Азбука веры Православная библиотека архиепископ Евлампий (Пятницкий) Слова к тобольской пастве, говоренные в продолжении 1852-1856 гг. Том II
Распечатать

архиепископ Евлампий (Пятницкий)

Слова к тобольской пастве, говоренные в продолжении 1852–1856 гг. Том II

Том 1

Содержание

Сказание об Иконе Абалакской Божией Матери Слово 1. На вынос иконы Божией Матери из Абалакского монастыря Слово 2. На стретение иконы Абалакской Божией матери Слово 3. В принос иконы Абалакской Божией Матери Беседа 4. В принос иконы Абалакской Божией Матери Слово 5. В принос иконы Абалакской Божией Матери Слово 1. На провождении иконы Абалакской Божией Матери в обитель Слово 2. На провождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель Слово 3. На сопровождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель Слово 4. На провождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель Слово 5. На провождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель Слово в день Успения Богоматери Беседа. При освящении загородной Преображенской церкви Тобольского Архиерейского дома Беседа по случаю освящения храма в Иоанновском междугорном монастыре, возобновленном после бывшего пожара Беседа по освящении придельного храма при теплом соборе в Абалакском монастыре Слово по освящении храма всех Святых при Тобольском архиерейском доме Беседа по поводу освящения походной Обдорской церкви во имя первоверховных Апостолов Андрея и Петра Беседа по поводу обновления и освящения главного теплого храма в Абалакской обители Слово при освящении храма Слово при освящении храма Слово при освящении храма Слово по освящении Николаевского вновь устроенного храма Беседа при освящении храма Слово при освящении теплого Тобольского кафедрального собора, по возобновлении оного Слово на освящение храма Слово при обновлении домовой архиерейской церкви, по поводу обновления оной внутри Слово при освящении Александро-невской церкви в новоустроенном Тобольском тюремном замке Слово по поводу попечительного женского отделения при тюремном комитете Слово в храмовой при тюремной Александро-Невской церкви праздник Слово по поводу обнародования манифеста о войне с Оттоманскою портою Слово в день рождения государя императора Николая Павловича. (28 Июня 1844 г.) Беседа в день знамения Божией Матери Слово в день тезоименитства Государя Императора Николая Павловича (6 Декабря 1854 г.) Слово в новый (1855) год Беседа по поводу объявления манифеста о государственном ополчении против воюющих держав Беседа случаю объявления манифеста о восшествии на престол государя императора Александра Николаевича Слово при совершении панихиды о усопшем благочестивом Государе, Императоре Николае Павловиче Слово в день рождения Государя Императора Александра Николаевича Слово 9 по приспособлению к продолжающейся усиленно войне со стороны трех держав Слово в день тезоименитства Государя Императора Александра Николаевича, (1855 г.) Беседа по поводу особенного моления в Абалакской обители о благоденствии Государя Императора Слово в день восшествия на престол Государя Императора Александра Николаевича Слово в день рождения Государя Императора Александра Николаевича (в 5-й д. Пасхи) Слово на коронацию его императорского Величества, Государя Императора, Александра Николаевича Часть 1 Часть 2 Слово в день восшествия на престол Государя Императора Александра Николаевича Часть 1 Часть 2 Слово 1 по поводу 1-го общего моления о наводнении города Тобольска Слово 2 в день Вознесения Господня Слово 3 по поводу 2-го общего моления о избавлении от наводнения Слово 4 по поводу 3-го общего моления о избавлении от наводнения Слово 5 по поводу общего моления о избавлении от наводнения. (1836 г.) Слово на годичное воспоминание освящения храма  

 

Сказание об Иконе Абалакской Божией Матери

Икона Абалакской Божией Матери получила наименование, первоначально от села Абалакского, ныне называется от Монастыря там устроенного, находящегося от Тобольска в 25 верстах.

Она изображается одинаково с Иконою Знамения, (и празднование ей совершается 27 Ноября в день Знамения), также в прямом до пояса положении с простертыми вверх руками и с Превечным при персях Младенцем, с тою разницею, что на краях Иконы Абалакской внизу по правую сторону изображается Святитель Николай, в святительском облачении, с открытою главою, а по левую Мария Египетская в обнаженном виде, оба в размере, не, более четверти.

Поводом к написанию в таком виде Иконы послужило самое явление Божией Матери. В 1636 году 10 июля образ Знамения Пресвятой Богородицы с изображением по сторонам Святителя Николая и Преподобной Марии Египетской явился некоторой по имени Марии, в тонком сне от образа был голос, чтоб Мария объявила о видении жителям Абалака, и о том, чтобы они построили в Абалакском погосте новую деревянную церковь по правую сторону ветхой Преображенской) во имя Знамения Богородицы, что в древнем Новгороде с приделами Святителя Николая, и Преподобной Марии Египетской. Видение это, не объявленное Мариею, по робости, еще трижды повторилось уже наяву: в 1-м видении пред образом Божией Матери и Марии Египетской на воздухе, Святитель Николай в Архиерейском облачении, как бы живой стоя, изъявил угрозу Марии за необъявление, во 2-м таком же видении, при угрозе Святителя, Марии, объятая болезнию упала без чувств, но по милосердию Богоматери освобождена от болезни. В этот раз она объявила об этом духовнику своему, но без успеха. После 3-го видения на пути к Тобольску, в котором Мария видела в столпе облачном, простиравшемся до неба, образ Знамения Богоматери, и Преподобной Марии, а Святитель как бы живой на земли угрожал ей еще тягостнейшим страданием за не объявление, она объявила о видениях самому Тобольскому Архиепископу Нектарию. Преосвященный (3-й Архиепископ Тобольский) по точном испытании всего того, о чем объявляла вдова, благословил Абалакских жителей строить Церковь, в чем приняли участие многие из граждан Тобольских.

В следующем 1637 году, во время строения Церкви некто городовой крестьянин Евфимий, много лет лежавший в расслаблении, быв предрасположен ходившим к нему за милостынею нищим написать по обещанию храмовый образ во вновь строящуюся в Абалаке Церковь во Знамения Богородицы, коль скоро дал обещание, почувствовал себя лучше, и тотчас с благословения Преосвященного Нектария заказал написать икону Знамения Богородицы с предстоящими по сторонам Святителем Николаем и преподобною Мариею Египетскою искусному в то время в иконописании соборному протодиакону Матфею. Соразмерно того, как икона писалась, ему становилось легче, наконец, выздоровев Евфимий сам своими руками принес икону в собор для освящения; освящение совершил сам Преосвященный и, по освящении, Икону с честию отпустил в новоустроенную Церковь.

Когда несли Икону в Абалак, то в деревне Шанталыке (где ныне Ивановский Монастырь), некто крестьянин той деревни вышел на встречу с ослепшею от болезни дочерью; падши со слезами молился пред Иконою, и девица к радости отца и удивлению народа прозрела.

Причиною, почему Икона Абалакской Божией Матери с таким усердием и благоговением взимается из обители в г. Тобольск, было следующее обстоятельство. В 1665 г. (чрез 28 годов по явлении иконы), в Тобольске и в окрестностях его в продолжение всего Июня непрерывно шел проливной дождь; водою затопило низкие места; хлеба, овощи, травы гибли, народ впал в уныние; обратились к молитве. После молебна, отправленного в городе соборне о прекращении дождя, дабы больше подкрепить и одушевить общую молитву, Преосвященный Архиепископ Тобольский Корнилий отправил священный собор в село Абалакское за чудотворною Иконою Божией Матери; Икона принесена с подобающею честию 8-го Июля; торжественно встречена Преосвященным, всем градоначальством и гражданами; после моления на площади, икона внесена в собор, началась Литургия; Литургия еще не кончилась, как к общей радости дождь прекратился, облака рассеялись, весело воссияло солнце, сделалось ведро. В память сего благодеяния и для испрошения милости и благ от Господа и Пречистой Матери Его, Преосвященный Корнилий установил: ежегодно приносить из Абалака чудотворную Икону Божией Матери в Тобольск на 8-е Июля и находиться Иконе в соборе до 23 числа того же месяца; в последствии стали подымать из собора Икону и жители в разные места города.

