную вину самому Осию? Мало того: и самый факт хиротонии Павлина и вообще все, что мы знаем о нем, как епископе, хотя и непризнаваемом на востоке, однако, уважаемом настолько, что даже сам император Валент оставлял его в покое, плохо мирится с предположением, что этот Павлин, еще будучи пресвитером обвинен был в занятиях волшебством и за это низложен. Но – самое главное: Paulinus olim Daciae episcopus послания восточных сердикских отцов уже потому одному не есть Павлин пресвитер антиохийский, что «вода естественно течет с горы, а не в гору», что превращение подлинного «Antiochiae» в наличное «Daciae» столь же неправдоподобно, как, наоборот, вполне естественно обратное явление. Ср. выше, часть V – Ссылка С. Л. Епифановича на факт, что «пресвитер Павлин» был «другом Киматия, участвовавшего впоследствии в его хиротонии» – не доказывает ничего. То верно, что в послании «филиппопольских» отцов Осию ставится в вину его общение не только с Павлином, но и с «Евстасием» [Eustasio = св. Евстафием] и «Квиматием» (Quimatio); и нет повода сомневаться, что латинское Quimatio есть передача греческого Κυματίω [ср.. напр., Κυντιλιανὸς = Quintilianus]. Но отсюда еще не следует, что этот Quimatius и есть тот самый Киматий, епископ палтский в Килисирии, который принимал участие в хиротонии пресвитера Павлина, хотя это допускает не только С. А. Епифанович, но даже и Швартц (Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius VIII, S. 406, Anm. 3). Дело в том, что по крайней мере наличный текст фрагментов Илария говорит за то, что этого «Квиматия», как и св. Евстафия, в 342 году уже не было в живых. Я не вижу оснований сомневаться в том, что выражение «exitus enim illorum» означает смерть этих двух епископов. За это говорит не только обычный смысл слова exitus = έξοδος [ср. и у нас: «Канон на исход души"], но и контраст с тем, что сказано о Павлине (думаю, аданском), что он usque in hodiernum diem in apostasia permanens cum concubinis publice et meretricibus fornicetur. Восточные отцы сердикского собора ставят в вину Осию кордубскому общение: 1) с живым еще низложенным епископом Павлином, и 2) с умершими уже: Евстафием и Киматием. Как о живом еще, о Павлине, они говорят довольно подробно: упоминают и о том, что он низложен был за волшебство, говорят и об его зазорной жизни. Но об Евстафии и Киматии, как умерших, они уже не находят нужным распространяться: сама смерть их показала, что это были за люди. Очевидно, но смерти этих епископов их врагами – евсевианами пущены были в ход росказни о каких-нибудь особенно мучительных и ужасных болезнях, предшествовавших их смерти, доказавших во очию, что были люди недостойные, грешные. Смерть грешников люта (Псал.33:22); а что люди IV века не скупы были на комментарии к этим словам псалмопевца, доказывает хотя бы факт, что Лактанций написал даже особую книгу: «О смертях гонителей», De mortibus persecutorum. [Правды, вероятно, не много было и в обвинениях против Павлина. Обвинение в прелюбодеянии было любимым у евсевиан маневром для устранения неугодных им лиц; а как это делалось, показывает дошедший до нас в двух независимых одна от другой, редакциях (Athan. hist, arian. ad mon., n. 20 и Theodoret. h. e. II, 9–10) разсказ о проделке Стефана антиохийского с депутатами сердикского собора. Неудача Стефана, стоившая ему кафедры, как будто положила конец этим грязным клеветам на епископов: на константинопольском соборе 360 года (у Sozom. IV, 24–25) мы уже с такими обвинениями не встречаемся]. – Раз Павлин в 342 году был еще жив, а Евстафий и Киматий уже умерли, то становится понятным и то, почему евсевиане [или теперь уже «стефаниане», οἱ περὶ Στέφανον тὸν Ἀντιοχείας] ставят загадочного Павлина раньше Евстафия антиохийского и Киматия, и говорят о первом отдельно, а о последних двух вместе. Низложенный Павлин, друг Осия, был живою уликою против епископа кордубского, и восточные естественно вспомнили и заговорили о нем раньше, чем об умерших уже Евстафии и Киматии, об отношении к которым Осия позволительно было уже и позабыть. – Но, если Quimatius фрагментов Илария не есть Киматий палтский, присутствовавший на александрийском соборе 362 года [В. В. Болотов, Отзыв о сочинении Спасского, в Христ. Чт. 1908, стр. 1405, прим. 2] и принимавший участие в хиротонии пресвитера Павлина, то кто же был этот Quimatius, умерший до 342 года? – Если бы до нас дошла только Historia arianorum ad monachos Афанасия великого, и не сохранилась его Apologia de fuga sua, то ответить на этот вопрос было бы очень нетрудно. В числе жертв евсевианских интриг в hist, arian. n. 5 упоминаются καί Κυμάτιος ὁ ἐν Πάλτφ, καί Κυμάτιος ἔτερος ὁ ἐν Ταράδω. Конечно, вместо Ταράδφ нужно читать Ἀνταράδω. Этот «другой Киматий» был, вероятно, преемником Зинодора [или: Минодора] антарадского, присутствовавшего на никейском соборе (имя его сохранилось только в коптском списке № 53 CYNOΔОРОС ЪN АNТАРАТОС и в 5-и несистематических списках: синайском, 2-х иерусалимских [во всех 3-х № 36 Μηνόδωρος Ἀνταράδων], арабском [№ 38 Fjnwdwrs Tbjr'sn [нужно читать, конечно, Mjnwdwrs Tntr'dn] и ватиканском [№ 40: Ζηνόδωρος Ἀνταράδων]). О том, что Киматий антарадский был жив в 342 году, мы не имеем сведений; и ничто не препятствовало бы думать, что он именно и есть Quimatius послания «филиппопольских» отцов. Но в Apol. de fuga n. 3 низложенный евсевианами антарадский епископ является уже под именем Картерия. Ποία ἐχχλησία νῦν οὐ θρήνει – говорит здесь Афанасий в. – διὰ τὰς ἐχείνων [= евсевиан] κατὰ τῶν αὐτῶν ἐπισκόπων ἐπιβουλάς; Ἀντιόχεια μὲν δἰ Εὐστάθιον – – – καὶ Πάλτος μὲν καὶ Ἀντάραδος διὰ Κυμάτιον κaὶ Καρτέριον. Загадка, предлагаемая этим местом в сравнении в hist ar. n. 5, остается до сих пор неразгаданною. Schwartz, Zur Gesch. d. Athan. VIII, 406, 3: Das Rätsel der Entsprechung Κυμάτιος ὑ ἐv Παλτῶι κaὶ Κυμάτιος ἔτερος ὑ ἐv Ταράδωι hist ar. n. 5 und Πάλτος μὲν κaὶ Ἀντάραδος διὰ Κυμάτιον κaὶ Καρτέριον de fuga 3 ist noch nicht gelöst. Сам Швартц отождествляет Квиматия послания сердикских восточных епископов с Киматием палтским, вероятно, потому именно, что только этого епископа вне всякого сомнения звали Κυμάτιος. Думал ли Швартц, что этот Киматий в 342 году был еще жив, и, следовательно, exitus в послании восточных означает не смерть, а что-то другое, или же он просто упустил из вида участие Киматия палтского в событиях 362 года – я не знаю. По моему, раз наличный текст послания сердикского собора восточных говорит за то, что упоминаемый здесь Quimatius уже умер, – и нет ни малейших оснований подозревать, что латинский перевод здесь неверно передает греческий оригинал, и, следовательно, этот Quimatius не Киматий палтский, то это послание является доказательством, что кроме Киматия палтского был и какой то другой Киматий, тоже низложенный евсевианами; а, следовательно, имя низложенного антарадского епископа у Афанасия в. правильно сохранилось в Historia arianorum. А в de fuga вместо κaὶ Καρτέριον нужно, вероятно, читать κaὶ Κυμάτιον ἔτερον. – А, следовательно, Quimatius «филиппопольского» послания – не аргумент за гипотезу С. Л. Епифановича о Павлине. – Что Quimatius этого послания не есть Киматий палтский, видел еще Кутан (Coustant), ученый издатель фрагментов Илария. В примечании к данному месту (р. 663, Migne, PL, 10, 674) он пишет: Si Eustathius Antiochenus hic intelligatur, ei opinioni, qua illum et ante Sardicense concilium et in exsilio obiisse putant, hinc robur accedet. Tum pro Quimatio, legendum Cimatio. Duos autem Cimatios, unum Palti, alterum Tarudi, Athanasius ad Solit. pag. 812 memorat in exsilium ab Arianis detrusos. Neque dubium est, alium hic a Cimatio Palti designari; quippe quem ex eodem Athanasio ad Antioch., pag. 575, post concilium Alexandrinum 362 adhuc in vіvіs exstitisse manifestum est. Недостаток этой заметки в том, что Кутан упустил из вида место в De fuga n. 3. Cavallera, р. 65 думает, что слова евсевианского послания в Hilar, fr. III еще не решают окончательно вопроса о времени кончины св. Евстафия, так как мы не знаем, какой именно Киматий разумеется в этом послании; и exitus может значить просто низложение. La preuve n’est pourtant pas absolue parce que nous ne savons s'il faut identifier Kymatius avec l’évêque de Palte ou avec un second Kymatius exilé lui aussi par Constantin. L’évêque de Palte vivait encore en 362. Exitus pourrait donc signifier seulement la déposition. Но спрашивается: откуда же мы можем знать, какого именно Киматия имеют в виду евсевиане? И если exitus не – смерть, то почему же евсевиане говорят об Евстафии и Киматии отдельно от Павлина, и почему не говорят ясно, что и эти епископы еще живы?

