святитель Епифаний Кипрский

На восемьдесят ересей Панарий, или Ковчег

 Книга 2, Отделение 2Книга 3, Отделение 1Книга 3, Отделение 2 

Книга 3

Отделение 1

О расколе Авдиан. Пятдесятая, а по общему порядку семдесятая ересь

Глава 1

Авдиане или Одиане составляют особое учреждение. Удаляясь от мира они живут в монастырях, имеют общины в пустынях и вблизи городов, в предместиях, и везде составляют отдельныя жилища или общины. Этот Авдий, глава их, появился во времена Ария, когда собран был против Ария собор епископов, осудивших его. Он происходил из Месопотамии и был человек известный в своем отечестве чистотою жизни, ревностию по Боге и верою. Часто наблюдая, что делалось в церквах, он в лицо обличал епископов и пресвитеров, говоря им: это не должно быть так, не должно так поступать в этом. Говорил он это, как муж, любящий истину, и то, что свойственно людям, любящим и свободно говорящим правду и ведущим весьма строгую жизнь. Посему, видя такия злоупотребления в церквах, как я сказал, он вынуждаем был говорить обличения и не молчал; если он видел, что кто-нибудь из клира предан корыстолюбию, епископ то, или пресвитер, или другой кто из членов Церкви, – он решительно говорил против этого, и если видел, что кто-нибудь предан изнеженности и роскоши, или повреждает что-либо в церковном учении и постановлениях Церкви, – этот муж, не вынося всего этого, произносил, как я сказал, обвинение. И все это было неприятно тем, которые вели неодобрительную жизнь. Вследствие этого он подвергался оскорблениям, ругательствам, ненависти и, терпя эти нападения, гонение и безчестие, довольно долго находился в общении с Церковию, пока наконец некоторые, сильно потерпевшие от него, по этой причине не изгоняют его. А он не сдерживал себя, но старался еще более высказывать истину, не удаляясь от союза с единою святою кафолическою Церковию. Когда же он вместе с своими приверженцами стал часто подвергаться побоям и терпел сильныя страдания, он, отягощенный прежними обидами, принимает такое решение: отделяется от Церкви, а вместе с ним отпадают от нея и многие другие.

Таким образом он произвел разделение, хотя ни в чем не уклонился от веры, напротив, и сам он, и его приверженцы веровали весьма правильно; и если можно спорить с ним и его приверженцами, то спор этот касается не многих предметов.

Глава 2

В исповедании веры об Отце и Сыне и Святом Духе он вполне согласен с кафолическою Церковию и держится самаго православнаго учения, и во всем остальном, что касается жизни, он достоин удивления; ибо сам он, состоящие под его влиянием епископы, пресвитеры и все прочие добывают пропитание, работая собственными руками. Впоследствии, по удалении его от Церкви, он рукоположен был во епископа другим епископом, имевшим такия же неудовольствия и отделившимся от Церкви. Но так как, начавши говорить о нем, я несколько уклонился в сторону, то исправив это я опять возвращаюсь к тому, что следует по порядку. Я говорю о некоторых выражениях Божественнаго Писания, объясняемых у него грубо, невежественно и дерзко. Например, слова: «по образу», который Бог даровал Адаму, он и его последователи упорно хотят относить к телу; за словами: «сотворим человека по образу нашему и по подобию» (Быт. 1, 26), следуют потом слова Божественнаго Писания: «и созда Бог человека, персть взем от земли» (Быт. 2, 7). Поелику, говорит, человека Бог назвал созданным от земли, то смотри, все это земное весьма справедливо назвал человеком; значит, об этом самом земном Он сказал наперед, что оно будет создано по образу Божию. Как я сказал, грубо и невежественно определять, в какой части человека заключается образ Божий, а если нужно называть часть, то в этом выражении представится много такого, что противоречит разуму человеческому и вызывает множество возражений: ибо мы или Бога сделаем видимым и телесным, если будем думать, что образ Божий заключается в теле телесно и видимо, или же, говоря это, человека сделаем равным Богу. Посему совершенно не должно определять или усиливаться открыть, в какой части заключается образ Божий, но надобно признать, что образ Божий находится вообще в человеке, дабы не лишиться нам благодати Божией и не оказаться неверующими Богу. Ибо что говорит Бог, то истинно, хотя некоторыя слова и недоступны нашему разумению. Отрицать же образ Божий противно вере и святой Церкви Божией. Ибо всякий человек, очевидно, создан по образу Божию и никто из имеющих надежду на Бога не станет отрицать этого, хотя некоторые и выдумывают для себя басни, отделяясь от Церкви и от отеческаго предания пророков, закона, апостолов и евангелистов.

Глава 3

Таким образом Авдиане расположены спорить об этом более надлежащаго и идут против церковнаго предания, верующаго, что всякий человек создан по образу Божию, и не допускающаго, что образ Божий находится в какой-либо части человека. И сами те, которые допускают баснословное учение относительно этого предмета, и те, которые отрицают оное, не могут ничего доказать. Одни говорят, что образ заключается в душе, думая, что об образе в теле можно только умозаключать. И такие люди не понимают того, что и о душе делается умозаключение, если только нужно обращать внимание на умозаключения, а не просто, с искреннею мыслию обращаться к Богу и верить, что сказанное Богом – истина, известная только Ему одному, ведущему всякую истину. Другие же говорят, что ни в душе, ни в теле не заключается образ Божий, но в добродетели. А иные полагают образ Божий не в добродетели, но в крещении и в благодати, получаемой при крещении, согласно с сказанным: «якоже облекохомся во образ перстнаго, да облечемся и во образ небеснаго» (1Кор. 15, 49). Другие опять не соглашаются и с этим, но хотят сказать, что образ Божий был в Адаме; но когда он оказался в преслушании и вкусил от древа и был изгнан из рая, он потерял образ Божий. И велика страсть к измышлению басен у этих людей, которым ни на час не должно уступать (Гал. 2, 5), ни этим, ни тем, которые говорят то так, то иначе, но надобно верить, что образ Божий находится в человеке, и притом во всем человеке, а не просто в человеке. А где находится и где заключается образ Божий, это ведомо самому единому Богу, по благодати своей даровавшему свой образ человеку. Ибо человек не утратил образа Божия, хотя и унизил образ Божий, осквернив себя безразсудными делами и неисцельными грехами. Вот что Господь после Адама говорит Ною: «вот Я дал тебе все, яко зелие травное. Заколи и яждь. Не ешь мяса в крови души», потому что я взыщу душ ваших. Всякий, проливаяй кровь человечу на земле, в ея место его кровь пролиется: яко во образ Божий сотворих человека и Я взыщу крови вашей от всякаго проливающаго ее на лице земли». (Быт.9:3–7; Деян. 10:13). Видишь ли, что в человеке признается существование образа Божия после десятаго поколения от Адама? Хотя Давид спустя много времени говорит Духом Святым: «всяческая суета всяк человек живый» (Пс.38:6), однако же и после него Апостол говорит: «муж не должен растить власы, образ и слава Божия сый» (1Кор.11:7, 14). Но и после него Иаков, разсуждая о языке, говорит: «неудержимо зло, исполнь яда смертоносна. Тем благословляем Бога и Отца и тем кленем человеки, бывшия по образу Божию; не подобает, братия моя, сим тако бывати» (Иак. 3, 8–10). Смотри, как пало учение тех, которые говорят, что Адам утратил образ Божий.

Глава 4

А говоря, что образ Божий в душе, они так разсуждают и защищают это: она невидима, как невидим и Бог; она способна действовать, двигать, мыслить и умозаключать, и поэтому она имеет образ Божий, потому что она подражает Богу на земле, приводя в движение, делая и творя многое, что делает человек силою разумною. И эти люди оказываются строющими силлогизмы. Ибо если по этому душа называется созданною по образу Божию, то она не может быть образом Божиим потому, что Бог тмочисленно выше души и в высочайшей степени непостижим и недоступен нашему уму, знает все – и прошедшее, и настоящее, и видимое, и невидимое, пределы земли и глубины бездны, и высоты небес, и все сущее; Он объемлет все и Сам ничем не объемлется. Душа же заключена в теле и не знает глубин бездны, и не ведает широты земли, и не знает пределов вселенной, и не достигла высоты небес, и не знает, что будет, или что бывает, и что было прежде нея. И много подобнаго можно сказать о ней и о прочем. Кроме того она имеет деления, а Бог неделим; ибо Апостол говорит: «живо слово Божие и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра, и проходящее даже до разделения души и мозгов, и судительно помышлением и мыслем сердечным. И несть тварь не явлена пред Ним», и так далее (Евр. 4, 12–13). Видишь, что учение и об этом пало.

Глава 5

И учение тех, которые говорят, что образ Божий заключается в теле, оказывается несостоятельным. Ибо как можно, чтобы видимое подобно было невидимому, телесное безтелесному, осязаемое неуловимому? Мы видим своими глазами то, что впереди, а что назади, того не знаем; в Боге же нет ни страсти, ни недостатка; но везде Он свет, везде зрение, везде слава. Бог есть дух, – дух, высший всякаго духа, свет, высший всякаго света. Все сотворенное Им уступает Ему в славе. Единая Троица непостижима и находится в неизобразимой и недоступной разумению славе. Что же касается тех, которые говорят, что образ Божий в добродетели, то добродетель невозможна без соблюдения заповедей; и в добродетели люди весьма различаются между собою, ибо виды добродетелей многочисленны. Мы сами знаем, что есть некоторые исповедники, которые тело свое и душу предали за исповедание своего Владыки и пребыв в чистоте стяжали истинную веру, отличались благочестием, человеколюбием и благоговением, проводили время в постах, во всякой благостыне и во всяких делах добродетели. Но случалось, что и у них были недостатки: или они были склонны к порицанию, или употребляли имя Божие в клятве, или пустословили, или сердились, или приобретали серебро и золото и тому подобное, что уменьшает меру добродетели. Что же мы скажем? Ужели они приобрели образ Божий посредством добродетели и по причине немногих человеческих недостатков образ этот был в них только по виду и не был в них совершенным? Так опять учение Авдиан оказалось несостоятельным. А учение тех, которые говорят, что образ Божий подается в крещении, сильно падает. Ибо ни Авраам, ни Исаак, ни Иаков, ни Илия, ни Моисей, ни жившие прежде Ной и Энох, ни пророки: Исаия и другие не имели крещения. Что же? Ужели они не имели образа Божия? Таким образом можно указать весьма много возражений против Авдиан, которые спорят, полагая образ Божий в теле.

Глава 6

Авдиане приводят и некоторыя другие свидетельства от Божественнаго Писания, говоря: «очи Господни на нищаго призирают и уши Его в молитву их» (Пс.33:16, 10:4). И еще: «рука Господня сотвори вся сия» (Ис. 41, 20); еще: «не рука ли Моя сотвори сия вся, людие жестоковыйнии?» (Деян.7:50). И еше: «небо престол мой, земля же подножие ног Моих» (Ис. 66, 1 и др.), и все, что написано о Боге в таком роде, например: «видех Господа Саваофа седяща на престоле высоце и превознесенне» (Ис. 6, 1); «и глава его, аки волна чиста и одежда его, аки снег» (Дан. 7, 9). Видишь, говорят, что тело создано по образу Божию? Тут они сильно спорят и напрягаются в доказательствах выше силы человеческой. Они говорят, что Господь являлся пророкам и являлся как хотел, будучи всемогущим во всем. И мы не отрицаем, что пророки видели Бога, и не только пророки, но и апостолы. Ибо святый Стефан первомученик говорит: «се вижу небеса отверста и Сына человеча одесную стояща Бога и Отца» (Деян.7:56). Но всесвятый Бог при своей силе человеколюбив к собственному созданию, дабы некоторые из неверующих не подумали, что сказанное о Боге существует только на словах, а не истинно, и возвещенное Богом на словах не исполняется на деле. Апостол говорит: «веровати подобает приходящему к Богу, яко есть, и любящим Его мздовоздаятель бывает» (Евр.11:6). Итак, чтобы ободрить созданнаго им человека, Бог открывает себя святым своим и достойным видеть Его, дабы они знали Бога по естеству, утвердились в мыслях и надеялись воистину и возвещали Его истинно и удостоверяли верующаго человека. Между тем сыны еллинов имеют представление о Боге на словах и в воображении. А мы истинно знаем Бога истиннаго, существующаго действительно, Царя, непостижимаго, Творца всяческих, единаго Бога и из Него единороднаго Сына, ни в чем не различающагося от Отца, и Святаго Его Духа, ничем не различающагося от Отца и Сына, как мы подробно сказали о вере в Бога при разсмотрении каждой ереси.

Глава 7

Мы часто говорили и не отрицаем, что Бог являлся людям. Ибо если бы мы стали отрицать Божественное Писание, то мы не были бы справедливыми и оказались бы отпавшими от истины. Если бы мы отвергали Ветхий Завет, мы не принадлежали бы к кафолической Церкви. Евангелие говорит: «Бога никтоже виде нигдеже, Единородный Сын, Той исповеда» (Иоан. 1, 18). И еще тоже Божественное Писание говорит: «Бог явился Аврааму, сущу в Месопотамии» (Деян. 7, 2). И сам Господь в Евангелии говорит: «яко Ангели их видят лице Отца Моего небеснаго» (Матф. 18, 10). Но может быть кто-нибудь скажет, что Божественное Писание говорит, что пророки видели Бога, но только умом, как можно заключать из слов: «Ангели их выну видят лице Отца Моего небеснаго», и еще из следующих: «блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят» (Матф. 5, 8). Если кто соединит в своей мысли эти изречения, тот может быть сказал бы, что каждый видит Бога умом, а не очами. Но это опровергается словом Божиим, сказанным пророком Исаиею: «О, окаянный аз, яко умилихся, яко человек, нечисты устне имый, посреде людий, нечистыя устне имущих, аз живу и Господа Саваофа видех очима моима» (Ис. 6, 5). Не сказал: умом, или мыслию, но «очима», подтверждая истину и несомненность веры. И так что же мы скажем? Евангелие говорит, что «Бога никтоже виде нигдеже», а пророки, апостолы и даже сам Господь утверждают противное. Ужели Божественное Писание противоречит себе? Да не будет. Но что пророки и апостолы видели Бога, это истинно, видели же, на сколько могли видеть и на сколько это было вместимо для них, и Бог являлся им, как хотел; ибо все для Него возможно. И что Бог невидим и непостижим, это ясно и всеми признано; но, с другой стороны, Он силен делать то, что хощет, ибо никто не воспротивится хотению Его. Итак, Он невидим по природе и непостижим в славе. Когда Он восхощет явиться созданному от Него человеку, ничто не может воспротивиться Его воле. Ибо Божество не подлежит такому стеснению, чтобы не могло сделать того, чего хочет, или сделать то, чего не хочет (потому что всемогущ тот, кто делает то, чего хочет), но Он делает то, что прилично Его Божеству; и вообще нет ничего, что бы препятствовало Его хотению, так чтоб Он не мог исполнить то, что хочет, сообразно с своим Божеством. Впрочем невозможно увидеть Бога и видимому не по силам видеть невидимаго. Но невидимый Бог, по Своему человеколюбию и всемогуществу, удостоивает укреплять немощное своею силою, дабы оно могло увидеть невидимое. И оно видит невидимое и безпредельное, но не как безпредельное, а насколько может вместить природа безсильнаго, подкрепленная для восприятия сильнаго. Итак, в Божественном Писании не окажется никакого разногласия и ни одно верование не будет в противоречии с другим.

Глава 8

Дело, как я часто объяснял примером, представляется так: если бы кто смотрел на небо через самое малое отверстие и сказал: вижу небо; то он не солгал бы, потому что действительно видит небо. А если бы кто-либо сметливый сказал ему: ты неба не видал, то и этот не солгал бы, потому что и тот, кто говорит, что видит, не лжет, и тот, кто сказал ему, что не видит неба, тоже говорит правду; ибо он не видит ни долготы, ни широты неба. И видевший сказал правду, и возразивший, что тот не видал, не солгал, но был справедлив. Часто и мы, стоя на вершине горы, видим море. И если скажем, что видели море, – не солжем; и если кто напротив скажет: ты не видал моря – тоже не солжет; ибо какова широта, какова длина его и глубина и где пределы бездны, – этого, будучи человеком, он не может знать. Если так идет у нас дело по отношению к тварям, то не тем ли паче так относительно благодати, которую даровал Бог пророкам и апостолам? Они действительно видели Бога и не видали, но видели, сколько могла вынести природа и – то по силе благодати, которою Всемогущий укреплял их во всем, ради любви своей к человеку, служащему Ему воистину. Но если бы кто подумал, будто Бог имеет руки, или глаза, или иное, потому что в таком виде являлся Он пророкам и апостолам, – такие люди, увлекаемые страстию к спорам, изобличаются истиною. Но что говорится в Божественном Писании, тому должно верить, что то действительно так, а как то бывает, Ему одному известно. Несомненно, что Он действительно являлся, но являлся, как хотел, и когда являлся, истинно являлся. Ибо Бог все может, и нет ничего для Него невозможнаго. Он непостижим, будучи Духом недоступным для ума, все объемлет, а сам ничем не объемлется. И каков Отец, таков и Сын, таков и Дух по Божеству. Один Единородный, пришедши в мир, облекся плотию, в которой и воскрес, которую и соединил в духовное единение с Божеством и возсел во славе, одесную Отца, по Писанию (Ефес. 2, 6; Евр. 8, 1). И как Он непостижим и недоступен разумению, так все, что говорится о Нем, истинно; как Бог непостижим, так все, что говорится о Нем, непостижимо; но непостижимо по отношению к тому, каков Бог сам в себе и как Он находится в славе непостижимой. По мере наших сил, мы высказали то во славу Божию языком человеческим. Ибо мы не можем воспользоваться для этого другими звуками, кроме тех, которые даны нам Богом в определенной мере, хотя умом мы представляем о Боге несравненно больше. Но уста наши, заключенныя в известную меру и стесненныя телесными органами, не могут выразить столько, сколько постигает ум. Поэтому и Бог снисходит, принимая от нас знание о Нем и славословие, даже когда оно простирается выше наших сил, не для того, чтобы мы что-либо дарили Богу, но чтобы прославляли Божество по мере силы, благочестиво мыслили о Нем и не отпали от Его благодати и истины. – Сказав таким образом о самом Авдии и Авдианах, мы изложили их речи, которыя они и сами по простоте пересказывали и которых они держатся упорно и с усилиями, доходящими до неприличия.

Глава 9

Но есть у них и многое другое, за что они особенно сильно стоят, производя разделение Церкви, и чем они и других устрашая часто отвлекают от Церкви, преклоняя на свою сторону мужчин и женщин. Ибо они хотят совершать Пасху вместе с иудеями, т. е. стараются доказать, что праздновать Пасху надобно в то же время, когда иудеи приготовляют для себя опресноки, и это потому, что некогда был таков обычай в Церкви. Но они взводят клевету на православных по этому делу, говоря: вы со времен Константина, по лицеприятию к этому царю, оставили обычай отцев касательно праздника Пасхи и переменили день из угождения царю. А некоторые, по своей задорливости, еще утверждают: когда праздновался день рождения Константина, тогда вы перенесли на это время празднование Пасхи. Если бы Пасха совершалась каждый год в один и тот же день и в один и тот же день постановлено было совершать ее собором, созванным при Константине – то их слова были бы убедительны. Но так как каждый год не может быть одинаковое распределение времени, то их слова оказываются несправедливыми. Ибо царь заботился не о дне своего рождения, но об единении Церкви. Действительно чрез вышеупомянутаго боголюбезнейшаго и присноблаженнаго Константина Бог совершил для нас два великих дела – во 1-х, созвал вселенский Собор, издал составленный в Никее символ веры, засвидетельствованный подписью собравшихся епископов, низложил Ария и проповедал всем чистую веру; во 2-х, исправил чрез них дело относительно Пасхи для нашего единения. Ибо издревле и с давних пор происходили в Церкви разногласия касательно этого предмета, и каждый год происходили глумления: потому что горячо споря друг с другом, одни праздновали Пасху неделею раньше, другие же неделею позже, так что одни праздновали ее прежде всех, другие в средине, а третьи после всех – в конце. Словом, был большой безпорядок и замешательство, как не безъизвестно многим ученым, какое в разныя времена происходило смятение в церковном учении по вопросу об этом празднике. Еще во времена Поликарпа и Виктора восточные, разноглася с западными, не хотели принимать друг от друга примирительных посланий. То же самое случалось и в другие времена, – именно, во времена Александра, епископа Александрийскаго и Крискентия, когда они писали друг к другу послания и спорили между собою. И это продолжалось до нашего времени, с тех пор, как произошло смятение после времени рукоположения во епископы из обрезанных. Посему собравшиеся отовсюду епископы, разсмотревши дело обстоятельно, с общаго согласия постановили праздновать Пасху сообразно определению и церковному последованию.

Глава 10

Для подтверждения своего учения Авдиане ссылаются на Постановления Апостольския, которыя многими подвергаются сомнению; но их нельзя отвергать, ибо в них заключается все относящееся к церковному благочинию и нет ничего повреждающаго веру, ея исповедание, церковное управление и правила. Изречение же, приведенное для подтверждения учения о Пасхе, вышеупомянутые Авдиане худо толкуют и по невежеству не так понимают. Ибо в тех же Постановлениях Апостолы делают следующее определение: вы не составляйте определений, но совершайте праздник, когда совершают это братия ваши, сущие от обрезания; вместе с ними совершайте39. Не сказали: братия ваши, сущие в обрезании, но от обрезания, дабы показать, что перешедшие из обрезания в Церковь с того времени стали руководителями, и дабы одни пришли в согласие с другими, именно, чтобы одни не совершали праздника в одно время, а другие – в другое. Ибо вся их забота сводилась к объединению Церкви, дабы не было расколов и разделений. Авдиане же, не понявши мысли Апостолов и приведенных слов в Постановлениях, думали, не должно ли совершать Пасху вместе с иудеями. В то же время из обрезанных пятнадцать человек сделались епископами, и когда епископы из обрезанных поставлены были в Иерусалиме, весь мир должен был последовать им и совершать Пасху вместе с ними, дабы было единогласие, и единое исповедание, и единое совершение праздника. Но заботливость отцов привести мысли людей к церковному единению, не могшая столько времени осуществиться, по благоволению Божию достигла исполнения при Константине ради единомыслия. Изречение же в Постановлениях апостолов употреблено ради единомыслия, как свидетельствуют они сами, говоря: хотя бы они и заблуждались, но вам об этом да не будет заботы. Впрочем в самых словах, там сказанных, найдется опровержение для Авдиан. Ибо там говорится, что среди празднования опресноков нужно совершать бдение; а этого никак не могло бы быть в определении церковном.

Глава 11

В вопросе о праздновании Пасхи стоят в связи три обстоятельства: движение солнца, которым определяется день воскресный, и месяц, и обращение луны, которое принимается во внимание по установлению закона, чтобы пасхальный агнец закалался в четырнадцатый день луны, как сказал закон40. Итак Пасха не может совершаться, если не прошло равноденствие, что иудеями не соблюдается; да они и не хотят соблюдать точности в этом деле, ибо у них все разстроилось и пришло в безпорядок. Впрочем, если и существует такая точность относительно этого вопроса, то она высказана апостолами не ради этого вопроса, и не ради точности, но ради единомыслия. И если апостолы заповедали совершать праздник вместе с врагами Христа, как усиливаются доказать Авдиане41, не тем ли более надобно совершать его в согласии с Церковию, дабы не разрушить единомыслия церковнаго? Как же можно сделать это? Ибо сами апостолы говорят, что когда они пиршествуют, вы, постясь, плачете за них, потому что в день праздника распяли они Христа; а когда они плачут, вкушая опресноки с горькими травами, вы пиршествуете. Но случается, что они вкушают опресноки в день Господень; ибо, при наступлении вечера на день Господень, они могут закалать пасху; а после вечера, когда пройдет суббота, они не могут совершать этого. А после заклания агнца, когда они пробуждаются для пиршества, как мы можем плакать и поститься в день Господень, слыша, что апостолы говорят в Постановлениях: озлобляющий душу свою в день Господень проклят Богом? Видишь ли, какая строгость и какой отпор им, когда дело не может совершиться согласно слову апостольскому? Вся истинность повеления заключается в намерении, и из Постановлений апостольских видно, что оно дано ради единомыслия, как показывает связь речи. Мы совершаем Пасху после равноденствия, хотя бы и они совершали, так как и они вместе с нами часто совершают ее. А когда они совершают Пасху прежде наступления равноденствия, то совершают одни. И если бы мы совершали Пасху вместе с ними, то нам случилось бы в одном году совершать две Пасхи – после равноденствия и прежде равноденствия; а в следующем затем году мы совсем и не стали бы праздновать Пасхи. Таким образом все наше установление оказалось бы делом заблуждения, а не истиною, потому что прежде равноденствия еще не наступает конец года и не исполняется годовое кругообращение времени, назначенное Богом для людей, если не пройдет равноденствие.

Глава 12

Много можно было бы говорить о том, как прекрасно устроили отцы, или лучше, чрез них сам Бог установил в Церкви самое точное и истинное празднование этого всечестнаго и всесвятаго праздника, чтобы он совершался после равноденствия, когда приходится праздновать его в четырнадцатый день луны, дабы мы не праздновали его в самый четырнадцатый день. Ибо у иудеев соблюдается один только день; у нас же не один, но шесть, целая неделя. Посему и сам закон говорит, распространяя пределы времени: «возмите себе овча единолетно, непорочно, совершенно от десятаго дня месяца, и будет вам соблюдено даже до четвертагонадесять дне и заколите его к вечеру в четыренадесятый день месяца», т. е. луны (Исх. 12, 5–7). А Церковь соблюдает обычай совершать праздник Пасхи, то есть седмицу42, назначенную и самими апостолами в их Постановлениях, от втораго дня недели, когда покупали агнца. И если четырнадцатый день луны приходится во второй день недели, то с этого дня начинается заклание агнца43; точно также44, если он приходится и в третий день недели, и в четвертый, и в пятый, и в кануне субботы и в субботу45, – потому что шесть дней назначено на совершение этого дела46. Ибо ни от шестнадцатаго, ни от девятаго47 дня луны мы не можем начинать седмицы сухоядения и Пасхи, называемой святою, но от десятаго до наступления пятнадцатаго, находящагося между двумя течениями ночи и дня48. Так наблюдается это число четырнадцати дней луны; впрочем к нему присоединяется наступление пятнадцатаго дня ради необходимой точности солнечнаго течения после равноденствия и луннаго течения в продолжение четырнадцатаго дня и полной седмицы до воскреснаго дня; мы начинаем счет от десятаго дня луны, в который выбирался агнец и котораго буква означает имя Иисуса49, поелику именем Его взимался прообраз Его агнец, предназначенный от десятаго дня. Но ни от начала шестнадцатаго дня, ни от девятаго дня луны мы не можем начинать счета, или оканчивать. Ибо годы солнца и луны, вследствие разности в их течении, значительно отставая, производят это неравенство. Не для соблазна это определено Богом, но устроено Им с точностию, по премудрому Его распоряжению, которое Он ввел в свой мир, установивши пределы светил, и времен, и месяцев, и годов, и солнечных движений – это все следствие промыслительнаго о людях попечения, проистекающаго из Его человеколюбия.

Глава 13

Год по солнечному течению состоит из трех сот шестидесяти пяти дней и трех часов, а год по лунному течению состоит из трех сот пятидесяти четырех дней; поэтому от луннаго обращения остается лишних одиннадцать дней и три часа50. Поэтому в первый год бывает одиннадцать так называемых епакт51 и три часа: во второй год – двадцать два дня и шесть часов; в третий год – тридцать три дня и девять часов; и таким образом составляется один месяц, так называемый вставный; ибо вставляются тридцать дней, и остаются три дня и девять часов. Эти последние, приложенные к 11 дням и трем часам от четвертаго года, составляют 14 дней и 12 часов. Когда приложены будут другие 11 дней и 3 часа, образуются 25 эпакт и 15 часов. Когда же в шестой год прибавляются другие 11 дней и 3 часа – образуются 36 дней и 18 часов, которые составляют один вставный месяц. Таким образом через три года вставляются два месяца: один месяц – в первые три года, а другой – во вторые три года. От эпакт еще остается 6 дней и 18 часов. Приложенные к 11 дням и 3 часам седьмаго года, они составляют 1852 эпакт и 21 час. По приложении к ним в восьмой год опять 11 дней и 3 часов, получаются 28 дней, эпакта53 и 24 часа, которые составляют 2 дня. Из этих часов, приложенных к 28 дням, составляются полных 30 дней. Таким образом в осьмой год нарастают 30 дней, – один месяц в два года. Следовательно во весь осмилетний период54 нарастают 90 дней, или три полных вставных месяца, именно от первых двух трехлетий образуется по одному месяцу и один месяц от двух последних лет. В этих трех вставных, трехсоставных месяцах происходит разность Пасхи у иудеев и христиан и других55.

Глава 14

Вот в чем состоит отличие у упомянутых Авдиан. Они приводят в заблуждение мужей и жен и хвастаются, будто они в этом отношении поступают согласно древнему преданию и постановлениям апостольским; между тем они не соблюдают никакой точности и не понимают очевидной, выраженной в Постановлениях апостольских, заботливости, которую они обнаружили совсем не для того, чтоб показать, будто иудеи правильно совершают праздник, но для пресечения страсти к спорам тех, из коих каждый желает совершать по своему, а не в согласии со всеми. Ибо Христос желает единой Пасхи, одобряет такую, и приемлет того, кто совершает ее без спора и вместе с теми, которые совершают ее с точностию, вместе со всею святою Церковию, торжествующею праздник разнообразно. А чтобы со времен Константина произошло разногласие относительно Пасхи, это очевидно клевета. Прежде Константина были раздоры и служили предметом насмешки, так как еллины говорили и смеялись над разногласием в Церкви; но при Константине старанием епископов разногласие это уничтожено и настало общее согласие. Что же может быть полезнее и приятнее того, как если народ от крайних пределов земли в один день освобождается для служения Богу и все вместе совершают бдение и одни и те же дни проводят в бдении, молитве, единомыслии, богослужении, посте, сухоядении, в чистоте и других богоугодных делах, приличных этому всечестному дню? Но думаю, что достаточно сказано о разногласии Авдиан по этому предмету.

Этот старик Авдий, вследствие доноса епископов царю, сослан был царем в ссылку в пределы Скифии за то, что отторгал народ от Церкви. Проживая там (о числе лет не могу сказать) и проникнув еще дальше, во внутренния страны Готфии, он огласил христианским учением многих из Готфов. От него в самой Готфии получили начало монастыри, монашеская жизнь и девство и строгое подвижничество. Эта община действительно ведет удивительный образ жизни, и все в их монастырях идет прекрасно, кроме споров касательно перемены времени празднования Пасхи и неразумно понимаемаго учения об образе Божием.

Глава 15

Ужаснее и страшнее всего то, что Авдиане не молятся ни с кем из православных, хотя бы тот отличался честным поведением, не имел ничего достойнаго обвинения, не мог быть уличен в любодеянии, или прелюбодеянии, или корыстолюбии, но единственно потому, что он находится в общении с Церковию. Действительно страшно переменять имя христиан святой Церкви, не имеющей другаго имени, кроме имени Христа и христиан, и называться именем Авдия, делать собрания и желать носить на себе название простаго человека, хотя бы секта эта отличалась безупречностию жизни и всякою справедливостию. После смерти Авдия, присоединились к его обществу многие епископы, и прежде всех некто Ураний в Месопотамии. Он увлек некоторых из Готфии и поставил их епископами: таков был некто Силуан и некоторые другие, из которых некоторые уже умерли и между прочим Ураний, который славился в среде этой секты. После же смерти этих епископов, – Урания и Силуана из Готфии, многие отделились, и общество Авдиан дошло до малаго числа в пределах Халкиды и в пределах Евфрата. Ибо не только многие из них, но и наши, жившие там, христиане изгнаны были из Готфии, когда настало великое гонение от царя языческаго и сделалось ужасным; и вследствие ненависти к Римлянам за то, что римские императоры были христиане, весь род христианский был изгнан из этих стран. Но не совсем были истреблены корень мудрости и насаждение веры; потому что хотя и казалось, что изгнаны были все, однакоже осталось там несколько человек, ибо не может исчезнуть источник веры. Многие из самых Авдиан, удалившись из Готфии и из наших стран, пришедши сюда, живут здесь с того времени четыре года. И на горе Тавре, в Палестине и Аравии монастыри тех же Авдиан уничтожены; а они были очень распространены. Теперь осталось не много людей и монастырей, едва ли не в двух только селениях и в упомянутых выше областях, в крайних пределах Халкиды и по ту сторону Дамаска и Месопотамии, где и до сего времени, как я сказал, живут они в малом количестве.

Но довольно, думаю, говорить о них. Оставив их, я перейду по порядку к следующему, дабы не оставить без внимания ничего, случившагося в мире, в области разделений, споров, разногласий и расколов; ибо хотя они и не уклоняются вполне от веры и нравственности, однако же все отделившееся и сделавшееся известным в жизни по возможности не будет оставлено нами без внимания.

Против Фотиниан. Ересь пятьдесят первая, а по общему порядку семдесят первая

Глава 1

Фотин, от котораго произошли фотиниане, сделался известным в то же время и был епископом святой кафолической Церкви; но превознесшись великою гордостию, он превзошел неистовством всех бывших до него и заходил в мыслях своих о Сыне Божием далее Павла Самосатскаго, изрыгая неосновательныя хульныя речи. Пришел он из Сирмии. Эти плевелы он распространял в мире и жив еще и до сих пор. Извержен он западным Сардикийским собором за хулу, которую изрыгал.

Он утверждает, что Христос не существовал от вечности, но получил начало здесь от Марии; с тех пор, говорит, как сошел на Него Дух Святый, Он и родился от Духа Святаго. А о Духе Святом этот дерзкий выдумщик и измеритель необъяснимых небесных предметов думает, что Он – Христов. Этот Фотин был говорлив и остер на язык и произнесением речей и находчивостию в слове мог обольщать многих. Часто он многими был обличаем даже и после своей защитительной речи, сказанной на Сардикийском соборе, когда он призван был епископами дать отчет в распространенном им зловерии. Он упросил императора Констанция, как напрасно изверженный, чтобы опять назначили ему судей, пред которыми он мог бы доказать, что неправильно извержен. Посему император в то время послал судей и слушателей приготовляемой им защиты – Фалассия, Датиана, Кереалия, Тавра, Маркеллина, Евантия, Олимпия и Леонтия; Василию Анкирскому поручено предлагать ему вопросы и опровергать то, что тот будет защищать и утверждать. Фотин вел не малую беседу с Василием, но подобно дурной женщине, которая для прикрасы натерла лицо, он во время беседы приводил изречения, несостоятельныя по отношению к истинному смыслу, но которыя он намеренно извращал в пользу своей мысли. Посредством вкрадчивости своего голоса и посредством находчивости в построении речи он языком своим расположил в свою пользу слушателей и с похвальбой объявил, этот храбрец, что он представит сотню свидетельств в пользу своего мнения. Но многие долго спорили против него, как мы нашли в записях беседы его с Василием, которыя велено было составить скорописцам Анисию, диакону Василия, Калликрату, письмоводителю префекта Руфина, Олимпию, Никите и Василию, ведшим памятныя записи, Евтихию и Феодулу, нотариям Василия. Один список их, запечатанный, послан был императору Констанцию, а другой остался на соборе, бывшем под председательством Василия; третий, также запечатанный, взят светскими чиновниками; в них заключается нечистое учение Фотина.