Таковое учреждение о ежегодном приносе Иконы из Абалака в Тобольск угодно было Божией Матери. Это подтвердилось чудом. Преосвященный, Корнилий в 1668 г. будучи вызван в Москву для производства в Митрополита, по возвращении услышал жалобу, якобы в отсутствие Его Святая Икона была и встречаема и находилась в соборе без должного благочиния со стороны соборян.

В негодовании на это, в следующем 1669 году не дал он благословения на принос Иконы в Тобольск. Жалоба однако ж на соборян была неосновательна, и Преосвященный пятимесячною болезнию был вразумляем в том, что не надлежит оставлять по знаменательному обстоятельству сделанного учреждения касательно приноса чудотворной Иконы в установленное время из Абалака в Тобольск. Но он и в 1670-м не хотел отменить данного распоряжения о не приносе Иконы на 8 Июля и его постигла жестокая болезнь в ногах, так что он ни стоять, ни протянуть ног без тяжкой боли не мог. Испытав безуспешность врачевания, он, по обозрении своих поступков, коими мог навлещи на себя гнев Божий, понял причину своего страдания: в следствие сего 24 Сентября послал в Абалак священный собор за Иконою Божией Матери. Когда Икона торжественно встреченная, принесена была в собор, Преосвященный велел служить Литургию; после Литургии принести Икону к себе в кельи; при выносе Иконы со звоном из собора, велел вести себя в приемную и поставить подле окна, дабы, при излиянии молитвы, видеть, как понесут Икону, и тем с горячайшим чувством сретить милосердую Посетительницу. Едва увидел пречистый Лик Ее, в молитвенном чувстве небесной помощи, как почувствовал себя лучше, а когда Икона внесена была в самые кельи, Преосвященный мог сам по себе стоять в продолжение молебна и проводить Икону до места, где им была встречена; на другой день уже в состоянии был идти в собор к Литургии и принести благодарение Божией Матери за исцеление. Икона, после 10-ти дневного молитвенного пребывания в соборе, – от 24 Сентября до 4 Октября, – с честию препровождена самим Преосвященным за врата Архиерейского Двора в Абалак, с тем вместе, для непременного исполнения возобновлено установление приносить Икону из Абалака в Тобольск на 8 Июля с пребыванием Ее до 23 числа.

Когда в 1783 г., по представлению Преосвященного Архиепископа Варлаама, в честь чудотворной Иконы, привлекавшей великое число богомольцев, в Абалакском селении устроен Монастырь (3-е классный) мужеской: то с учреждением Монастыря и благоговение к чудотворной Иконе Божией Матери еще болеe усугубилось, как в Тобольской епархии, так и в соседних; с тем вместе и обыкновенный принос Ея в Тобольск на 8-е Июля время от времени делался общеизвестнее, многолюднее и торжественнее.

Слово 1. На вынос иконы Божией Матери из Абалакского монастыря

Кто сия восходящая от пустыни, яко стебло дыма кадящее смирну и ливан? (Песн. песн. 3, 6).

Могли бы и мы гласом песни песней вопросить: Кто это восходящая в кадильном облаке дыма ароматов и благоухания, восходящая от пустыни, из мирной обители своей, если бы сами не пришли просить Благодатную, чтобы Она благоволила изыти из мирной обители чудотворным Образом Своим во град, благоговейно чтущий Ее, благоволила изыти с Божественным милосердием, как с небесным миром и благоуханием.

Так бывает в общественной жизни: когда намереваемся принять к себе великого посетителя, – Царя, князя, знаменитого вельможу, то усердно прося о благоволительном посещении нас, во свидетельство радостного ожидания почтительно посылаем приближенных нам в сретение вожделенному Посетителю, и всемерно тщимся уготовить Ему подобающий прием.

Тоже, токмо в другом чувстве, делаем мы ныне, благоговейные чтители Богоматери, стекшиеся и из ближайших и отдаленных мест в Святую Обитель Ее. Мы стеклись в единой мысли в Св. Обитель смиренно просить Владычицу, дабы Она благоволила, в Божественном Лике Ея, посетить град наш, и посещением града, – Матери прилежащих градов и весей, простерла милость своего посещения и на прочее грады и селений нашей Богоспасаемой паствы.

Нет сомнения, что усердное наше прошение Пречистой о посещении града нашего для Матернего сердца Ее приятно. И Она, преклоняясь на наше молитвенное прошение, готова изыти в обетовании небесных и земных благ, – и посещением своим явить нам милость Свою. Но чтобы действительно Матерь Божия исшла к нам с Матерним благоволением своим: надлежит и нам просить Ее с любовию детей и предидти пред Ней в чувстве благоговейных рабов. Мы пришли встретить Матерь Господа нашего: с какими же чувствованиями восприимем Ее, как не с чувствованиями любви и преданности? Пришли сопроводить Царицу небесную от Обители Ее до града нашего: с какими же расположениями сопроводить Ту, Которую с благоговением окружают чины Ангельские, как не с расположениями благоговейного страха? В глубоком внимании себе, в благоговейном помышлении ума; в собранности сердца должны мы совершать шествие наше пред лицем небесной Царицы, чтобы достойно сретить и сопроводить Ее, как невидимо шествующую с небесным благоволением среди ликов св. Ангелов и Святых Божиих. В таком расположении должны мы предшествовать и восследовать пречистому лику Богородицы, как шествовал древний боговодимый Израиль в пустыне, пред лицем Скинии свидения, дабы и для нас огненный столп веры и любви и облачный (Исх.13:21) небесного крова Пречистой Богородицы были боговодимым направлением шествия во дни и в нощи. В духовном воскрилении должны мы предидти пред Новозаветным Кивотом Слова, как некогда боговдохновенный Царь Давид, пренося ветхозаветный Кивот из Силома во град Давидов – Иерусалим, нес оный при торжественном собрании всего Израиля, среди песненных ликов и благогласных хвалебных пений (2Цар. 6:15). Одушевляясь мыслями благоговейными, чувствованиями благими, расположениями правыми в шествии в след Образа Богоматери, мы не будем чувствовать ни глада, ни жажды, ни утомления.

Как и вообще должны мы исходить из храмов Божиих с ликами Св. Икон и знамениями святыни на стогны жительства нашего, на места гор, полей, вертоградов, долин? Тогда великий храм природы делается для нас храмом Вседержителя, солнце – горящею свещею пред Тем, Которого небо престол, а земля подножие; и мы чрез необъятное пространство тверди небесной, вознося горе кадило молитвенных гласов и песнопений наших к пренебесному престолу Творца всея твари должны благоговеть пред Владыкою неба и земли, и молить благость Его, чтобы Он ниспослал нам благословение в естественных дарах своих, – в благоплодии земли, в благорастворении воздуха, в благовременном ведре и дожде, в благотворном сиянии солнца и луны, в благоприятном действии всех стихий.

Особенно ныне, при молитвенной встрече и сопровождении Божией Матери, изыдем во гласе исповедания Господеви, в благоговейном воскрилении ума и сердца, в глубоком блюдении себя от всякого приражения рассеянности, дабы от начала до конца совершить сопутствие Матери Божией в неослабном молитвенном расположении, как пред Царицею неба и земли.

Будем просить Преблагословенную, чтобы Она исшедши с вами Матерним благоутробием, низвела от Сына своего и Бога нашего мир, милость и благословение на все входы и исходы наши.

Владычице! Святыми Твоими молитвами низведи на нас благословение небесного, Отца, благодать Господа нашего Иисуса Христа, силу и действие Св. Духа, и с Твоим пришествием во град, принеси здравие нашим телесам, мир душам, довольство и благотишие жительству. Аминь.