137

Взгляд этот Гидулянов высказал в недоступной мне книге: Из истории развития церковно-правительственной власти. Восточные патриархи в периоде четырех первых вселенских соборов. Историко-юридическое изследование. Ярославль 1908, стр. 176–177. [Ср. отзыв о ней проф. И. Д. Андреева в XV томе «Византийского Временника» за 1908 г., стрр. 396–425]. – Что Гидулянов в этом случае на моей стороне, узнал я впервые из статьи Н. Кудрявцева: «Евстафий антиохийский» в «Богословском Вестнике» за 1910 г., т. I (март), стр. 463. А. И. Бриллиантов сообщает мне: «Гидулянов – – склоняется в пользу Иеронима» в виду: 1) Soz. III, 11, 7, где Павлин поименован раньше Евстафия» [но это аргумент – совершенно фиктивный: Павлин у Soz. III, 11 вовсе не есть Павлин тирский]; 2) отсутствия в никейских списках» Павлина; «3) 15 кан. ник. соб., имевшего силу в антиохийской общине (Eus., Vita С. III, 60, 61); 4) Eus., V. С., III, 59, где избрание Евсевия кесарийского следует непосредственно за низложением Евстафия; 5) послания Константина (V. С. III, 62). где в числе членов антиохийского собора Павлин не называется и кандидатом назван на первом месте Евфроний» [аргумент веский, но не решающий, так как и по обычному мнению собор, к которому адресовано письмо Константина Άνέγνων τὰ γραψέντα состоялся уже по смерти Павлина и Евлалия]. – Из приведенных 5 и аргументов Гидулянова «в пользу Иеронима» г-н Н. Кудрявцев считает «особенно любопытными»: 2, 4 и 5; но излагает их (словами самого Гидулянова?) только более многословно, чем А. И. Бриллиантов. – Сам г-н Кудрявцев никакого своего мнения по спорному вопросу о Павлине не высказывает и находит «глубокую истину» в совершенно заурядной фразе Лоофса: «спорно, за кем следовал Евстафий». Он пишет: «Но на чье место был избран Евстафий и как частнее определит время его избрания? – Созомен предшественником Евстафия – считает Романа, Феодорит Филогония, Иероним Павлина. Несогласие между древними, естественно, породило полнейшее разногласие в новое время. Глубоко истинны, поэтому, слова Loofs'a – «спорно, за кем следовал Евстафий». Думаю, Лоофс, когда писал эту фразу, более чем кто-либо был далек от мысли, что он высказывает тут какую ту глубокую истину.

138

Лоофс свой взгляд высказал в статье: Eustathius von Antiochien в RE3, В. 5, Lpz. 1898, S. 626. – Кудрявцев 1. с. (выше прим.134). Привожу его аргументацию по Кудрявцеву: Da nun nach Philostorgius (3, 15; vgl. Tillemont VII, 647) Paulinus von Tyrus der Nachfolger des Eustathius vurde [каким же образом, когда Евстафий у Филосторгия в данном месте не упомянут?], so muss man einen Paulinus vor und nach Eustathius annehmen (so Valesius zu Philost. 3, 15, MSG. 65, 503, not. 78 und zu Sozom. 3, 11, 7, ed. Hussey III, 89, auch Tillemont VII, 649 f.) oder entweder den Philostorgius (so Cave MSG. 65, 503, nota) oder den Hieronymus des Irrtums zeihen. Letztere Annahme scheint mir trotz Sozomenos 3, 11, 7 die leichteste zu sein.

139

Говоря это, я, впрочем, имею только в виду то положение, какое займет предлагаемый этюд в наличной церковно-исторической литературе. У меня же основы его написаны были в октябре 1907 года, когда со взглядом Ляйтфута я знаком был только по Гуоткину, о взгляде же Ле-кьена и Овербекка и совсем ничего не знал.

140

Eus. с. Marc. I, 4, 2, выше, часть III.

141

Ath. de syn. n. 17 (выше, прим. 135).