Глава 2

Когда Василий спросил, как учит Божественное Писание о Господе Боге Слове, существовал ли Единородный прежде веков и вместе с Отцем, Фотин согласился с этим, но с тем разграничением, что одно он относил ко Христу, а другое к Слову в высшем смысле. Ибо, говорит, с словами: «сотворим человека по образу нашему и по подобию» (Быт.1:26) Отец обращался к Слову Своему. Итак что же? – Слово, говорит, было в Отце, но Сын не был. И еще: «одожди Господь от Господа» (Быт. 19:24), то есть Слово, сущее во Отце; и еще: «видех грядущаго на облацех, яко Сына человеческаго» (Дан.7:13). Это, по его словам, сказал пророк, предвозвещая, что тогда, как Сын, Он не существовал, но что Христос, родившийся от Духа Святаго и Марии, имел быть назван Сыном после рождения от Марии и явления во плоти; все, говорит Фотин, постоянно относят к Сыну по некоторой предвзятой мысли. Сын еще не существовал, а существовало Слово, также как слово во мне. Я уже говорил, что Фотин имел мысли, отчасти сходныя с учением Павла Самосатскаго, а в других мыслях он даже превзошел его.

Глава 3

Но сам он опровергнет себя, дошедши до крайняго отрицания Божества и до совершенно странной мысли о вечной жизни. Ибо если Сын Божий недавняго происхождения по Божеству, то Давид старше его и имеет преимущество пред Сотворившим его. Так разсуждал сам Фотин, не обращая внимания на Божественное Писание и, сообразно с своей извращенной мыслию, указывал на то, что́ сказал Апостол: «первый человек от земли, перстен: вторый человек, Господь с небесе» (1Кор.15:47). Но тотчас же противоречит ему слово истины и обличает его омраченный ум; ибо святый Апостол говорит о двух человеках: о первом человеке Адаме говорит, что он от земли перстен; а о втором – что он с небеси. И хотя называет его человеком, но не говорит, что плоть сошла с неба, а сам признает, что она от Марии. И не говорит, что плоть, но вторый человек с небесе, то есть Слово низошло с неба и «вселися в ны» (Иоан. 1, 14), как написано. Если же Господь существовал прежде, то пребывает и теперь Он же, Который «изобрете всяк путь хитрости» (Вар. 3, 37). А что Он существует истинно, в этом не сомневается Божественное Писание: ибо последующия слова указывают на то, что Он существовал прежде и «изобрете всяк путь хитрости», а следуют такия слова: «на земли явися» (Вар. 3, 38), что указывает на будущее явление Его во плоти. А что будто с неба Он принес с собою человека, как говорят еретики, – этого не говорит Апостол, но называет его человеком по причине соединения Его с плотию и имеет в виду время, которое протекло между Адамом и воплощением; человеком же с небесе называет Его в том смысле, что Божественное Слово пришло с неба и стало плотию, как сказано: «Слово плоть бысть», и это не в том смысле, как понимает еретик, будто Слово изошло от Отца и превратилось в плоть; еретик толковал так неправильно, сообразно с своею извращенною мыслию. Если же Адам существовал прежде, чем существовало Слово; то кем же создан Адам и все прежде него бывшия творения Божии? К кому обращал речь Отец: «сотворим человека»? Ибо никто никогда не обращается с советом к своему внутреннему или внешнему слову, но обращаясь к единоестественному, святому своему Слову, Отец со всею мудростию составляет план будущаго создания человека, дабы мы научились, что Сын от начала существует у своего Отца и дабы не подумали, что наш Творец – недавняго происхождения, но что Он со Отцем всегда существовал прежде век, как и Иоанн свидетельствует, говоря: «в начале бе Слово и Слово бе к Богу» (Иоан. 1, 1).

Глава 4

Но обманщик этот говорит: я и сам говорю, что существует от начала Слово, но не Сын Божий рожденный. Но если не существует Сын Божий, напрасен его труд, напрасны его замысел, и надежда и разсуждение; ибо он говорит не больше того, что говорили непризнававшие Его иудеи. Евангелие не говорит о Нем: «в начале бе Слово и Слово бе в Боге», но «Слово бе у Бога»; и не говорит, что только было в Боге, но что «Слово было Богом». В человеке же слово, всегда существующее внутренно и произносимое, не может назваться человеком, но только словом человека. Но если не было рожденнаго, как он говорит, и если еще не было Сына Божия, Бога Слова, – то кем произведено все? Поелику Евангелие говорит: «вся Тем быша и без Него ничтоже бысть» (Ин.1:3). Но Фотин говорит: «как посредством слова человек делает, что хочет: так и Отец чрез собственное Слово, в Нем находящееся, сотворил все». А как же Господь говорит в Евангелии: «Отец доселе делает, и Аз делаю» (Иоан. 5, 18)? Это не значит, будто Отец не принимает участия в деятельности Сына, не значит и того, будто Сын чужд Ему и не участвует в творении Отца. Ибо все творения, какия только существуют, произошли вместе от Отца и Сына и Святаго Духа; чрез Сына все произошло от Отца и Он все произвел со Отцем и Святым Духом: «Словом Господним небеса утвердишася и Духом уст Его вся сила их» (Псал. 32, 6). Посему Господь, зная и предвидя, как Бог, мысли людей заблуждающихся и как все наклонны будут отступить от истины, с предостережением говорил иудеям: «не может Сын творити о себе ничесоже, аще не еже видит Отца творяща» (Иоан. 5, 19). И это не то значит, будто Он сперва смотрит, потом делает, но то, что Он все имеет в Самом Себе и творит, что хочет.

Глава 5

Как же это возможно Фотин? Или кто посеял в тебе против нас эти плевелы? Кто приготовил этот яд для людей? Откуда пришло к тебе лукавое намерение допустить хульную мысль против твоего Господа? Ужели не убедил тебя Авраам, говоривший Господу: «судяй всей земли, не сотвориши ли суда» (Быт. 18, 25)? Пусть изобличит тебя то, что пришел к нему Сын, и не как произнесенное какое-либо слово, но ипостасный Бог Слово. И чтобы уразуметь тебе, мнимый философ, цель совершившагося в этом явлении, Господь, как бы запечатлевши в Божественном Писании, явил нам Свое достоинство, говоря: «Господь одожди на Содом и Гоморр жупел и огнь от Господа с небесе» (Быт. 19, 24). Не сказал: «слово Господне», но: «Господь от Господа», как и Давид говорит: «рече Господь Господеви моему» (Псал. 109, 1). А что Сыном он оказывается не после только плотскаго пришествия, Давид говорит и о том, что Он существует от вечности: «из чрева прежде денницы родих Тя» (Псал. 109, 3). Никто не примет твоего учения и о Святом Духе, болтливый и стоящий в ряду праздных и пустых людей человек; ибо Дух Святый не может быть ни больше, ни меньше: «кто бо, – сказано, – изыска сия из рук ваших» (Ис.1:12)? Само Святое Слово обличает тебя, когда говорит о Святом Духе; исповедуя Его однородным с Собою по Божеству, говорит, что «Он исходит от Отца и от Моего приимет» (Ин. 15:26, 16:14).

Глава 6

И сколько есть других свидетельств! Впрочем для всех очевидно, что твое кощунство происходит от заблуждения, а не от истины; оно ясно не только для мудрых, но и для тех, которые немного сведущи в Божественном Писании. Поэтому я не признаю нужными многих свидетельств и продолжительнаго опровержения, потому что твое разглагольствие и зловерие легко опровергаются; по сему считаю достаточным сказаннаго против тебя; как слабое и безсильное насекомое, выползающее из земли, или как червяка, живущаго в земле, раздавивши пятою слова и истиною Бога-Слова, я оставляю тебя. Ибо в короткое время ересь этого заблудившагося разсеялась. Посему, по обычаю призвавши на помощь Бога, перейду к следующим ересям.

Против Маркеллиан. Пятдесят вторая, а по общему порядку семдесят вторая ересь

Глава 1

В то же время (ибо все эти ереси были в одно это время) в Анкире появился Маркелл и дожил до нашего времени; он умер немного больше, или немного меньше двух лет тому назад. И он произвел некоторое разделение в Церкви в то время; а высказал он одну незначительную мысль, уподобляясь Савеллию и Новату. Ариане же раздражены были против него за его спор и несогласие с арианами. Некоторые порицали его за то, как я сказал, будто он пристал к заблуждению Савеллиан. Другие же напротив защищали его, говоря, что это несправедливо, но что он жил безукоризненно и утверждали, что он правильно мыслит. Поэтому произошло относительно его большое разногласие. Сокровенныя же мысли его известны только Богу. Впрочем последователи его, им наставленные, не понимая ли его мыслей, или не раскрывая настоящаго его учения, не хотели исповедывать трех ипостасей, как содержит то истина, именно что Божество едино, едина слава, что Троица единосущна и ничем не различается в своей славе, что Троица есть совершенна, и едино Божество, едина сила, едино существо, что нет в ней никакого слияния, ни подчинения. А Маркелл, по мнению некоторых, желая сказать больше этого, показался мыслящим, как Савеллий. Поэтому он был обличен в ереси и причислен к еретикам. Далее я представлю и изложение учения, которое в свое оправдание составил сам Маркелл для блаженнаго Юлия, епископа римскаго. Из его апологии и из послания откроется, что он мыслил иначе, вопреки истинной вере. Ибо если бы он не мыслил иначе, то для чего ему и приступать к защите? Если бы не были выражены им мысли неправославныя, смутившия некоторых, то что могло побудить его к этой апологии? Вот список его письма.

Глава 2

Список письма Маркелла, котораго собор низложил за неправославие.

«Блаженнейшему сослужителю Юлию, Маркелл во Христе желает здравия. Поелику некоторые из осужденных прежде за неправую веру, которых я обличил на соборе Никейском, осмелились написать твоему Богочестию против меня, будто я мыслю неправильно и несогласно с Церковию, стараясь свою вину сложить на меня; то я признал необходимым, отправившись в Рим, убедить тебя, чтобы ты писавших против меня вызвал к себе, дабы, как только они прибудут, я мог изобличить их в том, что написанное ими против меня ложно, что они и до сих пор остаются в прежнем своем заблуждении и допустили страшную дерзость против Церквей Божиих и нас – их предстоятелей. Но так как они не захотели прийти, хотя ты и посылал к ним пресвитеров, и я прожил в Риме год и целых три месяца, то я, прежде чем отправиться отсюда, счел за нужное дать тебе письменное изложение своей веры, написанное собственноручно со всею истиною, как я узнал и как научился из Божественных Писаний, и напомнить тебе то, что ими худо толкуется, дабы ты знал, какими словами пользуясь для обольщения слушателей, они хотят скрыть истину. Ибо они говорят, что Сын Божий Господь наш Иисус Христос не есть собственное и истинное Слово Вседержителя, но что Он отличное от Него Слово и иная мудрость и сила. Говорят, что Он, после того как явился, назван от Отца Словом и мудростию и силой, и соответственно этому умствуют, что Он – иная ипостась, отличная от Отца. Из того, что они пишут, открывается, что Отец существовал прежде Сына и что последний не есть истинный Сын от Бога, но точно также, как и все сотворенное. Еще они осмеливаются утверждать, что было время, когда Его не было, что Он – тварь, произведение, отделяя Его таким образом от Отца. Итак я убежден, что говорящие это чужды кафолической Церкви. Следуя же Божественным Писаниям верую, что существует Один Бог и Его единородный Сын – Слово, всегда присущий Отцу и никогда не имеющий начала бытия, истинно от Бога сущий, несозданный, несотворенный, но всегда сущий, всегда царствующий вместе с Богом и Отцем, «Егоже царствию, – как свидетельствует апостол, – не будет конца» (Лук. 1, 33). Он – Сын, Он – сила, Он – мудрость, Он – собственное и истинное Слово Божие, Господь наш Иисус Христос, нераздельная сила Божия, чрез которую произошло все сотворенное, как свидетельствует Евангелие, говоря: «в начале бе Слово и Слово бе к Богу, и Бог бе Слово» (Иоан. 1, 1 и дал.). Он есть Слово, о Котором и евангелист Лука свидетельствует, говоря: «якоже предаша нам, исперва самовидцы и слуги бывшии Словесе» (Лк.1:2). О Нем и Давид сказал: «отрыгну сердце Мое слово благо» (Псал. 44, 2). Так и Господь наш Иисус Христос учит нас в Евангелии: «изыдох от Отца... и иду» (Иоан. 16, 28). Он, в последние дни нисшедши нашего ради спасения и родившись от Девы Марии, соделался человеком».

Глава 3

«Итак верую в Бога Вседержителя и во Христа Иисуса, Сына Его единороднаго, Господа нашего, рожденнаго от Духа Святаго и Марии Девы, при Понтие Пилате распятаго и погребеннаго и в третий день воскресшаго из мертвых, вознесшагося на небеса и седящаго одесную Отца, откуда придет судить живых и мертвых; и в Духа Святаго, в святую Церковь, оставление грехов, воскресение тела, жизнь вечную. А что божество Отца и Сына нераздельно, мы научились этому из Божественных Писаний. Ибо если кто отделяет Сына, то есть Слово Бога Вседержителя, тот необходимо должен или допустить, что два Бога, что́ признается противным Божественному учению, или признать, что Слово не есть Бог, но и это оказывается противным правой вере; потому что евангелист говорит: «и Бог бе Слово». Я же верно научен, что Сын есть сила Отца, неразлучная и нераздельная. Ибо Сам Спаситель Господь наш Иисус Христос говорит: «Отец во Мне и Аз во Отце» (Иоан. 14, 10); «Аз и Отец едино есма» (Иоан. 10:30); и еще: «видевый Мене виде Отца» (Ин. 14, 9). Принявши эту веру от Божественных Писаний и научившись ей от предков наших по Богу, я проповедую ее в Церкви Божией и ныне написал тебе, оставивши список этого у себя. И прошу тебя копии с него вписать в письме к епископам, дабы те, которые не знают меня близко, не поверили писанному о мне теми и не введены были в заблуждение. Прощай».

(Конец письма).

Глава 4

Правильно ли содержание этого письма, пусть прочитают его и обсудят сказанное в нем те, которые могут сделать это; и есть ли в нем какия погрешности, пусть они и разсудят. Мы не хочем говорить более того, что знаем и что дошло до нас. Ибо если это письмо по содержанию и правильно, то читатели и слушатели пусть обдумают опять, не напрасно ли, не безразсудно ли признал он необходимым защищаться, если только действительно он не сказал каких-нибудь смущающих слов, заставивших его выступить на защиту сказаннаго им. Могло случиться и то, что он, после впадения в заблуждение, посредством письма хотел защитить и оправдать себя, или в письме прикрасил свои слова, чтобы прикрыть сказанное им, дабы вследствие отлучения не отпасть от общаго собрания и постановления епископов. Вот, что дошло до нас о Маркелле. Некогда я сам спрашивал блаженнаго папу Афанасия о том, какого он мнения об этом Маркелле. Он и не защищал его и не отнесся к нему враждебно; но только, улыбнувшись, тайно высказал, что он не далеко ушел в заблуждении, и считал его оправданным.

Глава 5

Предложу еще то, что некоторые нашли в сочинениях самого Маркелла и что казалось им достойным порицания и, споря с ним, сами написали против него сочинения. Другие же, потому что писавшие против него обратились впоследствии в другую сторону, ради обличения напали на то, что ими написано было против Маркелла, и в своих сочинениях высказались против происшедших разногласий между Акакием, Василием Галатийским и Георгием Лаодикийским с целию обличения того же Акакия. Ибо этот на основании сочинений Маркелла говорил против Маркелла. Не опустив ничего истиннаго во всем этом деле, мы покажем, что мы не отчаяваемся в исправлении и не желаем соглашаться с теми, которые отступают от истины. Из возражений Акакия против Маркелла приводим следующее:

Глава 6

«После неправильнаго толкования изречений в книге Притчей, Маркелл, говоря неправду против Бога, поднимая высоко рог свой и дошедши до средины сочинения, предлагает еще следующия слова Астерия: иной есть Отец, родивший из Себя единородное Слово и «перворожденнаго всея твари» (Кол.1:15), един единаго, совершенный совершеннаго, Господь Господа, Бог Бога, по существу, воле, силе и славе ничем не отличающийся образ. Приведши эти слова и будучи недоволен выражением: ничем не отличающийся образ, то есть отображение и ясный отпечаток существа Божественнаго и прочее, называет это мнение негодным и, выражая свое неудовольствие, пишет следующее: эти выражения явно изобличают его нечестивое мнение о Божестве. Ибо как Господь и Бог родившийся, как он сам прежде говорил, может быть образом Божиим? Ибо иное – образ Божий, иное – Бог, так что если Он – образ, то не Господь и не Бог, но образ Господа и Бога. Если же Он – истинно Господь и истинно Бог, то Господь и Бог не может быть образом Господа и Бога. И далее: он не хочет, чтобы Сын был чем-либо из того, что я сказал выше, так как говорит, что Он есть образ. Итак, если Он – образ существа, то Он не может быть самостоятельным существом; и если Он есть образ воли, то не может быть самостоятельною волею; и если Он – образ силы, то уже не сила; и если Он – образ славы, то уже не слава. Ибо Он есть образ не самого себя, но кого-то другаго.

Глава 7

В начале книги ты, Маркелл, сперва похвалил эти слова, а теперь отверг, что Бог из Бога Слово сущее – Сын и един из единаго, и совершенный из совершеннаго, и тем ясно выдал свое нечестивое учение о Божестве. За то, что ты признал образ великаго Бога чуждым жизни, божественности, силы, славы и сущности, у тебя следовало бы отрезать нечестивый язык, когда ты произнес такое слово на Господа и выказал наконец такую нечестивую душу. Ибо образу Божию приписавши безжизненность, ты не признаешь Его ни Господом, ни Богом, ни сущностию, ни волею, не силою, ни славою. Ты хочешь, чтоб этот образ был чужд движения, считая его как бы бездушным и безжизненным, во вне изображенным, подобно тому, как бездушен бывает образ, составленный только искусством человеческим и не хочешь признать, что Он – живой образ живаго Бога, что образ сущности есть сущность, что не отличающийся образ воли, силы и славы есть такая же воля и сила и слава. А сказать, что Он ни в чем не отличен, не то же значит, что Он не рожден, но только то, что Он есть совершенно верное и точное подобие Отца по благости, божественности и всякому действию. Потом немного спустя: «немы да будут у тебя устны льстивыя, глаголющия на Бога неправду гордынею и уничижением» (Пс.30:19). Ибо единый Отец родил единаго Единороднаго, хотя тебе это не нравится, а нравится что-то другое. Сын произошел не из начала эонов Валентина, но от единаго Отца имеет рождение: и совершенный родил совершеннаго: ибо ничего несовершеннаго нет в Отце, посему и в Сыне; но совершенство Сына есть истинное порождение совершенства и всесовершенства Отца. И Царь родил Царя; ибо сообразно с благочестием, чтобы Бог царствовал; так как Сын родился прежде веков и Царь подчинился тому Царю, которым управляется и все остальное, и добровольно признал подчинение, Отец родил не подданнаго, но Царя царства своего, которое не имеет ни начала дней, ни конца бытия. Ибо достоинство Его не отвне произошло, но принадлежит Ему существенно, как и Отцу, Его родившему. Посему и написано: «и царствию Его не будет конца» (Лк.1:33). Точно также мы исповедуем, что Господь раждает Господа и Бог Бога. Кратко сказать: мы говорим, что Он – образ существа, и воли, и силы, и славы, не бездушный и мертвый, но существенный и одаренный и волею, и силою, и славою. Ибо сила не раждает безсилия, но самостоятельную силу; и слава не раждает безславия, но самостоятельную славу; и воля не раждает чуждое воли, но самостоятельную волю: и сущность не раждает чуждое сущности, но самостоятельную сущность. Значит, Слово есть образ, Бог, премудрость живая, ипостасная, самосущая, Слово действенное и Сын. Значит, премудрость та самая, «о нейже радовашеся на всяк день Бог, егда веселяшеся вселенную совершив» (Прит.8:30–31). А ты, Маркелл, отвергая это пред человеками, отвергнут будешь ею самою «пред Отцем Иже на небесех» (Матф. 10, 33); отвергнут будешь и пред Церковию, которая под небесами и которая пишет о тебе повсюду на земле: «слыши слово Господне. Напиши мужа сего отвержена, потому что не умножится от семене его, власть имеяй ктому во Иуде, иже сядет на престоле Давидове» (Иер.22:29–30)».

Глава 8

После того как Маркелл привел другие слова из Астерия, Акакий присовокупляет, говоря: итак допустивши это и продолжая отрицать то, что наш Спаситель есть образ и сущность и единородный Сын из Отца, и перворожден всякой твари, и совершенный от совершеннаго, единственный от единственнаго, Царь от Царя, и Господь от Господа, и Бог от Бога, одним словом, неизменный образ Божественнаго существа и воли, и силы и славы, – ты, немногими словами отвергшийся Его пред людьми и посему имеющий быть отвергнут пред Отцем Его, прямо пишешь следующее: эти слова ясно показывают его нечестивое мнение о божестве Отца и Сына. Отрицая это, ты ясно изобличил свое противное православию, превратное и нечестивое мнение о божестве и сущности Христа.

Глава 9

И за тем он присовокупляет слова Маркелла: нелепо то, что Маркелл пишет далее: он не допускает ничего из того, что говорил прежде. Ибо ты говоришь, что Сын – образ всех этих свойств. Итак если Он образ существа, то уже не может быть самостоятельным существом; и если – образ воли, то уже не может быть самостоятельною волею; и если образ силы, то уже не сила, и если образ славы, то уже не слава; ибо образ есть образ не самого себя, но кого-нибудь другаго. Все это, Маркелл, нелепо и ложно. Ибо Астерий приписывает ему все то, что прежде сказал, говоря: Царь родил Царя, Господь – Господа, Бог – Бога. И таким образом он уничтожает твой бездушный образ, по-твоему составленный только искусством человеческим. Ибо он говорит, что Сын – живой образ всех этих свойств и отпечаток живаго образа Родившаго, и что образ существа – самостоятельное существо, образ воли – самостоятельная воля, и силы – самостоятельная сила, и славы – самостоятельная слава и образ не самого себя, но другаго. Ты же, не признавая Сына Богом от Бога, светом от света, силою от силы, не признаешь Сына ни Богом, ни светом, ни силою, ни волею, ни существом, ни славою, но каким-то телом, вследствие чего нечестиво допускаешь уничтожение всех этих свойств при конце мира. И ты отрицаешь слово Писания: «Бог бе Слово» (Иоан. 1, 1), Сыну же Божию или усвояешь одно имя, или называешь одним из людей, как будто Бог раждает Сына другаго рода, Сына только по усыновлению, по словам Писания: «сыны родих и возвысих» (Ис. 1, 2) и еще: «приясте Духа сыноположения» (Рим. 8, 15) и опять: «принесите Господеви сынове Божии» (Псал. 28, 1). Итак когда Астерий называет Сына Отчаго неизменным образом существа и силы, и воли и славы, то он говорит, что Сыну совершенно присущи Отеческия свойства и что в Сыне отпечатлены или даны Ему умопредставляемыя свойства Отца, а не иныя, отличныя от Него. Итак он приписывает Сыну все, о чем прежде сказал. Ибо вовсе не имеет в мысли образа, нарисованнаго красками, и не допускает участия третьяго живописца, дабы он изобразил, как бы красками, в другом месте качества Сына, отличнаго от Отца, и назвал это Сыном. Так говоришь ты или подумавши или не подумавши. Итак если Сын – образ сущности, то будто не может быть самостоятельною сущностию; и если Он – образ воли, то будто не может быть самостоятельною волею. А по нашему, если Он живой образ сущности, то и может быть и есть самостоятельная сущность. Итак образ сущности мы называем сущностию вследствие совершеннаго сходства жизни и деятельности. Также и образ воли мы называем волею, «велика совета ангелом» (Ис. 9, 6) и образ силы и славы – силою и славою. И это все подтверждается словами Христа: «якоже бо Отец имать живот в себе, тако даде и Сынови живот имети в себе» и еще: «якоже Отец воскрешает мертвыя и живит» (Ин. 5:21, 26). Слова: «якоже, тако» представляют точное выражение сходства и подобия образа.

Глава 10

И спустя не много говорит: «Бог Слово, то есть Иисус, подающий жизнь, красоту и благообразие, сам не чужд жизни, красоты и благообразия и не может быть мыслим с свойствами мертвенности или небытия, но в нем отображены Отеческия свойства, так что Он не есть иной с иными свойствами образа; но в Его сущности находятся Его свойства, и в свойствах – Его сущность. А образ иного, не будучи образом самого себя, как и ты полагаешь, нося в себе свойства первообраза, представляет различие, но такое, которое то же, что и сходство. Ибо Он образ не себя самого, но другаго, то есть образ Бога невидимаго. Итак Сын есть образ Отца, живый живаго. одаренный движением и деятельностию и волею и славою, не бездушный и не неподвижный и не такой, который бы в другом имел бытие и был описуем, а сам бы по себе и чрез себя не находился в движении. Он есть неотличающийся образ, но это точное сходство производит не Отца, но во всем сходнаго Сына».

Здесь кончаются слова Акакия. Но теперь православные и братия наши и исповедники говорят, что от некоторых, оставшихся после Маркелла, учеников они получили изложение исповедания его веры. Я предлагаю оное здесь, хотя в тонкости речи я не взошел. Вот список с него:

Изложение веры Маркелла.

Глава 11

«Почтеннейшим и святейшим епископам, сосланным в Диокесарию за православную веру в Спасителя нашего Иисуса Христа: Евлогию, Аделфию, Александру, Аммонию, Гарпократиону, Исааку, Исидору, Аннувиону, Питиму, Евфратию, Аарону, пресвитеры Анкиры и Галатии: Фотин, Евстафий, другой Фотин, Сигерий, и диакон Гигин, и иподиакон Гераклид, и чтец Елпидий и защитник56 Кириак желают о Господе здравствовать.

Когда мы приходили к вашему Богочестию из вышеупомянутаго нашего отечества, чтобы сделать вам подобающее посещение, и когда мы спрошены были вашим преподобием о том, как мы содержим нашу веру, – мы, принявши такой ваш заботливый вопрос, который вы предложили, имея в виду тех, которые весьма желали безразсудно говорить о нас ложь, – сочли за нужное вполне удостоверить вас в том не только общительными грамотами, писанными к нам преблаженным папою Афанасием, которыя мы вам показывали, но и этим, писанным нами, исповеданием, дабы вы видели, что мы ничего иного не мыслим и никогда не мыслили, кроме вселенской и церковной веры, постановленной в Никее. Ее-то мы и исповедуем по мере сил наших, проклиная дерзающих называть Духа Святаго тварию, и арианскую ересь, и савеллиеву, и фотинову, и Павла Самосатскаго; – и непризнающих под Святою Троицею самостоятельно существующих трех лиц неописанных, единосущных, совечных и совершенных. Мы проклинаем также и тех, которые называют Сына разширением, или сокращением, или действием Отца, равно как и тех, которые Бога Слова, Сына Божия не исповедуют предвечным и совечным Отцу, самостоятельно существующим и совершенным Сыном и Богом.

Глава 12

Кто говорит, что Отец и Сын и Святой Дух – одно и то же, тот анафема да будет. Кто Сыну Божию и Слову, или Его царству приписывает начало или конец, анафема да будет. Кто говорит, что Сын или Дух Святый есть часть Отца, и не признает, что Сын Божий произошел из существа Отчаго прежде всякаго помышления, – анафема да будет. О воплощении же Слова Божия, единороднаго Сына Божия мы исповедуем, что Сын Божий соделался и человеком без греха по принятии всей человеческой природы, то есть души разумной и мыслящей и плоти человеческой. Веруем в единаго Бога Отца вседержителя, Творца всего видимаго и невидимаго, и в единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, единороднаго, рожденнаго от Отца, то есть из существа Отца, Бога от Бога, света от света, Бога истиннаго от Бога истиннаго, рожденнаго, несотвореннаго, единосущнаго Отцу, которым сотворено все находящееся на небе и на земле. Нас ради человеков и нашего ради спасения сшедшаго, и воплотившагося, и вочеловечившагося, пострадавшаго и воскресшаго в третий день, восшедшаго на небеса, грядущаго судить живых и мертвых; и в Духа Святаго. Тех же, которые говорят, что было время, когда Его не было, и что прежде рождения Он не существовал, и утверждают, что Он произошел из небытия, или из иной ипостаси, или сущности, или что Сын Божий подлежит превращению или изменению – всех таких проклинает соборная и апостольская Церковь. Я Фотин – пресвитер Анкирской соборной церкви верую и мыслю так, как написано выше. Я Сигерий пресвитер той же церкви верую и мыслю так, как написано выше. Я Гигин – диакон той же церкви верую и мыслю так, как написано выше. Я Гераклид – иподиакон той же церкви верую и мыслю так, как написано выше. Я Елпидий – чтец той же церкви верую и мыслю так, как написано выше. Я Кириан – защитник той же церкви верую и мыслю так, как написано выше».

Вот что написано было ими к исповедникам и отцам. Итак если, по суду разумных людей, это изложение веры может считаться в числе лучших, то пусть так и будет. А если в этом самом изложении при его разборе найдется что-нибудь ошибочное и неправильное, то пусть, по мнению любомудрых так и будет. Передавши во всем вышеизложенном разсказ о Маркелле, я оставлю его и буду разсматривать следующия по порядку ереси.

Примечание:

Против духоборцев. Ересь пятдесят четвертая, а по общему порядку семдесят четвертая

Глава 1

От этих Полуариан и от православных выродились некоторые странные люди, состоящие из двух пород и полузвери в роде Кентавров, или Панов, или Сирен, как представили их нам писатели басен. Одни из них произошли от Ария и признают Сына тварию не вполне, но Сыном, произшедшим безлетно. А время, по их мнению, разумеется то, которое протекло от сотворения неба и доныне. В действительности же они не отступают от мнения, впервые изверженнаго Арием, именно, что было время, когда Сына не было. Говоря, что Он существует прежде всех времен и Им все сотворено, они в то же время хулят Духа Святаго. Другие, правильно и православно думая о Сыне, именно, что Он всегда был со Отцем и никогда не переставал существовать, но безначально и безлетно родился от Отца, хулят Духа Святаго, не сопричисляя Его по Божеству к Отцу и Сыну. Об этом мы много раз разсуждали и в каждой ереси представили не мало прямых доказательств на то, что Он называется Господом вместе с Отцем и Сыном. Ибо «Дух Господень исполни вселенную» (Прем. 1, 7), «Дух истины, Дух Божий» (Ин. 16, 13; Рим. 8, 9). Он называется Духом Господним (Лк. 4, 18), от Отца исходящим (Ин. 15, 26) и от Сына приемлющим (Ин. 16, 14), дарующим дарования различно, «якоже хощет» (1Кор.12:11), испытующим «и глубины Божия» (1Кор. 2, 10), сущим со Отцем и Сыном, крещающим, запечатлевающим, совершающим запечатленнаго. Впрочем, чтобы мне не взять здесь на себя труда снова, я предложу то, что у меня уже было сказано в большом сочинении о вере, написанном в Памфилию, в опровержение хулителей Духа Святаго, в научение читателей и в радость удостоившихся Духа Святаго. Вот оно.

Слово из Якоря.

Глава 2

«Явися благодать Господа нашего Иисуса Христа, наказующи нас, да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно и благочестно и праведно поживем в нынешнем веце, ждуще блаженнаго упования и явления славы великаго Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, Иже дал есть себе за ны, да избавит ны от всякаго беззакония и очистит себе люди избранны, ревнители добрым делом» (Тит. 2, 11–14), «истребив еже на ны рукописание ученми, еже бе сопротивно нам, взят от среды, пригвоздив е на кресте: совлек начала и власти, изведе в позор дерзновением, изобличив их в себе» (Кол.2:14–15), «и сокрушив врата медная и вереи железныя сломив» (Псал. 106, 16), показал потом свет жизни, простирая руки, путеводя, указуя на лествицу к небесам и удостоивая опять обитания в раю. Итак Он «вселися в ны» (Иоан. 1, 6) и дал нам оправдание законом Духа, дабы мы познали Его, или о Нем, что есть начало и конец жизни. У нас явился закон правды, закон веры, закон духа, свободный от закона плоти греховной. Посему «соуслаждаюся закону Божию по внутреннему человеку» (Рим. 7, 22); внутри же нас Христос, если обитает в нас. Но умерши, Он соделался для нас путем жизни, «да живущия не ктому себе живут, но умершему за нас и воскресшему» (2Кор. 5, 15) виновнику жизни. Он воспомянул клятву, которою клялся за много лет, по словам Давида (Пс. 88, 4). «Бог бе во Христе, мир примиряя себе, не вменяя им согрешений их» (2Кор.5:19), «яко в нем благоизволи всему исполнению вселитися и тем примирити всляческая себе, умиротворив кровию креста» (Кол.1:19–20). Итак Он пришел «в смотрение исполнения времен», как возвещено Аврааму и прочим святым, «возглавити всяческая в Нем, яже на небесех и яже на земли» (Еф. 1, 10). При долготерпении Божием существовали раздор и вражда, но Он «примири в теле плоти Его» (Кол. 1, 22), «сотворивый обоя едино». Ибо пришел «мир наш средостение ограды разоривый, вражду плотию Своею, закон заповедий ученми упразднив, да оба созиждет Собою во единаго новаго человека» (Еф.2:14–15); Он повелел «быти языком снаследником, стелесником и спричастником обетования», (Еф. 3, 6), сказав: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы» (Мф.11:28). И так, когда я немоществовал плотию, послан был мне Спаситель «в подобии плоти греха» (Рим. 8, 3), исполняя таковое домостроительство, дабы искупить меня от рабства, тления и смерти. И «бысть мне правда и освящение и избавление» (1Кор. 1, 30): правда, потому что силою веры разрушил грех; освящение, потому что освободил меня водою и Духом и словом Своим; избавление, потому что предал себя и свою истинно агнчую кровь в искупление за меня, в очищение мира, в примирение всего на небе и на земле (Кол. 1, 20), исполняя в определенное время «тайну, сокровенную от век и от родов» (Кол. 1, 26). Он же «преобразит тело смирения нашего, яко быти сему сообразну славе Его, по действу, еже возмогати и покорити Ему всяческая» (Флп. 3, 21): «яко в том живет всяко исполнение Божества телесне» (Кол. 2, 9).