1853 г. Июля 6 д. в Абалакск. Монастыре.

Слово 2. На стретение иконы Абалакской Божией матери

И откуда мне cие, да приидет мати Господа моего ко мне? (Лк. 1:43).

Так в восторге благоговейной радости боговдохновенным гласом праведной Елисаветы громогласно взывает ныне град наш, озаренный благодатным посещением Матери Божией в святом лике чудотворного образа Ее, взывает к Благословенной: И откуда мне сие, да прииде Мати Господа моего ко мне.

Уже близ двух столетий (188 лет), как град наш в сии дни (от 8 по 23 Июля) так торжественно принимает Благословенную в ограждение свое и в храмы Святые свои и совершает торжество благодатного посещения Ее. После благоговейного посольства1 в обитель Пресвятой, для молитвенного прошения Ее о благоволительном посещении града, и после молитвенного путешествия Иконы Богородицы в течение трех дней, шествие дражайшей Посетительницы, от места до места непрестанно в числе сопровождавших увеличивающееся, останавливается при входе во град на месте общей встречи всего священного собора, градоначальства и жителей града. Здесь открывается величественное, умилительное зрелище, при взоре на которое само собою во всей силе приходить на мысль песненное изречение Церкви: иде же Царево пришествие, тамо и чин приходит. Величественно останавливается на месте встречи Икона Пречистой посреди священнолепного сопровождения хоругвей, крестов и других святых Икон; останавливается, и среди несметного множества людей водворяется благоговейная тишина. Святая Икона, восприятая руками старших священнослужителей, окружается священным собором; чествуется от предстоятеля каждением, земным поклонением, лобзанием, величается от всего собора, как приветствием умиленным пением и всем множеством и благоговейно сопровождается в соборный храм к Божественной Литургии; при этом шествии первейшее из начальствующих града поставляют себе за честь прежде всех других принять от священнослужителей и с благоговейным усердием нести Св. Икону. Так, благочестивые граждане и возлюбленная братия, мы усердием подъяли Св. Икону Пречистой Богоматери из Обители ее, так молитвенно сопровождали путем шествия, так торжественно встретив, восприяли и нашими руками, и нашими сердцами, и теперь продолжаем священное торжество сретения милосердой Посетительницы града нашего. При общей духовной радости, и сей недавно обновленный благодатию храм, восприяв чудотворную Икону, в молитвенном благодарении взывает: Откуда мне сие, да прииде Мати Господа моего ко мне. На этот глас радости о благоволительном пришествии Пресвятой вы собрались в единомыслии, дабы в сем пустынном храме свободнее излить моление к Богоматери.

Пустыня имеет особенную силу питать в нас тишину и безмолвие чувств; в тишине и безмолвии мы яснее слышим, лучше познаем, глубже ощущаем прикосновение к нам благодати Божией. Итак, при торжестве посещения града нашего Божией Материю в Ее чудотворном Образе, размыслим: в каком расположении ума и сердца должны мы провождать торжественное время посещения града нашего Материю Господа? В чувствованиях живой веры, в расположении благоговейной любви должны мы провождать празднственное время пребывания Божественной Посетительницы.

Кто к нам пришел? пришла Матерь Господа нашего. Да благоговеем пред лицем Матери Господа нашего. Но к нам пришла и благодатная Матерь наша. Как встречают дети мать свою, когда она после отсутствия возвращается к ним? Кому не известны чувствования детей, когда они после разлуки долгой, или короткой встречают мать свою? Они бросаются в объятия матери, обнимают, целуют ее, разными знаками выражают радость свою и горячность чувствований. В подобном расположении должны находиться и мы ныне, когда пришла к нам благодатная Матерь наша.

Подлинно в таких бы детских расположениях любви мы и находились, если бы мысли наши были светлы, чувствования чисты, расположения правы, действия и жизнь непорочны. Дети виновные не столько с любовию, сколько с боязнию встречают самую нужную мать. Но кто из нас похвалится, что имеет непорочное сердце пред Богом, что может приблизиться к святым объятиям небесной Матери, как чадо невинное, как сын послушный, дщерь целомудренная? Все мы попремногу грешны пред Искупителем нашим и неправы пред богоблагодатною Материю. Что же? мы дети своевольные и непослушные ужели должны бежать святых объятий небесной Матери, боясь своей виновности, страшась преступности? Нет, к нам пришла общая Матерь, исполненная небесной любви, ведущая все наши нужды, все слабости душевной, все немощи телесные все скорби наши от других, все печали от себя, от наших слабостей и грехов. Она пришла к нам, как Дурная помощница, как сердобольная целительница для того, чтобы утешить нас в печалях, облегчить в бедах, исцелить в болезнях. Как утешить, облегчить, исцелить нас пришла любоблагоутробная Мать? пришла утешить утешением святым, духовным, как Матерь Слова и Премудрости, пришла ввести нас внимательным рассуждением в наше состояние, в наши дела: каковы мы в отношении к Богу, каковы в отношении к ближним, каковы в отношении к самим себе? Имеем ли в себе страх Божий, исполняем ли верно хотя главные обязанности Христиан: притекаем ли в храмы Божии в великие празднества, приносим ли исповедание во грехах наших в установленное Церковию время, свидетельствуем ли Христианство свое приобщением тела и крови Спасителя нашего? Исполняем ли обязанности наши к ближним по духу Христову: начальствуя и вообще, по благости Божией, благоденствуя, печемся ли о благосостоянии подчиненных и ближних наших, особенно бедствующих и обременяемых нуждами? Не притесняем ли нашею силою слабых, не томим ли подручных, а еще паче, не соблазняем ли открытыми слабостями тех, которым долженствуем: светить примером своих добрых дел? Исполняем ли обязанности к самим себе: соблюдаем ли непорочно семейные наши обязанности, обязанности родителей в обучении детей благочестию, обязанности супругов в неприкосновенной верности, обязанности детей в почтении родителей, обязанности слуг в точном исполнении воли господ, как воли Господа небесного? Соблюдаем ли трезвенность в поведении, трудолюбие в исполнении дел звания, творим ли подаяние требующим по состоянию нашему, храним ли себя в чистоте, очищаем ли молитвою, постом и терпением скорбей душу свою для Бога и вечного спасения?

Вот в какое чувство пришла привести нас истинная Мать наша, пришла привести в чувство внутреннего испытания самих себя и сознания наших слабостей и грехов.

Но Она пришла привести нас и в высшее чувство и расположение, в благоговейное расположение к Богу, в правое к ближним, в расположение внутренней и внешней благоустроенности к самим себе, дабы мы ныне, когда обретается как бы видимо между нами Царица небесная с Св. Ангелами и Святыми Божиими, и мыслили, и говорили, и делали и явно и тайно только то, что истинно, что честно, что справедливо, так как бы мы всегда находились пред взором Царицы небесной, благочестно должны мы вести себя в продолжении благодатного посещения Ея. Да благоговеет все существо наше пред лицом Матери Господа нашего!

Но если мы не можем принести Богоблагодатной сердец чистых, расположений правых: то повергнем пред нею сердца сокрушенные о наших грехах, и истинным исповеданием раскроем пред Нею в умиленной молитве болезни душевные, те тяжкие болезни, какими кто из нас греховно недугует пред Богом, пред своими ближними, и пред собственною совестию, нося осуждение в самом себе.

Такого расположения пришла взыскать в нас небесная Матерь, чтобы каждый из нас представил Матернему Ее сердоболию болезнующее о греховных недугах сердце и пламенно умолял ее предстательствовать пред Престолом Вседержителя о продолжении нам времени к покаянию – в сердечном попечении о исправлении растленных склонностей наших и непрестанном памятовании о бренности жизни и страшном суде, ожидающем нас по смерти. Заступница усердная готова в благости Господа заблудших нас принимать, в Его правде неправды наши очищать, в Его милости безответных нас миловать и прощать, только мы с сердцем сокрушенным поведаем Ей грехи наша, и в умиленной молитве положим пред Нею намерение не возвращаться на те преступления, кои сами в себе осуждаем, и в которых однако ж, как в сетях, душевно и телесно тлеем.