142

Schwartz VI, 273. Cp. Xp. Чт. 1911, стрр. 1023; 1013–1017 [= Антиохийский собор 324 года, стрр. 43, 33–37]. Даже и в том случае, если Εὐσέβιος, имя которого занимает 1-ое место в списке епископов этого послания, есть, как предполагает А. И. Бриллиантов, на деле Осий кордубский, в приведенной тираде ведет речь не Осий, а Евстафий: только он – полноправный хозяин антиохийской церкви, а не случайный, хотя и почетный гость ее, каким был Осий – мог считать себя вправе и один искоренят в ней еретические плевелы и успокаивать волнения и приглашать для этого и соседних сослужителей. Осий же ничего бы не мог сделать там без епископа антиохийского.

143

Schwartz VI, 294.

144

Об этом сообщает в своей проповеди на день памяти Филогония (20 декабря) св. Иоанн Златоуст. J. Chrysost. opera [ed. Montfaucon], t. I, p. 495 d, 1. c. ap. Schwartz VI, 268, 1: ἐκ μέσης γὰρ τῆς ἀγορᾱς ἁρπασθεὶς ἐπὶτὸν θρόνον ἤγετο τοῦτον – – – καὶ τότε μὲν ἀνθρώπους συνηγόρει κατὰ ἀνθρώπων ἐπιβουλευόντων, τοὺς ἀδικουμένους τῶν ἀδικούντων ὶσχυροτέρους ποιῶν' ενταύθα δε ελθών, ανθρώπους συνηγόρει κατὰ δαιμόνων τῶν ἐπηρεαζόντων.

145

Socr. h. е. I, 24, pag. 59, выше, прим. 50.

146

Etenim pulso Eustathio, cum Eusebius Caesariensis eam sedem recusavisset, Paulinus, episcopus Tyri, ad eam sedem translates est a. Chr. 329, ut notavi ad. 1. X, h. e. Eus. (см. выше, прим. 131). Paulino deinde successit Euphronius, siveutalii volunt Eulalius [но так как Феодорит упоминает и Евлалия, и Евфрония вместе, то нельзя сомневаться, что оба они были антиохийскими епископами, но предшественником Флакилла был несомненно Евфроний, а не Евлалий]. Post quem Flacillus ad episcopatum Antiochenum promotus est.

147

Schwartz VI, 281, 1.

148

Eus. h. е. 10, 4, 2; выше, часть II.

149

Eus. h. е. 10, 1, 2; выше, часть II. – Harnack, Chronologie, II, 122; выше, прим. 32.

150

Joh. Chrys., t. I, p. 495d; выше, прим. 144.

151

Theodoret. h. e. I, 3, p. 8B; выше, прим. 57.

152

Theodoret. h. e. I, 5, 2 (письмо Ария к Евсевию никомидийскому ср. выше, прим. 2. 2) άνάθεμα ἐγένοντο, δίχα μόνου Φιλογονίου καὶ 'Ελλάνίκου καὶ Μακαρίου, ἀνθρώπων αὶρετικῶν ἀκατηχήτων – – – n. β (пояснение Феодорита:) ἀντιπάλονς δὲ κέκληκε Φιλογόνιον τῆς Άντιοχέων τὸν πρόεδρον, καὶ 'Ελλάνικον τὸν Τριπόλεως, καὶ τὸν Ἱεροσολύμων Μακάριον.

153

Там же: τὸν Υἱὸν λεγόντων οἱ [Valesins: ὁ] μὲν [Филогоний?] ἐρηγήν, οἱ [ὁ] δὲ [Елланик?] προβολήν' οἱ [ὁ] δὲ [Макарий?] συναγέννητον. καὶ τούτων τῶν ἀσεβειῶν οὐδὲ ἀκοῦσαι δυνάμεθα, ἐὰν μυρίους θανάτους ἡμῖν ἐπαπελῶσιν οἱ αἱρετικοί.

154

Theodoret. I, 4, 62; выше, вып. 1, прим. 43.

155

Schwartz VI, 267; выше, прим. 76.

156

Athan. de syn. n. 17. См. выше, прим. 135; ср. IX часть.

157

Sozom. I, 15; cp. выше, прим. 4.

158

Что Филогоний умер 20 декабря, видно из того, что св. Иоанн Златоуст говорил в этот день в память его слово: Schwartz VI, 268; В. В. Болотов, Следы древних месяцесловов поместных церквей, стр. 74 = Хр. Чт. 1893, I, 190. Но год его кончины точно неизвестен. Schwartz говорит: ,,Es kann, da er Alexanders τόμος noch unterzeichnete, nur der 20. Dezember 324 gewesen sein». Но если, как мне, думаю, удалось доказать в этой статье, преемником Филогония в Антиохии был Павлин, то Филогоний умер никак не позже 20 декабря 323 года: иначе для Павлина не остается места. Подпись Филогония под τόμος'ом Александра нисколько не противоречит предположению, что он умер 20 декабря 323 года. Для Швартца эта дата неприемлема потому, что он и самое начало арианского спора относит к концу 323 года, ко времени после победы Константина над Ликинием. По моему мнению, уместить все события начальной истории арианства в столь короткий промежуток времени было бы трудно, почти невозможно даже и в том случае, если бы Филогоний был действительно, как предполагает Швартц, непосредственным предшественником св. Евстафия. Если же на деле преемником Филогония был Павлин, то гипотеза Швартца становится прямо невозможной. Ведь Павлин принимал участие на палестинском соборе еще как епископ тирский, следовательно, еще в 323 году; но палестинский собор относится не к самому началу спора. – Τόμος Александра Филогоний мог подписать даже в конце 323 года. Но я не вижу ничего невозможного и в том, что τόμος разсылался Александром еще во дни Ликиния. – К 20 декабря 323 года относит кончину Филогония Тилльмон, Μémоirеs t. VI, Note II sur S. Philogone, p. 726. По его мнению, Филогоний сделался епископом в 319 году, и так как по Никифору, Феофану и Евтихию он был епископом 5 лет, то он умер [смотря по тому, считать ли эти 5 лет exclusive илп inclusive] в 324 или 323 году. За 323 год Тилльмон решает вопрос по тому же в сущности основанию, как и я: если Филогоний умер только 20 декабря 324 года, то не остается места для Павлина. Разность только в том, что, по-моему, это был Павлин тирский, по Тилльмону же Paulinus Daciae = Antiochiae послания сердикских восточных отцов. Si S. Philogone а esté évesque en 319 et qu'il l'ait esté cinq ans, comme on le lit dans la chronique de Nicephore et dans Theophane, qui l'appellent Philogone, aussi bien que dans Eutyque qui lui donne le nom de Philonique, il faut dire qu'il est mort en 323 ou 324. S’il a eu Saint Eustathe pour successeur immédiat, il doit estre mort le 20 decembre 324; Saint Eustathe n'ayant ce semble esté fait évesque d'Antioche que peu de temps avant le Concile de Nicée. Mais comme il у a toute apparence que S. Eustathe fut precedé par un Paulin, v. S. Eustathe, il vaut mieux avancer l’un an la mort de S. Philogone. Как упоминает далее Тилльмон, Баронио относил кончину Филогония к 319 году, так как по хронике Никифора правление Павлина продолжалось 6 лет; но, как справедливо указывает Тилльмон, в таком случае Филогоний умер бы до начала гонения Ликиния [а в это гонение он, по Феодориту, обнаружил ревность по вере] и, вероятно, даже до начала арианского спора. Baronius le met de 319, à cause que la chronique de Nicephore donne six ans à Paulin. On voit que c’est une preuve bien foible; et cette epoque mettroit la mort de S. Philogone avant la persecution de Licinius, et apparement encore avant la naissance de l’heresie Arienne. – Boschius на основании, главным образом, сообщения Созомена I, 2 (выше, прим. 55), что кафедра антиохийская после «Романа» некоторое время вдовствовала, относит кончину Павлина к 20 декабря 322 года. Acta Sanctorum Julii, t. IV, pp. 33–34, nn. 137, 138, 140. – Но так как Созомен тут же бесспорно ошибочно сообщает, будто Евстафий поставлен был антиохийским епископом на самом никейском соборе, то и его сообщение о вдовстве антиохийской кафедры по смерти «Романа», т. е. Павлина, не возбуждает доверия. – Для меня дата «20 декабря 322 года», повидимому, столь же хорошо согласующаяся с моим предположением о Павлине тирском, неприемлема, однако, по следующим основаниям: 1) Если Филогоний умер 20 декабря 322 года, то Павлин был епископом антиохийским в 1-ю половину 323 года, т. е. в то время, когда правителем восточной половины римской империи был император Ликиний. Но Филосторгий говорит об Аетии, что он учился у Павлина еще при Константине, ἔτι κατὰ τοὺς Κωνσταντίνου χρόνους. 2) Послание св. Александра александрийского к Александру фессалоникскому «Ἡ φίλαρχος» было ответом на решение палестинского собора, на котором Павлин присутствовал, как епископ тирский. Но послание, это, отправлено, как доказал В. В. Болотов, уже после победы Константина над Ликинием 18 сентября 323 года. Вероятно, и палестинский собор состоялся тоже после этой победы, во всяком случае незадолго до нее. Следовательно, в средине, даже конце, 323 года Павлин был еще епископом тирским; следовательно, Филогоний в это время был еще жив. – Таким образом, с моей точки зрения единственно возможная дата кончины Филогония есть 20 декабря 323 года.