Глава 3

Итак приятелище премудрости и Божества – Христос, ходатайствующий и все в Себе примиряющий с Богом, не вменяющий греха (2Кор.5:19), исполняющий сокровенныя тайны, с верою в завет Его, предвозвещенный законом и пророками, возвещается как Сын Божий и именуется Сыном Давидовым. Ибо то и другое: Бог и человек был «ходатай Бога и человеков» (1Тим.2:5), истинный дом Божий, «святительство свято» (1Пет.2:5), раздаятель Духа, возраждающаго и все обновляющаго Богу. «И Слово плоть бысть и вселися в ны и видехом славу его, яко славу единороднаго от Отца» (Ин. 1, 6). Как дождь, проникая деревья и растения, дает им тело и плод каждому сообразно с природою, так что и в маслине бывает жирное масло, сообразное с ея существом, и в винограде красуется сладкое вино, на смоковнице произрастается сладкая смоква и в каждом семени по виду его умножается растительность: так, думаю, Слово Божие в Марии стало плотию и в семени Авраама по обетованию открылся человек. «Обретохом Мессию, о Котором написал Моисей» (Ин.1:45). И Моисей сказал: «да снидет, яко дождь, вещание мое» (Втор.32:2), «и как капли, каплющия на землю, да снидет, яко роса на руно» (Пс.71:6). Шерсть, принимающая росу, умножает пышность руна, а земля, принимающая дождь, – надежду земледельца, производит плод принятием дождя, по повелению Владыки, придавая растениям сильный рост, и жаждет получить от Него дождя еще больше. Так и Дева Мария, когда сказала: почему узнаю, что это будет мне? услышала в ответ: «Дух Господень найдет на Тя и сила Вышняго осенит Тя: темже и раждаемое от Тебя свято будет и Сын Вышняго наречется» (Лк.1:34–35). Христос говорит в лице Ангела и образует Себя в Своем виде Владыка, «зрак раба приим» (Флп. 2, 7). И Мария восприемлет Слово в зачатии, как земля – дождь. А Бог, приемлющий естество смертнаго, являет Себя святым плодом. Из Девы, подобно земле и руну, восприявшей Его, произошел этот плод истинной надежды и ожидания святых, как говорила Елисавета: «благословена Ты в женах и благословен Плод чрева Твоего» (Лук. 1, 42). Все это приняло от природы человеческой Слово, пострадавшее, будучи безстрастным. Он есть «хлеб животный, сшедый с небесе» и дарующий жизнь (Ин.6:51). Он есть плод истинной маслины, елей помазания и сложения, который предобразил Моисей (Исх.30:25, 37). Он есть «лоза истинная» (Ин.15:1), которую возделывает один Отец, родивший нам грозд радости. Он – вода живая, которую, приняв, человек жаждущий «не вжаждется паки», но она во чреве его пребывает текущею «в живот вечный» (Ин. 4:13–14). Принявши от Него отпрыск, новые земледельцы передали его в мир, а старые земледельцы вырвали его и сгубили по неверию. Он освящает народы своею кровию; Он вечным Духом ведет званных на небеса. «Елицы Духом Его водятся» (Рим. 8, 14), те живут для Бога, а которые нет, те обречены на смерть и называются душевными, или плотскими (1Кор. 2, 14). Итак Он уничтожает дела плоти, которая есть твердыня греха, и своею благодатию умерщвляет члены смерти. Он повелевает принять Духа Святаго, котораго мы не имели, Который животворит меня, древле умершаго, и Котораго если не получу, умру. Ибо без Духа Его всякий мертв. Итак, «аще Дух Его в нас, воздвигий Его из мертвых оживотворит мертвенныя телеса наша живущим Духом Его в нас» (Рим.8:11). Но я думаю, что в праведнике обитает и тот и другой, и Христос и Дух Его.

Глава 4

Если же веруется, что Христос от Отца, т. е. Бог от Бога и что Дух его от Христа, или от Обоих (как говорит Христос: «иже от Отца исходит» и еще: «Он от моего приимет» (Ин.15:26, 16:14)57, а Христос от Духа Святаго (ибо сказано гласом Ангела: «рождшееся в ней от Духа есть Свята» (Матф. 1, 20): то искупившее меня таинство я разумею верою и единым слухом и любовию к Тому, Который пришел ко мне. Бог знает Самого Себя, Христос возвещает о Самом Себе, Дух Святый являет Себя достойным. В Святых Писаниях возвещается нам Троица и приемлется с верою, при слушании символов, без пытливости, без спора. От самой веры – спасение благодатное; от веры правда без дел закона, как написано (Рим. 3, 22; Гал. 2, 16): от слуха веры Дух Христов подается спасаемым. Вера же кафолическая, как я думаю, научаемый из Писаний, на языке проповедников выражается так: три святые, три вместе святые, три существующие, три вместе существующие, три образные, три сообразные, три действующие, три вместе действующие, три ипостасные, три соипостасные, соединенные друг с другом. Эта Троица называется Святою, в которой три лица, но едино согласие, едино Божество, та же сила, та же сущность, подобное из подобнаго, в Которой действует равенство одинаковой благодати Отца и Сына и Святаго Духа. А как это, – предоставляется научить Им. «Никтоже знает Отца, токмо Сын, ни Сына, токмо Отец и емуже аще Сын откроет» (Мф.11:27); открывает же посредством Духа Святаго. Итак эти три выражения: или из Него, или от Него, или у Него достойным образом мыслятся по отношению к Каждому, как открывают Лица Сами Себя. Таковы же свет, огонь, дух и другие подобныя названия видимых предметов, как способен уразуметь человек, этим занимающийся. Тот Бог, Который в начале сказал: «да будет свет, и бысть» (Быт.1:3) этот видимый свет, просветил нас, чтобы видеть «свет истинный, просвещающий всякаго человека, грядущаго в мир» (Ин.1:9). «Посли свет твой и истину твою», – говорит Давид (Пс.42:3). Сам Господь сказал: «в последняя дни излию от Духа моего на всяку плоть, и прорекут дщери их и юноши их видения увидят» (Иоил. 2, 28; Деян. 2, 17). Здесь пророк указывает нам три лица святаго служения, так как из ипостаси происходит третья ипостась.

Глава 5

Итак «глаголю Христа, служителя бывша обрезания по истине Божией, во еже исполнить обетования» (Рим. 15:8). А что Дух Святый вместе с Ним служит, мы приняли это от Божественных Писаний. Христос посылается от Отца, посылается и Дух Святый. Говорит во святых Христос, говорит и Дух Святый. Исцеляет Христос, исцеляет и Дух Святый. Освящает Христос, освящает и Дух Святый. Крестит Христос во имя Свое, крестит и Дух Святый. Так говорят Писания: «послеши Духа Твоего, и обновиши лице земли» (Пс.103:30); это похоже на слова: «послеши слово твое и истает я» (Пс.147:7). «Служащим же им Господеви, – сказано, – и постящимся, рече Дух Святый: отделите ми Варнаву и Савла на дело, на неже призвах их» (Деян. 13, 2); это похоже на слова: «Господь рече: внидите во град и там речется, что вам подобает творити; они же послани бывше от Духа Свята, снидоша в Селевкию» (Деян. 9:6, 13:4). Подобно и Христос говорит: «се, Аз посылаю вы, яко овцы посреде волков» (Мф.10:16). «Изволися Духу Святому ничтоже иное возложити тяготы, разве нуждных сих» (Деян.15:28): подобно сему сказано: «глаголю не аз, но Господь: жене от мужа не отлучатися» (1Кор. 7:10). «Прошли же Фригию и Галатийскую страну, возбранени от Святаго Духа глаголати слово во Асии, пришедше же в Мисию, покушахуся в Вифинию поити; и не остави их Дух Святый» (Деян.16:6–7). Подобно и Христос сказал: «шедше, крестите вся языки» (Матф. 28, 19), «не носите ни пиры, ни жезла, ни сапогов» (Лк.9:3, 10:4). «Иже, – говорится, – Павлови глаголаху Духом не восходити во Иерусалим», и Агав сказал: «тако глаголет Дух Святый: мужа, егоже есть пояс сей» (Деян. 21:4, 11). Это похоже на то, что сказал Павел: «понеже искушения ищете глаголющаго во мне Христа» (2Кор. 13, 3); или: «поминайте слова Господа, яко сам рече: благо паче даяти, нежели приимати» (Деян.20:35). И еще: «ныне, се, аз связан Духом гряду» (Деян.20:22). Подобно сему говорится: «Павел, юзник Иисус Христов» (Флм. 1:1). «Точию яко Дух по вся грады свидетельствует мне, глаголя» (Деян.20:23). Это похоже на слова: «Господь свидетель душе моей, яко не лгу» (Гал.1:20). Слова: «в силе, по Духу святыни» (Рим. 1, 4) подобны сказанному: «Святый, во святых почиваяй» (Ис. 57, 15). Слова: «и обрезание сердца Духом» (Рим.2:29) подобны словам: «и обрезан был обрезанием нерукотворенным, в совлечении тела греховнаго, во обрезании Христове» (Кол. 2:11). Слова: «если Дух Божий живет в вас» (1Кор.3:16) подобны словам: «якоже приясте Христа, в нем ходите» (Кол. 2, 6). И еще: «Дух Господень глагола во мне и слово Его во устах моих» (2Цар.23:2). Также слова: «начаток Духа имуще» (Рим. 8, 23) сходны со словами: «начаток Христос» (1Кор. 15, 23). Слова: «но сам Дух ходатайствует о нас» (Рим. 8, 26) сходны с словами: «иже есть одесную Бога, иже ходатайствует о нас» (Рим.8:34). Слова: «да будет приношение еже от язык благоприятно, освященно Духом Святым» (Рим. 15, 16) похожи на слова: «Господь да освятит вас, да будете чисти и непреткновени в день Господень» (1Сол.5:23; Флп.1:10). Слова: «нам же открыл есть Духом своим» (1Кор. 2, 10) подобны словам: «егда благоволи Бог, избравый мя от чрева матере моея, благодатию своею явити Сына своего во мне» (Гал. 1, 15–16). Слова: «мы же не духа мира прияхом, но Духа Божия» (1Кор. 2, 12) похожи на слова: «себе искушайте, есть ли Христос в вас» (2Кор.13:5). Слова: «храм Божий есте и Дух Божий живет в вас» (1Кор. 3, 16) подобны словам: «вселюся в них и похожду, и буду им Бог, и тии будут ми людие» (2Кор. 6, 16).

Глава 6

Оправдание и благодать Писание производит от Обоих (т. е. от Христа и Духа Святаго): оправданные «именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего» (1Кор. 6, 11). Подобным образом сказано: «оправдившеся верою, мир имамы, к Богу Господем нашим Иисусом Христом» (Рим. 5, 1). «Никтоже, может рещи Господа Иисуса, точию Духом Святым» (1Кор. 12, 3). И еще: никто не можеть получить Духа Святаго, как только от Господа (Ин. 20, 22); «разделения дарований суть, а тойжде Дух и разделения служений суть, а тойжде Бог, действуяй вся во всех» (1Кор. 12, 4–6). И еще: «от славы в славу, якоже от Господня Духа» (2Кор. 3, 18). И еще слова: «не оскорбляйте Духа Святаго, имже знаменастеся в день избавления» (Еф.4:30) похожи на слова: «если раздражаем Господа, еда крепчайши его есмы?» (1Кор. 10:22). Слова: «Дух явственне глаголет» (1Тим. 4:1) сходны c словами: «сия глаголет Господь Вседержитель» (Агг. 2:5). Слова: «Дух мой настоит посреде вас» (там же) похожи на слова: «аще кто отверзет мне, Я и Отец обитель у него сотворим» (Апок.3:20; Ин.14:23). Исаия говорит: «и на нем Дух Божий» (Ис.11:2), а Христос говорит: «Дух Господень на Мне, Егоже ради помаза Мя» (Лк.4:18); и еще: «Иисуса, иже от Назарета, Котораго помаза Бог Духом Святым» (Деян.10:38): или: «Господь посла мя и Дух Его» (Ис. 48:16). Ясен и глас Серафимов взывающий: «Свят, Свят, Господь Саваоф» (Ис.6:3). Если же услышишь следующия выражения: «десницею Божиею вознесеся и обетование Духа приемь от Отца» (Деян.2:33), или: «ждати обетования Отча, еже слышасте» (Деян.1:4), или: «Дух изведе его в пустыню» (Мк.1:12), или, что сам Христос говорит: «не пецытеся, что возглаголете, потому что Дух будет глаголяй в вас» (Мф.10:19–20), или: «аще ли же о Дусе Божии изгоню бесы» (Мф.12:28), или: «хулящий на Духа Святаго, не имать отпущения» и так далее (Мк. 3:29), или: «Отче! в руце Твои предаю дух Мой» (Лк. 23:46), или: «отроча растяше и крепляшеся Духом» (Лк. 1:80), «Иисус же, исполнь Духа Святаго возвратися от Иордана» (Лк.4:1), «возвратися Иисус силою Духа» (Лк. 4:14), или: «рожденное от Духа дух есть» (Ин. 3:6), – то все эти выражения сходны с следующими: «в том живот бе» (Ин. 1:4), или: «и Аз умолю Отца и иного Утешителя даст вам, Духа истины» (Ин. 14:16), или: «Анание! почто исполни сатана сердце твое солгати Духу Святому», и потом: «не человеком солгал еси, но Богу» (Деян.5:3–4). Значит, Дух Святый есть Бог от Бога и Бог, которому солгали утаившие «от цены села». И еще: «Он явися во плоти, оправдася в Дусе» (1Тим.3:16). Больше этого я не имею, что сказать. И Сын есть Бог; Апостол говорит: «от нихже Христос по плоти, сый над всеми Бог» (Рим.9:5). Еще говорится: «веруй в Господа Иисуса и спасешися. И глаголал им слово Господне; введ же я в дом свой, постави им трапезу, и возрадовася со всем домом, веровав Богу». (Деян. 16:31–32, 34). Или: «в начале бе Слово и Слово бе к Богу и Бог бе Слово» (Ин.1:1). Или: «да учение Спасителя нашего украшают» (Тит.2:10). Или: «явися благодать Господа и Спаса нашего Христа всем человеком, наказующи нас; ждуще блаженнаго упования и явления славы великаго Бога и Спаса нашего Иисуса Христа» (Тит. 2:11–13). Или: вот служение Духа и Слова: «внимайте, – сказано, – себе и всему стаду, в немже вас Дух Святый постави епископы пасти церковь Бога» (Деян. 20, 28). Это похоже на слова: «благодарю укрепляющаго мя Христа Иисуса, Господа нашего, яко верна мя непщева, положив в службу» (1Тим.1:12).

Глава 7

И так Сын и Дух Святый, как доказано, действуют вместе со Отцем: «Словом Господним небеса утвердишася, и Духом уст Его вся сила их» (Пс.32:6). Дух же Святый есть покланяем, ибо «покланяющиеся Богу должны покланяться Духом и истиною» (Ин.4:24). Если же истина действует вместе с Духом, то тварь не производит твари, ни Божество не бывает сотворенным, ни Бог не познается ограниченным мерою, или объемом; ибо Он неописуем, невместим, непостижим, но объемлет все дела Божии. Твари же не должно приносить служения: ибо «послужиша твари паче творца и объюродеша» (Рим. 1:25, 22). Действительно: как не глупо твари приписывать божество и нарушать заповедь Отца, которая гласит: «слыши Израилю, Господь Бог твой един есть, не будет тебе Бог нов» (Втор.6:4; Пс.80:10)? В святых Писаниях различными именами называются Отец и Сын и Святый Дух; Отец называется Отцем Вседержителем, Отцем всех, Отцем Христа, а Господь – Словом, Христом, Сыном, Светом истинным, Дух же Святый – Утешителем, Духом истины, Духом Божиим, Духом Христовым. И так что же? И Бог Отец разумеется как свет, но как свет, чрезмерно блестящий, как сила и премудрость. Если же Бог Отец – свет, то и Сын свет от света и поэтому «во свете живый неприступнем» (1Тим.6:16). Бог же вообще есть сила, и потому – Господь сил. Бог есть и премудрость, и таким образом Сын есть премудрость от премудрости, «в Немже вся сокровища премудрости сокровенна» (Кол.2:3). Бог есть и жизнь, потому и Сын есть жизнь от жизни: «Аз есмь истина и живот» (Ин.14:6). Дух же Святый от обоих, дух от духа. Дух есть Бог, Божество, раздаятель дарований, истиннейший, просветительный, утешительный, возвеститель воли Отца. Ибо как Сын – «велика совета Ангел» (Ис.9:6), так и Дух Святый. «Мы, – сказано, – прияхом Духа Божия, да вемы яже от Бога дарованная нам, яже и глаголем не в наученых премудрости словесех, но в явлении Духа Божия, духовная духовными сразсуждающе» (1Кор.2:12–13).

Глава 8

Но кто-нибудь скажет: и так мы говорим, что существуют два Сына? Как же так, когда Сын единороден? «Темже убо, ты кто еси, противу отвещаяй Богови» (Рим.9:20)? Если Писание называет Сыном произшедшаго от Отца, а Святаго Духа – от Обоих, то эти три лица, разумеваемыя святыми только верою, светлыя и света податели, имеют деятельность просветительную и во свете веры хранят согласие с самим Отцем. Послушай ты: Отец истинно есть Отец Сына, всецелый свет, и Сын есть Сын истиннаго Отца, свет от света, не так, как созданныя или сотворенныя существа только наименованием, и Дух Святый есть Дух истины – третий свет от Отца и Сына. Прочие все называются сынами по усыновлению, или по сравнению, или по призванию, а не по действию, сходному с действием Сына, или по силе, или по свету, или по мысли, как сказано: «сыны родих и возвысих» (Ис.1:2), или: «аз рех: бози есте и сынове Вышняго вси» (Пс.81:6), или: «родивый капли росныя» (Иов.38:28), или: «из Негоже всяко отечество на небесех и на земли» (Еф.3:15), или: «Аз утверждаяй гром и созидаяй ветр» (Ам.4:13). Истинный Отец не начал быть Отцем так, как прочие отцы, или патриархи, и не перестанет никогда быть Отцем. Ибо если бы Он начал быть Отцем, то Сын был бы некогда сыном другаго отца, прежде чем существовал Отец Единороднаго. Подобно отцам и дети мыслятся отцами, и для открытия истиннаго отца-родоначальника нужно идти до безконечности. И истинный Сын не начал только что быть Сыном, как другие чада по усыновлению. Если бы Он начал быть Сыном, значит было некогда время, когда не существовал Отец Единороднаго. И Дух истины не есть существо сотворенное или произведенное, как прочие духи. И «велика совета Ангел» (Ис.9:6) называется не в том смысле, как прочие ангелы. Те имеют начало и конец, а Они (Сын и Дух Святый) имеют непостижимую силу и власть. Они сотворили все, в безконечныя веки содействуя Отцу, сотворили, как восхотели. Сотворенное служит Им и все твари чтут Их. Они врачуют свои творения, а эти принимают от Них врачевание. Те подвергаются суду по заслугам, а Они творят праведный суд. Те существуют во времени, а Они вне времени. Они просвещают все, а те просвещаются. Они призывают младенцев на высоту, а те призываются от Совершеннаго. Они даруют всем, те получают дары. И вообще сказать: те воспевают святость на небесах небес и в прочих невидимых местах, а Они, достойно песнословимые, дары подают достойным.

Глава 9

Писание говорит о многих духах: «творяй ангелы своя духи, и слуги своя пламень огненный» (Пс. 103:4); и еще: «все духи хвалите Господа» (Пс.150, 6). Достойным подаются дары различения духов (1Кор. 12:10). Иные духи суть небесные, радующиеся истине, другие – земные, подверженные обольщению и заблуждению, иные – подземные, чада бездны и тьмы: «и моляху Его, – говорит Евангелие, – да не пошлет их в бездну ити» (Лк.8, 31). Равным образом Христос повелевал духам и изгонял духов словом и не позволял им говорить (Мк.1:25). Говорится еще о духе суда и духе зноя (Ис.4:4), говорится и о духе мира: «мы же не духа мира прияхом» (1Кор.2:12), и о духе человека: «кто бо весть яже в человеце, точию дух человека, живущий в нем» (1Кор.2:11). Упоминается и «дух ходяй и не обращаяйся» (Пс.77:39): «дух пройде в нем, и не будет» (Пс.102:16); и еще: «отимеши дух их и изчезнут» (Пс.103:29). И еще: «дуси пророчестии пророком повинуются» (1Кор.14:32). И еще: «вот дух лжив ста пред Господем и рече ему (_Господь: в чем прельстишь Ахаава? И рече: буду дух лжив во устех пророков» (3Цар.22:21–22). Упоминается еще «дух умиления» (Рим.11:8), дух страха (2Тим. 1:7), «дух пытлив» (Деян.16:16), дух блужения (Ос. 4:12), «дух бурен» (Пс.10:6), «дух многоглаголив» (Иов. 8, 2), «дух недужен» (Лк.13:11), дух нечистый, дух глухий, дух немый (Мк.9:25), дух гугнивый (Мк. 7:32), дух лют зело, который называется «легеон» (Мф.8:28; Лк.8:30), и наконец духи злобы (Еф. 6:11). Люди умные найдут безчисленыя свидетельства о духах. Но как много сынов по усыновлению, или по названию, а не истинных, которые склонны ко греху, потому что имеют начало и конец: так весьма много и духов по усыновлению или названию, которые расположены ко греху. Но Святым Духом называется единый дух от Отца и Сына, Дух истиный, Дух Божий, Дух Христов и Дух благодати. Различно даруется каждому благо, овому дух премудрости, овому дух разума, овому дух силы, овому дух исцелений, овому дух пророчества, овому дух разсуждения, овому дух сказаний и другие дары, как говорит Апостол: «един и тойжде Дух, разделяя коемуждо, якоже хощет» (1Кор.12:8–11) И Давид говорит: «Дух твой благий наставит мя» (Псал. 142:10); или: «Дух, идеже хощет, дышет». Этими словами Писание указывает нам на истинность Святаго Духа: «и глас его слышиши, но не веси, откуду приходит и камо идет» (Ин.3:8). И еще слова: «аще не родитесь от воды и Духа» (Ин.3:5) подобны словам Павла: «о Христе Иисусе аз вы родих» (1Кор.4:15). О Духе Господь сказал: «егда приидет Утешитель, егоже Аз послю вам, Дух истины, Иже от Отца исходит, Той свидетельствует о Мне» (Ин. 15:26). И: «еще много имам глаголати, но не можете носити ныне, егда же приидет он, Дух истины, наставит вы на всяку истину: не от себе бо глаголати имать, но елика услышит, глаголати имать, и грядущая возвестит вам. Он Мя прославит, яко от Моего приимет, и возвестит вам все» (Ин.16:12–14).

Глава 10

И так, если «Дух от Отца исходит, и от Моего приимет», как говорит Господь, то подобно тому, как «ни Отца кто знает, токмо Сын, ни Сына, токмо Отец» (Матф. 11, 27), и Духа, осмелюсь сказать, никто не знает, кроме Сына, от котораго Он приемлет, и Отца, от котораго исходит, равно как и Сына и Отца никто не знает, как только Дух Святый, прославляющий Их истинно, научающий всему, свидетельствующий о Сыне, Дух, который от Отца, который от Сына, единый путеводитель к истине, истолкователь святых законов, изъяснитель закона духовнаго, наставник пророков, учитель апостолов, осветитель евангельских догматов, избиратель святых, свет истинный от истиннаго света. А Сын есть естественный, Сын истинный, Сын законный, единый от единаго; с Ним вместе и Дух, но называется Духом. Сей Бог прославляется в церкви, – всегда Отец, всегда Сын, и всегда Дух Святый, высокий от высокаго и вышний, имеющий безмерную разумную славу, Которому подчинено созданное и сотворенное и все вообще, что подлежит измерению и объему. Но у Моисея возвещается преимущественно единое Божество, у Пророков проповедуется преимуществено Двоица, а в Евангелиях открывается Троица, сообразно с временами и поколениями более способствующая праведнику к познанию и вере. Это познание безсмертия происходит от самой веры, или сыноположения. Но сперва оно выражает оправдания плотския, как бы воздвигая внешнее ограждение храма при Моисее, а потом излагает оправдания души в пророчествах, как бы украшая Святилище, в третьих же излагает оправдания духа, в Евангелиях как бы устрояя для собственнаго обитания очистилище и святое святых. Вместо святой скинии, святаго Храма мы имеем одного Праведника, пребывающаго в нем. В Нем обитает единое Божество нетленное, единое Божество недомыслимое, непостижимое, неизъяснимое, невидимое, одно знающее себя, являющее себя, кому хочет, воздвигающее, предопределяющее, прославляющее, возводящее из ада, освящающее, соединяющее для своей славы и веры три сия: небесное, земное и преисподнее, дух, душу, плоть, веру, надежду, любовь, прошедшее, настоящее, будущее, век века, веки веков, субботы суббот, обрезание плоти, обрезание сердца, обрезание Христово «в совлечении тела греховнаго» (Кол. 2, 11). Вообще Божество очищает себе все невидимое и видимое, престолы, господства, начала, власти, силы. Во всем та же премудрость и святый глас, от славы в славу, возглашающий: «свят, свят, свят» (Ис. 6, 3), и возвещающий Отца в Сыне, Сына во Отце со Святым Духом, которому слава и держава во веки веков. Аминь. И скажет так верующий: да будет, да будет!

Конец выписки из Якоря.

Глава 11

Вот что вкратце по смирению нашему написавши о вере в Отца и Сына и Святаго Духа мы изложили и предложили из прежде сказаннаго нами. Теперь для утверждения нашей жизни продолжим благочестиво представлять свидетельства и на основании прямаго смысла излагать учение о Божестве. Многими прежде сего свидетельствами доказано, что Единородный действует вместе с Отцем и во всем равно совершает и дарует, так как Он от Отца и не чужд силы и Божества Отца, но единосущен Отцу. И не только Сын, но и Дух Святый действует вместе с Сыном и Отцем и одинаково совершает, дарует и ущедряет, как хочет, так как и Он существенно происходит от Бога и не чужд Отца и Сына, но единосущен Отцу и Сыну, и это всякому ясно во всех отношениях и столькими свидетельствами уже доказано и будет доказано. А теперь для противников и врагов Святаго Духа изложивши благочестивыя доказательства от прямаго смысла и свидетельства того же Божественнаго Писания об одном Святом Духе, с большею подробностию приложим оныя к прежним свидетельствам, следуя истинному учению о Святом Духе. Дух Святый есть единственный, от всех покланяемый, для всех тварей и созданий вожделенный, ни с кем не уравняемый, ни с ангелом, ни с другим духом, но единственный. Ибо хотя и много духов, но Он высший всех духов, так как Он существует вечно от Отца, а не от других существ, произшедших из ничего. Много духов, но Дух Святый один, как един Бог и един единородный Сын Божий. Так и Дух Святый Божий, – от Бога и в Боге. Единородный Сын непостижим, и Дух непостижим; Он от Бога и не чужд Отца и Сына. Он не в слиянии с Отцем и Сыном, но Троица вечно одного и того же существа, существа не инаго от Божества и Божество не иное от существа, но самобожество, и от того же Божества Сын и Святый Дух. И Дух есть Дух Святый и Сын есть Сын. Дух же есть от Отца исходящий и от Сына приемлющий, испытующий глубины Божия, возвышающий дела Сына в мире, освящающий, соделывающий святых посредством Троицы. По наименованию Он третий, поелику Троица есть Отец и Сын и Святый Дух, как сказано: «шедше крестите во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф.28:19). Он есть печать благодати, союз Троицы, не чужд освящения, не различествует именованием, не чужд дара, но един Бог, едина вера, един Господь, едина благодать, едина церковь, едино крещение. (Еф.4:5).

Глава 12

Троица существует вечно, как я много раз говорил, и никогда Троица не получает прибавления: это сладостно исповедывать и говорить не насыщаясь. «Сладка, – говорит Пророк, – гортани моему словеса твоя» (Пс.118:103); и если сладки словеса, то кольми паче святое имя: Троица, источник всякой сладости. Троица счисляется так: Отец и Сын и Святый Дух. Троица неслиянна и не отделяется от своего единства, но в совершенной ипостаси – совершенный Отец, совершенный Сын, совершенный Дух Святый, Отец и Сын и Святый Дух. И опять: Дух распоряжается дарованиями; «разделения дарований суть, а тойжде Дух: и разделения служений суть, а тойжде Господь, и разделения действ суть, а тойжде Бог, действуяй вся во всех» (1Кор.12:4–6).

Если так, то остережемся отпасть от истины, но будем исповедывать истину, не заступаясь за Бога, но мысля благочестиво, дабы не погибнуть. Ибо невозможно о Троице говорить, или мыслить что-нибудь тварное или природившееся, но вечно был Отец и Сын и Святый Дух. Сын не собрат Отцу и не слиян с Ним, и Дух ни слиян, ни собрат Отцу и Сыну. Но Сын рожден от Отца и Дух произошел от Отца, и Троица неизъяснимо пребывает в одной и той же славе, и Сын непостижимо существует также со Отцем и Святым Духом, и никогда Троица не перестанет быть такою же вечною. И так Отец есть вечно нерожденный и несозданный и непостижимый; Дух Святый всегда нерожденный, несозданный, не собрат, не прадед, не внук, но от одного и того же существа со Отцем и Сыном. Таков Дух Святый. Дух есть Бог.

Глава 13

Свидетельства такой твердой нашей веры встречаются во всем Писании. Из многих я по возможности предложу немногия, чтоб и в настоящем случае не оставить учение о Духе без свидетельств. Прежде всего Отец говорит о пришествии Сына: «положу Дух мой нань, и суд языком возвестит» (Ис.42:1). Сими словами Он проповедует Духа Святаго истинным Богом всем верным во спасение. Единородный, присовокупивши к томуже свидетельству, говорит: «Дух Господень на мне, егоже ради помаза мя» (Ис.61:1). Сим свидетельством Христа о плотском Его пришествии, утвержденном и Духом Святым и возвещаемом верным, ясно исповедано, что Дух не чужд Бога. И еще Господь говорит о Духе: «Дух Отца моего глаголяй в вас» (Мф.10:20). И опять, дабы показать, что Дух не чужд Божественности Бога, Господь дунул в лице учеников и сказал: «приимите Дух Свят» (Ин.20, 22). И еще, дабы показать равенство Свое и единосущие со Святым Духом Своим и Отчим, говорит: «аще любите мя, заповеди моя соблюдите, Аз умолю Отца, и иного Утешителя даст вам» (Ин.14:15–16); как бы Сам Господь есть Утешитель и Дух Святый подобным образом есть Со-утешитель. Апостолы, показывая, что Дух не есть раб, но одного и того же Божества, указывают на его самостоятельное владычество, говоря: «рече Дух Святый: отделите ми Варнаву и Савла на дело, на неже призвах» и т. д. (Деян.13:2). А Апостол ясно говорит о Нем: «Господь же Дух есть, а идеже Дух Господень, ту свобода» (2Кор. 3:17); и еще: «вы храм Божий есте, и Дух Господень живет в вас» (1Кор.3:16). Итак, если мы называемся храмом Божиим по причине обитания в нем Духа Святаго, то кто осмелится отвергать Духа и отчуждать Его от существа Божия, когда Апостол ясно говорит, что мы соделались храмом Божиим по причине обитающаго в достойных Духа Святаго? Каким же образом будет чужд Бога Дух, испытующий глубины Божии? Не говори мне: «испытует» (1Кор. 2:10), но еще не знает, как некоторые дерзают хулить и губить себя. Поелику они то же должны сказать и об Отце, что и о Нем написано, именно что Он «испытает тайная утробы» (Прит. 20:27). Если ты будешь нечестиво мыслить, потому что о Духе к слову «испытывать» не прибавлено слово «знать», то ты нечестиво стал бы мыслить и об Отце, будучи принужден произносить и о Нем то же мнение, потому что по отношению к Отцу, испытующему «тайная утробы», не присоединено, что Он знает. И не нужно было этого говорить, когда ясно показывается предведение Божие, и заключается совершенный смысл в слове «испытывать». Таким образом и Духу и Сыну и Отцу следует приписывать единое знание и предведение, так как Святая Троица очевидно имеет совершенство и тождество.

Глава 14

И весьма много можно говорить об этом и привести множество свидетельств от Божественнаго Писания и тем доставить труд читателям. Но мы, при опровержении всякой ереси, довольно много сказали, и все ереси силою Божиею мы немощные опровергли и доказали, что оне чужды истины и каждая из них хулит и отрицает истину или в малом, или во многом. Так они, напрасно богохульствуя против Господа и Святаго Духа, не получат, по словам Господа, отпущения грехов ни здесь, ни в будущем веке (Мф. 12:32), будучи поражены самою истиною, как бы страшным однорогим змием. Таково значение хулы, что она может повредить всему телу. И мы верим слову Распятаго и истинному исповеданию Единороднаго, что хулящему на Духа не отпустится ни в сем веке, ни в будущем, как я сказал. Попранные и пораженные, они безсильны против истины. Все ереси по истине врата адовы, но оне не будут иметь силы против камня, т. е. истины. Если бы некоторые из них захотели сказать: мы сами исповедуем веру, изложенную на Никейском соборе; покажи же мне, на ея основании, что Дух Святый сопричисляется с Божеством, – то они окажутся изобличенными этою верою. Тогда не было изыскания о Духе. Что подлежит изследованию в известное время, о том соборы составляют твердое определение. Так как Арий простирал хулы на Сына, поэтому с преимущественною тщательностию и происходило о том разглагольствие. Впрочем посмотри в самом исповедании: в нем не встретятся говорящие что-нибудь хулители против Духа, духоборцы и чуждые Его дара и освящения. Ибо прежде всего изложение утверждает истину, а не отрицает: «веруем во единаго Бога Отца, Вседержителя»; не просто сказано: «веруем», – но веруем в Бога. «И во единаго Господа Иисуса Христа», – не просто сказано, но веруем в Бога. «И в Духа Святаго» – не просто сказано, но во едино прославление и во едино соединение Божества, и в одно единосущие, в три совершенных, единое Божество, единую сущность, единое славословие, единое господство, что показывают слова: веруем, и веруем, и веруем. Сим опровергается их учение. И доколе мне продолжать слово, когда я считаю сказанное против них достаточным для любящих истину? Посему я оставлю и эту ересь, моля Бога даровать нам обычную помощь для опровержения всех их, дабы, силою Его совершив обещанное, возблагодарить Его за все.

Примечание:

Против Аэрия. Ересь пятдесят пятая, а по общему порядку семдесят пятая

Глава 1

Еще некто Аэрий также произвел великое зло в мире, обезумевши умом, превознесшись мыслию. Всякая ересь произошла по злому умышлению людей, появлявшихся от начала до последняго времени, или вследствие тщеславия, или гордости, или страсти вожделения, или зависти к ближним, или горячности, или безразсудства. Все это ослепление – от диавола, не потому, чтобы диавол был в силах обольстить не желающаго, но потому, что каждый для себя становится виновником соделания греха, «да искуснии, – как говорит Апостол, – явлени бывают» (1Кор.11:19). Этот Аэрий еще и до сих пор жив: он совершенно Арианин, он не иначе мыслит, как и Арий, и даже много превзошел Ария в своих помышлениях. Он остр на язык и вооружен словом до такой степени, что привлек к себе толпы обольщенных и множество людей, чешемых слухом (2Тим.4:3) и распущенных умом. Он выдумал много баснословнаго и пустаго, и хотя это людей умных приводило в смех, однако же он обольстил тем и увлек многих. Он был со-товарищ Евстафия, епископа Севастии, которая находится в области, называемой Понтом, или малою Армениею. Выше упомянутый Евстафий и Аэрий вместе подвизались. Когда же Евстафий возведен был на епископию, Аэрий очень желал того же, но не достиг. Отсюда возникла зависть. Евстафий, казалось, был привязан к Аэрию: скоро он поставляет его во пресвитера и вверяет ему странноприимный дом, который в Понте называется беднопиталищем. Такие домы устрояют предстоятели церквей по любви к странноприимству, и помещают там людей искалеченных и немощных и доставляют им по возможности содержание.