Вот верное ручательство для нас к получению милости от Пресвятой Богородицы. Она как сокровищница благ, есть раздаятельница и внешних благ от благости Божией. Но к получению оных чрез Матернее ходатайство ее верный путь есть обращение сердца нашего от темных дел к Богу, в исправлены жизни. Когда мы обращаемся к Пречистой правым сердцем, и в уповании на помощь Ее обуздываем похоти плоти, побеждаем соблазны и приводим себя в чувство страха Божия; тогда и Пречистая, благоволительно приближаясь к нам, молитвами своими испрашивает нам у Господа и телесных и душевных благ. И так в смиренном чувстве нашей греховности, но в крепком уповании на предстательство Пресвятой, припадем пред Пречистым Образом Ее и единомысленно из глубины души воззовем: Владычице! яви нам Божественным пришествием Твоим милость Твою, приими с благоутробием нас недостойных – притекающих к крову Твоему, и в благодатном Твоем посещении, возвесели небесными щедротами град наш, верно чтущий Тебя. Аминь.

1853 г. 12 Июля в Преображен. Загород. Церкви.

Слово 3. В принос иконы Абалакской Божией Матери

И откуда мне сие, да прииде Мати Господа моего ко мне? (Лк. 14:28–30).

Так ныне в благодатное пришествие Матери Божией чудотворною своею Иконою во град наш, весь наш град, как одушевленное жительство, и в нем не только каждый благочестивый житель, но и каждый благочестивый дом, каждое место общественного обитания, и народных собраний, куда благочестивым усердием взимается Св. Икона Богоматери, так при радостной встрече единым благоговейным гласом взывает: откуда мне сие – откуда мне такая милость, такое благоволение, что пришла Матерь Господа моего ко мне?

Пресвятая внемлет гласу благоговейной радости нашей о пришествии Ее, внемлет гласу нашего молитвенного призывания, и, пришедши к нам видимо Св. Иконою, без сомнения приосеняет нас и невидимым действием присещения Своего.

С какими чувствованиями и расположением должны мы принимать дражайшую Посетительницу, – чтобы при внешнем пришествии Ее к нам чудотворным Образом, Она приосенила нас невидимою благодатию Своею? Кто присетил нас ныне пришествием своим? Присетила Матерь Господа нашего, Бож. Госпожа наша. Как мы должны принимать Матерь Господа, Владычицу небесе и земли? Как принимают благонравные и благопослушные рабы досточтимую за великая достоинства и добродетели госпожу, когда она в отсутствие ее нарочито ожидаемая – приходит в достояние свое? Принимают в почтительном расположении; в благоустройстве дел, в готовности отдать отчет в заповеданном служении. Кольми паче в благоговейном расположении мы должны принимать Владычицу неба и земли, принимать в благоговении внутренном, в святых мыслях и чувствованиях, благочестивых поступках и действиях, так как бы мы ныне зрели пред собою Честнейшую Херувим и славнейшую без сравнения Серафим в светлости небесных Ее доброт, в сиянии богоподобных совершенств. В пришествие небесной Царицы мы должны содержать себя, как благонравные и богобоящиеся рабы, в благоговейном страхе и смиренной радости.

Поставляя себя пред небесной Царицей в благолепном чине благоговейных рабов, в деятельной правоте, потщимся привести себя в расположение детей. Известно же, что дети – от горячего расположения – готовы излить пред материю всю душу, обнаружить все чувствования о самих себе, высказать и то, что есть в положении их приятного и то, что есть неприятного. И с кем дети лучше могут разделить приятное для них, как не с материю, и кто больше порадуется о добре их, как не мать? Но искренние дети не таят пред материю и того, что имеют неприятного в положении своем. Рассказывают не только о том, что повстречалось с нами неблагоприятного от себя и от других; но открывают и то, что они сделали неодобрительного, и что, не смотря на ощущаемый стыд, они открывают матери, желая лучше сами предупредить о проступке своем, нежели скрытностию причинить большую скорбь матери своей, а себя подвергнуть гневу ее; благонравные дети знают, что никто скорее не простит вины, никто лучше не исправить проступка их, как мать.

Итак, если мы не можем порадовать Божественную Матерь, как верные сыны и дщери, нашею правотою, не можем порадовать преданностию Богу, благотворительностию ближним, непорочностию в отношении к самим себе: та не оскорбим Материнского сердца Пресвятой, если, как дети виновные, с сокрушенным сердцем и слезящим взором припадем к Ней, и будем всею крепостью веры и любви молить Ее, чтобы Она не прогневалась на нашу неправоту, и ведая слабость нашу, как Благоутробная, благоволила прийти к нам с милостию Сына Своего, Христа Бога нашего, и покрыт оною множество грехов и прегрешений наших, благоволила придти с благодатию Его, и озарить оною наш омраченный ум, оросить хладное сердце, укрепить к исправлению немощную волю; благоволила придти с небесною благостию, и, по благоутробию Своему, даровать нам блага нужные по коегождо потребе и избавить нас от належащих бед и скорбей.

Так, возлюбленные, кроме особенных нужд, Которых у каждого из нас много и которые должны составлять предмета частных наших молитв и прошений к Богоблагодатной, есть у нас общие нужды и скорби, которые требуют общего прилежного моления к общей нашей Заступнице. Есть общая – местная нужда в скорбь Града: еще не вовсе город наш освободился от наводнения, более нежели в течение двух месяцев томящего большую часть оного. Сколько понесено скорбей, лишений, потерь подвергшимися этому гневному посещению Божию, особенно, когда возьмем во внимание и другие города и селенья нашего края, потерпевшие опустошительное действие наводнения? К кому обратимся в этом посещении, как не к Матери Божией, чтобы Она – благоутробная умолила Сына Своего милостивно избавить нас от належащего обстояния, дабы Господь, по благим путям промысла Своего, таковое наводнение, вменив, как очищение от греховных нечистот наших, для вознаграждения понесенных бед, послал нам свои милости, – самым наводнением угобзив поля и нивы, благословил оные обилием плодов земных. Все в руке Господа: Он гневно посетив, может и исцелить: наказав мало, может ущедрить богатою милостию; отъяв едино из благ, может сугубо вознаградить: будем терпеть благодушно скорби, дабы быть достойными милости.

Но есть у нас более общая скорбь, составляющая глубокую думу всего возлюбленного отечества. Это война, грозно разливающаяся и на море и на суше, война погружающая благочестивейшего Царя в царственную заботу, поставляющая Христолюбивые войска в кровопролитную брань, подвизающая наперерыв возлюбленных соотечественников и богатых и бедных на многоразличные пожертвования, а возлюбленное отечество подвергающая неизбежным потерям, лишениям, как гибельным последствиям и всякой, и настоящей войны, которая подобно темной, громовой туче застилает политический горизонт целой Европы.

Господь сил, защитник правого дела, не лишает успехов оружие благочестивейшего Государя. Так – ныне по Царственному извещению Его, мы нарочито собрались принести благодарение Господу о даровании над неверными Турками победы, (чрез разбитое 34-х тысящного корпуса Турецких войск), там – за Кавказом в области Грузии, на пределах Гурии. Принесем в преклонении колен и сердец благодарение Господу, сокрушающему оружие врагов наших. Но и в общей и частной молитве будем без возношения, смиренно молить Господа, да ниспослет крепость православному воинству, подвизающемуся за веру и Церковь, за Царя и Царство, за твердость и целость Отечества.