159

Eusebii, de vita Constantini II, 66–72.

160

Что местом собора избрана была именно Никея, где епископом был верный сподвижник «великого» Евсевия, лукианист Феогний, в этом могло сказаться и влияние Евсевия никомидийского, хотя и парализованное теперь Осием, но, может быть, еще не вполне утраченное (Евсевий ведь был, может быть, даже родственником Константина). Евсевий мог при этом действовать на Константина и окольными путями. Возможно, однако, что кафедра Феогния лишь совершенно случайно сделалась местом 1-го вселенского собора, на котором «лукианисты» потерпели такое поражение. Раз западные епископы выразили желание присутствовать на этом соборе, и Константин в. решил исполнить это их желание, то Анкира, хотя кафедру ее и занимал убежденный антиарианин Маркелл, стала неудобна, как место собора. Город этот лежит в глубине Малой Азии, и западным, чтобы явиться на собор, после долгого путешествия к границе восточной половины империи предстоял еще и трудный путь по горам малоазийского полуострова. Поэтому необходимо было перенести собор поближе к западу, в западную приморскую часть Малой Азии. Но именно эта область – провинции: Вифиния и Асия – и была главным очагом деятельности епископов-покровителей Ария. Все виднейшие кафедры тут занимали «лукианисты», и здесь трудно было найти город, епископом которого был бы такой же противник Ария, как Маркелл анкирский. На одном из вифинских городов остановились, вероятно, и потому, что тогдашней столицей востока была еще Никомидия, митрополия Вифинии, и император Константин в. желал лично принять участие на этом соборе. – Во всяком случае, если выбор Никеи состоялся и не без участия Евсевия, то и он и Феогний выиграли от этого не много.

161

Письмо Евсевия кесарийского сохранилось в виде приложения к Athanasii, Epistola de decretis Nicaeni synodi, затем у Сократа h. e. I, 8 и Феодорита h. e. I, 12.

162

О том, что именно подписали Евсевий и Феогний, и что не подписали см. А. Lichtenstein, Eusebius von Nicomedien, Halle a. S. 1903, SS. 31–41. – VIII глава в сочинении S. Rogala, Die Anfänge des arianischen Streites, Paderborn 1907, SS. 77–85, не смотря на отдельные верные замечания против Лихтенштейна, в целом представляет шаг назад в сравнении с цитованными страницами исследования Лихтенштейна. Если попытка Лихтенштейна защитить подлинность приводимого у Сократа I, 14 и Созомена II, 16 (ср. I, 21) βιβλίον μετανοίας Евсевия и Феогния – документа заподозренного еще Тилльмоном, – быть может, и не во всех подробностях удачна, то в целом она убедительна и составляет безспорную заслугу Лихтенштейна, так как обыкновение ученых объявлять подлогом всякий документ, который не укладывается в принятые рамки представлений о ходе событий в данную эпоху, представляет собой прием антинаучный и для исторического исследования не только безполезный, но и прямо вредный. При крайне ограниченном количестве документов, дошедших до нас от эпохи начала арианского спора из числа тех, о существовании которых до нас дошли известия, было бы просто наивно требовать, чтобы все решительно в дошедших до нас документах было ясно и не вызывало никаких недоумений. – С удовольствием приходится отметить теперь, что подлинность сохранившегося у Сократа и Созомена письма Евсевия и Феогния признает и Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius, Mittheilung VIII, SS. 378–382. – Высказываемое им здесь же (SS. 381–384), на основании Eusebii, De vita Constantini 3, 23, предположение, что Константин в. в конце 327 года повторил никейский собор в прежнем его составе, и что к этому именно собору и обращаются Евсевий и Феогний, представляется, однако, довольно рискованным.

163

Philostorg. I, 10. р. 469. Λέγει δὲ καὶ Σεκοῦνδον ὑπεροριζόμενον εὶπεῖv πρὸς Εὐσέβιον’ Εὐσὲβιε ὑπέγραψας, ἵνα μὴ ἐξορισθῆς' πιστεύω τῷ θεῷ δἰ ἐμοῦ σε δεῖ ἀχθήσεσθαι ἀπαγόμενον' καὶ γεγονέναι τῷ Εὐσεβίῳ τὸν ἐξοστρακισμὸν μετὰ μῆνας ἀπὸ τῆς συνόδου τρεῖς, καθὰ καὶ Σεκοῦνδος προεῖπεν, πρὸς τὴν ὶδίαν κατὰ τὸ προφανὲς ἀσέβειαν ἀνατρέψαντι.

164

Theodoret h. e. I, 7; Sozom. h. с. I, 19.