Глава 2

Поелику же негодование у Аэрия не прошло, то ежедневно между им и Евстафием умножались распри и возникали неудовольствия: от Аэрия против Евстафия шли слова недобрыя и клеветы. Епископ Евстафий, вызвавши к себе Аэрия, ласкал его, увещевал, угрожал, бранил, советовал, и ничего не мог сделать. Что сначала было устроено, стало приходить в большой безпорядок. Наконец покинув беднопиталище, Аэрий удалился. С тех пор, желая найти какой-либо предлог против Евстафия, как против врага, или пустить в него стрелу, как в неприятеля, он разведывал и, наконец, клевеща всем на Евстафия, говорил: он уже теперь не таков, но стал наклонен к сбору денег и всякаго имения. Таковы были клеветы от Аэрия. Евстафий действительно, имея в руках церковныя нужды, иначе не мог поступать, и слова Аэрия казались правдоподобными.

Может быть, кто-нибудь подумает, почему, говоря против Аэрия, мы выставляем Евстафия, не считаем ли разве достойным похвалы Евстафия? Жизни его и поведению не мало людей удивляются. О, если бы он правильно мыслил и по отношению к вере! Но он и сам с начала до конца держался Ария, и скорби гонений его не исправили. Ибо он изгнан был вместе с Василием, Елевзием и прочими. Кажется и к блаженному папе римскому Либерию он отправлялся в посольстве вместе с другими епископами и подписался под изложением Никейскаго Собора и православным исповеданием. Но после, как бы опомнившись и воспрянув от сна, опять обратился к зловерию арианскому. Впрочем у нас речь об Аэрии, потому к нему опять должно обратиться.

Глава 3

По таким-то причинам Аэрий отказывается от управления. Оставив беднопиталище, он привлек к себе много мужчин и женщин и удалился с ними от церквей, полей, селений и городов. Часто это множество народа проводили время на полях, под открытым небом, заносимые снегом, укрывались под скалами и убегали в леса. Учение Аэрия было так безумно, что человек представить не может. Он говорил: «что такое епископ в сравнении с пресвитером? Он ничем от него не отличается: один чин, одна честь и одно достоинство у того и другаго; возлагает руки епископ, возлагает и пресвитер, прощение преподает епископ, преподает и пресвитер; домостроительство служения совершает епископ, то же самое и пресвитер; возседает на престоле епископ, возседает и пресвитер». Таким образом Он обольстил многих, которые приняли его за руководителя. Еще говорил он: «что такое Пасха, которая у вас совершается? Ведь вы последуете иудейским басням; Пасху совершать не должно, потому что «пасха за ны пожрен бысть Христос» (1Кор.5:7)». Потом еще он говорил: «на каком основании после смерти вы поминаете имена умерших? Если живой молится и роздал имение, какая от того польза умершему? Если молитва здешних полезна для тамошних, в таком случае никто пусть не живет благочестиво и не делает добра, но пусть приобретет себе друзей каким угодно способом, хотя бы склонивши их деньгами, или перед смертию упросит друзей, и они будут молиться за него, чтоб он там не пострадал и не был истязан за соделанные им тяжкие грехи. Да и пост без нужды установлен. Это учреждено Иудеями под игом рабства: ибо «праведнику закон не лежит, но отца и матере досадителем» и прочим (1Тим.1:9). Если я хочу поститься, я сам выберу какой-нибудь день и буду поститься свободно». Поэтому у Аэриан принято поститься больше в воскресный день, а в среду и в пяток – вкушать пищу. Часто, впрочем, и в среду они постятся, впрочем не по предписанию, а по собственному произволению. А во дни Пасхи58, когда у нас долулежания, блюдение чистоты, злострадание, сухоядение, молитвы, бдения и посты и всякия душеспасительныя воспоминания святых страстей, – они с ранняго утра накупят мяса и вина и, наполнив свои желудки, громко хохочут, насмехаясь над совершающими святое служение в неделю Пасхи. Хотя они ведут отшельнический образ жизни, но подвижничества у них нет, и они много держатся мясоядения и винопития, и только разве редкие из среды их по собственной воле пожелают жить не так. Но большая часть из них употребляют обильныя яства, мясныя кушанья и пьют вино, как я много раз говорил. Вот что изрыгнуто Аэрием в мир.

Глава 4

Его мысль и неверие обнаруживаются и в том безумном учении, которое его злохудожеством внесено между людьми. Приступим же к его опровержению и, сказав немногое, оставим его. Что все у него исполнено безразсудства, это ясно для имеющих ум. Он говорит, что епископ и пресвитер – одно и то же. Как же это возможно? Сан епископский раждает отцев для церкви, а сан пресвитерский, будучи не в состоянии раждать отцев, раждает чад для церкви посредством бани пакибытия, а не отцев, или учителей. И как можно поставлять пресвитеру, не имеющему права рукоположения? Или как можно назвать пресвитера равным епископу? Привела Аэрия в обольщение его насмешливость и зависть.

Для обольщения себя и своих слушателей он представляет то, что Апостол пишет пресвитерам и диаконам и не пишет епископам. Епископу он говорит: «не неради о своем даровании, живущем в тебе, которое получил ты посредством рук священничества» (1Тим.4:14). И еще в другом месте обращается к епископам и диаконам (Флп.1:1): значит, епископ то же, что пресвитер. И этот человек, не знающий последовательности истины и не занимавшийся древнейшею историею, не понимает, что святый Апостол писал по случайным обстоятельствам, когда проповедь была еще юна: где уже были поставлены епископы, он писал епископам и диаконам. Апостолы не все могли вдруг устроить; была нужда прежде всего в пресвитерах и диаконах, и посредством этих двух степеней можно было исполнять церковныя обязанности. А где не оказывался достойный епископства, там оставалось место без епископа; где же была нужда и были люди, достойные епископства, там поставляемы были епископы. Так как народа было немного и из них некого было ставить во пресвитеры, то довольствовались одним местным епископом. А без диакона епископу быть невозможно. Поэтому святый Апостол озаботился, чтобы при епископе для служения были диаконы. Церковь не получила еще полнаго устройства, потому в то время и было такое ея положение. В каждом деле не с начала все есть, но с течением времени все устрояется к удовлетворению потребностей.

Глава 5

В Ветхом Завете Моисей посылается в Египет с одним жезлом. При вступлении его в Египет присоединяется к нему посланный от Бога Аарон, брат его. Потом, когда брат получил от него доверие, в то время собрались к нему старейшины и начальники народные. После того, когда дело утвердилось и силы умножились, он перешел море. И они еще не были под законом, доколе Господь не позвал Моисея на гору. Он дает ему скрижали и показывает ему, как устроить скинию, и поставить вождей, десятоначальников, пятдесятоначальников, стоначальников, тысяченачальников (Исх. 18, 25). Видишь ли, как дела постепенно разширяются? «Виждь, – говорит Господь, – да сотвориши все по образу, показанному тебе на горе Синайской» (Исх. 25, 40). Видишь ли, как законоположением прибавлены: седмисвещный светильник, длинныя священническия ризы, звонцы и рясны, нарамники и наглавия, увясла и соединение различных камней, чаши, фимиамники, умывальники, жертвенники, блюда, масмароф, т. е. кропила, мидикоф, т. е. кру́жки, маханоф, т. е. подставы59 и прочее, о чем говорит закон, херувимы и иное, ковчег завета, носилки и кольца, скиния, покровы и кожи червленыя, петли, и прочее, придверники, трубы кованыя и изогнутыя, золотыя и серебрянныя, медныя и роговыя и все другое, о чем говорит закон, различныя жертвы и учреждения. Так как в начале этого не было, то ужели после того, как все это введено, дело не получило устройства? Так должно судить и о том, что написано у Апостола, именно, что такой был порядок до тех пор, пока не разспространилась церковь, пока она не пришла в свою меру, пока весьма правильно не устроен был разумный порядок Отцем, Сыном и Святым Духом. Так падает учение Аэрия.

А что не может быть епископ то же, что пресвитер, об этом учит Божественное слово святаго Апостола, кто именно епископ и кто пресвитер. Он говорит Тимофею, бывшему епископом: «старцу (пресвитеру) не твори пакости, но утешай, якоже отца» (1Тим.5:1). Для чего же внушается епископу не творить пакости пресвитеру, если бы он не имел власти выше пресвитера? И еще говорит: «на пресвитера хулы не приемли скоро, разве при двою или триех свидетелех» (1Тим.5:19) Не сказал кому-либо из пресвитеров: «не приемли хулы на епископа», и не написал, чтобы кто-нибудь из пресвитеров не обвинял епископа. Видишь ли, как велико падение всякаго, потрясеннаго диаволом?

Глава 6

Посмотрим и разсмотрим и другие части его учения. И прежде всего скажем о Пасхе. Он приводит слова: «пасха наша пожрен бысть Христос». Посмотрим, совершал ли Пасху сказавший это. Сказано: «тщашеся, да празднует пятдесятницу во Иерусалиме» (Деян.20:16). Какую же Пятдесятницу праздновал Павел, если бы не совершил Пасхи? Кто во всех странах вселенной не согласится, что среда и пяток есть пост, учрежденный в церкви? Если нужно говорить о Постановлениях Апостолъских, то почему там назначен пост в среду и пяток, исключая Пятидесятницы? И относительно шести дней Пасхи60 почему они заповедают, что не должно совершенно ничего принимать, кроме хлеба, соли и воды? А какой день праздновать и как разрешить пост в наступающее воскресение, всякому очевидно. Кто же из них более сведущ? Человек ли обольщенный, теперь только появившийся и доныне живущий, или свидетели, жившие прежде нас, державшие прежде нас церковное предание, принявшие от своих отцев, которые также научились от живших до них, как церковь доныне содержит истинную веру и предания, принявши оныя от ея Отцев? И так и опять падает мнение Аэрия о Пасхе. Если бы об этом предмете, т. е. средах и пятках Апостолы не говорили в Постановлениях, тогда мы имели бы другие доказателъства отвсюду. Впрочем они об этом в точности пишут. И церковь это приняла, и во всем мире последовало согласие, прежде нежели появились Аэрий и от него Аэриане. Кажется, он и имя получил по справедливости: ибо он имеет нечистый дух, от воздушных (ἀερίων) духов злобы, поселившийся в нем для борьбы с Церковию.

Глава 7

Потом, что касается до поминовения имен усопших, то, что может быть полезнее этого, что благовременнее и удивительнее веры живущих людей, что отшедшие живы и не обратились в несуществующих, но существуют и живут у Владыки, что таким образом передается благочестивое учение о том, что есть надежда молящимся за братий, как бы отправившихся в путь. Молитва, приносимая за них, полезна, хотя и не уничтожает все вины, потому полезна, что, живя в мире, мы часто претыкаемся невольно и добровольно, а что для того, чтобы обозначилось то, что более совершенно. Мы поминаем и праведных и грешных, грешных потому, что просим им милости от Бога, а праведников, отцев, пророков, апостолов, евангелистов, мучеников, исповедников, епископов и отшельников и весь их чин, для того, чтобы почитая Господа Иисуса Христа отделить его от чина людей и воздать Ему почтение, имея в мысли, что Господь несравним ни с кем из людей, хотя бы каждый из людей обладал безчисленными делами праведности. Ибо какое может быть сравнение, когда один – Бог, другой – человек, один на небе, другой на земле с останками тела, оставляемыми на земле, кроме возставших и вступивших в чертог, как говорит святое Евангелие: «многа телеса святых восташа и внидоша с Ним во святый град» (Мф.27:52–53). О каком это святом граде говорит? Речь здесь относитоя к обоим градам – к здешнему и горнему. Что они прежде взошли с Ним в здешний Иерусалим, – это ясно. Но прежде нежели Спаситель возшел на небо, никто не восходил туда, пока не взошли вместе с Ним: «никтоже взыде на небо, токмо сшедый с небесе, Сын человеческий» (Ин.3:13). Но об этом мы в своем месте указали два мнения. А если кто скажет, правда ли, что в Иерусалим Он взошел, тот пусть знает, что в тот день «дверем затворенным предстал Господь, идеже бяху ученицы собрани и глагола им: мир вам» (Ин.20:19).

Но я опять возвращусь к тому, о чем говорил по порядку, именно, что церковь необходимо совершает это поминовение, получивши предание от отцев. Кто же может нарушить заповедь матери, или закон отца? У Соломона сказано: «слыши, сын, слова отца твоего и не отрини заветов матери твоея» (Прит.1:8). Этими словами показывает, что Отец, т. е. Бог и Единородный и Дух Святый научал и письменно и неписьменно, и что матерь наша Церковь имела заветы, в ней положенныя, нерушимые, немогущие уничтожиться. Что заветы эти учреждены в Церкви и все прекрасны и удивительны, – в этом опять мы убедили самаго заблуждающагося. Оставив и его и задавивши его твердым церковным учением и силою Божиею как жука, или муху, или овода, перейдем к следующим ересям, призвавши Бога на помощь.

Против Аномеев. Пятьдесят шестая, а по общему порядку семдесят шестая ересь

Глава 1

Есть еще некоторые еретики, называемые Аномеями. Они недавно появились. Вождем их был некто диакон Аэтий, произведенный в этот сан за свою болтливость Георгием Александрийским, бывшим епископом у Ариан и Мелетиан. Во времена Юлиана, как выше у меня показано, Георгий торжественно провезен был по городу на верблюде; сначала окружен он был язычниками и много потерпел от них, торжественно, как сказал я, проехал, бит был прутьями, потом влачим был почти чрез весь город, и так умер, а после смерти был сожжен и вместе со множеством костей птиц и животных обращен в пепел, и прах его развеян был по ветру. Таков был его конец. Может быть, кто-нибудь скажет так об умершем: значит, он мученик, когда так пострадал от язычников? Если бы у него подвиг был за истину и если бы случилось ему потерпеть это от язычников по ненависти и за исповедание Христа, конечно, он был бы помещен в числе мучеников и притом не малых. Но это было с ним не за исповедание Христа, но за великое насилие, которое он причинил городу и народу во время своего епископства, похитив у граждан доставшееся им от родителей имение. Мы не клевещем на этого человека; ибо много нанес он зла Александрийцам, как например, взял на откуп всю селитру и болота с папирусом и тростником и соленыя озера, и вздумал этим распоряжаться и доставлять все к себе. Такое у него было постыдное корыстолюбие, что он не пренебрегал даже ничтожных вещей: так он придумал завести известное число носильщиков тел умерших, и нельзя было выносить тел умерших, и особенно чужестранцев, без людей от него к тому приставленных. Это он делал не по страннолюбию, но, как я сказал, ради дохода. Если же кто сам погребал тело, тот подвергался опасности. Таким образом, с каждаго покойника доставалась ему какая-нибудь прибыль. Умалчиваю о другом, именно: как этот человек вращался в роскоши и других пороках и в жестокости. Александрийцы, и особенно язычники, за все это имевшие гнев на него, довели его наконец до смерти. Александрийцы умертвили его, как скоро услышали о смерти Констанция. У меня же не было другаго предлога говорить о Георгии, кроме того, что Аэтий поставлен был от него во диакона.

Глава 2

Этот Аэтий до зрелаго возраста, как говорят, был вовсе невежда в мирских науках. Поживши еще, он учился в Александрии у одного Аристотелика философа и софиста и, изучив диалектику, вздумал изложение учения о Боге представлять в фигурах. На свободе он занимался и сидел над этим непрерывно с утра до вечера, изучая и стараясь достигнуть говорить о Боге и составлять о Нем определения посредством геометрии и фигур. Сделавшись полным Арианином и держась неистоваго учения Ариан, он, от обращения с ними, стал еще более вредоносен и ежедневно изощрял язык свой против Сына Божия и Духа Святаго. Некоторые обвинили его и донесли на него Констанцию, и он был сослан в пределы Тавра. Здесь он распространял свое нечестивое учение, с дерзостию выставляя оное на вид, и, поднимая голову с большим безстыдством, непрерывно извергал свое злоучение. Он дерзнул назвать Сына неподобным Отцу и не тождественным с Отцем по Божеству. И мы сами не держимся подобия; ибо знаем, что Сын выше подобия по отношению к Отцу, как тождественный и равный с Ним по Божеству и нисколъко не отличный. Хотя многое уподобляется Богу, однако же это не одно и тоже, не равно Божеству: так и человек создан по образу и по подобию, но он не одно и то же с Богом по равенству. Так и царство небесное подобно зерну горушичну (Матф. 13, 31), но зерно не одно и тоже с царством и непричастно одной и той же закваске. Подобно оно еще десяти девам и дому владыке, но только подобно, а не одно и то же. А поелику Сын подобен Отцу, и больше чем подобен, потому что Он одно и то же с Отцем и равен Отцу, то мы стараемся доказать не подобие Его только, но тождество Его и равенство, как Бога от Бога и Сына от Отца, и не инаковаго по существу, но родившагося от Него. Так утверждаем и о Святом Духе. А этот отважный Аэтий не захотел удостоить Сына и подобием со Отцем. Но мы, основываясь не на одном подобии, истинно исповедуем учение веры и чтим Троицу. Серебро подобно олову, и золото меди, и свинец железу, и драгоценные камни подобны стеклу, но это подобие обозначает не природу, но только сравнение.

Глава 3

Что касается до Писания, которое исповедует Сына образом Бога невидимаго, то мы, изучив по милости Божией силу Божественнаго Писания, где сказано Фарисеям: «не знаете писаний, ни силы Божией» (Мф.22:29), узнали двоякое значение этого слова. Впрочем, для объяснения этого выражения, мы укажем на неправильное его употребление между людьми. Говорится: образ человека и образ неподобный. Один образ начертан красками, а другой произведен раждательною силою единосущия, так как рожденный Сын носит на себе отличительный признак в сравнении с Отцем. В нем открывается и отображение, и тождество, и единосущие, и отпечатление Отца. И так единородный Сын Божий есть, по нашему мнению, одно и тоже с Божеством и достоинством Отца и равен Ему истинным образом и подобием, не таким, которое изменялось бы, но неизменным, как Сын истинно и единосущно рожденный от Отца. Так думаем и о Духе Святом, что Он от Отца исходит, хотя и не раждается, потому что Сын единороден. Но этот Аэтий, сильно восхотев воспротивиться исповеданию истины, покушается признавать Сына неподобным Отцу. Другие Ариане получили повод к заблуждению от Лукиана и Оригена и были за одно с Астерием софистом, который отпал во время гонения, бывшаго при Максимиане. Некоторые из них, как у меня показано выше при разсмотрении ересей, признавали Сына Божия тварию и учили, что Дух Святый есть тварь твари, а некоторые говорили, что Сын подобен Отцу, хотя и признавали Его тварию. Но Аэтий, ко всей их лжи присоединив собственное нечестие, ясно раскрыл жестокое и безстыдное учение против Господа. И сказать правду, утонченное учение этого Аэтия, называемаго и Аномеем, прямо соприкасается с теми, которые допускают, что Сын есть тварь. Ибо все сотворенное неподобно Сотворившему, хотя и уподобляется по благодати. И Творец неподобен сотворенному, хотя потщился украсить оное разными красотами, разве только отпечатлевается в нем некоторое подобие и отображение только при сравнительном созерцании. Учение Аэтия имело силу у Ариан, признававших Сына Божия и Духа Святаго сотворенными, но впоследствии будучи лишен общения от самих Ариан, именно от Евдоксия, Минофила и других, он изобличил их пред царем, сказав: как все они думают, так и я думаю, во что у меня говорится прямо, то они скрывают, и что я открыто заявляю и исповедаю, все они говорят тоже, но скрытно. Тогдашний царь был не против лицедейства Ариан, но думал, что они учат благочестиво. Впрочем, он с негодованием отказывался признавать Сына Божия тварию и поэтому приказал сослать Аэтия в ссылку, как выше сказано.

Глава 4

С этого началась ересь, и от одного предположения поднявшись мыслию к большему произведению зла, Аэтий страшно уязвил и свою душу и ему поверивших. Он после того так увлекся мечтанием, что и сам и наученные им стали говорить: «я так отлично знаю Бога и так разумею Его, что столько не знаю себя, сколько знаю Бога». Многое и другое мы о нем слышали, именно, как страшно ухищрялся диавол посредством его погубить души людей, им уловленных. Ибо нет у них заботы ни о святости жизни, ни о постах, ни о заповедях Божиих, ни о чем другом, что предписано от Бога людям для жизни. Но у них готово слово на все. С ними то же бывает, что с человеком, который сбросил весь груз с корабля, а оставил одну какую-нибудь вещь из лежавших в корабле, например, глиняный сосуд, или какой-либо другой, как будто бы ему можно было с помощию одного сосуда проплыть все море и получить спасение от потопления; а когда он случайно выпадет и человек от сосуда не получит пользы, какой ожидал, тогда, поглощенный волнами, он потерял и товар и собственную безопасность. Таков и Аэтий и происшедшие от него Аномеи: выставляя на вид изречение, сказанное Господом в Евангелии, они приводят слова, а силу их неправильно понимают и заблуждаются. Когда с ними встретится кто-нибудь и напомнит им о заповедях, они говорят на это: Бог ничего другаго не требует от нас, как только чтобы мы знали Его, как и Христос сказал: «Отче! даруй им жизнь иметь в себе: се же есть живот, да знают Тебе единаго истиннаго Бога, и Егоже послал еси Иисус Христа» (Ин. 17:3). Мы слышали от некоторых, которые прямо слышали от самого Аэтия, о том, как некоторые из них были уличены в блуде с женщиною и за то подвергались осуждению. Но Аэтий не строго отнесся к этому, а напротив усмехался, говоря: это ничего не значит; это телесная нужда и отправление, то же, что ковыряние в ухе (мне стыдно говорить, как этот грязный человек изъяснялся); взявши перо, или прутик, мы ковыряем в ухе и таким образом прекращаем в нем зуд: так и это случается по природе, и кто это сделает, не грешит.

Глава 5

И много такого говорил этот человек и учил ложно и нечестиво, так что из самых дел оказывалось, кто он такой. Но нам дадут ясный свет слова Господа, Который сказал: «внемлите от лживых пророк, иже приходят к вам во одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы: от плод их познаете их: еда объемлют от терния грозды, или от репия смоквы?» (Мф. 7:15–16). Так и его дерзость безсмыслия, когда он раскрыл необузданныя уста против Владыки и не стыдится хулить своего Господа, там и здесь изобличается, дабы люди разумные, попробовав плодов его необузданности и лживости, не стали собирать подобных плодов. Ибо с терновника не может быть собираем виноград, как и от злоучения не может произойти святость. Итак вот что было и случилось с Аэтием, как мы слышали. В учении его, как я сказал, много такого, что явилось вследствие его неистовой гордости, дерзнувшей возстать против Господа, но я предложу из многаго немногое, и для опровержения этого скажу, что даст Господь. У этого Аномея видно искажение веры и подбор слов: слова берутся из Писаний, но они заключают не тот смысл и имеют другую силу, между тем у него принимаются не так.

Глава 6

В начале он разсуждает так: «не может нерожденное быть подобно рожденному, потому что то и другое различается самим названием: одно – нерожденное, другое – рожденное». Все это глупо и привело Аэтия к безумию. Если мы станем искать родителя для нерожденнаго, так, чтобы не потерять истиннаго мнения о Христе, тогда найдется уже не один Отец, и не отец отца, но безконечные отцы отцев, и будет уже не один Бог, вечно сущий, ничего не имевший прежде Себя и всегда пребывающий, от котораго родился и существует истинный, единородный Сын и Святый Дух, от Него происшедший, но будут искомые многие боги, и таким образом все наконец будет обманом, а не истиною. Но нам нужно, как и действительно, знать единаго Бога, Отца Господа нашего Иисуса Христа, от Котораго и Дух Святый, от Отца исходящий и от Сына приемлющий. Это есть единое Божество, един Бог, един Господь, Отец и Сын и Святый Дух. Ни Сын, ни Святый Дух не есть какое-либо слияние со Отцем, но Отец есть Отец, Сын – Сын и Святый Дух – Святый Дух, три совершенных, единое Божество, един Бог, един Господь, как мы много раз при разсмотрении всех ересей передавали такое славословие о Боге. Итак, поелику един есть Бог, то нельзя предполагать другаго Бога, кроме сущаго; Отец есть дивно нерожденный и несотворенный, и единородный Сын Божий, от Него рожденный, не есть неподобен Ему во всем, но одинаков со Отцем и равен Ему по всякому достоинству, хотя Он рожден, а Тот нерожден. Если Он совершенно родил из Себя Сына, то невозможно Сыну не быть равным и подобным Отцу. Ибо все раждающее раждает подобное себе, и не только подобное, но и равное тождеством. Человек раждает человека и Бог – Бога; человек – от совокупления телеснаго, а Бог неизъяснимо един родил Единороднаго, ни истечением каким-либо, ни сжатием, ни расширением. Но будучи духом, Отец безначально и безлетно родил из Себя Сына, подобнаго Ему во всем и равнаго, как говорит святое Евангелие: «искаху Его Иудее убити, яко не токмо разоряше субботу, но и называл Себя Сыном Божиим, равен ся творя Богу» (Ин.5:18). Каким же образом Он неподобен Отцу и не равен с Ним во всем, когда Он имеет жизнь в Себе и говорит: «якоже Отец воскрешает мертвых, тако и Сын воскрешает мертвых» (Ин.5:21)? И еще говорит: «видевый мене виде Отца» (Иоан. 14, 9). Не может быть отличен Тот, который показует Собою Отца и говорит: «знающий Меня знает Отца», и еще: «видевый мене виде Отца». Что Он не инаков сравнительно с Отцем, на это указывают Отец и Сын: «сотворим человека по образу нашему и по подобию» (Быт. 1, 26). Итак если бы Сын не был подобен Отцу, то каким бы образом человек сотворен был до образу и по подобию? Отец не сказал: «сотворим человека по образу моему», или «по образу Твоему», но «по образу нашему». Словами: «по образу нашему» Он показал не только равенство и подобие Сына со Отцем, но и то, что Сын тождествен с Ним во всем и не отличается от Него.

Глава 7

Как же Сын не может быть равен и подобен, когда Он говорит: «Аз во Отце и Отец во Мне» (Иоан. 14, 10)? Он не только говорит это в Евангелии, но и Исаия, пророчествовавший Святым Духом, знал, что Сын во Отце и не чужд Отца и не отличен от Него, как показывают слова его, которыя в еврейском читаются в таком виде: «ффоу саарим, уиавотон садик, сомир, еммунио, иесросмоох, фезар салом салом, хивак ватоу, ветув валдонаи аддоф, хиваиа адонаи содолемим»61.

По переводу Акилы читается так: «отворите ворота, да войдет народ праведный, хранящий веру, здание укрепленное, ограждение мира, потому что на него уповает он; уповайте на Господа до века, потому что в Господе Господь, утвердивший веки». У седмидесяти читается так: «отверзите врата, да внидет хранящий истину и приемлющий истину и хранящий мир, яко на тя надеяшася, Господи, до века, Боже великий, вечный». (Ис.26:2–5). Пусть заметит читатель, что у седмидесяти вместо: «в Господе» поставлено: «Господи великий». И сколько можно говорить об этом? Но я опасаюся, чтоб не доставить излишняго обременения продолжением речи об этом предмете. В Божественном Писании все ясно для тех, которые желают приступить к слову Божию с благочестивою мыслию и не повергать себя в бездну смерти под влиянием диавольскаго действия, подобно этому жалкому Аэтию и поверившим ему людям, которые ополчились против истины более всех, бывших до них, хульников на Бога и Его веру. Но не на этом только утверждаясь, мы сказали, что не может Сын быть неподобен Отцу. Он не только подобен, но и равен, тождествен по Божеству, тождествен по вечности и силе. Мы не называем Его тождесущим (ταὐτούσιον), чтобы этим словом, некоторыми употребляемым, не уподобиться Савеллию. Но мы называем Его тождественным по Божеству, и сущности, и силе, по всему равным Отцу и Святому Его Духу. Мы называем Его единосущным (ὁμοούσιον), как содержит святая вера, дабы частицею: ὁμὲ ясно обозначить совершенство лиц, именно, что Сын от Отца, совершенный от совершеннаго, совершенный и Дух Святый.

Глава 8

Эти люди уловлены будут одним, двумя, тремя свидетельствами. Если Сын признается рожденным от Отца, то по необходимости он будет признан подобным Родившему. Очевидно, что, называя Сына порождением, Аэтий разумеет и верует, что Он тварь, что называется Он Сыном только по благодати, как додумался до того этот знаток небесных пределов, делитель неразделимаго и измеритель нашего спасения во Христе. Но учение всех таких людей, которые допускают, что Сын есть тварь, падает; так падет и его учение. Я спрошу его по всей справедливости: скажи мне: что говоришь ты о Сыне Божием? Называешь ли Его тварию, или порождением? Если считаешь Его тварию, не прикрывай лукаво поругания, называя его порождением Отца. Ибо все сотворенное не есть рожденное; и если рожденное, то несотворенное. И так перестань произносить слово: рожденное, ибо не свойственно тебе устами произносить хотя в одном слове речения истины. Но выскажи все твое ухищрение, дабы мы знали, кто ты таков, и таким образом избежали коварства твоего, уловитель души и обманщик поверивших тебе! Покланяешься ты Сыну Божию, или не покланяешься? Да, говорит, покланяюсь Ему. Богу покланяешься, или нет? Да, говорит, Богу покланяюсь. Какой же это будет Бог, котораго ты называешь сотворенным и покланяемым? Как будто покланяемый Бог сотворил только Одного и Ему повелел покланяться, между тем как все другое не хочет сам сотворивший делать предметом поклонения, но осуждает покланяющихся, научая посредством закона: «не сотвори себе подобия, да не поклонишися ему ни на небеси, ни на земли, ни в водах» (Исх.20:4). И Апостол говорит: «послужиша твари паче Творца и объюродеша» (Рим.1:22, 25). Почему же не повелевает покланяться всему этому? Разве есть лицеприятие у Бога? Да не будет! Тем самым, что одному должно покланяться, Он показал, что покланяемый есть совершенно инаковый от твари, и тварь, которой покланяются, есть инаковая от покланяемаго Господа, Сына Божия, рожденнаго от Отца. А потому, что Сын родился от Него и Ему подобен и равен, Он и есть покланяем от всех. Им сотворил Он все и «без Него ничтоже бысть» (Ин. 1:3). В Нем и в Святом Его Духе, от Него изшедшем и от Сына приемлющем, Отец сотворил и утвердил все: «словом Господним небеса утвердишася, и духом уст Его вся сила их» (Пс. 32:6). Когда сказал Единородный, как и выше у меня сказано: «да знают тебе единаго истиннаго Бога, и егоже послал еси Иисус Христа» (Ин.17:3). Он отделил себя от твари. Так и Апостол говорит: «един Бог, из негоже вся и мы тем, и един Господь Иисус Христос, имже вся и мы тем» (1Кор. 8, 6). Видишь ли, как указал на единаго Бога Отца и на единаго Господа, от Него рожденнаго? Не сказал: «един Бог и един Господь со всем, от него произшедшим», но: «един Господь, имже вся». Если же един Господь, которым все сотворено, то Он не есть один из всех, но есть Творец всего, Создатель всего сотвореннаго.

Глава 9

Сын, от Отца рожденный и от Отца произшедший, Которым все сотворено, неподобен всему, так как Он есть творец всего; поелику «един Бог Отец, из негоже вся и един Господь Иисус, имже вся». Вышеприведенныя слова соединяются словами «един» и «един», а слова: «из негоже» и «имже» ясно указывают, на Сына, произшедшаго из Отца; слова же: «имже вся» удивительно разъясняют, что Сын отличен от прочих существ, и тем показывают, что существует Отец и существует Господь, Единородный Сын от Отца. Говорил же это Апостол по внушению Духа Святаго, по этой причине не имел нужды упомянуть о Духе, не потому, будто Дух не спрославляем Отцу и Сыну, и не потому, будто Он обозначается в ряду всех существ, сотворенных Сыном. Достаточно было того, что в твердом исповедании Сына Он сопричислен к Отцу и Сыну в следующих словах: «шедше крестите во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф.28:19). Итак, когда говорил Апостол, или лучше, когда говорил в нем Дух Святый, Он не сказал о Себе; потому что знание о нем было ясно и со стороны Иудеев не подвергалось сомнению. Возвещение о нем откладывалось до другаго времени, дабы Святый Дух не свидетельствовал Сам о Себе. Апостол водим был Святым Духом и говорил об Отце и Сыне, дабы тем указана была Троица, присно сущая и никогда не престающая существовать. Не удивляйся, когда услышишь: «един Бог, из негоже вся и един Господь, имже вся». Назвавши Сына Господом, Апостол вовсе не отрицал, что Господь есть вместе и Бог; а сказавши: «един Бог имже вся», не отрицал, что один и тот же есть Бог и Господь. Ибо вместе и Господь и Бог, и Бог и Господь, и никакого нет несогласия в словах, истинно возвещенных нам от Бога чрез Апостолов для нашего спасения. Но Аномей и произшедшие от него, оставивши путь истины, заблудились, худо поняв изречения Божии, и наконец, уклонившись в разсуждения и в разглагольствия о словах, отступили умом от истины и отпали от небеснаго. Если бы они захотели предать ум свой просвещению евангельскому, их изобличило бы всякое слово. Ибо нигде Единородный по пришествии во плоти не говорит: «сотворивший Меня Отец послал Меня»; и Отец нигде, ни в Евангелии, ни в Ветхом Завете, не говорит: «я сотворил вам Сына», но говорится: «Отец посла мя» (Ин.5:36), и еще: «от Отца изыдох и иду» (Ин.16:28), и еще: «сый в лоне Отчи» (Ин. 1:18) и еще: «Слово бе к Богу и Бог бе Слово» (Ин. 1:1). И многое можно привести на мысль относительно нашего спасения, дабы не увлекаться хитрым учением этого диавола. Ибо диавол, желая погубить род человеческий по зависти к славе человека, придумал различныя хитрыя средства, во-первых, неведение, во-вторых, идолослужение, потом худой образ жизни, теперь же наконец обман и обольщение посредством ересей, дабы всячески отвратить человека от небеснаго.

Глава 10

Вот сколько может сказать против тебя, Аномей, ум нашей мерности! Прекрасно называешься ты Аномеем, т. е. неподобным, потому что и нравами и мыслию ты отступил от людей обладающих мудростию Божиею и имеющих истинную веру. Не потому ты стал не похож на людей, что будто бы преуспел в добре, но потому, что ты уклонился от пути истины и стал потому не похож на сынов Церкви; восхотев Сына Божия, равнаго Отцу, называть неподобным Отцу, ты сам стал неподобным, заслужив это название и не будучи подобен спасаемым в Боге.

Но чтобы не тратить время в изследовании его вопросов, мы изобличим его учение его же словами, которыя он сам высказал в диалектических писаниях к некоторым. Он выказал диалектику, полную обмана, в своем сочинении, которое не заключает в себе ни одного слова безукоризненной и чистой веры, благоустроенной Духом Святым и кротким. Но прежде всего я почел нужным поместить здесь сполна дошедшее до нас его сочиненьишко, дабы сделать против него опровержение посредством его самого.