Особенно ныне, когда мы общею молитвою подвизаем Заступницу о явлении нам нужных благ и о избавлении от облежащих бед, ныне особенно вознесем молитвы к Ней о помощи в общих обстояниях.

Владычице мира! Приими смиренную молитву недостойных раб Твоих, и избави нас от находящих бед и скорбей; заступи, и спаси благодатию Сына Твоего нас и всех православно чтущих Τя. Аминь.

1854 года Июля 11, в Кафедральном Соборе.

Беседа 4. В принос иконы Абалакской Божией Матери

Милосердия двери отверзи нам, благословенная Богородице, надеющиеся на Τя – избавимся от бед.

Каждый раз, как мы нарочитым усердием подвизая Матерь Божию в чудотворной Иконе из святой обители Ея во град, торжественно встречаем, и благоговейно приемля, просим прийти к нам с Божественною милостию, – каждый раз встречаем дражайшую Посетительницу и в общем и частном молитвенном чувстве. Встречаем в общем чувстве, как Царицу неба и земли; посему и приносим, как рабы, общее моление, чтобы Владычица в пришествии своем отверзла нам обремененным грехами двери Божественного милосердия, низвела на нас небесную милость, избавила нас от бед и скорбей и даровала нужное и полезное. Встречаем в частном чувстве, встречаем каждый в чувстве своей духовной и телесной нужды, как благодатную Матерь в утешительном чаянии, что Благословенная в пришествии своем явит каждому из нас милости свои в вспоможении нам по нашему состоянию и житейским обстоятельствам. Попечительный начальник молит Владычицу о благоуправлении дел управления его; отец семейства молит Матерь Божию о благоустроении дома, чад и домочадцев его во всем добром и полезном; супруги молят Неневестную о благословении жительства их в неразрывном союзе единомыслия и любви; больные от сердобольной Матери просят здравия, сирые помощи, вдовы заступления, несчастные утешения, гонимые и озлобляемые покровительства и защищения. Это частные наши нужды, с которыми мы обращаемся, и должны обращаться к общей благодатной Матери. Она, по Божественному ведению, нужды наши видит, по Божественной благопопечительности все оные сердобольно чувствует, и хотя готова являть нам благоутробие Свое, но, по Божественному правдолюбию, простирает милости свои к нам в той мере, как мы просим Ее, в той степени, как благоговеем пред Ней, в той соразмерности, как для благоугождения Господу, исправляем наши слабости, отсекаем греховные привычки, очищаем склонности. Праведною мерою милости к нам – Божественной Матери есть вера наша и любовь, свидетельствуемые деятельным попечением о том, чтобы быть достойными благоволения Ея правотою нашей жизни и непорочностию дел. Посему, чтобы получить милость от благодатной Матери каждому по своей нужде и потребности, будем усердно молиться Ей в любви и благоговении, и любовь нашу свидетельствовать чистотою жизни, правотою и благотворением и мы будем услышаны.

Кроме частных, многоразличных нужд, есть ныне у нас общие, ощутительные нужды, требующие и общего моления к Матери Божией.

Во первых, ближайшая местная нужда есть належащее безведрие. Преблагий Господь благословил ныне поля и вертограды наши благоплодием, посылая на землю обильные дожди. Но мера напоения земли превозмогает над мерою потребной сухости, и благорастворения воздуха. Почти непрестанно льющийся дождь, напаяя до преизбытка землю, усугубляет еще растительность; но теперь уже время созревания плодов; излишняя дождевая влага может повредить созрению; – обильное плодоношение без соразмерной сухости и благорастворения воздуха, не достигнув надлежащей зрелости, не принесет благословенной жатвы и успешного собрания плодов. И мы, имея, по-видимому, в руках своих обилие, в самом деле, найдем скудость. Что причиною сего? Причиною этого неблагоприятства без сомненья суть грехи наши; – посему обратимся от стропотных путей наших к Господу, и обратим молитвы наши к Владычице, дабы Она, как первоначально явила чудодейственную силу святой Иконы Своей в удержании льющегося дождя и в восстановлении ведра: так и ныне силою Своею удержала чрез меру льющийся дождь, послала благорастворенное ведро, и возвеселила нас надеждою благословенного благоплодия и радостного собрания плодов земных, дабы это необходимое для жизни нашей даяние от Господа употребить во славу Его и взаимную пользу нашу. Впрочем, это дело благого и мудрого мироправления Господа, Который всего чаще из видимого для нас неблагоприятства изводит великое добро.

Но есть у нас общественная нужда; это тяжкое обстояние належащей на возлюбленное отечество войны, производимой не от трех, а от четырех уже держав, со всем ожесточением и на море и на суше. Эти державы уже сбросили с себя личину мнимого покровительства Оттоманской порты для вымышленного поддержания политическая равновесия; производимым упорным кровопролитием доказали, что возжегши войну против России из зависти к благосостоянию ее, после малоуспешного вооружения в минувшую осень и зиму, уже в высокомерном мщении употребляют все ужасы вооружения для потрясения могущества России. И вот с наступлением весны, увеличив на море и на суше войска и в числе и в смертоносном всякого рода вооружении, они на сильном Флоте опустошают по берегам Балтийского, Черного, Азовского морей прибрежные беззащитные города и селения, а главные силы со всем разрушительным вооружением сосредоточили против Севастополя. Этот священный город, доселе несокрушимый оплот для неприятелей, есть истинно всесожигаемая жертва; всеми адскими орудиями губительно разрушаемый, он доселе в силе Божией остается несокрушим. В продолжения трех месяцев денно-нощно, как градом осыпаемый, разрушительными бомбами и громимый страшными огнестрельными орудиями, он уже весь во всех зданиях избит и держится только крепкою грудью неустрашимых защитников.

Враги наши в высокомерном ожесточении не щадя и собственной крови, время от времени кровопролитными нападениями приближаясь к укреплениям, успели уже достигнуть к самой крепости и в яростном стремления готовы были ворваться внутрь укрепления; но непоколебимою твердостию защитников отечества в отчаянном устремления низложены и с высоты укрепления низринуты. Коли – коже дорогою ценою, какими бесчисленными жертвами защищается эта священная твердыня и чрез нее честь и безопасность Отечества!

Так, возлюбленные; тогда как мы в нашей Сибири, в северо-восточном крае обширной благословенной нашей России, находимся в тишине, безопасности, там, юго-западный край возлюбленного отечества нашего обуревается жестокою войною. Мудрое правительство не требует от нас даже и особых пожертвований, тем паче оставляет нас свободными от вооружения. Но среди этого благоотишия надлежит ли нам быть нечувствительными к тяжкому состоянию любезных соотечественников? Мы должны разделять страдания их болезненными чувствованиями, а еще паче являть искреннее участие в подвигах защитников отечества посильными пожертвованиями на нужды военные, на врачевание раненых, на вспоможение разоренных. Между тем общая наша обязанность – споспешествовать успехам оружия крепкою молитвою, чтобы Господь в это время пылающей войны оградил св. своими Ангелами, и одушевил неустрашимостию повсюду православное воинство наше на супостатов.

И в благодатное пришествие чудотворной Иконы Божией Матери, к Ней молитвенно прострем и очи и руки наши во обстоянии. Владычице! Присети в благодатном пришествии Твоем чтущим Тя верно град миром и благоденствием, а паче всего преспеянием во благочестии; сотвори знамение благо и с чтущим Тя верою и любовию отечеством нашим в споборении на врагов наших. Аминь.

1855 года Июля 9 дня в Знамен. монастыре.

Слово 5. В принос иконы Абалакской Божией Матери

K Богородице прилежно ныне притецем, грешнии и смирении.