165

Socr. I, 23, p. 57. Καὶ Εὐστάθιоς μὲν ὁ Ὰντιоχείας ἐπίσκοπος διασύρει τὸν Παμφύλου Εὐσέβιον, ὡς τὴν ἐν Νικαίᾳ πίστην παραχαράττοντα. Εὐσέβιος δὲ τὴν μὲν ἐν Νικαίᾳ πίστην oὐ φησὶ παραβαίνειν' διαβάλλει δὲ Εύστάθιον, ὡς τὴν Σαβελλίoυ δόξαν εὶσάγοντα. Sozom. II, 18, ρ. 68. Κατετρίβοντο δὲ μάλιστα περὶ τὰ τοιαῦτα, Εὐσέβιδς τε ὁ Παμφίλου, καί Εὐστάθιος ὁ Ἀντιοχεύς. Άμφότεροι μὲν γὰρ τὸν Υἱὸν τοῦ Θεοῦ ἐν ὑποστάσει εἶναι ὡμολόγουν’ ὥσπερ δὲ άλλήλων μὴ ἐπαίοντες, ἀλλήλους διέβαλλον. Socr. 1. с. ρ. 58. Διά ταῦτα ἔκαστοι, ὡς κατὰ ἀντιπάλων τοὺς λόγους συνέγραφον. Άμφότεροί τε λέγοντες ἐνυπόστατον καὶ ἐνυπάρχοντα τὸν Υἱὸν εἶναι τοῦ Θεοῦ, ἕνα τε Θεὸν ἐν τρισὶν ὑποστάσεσιν εἶναι ὁμολογοῦντες, ἀλλήλοις οὐκ οὶδ' ὅπως συμφωνῆσαι οὐκ ἴσχυον καὶ διὰ ταῦτα ἡσυχάζειν οὐδενὶ τρόπῳ ἠνείχοντo. / Καὶ Εὐστάθιος μὲν ἐπητιᾶτο τὸν Εὐσέβιον, εὶς τὰ ἐν Νικαίᾳ δόξαντα περὶ τοῦ δόγματος καινοτομοῦντα’ ὁ δὲ, ταῦτα μὲν ἐπαινεῖν φησιν' Εὐσταθίῳ δὲ τὴν Σαβελλίου ὀνειδἵζειν δὁξαν. – Св. Евстафий имел, вероятно, в виду известное послание Евсевия к кесарийцам, где Евсевий действительно извращал смысл никейских терминов, и которое доказывает, что Евсевий и после 325 года остался таким же арианином, каким был до 325 года.

166

Sozom. h. е. II, 19 (выше, прим. 125).

167

Об отношении к этим терминам Оригена см. В. В. Болотов, Учение Оригена о Святой Троице, СПб. 1879, стр. 268–277, 212–214; первоисточники: Comment in Johann., t. 13, 25, pp. 235, 441, 444 (in Joh. 4, 24) и t. 20, 16, p. 331; 613 (in Joh. 8, 42). Эти важные страницы диссертации В. В. Болотова не упустил из вида и А. А. Спасский, стрр. 105–108. – Но, кажется, на них не обратил должного внимания А. П. Орлов, автор ценной монографии о тринитарных воззрениях Илария пиктавийского. – Западные ученые на основании сохранившегося только в переводе Руфина и, как доказал В. В. Болотов, интерполированного им места из апологии Памфила ошибочно приписывают Оригену учение о единосущии. Такого взгляда держатся Harnack, Zahn, Loofs, Seeberg, Hatch и многие другие.

168

Смысл этого события правильно выяснил еще в 1857 году католический богословъ J. Kuhn, Katholische Dogmatik, Bd. ІI, SS. 310–315, особенно 313–315. В последнее время к, этому же выводу пришел (не зная о догадке Куна) J. Gummerus, Die homöusianische Partei, Leipzig 1900, SS. 96–97, Anm. 3.

169

А. А. Спасский, История догматических движений, стр. 257.

170

Athan. hist arian. ad mon., n. 4: Εὐστάθιός τις ὴν ἐπίσκοπος τῆς Ἀντιοχείας, ἀνὴρ ὁμολογητὴς, καὶ τὴν πίστιν εὐσεβὴς. Οὖτος, ἐπειδὴ πολὺς ἦν ζηλῶν ὑπὲρ τῆς ἀληθείας, τήν τε Ἀρειανὴν αἵρεσιν ἐμίσει, καὶ τοὺς φρονοῦντας τὰ ἐκείνης οὐκ ἐδέχετο, διαβάλλξται Κωνσταντίνῳ τῷ βασιλεῖ, πρύφασίς τε ἐπινοεῖται, ὡς τῆ μητρὶ αὐτοῦ ποιήσας ὓβριν' καὶ εὐθὺς ἐξόριστος αὐτός τε γίνεται, καὶ πολὺς σὺν αὐτῷ πρεσβυτέρων καὶ διακόνων ἀριθμός.

171

Socr. I, 24, ρ. 58: Σύνοδον οὖν ἐν Ἀντιοχείᾳ ποιήσαντες, καθαιροῦσιν Εὐστάθιον͵ ὡς τὰ Σαβελλίου μᾶλλον φρονοῦντα, ἢ ἅπερ ἡ ἐν Νικαίᾳ σύνοδος ἐδογμάτισεν. Ὡς μὲν οὖν τινές φασὶν͵ δἰ ἄλλας οὐκ ἀγαθὰς αἰτίας' φανερῶς γὰρ οὐκ εἰρήκασι. Τοῦτο δὲ ἐπὶ πάντων εἰώθασι τῶν καθαιρουμένων ποιεῖν οἱ ἐπίσκοποι͵ κατηγοροῦντες μὲν καὶ ἀσεβεῖν λέγοντες͵ τὰς δὲ αἰτίας τῆς ἀσεβείας οὐ προστιθέντες. Ὅτι μέντοι ὡς σαβελλίζοντα καθεῖλον Εὐστάθιον͵ Κύρου τοῦ Βερροίας ἐπισκόπου κατηγοροῦντος αὐτοῦ͵ Γεώργιος ὁ Λαοδικείας τῆς ἐν Συρίᾳ ἐπίσκοπος͵ εἷς ὢν τῶν μισούντων τὸ ὁμοούσιον͵ ἐν τῷ ἐγκωμίῳ τῷ εἰς Εὐσέβιον τὸν Ἐμισηνὸν ἔγραψεν εἰρηκέναι. – Γεώργιος δὲ περὶ Εὐσταθίου γράφει· φάσκων γὰρ Εὐστάθιον ὑπὸ τοῦ Κύρου κατηγορεῖσθαι ὡς σαβελλίζοντα͵ αὖθις τὸν Κῦρον ἐπὶ τοῖς αὐτοῖς ἁλόντα καθῃρῆσθαι φησί καὶ πῶς οἷόν τε͵ Κῦρον τὰ Σαβελλίου φρονοῦντα κατηγορεῖν Εὐσταθίου, ὡς σαβελλίζοντος; Ἔοικεν οὖν Εὐστάθιος, δι΄ ἑτέρας καθῃρῆσθαι προφάσεις.

172

Sozom. h. е. II, 19, ср. выше, прим. 125, далее: πρόψασίς δέ, ὡς οὐχ όσίαις πράξεσι τὴν ἱερωσύνην αὶσχύνας.