Вот это сочинение Аномея Аэтия

Глава 11

Поелику во время гонения, открытаго против нас современниками, некоторые из них, захватив себе частным образом вместе со многим другим написанное нами сочинение о нерожденном и рожденном Боге и испортив оное вставками и сокращениями, издали оное, изменив веденный там порядок, то, когда пришел к нам некто из ученых и принес оное нам, я признал необходимым, как сочинитель, очистив это сочинение послать оное к вам, все благочестивые подвижники и подвижницы, дабы вы могли знать, что сочинение наше написано по мысли святых Писаний.

При помощи его вы краткими замечаниями будете в состоянии остановить всякаго человека, безстыдно решающагося возражать вам о нерожденном и рожденном Боге, а всего более вышеупомянутых людей. Я расположил оное в виде стихов, присоединив возражения и решения, с доказательствами удопонятными и ясными, и начав речью о нерожденном Боге.

1. Если нерожденный Бог может сделать рожденное нерожденным, то, если всякая сущность есть нерожденна, ни одна из них не будет отличаться от другой по своей неподчиненности. Таким образом, как может кто-либо говорить, что одна сущность изменяется, другая изменяет, если он не допускает, что Бог производит не из готоваго вещества?62.

2. Если нерожденный Бог выше всякой причины, поэтому Он был бы выше и рождения. Если же Он выше всякой причины, очевидно, что Он выше и рождения. Ибо он не получил бытия от другой причины и Сам Себе не дал бытия.

3. Если же Он Сам Себе не дал бытия, не по немощи естества, но потому, что Он превосходит всякую причину, то кто допустит, что природа произведенная не имеет в сущности никакого различия от произведшей, когда таковая природа не допускает рождения?

4. Если Бог нескончаемо пребывает в нерожденной природе и если рожденное нескончаемо остается рожденным, то неправильное мнение о единосущном и подобосущном будет устранено; но так как та и другая природа постоянно пребывает в собственном достоинстве естества, то оне остаются несравнимыми по сущности.

5. Если Бог есть нерожденный по сущности, то рожденное родилось не разторжением сущности, но оно произведено произвольно. Ибо никакое благочестивое учение не допускает, чтобы одна и таже сущность была и рожденною и нерожденною.

6. Если бы нерожденное родилось, то что препятствует рожденному соделаться нерожденным? Потому что всякая природа стремится более к свойственному себе, нежели к несвойственному.

7. Если Бог не есть всецело нерожденный, то ничто не препятствует ему родить существенно. Если же Он есть всецело нерожденный, то Он не разторгся сущностию в рождении, но по своей воле произвел рожденное.

8. Если нерожденный Бог всецело одарен силою рождения, то рожденное родилось не существенно, так как всецелая сущность Его имеет свойство раждать, а не раждаться.

9. Если же сущность Бога изменившаяся в другой вид, называется рожденным, то сущность Его не есть неизменна, потому что произведение собственнаго Сына совершено чрез изменение.

10. Если же сущность Бога неизменна и выше рождения, то относящееся к Сыну должно быть признано одним только названием.

11. Если в нерожденном Боге порождение заключалось как бы в семени, то после рождения отвне приявши приращение, оно, так сказать, возмужало бы. Посему Сын есть совершенный не от того, чем он рожден, но от того, от чего приобрел приращение. Ибо то, что получает приращение от сроднаго ему, как состоящее из него, обыкновенно по преимуществу принимает название совершеннаго.

12. Если порождение было совершенно, то порождение совершенно в нерожденном, а не от того, что нерожденный родил оное. Ибо рожденная природа не может быть в нерожденной сущности, так как она была бы и не была одним и тем же. Ибо рожденное не есть нерожденное и нерожденное не было рожденным, потому что приписывать Богу какую-либо часть неподобную значит наносить Ему хулу и оскорбление.

13. Если Бог Вседержитель, имеющий нерожденную природу, не знает в себе природы рожденной, а Сын, имеющий рожденную природу, знает себя, каков Он, не будет ли тогда единосущие ложью, когда Один сознает Себя нерожденным, а Другой рожденным?

14. Если понятие: нерожденный не означает сущности Бога, но это ни с чем несравнимое название есть измышление людское, то Бог, не имея в своей сущности превосходства, соответствующаго этому названию, за измышление понятия: нерожденный, должен быть благодарен измыслившим оное.

15. Если нерожденность приписывается Богу отвне, то приписавшие оную превосходнее Того, Кому приписали, давши Ему название, высшее Его естества.

16. Если нерожденная природа не уступает рождению, то это так, как мы говорим; а если уступает рождению, то страдательное состояние рождения было бы превосходнее существа Божия.

17. Если рожденное неизменно по естеству по причине родившаго, то нерожденное есть сущность неизменяемая, не по произволению, но по достоинству сущности.

18. Если понятие: нерожденный означает сущность, то по справедливости различается от сущности рожденнаго. Если же нерожденное ничего не означает, то тем более ничего не означает рожденное. Каким же образом ничто будет противополагаться ничему?

19. Если слово: нерожденный противополагается слову: рожденный, то, когда за произнесением этого слова последует молчание, надежда христиан, основанная на различном произношении, а не на природе вещей, обозначаемой названиями, то появляется, то изчезает.

20. Если нерожденность ничего более не привносит к превосходству сущности, в сравнении с рожденностию, то Сын будучи превосходим Отцем только по названию, найдет лучшими Себя назвавших (нерожденным) Бога и Отца Его, а не самого названнаго.

21. Если нерожденная сущность превосходнее рождения, так как имеет самобытное превосходство, то она есть нерожденная самосущность. Ибо не по своей воле она превосходнее рождения, но по природе. Посему Бог, будучи самобытною нерожденною сущностию, никакому разуму не позволяет помыслить о рождении Себя, но отвергает стремление всякаго изследования и всякой мысли к рожденному.

22. Если понятие: нерожденный означает относительно Бога лишение и нет ничего нерожденнаго, то какой разум станет отнимать ничто от несуществующаго? А если означает что-либо существующее, то кто может отделить от сущаго то, что оно есть, – само от себя?

23. Если лишение есть отъятие свойства, то нерожденность в Боге есть или лишение свойства, или свойство, противное лишению. Но если она есть лишение свойства, то каким образом то, что не присуще Богу, будет к Нему сопричислено?

24. Если нерожденность есть свойство, то необходимо предположить рожденную сущность, дабы она, получивши это свойство, могла называться нерожденною.

25. Если же рожденная сущность была причастна нерожденной, то, потеряв свое свойство, она лишилась нерожденности. И так сущность была бы рожденная, а нерожденность – свойство.

26. Если же рождение указывает на переход, то очевидно оно означает известное свойство, будет ли оно преобразованием из какой-либо сущности, или будет тем, что называется рождением.

27. Если нерожденность есть свойство и рожденность свойство, то сущности первее свойств, а свойства, хотя оне и вторыя, предпочтительнее сущностей.

28. Если нерожденное есть причина рожденнаго по отношению к бытию, а рожденное, заключая свою причину в своей сущности, указывает на сущность, а не на свойство, ничего не заимствующее у нерожденной природы, то каким образом нерожденная сущность не была бы сущностию, а свойством?

29. Если всякая сущность есть нерожденна, какова напр. сущность Бога Вседержителя, то как можно называть одну сущность страстною, другую – безстрастною? Если же по состоянию нерожденной природы одна сущность остается чуждою количества и качества и, просто сказать, всякаго изменения, а другая подчинена страданиям, то если признать ее неизменяемою в сущности, необходимо допустить, что вышесказанное различие происходит случайно, или же более сообразно назвать действующую сущность нерожденною, а изменяемую – рожденною.

30. Если нерожденная природа есть причина рожденной, между тем нерожденное есть ничто, то каким образом ничто может быть причиною произшедшаго?

31. Если нерожденность есть лишение, а лишение есть потеря свойства, а потеря совершенно уничтожает предмет, или изменяет в другой, то как возможно название измененнаго свойства, то есть нерожденность, приписывать сущности Бога?

32. Если нерожденность указывает на лишение, не присущее Богу, то каким образом мы скажем, что Он есть нерожденный, а не есть рожденный?

33. Если нерожденность есть только название по отношению к Богу и это название возвышает существо Божие над всем рожденным, значит, людское название почетнее существа Вседержителя, так как оно украсило Бога Вседержителя несравненным превосходством.

34. Если со всем рожденным связана причина, а природа нерожденная не имеет причины, то нерожденность не указывает на причину, но означает существо.

35. Если все происшедшее произошло от другаго, а нерожденное существо не произошло ни от себя, ни от другаго, то необходимо нерожденность выражает сущность.

36. Если нерожденное существо является в сущности рожденнаго, как причина, имеющая сравнительно со всякою причиною неизменяемость, то оно есть ни с чем несравнимая самосущность, не отвне проявляющая неприступность, но сама будучи ни с чем несравнимою и неприступною, поелику она нерожденна.

37. Если Вседержитель превосходит всякую природу, то превосходит по причине нерожденности, которая есть причина существования для всего рожденнаго. Но если нерожденность не выражает сущности, то откуда природа предметов рожденных получит свое сохранение?

38. Если ничто из невидимаго не существует в семени прежде самого себя, но пребывает в отдельной природе, то каким образом нерожденный Бог будучи свободен от отделения, то видит в рожденном свою сущность, как вторую, то как первую в нерожденном, сообразно с порядком числ перваго и втораго?

39. Если Бог пребывает в нерожденной природе, то должно отнять от него знание самого себя в рождении и нерожденности. Если допустить простертие Его сущности в нерожденном и рожденном, то Он не узнает своей сущности, отвлекаемый рождением и нерожденностию.

40. Если же рождение, хотя и причастно нерожденному, но нескончаемо пребывает в природе рожденнаго, то оно позвает себя в несовершенной природе, не сознавая причастности нерожденному. Ибо невозможно иметь о себе знание и как о нерожденной и как о рожденной сущности.

41. Если же нерожденное есть нечто неважное по причине склонности к изменению, то достоинство природы состоит в неизменяемой сущности, а между тем нерожденная сущность признается выше всякой причины.

42. Если нерожденное изъято от всякой причины, и существуют многия нерожденныя, то они будут иметь неизменяемую природу. Ибо нельзя допустить, чтобы соделавшись причастною природы общей и особенной одна сущность творила, а другая была производима.

43. Если всякая сущность нерожденна, то ни одна не будет отличаться от другой по своей неподчиненности. Каким же образом может кто-либо сказать, что одна изменяется, другая изменяет, если он не допускает, что Бог производит не из готоваго вещества?63.

44. Если всякая сущность нерожденна, то всякая неизменяема. А если сущность имеет свойство неизменяемости, то должно приписать ей действие и страдание самопроизвольное.

45. Если существует много нерожденных и неизменяемых, то нельзя будет исчислить их различия. Ибо нельзя исчислить различающееся ни вообще, ни в частности, так как всякое различие указывает на некоторое отделение причины от обособленной нерожденной природы.

46. Если нерожденный и Бог указывают взаимно на одно и то же, то нерожденный родил нерожденнаго. Если же нерожденное указывает на одно, а Бог на другое, то не неуместно Богу родить Бога, так как тот и другой получил бытие от нерожденной сущности.

47. Если же прежде Бога ничего не было, как и действительно не было, то Бог и нерожденное означают одно и то же, так как рожденное не допускает нерожденности, а потому и не может быть называемым вместе с Богом и отцем своим.

Саморожденный Бог, названный единым истинным Богом от посланнаго им Иисуса Христа, истинно существовавшаго прежде веков и истинно рожденной ипостаси, да соблюдет вас невредимыми от нечестия во Христе Иисусе Господе нашем, чрез Котораго всякая слава Отцу и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Конец сочинения Аэтия.

Вот начало растлевающих мнений Аэтия, которых только часть дошла до нас и которыя подлежат нашему опровержению. Говорят, что он написал триста глав, подобных этим, исполненных всякой хулы. Если начало этого сочинения, которое Аэтий составил и написал с коварством на пагубу некоторых, хвалясь, что оно содержит в себе доброе и изящное, прочитает человек опытный и сведущий, он найдет, что оно похоже на останки и кости умершаго и сгнившаго трупа змеи. Поэтому, собравши с начала до конца слова Божественнаго Писания, целебныя по действию Божию, мы в своем опровержении дадим противоядие желающим уврачеваться от его яда. Против каждаго положения его силлогистических глав мы предложим опровержение в следующем виде.

Предисловие Аномея Аэтия.

Поелику во время гонения, открытаго против нас современниками, некоторые из них, похитив, вместе со многим другим нарочно написанное нами сочинение о нерожденном и рожденном Боге и испортив оное вставками и сокращениями, издали оное, изменив веденный там порядок, – то, когда пришел к нам некто из ученых и принес оное нам, я признал необходимым, как сочинитель, очистив это сочинение, послать оное к вам – все благочестивые подвижники и подвижницы, дабы вы могли знать, что сочинение наше написано по мысли святых Писаний. При помощи его вы краткими замечаниями будете в состоянии остановить всякаго человека, безстыдно решающагося возражать вам о нерожденном и рожденном Боге, а всего более вышеупомянутых людей. Я расположил оное в виде стихов, присоединив возражения и решения с доказательствами удобопонятными и ясными, и начав речью о нерожденном Боге.

Опровержение. 1. Сделаю опровержение на слова твоего диалектическаго и силлогистическаго хвастливаго и пустаго сочинения, не опуская и не ставя на второе место ни одного из многих представленных у тебя длинных, или кратких положений. И прежде всего, пиша к подвижникам и подвижницам своей партии, ты сказал, что часть сочинения, которую ты имел в руках и которая у тебя состоит в вопросах, украли некоторые современники: но ты из самаго твоего сочинения можешь убедиться, что это название: похититель, скорее принадлежит тебе и наученным тобою, чтоб не сказать, увлеченным в заблуждение. Святая вера Божия существует от начала и всегда; она древняя и не стареющая, пребывает постоянно, утверждена на прочном основании и держится, имея своего безлетнаго Владыку. Поэтому она не есть временная, но всегда существует, сожительствуя с ангелами и украшая святых в род и род. А ты человек временный, обольщенный заблуждением и превознесшийся умом и выгнавший в безпорядке скот твоего стада на тернистое пастбище. Никто из древних не мыслил по твоему, Аэтий; ты пишешь против современников, но ты сам человек современный, а не древний. Тотчас же в начале вступления, когда ты сказал, что написал сочинение о нерожденном и рожденном Боге, ты изумил всех таким твоим блестящим началом речи, а я сделаю смешным твое разсуждение, наполненное столькими новыми словами.

2. Кто из чад христианских, имеющих спасительное учение Божие, привлеченный твоим баснословным вздором, оставив Бога присносущаго и Святаго присносущаго Его Духа, перейдет на твою сторону и станет слушать о рожденном Боге, чтоб и самому попасть в число глупцев, научаясь покланяться «твари паче Творца, иже есть благословен во веки, аминь» (Рим.1:25)? Мы не имеем Бога сотвореннаго, или созданнаго, но несотвореннаго и несозданнаго, рожденнаго от Отца безначально и безлетно. И если ты хитришь, желая рожденное (γεννητὸν) двусмысленно называть происшедшим (γενητὸν), я не приму твоей речи, хотя бы ты и не мыслил, что Сын меньше Отца вследствие рождения от Отца. Ибо «не объемлют от терния грозды, или от репия смоквы» (Мф. 7:16): и от человека заблуждающагося не может произойти правильное учение. И Господь налагал молчание на бесов, исповедавших его Христом (Лк.4:41). Ты говоришь, что твое сочинение написано согласно с мыслию Божественных Писаний: скажи мне, какое Божественное Писание научило покланяться Богу сотворенному? А что Бог нерожден, это очевидно всякому: но и это буквально не находится в Божественном Писании; несмотря на то, благочестиво мыслить и говорить так о Боге есть твердое основание в правильном и благочестивом соображении и в самом разуме. Ты говоришь еще, что ты составил главы на подобие стихов для того, чтобы называемые тобою подвижники и подвижницы, или лучше, участники в твоих заблуждениях, могли узнать, как краткою и округленною речью отвечать на каждое возражение. Посему к этим представляющимся тебе сильными софистическим твоим речам, выработанным тобою для опровержения более способных людей, а более с целию открыть уста против истины, приступаем мы – мелкие и простые и не важные, но низшие многих во святой Церкви Божией люди и составим, как я выше сказал, опровержение этой несостоятельной и весьма пустой болтовни.

3. Доселе сделано нашим смирением возражение против твоего предисловия. Теперь перехожу я по порядку к началу твоих глав и против каждаго положения и главы предложу возражения от Божественных Писаний и от здраваго разума и разрешение твоих логических вопросов, дабы рабы Божии и подвижники истины, прочитав и уразумев всю твою нелепицу, насмеялись и сказали: «презорство сердца твоего» соделало тебе сие (Авд.1:3): «ты рекл еси во уме твоем: взыду на небо и выше звезд небесных поставлю престол мой: сяду на горе высоце, на горах высоких, яже к северу, взыду выше облак и буду подобен Вышнему. Ныне же во ад снидеши, во основания земли», и так далее (Ис.14:13–15).

Вот самое начало глав Аэтия.

Аэтия глава 1. Если нерожденный Бог может сделать рожденное нерожденным.

Опровержение. Прежде всего нечестиво думать о Боге, будто для него есть что-либо невозможное. Правда, есть только нечто не приличествующее его Божеству и это не потому, чтобы Он не мог того сделать, но потому, что Богу, для Котораго нет ничего невозможнаго, не приличествует, например, злоба, так как зло невозможно для Его Божественной и всесильной благости и для Него Самого, как благаго.

И кроме того, если бы Бог признал благим соделать рожденное нерожденным, а между тем не мог бы хорошо привести в действие это благое, тогда бы в Нем оказалась потеря могущества, так как Он хотел сделать предположенное, но не мог. Если же нерожденное – хорошо и рожденное родилось в своем чине хорошо, так как состояние рожденнаго хорошо, поколику происходит от благаго Бога и у Него таковым признается, то Бог не восхощет хорошо рожденное соделать нерожденным, потому что он признал, что в таком виде оно хорошо. Поелику же состояние хорошаго не изменяется не вследствие невозможности со стороны Бога, но потому что оно в таком виде хорошо, то благ нерожденный Бог, благо и все во своем чине от Него происшедшее, хотя и не получило имени нерожденнаго. Бог не произвел сотворенных богов, дабы уничтожить стремление к превосходству одного пред другим, посредством именования одного большим, другаго меньшим, тогда как Божество неименуемо. Ибо если один Бог – нерожденный, другой Бог – рожденный, то при несообщимости естеств невозможно по естеству иметь общение в достоинстве имени, разве только по исключительной какой-либо милости, именно по соучастию, больший дарует это меньшему: и меньший иногда сам не назовет себя именем большаго, соворшенно зная, что чужд этого достоинства и имени по естеству. Всякий скажет тебе, Аэтий: «Бог бе Слово», а не: соделалось Слово Богом. Каким же образом Христос стал бы иметь это благороднейшее имя по естеству и был бы равен Отцу, если бы в достоинстве Христа оказалось что-либо соделанным? Или как можно отсечь слова: «Бог бе», когда слово: «бе» не допускает принять никакого, даже случайнаго, деления времени? Знай же, что безначальный Бог и нерожденный родил из Себя Бога подобнаго Себе, и не только подобнаго, но и по всему равнаго и не сотворил Его, дабы вследствие того, что сотворен и соделался не подобным, не уничтожит имени: Бог, по причине Его отличия и инаковости. Невозможно, чтобы раждающий раждал не подобнаго и неравнаго себе и чтобы рожденный был не похож на родившаго. Посему Сын сохраняет тождество со Отцем по естеству, согласно с евангельским свидетельством: «вся, елика имать Отец, моя суть» (Ин.16:15), то есть: Отец есть Бог, Бог и Я, Отец – жизнь, и Я – жизнь, и все прочее, что приличествует Отцу и Сыну и Святому Духу во едином Божестве, так как Троица не имеет ничего различнаго, и мы утверждены в совершенном знании, что безначально и безлетно существует ипостасное Слово Отчее и ипостасный Дух Святый от Отца и Сына.

Аэтия глава 2. Если нерожденный Бог выше всякой причины, поэтому Он был бы выше и рождения. Если же Он выше всякой причины, очевидно, что он выше и рождения. Ибо Он не получил бытия от другой причины, и Сам Себе не дал бытия.

Опровержение. Если нерожденный Бог выше всякой причины, а рожденный из Него рожден недостойно Его, и не в равенстве, однако же содержится в превосходном имени Отца; в таком случае рожденный наносит безчестие родившему, имея достоинство инаго имени сравнительно с произведенными тварями и не воздавая, как другие твари, чести Создателю. Ибо другие существа, кроме Его, воздают честь Создателю, не будучи равны Создателю, и не называясь именем Создателя, но будучи сотворены рабскими для славы Создателя, дабы от славных творений мы сравнителъно усматривали преимущество и превосходство над ними Того, Который выше этих славных произведений. А тот, кто не называется общим с другими названием и по единосущию с превосходнейшим поставлен с ним в единение достоинства, если будет иметь какое-либо различие от превосходнейшаго, то необходимо соделает умаление достоинства в превосходнейшем, потому именно, что общение рожденнаго с превосходнейшим имеет некоторое различие. Поэтому отрасль подобная из подобнаго и равная из равнаго нашею верою понимается не по плотскому разумению, но как Бог от Бога, Свет от Света, как Слово Отца ипостасное, так что сохраняется непреложная слава превосходнейшаго, потому что превосходнейший не имеет для себя виновника, но от себя раждает равнаго чистым и непостижимым существом, единосущнаго и ипостаснаго Сына Божия, Который есть образ не бездушный, но выражает род Отца, как говорит Божественное Писание, поставляющее рожденнаго в равенстве с родившим: «образ Бога невидимаго» (Кол. 1, 15). И дабы кто не подумал, что образ отличается от оригинала, Сам Отец, промышляя о правильности нашей мысли, наперед сказал: «сотворим человека по образу нашему и по подобию» (Быт. 1, 26). Здесь Он не отделил Себя от Сына, но употребил выражение одинаковое, относящееся, к двоим: «сотворим человека», дабы обозначить двоих, Себя и Сына, или и Духа Святаго, сказал бы я. И дабы показать равенство образа, не поставил двух слов, но сказал об одном образе, а словом: «нашему» указал на двоих, именно, что человек создается не по образу одного, но есть изображение подобия и равенства двоих, дабы совершенно ясно было, что все превосходнейшее во Отце и Сыне и Святом Духе пребывает в тождестве и не изменяется. Ибо Отец, или Сын, или Святый Дух восприял не от другаго естества и не дал другому естеству соучастия в своем естестве и достоинстве, и не вследствие какого-либо сечения, или истечения совершилось происхождение Единороднаго и Духа Святаго из Отца и произвело изменение в естестве, но как изначала превосходнейшее естество Отца всегда было нерожденно и несозданно, так Он ясно возвестил нам, что Он от вечности произвел от Себя превосходнейшаго Сына и Святаго Духа без всякаго изменения.

Аэтия глава 3. Если же он Сам Себе не дал бытия, не по немощи естества, но потому, что Он превосходит всякую причину, то кто допустит, что природа произведенная не имеет в сущности никакого различия от произведшей, когда таковая природа не допускает рождения?

Опровержение. Следует тебе, Аэтий, занимающийся горним и представляющий свое дело жалким, обуздать крайнее нечестие твоего дерзскаго ума, дабы и мы не показались неистовствующими вместе с тобою и побежденными таковым безстрашием, но советующими тебе и себе потребное к благочестию. Ибо когда ты с великим конечно заблуждением, но вместе с тем с притворным благочестием представляешь Бога в самом необходимом и свойственном Богу неподобным и неравным рожденному от Него, то тем самым, что совершенно несвойственно Богу, ты проповедуешь Его подобным тому, что не свойственно его Божеству. И прежде всего пуститься в такую глубину мысли о Боге есть плод нечестия и еще более неистоваго ума. Ибо сказавши, что Он есть причина Самого Себя, или что Он Сам Себе дал бытие, ты сам себя поразил двумя худыми подозрениями, изыскуя и доискиваясь о Боге, каким образом Он существовал, именно всегда ли существовал, Сам ли себе дал бытие, или существует случайно. Ужасаюсь и трепещу, следя за твоим нечестивым разсуждением. Оставь это, оставим и мы, всегда основательно и праведно имеющие мыслить о Боге и веровать, что Он всегда был Богом. Неразумно говоря и умозаключая, будто с целию оказать великую честь Богу, ты сказал, что Он Сам себе не дал бытия. По твоему Он и не дал себе бытия, если спасительная вера зависит от разсуждения и силлогизмов, когда слово берет подобие от самых низких и жалких тел. Никакая из тварей не есть причина для себя и не дала себе бытия, начиная от зверей до человека от людей до ангелов. Ибо ничто из сотвореннаго не дало себе бытия, но от Единаго Сущаго получило начало бытия. Остерегайся же посредством умозаключений, которыя ты придумал, насильственно, вопреки природе простираться к большему. Ты тогда совершенно будешь поражен, поелику Единородный равен и подобен Отцу, хотя имеет это достоинство от Отца по происхождению, или рождению. Нисколько поэтому Он не будет отличаться в равенстве с Отцем, также как и в подобии. Сотворенное не может дать себе бытия, тогда как превосходнейший и во всем совершенный ни от кого искони не имел начала, ибо не начинал бытия, но всегда был и всегда существует, хотя пребывает в тождестве и не дает себе бытия. При этом не должно изыскивать речений обоюдных, но иметь созерцание чистое, сообразно с благочестием.

И еще: когда ты сказал: если Он Сам Себе не дал бытия, не по немощи естества, но потому что Он превосходит всякую причину, то знай и сам ты, что не по причине немощи принадлежит Ему имя Сын, но потому что имеет достоинство единосущия, приличествующее Ему вместе с родившим. Поелику как Отцу вполне приличествует превосходить всякую причину: так и единому Сыну, происшедшему от единаго Отца и с единым Духом, приличествует то же единое Божество, не могущее допустить для себя никакой причины, не по немощи, но потому что превосходит все, произшедшее из небытия. Божество едино, изчисляемое в едином имени Троицы и возвещаемое просвещаемым в едином запечатлении имен Отца и Сына и Святаго Духа и не заключающее в себе ничего, отличнаго от себя; так что истинныя слова: Отец, Сын и Святый Дух вполне представляют равенство именования. Ты сказал еще: «кто допустит, что природа произведенная не имеет в сущности никакого различия от произведшей, когда таковая природа не допускает рождения?» И ты не замечаешь и не заметил, что ты себя самого сделал чуждым познания истины Божественной, не Духом Святым научаемый истине; но с помощию мудрости мирской, обращенной в безумие (1Кор 1, 20), пытаясь восходить к высшему. Посему первым последствием будет то, что и сам ты услышишь, что у тебя суетно все: ибо «весть Бог помышления мудрых, яко суть суетна» (Пс.93:11), потому что раждающий ипостасное Слово родил Его равным Себе Самому и не различным от Своего Божества, не по причине различия Рожденнаго, но потому, что совершенно неприлично нам было бы помышлять, что Сам Родивший родил Сына недостойным Себя Самого и не равным и подчиненным Родителю. Посему Он и сказал, что чрез Сына и ипостасное Слово «вся быша» (Иоан. 1, 3), чтобы не считать Его в числе существ произведенных, но во Отце подобным и равным, по причине того, что это соприличествует именованию Отца, всегда истинно сущим по существу, не пришлым, но истинным, как Сына единосущнаго, от Него рожденнаго.

Аэтия глава 4. Если Бог нескончаемо пребывает в нерожденной природе и если рожденное нескончаемо остается рожденным, то неправильное мнение о единосущном и подобосущном будет устранено; но так как та и другая природа постоянно пребывают в собственном достоинстве естества, то оне остаются несравнимыми по сущности.

Опровержение. Если Бог, как ты говоришь, нескончаемо и постоянно пребывает в нерожденной природе, природа же Бога вечно, нескончаемо сохраняет свое достоинство, не почему-либо другому, но потому, что Он Сам Собою есть Бог и Сам по Себе – вечен, то и Рожденное должно быть единосущно, коль скоро Оно получило у тебя имя безконечнаго, как ты лукаво давши это имя Сыну, удостоверительно повел разсуждение об Его природе: ибо ты дашь это имя и принужденный исповедать во всем неприступное и необъятное имя безконечнаго. И так каким образом рожденное не будет единосущным? Когда казалось, что ты говоришь в шутку, посредством употребленнаго во зло имени попытавшись оскорбить истину, то изобличаешься из самых слов, которыя ты сказал: потому что или припишешь конец Тому, котораго ты хулишь как различнаго по естеству, или, определивши Его как безконечнаго, принужден будешь представлять Его во всем неизменным и неразличным от естества, достойнаго, безконечнаго, так как и истина не дозволяет считать Сына имеющим конец, потому что «царствию Его, – говорит Писание, – не будет конца» (Лк.1:33), по причине того, что Он всегда царствует со Отцем и со Святым Его Духом. Все, имеющее начало, будет иметь и конец, если того желает приписывающий бытие восприявшему начало; но что принимается в отношении ко всему другому, то не может быть принято в отношении к Сыну: ибо Он всегда есть от Сущаго, никогда не прекращая Своего бытия. Посему Он и был, и есть, и будет единосущным, единый от единаго и ни в чем не отличаясь от Него по существу, но по достоинству имен Божество пребывает в тождестве, и не имея слияния, и не придавая Себе Самому начала бытия, и не приемля в Себя чего-либо неподобнаго Себе, всегда есть и никогда не прекращая бытия, соприличествуя Себе, всегда пребывая и никогда не преставая быть в достоинстве Отца при Сыне и Сына при Отце и Святаго Духа со Отцем и Сыном: ибо Троица несравнима Сама с Собою, не принимая никакого разделения в достоинстве.

Аэтия глава 5. Если Бог есть нерожденный по сущности, то рожденное родилось не разторжением сущности, оно произведено произвольно. Ибо никакое благочестивое учение не допускает, чтобы одна и таже сущность была и рожденною и нерожденною.

Опровержение. Часто ты приходил к нам с выражениями: рожденное и нерожденное, тщеславясь именем Божиим, между тем, как ты погреб разум свой во всяком беззаконии. А оное (имя) вожделенно для всякаго имеющаго недостаток, будучи изобилием в том, в чем он имеет недостаток, к утешению, даже и тогда, когда он, если б не получил сего, только на устах носил оное. И ты, поелику являешься безбожным, хвалишься произнесением имени Его хотя на словах, так как не приобрел Его в действительности страхом, верою, надеждою и любовию к Нему. Или, быть может, для тебя достаточно было однажды произнести это имя, и не преступать предела установленнаго в последовательности? Ясно указание на тебя, сделавное нам Спасителем, что «от плод их познаете их» (Мф.7:16), в том, что облечен ты в шкуру овечью, внутри же – хищник и подобен волку (срав. Мф.7:15): ибо если б ты был рожденным от Святаго Духа (срав. Ин.3:6) и наученным от пророков и апостолов, то тебе должно было бы, прошедши от начала книги Бытия мира до времен книги Есфирь, то есть, двадцать семь книг Ветхаго Завета, считаемых в числе двадцати двух, также четыре святых Евангелия, и четырнадцать посланий святаго апостола Павла и содержащия в себе описание событий времен прежде бывших или современных им Деяния апостольския, соборныя послания Иакова, Петра, Иоанна и Иуды, Апокалипсис Иоанна и книги Премудрости, т. е., Соломона и сына Сирахова64 и вообще все Божественныя Писания, изобличить самаго себя в том, что ты пришел к нам с именем, которое нигде в них не упоминается, правда не неприличным Богу, но благочестивым в отношении к Нему, разумею имя Нерожденнаго, нигде в Божественном Писании не высказанное. Конечно, никто никогда не был столько безумен, чтобы мыслить Бога рожденным; но не было также и нужды одного Отца, ради Рожденнаго от Него, называть Богом нерожденным, дабы кто-либо не подумал, что это приложимо не только к одному Отцу, но и к Сыну и Святому Духу, так как правый разум и Святый Дух поучает всех сынов истины не считать этого предметом удивления, но признавать сообразным с тем, что требует направленный к благочестию разсудок и что заключается в нем самом относительно Бога. Поелику же Он есть нерожденный, и это исповедуется всеми нами, хотя от Писания нет буквальнаго подтверждения этому наименованию, но только от самих Себя, посредством умозаключений, то и должно знать это учение благочестия, что оно таково: ибо для чего в рожденном будет разделение существа, если оно по истине заслуживает имени рожденнаго в естественном и неизреченном, приличествующем Богу и безвременно и безначально Рожденному от Него смысле, истинном, а не превратном? Отсюда существо Его мы считаем не созданным и не чуждым, как тварное, но рожденным существенно и не иным от Родившаго. Посему и пребывает оно несозданным и не сотворенным, но рожденным из самаго существа Бога, не подчиняясь времени: ибо Родивший по истине не подчинился времени, чтобы произвести существо временное: потому что каково Рожденное, таков и Родитель, и каков Родитель, таков и Рожденный.

Аэтия глава 6. Если бы нерожденное родилось, то что препятствует рожденному соделаться нерожденным? Потому что всякая природа стремится более к свойственному себе, нежели к несвойственному.

Опровержение. Если нерожденное сотворило, а не родило, так что то и другое наименование принимается за тождественное и одно к другому не относится как по истине противоположное, то сила свойства того или другаго утверждается на разногласии, ничего не приобщая от одного к другому, разве только власть превосходить, как виновнику, достоинством естества все от Него созданное. Поелику же средину между обладающим силою творческою и творимым, Создателем и созидаемым занимает некоторое иное именование, приближающееся к имени – нерожденный, но удаляющееся от имени Творца, то невозможно, Аэтий, все сливать и скрывать от себя приобщение наименования совершеннаго по истинному свойству всегда сущаго и несозданнаго Сына в Его отношении к Отцу; невозможно, чтобы естество нерожденное и несозданное соделалось когда-либо созданным и, как бы раскаявшись в том, что создано, возвратиться снова к своей нерожденности, хотя ты плетешь нам и безчисленныя Аристотелевския вопросы, оставивши простое и чистое учение свыше и от Святаго Духа.

Аэтия глава 7. Если Бог не есть всецело нерожденный, то ничто не препятствует Ему родить существенно. Если же Он есть всецело нерожденный, то Он не разторгся сущностию в рождении, но по своей воле произвел рожденное.

Опровержение. И Бог есть всецело нерожден и не создан, и рожденный от Него не создан и умаляемый тобою, – плотский и душевный духовно востязуемый Аэтий (1Кор.2:14), Святый Дух, единственное и особенное имеющий исхождение от Него, не уподобляемый многому, Им и чрез Него и от Него созданному (ср. Кол.1:16). Посему ни Он не должен быть признаваем имеющим что-либо общее со всеми, ни кто-либо – приобщающимся достоинству Его: ибо все изчезает и удаляется и оставляет всякую умозаключительную вину от сего учительнаго изречения Божественнаго Писания: «никтоже знает Сына, токмо Отец, ни Отца, токмо Сын, и емуже аще откроет» (Мф.11:27). Открывает же чрез Святаго Духа не умозаключающим о Нем, но искренно и совершенно уверовавшим в Него. И ни судеб Его испытать ты не можешь, ни путей Его изследовать, по написанному (Рим.11:33), хотя пришел бы ты к нам, жалкий, по моему мнению, человечишко, с безчисленным пустословием.