И всегда мы должны прибегать к Богородице, как к первейшей нашей по Бозе помощнице; но особенно в умиленой молитве с сокрушенным сердцем должны прибегать к Ее Матернему заступлению ныне в благодатное Ее посещение града нашего, Мы особенно подвигли Матерь Божию придти к нам из обители чудотворным Образом Ее, особенно сретали и принимали Ее; особенно должны быть обращены и взоры и сердца наши молитвою к Ней, как к Владычице неба и земли; должны быть обращены сердца наши верою в Ее небесное ходатайство о нас. Она готова исполнить благие желания наши; только мы должны притекать достойно к заступлению Ее.

Приятно для небесной Матери и внешнее наше притекание к Ней, когда мы в чувстве смирения взыскуем лица Божия в храме святом, в преклонении колен повергаемся пред пречистым Образом, приносим свещу и елей для молитвенного возжения, приносим фимиам во свидетельство сердечного возношения; Она молитвенный взывания наши слышит, приносимые дары приемлет. Но несравненно приятнее для Пречистой наше притекание к Ней тогда, когда мы в посте и воздержании, в исповедании и сердечном сокрушении о прегрешениях наших обращаемся к Ее молитвенному заступлению, и из глубины болезнующего о грехопадениях наших сердца умоляем Ходатаицу нашу о даровании нам благодатной силы востать из греховной жизни, исправить стопы на путь заповедей, и ходить в чувстве страха Божия. Когда мы в сокрушении сердца исповедуем пред Пречистою грехи наши, и в болезни духа умоляем Ее о отпущении наших согрешений, о исправлении неправд и преступлений: тогда и Матерь Божия с благоволением возносит молитвы наши к Сыну Своему и Богу нашему и благосердо ходатайствует пред благостию Божиею паче всего о очищении грехов наших, за тем и о благопоспешении течению внешних дел наших.

Итак, чтобы нам обратить на себя милостивое заступление Пречистой: надлежит, прежде всего, с сокрушенным исповеданием просить ходатайства о прощении грехов наших, потом испрашивать уже житейских благ. Иначе, при нашей греховности и вместе нераскаянности, дарование нам благ жизни и ходатайству Пречистой не свойственно; потому что грехи великую преграду поставляют между нами и Богом, между ходатайством Матери Божией и нашим недостоинством, и для нас бесполезно. При нашей нераскаянности, если нам и подаются наряду с другими дары благости Божией: то они остаются у нас без действия, или даже обращаются нами во вред. Обильное насыщенье пищею и питием не питает одержимого внутреннею болезнью, а только большее производить расстройство. И больных пороками обильные блага не пользуют, а, чрез злоупотребленье их, ввергают в большее нестроение.

Ныне, возлюбленные, в благодатное пришествие к нам Божией Матери Святою Иконою Своею, в умилении о грехах наших принесем Пречистой болезнующее сердце, и будем умолять Ее выну предстательствовать пред Престолом Вседержителя, чтобы продолжил нам время для покаяния и своею благодатию возбудил в нас попечение о исправлении превратных наших склонностей и памятование о смертной кончине, и ожидающем нас за нераскаянность суде.

При таковом расположении нашем Пресвятая готова даровать нам все доброе и полезное. Как сокровищница благ, Она есть раздаятельница и внешних благ, потому и называется и есть алчущих питательница, сирых и вдов заступница, больных и немощных помощь и врачевание, странных и обуреваемых пристанище, и все может Матерним хотайством у Сына Своего.

Итак, в живом чувстве нашей греховности, и в непоколебимом уповании на предстательство Пресвятой, единомысленно воззовем к Ней: Владычице! в благодатном Твоем посещении присети небесными щедротами град наш, и ныне, как прежде третьего лета, постигнутый наводнением, вместе с тем многообразными лишениями, да приимет Господь это водное посещение, как очистительное омовение грехов наших, и, по Твоему предстательству, дарует благоустроение жительству нашему, а всем попечение о взаимном благоугождении друг другу в страхе Божием во временное благо и душевное спасение. Аминь.

1856 г. Июля 21 д. в Всесвятской в 3-м этаже Архиер. дома Церкви.

Слово 1. На провождении иконы Абалакской Божией Матери в обитель

Пребысть Мариам с нею – Елисаветою – яко три месяцы, и возвратися в дом свой. (Лук. 1:56).

Каково было трехмесячное пребывание Благословенной Мариам у праведной Елисаветы, которое Она, как дражайшая Гостья, проводила в доме праведного и благочестивого Священника Захарии? Было пребывание сладостного мира, утешения, любви, – любви родственной, а паче благодатной, в которой эти святые, непорочные души питались благочестивыми собеседованиями, одушевлялись святыми желаниями, укреплялись молитвенным возношением мыслей и сердца своего к Богу. Посему Благословенная Мария, вожделенная Посетительница, как принята была святою Елисаветою с восторгом благоговейной радости, так и провождена с чувством любви, сердечной благодарности и благоговейного целования. Пребыстъ Мариам с нею, яко три месяцы, и возвратися в дом свой.

И с нами Пресвятая Мария Матерь Божия, пребывши две обычные седмицы дней чудотворною Иконою своею, ныне возвращается в мирную Обитель свою. Каково было пребывание Ее во граде нашем, пребывание чудотворным, благоговейно чтимым Ее Образом? Было временем торжества, временем непрерывного молитвенного стечения в соборный храм, в место пребывания Святой Иконы, временем непрестанного Ее посещения и храмов, и общественных и частных домов.

Во 1-х пребывание Иконы Божией Матери было временем торжества. В самом деле, кто из верных и благоговеющих к Матери Божией, в продолжение пребывания Св. Иконы Ее, не чувствовал и внешно, не чувствовал и внутренно, что посреди нас обретается Божественная Посетительница, Матерь Божия, – обретается Царица небесная своею чудотворною Иконою? Кого не одушевляло это святое, благочестивое чувство? А с этим чувством не разливалось ли и чувство духовной торжественности, как особенного всепразднственного времени? Да одушевляет нас всегда это священное чувство в пребывание чудотворной Иконы Божией Матери во граде нашем! Оно есть в нас чувство благочестивого наставления Матери нашей, Православной Церкви, по которому мы живою верою и любовию в священных и ознаменованных силою Божественною образах олицетворяем для себя предметы духовные, созерцаем лица небесные, Божественные. Так благочестивые жители града, осеняемые пришествием Пречистого Образа Богоматери, мы светло празднуем это время.

Во 2-х пребывание Иконы Божией Матери было временем непрестанного и в дни и в нощи стечения в соборный храм множества молящихся, близких и дальних, простых и благородных, здравых и больных. Тогда-то исполнялось на соборном храме, как на благодатном Иерусалиме, Пророческое слово: (Ис. 60:11) врата храма отверсты были присно, не затворялись день и нощь, и слава и честь, дары и приношения приносимы были к подножию Матери Господа. И какое усердие, какая горячность молящихся к Матери Божией! В нощное время одни изливают молитвы свои пред Св. Иконою Ея с Священнослужителями; другие в разных местах или сами для себя, или вслух и для других читают каноны, молитвы и молитвенные стихи, устремляя и мысли и взор к Иконе Божией Матери; а иные, утомившись от молитвенного бодрствования, на местах молитвы восклоняются для молитвенного покоя пред лицом Матери Божией. В этом нощебодрственном молении по истинне можно видеть образ неусыпаемого моления.

При таковом денно-нощном отверстии храма для молитвы и всенощном непрерывном молении усердно притекающих к Матери Божией, какой лежит на Священнослужителях храма священный долг все совершать по чину, благочестно, благоговейно, всем благочестивым требованиям притекающих к чудотворной Иконе Божией Матери вполне удовлетворять с забвением собственного труда и утомления. Так – Священнослужители, выполняя требования притекающих с молитвою к Иконе Богоматери, должны совершать служение всегда и везде и в храме и в домах, благообразно и благочинно, и иметь в виду не мзду и приобретение, но славу Божию и назиданье благовейных чтителей чудотворного Образа Божией Матери.