173

Theodoret. h. е. I, 21, р. 53: ὡς μοιχὸν ὁμοῦ κаὶ τύραννον ἐξελαθῆναι παρασκευάζονσι τὸν τῆς εὐσεβείας κаὶ σωφροσύνης ἀγωνιστήν.

174

Philostorg. II, 7. (См. ниже, прим. 185.)

175

В. В. Болотов, Литографированные лекции на 1894/95 гг., стрр. 203–204.

176

А. А. Спасский, стр. 296.

177

Е. Schwartz, VII, 356 и Anm. 3.

178

Cavallera, p. 62.

179

Спасский, стр. 296, 2.

180

Об этом обвинении знает и Иероним Apol. adv. lib. Rufin. III, 42. I. с. ар. Cavallera 59, 1: Sic Eustathius Antiochenus episcopus filios dum nescit invenit.

181

Eus. de Vita Const. III, 60: τὸν ῥυπὸν ἐκεῖνον ἀπωσάμενοι. В. В. Болотов видит в этих словах намек на обвинение Евстафия как в нравственной нечистоте, так и в политической неблагонадежности. Литогр. лекции 1888/89 г., стр. 39–40. В курсе 1894/95 г. он принимает еще во внимание перемещение Евстафия в Антиохию из Верии, которое могло быть рассматриваемо, как духовное прелюбодеяние. Но сам же отклоняет это предположение. «Известно, что Евстафий перемещен был в Антиохию из [Верии] (нынешнего Алеппо), при чем некоторые церкви были безусловно против перемещения, и потому факт перемещения мог быть рассматриваем, как духовное прелюбодеяние. Но тот факт, что Евстафий был перемещен по постановлению собора [?], показывает, что подобного взгляда не было в восточных церквах». – О том, был ли Евстафий перемещен в Антиохию по постановлению собора, нам в сущности ничего неизвестно, так как сообщение в этом смысле Созомена, будто Евстафий перемещен был никейским собором (Sozom. I, 2, выше, прим. 55), безусловно ошибочно. И антиохийский собор 324 года собрался не для избрания Евстафия, а созван был самим Евстафием, как уже епископом антиохийским. Но что отцы собора, низложившие св. Евстафия, под прелюбодеянием не имели в виду его перемещения из Верии, доказывает ясно тот факт, что сами же они хотели перевести в Антиохию Евсевия кесарийского. – Каваллера оспаривает вообще высказанную уже Валуа мысль, что под ῥυπὸν в письме Константина содержится намек на обвинение низложенного Евстафия в прелюбодеянии, и вместе с Христофорсоном видит в приведенном выражении только эквивалент стоящих выше слов того же письма: ἀποκλείσαντες πᾶσαν στασιώδη κaὶ ἄτακτον βοήν.

182

Cavallera, pp. 59–62. Как справедливо указывает Каваллера, за действительность такого обвинения говорит и цитованное выше (часть V) место из послания «филиппопольского» conciliabulum восточных с упоминанием о загадочном Павлине, где об Евстафии и Киматии говорится: de quorum vitae infamia turpi dicendum nihil est: exitus enim illorum eos omnibus declaravit.

183

Cavallera, pp. 63–64. I a critique de Socrate est juste. II est improbable que le successeur d'Eustathe sur le siège de Bêrée ait porté cette accusatiôn et l'on comprend mal qu’il soit, après une pareille infamie, chassé lui-même de son propre siège et toujours cité par S. Athanase en compagnie de sa victime comme l’un des orthodoxes expulsés par les ariens.

184

Athan. apol de fuga sua, n. 3; hist. ar. ad mon., n. 5.

185

II, 7. Ὅτι μετὰ τρεῖς ὅλους ἐνιαυτούς [после Никейского собора] φησιν Εὐσέβιον καὶ Μάριν καὶ θεόγνιν ψήφῳ βασιλέως τοῦ Κωνσταντίνου ἐπανόδου τυχόντας, πίστεώς τε σύμβολον αἱρετικῆς ἐκθεῖναι καὶ πανταχόσε διαπέμψαι, ἐπ' ἀνατροπῆ τῆς ἐν Νικαίᾳ συνόδου' καὶ τὸν Ἀλεξανδρείας Ἀλέξανδρον καθελεῖν τε καὶ ἀπоκηρύξασθαι, ἀνθ' ὧν ἐπὶ τὸ ὁμοούσιον παλιντραπελῶς ἐπανέστρεψεν' άλλὰ καὶ Εὐστάθιον τὸν Ἀντιοχείας, παιδίσκης μτξιν καὶ αὶσχρᾶς ἡδονῆς ἀπόλαυσιν αὶτίαν ἐπιγραψαμένους, φυγὴν αὐτῷ βασιλεὺς ἐτιμήσατο. πεντὴκοντα δὲ καὶ διακοσίους φησὶν εῖναι τὸ πλήρωμα τοῦ παρανόμου τούτου συνεδρίου, καὶ τὴν Νικομήδείαν αὐτοῖς τῶν παρανομηθέντων ποιήσασθαι ἐργαστήριον. Из Фотиевой передачи слов Филосторгия неясно: 1) на одном ли соборе состоялось низложение Александра и Евстафия, и 2) в каком смысле он называет Никомидию ἐργαστήριον этого дела: в том ли, что там состоялся собор, или же в том только, что его главным деятелем был Евсевий никомидийский. Только в последнем случае его сообщение могло бы претендовать на значение исторического свидетельства. Низложение Александра во всяком случае относится к области сказок. И так, как и собор, низложивший св. Евстафия, едва-ли состоял из 250-и епископов, то можно предположить, что Филосторгий смешивает собор, низложивший Евстафия, с собором тирским, низложившим Афанасия в., и Александра с Афанасием в. – Во всяком случае, данное место в истории Филосторгия не свидетельствует о ее высоком достоинстве и показывает, что сведения этого евномианина о ходе событий в 1-ой половине IV века далеко не отличались точностью. Можно судить поэтому, насколько слаба та точка опоры, на которой покоится обычное предположение о Павлине, как преемнике св. Евстафия.