Аэтия глава 8–10. Если нерожденный Бог всецело одарен силою рождения, то рожденное родилось не существенно, так как всецелая сущность Его имеет свойство раждать, а не раждаться. Если же сущность Бога изменившаяся в другой вид называется рожденным, то сущность Его не есть не неизменна, потому что произведение собственнаго Сына совершено чрез изменение. Если же сущность Бога неизменна и выше рождения, то относящееся к Сыну должно быть признано одним только названием.

Опровержение. Должно было бы не только тебя, Аэтий, но и всякаго «еретика по первом наказании отрицаться», как повелевает святое и мудрое слово (Тит.3:10): ибо ты уже самоосужден сам, навлекая на себя погибель, а не вынуждаемый другим. Кто будет милостив к тому, «иже себе зол» и ни для кого не является добрым (Сир.14:5)? Но дабы ты возращенных тобою в мире лжеучений не признавал за великия и способныя быть противоположенными истине, мы и сами терпеливо станем продолжать обоюду острым мечем, словом Христовым (Евр.4:12) отсекать тернистые корни твои, здравым относительно Бога, совершенным и истинным исповеданием: потому что слава милостивому Богу, показавшему тебя, каков ты есть, занимающий место Иуды, числившагося между учениками, но отделившагося, не Христов ум имевшаго, но от сатаны воспринявшаго отречение от Владыки своего! Ибо ты только на словах исповедуешь, что имеешь Сына Божия в разуме своем. И какая нужда в беседе с тобою, когда ты во всем пребываешь чуждым христиан, пророков, апостолов и евангелистов, мучеников и всех святых, имеющих легко изобличить тебя в день суда в том, что они до смерти претерпели подвергаемые пыткам, бичуемые, разсекаемые, зверям и огню подвергаемые и убийству меча, чтобы не отречься от Сына, как Сына Бога и от Него истинно рожденнаго? ибо Отец может родить только одного Единороднаго, а не другаго какого-либо еще после одного и извести65 Святаго Духа, а не другаго еще Духа; для произведенных же и всегда производимых от Него Он есть Создатель и Творец. Посему не много Сынов раждаемых и не много Духов, от Него исходящих, но то же самое Божество всегда в Троице пребывает и прославляется, и никогда ни прибавляется, ни престает, ни принимается за некогда не существовавшее. Поэтому и не в простом лишь именовании состоит достоинство Рожденнаго, хотя и многих братьев после Себя имел Он подобных Ему, как видно из сказаннаго: «сыны родих и возвысих» (Ис. 1:2) и еще: «родивый капли росныя» (Иов.38:28) и еще: «от него же всяко отечество на небе и на земли именуется» (Еф.3:15) и еще: не «един ли есть Отец ваш» (Мф.23:9)? и за тем: «сын мой, Иакове» (Ис.41, 8) и еще: «первенец мой Израиль» (Исх.4:22): ибо все сии, простым лишь словом будучи возведены от небытия к бытию, не по существу соделываются (сынами) в истинном именовании, но в несобственном смысле и по благодати. Посему чрез одного не по благодати и не простым лишь именованием называемаго Сыном, но Сына по истине создано все, от Одного чрез Одного, с исходящим от Него и приемлющим от Онаго Духом.

Аэтия глава 11. Если в нерожденном Боге порождение заключалось как бы в семени, то после рождения отвне приявши приращение, оно, так сказать, возмужало бы. Посему Сын есть совершенный не от того, чем Он рожден, но от того, от чего приобрел приращение. Ибо то, что получает приращение от сроднаго ему, как состоящее из него, обыкновенно по преимуществу принимает название совершеннаго.

Опровержение. 1. Если Родитель не исповедуется как безтелесный, то все у тебя пусть будет драмматическим сочинением. Сочиняя же драмму, ты кого-либо другаго не устрашаешь, но свой собственный ум устраняешь от истиннаго исповедания: ибо из Себя Самого Бог, будучи совершен, родил совершеннаго Сына, не иного помимо естества, так как он не есть не приличен для Родителя и не нуждается в воспринятии приращения отвне: потому что нет ничего более после существа Бога, чтобы Он мог дать это нуждающемуся в добавление к совершенству. Всегда безтелесный, всегда присущею Ему силою рождения Он родил безтелеснаго, всегда истинно совершенный – совершеннаго, будучи Богом – Духом и родивши Духа ипостасное Слово. Все нелепо у тебя Аэтия, воспаряющаго на небеса и мнения о Боге изследующаго на основании умозаключений и словоохотливаго твоего разсуждения, потому что сотворившему все из не сущаго и могущему все сделать в совершенстве по одному образцу, не имеющему нужды в воспринятии какого-либо придатка и утвердившему сие, ты приписываешь мысль о необходимости присоединения Божественности для возвышения Его существа и не равняешь Его даже с тем, что создано от Него: ибо сотворивши оное от начала совершенным, законом мерности Своей определил Он, чтобы возрастающее от него нуждалось в приращении, каково все то, что по порядку было и бывает, как-то: небо, земля, вода, воздух, солнце, луна, звезды и раждаемое из вод даже и до самаго человека. Ни небо Он не сотворил несовершенным, ни землю – еще более несовершенною, но совершенную землю, совершенное и небо, невидимое же и неустроенное тогда по причине недостатка того украшения, которое Он намеревался сделать ему. Создал же вместе и воду и первозданный свет, все сотворивши чрез Свет истинный, несозданный и животворящий, а потом – произрастающее из земли; но прежде сего твердь. Не было что-либо полусовершенным, но все в совершенстве; ибо сказано: «да изведет земля былие травное, сеющее семя по подобию на земле, и древо плодовитое, емуже семя его в нем по подобию на земли» (Быт.1:11). И видишь ли, как все произведенное тотчас же не нуждалось в воспринятии какого-либо придатка, но тотчас же, по повелению Божию, оказывается мужественным, так сказать, и совершенным? Отданное же человеку, подчиненное ему и даже в семенах своих отданное ему в обладание, передано не совершенным, для того чтобы человек познал Того, Кто всегда благодетельствует и доставляет всему бытие, будучи над всем и придатки каждаго творения делает ему же полезными.

2. Бог передал человеку землю с семенами, сделавши ее, так сказать, подножием его и передавши ему ее как бы матернюю утробу, чтобы повергаемое чрез него с разумением на землю в семенах из произведений сотвореннаго от Бога совершенным, как-то: дерев и других произведений, сам в мелких частях собравши как бы камешки из совершенных произведений и влагая в землю сию принял придаток от совершеннаго Бога к увеличению, дабы увеличилось во внешнем своем виде то, что им сеется; чтобы, познавши Подателя сего придатка, он считал Его Зиждителем и не отпал от истины. Ной, если и «насади виноград», то не написано, что он был содетель этого растения, но «человек делатель земли» (Быт.9:20): ибо Иной есть дарующий самобытность будущему, и иной – принявший от Него бытие и доверие на возделывание земли человек, дабы один возделывал нуждающийся в усовершенствовании придаток, а другой даровал совершенство чрез придаток к созданному от Него и возрастающему в совершенстве. Так бывает и в отношении к животным и птицам, скоту и пресмыкающимся и морским животным. Все в начале было совершенным по воле повелевшаго, изволением же премудрости ныне нуждается в придатке; ради духовной пользы владычествующаго на земле человека, для познания высшаго над всем Бога, подателя способности к осеменению и придатка возрастаний, Бога и Господа. По сему небесное и не руками человека сеемое, не раждающее и не раждаемое Бог оставил в совершенстве: ибо оно не преклоняет помышления человеческаго к навету и гордости тщеславия, как это можно сказать о солнце, луне и звездах: потому что луна не чрез рождение, ущерб и увеличение изменяется в образе своего движения, но чрез то, что она устанавливает и показывает времена, которыя Бог учредил для светил. И так, каким образом Бог телесное и подвергающееся и подвергаемое ущербу восхотел соделать прямо совершенным, а Того, Котораго родил из Себя, Единаго от Единаго, всегда сущаго у Родившаго Его, родил нуждающимся в придатке? И так перестань, Аэтий, предлагать нам пустыя Аристотелевския слова, так как для нас не обольщаемых им достаточно истиннаго учения Господа нашего, говорящаго: «Аз изыдох от Отца, и иду» (Ин. 16:28), так как сила сего изречения состоит не в злоупотреблении им, но означает существо совершенства и Божественнаго достоинства.

Аэтия глава 12. Если порождение было совершенно, то порождение совершенно в нерожденном, не от того, что нерожденный родил оное. Ибо рожденная природа не может быть в нерожденной сущности, так как она была бы и не была одним и тем же. Ибо рожденное не есть нерожденное, и нерожденное не было рожденным, потому что приписывать Богу какую-либо часть неподобную значит наносить Ему хулу и оскорбление.

Опровержение. Вводит Аэтий возражения, умозаключительными именованиями человеческаго измышления желая постигнуть Бога, и речениями как бы пытается умалять твердую надежду очевидной уверенности, неподобное сопоставив с неподобным и превратно противоположив речение речению, чтобы отсюда насильно вывести заключение, что Сын неподобен Отцу, что невозможно. Но он будет изловлен теми самыми умозаключениями, которым научил мир. Он говорит: если рожденное совершенно, то рожденное заключается в нерожденном, и не с того времени как нерожденный родил его: ибо естество рожденное не может заключаться в существе нерожденном; иначе бытие и небытие было бы одно и тоже: потому что рожденное не есть нерожденное, и нерожденное не было рожденным, так как признание какой-либо части в Боге не подобною содержит в себе хулу и оскорбление против Него. Он вполне обличается в извращении слов, так как Сын не может быть неподобен Отцу и неравен Ему в совершенном Божестве: ибо если он говорит вполне вынужденно, то против себя обращает слова, которыя высказывает, постоянно говоря о рожденном и нерожденном. Отсюда узнается и о созданном и несозданном, что одно с другим не может иметь общения в достоинстве, которое состоит во всецелой покланяемости: потому что, если всецело покланяемо неподобное, приравнимаемое к неподобному же, то уже не будет различия между речениями: один и весь, так как неподобие не может стоять на месте и в достоинстве своем, хотя в славе оное единое и превосходит все неподобное ему по причине неподобия всего одному, разобщающаго это все от одного. И да не будет, чтобы покланяемыми были: солнце, луна, звезды, земля или что-нибудь даже еще низшее сего и чтобы это именно и было едино с единым духом, что есть Троица единая, и Божество единое, и едино поклонение. Неужели же, если так умозаключать, то значит пребывать в истине, когда слова: один и все не подобны, и один Сын не равен всем, в переносном смысле называемым сынами? Ибо Он не есть со всеми, но чрез Него они все существуют. Так, что сначала у самого Аэтия поставлено как невозможное и служащее оскорблением и видом хулы против Бога по причине части в нем, о которой он сказал (каковая не есть часть различия, но равенства, так как Божество даже и неделимо на части, но всегда совершенно, при трех совершенных лицах, едино Божество), то есть, части не подобной, то самое напротив утвердило нас в истине исповедания веры нашей, чтобы не думать и не верить людям уже изобличенным по достоинству в их безразсудном Еллинском предположении, что должно покланяться всей твари, не подобной Отцу, покланяемому в Сыне, и Сыну во Отце со Святым Духом, Которому слава во веки.

Аэтия глава 13. Если Бог Вседержитель, имеющий нерожденную природу, не знает в Себе природы рожденной, а Сын, имеющий рожденную природу, знает Себя, каков Он, не будет ли тогда единосущие ложью, когда Один сознает Себя нерожденным, а Другой рожденным?

Опровержение. Сказал Аэтий, что Бог Вседержитель, имеющий нерожденную природу, не знает в Себе природы рожденной, – и оказался разделителем и пределоположником естества Божия, пытаясь, будучи человеком по естеству и однако ж желая познать то, что выше естества, познать это не на основании Писания, но на основании умозаключений человеческаго разсудка. Постоянно же и с начала своего слова, уже не как древние Ариане, желает, хотя и скрытно, называть Сына единородным. Во всем же усматривайте вы, сыны истины, как повсюду он желает, чтобы Сын был чуждым Отца и не вполне был причастен Божескому существу, как это он всегда дерзновенно высказывает: ибо когда он говорит, что Отец знает Себя нерожденным и не знает Себя в естестве родительском (способном к рождению), то напрасно у него Сын даже и одним простым речением называется Сыном. Опровергнется же слово его: ибо Отец и есть нерожденный и от века родил Единороднаго, будучи естества приличествующаго Себе Самому, в рождении одного только Единороднаго и в изведении Духа, один для одного Единороднаго Родитель, Который сопребывает с безначально раждаемым Сыном, будучи Дух, родивший также Духа, но не будучи телом телесно разделяемым, уменьшаемым или увеличивающимся и подвергающимся делению. Посему у всех других родивших и раждаемых бывает нужда во многом, здесь же не подобное всему сущему достоинство Единаго с Единым. Поэтому и Сам рожденный изрядно от непостижимо родившаго, как нерожденнаго, рожден как соприличествующий Родителю. И Сей более не раждает, то есть, по существу, чтобы тем самым, что Он не раждает по существу и тем, что Отец не рожден, с той и другой стороны сохранена была вся слава достоинства в одном единстве достоинства Бога Отца совершеннаго, и Сына совершеннаго и совершеннаго Святаго Духа. И по сему, единосущия не признает ложью ни Божественное Писание, ни благочестивый разсудок, наученный благочестиво мыслить об Отце, Сыне и Святом Духе, прославлять Троицу и покланяться Ей, от Бога приявши благодать.

Аэтия глава 14. Если понятие: нерожденный не означает сущности Бога, но это ни с чем несравнимое название есть измышление людское, то Бог, не имея в Своей сущности превосходства, соответствующаго этому названию, за измышление понятия: нерожденный, должен быть благодарен измыслившим оное.

Опровержение. И понятие: нерожденный, как мы говорили, состязаясь с Аэтием, и чего не отрицаем, хотя и не употребляется в Божественном Писании, однако же благочестиво придумано. Называя же Отца нерожденным, мы и исповедуем Его нерожденным; не отрицаем и того, что Сын рожден, но не создан: ибо, если мы сделали определение, что Сын рожден, то не можем отрицать того, что Он имеет существо от Бога Отца, Который рождением произвел Его, а не создал.Так как ты желаешь себя самого совращать с пути истиннаго, все вкривь и вкось разсуждая о рожденном и нерожденном (ибо ничего иного и не делаешь), то и сам об умозаключениях человеческих, о возражениях на основании умозаключений и человеческом суемудри послушай сказанное: «прилежит помышление человеку прилежно на злая от юности» (Быт. 8, 21). Мы скажем и сами, что много более неприлично Богу несозданному создавать созданное и несотворенному творить. Невозможно предположить, чтобы несозданный создавал созданное и не появившийся на свет творил будущее, если, по словам Аэтия, неприлично нерожденному раждать. Поелику же твари видимы и существующее в природе по большей части является пред нашими очами, не делая неприличия Богу несозданному тем, что от Него создано, то дабы перенесение несравнимаго (имени) на изменчивое состояние сотвореннаго более не считалось у Аэтия неприличным, вместо приличествующаго, – должно искать иного Бога несозданнаго, иного же созданнаго и могущаго создавать по своему подобию. Для созданнаго же и могущаго создавать, но не самобытнаго, а созданнаго должно искать и иного виновника сего и представлять его иным от сего. И велико будет суесловие помышлений глубокаго заблуждения, так как их разсудок не установился на добрых основаниях, но исполняет на себе сказанное: «безумными стали рабы Бога и обуя всяк человек от разума» (Иер.51:17, 10:14): «никтоже бо себе живет и себе умирает» (Рим.14:7). И никто не может познать что-либо без помощи Бога, открывшаго нам истинную веру Свою в словах: «Сей есть Сын Мой возлюбленный: Того послушайте» (Мф. 17:5) и без помощи рожденнаго от Него, открывшаго нам Отца Своего и говорящаго: «Аз от Отца изыдох, и иду» (Ин.16:28). И не от наименования человеческаго Бог имеет оную несравнимость, и с другой стороны от этой несравнимости не ниспровергается достоинство истиннаго ипостаснаго Слова Божия, безначально, единосущно рожденнаго от Отца, равно как ни за то, ни за другое из этих имен Бог не обязывается благодарностию изобретению ума человеческаго: ибо не приемлет Божество, в придаток к имеющемуся у Него, достоинство или приложение, напротив Само Божество всем дарует от полноты Своей (ср. Ин.1:16), всегда пребывающей в тождестве и не уменьшающейся, но в собственном существе всегда носящей достоинство имени, и силы, и существа.

Аэтия глава 15. Если нерожденность приписывается Богу отвне, то приписавшие оную превосходнее Того, Кому приписали, давши Ему название, высшее Его естества.

Опровержение. Никто не превосходнее Бога, вот мое слово Аэтию, так помыслившему. Так говорит истина, ибо каким образом кто-либо может быть превосходнее Бога, когда все от Него получило бытие? Так как Бог есть виновник созданных от Него существ разумных и неразумных, видимых и невидимых, то Он и превосходнее их всех, хотя разумныя существа обладают и правым разумением благочестия, чтобы отчасти воздавать Ему лучшую честь. Но и все вместе собранныя и представляемыя еще в большем сего числе существа, напрягающия силы свои к восхвалению Бога, не вмещают в себе совершенства славы Его, так как Оное высшее существо превосходит ум Ему подчиненных существ, хотя по силе и сверх силы они и напрягаются к песнословию существа превосходнейшаго: ибо Оно превосходнее не в слове, но в силе, имени и разуме. Кроме того славословие превосходнейшаго от подчиненных Ему существ не сделает различия между одним несравненным и другим таковым же: ибо оно знает превосходнейшее в Отце, состоящее в Его нерожденности, равно как и превосходнейшее от Него рожденное. Посему правое, дарованное от Бога людям разумение и исповедует Сына единосущным, дабы, помысливши о неподобосущии Сына со Отцем, не произвести разделения в превосходнейшем и чистом совершенстве, по силе знания того, что во истину родившийся от родившаго без сравнения возвышается над всяким умом по Своему превосходству.

Аэтия глава 16. Если нерожденная природа не уступает рождению, то это так, как мы говорим; а если уступает рождению, то страдательное состояние рождения было бы превосходнее существа Божия.

Опровержение. 1. Говорить о страдательном состоянии в Боге совершенно нечестиво: ибо Божество совсем не объемлется страстями, и так как Оно превыше того, что встречается в душе каждаго из нас в отдельности, то во всяком случае опровергается слово Аэтия: потому что все, страстно совершающееся в нас, в Боге происходит безстрастно. В нас отчасти есть страсть хотеть чего-либо, не говорю хотеть быть благочестивым, но хотеть что-либо делать, что выше природы нашей, вследствие невозможности совершить соответствующее хотению, как например для человека летать, носиться в воздухе, постигнуть жилы водной глубины, увидеть основание земли и подобное сему. Но насколько во мне содержится страстнаго, настолько в Боге есть безстрастнаго. Посему все, что Он хочет, может делать, так как естество у Него не противодействует изволению, наше же естество, насколько в нас есть стремление к невозможному, противодействует воле. И если мы сказали, что Бог делает, что хочет, то да не подумает кто-либо, что Он делает таким образом и неприличествующее Ему. Ни в каком случае: ибо Он хочет того, что и делает, соответственно достоинству Своему, и ни изволение в Нем не противодействует возможности, ни возможность не противоположна изволению, не потому, что Он не может, но потому, что не хочет.

2. После признания таковаго безстрастия в Боге, и наоборот страстности в нас и иных созданиях, если случится так разсуждать, должна быть поистине признаваема еще иная страсть, а затем предполагаема также вторая и третья. В страсти мы раждаем и раждаемся, так как естество наше и иных раждаемых и раждающих существ допускает разделение и истечение, расширение и сужение, увеличение и уменьшение и все иное, что соединяется с страстию по таковой причине. В Боге же ничего из сего не было при рождении Сына: ибо если бы что-либо из таковаго было в Боге, согласно их мнению, служащему к ниспровержению Рожденнаго, то мы сделаем против них возражение с другой, заключающейся в нас же самих стороны, именно, что в нас, в страсти раждающих и раждаемых, есть другая страсть при создавании чего-либо, и мы страждем в то время, когда и раждаем и раждаемся. Бог же у нас мыслится как Создатель, а не Родитель; но чтобы отвергнуть истинность рождения Сына и ниспровергнуть истинное о сем учение, вы вносите в понятие рождения страсть и сокровенно переносите ту же страсть и на создавание, которое действительно принадлежит Богу, но за исключением страсти; да не будет! ибо мы не приписываем Ему страсти, исповедуя Его Создателем всего. Также не помышляем мы о страсти в отношении к Нему, исповедуя Его по истине безначально и безвременно родившим истиннаго Сына. Посему естество Его признаем непостижимым и страсти не причастным. По этому же исповедуем Его и безстрастным Родителем и безстрастным Создателем: ибо родил Он Единороднаго не страдая и извел из Себя Святаго Своего Духа не подвергшись делению, и создал созданное и создаваемое без утомления не обдержимый страстию. Он творит, что хочет, прилично Божеству Своему, не прежде желая, чтобы размысливши узнать, должно ли быть произведено совершаемое, ни желая что-либо сделать и не будучи в силах исполнить совершаемое по причине противодействия воле со стороны страсти. Все в Его власти: хотеть, делать, родить Единороднаго, создать все, так как Божеское естество и достоинство превыше всяких умозаключений Аэтия и условий человеческаго состояния; поелику и Бог превосходнее всякаго помышления, не подлежит страсти, но превыше всех страстей и всякаго умопредставления.

Аэтия глава 17. Если рожденное неизменно по естеству по причине родившаго, то нерожденное есть сущность неизменяемая, не по произволению, но по достоинству сущности.

Опровержение. Доколе будет говорить нам он (Аэтий) одно и то же и не переходить за пределы раньше высказаннаго? ибо что говорил он сначала, то же самое и о том же говорит и до конца, и ничего другаго, не тайны нам открывая, не о Боге, как обещает, уча нас, не веру возвещая нам, с помощию которой апостолы действуя и именуя ее твердым исповеданием истины, мертвых воскрешали и прокаженных очищали и иныя все согласныя сему доказательства истиннаго действия являли, но суетныя и полныя хвастовства умозаключения, не переходящия за пределы тождесловия, и ничего другаго. Посему просим читателя, чтобы он не гневался на нас за то, что он прочитает, если и сами мы будем повторять то же самое, вынуждаемые говорить против его тождесловия. Рожденное неизменно, как приличествует Божеству, и Родитель неизменен, как подобным же образом приличествует Его неизменному естеству. Родивший же пребывает, всегда имея рожденнаго из Него, не допуская в созданных от Него существах никакой мысли о том, чтобы знать Отца без Сына и без Отца знать рожденнаго от Него и совершеннаго Его Духа, «иже от Отца исходит» и от Сына приемлет (Ин.15:26, 16:15). И сие приличествует достоинству существа Божия – не нуждаться в прибавлении какого-либо достоинства, но иметь его вечно в собственном тождестве.

Аэтия глава 18–19. Если понятие: нерожденный означает сущность, то по справедливости различается от сущности рожденнаго. Если же нерожденное ничего не означает, то тем более ничего не означает рожденное. Каким же образом ничто будет противополагаться ничему? Если слово: нерожденный противополагается слову: рожденный, то, когда за произнесением этого слова последует молчание, надежда христиан, основанная на различном произношении, а не на природе вещей, обозначаемой названиями, то появляется, то исчезает.

Опровержение. Каким образом имеют обыкновение употреблять свидетельства против самих себя те, которые умеют приводить в изумление разум неопытных? Так Аэтий, полагая всю надежду в одном лишь изречении, а не в истине, дерзновенно пришел возвещать ее нам, не постыдившись сам исповедать Сына Божия и Бога Отца одними лишь словами, тогда как мы прежде всего исповедуем естественнаго Отца и естественнаго Сына, и естественнаго Духа Святаго: ибо с Троицею ничто иное не может быть сравниваемо. И по сему, по истине, единосущие есть утверждение исповедания нашего, не уничтожаемаго одним изречением, могущим быть и не быть, каково мнение Аэтия об Отце и Сыне, и Святом Духе; ибо есть действительно истинный Отец и действителъно истинный Сын и истинный Дух Святый, хотя бы он (Аэтий) и сеял безчисленныя суетныя умозаключения. О таковых людях так говорит Божественное слово: «разум разумных отвергу» (1Кор.1:19; ср. Ис.29:14), и: «Господь весть помышления человеческая, яко суть суетна» (Пс.93:11) и прочее.

Аэтия глава 20. Если нерожденность ничего более не привносит к превосходству сущности, в сравнении с рожденностию, то Сын, будучи превосходим Отцем только по названию, найдет лучшими Себя назвавших (нерожденным) Бога и Отца Его, а не самого названнаго.

Опровержение. Хотя бы Аэтий предлагал нам и безчисленныя драмматическия сочинения, но никакой благочестивый разум не согласился бы с ним в том, чтобы получившие бытие от Сущаго были превосходнее Его: ибо и сам он (Аэтий) признает, что они чрез Него получили бытие. И не по произнесению лишь имени, но как истиннаго (Сына), родившагося от истиннаго (Отца) называют Рожденным облагодетельствованные от Него достоинством Христиан, за истинное познание о Нем называемые наученными чрез Отца, а не от плоти и крови (ср. Мф.16:17; Гал.1:16; 1Кор.2, 10), и за сие по справедливости ублажаемые, как например познавший Его как Христа, с присоединением слов: «Сын Бога живаго» (Мф. 16:16). Таковые душевнаго Аэтия, не приемлющаго духовное, духовно востязуют. И хотя Сын, будучи Духом и Единородным, говорит: «отхожу ко Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему» (Иоан. 20, 17), однако же оба сии наименования не могугь быть приравниваемы к именам инородным, так как истина всегда пребывает и научает истинно различать ясность необходимаго порядка в отношении к Сыну Божию. Выражения: «Отцу Моему и Отцу вашему» относятся не к плоти их: ибо каким образом Бог, не облеченный плотию, может быть Отцем плоти? Равньм образом и изречение: «Богу Моему и Богу вашему» должно относить не к Божеству Сына и не к сыноположению учеников, но изречением: «Богу Моему и Богу вашему», истинствуя во всем, Он утверждал учеников таинственно в мысли о вочеловечении Своем. Изрекая же слова: «Отцу Моему и Отцу вашему», Он как бы так говорил: по причине Моего общения с Ним по естеству и Моего с вами общения, в каковом общении быть Я дал вам власть по человеколюбию обитая с вами, согласно сказанному: «даде им область чадом Божиим быти» (Ин. 1:12). Посему и Сам Он, явившись среди их, принял «зрак раба» (Флп. 2, 7), вновь к новому приобщившись, но так, что и древнее пребывает в тождестве и не переходит в слияние; сыны человеческие, чрез это причастие, переходят в состояние неистления, но не соединяются с Ним до единосущия; и когда говорится, что Он принял «зрак раба», то словом: «принял», обозначается новое, а изречением: «во образе Божии Сый» (Флп.2:6) означается то, что Он не подвергся изменению. А коль скоро это так, и так ясно исповедуется в совершенном знании у наученных Богом, то ни изречение: «Бог Мой и Бог ваш», ни другое: «Отец Мой и Отец ваш» не могут сходством наименования отделить чистое существо от общения с соответствующим ему и от преимущества собственнаго свойства Отца в отношении к Сыну и Сына в отношении к Отцу и Святаго Духа точно так же.

Аэтия глава 21. Если нерожденная сущность превосходнее рождения, так как имеет самобытное превосходство, то она есть нерожденная самосущность. Ибо не по своей воле она превосходнее рождения, но по природе. Посему Бог, будучи самобытною нерожденною сущностию никакому разуму не позволяет помыслить о рождении Себя, но отвергает стремления всякаго изследования и всякой мысли к рожденному.

Опровержение. Продолжает мучить нас Аэтий, заставляя нас, как я сказал, часто тождесловить вследствие проходящаго у него от начала до конца тождесловия об одном и том же. Никогда вера, спасающая всякаго вернаго, не состояла из тонкости умозаключений человеческих: потому что не надежны разсуждения человеческия и не могут простираться до безпредельности существа Божия. Ибо и все животворное Христово таинство спасения нашего есть «Иудеем соблазн, Еллином же безумие, нам же званным Иудеем же и Еллином Христос Божия сила и Божия премудрость: зане буее Божие премудрее человек есть, и немощное Божие крепчае человек есть» (1Кор.1:23–25). И так кто же не поставит Аэтия в числе Иудеев за соблазн умозаключений его и в числе Еллинов за то, что из за своего произвольнаго мудрования он считает истину Божию безумием? ибо один только есть и высший всей твари, и Создатель творения, и Зиждитель всего. Не потому, что Он превосходнее произведеннаго Им, не творит и не созидает произведеннаго Им: ибо не завидует собственной благости; потому что имеет в Себе самоблагость, которая превосходнее всего и не объемлется страстями, завистию или недоброжелательством. И сущее Он совершил из не сущаго: потому что произведенное Им, подчиненное Его несравнимому Божеству, не против Него измышлено как созданное Им, но в славу Его, для показания независтнаго Божества Его, которое, будучи самоблагостию и самосущием, приобщаясь созданному Им из не сущаго, восхотело его бытия и причастия каждаго из созданных существ, по его состоянию, Его дарованию. Светилам, например, дарован свет, небу – красота украшения, земле и иным, по изволению Его, дарованы части добродетели, ангелам и иным святым силам – нетление, а человеку достоинство образа и дар жизни, и знания, и разумной способности. И не от изволения только было это у Него, с медлительностию, так сказать, или с переменою решения и с совещательным разсуждением, но по самоблагости: ибо Ему свойственна самоблагость в том, чтобы все приличествующим образом содержать, творить и совершать. Посему как это не сделало никакого неприличия благости Его, но послужило к славе и соединенному с похвалой познанию независтности Его, для ведения и чувствования произведенных им существ, так и слава Божества Его не есть воспринятая отвне (ибо никогда Божество не нуждается в добавлении славы, но есть самослава, и самодобродетель, самочудо и самовосхваление), именно в том, что Отец родил, хотя Сам и не раждается, чтобы из всегда сущаго источника истекал вечный источник, сопребывающий Ему и из Него сущий, источник из источника, и Бог от Бога, и свет от света, не начавший быть, не подчинившийся времени, но вместе имея истинно Отца, также как и Отец имеет вместе истинно Сына, не не приличествующаго Отцу и не уничтожающаго что-либо из несравнимости Его: ибо здесь не есть какое-либо телесное разделение, но Слово ипостасное, Бог от Отца сущий, Дух от Духа, и Бог от Бога, исключающий всякое умозаключительное предположение, являющийся жизнию для верных и всех, Отцем чрез Него и от Него произведенных, верующих и знающих и не считающих безумием силы Божией и Божией премудрости, превосходящей всякое изследование и всякое разсуждение, особенно же людей испорченных, как и сам Аэтий то невольно признал.

Аэтия глава 22. Если понятие: нерожденный означает относительно Бога лишение и нет ни чего нерожденнаго, то какой разум станет отнимать ничто от несуществующаго? А если означает что-либо существующее, то кто может отделить от сущаго то, что оно есть, – само от себя?

Опровержение. 1. То, что у внешних (то есть, языческих) диалектиков говорится о лишении, Аэтий приносит к нам, принимая это как бы за служащее к ведению о Боге и к пользе; но прежде всего не знает того, о чем и у внешних принимается понятие лишения. По учению диалектиков, слово: «лишение» не ко всему прилагается, но к тому только, что по природе своей что-либо приобрело. Таковому, после того как оно, владея чем-либо по природе, переходит в состояние противоположное, прилагается понятие лишения; к неизменившему же своего состояния еще нет. Как никто не скажет о камне, чтобы он был слепой (ибо имевший способность видеть, а затем потерявший зрение, получает название слепаго; если, например, птица, или человек, или скот, поелику они способны видеть, лишатся сей способности, то называются слепыми в смысле лишения зрения), так не назовем мы камня и негневливым, или незлобивым или независтливым: ибо он и неспособен к сему по природе; о человеке же или скоте, имеющих способность приходить в гнев, когда они не гневаются, можно сказать это в смысле лишения сего, а о не способных к тому за тем – нет.

2. Так должно принимать и о Боге. И так как слово наше относится к Аэтию, то мы обращаемся к нему с вопросом: скажи нам, Аэтий, признаешь ли ты Бога несравнимым со всеми, не сущими из того же существа или дерзаешь и Его причислять ко всем? И если ты причисляешь Его ко всем, сущим не из существа Его, но из не сущаго произведенным от Него чрез Сущаго от Него по существу, кроме Его одного и Духа Святаго, сущаго из существа несравнимаго Отца и единороднаго Сына Его66, то исповедание твое есть самое безумное.

Тогда каким образом уже будет один из всех, Которым все произведено из не сущаго? Это невозможно; да и сам ты не сказал бы сего. Поелику же Он не может быть признаваем подобным или равным с произведенными от Него из несущаго, то нельзя принять и того, чтобы Он и терпел что-либо подобное неподобным Ему, которым свойственно противоположное по лишению: ибо видимое существует не само от себя и бытие приняло не от себя самого, но по дару благодати даровавшаго. В видимом, произведенном из не сущаго, бывает страдание при лишении чего-либо из бывшаго в нем по даянию даровавшаго безстрастнаго и не имеющаго бытие от кого-либо и не могущаго лишаться чего-либо. И так если сему не равен оный Сын, или Отец или Святый Дух, и Сын различен от сего, не равным именованием называемый, но имеющий избранное и несравнимое имя, будучи самоблаго от самоблагаго, то какое может быть смешение с тем, что имеет лишение противоположное? Поэтому излишня речь Аэтия, привносящаго к нам понятие лишения, так как нерожденный Сын не по лишению тварей имеет принадлежащее Ему достоинство, но самостоятельно и особенно, само по себе, соприличествующее Его существу и Божеству. Так негневлив Бог не в отношении к гневу, но потому, что Он Сам по Себе негневлив, и нерожден потому, что Сам по Себе нерожден, хотя Сын и есть рожденный от нерожденнаго. Посему выражение: «лишение», напрасно прилагается к Существу, Которое, по мнению самого употребляющаго это выражение, несравнимо с иными: ибо ни иное не может равняться с Рожденным, ни Нерожденный не передает созданному единосущие Свое, не потому чтобы Всемогущий был безсилен, но потому что безсильное не достигает до Всемогущаго по причине превосходства единаго Бога и единороднаго Сына Его со Святым Духом.

Аэтия глава 23–26. Если лишение есть отъятие свойства, то нерожденность в Боге есть или лишение свойства, или свойство, противное лишению. Но если она есть лишение свойства, то каким образом то, что не присуще Богу, будет к Нему сопричислено? Если нерожденность есть свойство, то необходимо предположить рожденную сущность, дабы она, получивши это свойство, могла называться нерожденною. Если же рожденная сущность была причастна нерожденной, то, потеряв свое свойство, она лишилась нерожденности. И так сущность была бы рожденная, а нерожденность – свойство. Если же рождение указывает на переход, то очевидно оно означает известное свойство, будет ли оно преобразованием из какой-либо сущности, или будет тем, что называется рождением.