В 3-х пребывание Иконы Божией Матери в граде нашем было временем благодатного и вкупе повсеместного, радостотворного помещения Ее чудотворною своею Иконою, посещения святых Обителей и Храмов, судебных мест и заведений, домов общественного собрания и частных жилищ. Вот Божественная Посетительница всеми приглашается, всеми благоговейно приемлется, и благоутробная Матерь никому не отказывает в своем посещении: всюду кротко шествует, всюду милостиво входит, от всех и более достойных и менее достойных молитву слышит и моление приемлет. И какое умилительное для взора и чувства зрелище! Не говоря о Обителях и святых храмах, святая чудотворная Икона благочестно подъемлется в места судебные и учебные, с честью вземлется на торжище народное и в стан воинский, посещает места общественного призрения бедности, и места исправления человеческой испорченности; входит в частные дома и храмины, шествует даже в темничное узилище к преступникам.

Для чего все это? Для того, чтобы общая небесная Матерь все свыше благословила, все Божественным кровом своим приосенила, во всем явила свое благодатное заступление и ходатайство: здравое в нашем состоянии, правое в делах еще более укрепила; слабое, поврежденное, беспорядочное устроила, вовсе расстроенное, извращенное, падшее своею сильною помощию подъяла, восставила, исправила. Все это для нас слабых и не совершенных, уничиженных и грешных все необходимо и благодетельно. И если бы не Пречистая пред престолом Вышнего предстояла молящи, кто бы нас избавил от обременяющих нас грехов и належащих бед? Но и какое снисхождение Матери Божией к нашему уничижению, какое благосердие к нашему недостоинству! Она кротко входила Пречистою Иконою своею и туда, где знала о тяжких преступлениях, где видела нечистоты, где зрела одну: наружность, суетность, лицемерие; что много? смиренно входила даже в темницу к заключенным преступникам. О, не прогневайся на нас Владычице! По богатству благости Твоея, приими и наше малое за великое, и наше скудное за богатое, и наше недостаточное за Совершенное, и по безмерному благоутробию Твоему, паче всего покрой наши немощи, наши слабости, наши пороки и преступления; не возглаголи на нас Сыну Твоему и Богу нашему, но застени предстательством Твоим от взора Его недостойное в нас, возглаголи хотя о внешних знамениях нашей веры и благоговения к Тебе. Так, Божественная Мать, если Ты не обрела в нас чувства и расположения истинных сынов и дщерей: то как Госпожа и Владычица, не презри в нас чувства рабского. В сем-то чувстве, в чувстве уничиженном и смиренном, в чувстве своего недостоинства мы приносим Тебе жертву благодарения, плод устен и сердца, исповедающихся имени Господа Вышнего и имени Святому Твоему.

Мы рабы Твои, Пресвятая Богородице, принося Тебе благодарение за милосердое посещение града нашего, смиренно молим: не остави нас, благая Помощнице, и по отшествии Твоем беспомощными; но сохраняй невредимо град, верно чтущий Тя, и соблюдай живущих в нем в здравии, мире душевном, в благоустроении общественном и в созидании духовном! Аминь.

1853 г. Июля 23 дня в Кафедр. Соборе.

Слово 2. На провождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель

Пребысть Мариам с нею, яко три месяцы и возвратися в дом свои. (Лук. 1:56).

Какова была встреча, каково было пребывание Благословенной Марии у блаженной Елисаветы, таково было и провождение, при обратном возвращении Ее в дом свой, по трехмесячном пребывании у Елисаветы.

Встреча Благословенной была радостная, благоговейная. Благословенная Дева встречена была Елисаветою, как Матерь Господа, пребывала у Елисаветы, как дражайшая гостья, среди утешении взаимной любви, благочестивых бесед, и провождена Елисаветою с чувством сердечной благодарности и молитвенных благожеланий дабы благодатная Дева соделалась благословением и для народа Израильского, и для всего рода человеческого. Совокупное пребывание св. душ есть святая радость в вере, утешение в любви, утверждение в надежде на Бога. Пребысть Мариам с Нею яко три месяцы и возвратися в дом свой.

Встречали и мы, возлюбленные, Матерь Божию в пречистом лике чудотворного образа Ее, встречали с радостными чувствованиями веры, с благоговейными расположениями любви; с теми же чувствованиями в продолжении двухнедельная пребывания принимали Ее не только в св. храмы, но и в дома и жилища и места общественного обитания и делания нашего.

После двухнедельного пребывания у нас Преблагословенной, и мы ныне провождаем Ее в обитель Ее.

В каком же ныне находимся мы, или лучше, должны находиться состоянии, при провождении Божией Матери? В каком находимся состоянии, когда провожаем друга, благодетеля, покровителя нашего, тогда как, после краткого посещения, отходят от нас? Находимся в чувствованиях и приятных и скорбных. Приятно нам было проводить время с нашим другом, благодетелем. С искренним другом мы разделяли лучшие наши мысли и чувствования. При благодетеле мы не чувствовали нужды и скорбей наших, одушевлены были приятным чаянием и в рассуждении последующей жизни и дел, потому что рука благодеющая, покровительствующая была с нами.

После такого утешения как мы провождаем нашего друга, благодетеля? Провождаем и с чувством радостным, что, находясь с другом, проводили время среди излияния сердечных чувств; что имели радость засвидетельствовать пред благодетелем чувство нашей благодарности. Но при этом сопровождении не можем не ощущать и скорби: что прекращается время приятного сообращения с другом, утешительного препровождения с благодетелем. К скорбным присоединяются и мысли беспокойные: успели ли мы выразить душевные чувствования наши другу? достойно ли мы приняли и почтили нашего благодетеля? Это составляет предмет внутреннего беспокойства и скорби при сопровождении нашего друга, нашего благодетеля.

Возлюбленные! мы провождаем ныне нашего Божественного Друга, Благодетельницу, Покровительницу. Действительно, – кто нам Божественный друг как не Иисус, Искупитель и Спаситель наш? А после Иисуса, кто Благодетельница, Покровительница, как не пречистая Матерь Иисусова и Благодатная Матерь наша. Этого-то Божественного Друга, Благодетельницу, Покровительницу нашу после двухнедельного посещения мы провождаем ныне.

С какими же чувствованиями провождаем и должны провождать Ее? Без сомнения с радостными. Мы должны радоваться духом, что имели утешение принимать дражайшую Посетительницу не только в храмах Божиих, но многие и в домах своих, и от полноты сердца благодарить Ее, что Она благоволила благоутробно приидти к нам и явить милость свою в благодатном посещении. Так с благодарными чувствованиями должны мы провождать Божественную Посетительницу нашу·

Но вот о чем надлежит с заботливостию подумать нам; достойно ли мы принимали дражайшую Посетительницу нашу, благоугодно ли чествовали Ее во время пребывания Ее? Самое первое чествование от нас Пресвятой было чествование псалмами, песнями, пением духовным. Благоугодно ли было наше пение Пресвятой? По крайней мере судя по множеству, непрерывности, и даже повсюдности во граде пения и денно-нощного служения Владычице, можно полагать, что не было недостатка в нем. За тем наше чествование Пресвятой выражалось в молении и молитвенном преклонении колен пред пречистым Образом и в благоговейном лобызании оного. И кто из нас, принося молитвы свои Владычице, не повергался пред пречистым Образом Ее долу, кто, при благоговейном поклонении не лобызал пресвятого лика Ее? Можно думать, что не было недостатка и в нашем поклонении и молении Владычице. А совершаемое благоговейное поклонение не было ли еще соединяемо от каждого поклонника и с посильным приношением? Противно ли все это Владычице? Конечно, не противно. А посему не можем ли думать, что нашим пением, нашим поклонением, нашим приношением Преблагословенной достойные приносили дары, и нашу дражайшую Посетительницу благоугодно чествовали?

О, если бы это чествование наше было благоволительно вознесено Владычицею в пренебесный жертвенник, в умилостивительную о нас жертву пред престол Триипостасного Господа!