186

Theodoret h. е. I, 20, 1–4 рр. 51–52 (ed. Parmentier S. 70). Ὁ δὲ Εὐσέβιος – καὶ τὴν Κωνσταντινουπόλεως ἡγεμονίαν κατέσχε τυραννικῶς' οὕτω δὲ τῆς πλείονος ἐπιλαβόμενος δυναστείας καὶ θαμὰ παρὰ βασιλέως φοιτῶν καὶ τὴν παρρησίαν ἐκ τῆς συχνοτέρας συνουσίας λαβών, τὰς κατὰ τῶν τῆς ἀληθείας προμάχων κατεσκεύασε μηχανάς, καὶ πρῶτον ἱμείρεσθαι τῆς τῶν Ἱεροσολύμων θέας σκηψάμενος, καὶ ταύτῃ τὸν βασιλέα βουκολήσας ὡς τὸ πολυθρύλητον τῆς οἰκοδομίας ἔργον ὀψόμενος, μετὰ πλείστης ἐκεῖθεν ἀπῆρε τιμῆς, τοῦ βασιλέως αὐτῷ καὶ ὀχήματα καὶ τὴν ἄλλην ἀπονείμαντος θεραπείαν. Συναπῆρε δὲ αὐτῷ καὶ Θεογόνιος ὁ Νικαίας, κοινωνὸς ὤν – τῶν πονηρῶν βουλευμάτων. Ἀφικόμενοι δὲ εἰς τὴν Ἀντιόχειαν, καὶ τὸ τῆς φιλίας περιθέμενοι προσωπεῖον, θεραπείας ἀπήλαυσαν ὅτι μάλιστα πλείστης· ὁ γὰρ τῆς ἀληθείας πρόμαχος ὁ μέγας Εὐστάθιος πᾶσαν αὐτοῖς ἀδελφικὴν φιλοφροσύνην προσήνεγκεν. Ἐπειδὴ δὲ τοὺς ἱεροὺς κατέλαβον τόπους καὶ τοὺς ὁμόφρονας ἐθεάσαντο, Εὐσέβιόν τε τὸν Καισαρείας καὶ τὸν Σκυθοπολίτην Πατρόφιλον καὶ τὸν Λύδδης Ἀέτιον καὶ τὸν Λαοδικείας Θεόδοτον καὶ τοὺς ἄλλους ὅσοι τὴν λώβην εἰσεδέξαντο τὴν Ἀρείου, ἐμήνυσάν τε τὸ τυρευόμενον καὶ σὺν αὐτοῖς τὴν Ἀντιόχου κατέλαβον.

187

Schwartz VI, 281, 1. F. Nаu, Littérature canonique syriaque inédite: Concile d'Antioche etc. в Revue de l'Orient Chrétien, 2-me série, t IV (XIV), 1901, № 1, p. 13, 18.

188

Cp. у меня в Xp. Чт. 1911, 1017 [= Ант. соб. 37].

189

Е. Schwartz, Zur Gesch. d .Athanasius VIII, S. 392, cf. SS. 391, 389, Anm. 3.

190

Schwartz VI, 281, 1. Приведя подпись Евсевия из Cod. Par. Syr. 62 Швартц говорит: Das ist Eusebius von Caesarea, der 341 tot war, auf der Synode dagegen, die gegen Eustathius berufen war, eine Hauptrolle spielte; er nahm damals Rache für die Exkommunikation von 324.

191

Sitzungsberichte Берлинской Академии Наук 1908, XXVI, SS. 486–487. Ср. у меня в Хр. Чт. 1911, стр. 1012.

192

Schwartz VII, 354–359.

193

Sсhwartz VII, 357. Приведя (в перифразе) сообщение Филосторгия, Швартц говорит: Was in dieser Nachricht Wahres steckt, ist noch nicht aufgeklärt. Sie ist von Theodoret [1, 21] mit der älteren Überlieferung zu einem albernen Roman kоmbinieгt, in den vielleicht auch die Verwechselung der antiochenischen Synode, die Eustathius absetzte, mit der Enkaeniensynode unter Constantius [341] hineinspielk. – Hier ist Euseb von Nikomedien der treibende Mann: die von Theodoret aufgezählten ‘Arianor’ dürften aus dem Katalog, den er 5, 7, 1 aufstellt, entnommen sein. Таким образом, Швартц, со свойственным вообще светским историкам пренебрежением к историку-епископу Феодориту, отвергает его разсказ целиком, как «глупый романъ», скомбинированный из сообщений Филосторгия и древнейших известий. Но 1) зависимость Феодорита от Филосторгия есть только гипотеза, никем серьезно не доказанная. В.В.Болотов не допускал этой зависимости (Theodoretiana, 120). Ср. выше, прим. 110. В данном случае зависимость Феодорита oт, Филосторгия прямо невероятна: а) по Филосторгию Евсевий никомидийский cum sociis низложил Евстафия сразу же по своем возвращении из ссылки и вместе с св. Александром александрийском, следовательно до 17 апреля 328 года, по Феодориту – уже после 337 года; б) собор по Филосторгию состоялся едва-ли не в Никомидии, Феодорит же знает, что он был в Антиохии; в) по Филосторгию на соборе присутствовали 250 епископов, Феодорит же ничего не знает о числе их; но за то он упоминает о путешествии Евсевия в Палестину и перечисляет палестинских участников собора. Совпадают Феодорит с Филосторгием только в сообщении о поводе низложения: обвинении в прелюбодеянии. Но в данном случае с ними совпадает и Иероним. Но самое главное: неужели Феодорит, сам родом антиохиец, нуждался в истории арианина Филосторгия для того, чтобы разсказать историю низложения антиохийского же епископа Евстафия, о которой в самой Антиохии сохранялось, вероятно, и устное предание? 2) Еще менее вероятно, что Феодорит и самый список епископов, принимавших участие, в низложении Евстафия, заимствовал из своего же списка главных вождей (ἐπίσημοι προστάται) ариан в V, 7, 1 [р. 205D] (ср. выше, прим. 110). Из Theodoret I, 5 (выше, прим. 2), cf. I, 7 (прим. 112) видно, что Феодорит свои списки ариан составлял не «от ветра главы своего», а на основании документов. Один из них приводит сам Феодорит (письмо Ария к Евсевию 1, 5), другие прямо не упоминает; но его дополнительный список ариан, присутствовавших в Никее в I, 7, никаких сомнений относительно своей исторической достоверности не вызывает. Такого же происхождения и значения, и список в V, 7: в него вошли все епископы, упоминаемые в I, 5 и I, 7, кроме Секунда и Феоны, прибавлены только, вероятно, случайно опущенный в I, 7 Марий халкидонский и, сделавшиеся епископами после Никейского собора, Георгий Лаодикийский и Феодор перинеский (ираклийский во Фракии). Если Феодорит ошибочно заносит (хотя только implicite) Павлина тирского в число епископов, присутствовавших в Никее, то эта ошибка понятна и извинительна: Феодориту неизвестно было время кончины Павлина. Но чтобы он, рассказывая о низложении св. Евставия, стал брать наугад имена арианских епископов, как виновников этого низложения, из составленного им же самим списка, это прямо невероятно. Далее, если Феодорит пользовался списком в V, 7 своей истории, то невозможно указать причины, почему он взял, из него только имена двухъ Евсевиев, Феогния, Патрофила, Аетия и Феодота. Почему у него опущены здесь, напр., имена Григория виритского, Наркисса нерониадского и Павлина тирского? Но – самое главное – достоверность списка сиро-палестинских епископов у Феодорита подтверждается в существенном, как уже отмечено выше, документально: письмом Константина «Ἀνέγνων τὰ γραφέντα»: даже если согласиться с Швартцем, что собор, к которому пишет Константин, не тождествен с собором, низложившим св. Евстафия, и тогда вся вероятность за то, что и собор, избравший Евлалия, составился в существенном из тех же епископов, какие за год или немного более пред тем собрались для низложения Евстафия. – Пропуск имен Феодора, Наркисса, Алфия у Феодорита нисколько против достоверности его списка не говорит, так как он не имеетъ в виду перечислить всех епископов этого собора. Но в моих глазах за историческую достоверность списка сиро-палестинских епископов у Феодорита весьма веско говорит тот факт, что, называя имена Евсевия кесарийского и Патрофила скифопольского, Феодорит, в отличие от Созомена, опускает имя их третьего компаньона по палестинскому собору – Павлина тирского. Феодорит, сохранивший до нас письмо Евсевия никомидийского к Павлину, едва-ли опустил бы его имя, если бы встретил его в своем источнике в связи с низложением Евстафия. Это доказывает, что свой список Феодорит берет из надежного источника. – Единственное, что заставляет с осторожностью относиться к разсказу Феодорита, это – факт, что у него Евсевий иикомидийский является уже как епископ константинопольский: таким он был только в 341 году. Эту ошибку можно, конечно, объяснять и тем, что Феодорит смешал собор, низложивший св. Евстафия, с собором ἐν τοῖς ἐγχαινίοις 341 года. Но так как на этом последнем соборе никто из антиохийских епископов не был низложен, и разсказ Феодорита о низложении св. Евстафия слишком богат деталями, чтобы его легко было признать целиком за выдумку, то, может быть, указанная ошибка объясняется просто тем, что Феодориту не было известно, когда именно Евсевий перешел из Никомидии в Константинополь.