Опровержение. 1. Уже давно сражаясь за предположение лишения вместе с отчужденными от веры, Аэтий и сам наравне с ними вооружился против веры, ничего не говоря от веры и не помня сказаннаго к произносящим пустословие и не держащимся за начало веры, именно того, что обличительнаго говорит им слово Божие: «аз рех во изступлении моем: всяк человек ложь» (Пс.115:2), а за тем и того: «смирихся зело» (Пс.115:1). Ныне же опять вращаясь в том же, принося с собою нам бремя понятий лишения, именования и свойства и умозаключений ненадежнаго человеческаго мнения, и духовно востязуемый остерегается положить предел собственному стремлению, проистекающему из человеческаго лукавства, дозволяя себе говорить о Боге, что хочет. Но и нас, хотя и много разсуждавших о понятиях лишения, вынуждает снова оставаться при том же, и вращаться в опровержениях его. По причине одинаковости в направлении и одноименности его умозаключительнаго слова достаточно было бы сильно и предшествующее опровержение, чтобы быть направленным против обоих возражений. Но поелику ни упрямую лошадь не должно оставлять не занузданною, когда она или несется через пропасти или начинает стремительный бег, ни человеку, говорящему одно и то же против веры не должно уступать, так чтобы не говорить против него, то мы скажем также: если лишение есть отъятие свойства, то нерожденность в Боге есть или лишение свойства или свойство, противное лишению. И еще: если она есть лишение свойства, то каким образом то, что не присуще Богу, будет к нему сопричислено?

2. Так ли или иначе разсуждаешь ты, Аэтий, о Боге, и предполагаешь в Нем свойства, во всяком случае разсудок у тебя будет в лишении: ибо сколько ни будет восходить сердце твое к Богу, если только не будешь веровать в Него и удивляться Ему и прославлять Его от всего помышления твоего, ты изобличен будешь в безсилии умозаключать о Боге и Сыне Его и Святом Духе; да не изобличит тебя Бог и окажешься лжецом, по написанному (Пс.115:2). В нас и свойства, и хотения, и помышления неустойчивы, поелику мы одного и того же естества и существа. А там речь о естестве и существе Божием. И не должно сравнивать несравнимаго Бога с нашим естеством потому, что мы слышим слова: естество и естество, существо и существо. Таким же образом и во всем, что ты, Аэтий, мог бы сказать о Боге; во всем то же несмешение Его с кем-либо, несравнимость, совершенство в Себе Самом, отсутствие нужды в чем-либо: ибо Он есть самочувствие и самохотение. Посему, несравнимо родивши несравнимаго единороднаго Сына, ни Сам не лишился существа Своего, ни единаго от единаго рожденнаго не лишил Его собственнаго существа, ни Святаго Духа, не имеющаго равенства с иным чем-либо или в достоинстве или в естестве или в ином чем-либо. Ни Себя Самого Бог не лишил чего-либо ни по свойству, ни по существу несравнимаго Божества Своего, ни Рожденное от Него, как я сказал, не лишилось достоинства и равенства Отцу, будучи несравнимым, ни Святый Дух ни с чем несравнимый, – Троица совершенная, совершенный Отец, совершенный Сын, совершенный Дух Святый, не представляющая Собою ни слияния, ни смешения, не имеющая в Себе что-либо подчиненное, дабы, при различении чего-либо, не исчезла несравнимость, или, при изменении, не произошло лишения бытия, которое хотя и сохраняется у тебя, но лишь на словах, а не по истине, или как бы только мимоходом одним именем так называемое, а не существуя в действительности, как во всяком случае мыслит твой ум, пытающийся удалиться от слова веры, что «веровати подобает приходящему к Богу, яко есть, и взыскающим Его мздовоздатель бывает» (Евр. 11, 6), что в одном Отце совершиться не может: ибо не имеющий Сына не имеет и Отца, и именующий Сына не может сего сделать без Святаго Духа.

3. Отец есть воистину истинный Бог, как свидетельствует Сын, знающий Отца (ср. 1Ин.5:20). И Сын есть истинный свет, знаемый Отцем и свидетельствуемый (Мф.3:17, 17:5). И Дух есть Дух истинный, не чуждый, но от Отца исходящий и от Сына приемлющий. И это устраняет все умозаключительное баснословие слов твоих, Аэтий, и не может убедить нас быть учениками твоего наставника Аристотеля, и оставить учение просвещенных Духом Божиим некнижных в слове рыбарей и людей простых, но вестников истины в силе Божией, которой они удостоены были: ибо не в умозаключениях и не в надменном слове состоит царствие Божие, но в силе и истине. И мы уже сначала достаточно слышали слово твое о лишении свойств и положений, и о существе рожденном и существе нерожденном, приемлющем или не приемлющем что-либо, и вместе с свойством терпящем и отрицание свойства, и о приплетаемом сюда существе рожденном, и о свойстве нерожденнаго и о рожденном, мимоходом именуемом, но означаемом в одном свойстве и означающем свойство, переходящем из какого-то существа, хотя и называемом рожденным, как ты сказал: ибо ум твой говорит то же самое об одном и том же, нисколько не переставая направлять речь против того же самаго.

Аэтия глава 27–28. Если нерожденность есть свойство и рожденность свойство, то сущности первее свойств, а свойства, хотя оне и вторыя, предпочтительнее сущностей. Если же нерожденное есть причина рожденнаго по отношению к бытию, а рожденное, заключая свою причину в своей сущности, указывает на сущность, а не на свойство, ничего не заимствующее у нерожденной природы, то каким образом нерожденная сущность не была бы сущностию, а свойством?

«Опроверж». 1. Как видите, любители истины, Аэтий снова пытается построить для нас речь, разсматривающую свойства в Боге и в том, что ниже Бога. И одно полагает первым, другое вторым. А между тем в Боге принимать первое или второе даже и на словах не (позволительно) законно: ибо в Боге все есть вместе, и не нуждается в прибавлении. Посему и рожденное благочестивый разум не допускает мыслить произведенным во времени: потому что в Боге Отце и Сыне и Святом Духе, то есть, в Троице сущей, которая есть Бог сущий, называется сущим Отец и сущим Сын, у Сущаго сущий, рожденный безначально и безвременно, как сказано: «у Тебе источник живота» и: «во свете Твоем узрим свет» (Пс.35:10) и: «сый в лоне Отчи» (Ин.1:18) и: «в начале бе Слово, и Слово бе к Богу, и Бог бе Слово» (Ин.1:1); и о Святом Духе таким же образом: «Дух Мой настоит посреде вас» (Агг.2:5). Ты видишь, что в Троице ничего нет новаго. Посему ни сущность не предшествует свойству, ни свойство – сущности. Свойство же разумеем не такое, как непрочныя так называемыя свойства, имеющия изменения в каждом из имеющих положительныя свойства, если уже ты, Аэтий, принудишь нас говорить о свойстве, в отношении к Богу. И ничего в Боге нет ни более предпочтительнаго, ни после рожденнаго, но есть то, что приличествует достоинству к славословию; одному Божеству и одно славословие и одна честь, «да чтут Сына, якоже чтут Отца» (Ин. 5:23), и да не злословят Духа в виду слова угрозы, не отпускающаго им греха сего «ни в сей век, ни в будущий» (Мф. 12:32). Посему прилично ничего различнаго о Троице не думать, не благочествовать, не прославлять; но в Отце именовать Отца, в Сыне – Сына, в Святом Духе – Святаго Духа, и так в истине прославлять, так как приличествующим единой Троице образом поклонением воздавать Ей почтение и признавать достоинство Ея составляет необходимость истинной веры. И ни нерожденное не нуждается в рожденном, чтобы тем привнесено было что-либо в существо Его, и чтобы рожденное ясно было для Него виновником существа, ни существо рожденнаго не есть свойство естества нерожденнаго, и не называется так.

2. Троица не нуждается ни в чем и не принимает добавления чего-либо: ибо, поелику Сама Троица была всегда, и из созданнаго не было ничего, то, для получения себе чего-либо как бы по жребию кроме сего, Отец не помышлял ни о присоединении какого-либо именования, ни о добавлении чего-либо к Своему достоинству, чрез Сына создавши небо и землю и все видимое и невидимое, и Духом Своим утвердил всю силу Им созданнаго, чтобы из создания созданнаго и произведения произведеннаго была польза носящему имя Создателя и Зиждителя Отцу, или была мысль о каком-либо добавлении Сыну, чрез Котораго и от Котораго произведено созданное, или же Святому Духу, в Котором утвержденное утверждено. И Бог, не обращенный от свойства к свойству и измененный как по естеству, так и по существу, как бы по размышлению и изменению сделал сделанное: ибо Он всегда имел в Себе Самом зиждительную и совершенную силу, не нуждающуюся в прибавлении какой-либо славы. И как в разсуждении созданий не должно кому бы то ни было думать о Боге, что добавление свойства и достоинства есть достоинство существа и славы Божией, так опровергнут будет и Аэтий, желающий о Боге умозаключать на основании привнесения к нам понятий нерожденнаго и рожденнаго, свойства и сущности, когда все созданныя существа признаются истинно существующими и таковыми представляются не для приращения славы Бога, ни в чем не нуждающагося. Также и в отношении к Единородному и Святому Его Духу не должно приравнивать их к существам созданным: ибо невозможно говорить это. А между тем Аэтий приходит к нам, принося с собою умозаключения о предметах возвышенных и дерзновенно простираясь к вышнему и умозаключая от созданий низших, хотя и ничего не находя соответствующаго умозаключительному слову своему: ибо преходит мудрость человеческая и погребается умозаключительная речь человеческая; потому что выйдет дух его, и он возвратится в персть свою (ср. Еккл.3:20–21, 12:7; Пс.102:14–16, Иов. 10:9). Преходят все тонкости умозаключений человеческих, а вместе и люди с умозаключительным искусством Аэтия и с его хитрыми приуготовлениями против веры. Пребывает же служащая предметом его умозаключений вера и надежда, и любы», по написанному (1Кор.13:13).

Аэтия глава 29. Если всякая сущность есть нерожденна, какова например сущность Бога Вседержителя, то как можно называть одну сущность страстною, другую – безстрастною? Если же по состоянию нерожденной природы одна сущность остается чуждою количества и качества и, просто сказать, всякаго изменения, а другая подчинена страданиям, то если признать ее неизменяемою в сущности, необходимо допустить, что вышесказанное различие происходит случайно, или же более сообразно назвать действующую сущность нерожденною, а изменяемую – рожденною.

Опровержение. 1. Не всякую сущность называем мы нерожденною и не всякую от Бога рожденною, потому что родивший рожденнаго от Него и пославший от Него Святаго Духа Своего, Духа, причастнаго тому, что принадлежит Сыну, не всех родил, но одного, почему Он и есть Единородный и одного послал от Него, почему Он и есть Святый Дух. Создал же чрез одного и утвердил в одном всех, как раждающих и, после создания, раждаемых, так и созданных, но ни раждающих, ни раждаемых. И далеко отстоит несозданное существо Троицы от созданных Троицею, но не рожденных от Троицы. Посему Троица имеет безстрастность и неизменяемость, все же низшее Троицы подвержено страданию, если только Безстрастный не дарует, кому изволит туне независтно даровать, безстрастие чрез нетление. Имеют же они нетление не по безтелесности естества, но по независтности благаго и безстрастнаго Бога. И страдание Единороднаго во плоти не производит страдания в Его Божестве, хотя истинная вера и истинное исповедание и учит, что безстрастный Бог, будучи Словом, пострадал. Пребывает же в безстрастии Один и Тот же, не потерпевши какой-либо перемены или изменения в Своем естестве. Посему, будучи Премудростию и Богом безстрастным, и зная, что Своим страданием Он спасает держимых страстями смерти, не посла послал, не ангела, и не, как прежде Его, пророков, но Сам Господь пришел и, принявши на Себя страстность, истинно пострадал, между тем как Божество Его пребывало безстрастным: ибо пришествие во плоти не уменьшило силу Божества Его. По Божеству Своему Он продолжал делать дела Божии, не терпя препятствия от плоти, запрещая ветру, волнению и морю (Лк.8, 24), Лазаря вызывая из мертвых собственною властию (Ин.11:43) и иное безчисленное и большее сего совершая. Между тем Он допускал совершаться и относящемуся до плоти, как например и диаволу искушать Его, и людям ударять Его, и собравшимся против Него схватить Его, дабы в страстном естестве пострадал безстрастный, пребывающий безстрастным в Божестве Своем, не чуждый безстрастнаго Бога, но добровольно делающий все это сообразно дивному Его таинству. Так и Бог Отец с Самим Единородным и Духом Его Святым, Троица всегда совершенная и безстрастная, едино Божество обдержит все, един Бог, едино Господство, так как один и тот же Бог обдержит все.

2. И не подвергается Он страданию потому, что обдержит все, так как обдержимое Им подвержено страданию: ибо Бог всех и внутри всего и вне всего, не смешиваясь ни с чем. Отсюда ни потому, что Он везде, ни потому, что вне всего, ни потому, что обдержит все, ни потому, что в Нем все движется (ср. Деян. 17, 28), страдание не приражается к безстрастному Богу. Таким же образом ни потому, что Он родил Единороднаго, ни потому, что Единородный рожден, ни потому, что Святый Его Дух от Него послан, страдание не приражается к Святой Троице: ибо не страстен ни Святый Дух, сходящий в виде голубя на Иордане (Матф. 3, 16), ни Единородный, крещаемый и осязаемый от Иоанна, ни Отец, свыше вопиющий гласом, слышным для людей: «Сей есть Сын Мой, Того послушайте» (Мф. 3:17, 17:5). И так Сын неизменяем. И Отец нерожденный и Сын рожденный безстрастен и Дух безстрастно произшедший. Но между тем как иное все создано, совершенная Троица пребывает в Своем количестве и не созданном именовании, так чтобы ни превосходнейшее не было изменяемым, ни рожденное обдержимо было страданием: ибо и Родивший не обдержится страданием, и Рожденное не телесно, но есть Дух от Духа и Сын от Отца. Таким же образом и Святый Дух от Него исходящий, Дух Отца, Дух Христов, не созданный, не рожденный, не собратний, не прародительный, не внучатный, так как несравнимо существо Отца и Сына и Святаго Духа, превосходит всякое помышление и всякий ум, не только, сказал бы я, человеков, но и ангелов: ибо не потерпел изменения ни Единородный, ни Отец Его, ни Святый Его Дух, от страдания безстрастнаго Единороднаго во плоти и явления Святаго Духа Его в виде голубя и безстрастнаго произнесения свыше гласа Отца в слух человеков. Равным образом и созданные ангелы, и небеса, и земля, и все остальное не произвели изменения и страдания в сотворившем их, но все это есть дивное таинство, согласно сказанному: «о глубина богатства и премудрости и разума Божия» (Рим.11:33)!

Аэтия глава 30. Если нерожденная природа есть причина рожденной, а между тем нерожденное есть ничто, то каким образом ничто может быть причиною произшедшаго?

Опровержение. Нерожденная природа не в одинаковом со всеми, но в ином смысле есть нерожденная природа в отношении к рожденному Единородному и к изшедшему от Него Святому Духу; и виновником их она служит не так, как сущее в отношении к не сущему: ибо и Рожденный не есть из не сущаго и Родивший не есть не сущий и Святый Дух, от Него изшедший; иного же всего причина есть сущее. Посему Святая Троица всегда пребывает в собственной славе Своей, будучи всегда соответственна каждому названию достоинства Своего; ибо чрез Нее и не без Нея произошло произшедшее не сущее. Посему не Сам по Себе Отец есть виновник произшедшаго, но Отец и Сын и Святый Дух сотворил все. Если же бы Сын был чуждым, как не сущий от виновника, то Он был бы произшедшим вместе со всеми и равным им. И Бог был бы виновником Произведеннаго не по рождению, а по созданию; и невозможно было бы Одному называться рожденным, остальным же созданиями, но следовало или всем называться вместе с Ним рожденными или Ему одинаково со всеми называться созданием. И ничего в Нем не было бы особеннаго, когда бы Единый приравниваем был ко всем со стороны происхождения из не бытия, когда бы, говорю, не только ангелы приравниваемы были к их Творцу и Создателю – Единородному, но и люди, и скот и все, чему безпредельно много недостает до Его естества и достоинства. Сущий вместе с Сущим, Он поистине безвременно рожден от Него, не из не сущаго, но из Него; также и Святый Его Дух не чужд существа Его и не как бы в помощь Богу произведен, как говорит Аэтий.

Аэтия глава 31. Если нерожденность есть лишение, а лишение есть потеря свойства, а потеря совершенно уничтожает предмет, или изменяет в другой, то как возможно название изменчиваго свойства, то есть, нерожденность, приписывать сущности Бога?

Опровержение. Если тобою, Аэтий, и с твоего времени мнение о Боге на основании твоих умозаключений подано во славу Божию, согласно сказанным тобою выше словам, то я и сам, продолжая прения с тобою, с помощию Божиею, произносить буду одинаковое с тем, что говоришь ты, потому что никто из древних в Ветхом и Новом Завете святых апостолов или пророков так не думал, как ты, поставивший себя самого высшим Самого Бога и свободным от заблуждения. Тобою и с твоего времени Божество, согласно твоему слову, как бы в добавление к вере в Него приняло сие твое умозаключительное искусство, каково все учение о лишении нерожденнаго и о рожденном, и о совершенной потере свойства, и об изменении и о наименовании Бога, соответствующем существу Его. Ибо не потому, что Бог есть Создатель всего того, что явилось после Единороднаго Его и Святаго Его Духа, ради состава созданнаго изобретено было понятие лишения не присущаго Богу или принято в отношении Его признание сущаго в Нем, дабы созданное после принесло Богу лучшее, и представляемо было чистым в следствие лишения и неизменности Его в сравнении с ним; но потому, что Сам всегда сущий есть всецелая слава, всецело необъятныя для всего созданнаго Им, по мере сил стремящагося к славословию Его, славословимый ангелами на языке ангелов, о котором у Апостола возвещается как высшем языка человеческаго (1Кор. 13, 1), и на языке человеческом, низшем того языка, в его мере, и по возможности еще низшими человека существами. И в каждом создании не вполне соответственно месту его в природе уменьшается или изменяется славословие; но это славословие в себе самом остается неизменным; вся тварь лишена только возможности простираться в безпредельность в своем славословии, так как существо высочайшее всегда превосходит всякий ум и не испытывает превращения или изменения или преуспеяния от того, что приписывается Ему всеми, как присущее Ему: ибо Само Божество выше всего, несравнимо ни с чем и препрославленно.

Аэтия глава 32. Если нерожденность указывает на лишение, не присущее Богу, то каким образом мы скажем, что Он есть нерожденный, а не есть рожденный?

Опровержение. Нерожденность подлинно есть; но не названа нигде ни пророком, ни апостолом, ни евангелистом. И ничего удивительнаго не было бы употреблять о Боге это выражение: ибо оно присуще благочестивому разсудку по самому естественному закону его мышления. Ты же, Аэтий, нововведши его к нам в употребление, думаешь, что привносишь с собою как бы нечто удивительное. Ты слил и смешал благочестивый закон естества и закон веры, дарованный от Бога к улучшению рода человеческаго, замысливши приравнивать в достоинстве рожденное с нерожденным, чтобы покланяемый для тебя неподобный (ἀνόμοιος) оказался равным неподобно проповедуемому тобою. И так, если ты покланяешься Отцу по одному лишь именованию, то притворно приносишь Ему честь. И если покланяешься Сыну, признавая Его неподобным Отцу, то делаешь слияние в поклонении, воздавая неподобному честь равную с Тем, Который неподобен Ему. Если же по предубеждению неверия твоего ты откажешь в поклонении Сыну, то изобличен будешь всеми, не признавая достодолжно от всех покланяемаго и признаваемаго равным (Отцу): ибо сказано: «да поклонятся Ему вси ангели Божии» (Евр.1:6). И поклонилась Ему, славно воскресшему во плоти, Мария и все ученики Его: ибо не имеет Он именования ни произведеннаго, ни созданнаго; Его познают раждаемым от Отца и Ему покланяются как сущему от сущаго, равно как и от Него же изшедшему Святому Духу: ибо познают Его по существу чуждым произведенному, так как Он не есть произведенный или созданный, но рожденный от Отца. Посему весьма много потрудившись и потративши много времени и привнесши новыя чуждыя слова, ты, Аэтий, поклонишься Ему: ибо «всем стать подобает пред судищем» Его (2Кор.5:10) и «всяк язык исповест, яко Господь Иисус Христос не чужд Богу, но в славу Бога Отца», по написанному (Флп.2:11) и веруемому.

Аэтия глава 33. Если нерожденность есть только название по отношению к Богу, а это название возвышает существо Божие над всем рожденным, значит, людское название почетнее существа Вседержителя, так как оно украсило Бога Вседержителя несравненным превосходством.

Опровержение. Нерожденность и в Боге не есть одно простое название и к созданному не приложимо по существу его. Посему и имя создания не есть обозначение одного лишь наименования. Если же между нерожденным и созданным приискивать иное имя, которое есть Сын, и притом не созданный, то кому приписать должно это избранное имя? И если мы то поставим общим у Сына с созданным, что имя среднее не называется по одному лишь простому именованию, и как в нерожденном и созидающем и созданном эти названия не принимаются за одно лишь простое именование, так и в рожденном и Сыне названия эти не принимаются за простое лишь именование, то напрасно оклеветываемое у Аэтия в его умозаключениях укажет лишь на слияние, так как поистине созданное существо, а не по одному лишь именованию таковое не может быть приравниваемо имени Сына. Поелику и Сам Сын не принимает именования Сына за простое лишь название. И так как Сын единородный и Святый Дух не есть не сущий и не простым лишь именованием называемый, то соединяется в славе с Отцем и не сливается с именованием созданий: ибо Божество не нуждается в возвышении как не сущее и не требует высоты, хотя бы некоторыми, находящимися в неведении и не возвышалось, и существо Божества не утверждается на одном лишь произнесении Его имени со стороны некоторых. И да не хвалится это произнесение со стороны человеков или иных существ, как воздающее славу Богу, будто бы в сем нуждающемуся, или как украшающее Бога Вседержителя, Бога покланяемаго: оно знает Бога как Творца и Зиждителя своего. Без сомнения, оно не считает себя преславным и способным украсить собственнаго своего Зиждителя: потому что иначе оно себя сочло бы покланяемым, если бы не покланялось покланяемому. И напрасно против всех направляет слово речь твоя, Аэтий.

Аэтия глава 34. Если со всем рожденным связана причина, а природа нерожденная не имеет причины, то нерожденность не указывает на причину, но означает существо.

Опровержение. И со всем рожденным связана причина, и мы не признаем этого, как узнаннаго от тебя: ибо вера истинная предусматривает это и наперед исповедует и учит, что Бог вполне свободен от всякой причины, не примешивается ни к чему и не подлежит никакому сравнению. Поэтому и сами мы не покланяемся всему низшему существа Самого Бога, так как прилично оказывать почтение одному только неподчиненному, Отцу нерожденному, и Сыну рожденному от Него, и Святому Духу от Него и чрез Единороднаго произшедшему, поелику в Троице ничего нет созданнаго и подлежащаго причине: ибо в Троице нет ничего из не сущаго, подобно тому как в остальном подлежащем причине и причиною назначенном (к бытию). Посему не подлежащая таковой причине Троица научила Ей лишь одной непогрешительно покланяться, поелику одна Она безвиновна (свободна от причины). Все же остальное подчинено причине, так как есть произведенное и созданное, Отец же не созданный, имеющий Сына от Него рожденнаго, но не созданнаго и Святаго Духа, от Него исходящаго и несозданнаго. А при таком положении вещей ни покланяемый Сын, хотя Он и имеет Отца родителем, и Святый Дух не подлежат страданию, свойственному тому, что происходит от причины, ни остальныя создания, созданныя от Отца и Сына и Святаго Духа, не свободны от страдания, так как имеют причину бытия. Но ясно, что Единородный и Святый Его Дух, равно как и Отец свободны от страдания, свойственнаго тому, что имеет причину, потому что Сын есть существо рожденное, а не созданное. И ни Сын, в следствие того, что рожден, не будет страдать, как имеющий причину, ни Святый Дух, поелику исходит от Отца: ибо и Отец, поелику родил и извел из Себя Самого, все же остальное, после Сына и Духа, создал, не подчиняется страданию причины, хотя все остальное в создании или рождении подвергается страданию. И так безвиновен Отец и Сын и Святый Дух, Сама же Троица есть причина всего, вместе творящая и вместе созидающая, а в Себе ничего не знающая сотвореннаго или созданнаго.

Аэтия глава 35. Если все произшедшее произошло от другаго, а нерожденное существо не произошло ни от себя ни от другаго, то необходимо нерожденность выражает сущность.

Опровержение. И это опять приносит нам Аэтий, сообщая как нечто новое и неслыханное, чтобы явиться изобретателем диалектическаго искусства умозаключений, лишь только излишне указывая на то, что и не подвергается сомнению и постоянно исповедуется в кафолической церкви, как не противное истине само в себе. Все произшедшее произошло от другаго, а нерожденное существо ни от Себя, ни от другаго не произошло, если необходимо нерожденность выражает сущность. И что необходимее этого? ибо имя сущности, всегда употреблявшееся у самих аномеев и ариан, коварно заимствовал Аэтий, и очевидно вынуждаемый истиною исповедал. И так, поелику нерожденность есть сущность, из Себя Самой, а не из не сущаго безпорочно и безстрастно родившая Единороднаго, безвременно и безначально и из Себя же Самой изведшая Святаго Духа, а не из не сущаго, то ясно, что в святой кафолической церкви православно проповедуется Троица как единосущная, между тем как ничто из созданнаго не может называться этим именем, потому что ни по естеству, ни по чести нет либо подобнаго Единородному и Святому Духу: ибо остальное все создано из не сущаго и не покланяемо, Троица же есть всегда, Отец, Отец совершенный, и Сын, Сын совершенный, от Отца рожденный, и Дух Святый, Дух совершенный, от Отца произшедший и от Сына приемлющий. И все в Божественном Писании и святой вере для нас ясно, и ничего нет не прямаго или противнаго, или запутаннаго.

Аэтия глава 36. Если нерожденное существо является в сущности рожденнаго, как причина, имеющая сравнительно со всякою причиною неизменяемость, то оно есть ни с чем не сравнимая самосущность, не отвне проявляющая неприступность, но сама будучи ни с чем несравнимою и неприступною, поелику она нерожденна.

Опровержение. Часто носится с одним и тем же Аэтий, как я и сам часто говорил, вводя нас только в труд, и ничего более. Посему и в настоящем случае мы имеем необходимость приложить труд и повторять то же самое на то же самое, коль скоро и ему это угодно: ибо если и для существа рожденнаго нерожденное является родившим, то не будет никакой разницы в достоинстве из того, что Родитель раждает раждаемаго, так как Он родил Его От Себя существенно, Дух от Духа, а не тело от тела. Посему является несравнимо соприличествующим Родитель Рожденному и Рожденный Родившему: ибо не нуждается Божество в прибавлении, так чтобы в одно время Отец назван был Отцом, а в другое время нет; и Сын от союза свыше являлся как бы некогда не сущим, а потом сущим. Посему Бог Отец и Сын, и Святый Дух есть самосущность, а не иносущность: ибо Сын не есть собратний в отношении к Отцу или после рожденный, но в неизъяснимом отношении имя Отца соприличествующим единосущному Сыну и действителъно соприличествует Отцу и Сыну произшедший от Него, чрез Него и от того, что есть Его, Святый Его Дух. Посему в Отце и Сыне и Святом Духе и есть неприступное для всего того, что ниже Его и создано Самою Троицею. Троица же не неприступна для Самой Себя: ибо Она есть несозданная, и непроизведенная, и несравнимая. Посему ничто не может равняться Отцу и быть спокланяемым Ему из произведеннаго от не сущих, а не рожденнаго: ибо никому из произведенных не сказал Он когда-либо: «седи одесную Мене» (Пс.109:1; ср. Мф.22и парал.). И Единородный не сказал о ком-либо: «видевый Мене, виде Отца» (Ин.14:9), и: «Аз во Отце, и Отец во Мне» (Ин.14:10) и: «никтоже знает Сына, токмо Отец, ни Отца кто знает, токмо Сын и емуже аще Он откроет» (Мф.11:27). Открывает же чрез Духа Святаго, знающаго и научающаго, и возвещающаго в мире то, что относится до Сына (ср. Ин.14:26, 15:26), и испытующаго самыя «глубины Божия» (1Кор.2:10). Поэтому Он и говорит: «иже не чтит Сына, как чтит Отца, гнев Божий пребывает на нем» (Ин.5:23, 3:36). И не сказал: «кто не чтит ангелов, как чтит Отца»; не сказал также опять: «кто не чтит и Сына», но: «Сына, как Отца». Точно также и изрекающему хулу «на Духа не отпустится ни в сей век, ни в будущий» (Мф.12:31–32), дабы тем обозначить неприступность и несравнимостьТроицы во Отце и Сыне, и Святом Духе.

Аэтия глава 37. Если Вседержитель превосходит всякую природу, то превосходит по причине нерожденности, которая есть причина существования для всего рожденнаго. Но если нерожденность не выражает сущности, то откуда природа предметов рожденных получит свое сохранение?

Опровержение. Прилично говорить и исповедывать, и такого мнения держаться, что превосходит всякую природу Вседержитель, от Котораго неизъяснимо для нас произошел Единородный Бог – Слово и Святый Его Дух. И по сему непоколебимо не твари приписываем божество, чтобы не оказаться безумными, но превосходящую всякую природу славословим Троицу, Сына со Отцем и Святаго Его Духа, как нерожденнаго и несозданнаго. Поелику и Единородный и Святый Дух не иной природы, но Бог от Бога, и Свет от Света; с Отцем Вседержителем, и Сам Единородный носит название Вседержителя, как на это ясно указывает Божественное Писание (ср. Апок. 16, 14 и Иоан. 5, 17): ибо Единородный не чужд достоинству Отца, но вполне соответствующее Ему имеет достоинство, как выразительно свидетелъствует для меня святый Апостол, сказавший в Духе Святом о сынах Израилевых: «ихже, – говорит, – служение, и завети, и ихже отцы, от нихже Христос по плоти, Сый над всеми Бог благословен во веки, аминь» (Рим.9, 4–5). Посему Единородный есть и покланяемый и Бог, также как и Святый Дух есть Божественный Дух, и после Святой Троицы нет другаго Бога. Отец же Вседержитель и Единородный Отрок Его Иисус Христос, соприличествующий достоинству Отца, и называемый Отцем будущаго века (Ис. 9, 6), соприличествующий и Святому Его Духу по не созданности, Троица всегда являемая и познаваемая, в каковой Троице для всего произведеннаго заключается причина, хотя Она указывает и на сущность чистую и ни с чем несравнимую, Отец в Сыне, Сын во Отце со Святым Духом, так как Она всегда имеет в Себе Самой вечность Своего существования; от сей Троицы происходит сохранение всех предметов произведенных.

Аэтия глава 38. Если ничто из невидимаго не существует в семени прежде самого себя, но пребывает в отдельной природе, то каким образом нерожденный Бог, будучи свободен от отделения, то видит в рожденном Свою сущность, как вторую, то как первую в нерожденном, сообразно с порядком числ перваго и втораго?

Опровержение. 1. Аэтий должен был бы наперед обозначить и сделать ясными свои вопрошения, особенно же то выражение, которое подвергается порицанию и не имеет полнаго сродства в сходстве, коль скоро ни то ни другое из названнаго им не может быть приравниваемо одно другому. Ибо с наименованиями многих невидимых существ он приходил к нам, так как невидимыя суть не только духовныя животныя, разумею Серафимов и Херувимов, но и ангелы и духи и иныя некоторыя существа, на которых истинно исполняется то, что нет в них самих чего-либо в семени: потому что никто не скажет, чтобы невидимыя существа были телами. И они не раждают и не раждаются, но ясно, что созданы по изволению всегда сущаго Божества, и каждое из созданных существ то получило в удел из добродетели, что уделил ему Сущий в преизобилии независтнаго Своего человеколюбия, и каждое получило в обладание то, что ему назначено, и в сем пребывает. А Бог свободен от всякой причины, имея все в Себе Самом, не с промедлением и раскаянием, по времени начав иметь Сына или Святаго Духа Своего; но приличествующим всегда имеющему Сына образом, имея рожденнаго Сына и притом Единороднаго; имеющий же всегда Отца в Себе Самом имеет Его, всегда имея и Святаго Духа, сущаго от Отца и от Сына приемлющаго.

2. И ни в безславии, ни в приложении славы не заключается полнота (совершенства) всегда сущаго Божества. Поелику же ничто из созданнаго не существует всегда, то видела ли когда Себя Саму Троица в меньшей полноте? или же прежде видела в меньшей полноте, теперь же, с прибавлением к существу, как нуждающаяся в чем-либо, после создания того, что создано, увидела Себя саму в более изобильном приложении славы или полноты? И со всех сторон не остается ни одного места убежища для желающих противополагать истине и выставлять на вид умозаключительныя человеческия измышления, так как достоинство Бога Отца и Сына и Святаго Духа превосходит всякий ум ангелов и высших их существ, а тем более – естества человеческаго: «помышления бо человеков боязлива» (Прем.9:14) и тленны помыслы их, облекающие себя в умозаключения и соизыскания. Так иные, востязуемые собственными своими умозаключениями, как бы в софистическом каком предположении, задаются решением вопроса о зле, откуда оно получило начало, иные же, – откуда и для чего явился диавол, другие же об имеющем согрешить человеке, для чего Бог создал его таковым, а создавши его таковым, для чего потом обвиняет его, чтобы все, измучившись в помыслах своих, познали себя тленными и воздали честь и звание Отцу и Сыну, и Святому Духу, то есть, единой Троице, от Нея требуя знания истинной веры и получая его, дабы не пытались превосходить собственную меру, но научились заставить умолкнуть ослепленное помышление и не мудрствовать возбужденным языком и неразумными помыслами своими, умудряться же более разумным изречением Святаго и Божественнаго Писания, научающаго «не мудрствовати паче, еже подобает мудрствовати, но мудрствовати в целомудрии» (Рим. 12, 3).

Аэтия глава 39–41. Если Бог пребывает в нерожденной природе, то должно отнять от Него знание Самого Себя в рождении и нерожденности. Если же допустить простертие Его сущности в нерождевном и рожденном, то Он не узнает Своей сущности, отвлекаемый рождением и нерожденностию. Если же рождение, хотя и причастно нерожденному, но нескончаемо пребывает в природе рожденнаго, то оно познает себя в несовершенной природе, не сознавая причастности нерожденному. Ибо невозможно иметь о себе знание и как о нерожденной и как о рожденной сущности. Если же нерожденное есть нечто не важное по причине склонности к изменению, то достоинство природы состоит в неизменяемой сущности, а между тем нерожденная сущность признается выше всякой причины.

Опровержение. 1. Несомненно, что Бог пребывает в нерожденной природе; сотворивший и создавший все из сущаго Отец, родивший от Себя Сына единосущнаго Себе Самому и соприличествующаго вечности Его, и Святый Дух от Него изшедший, приличествующим образом пребывающий в единосущии с Ним. И поелику Троица создала из не сущаго существующее, видимое и невидимое, новым именем созданнаго не уничтожается соответствующее достоинству Бога, то есть, вечность сущаго. Отъемлется же от созданнаго высшая и превосходящая все сущность, как не единосущная ему, но Сама вызвавшая его из небытия к бытию. Посему рожденный Сын приличествующим образом созерцается как произшедший, не из не сущаго, но от Сущаго, при чем существо не терпит ни растяжения, ни сокращения; но будучи Духом, Отец родил истинно Духа Сына, и извел из Себя Духа Святаго и не не знает Себя Самого и не знает сущности Своей сокращаемою, или разширяемою, или подверженной разсечению (ибо все это признавать относительно Бога весьма неразумно, равно как и то, чтобы Божество, Которое есть Дух Святый, не знало Себя). И как нерожденный не не причастен рожденному в единосущии, так и рожденный не не обладает вместе с Отцем вечностию (ибо Отец знает Сына и Сын знает Отца – Мф.11:27; ср. Лк.10и др.), так как Троица всегда нескончаемо пребывает несозданною, и существует нескончаемо, и так как Единородный рожден от всегда Сущаго, истинно сущаго, и в собственной совершенной природе. Посему Он знает Себя Самого, и ни Сын не не знает нерожденное существо Отца, ни нерожденный – существо рожденнаго от Него Сына, так как достоверно единородное Слово Божие, сказавшее: «никто же знает Отца, токмо Сын, ни Сына, токмо Отец» (Мф.11:27).

2. Посему да изгладится объявленное безразсудным Аэтиим, как судиею, решение, что невозможно иметь о себе (знание) и как о нерожденной, и как о рожденной сущности: ибо Единородный уже наперед уничтожил это его судительное слово, сказавши, что Его Самого знает Отец, и никто иной, обнявши этими словами и существование Святаго Его Духа, как и в ином месте говорит, что «Дух Отца вы научит» (Ин.14:26). Если же Дух есть Дух Отца, то и Он не не знает Отца. А сказавши: «никтоже знает Отца, токмо Сын», Он указывает Себя Самого и Отца и Духа Святаго, превосходящаго все иное не вечно существовавшее, но произведенное. И если Он наперед заметил, что Он всегда знал Отца, то напрасно Аэтий подходит к нам с пустыми словами, ясно показывая всем, что разсуждает как человек, плотски востязуемый и пребывая душевным по отношению к знающему и Себя Самого, и Отца, и Святаго Его Духа. Итак изъят от всякой причины Бог не только Отец, но и Сын, и Святый Дух, так как Божество Отца и Сына и Святаго Духа исповедутся как высшее всякой причины.

Аэтия глава 42. Если нерожденное изъято от всякой причины, и существуют многия нерожденныя, то они будут иметь неизменяемую природу. Ибо нельзя допустить, чтобы соделавшись причастною природы общей и особенной, одна сущность творила, а другая была производима.

Опровержение. Признано, что нерожденное изъято от всякой причины, потому что одно есть нерожденное и покланяемое, при чем покланяемое исключается из числа покланяющихся. Покланяема же есть Троица, сущая единица, и в одном имени исчисляемая есть Троица, Отец и Сын, и Святый Дух, не чуждое Себя Самой приобретшая в Себе Самой, но соприличествующим образом Отец родил Сына, и не создал: ибо рожденное есть от Самого всегда родителя, потому что Оно есть рожденное от Сущаго, как и от Него же изшедший Святый Дух, так как Троица находится в одном несозданном единстве, между тем как все остальное создано от Самой Троицы из не сущаго. Отсюда единая Троица есть Бог Отец и Сын и Святый Дух, не имеющая в Себе Самой что-либо чуждое Себя Самой, несозданная, нерожденная, не произведенная, Троица не сотворенная, но творящая, не имеющая в Себе имени создания, но создающая, едина сущая, а не многия. Все же остальное от Нея произведенное существует во множестве, но не сопричисляется к Ней; посему и не предназначено к общению, будучи иной природы с сущностию несравнимою. По этому в существе Бога находится не созданная какая-либо природа, но зиждительная для всего не могущаго приобщитъся единосущием к несравнимой и единой сущности Отца и Сына и Святаго Духа, как Она (Троица) и Сама ясно открывает принявшему познание истины, что Она одна служит предметом поклонения, а не все, также как и Она одна крещает во имя Свое (Матф. 28, 19), а не все.

Аэтия глава 43. Если всякая сущность нерожденна, то ни одна не будет отличаться от другой по своей неподчиненности. Каким же образом может кто-либо сказать, что одна изменяется, а другая изменяет, если он не допускает, что Бог производит не из готоваго вещества?

Опровержение. Всякий из возстававших на истину, собравши себе несколько словечек, с тем чтобы вызвать ими удивление, казалось, действовал на некоторых в смысле опровержения истиннаго учения и отводил от пути жизненнаго и приносил погибель. Так и сей Аэтий ныне, не говоря в сущности ничего сказанными сейчас словами, по-видимому, поражает изумлением людей простосердечных, говоря до излишества о том, что уже говорено им было, и как привык часто произносит одно и то же имя, так и в настоящее время употребляя его. Не всякая сущность у людей самых разумных признается нерожденною, потому что иначе всякая считаема была бы Божественною. Если же не все сущности считаются Божественными, но лишь одна предпочтительно пред всеми, которая есть единое Божество в Троице, то что же еще останется у безразсуднаго сего (Аэтия), что бы могло приводить в изумление сынов истины? Будет также и различие одной сущности от другой, потому что Троица созидает, все же остальное Ею создано. И Она есть сущность неподчиненная, произведенное же Ею находится в подчиненности. И это изменяется, Она же имеет непреходящую природу, изменяя всегда изменяемое Ею и имея силу производить из не сущаго сущности и существа: ибо это соприличествует Богу, чтобы произведенное Им не из готоваго вещества и из не сущаго и приведенное к бытию Он мог изменять как хочет по распорядку.

Аэтия глава 44–45. Если всякая сущность нерожденна, то всякая неизменяема. А если сущность имеет свойство неизменяемости, то должно приписать ей действие и страдание самопроизвольное. Если же существует много нерожденных и неизменяемых, то нельзя будет исчислить их различия. Ибо нельзя исчислить различающееся ни вообще, ни в частности, так как всякое различие указывает на некоторое отделение причины от обособленной нерожденной природы.

Опровержение. Не всякая сущность нерожденна: это и в помысле иметь безразсудно, и таковое помышление и изречение есть плод эллинскаго неразумия, утвердительно ли или вопросительно высказано оно Аэтием. Но очевидно, что вопросительно. Итак пусть и спрашивает он об этом чад эллинских. И они пусть слагают ему вопрос из умозаключений, утверждая, что какая-то материя современна Богу. Но если он согласен с ними, то пусть и изобличен будет вместе с ними, так как истина принимает лишь одно творящее, и так как лишь в одной сущности заключается Троица совершенная, не по слиянию исчисляемая. Все же иное есть произведенное, и созданное и не нерожденное. Но так как Божество несозданно, Отец раждающий, Сын рожденный и Дух Святый посланный от Самого Отца и от принадлежащаго Сыну приемлющий, все же остальное создано, и так как Бог неизменный пребывает в силе, так впрочем, что в Троице соприличествующим образом все Божество возводится к Отцу, как в видах оправдания и непоколебимости истины единства Божества, так и в видах устранения многобожия, то неизменяемость остается в силе, а вместе с тем приличным здравому смыслу образом устанавливаются отношения к Отцу Сына и Святаго Духа. Если же это так, то уже с самаго начала падает коварный замысел вопроса: ибо не много неизменяемых, но одна Троица в единице, и одно Божество в Троице. Все же остальное далеко отстоит, так как ни оно само по себе не имеет возможности страдать или действовать, ни Святая Троица не может в делании чего-либо страдать, будучи всецело безстрастною и покланяемою, разумею Отца и Сына и Святаго Духа: ибо сотворил Бог чрез Сына все, но не Сына, так как Он не состоит в числе этого всего; Он содействует Отцу и спокланяем Ему. Также и Святый Дух не сотворен Отцем, ибо не причисляется ко всему, но утверждает силу всего и спокланяем Отцу. Из всего же подчиненнаго промышлению Единаго каждое существо движется и действует, страдает и прочее. Посему одна Троица неизменяема Сама в Себе, все же иное от Нея произведенное изменяемо: ибо оно ни современно, ни совечно Ей. Одна лишь Троица есть вечная и нерожденная, так как Сын рожден безвременно и безначально, всегда есть, и никогда не перестает быть. Отсюда Божественное слово непоколебимо научило признавать Отца главою, а не началом Сына (1Кор. 11, 3), по причине единосущия. И Дух Святый вечно существует и от Отца послан, но всегда пребывает со Отцем и не от времени начал быть.

Аэтия глава 46–47. Если нерожденный и Бог указывают взаимно на одно и то же, то нерожденный родил нерожденнаго. Если же нерожденное указывает на одно, а Бог на другое, то не неуместно Богу родить Бога, так как тот и другой получил бытие от нерожденной сущности. Если же прежде Бога ничего не было, как и действительно не было, то Бог и нерожденное означают одно и то же, так как рожденное не допускает нерожденности, а потому и не может быть называемым вместе с Богом и отцем своим.

Опровержение. Откуда, прикажет Аэтий приобрести нам смысл предлагаемых им вопрошений и разсуждений? И если он утверждает, что разсуждений и умозаключений, то и добытое нашим мышлением падет вместе с ним: потому что Бога никто не может когда-либо постигнуть с помощию умозаключений, и не может сказать «здание создавшему е, почто мя сотворил еси тако», по написанному (Рим. 9, 20). Но от благочестиваго разсудка и справедливой непоколебимости дожно восходит к учению Святаго Духа, открытому в Священных Писаниях. А так как непреходящее слово Писания учит нас о послуживших твари, что они «объюродеша» (Рим.1:25, 22), то и Аэтий разве не оказывается принимающим тварь за Бога, покланяющимся ей и почитающим ее? Между тем истинная вера отвергает покланяемость в созданном и созданность в покланяемом: ибо если в этом нет совершенно никакого различия, то для воздающих честь твари ничего предпочтительнаго не будет в христианстве, и таковая вера будет более идолослужением, нежели богопочтением, потому что и язычники покланяются солнцу, и луне, и силам, небу и земле, и иным созданиям. И дивное превосходство созданий не делает никакого различия между ними, и особенность некоторых из них не произведет различия в равночестности в следствие одноименности, хотя бы они и отличались от других превосходством: ибо Один есть сотворивший и то и другое, и назначивший каждому из них отличие не имени, но существа, потому что во всем созданном создание именуется рабским, а не свободным. И если рабское в одной части покланяемо, то и в другой части поклонение ничем не будет отличаться, хотя оно находится и в подчиненном состоянии: ибо оно равно сродно высочайшему созданию, получивши в удел бытие из не сущаго от Сущаго. Отсюда нерожденность соприличествует Богу и Бог нерожденности. Посему рожденное мы называем не произведением и не творением, но Сыном, существенно от Отца в чистоте рожденным, единосущным Отцу и спокланяемым Ему и Святаго Духа изшедшаго от Него и не чуждаго Ему, а посему и спокланяемаго. Другому же какому-либо из созданных существ не приписывается имя Бога, по причине различия в нерожденности, поелику ему определено бытие из не сущаго. А Троица имеет вечное бытие и не иное нечто есть Бог и иное нерожденное.

2. Ты, Аэтий, и Сына признаешь рожденным От Отца притворно, а не по истине: ибо все рожденное не есть созданное, и созданное не есть рожденное. Если же рожденное называется созданным, то оно есть созданное в ином смысле, как например можно сказать: люди раждают людей, но нельзя сказать, что они созидают их; в начале же они сами созданы от Бога. Посему ими раждается раждаемое, все же создано от Бога, а Бог Сам есть не созданный, но родивший Себе Самому Сына, а не создавший, и не раждает Его иным от Своего существа. И так каким образом, когда Отец пребывает несозданным, рожденное от Него будет созданным? Если же рожденное Им есть созданное, то Оно рожденным уже не может быть названо. И много противоречий вызывает таковое нелепое мнение. Да и Богу не прилично быть некогда без Сына, а после называться Отцем после рождения Сына. И Сыну неприлично, чтобы время было прежде Его: потому что в таком случае время будет больше Его величия. Но и Отцу соприлично всегда иметь в тождестве достоинств Своих существо непрестающее и вечное. А что прежде Бога ничего не было, это также ясно. И так Бог, как сказал Аэтий, и нерожденное означают одно и тоже. И таким образом, запутываясь в своих собственных противоречиях, он не более ли обвиняет себя, чем утверждает свое учение? Ибо если Бог вместе с Богом, как и действительно, есть, то и нерожденность допускает он в понятии рожденнаго Сына, Который в Своем понятии заключает и понятие: Бог. Возвещается же вместе с Отцем рожденный от Него Бог, и несозданный, и со Отцом почитаемый Бог Слово, хотя Аэтию и не представляется это, когда все создания покланяются Сыну и «всяк язык исповедует, яко Иисус Христос в славу Бога Отца» (Флп.2:11), Которому слава Отцу в Сыне со Святым Духом, во веки веков. Аминь.

Поставленное в конце приветствие Аэтия.

Саморожденный Бог, по сему названный единым истинным Богом от посланнаго Им Иисуса Христа, истинно существовавшаго прежде веков и истинно рожденной ипостаси, да соблюдет вас невредимыми от нечестия во Христе Иисусе Спасителе нашем, чрез Котораго всякая слава Богу и Отцу, и ныне и во веки веков. Аминь.

Опровержение. 1. И при конце, пиша к сборищу своему, которое называет борцами, Аэтий не оставил употребить столь нечестивыя слова, но и в приветствии показал свое чуждое истины учение; ибо говорит: «невредимыми вас (да соблюдет) саморожденный Бог», не видя, что одним словом разрешил все свои разсеянныя там и сям изыскания, потому что, сказавши в выше поставленных главах о нерожденном Боге, будто Он не предвидел и того, что Сам Себя не творил, здесь привводит к нам понятие саморожденности. Всякий же разум (человеческий) бывает в забвении себя самого, чтобы быть изобличенным в заблуждении. За тем говорит: «по сему и названный единым истинным Богом». По его же слову и мысли он или отрицает то, что Сын есть Бог, и потому напрасно клевещет на имя называясь именем христианина, или хотя и считает Сына Богом, но не истинным, и посему у него будет один Бог истинный, и один не истинный. По подчинению же одного под другим равно и Святаго Духа в меньшем и низшем чине полагая, или опять будет признавать меньшаго Бога или, не сопричисляя Его к Троице, во всяком случае будет чуждым христиан сей жалкий человечишко, и уже совершеннейшим эллинном объявлен мог бы быть и к числу саддукеев причтенным, чуждым Святаго Духа, как это и действительно есть; причисляем же его к эллинам, поелику утвержает, что один Бог есть великий, и один малый, один истинный, и один неистинный, как признают эллины, именующие одного великим Богом (то есть, Зевса), других же малыми. Между тем Божественное Писание ясно обличает его и говорит как об Отце, что Он есть Бог истинный (1Ин.5:20), так и о Сыне, что Он также есть Бог (там же; ср. Ин.1:1); и об Отце, что «Бог свет есть» (1Ин.1:5), о Сыне же: «бе свет истинный» (Ин. 1:9), и о Святом Духе, что Он есть «Дух истины» (Иоан. 15:26, 16:13). И так поистине Троица возвещается у нас в мудрости и глубине богатства (Рим.11:33).

2. За тем еще по порядку говорит: «от посланнаго Иисуса Христа». И не постыдился лишить Единороднаго достойнаго Его имени Бога, но употребил лишь простое название (Иисус Христос), как признался и в выше поставленных главах, оказывая Сыну почесть в имени простым лишь именованием. Однако же говорит, что Он произошел истинно прежде веков, и есть истинно ипостась рожденная. «Да соблюдет же, – говорит, – от нечестия». И всякая порочная женщина имеет обыкновение возвышать и восхвалять перед другими свой образ жизни. Так и Аэтий, не видя, до чего стал нечестив, считает себя благочестивым, подобно тому как одержимые умопомешательством считают себя самих в разуме, других же сумашедшими. Потом же, сказавши: «во Христе Иисусе», не осмелился добавить: «Господе нашем», но только притворно сказал: «в Спасителе нашем». И наконец говорит: «чрез Котораго всякая слава Отцу и ныне, и всегда и во веки веков, аминь». И даже слова: «всякая слава» употребил с тем, чтобы отнять у Сына честь и славу, чего никогда не допустил бы никто из благочестивых и принявших от Святаго Духа дар истинной веры.

3. Это все предприняли мы в опровержение сказаннаго Аэтием в 37 главах с диалектическим искусством и при помощи умозаключительных положений человеческаго обмана. Увещаваем вас внимательно читать это, и вы прямо узнаете, чада христиан, и рабы Христовы, и сыны истины, все земное его пустословие и чуждое Духа Святаго учение. Он не дерзнул, хотя бы одним словом, упомянуть Божественное слово, или какое-либо изречение Ветхаго или Новаго Завета, ни из закона, ни из пророков, ни из евангелия, ни из апостольских писаний, ни привести свидетельство кого-либо из патриархов, ни Самого Спасителя, ни Отца, ни изречения Святаго Духа, сказаннаго чрез апостолов или чрез пророков, чтобы чрез то вполне изобличенным оказаться пред друзьями истины в том, что он во всем является чужд Бога и веры Его. Думаю же, что и мы ему и его определениям достаточно противопоставили доказательств, по возможности словом простым, но заимствованным от Божественных писаний и самого благочестиваго разсудка. И поелику в опровержениях против него мы довольно ясно вели разсуждение о вере, то мы считаем этого достаточным, дабы, присоединивши что-либо, не произвести какого-либо излишняго затруднения при чтении. Но взявшись опять за слово, в сокращении скажу еще не многое против того, что он, возгордившись разумом, после выражения чудовищной веры своей и ненависти ко Христу и Святому его Духу, дерзнул в гордом уме своем помыслить и устами своими и устами наученных им надменно с хулою высказать.

4. Этот человек (Аэтий) сам и наученные от него вообразили себя выше всякаго человека в том, что будто бы познали Бога не только верою, но и ведением по естеству, как я и выше упоминал о них, говорящих, что они не просто знают Бога в знании верою, но так, как кто-либо может знать все видимое и осязаемое руками его, как например, если бы кто-либо взял руками камень или дерево или орудие из какого-либо инаго вещества. Так и сей дерзкий сказал: я знаю Бога так, как себя самого, и не настолько знаю себя самого, как Бога. Впрочем говорить и слушать безумное для многих служит к обману, а для разумных к осмеянию: ибо кто из подвергшихся умоповреждению и неистовству не может и других увлечь к тому же безумию, особенно же последующих и послушных им? Если бы кто спросил его и последователей его: не разсказывай мне, что ты познал Бога несравнимаго и непостижимаго, не воспринимаемаго по виду, а познаваемаго верою рабами Его, но разскажи мне об основаниях земли, о хранилищах бездны, о жилах моря, о месте ада, о мерах воздуха, о виде и широте небес, о том, в чем состоить вершина высшаго и придел низшаго, что лежит направо и что налево, о создании твари и себя самого и о не выразимом по числу и измерению на земле (если они слышат это, как мы слышали от обманутых им), то, притворно уклоняясь к софистическим отговоркам, говорят, от сего наученные, что все это телесное, и мы не можем познать сего. Бога же, сотворившаго оное, знаем ясно, каков Он, и как существует, и какими качествами обладает, и кто Он есть. Кто, услышавши это, не подвергнет сего тотчас осмеянию? Ибо совершенно нелепо, что он говорит, будто Художника и несравнимаго, и неизъяснимаго он познал и точно понял (и если бы он говорил, что познал и точно понял верою, но не дерзал бы и они не дерзали говорить, что ведают Его как бы осязая), произведеннаго же Самим несравнимым, что по виду может быть предметом удивления для видящих, говорит он, как и его единомысленники, не знает, между тем как в особенности везде Божественныя Писания ясно проповедуют о Боге, что Он невидим и непостижим, и не объемлем для ума, но только верою по истине познается, «яко есть и любящим Его мздовоздатель бывает» (Евр.11:6).

5. Когда же кто-либо из имеющих правильное мнение о славе Божией, о вере и любви, и непостижимости скажет им: мы знаем Бога непостижимаго, Бога невидимаго, не изъяснимаго, истинно знаем Его, но как невидимаго и непостижимаго, тогда сей, приносящий нам новое искусство состязаться, насмешливо и болтливо, будто разсказывая какую басню, дерзает сказать: кому уподобляетесь вы и ваша вера? – Деве опороченной, но слепой и глухой и немой, которая известна всем знающим ее только потому, что опорочена; спрошенная же о том, кто ее опорочивший, не слышит, да и знать о сем не может, ибо не видела опорочившаго, по причине слепоты, и объявить не может, по причине немоты. Но сие наоборот можно отнести к нему и к его речи, по написанному: «обратится болезнь его на главу его» (Псал. 7, 17) и: «падет в яму, юже содела» (Псал. 7, 16) и подобное сему: ибо он подобен слепому от рождения, который говорит и много говорит, и слышит и знает имена белаго и чернаго, синяго и зеленаго и краснаго и других различных цветов, света и тьмы, имена чего слышатся, но не знает, что такое вид и не может вполне растолковать его, по той причине, что от начала родился слепым, не знает также ни отличия каждаго качества цветов, ни вида их, потому что взаиморазличение имен каждаго из них возможно с помощию опыта, чрез чувство зрения производимаго, но для незнающаго от начала вида их не возможно сделать такой опыт ни с помощию речи, ни посредством чувства осязания и прикосновения. Таким образом, как слепые от рождения разговаривают о сем, и зная, что черное противополагается белому, зеленое синему, что затем различаются пурпуровый и червленый и иные цвета, спрошенные нами о качестве вида и цвете каждаго качества, не могут ни сказать об этом ни быть наученными от нас, но только посредством слова приводят свой ум к убеждению, однако же обманывают слушающих, как будто в совершенстве умеющие различать цвета, хотя говорят лишь на словах, не имея ведения о предмете по самой непостижимости его для них: так и сей приходит к нам с словами о Боге и с насмешкой говорит об опорочении немой и глухой и слепой девицы, скорее сам опороченный по хуле своей и обладая незнанием как бы слепотою от рождения, говоря о Боге, но только на словах, а на деле приуготовляя научаемых от него к безстыдству.

6. Ничего нет неприкосновеннаго для их дерзости. Так они хулят имена пророков и апостолов. Когда обличаемые кем-либо бывают теснимы, тотчас отбегают, отскакивают и говорят: это апостол сказал как человек, или же иначе: что ты приводишь мне изречения из Ветхаго Завета? И не удивительно, что «аще, – по изречению Спасителя, – господина дому Веелзевула нарекоша, кольми паче домашния его» (Мф. 10:25). Ибо если Самого Господа и истинной славы Его отрицаются, то насколько более пророков Его и апостолов? Доходя же до еще большаго безумия, наученные от него и их преемник некто Евномий, ложно так именуемый67, живущий и до сего времени, дерзнул на великое зло: он перекрещивает тех, которые уже крещены, не только из приходящих к нему от православных и еретиков, но и от самих ариан. Перекрещивает же их во имя Бога несозданнаго, и во имя Сына созданнаго, и во имя Духа Освятителя, созданнаго от Сына, также созданнаго. И дабы видно было все дело их обмана, шарлатанства и сценическаго искусства, чтобы ясно было, что возвещаемое ими учение не есть учение веры, но дело подражателей в театральном искусстве (комедиянтов), некоторые утверждали, что он крещает перекрещиваемых ногами вверх, а головою вниз, и таким образом принуждает их дать клятвенное обещание не отступать от его столь хитросплетенной ереси. Говорят также, что сам Аэтий, после кончины Констанция, вызванный из ссылки царствовавшим в то время Юлианом, еще будучи диаконом своей ереси, возведен был в сан епископа епископом его же ереси.

Вот что до нас дошло об Аэтие и учениках его, к которым некоторые прилагали имя аномеев68, по причине того, что они еще более и ужаснее ереси Ария мыслили нечестиво. Каковую ересь по возможности изследовавши, с Божиею помощию, по частям, как бы какое многоногое пресмыкающееся, называемое сколопендрою и иулом69, подвергши попранию ногою истины и стерши истинным исповеданием Единороднаго, с обычным благодарением Богу, как получившие от Него силу в помощь нашей немощи, мы теперь переходим, возлюбленные слушатели, по силе нашей и разумению нашему, к дальнейшим в предположенном порядке ересям, призывая, как я сказал, Самого Владыку соприсутствовать нам при указании и опровержении их, чтобы силою Его мы могли исполнить обещанное нашею малостию и слабостию.

* * *

39

В известных нам Постановлениях Апостольских приведеннаго св. Епифанием места не находится.

40

Яснее обозначены эти три пункта в 50 ереси гл. 3. именно: 14 день луны, весеннее равноденствие и воскресный день.

41

В Постановлениях Апостольских напротив запрещается праздновать Пасху вместе с иудеями; в 17 главе 5 книги там читается: «И так вы, братия, искупленные кровию Христовою, должны торжествовать дни Пасхи с точностию и со всем рачением после равноденствия, чтобы воспоминания одного страдания не совершить в году дважды, но чтоб единожды Умершаго воспоминать в году однажды не наблюдая впредь, чтобы праздновать с иудеями; ибо у нас нет теперь никакого общения с ними, потому что они заблуждаются и в самом времясчислении, почитая оное правильным, как во всех отношениях заблудившиеся и от истины удадившиеся».

42

Св. Епифаний разумеет здесь седмицу, предшествующую светлому воскресению, или страстную.

43

Т. е. воспоминание страстей Господних, или страстная неделя.

44

Начинается со втораго дня недели, с понедельника.

45

Св. Епифаний не упоминает здесь о первом дне недели, воскресенье, потому что если 14-й день луны придется в воскресенье, то страстная неделя начинается не с предыдущаго понедельника, а с следующаго, иначе светлое воскресенье пришлось бы в самый 14-й день луны.

46

Т. е. на воспоминание страстей Господних.

47

Трудно согласить это с вышесказанным: потому что если 14-й день луны приходится в субботу, то, как утверждает сам св. Епифаний, воспоминание страстей Господних начинается с предыдущаго понедельника, т. е. с девятаго дня луны.

48

Не ясно, что разумеет св. Епифаний, говоря о двух течениях – ночи и дня. Может быть, он хотел этим точнее определить период, в который может начинаться страстная неделя. Этот период продолжается, по его убеждению, с утра 10-го дня луны до утра 15-го; таким образом он находится среди двух пределов: первый предел есть ночь с 9-го на 10-й день, а вторый – 15-й день луны, так как страстная неделя начинается не с середины дня, а с утра.

49

Т. е. греческая буква: «ι», означающая 10.

50

Приведенныя числа не совсем точны. Солнечный год (от одного весенняго или осенняго равноденствия до другаго) составляет 365 дней, 5 часов, 48 минут 48 секунд, а лунный год, состоящий из 12 синодических месяцев (каждый месяц от новолуния до новолуния), продолжается 354 дня, 8 часов, 38 минут, 36 секунд. Таким образом ежегодная разница между тем и другим составляет 10 дней и 21 час.

51

Прибавочных дней.

52

Надобно читать: 17.

53

Собственно: эпакты, ἐπακταὶ; но так как вслед за тем говорится, что это количество и 24 часа составляют два дня, то надобно думать, что здесь должно разуметь один прибавочный день, одну эпакту. Что имеет в виду св. Епифаний, прибавляя здесь одну эпакту, трудно решить. Может быть он имел в виду то, что, так как лунный месяц продолжается не ровно 30 дней, а 29,5, между тем в 3-м и 6-м году вставный месяц был полагаем в 30 дней, то отсюда и образовалась разность в один день, в одну эпакту. Но в таком случае надлежало бы эту эпакту прибавить не в 8-м году, а в 6-м.

54

Вместо осмилетняго периода лунных годов, первый вселенский Собор установил для определения дня празднования Пасхи 19-ти летний период, который гораздо точнее соответствует действительному движению луны. По этому периоду день празднования Пасхи и доныне определяется в православной Церкви.

55

Когда Пасха празднуется во вставном 13-м месяце луны, то она приходится прежде весенняго равноденствия: от этого и происходит разность с теми, которые празднуют Пасху после весенняго равноденствия.

56

Προστάτης, стоящий пред судом гражданским защитник Церкви, избиравшийся из мирян, – тоже что ἔκδικος.

57

Высокопреосвященный Макарий, имея в виду это место, так объясняет его смысл: «о Духе Святом справедливо можно выразиться, что Он есть от Обоих, от Отца и от Сына, но только в разных смыслах; есть от Отца, как имеющий с Ним одну и ту же природу и как от Него исходящий и посылаемый в мир; есть от Сына, как имеющий с Ним одну и ту же природу, как усвоивший от Него учение для проповедывания людям и как от Него посылаемый и раздаваемый людям». В подтверждение такого объяснения Высокопреосвященный Макарий приводит слова Марка Ефесскаго, который говорил на Соборе Флорентийском, что «быть от кого-нибудь» не значит непременно исходить от кого-либо, или заимствовать бытие, а употребляется и в другом смысле, напр. в смысле одинаковости свойств и природы, как напр. в словах Спасителя: «вы от мира сего есте, аз несмь от мира сего» (Ин.8, 23). Прав. Догмат. Богословия т. 1, стр. 254.

58

Под Пасхою Св. Епифаний разумеет страстную седмицу. См. ересь Авдиан (Твор. Св. Епифан., кн. 2, 1881 г. стр. 260).

59

Слово μασμαρθ употреблено семидесятью толовниками в 19 стихе 52 главы книги пророка Иеремии. Они оставили здесь без перевода еврейское слово מִזְרָקוֹת, которое в предшествующем, осьмнадцатом стихе они же правильно перевели словом φιάλαι, чаши, как перевели его и в других местах, например: Числ. 7:13, 19; Исх.38и друг. Причина, по которой LХХ, переводя 52Иер., остановились в недоумении пред словом, значение котораго было им известно, и пожелали передать только звуки этого слова греческими буквами, заключалась, вероятно, в том, что разбираемое слово они читали иначе, нежели как оно теперь читается в еврейском тексте. В их кодексе слово имело такой вид, что никакого определеннаго значения переводчики не могли дать ему и потому ограничились передачею звуков непонятнаго слова греческими буквами. То же сделали переводчики и с предшествующим словом того же стиха: вместо перевода они поставили греческия буквы ἀπφθ. Св. Епифаний дает слову μασμαρθ значение: διυληστήρια, то есть: сита, решета, или вообще орудия просевания, процеживания. Придавая такое значение разбираемому слову, св. Епифаний, очевидно, руководствуется чтением слова по еврейскому тексту, но с некоторым изменением чтения. Вместо מִזְרָקוֹת он читает и производит значение этого слова от корня זָרַע означающаго: сеял. Слово מִזְרָע (в ед. числе) употреблено Исх.19, 7, в значении: сеемое. Св. Златоуст слову масмароф дает значение: ῥαντιστὴρ τοῦ αἴματος – кропило крови. Слову μιδικθ св. Епифаний справедливо дает значение κύαθοι, кружки, стаканы. Этим словом LХХ обыкновенно переводят еврейское מְנַקִיּות встречающееся как у пророка Иеремии в том же месте (52, 19) так и Исх. 25, 29; 37, 16; Числ 4, 6. Μιδικθ, вероятно, есть чтение испорченное переписчиками; оно легко могло образоваться из μινικθ, чтения более близкаго к еврейскому. Μαχωνθ, которому св. Епифаний справедливо дает значение: βάσεις, подставы, есть передача греческими буквами еврейскаго слова מְכֹנוֹת. Это еврейское слово в переводе LХХ иногда оставляется без перевода: напр. в 7 главе 3 кн. Царств несколько раз поставлено μεχωνθ (ср. 4Цар. 16–17); иногда же переводится словом имеющим общее и недостаточно определенное значение: ἑτοιμασία (Зах, 5, 11; в славянском – уготование); а в двадцатом стихе той же 52-й главы книги пр. Иеремии, которою, очевидно, руководствуется св. Епифаний при перечислении принадлежностей ветхозаветнаго святилища, слову מְכֹנוֹת в греческом переводе соответствует слово θαλάσση, море, поставленное вследствие неправильности перевода предшествующаго ему слова. Чтение μεχωνθ правильнее, нежели чтение μαχωνθ; может быть и здесь вина неправильности принадлежит переписчикам сочинения св. Епифания..

60

T. е. Страстной недели.

61

Эти слова еврейския у Св. Епифания написаны греческими буквами. Латинский переводчик сделал транскрипцию латинскими буквами. В еврейском подлиннике текст читается так: פִּתְחוּ שְׁעָרִים וְיָבאׁ גוֹי־צַדִּיק שֹׁמֵר אֱמֻנִים׃ יֵצֶר סָמוּךְ תִּצֹּר שָׁלוֹם שָׁלוֹם כִּי בְךָ בָּטוּחַ׃ בִּטְחוּ בַיהוָה עֲדֵי־עַד כִּי בְּיָהּ יְהוָה צוּר עוֹלָמִים:

62

Т. е. кто утверждает, что Бог Отец сделал Сына из рожденнаго нерожденным, след. произвел в Нем изменение, тот должен допустить, что Он произвел Сына из ничего (не из готоваго вещества): потому что то, что существует самобытно (сущность), существует независимо и след. не может быть изменяемо чем-либо другим.

63

Это положение есть повторение положения под № 1, за исключением первых слов, которых нет в настоящем положении и однакоже имеют значение для полноты смысла.

64

К каноническим книгам Ветхаго и Новаго Завета св. Епифаний присоединяет и две последние названныя неканоническия книги, как достойныя прочтения, в виду того уважения, которым оне пользовались в древней Церкви.

65

Собственно: одождить, оросить дождем.

66

Это место, по видимому, благоприятствует римско-католическому догмату об исхождении Святаго Духа от Отца и Сына (qui procedit a Patre Filioque); но употребленное здесь без ограничения изречение, указывающее на отношение Святаго Духа к Сыну, по сличению его со многими другими, более точными и определенными местами переводимаго творения св. Епифания, должно означать лишь то, что выразил о Святом Духе и Сам Сын Божий, сказавший: «Он (то есть, Дух истины) Мя прославит, яко от Моего приимет, и возвестит вам. Вся, елика имать Отец, Моя суть: сего ради рех, яко от Моего приимет, и возвестит вам» (Ин. 16:14–15).

67

Имя Евномий (Εὐνόμιος) означает: благозаконный, благоустроенный.

68

Имя Аномей значит собственно: неподобный (ανομοιος). Так назывались еретики, признававшие Бога Сына не подобным Богу Отцу по существу, не единосущным Ему.

69

Самыя названия: «сколопендра» (от σκόλοψ – заноза, жало) и «иул» (пушок, напр. на бороде) указывают на род пресмыкающихся ядовитых жалящих, каковым уподобляет св.Епифаний аномеев.


 Книга 2, Отделение 2Книга 3, Отделение 1Книга 3, Отделение 2 

Источник: Творения святаго Епифания Кипрскаго. На восемьдесят ересей Панарий, или ковчег. - (Творения святых отцев в русском переводе, издаваемыя при Московской Духовной Академии, тома 42-50.)