194

О времени этого собора будет особая заметка.

195

До конца верен он, однако, не остался им. В 342/8 году мы встречаем его на стороне Афанасия в. См. Хр. Чт. 1911, стр. 848 [= Ант. соб. 324 г., стр. 18]. Привожу здесь, опущенный там для краткости, разсказ о нем Филосторгия, III, 12, интересный и как один из примеров того, какие слухи распускали ариане о жизни и предсмертных болезнях своих противников. Ἀέτιον δὲ τὸν ἕφορον τῆς Παλαιστίνης, ἐπί πορνείᾳ καταγγελλόμενον καὶ βουληθέντα τῆ πρὸς Ἀθανάσιον ἐπίχωρήσει τὸ αἶσχος ἐπικαλύψασθαι, πρὸς τὴν ἐκείνον δόξαν αύτομολῆσαι δοῦναι δ’ οὗν ὅμως ὀξύτατα τὴν δίκην, τοῦ αὶδοίου διασαπέντος καὶ σκώλυκας βρύσαντος, καὶ οὕτω τοῦ ζῆν ἐλαθέντα. Конечно, Аетий лиддский был особенно ненавистен арианам, как ренегат. Но, очевидно, подобные же розказни пущены были ими в ход и о смерти Евстафия и Киматия антарадского (см. выше, прим. 136) – прим. эл. редакции.

196

О судьбе св. Евстафия в изгнании и о времени его кончины мы обладаем довольно противоречивыми известиями. Gwatkin, SS. 77–78, n. 2. Но тот факт, что в послании восточных сердикских отцов упоминается об exitus Евстафия, доказывает, что его в 342/3 г. уже не было в живых, чем именно объясняется и то, что сердикский собор, принявший в общение дело Маркелла анкирского, ничего не сделал для св. Евстафия. – См. выше, прим. 136.

[Предположение Швартца VII, 357, будто отцы собора не решились протестовать против решения Константина в., сославшего Евстафия за оскорбление своей матери, совершенно неправдоподобно: ведь и Афанасия в. сослал Константин в., и ему ставились в виду и мнимыя политические преступления.] Ср. Cavallera, рр. 65–66, Note В.

197

В лице Павлина общество евстафиан сделало в догматической терминологии поворот вправо, в сторону западной, тертуллиановской терминологии. Св. Евстафий, как это я естественно предполагать о нем, как восточном богослове, и как это прямо сообщают о нем Сократ и Созомен, имевшие под руками его полемические сочинения против Евсевия кесарийского, держался оригеновской терминологии, учил о трех совершенных ипостасях в Боге. Этому не противоречит и новооткрытое послание антиохийского собора 324 года: в выражении (Schwartz VI, 276 стрк. 18 греч.) ,,εὶχὼν γάρ ἐστιν οὐ θελήσεως οὐδ' ἂλλου τινός, ἀλλ' αὐτοῦ τοῦ πατρικοῦ προσὠπου» слово προσὠπου есть неточность, допущенная Швартцем. В сирском стоит (стрк. 15) qniom' – слово, которое, по сообщению А. И. Бриллиантова, есть «обычный у сирийцев в эпоху христологических споров эквивалент греческого ὑπόστασις». – Павлин же, как известно, видел в ὑπόστασις синоним οὐσία и потому признавал в Боге только три πρόσωπα, не три ὑποστάσεις.

198

Athan. apol. с. arian. n. 65: καὶ τό γε θαυμαστόν, οὐδὲ εὑρεθεὶς ὡμολόγει αὐτὸς εἶναι δ Ὰρσένιος, ἕως ἐν δικαστηρίῳ ἐπὶ Παύλου τοῦ τηνικαῦτα ἐπισκόπου τῆς Τύρου ἠλέγχθη' καὶ καταισχυνθεὶς λοιπὸν οὐκ ἠρνήσατο. Cf. Socrat. h. e. I, 29, p. 66. – О том, что это было не на тирском соборе, а раньше, за три года, см. Е. Schwartz, Zur Geschichte des Athanasius. Mitteilung VIII, SS. 374–375, особенно Anm. 4.

199

Hilar, fr. III, 29, р. 665. Vitalis episcopus a Tyro opto vos in Domino bene valere.

200

Нагnack. Chronologie II, 160.

201

В. В. Болотов, Либерий, еп. римский и сирмийские соборы, стр. 17 [Xp. Чт. 1891, I, 439], прим. 39.

202

Gwatkin, 243.

203

Socr. h. е. IV, 35, р. 257.


Источник: Лебедев, Д.А. Из эпохи арианских споров : Павлин и Зинон, епископы тирские / Свящ. Д. Лебедев. - Юрьев : тип. К. Маттисена, 1913. - IV, 128 с.

Вам может быть интересно:

1. К вопросу об Антиохийском соборе 324 года и о "Великом и священном соборе в Анкире" священномученик Димитрий Лебедев

2. О памятнике в Москве императору Александру III Сергей Алексеевич Белокуров

3. Московская Духовная Академия в 1891 году профессор Василий Александрович Соколов

4. Слово при закладке владимирского храма-памятника архиепископ Виталий (Максименко)

5. К биографии профессора Ф.А. Терновского профессор Владимир Степанович Иконников

6. Историко-статистическое описание Белевской Жабынской Введенской мужской общежительной пустыни архимандрит Леонид (Кавелин)

7. О богоучрежденности епископского сана в Христовой Церкви сравнительно с учением о сем реформатских обществ святитель Гурий (Карпов)

8. Слово в день памяти св. равноап. кн. Владимира епископ Герасим (Добросердов)

9. О времени празднования Пасхи Матфея Властаря епископ Иоанн (Соколов)

10. Апокрифическое мучение Никиты Василий Михайлович Истрин

Комментарии для сайта Cackle