Но да не возомним о нашем усердии ко Пресвятой паче, нежели подобает. Помыслим паче: все ли нами сделано для достойного возвеличения Той, Которую воспевают лики Ангелов, прославляют сонмы Праведных – совершенных, Которой приносят честь и дары вся тварь? Не ведаем ли того, что наше пение бывает большею частою пением одних уст, без сердца; наше поклонение всего чаще совершается в наружном преклонении колен без преклонения сердец, наши дары но большей части составляют внешнее приношение без сокрушенного чувства о своих грехах, без решительной заботливости о возможность исправлении наших неправд?

Но Матерь Бога – Слова, Владычица душ и сердец, благоугождается и пением уст, но паче благоговейным горением сердец; призирает и на преклонение колен, а паче на излияние в умиленной молитве душ, приемлет приношение и внешних даров, но благоугоднее приемлет приношение богоугодных дел.

Вещает нам, как благодатным сынам – и дщерям, каждому Божественная Матерь, даждь ми сердце Твое: устное хваление без сердца, телесное поклонение без духа, внешнее приношение без любви, хотя приемлется мною, но благоприятно не возносится в пренебесный жертвенник к престолу Вседержителя в очищение грехов, и спасение душ. Даждь ми сердце Твое: принеси мне хваление чистого сердца и уст, принеси теплое моление в благоговейном преклонении колен души и тела, соделай мне непорочным приношением все существо твое в твердой вере, в крепкой любви, во всегдашней преданности всякому добру, соделай всецелым приношением самого себя в сокрушенном исповедании грехов, в слезном воздыхании о неправдах, в решимости посильного исправления греховной жизни и дел. Тогда я и пение и моление и служение ваше в силе Духа – Утешителя вознесу к небесному Отцу моему и Отцу вашему, и Божественному Сыну моему, Спасителю моему и вашему.

Но, пречистая Владычице, где нам взять и чистые уста, тем паче чистое и непорочное, умиленное и сокрушенное сердце, чтобы достойно петь и славить Тебя, достойно воздавать Тебе поклонение и служение, достойную приносить Тебе жертву от нашего скудного достояния? Ты нам ниспосли с высоты благодать сию и, покрыв благоутробием Твоим наши грехи и неправды, прости нам наши недостатки, не оскорбись нашим недостоинством. Ведая нашу немощь греховную, приими и нашу песнь уст, как исповедание сердец, и преклонение наших колен, как благоговейное преклонение душ, и малое наше дароношение за великое, убогое за богатое, скудное за благоугодное, приими все это, как свидетельство нашей веры и любви, нашего усердия и преданности, принеси пред горнии престол благодати и милосердия, и испроси у Сына Твоего и Бога нашего здравие нашим телесам и очищение душам, благопоспешество делам, благоуправление нашему граду, мир всему жительству нашему. Приими ныне усердное благодарение и за милостивое посещение, и не забуди нас Владычице, выну неразлучно пребывая с нами благодатью Сына Твоего, и Твоим Матерним заступлением. Аминь.

1854 г.

Июля 23 дня в Кафедр. Соборе.

Слово 3. На сопровождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель

Пребысть Мариам с нею, яко три месяцы, и возвратися в доме свой. (Лук. 1:56).

Пресвятая Богородица, пребывши с нами чудотворною Иконою Своею две седмицы дней, возвращается ныне, по обычаю, в Святую Обитель Свою, и мы, совершая торжественное провождение, вчера провождали Ее из града, ныне провождаем уже от града.

С кем не охотно разлучаемся, с теми не вдруг расстаемся, тех обыкновенно провождаем не близко, провождаем с разными остановками, дабы еще насладиться присутствием провождаемого гостя. Так мы провождаем любимого брата, друга, провождаем дорогого благодетеля; так расстаемся с теми, которые связаны с нами узами близкого родства. Кроме желания насладиться еще лицезрением провождаемого, мы хотим продлить проводы и потому, чтобы сообразить: все ли мы высказали любимому лицу, с которым расстался, что у нас было на сердце? Выразили ли нашу любовь? Высказали ли наше усердие, преданность?

Мы провождаем ныне истинного друга, истинную Благодетельницу. Кто после Иисуса, Божественного Друга и Благодетеля всех человеков, кто истинный друг, кто Божественная благодетельница, как не Пречистая Матерь Иисусова и благодатная Матерь наша? Этого Божественного друга мы провождаем ныне, – провождаем дети благодатную Матерь, провождаем рабы небесную Владычицу.

Что же? Во время пребывания с нами и у нас Матери Божией чудотворною Иконою Ее, высказали ли мы Ей, как благодатной Матери все нужды наши? Высказали ли Ей, как рабы Госпоже, чувства рабского состояния и неразлучной с оным тяготы? Свойственно детям изъявлять матери различные нужды, рабам просить у Госпожи облегчения в обременяющих их скорбях.

Как дети, без сомнения, мы просили у Божественной Матери, чтобы даровала нам неоскудную пищу и питие, нужный кров и одежду, здравие телесное и благопоспешество в делах. И благоутробная Матерь не первее ли всего готова ходатайствовать пред небесным милосердием, чтобы у благодатных чад Ее был насущный хлеб, – были необходимые блага жизни. Но не усерднее ли просили Царицу небесную те из нас, которые, как рабы, угнетены тяжкими скорбями? Не сильнее ли изливали пред Заступницею печаль сердца своего больные, сирые, убогие, страждущие, скорбящие? Никакое моление не отринуто Матерью Божией. Но слезы, стоны, воздыхания, скорбь и печаль сердца паче преклоняли слух сердобольной Матери.

И всякое, кем ни приносимо было моление Владычице, небесным оком Ее было зримо, горним слухом было слышано. Принято ли прошение наше, будет ли исполнено, наше дело с верою чаять, в уповании ожидать. А получим или нет просимое, это во власти небесной. Однако ж по благости Матери Божией можем надеяться, что молитва наша не будет отвергнута, если мы просили с таким благим расположением, чтобы, если Господь и пречистая Матерь Его дарует, по прошению сердца нашего, полученное благо употреблять не для плотского наслаждения и суеты временной, но во славу Божию, в истинное благо ближних и к исправлению своих греховных слабостей. Если больной, прося о выздоровлении, обещался употреблять здоровье на неуклонное исполнение своей должности, бедный дарованное достояние на существенное благо свое и ближних, гонимый и угнетенный обещался быть смиренным и на всякое благое дело послушным: то по предстательству Пресвятой, молитва наша, соединенная с решительностию исправления внидет во уши Господа Саваофа.

Без благого намерения исправления и самое даяние благое может быть для нас не благо. Что и в здоровье, если крепость сил употребляем превратно во вред себе и другим? Что в изобилии и богатстве, когда рука наша не знает благотворения и мы в себя, а не в Бога богатеем? Что честь, достоинство, сила, когда мы уничижены духом, порабощены страстям, не ведаем силою Божией господствовать над собою? Посему кроме внешних нужд, просили ли мы Матерь Божию о душевных нуждах наших? Поведали ли Ей внутреннюю нищету и бедность нашу? Поведали ли, что мы слабы в духовных силах, немощны в подвигах благочестия, бедны в благодатном стяжании добродетелей, не воздержны и в слове, позволяем себе судить и осуждать, злословить и унижать лучших себя, а еще не воздержнее в деле, в наслаждениях не умеренны, в успехах надменны, в неудачах малодушны, при малом огорчении мстительны и враждебны? Много ли из нас таких, которые высказали благодатной Матери в сердечной скорби внутреннее свое обстояние от слабостей и пороков?

Соответственно тому, каковы были наши молитвы, и Божественная Посетительница слышала прошения наши о даровании нам нужных благ и о избавления от обстояний и бед, но приняла благоволительно молитву тех, которые поведали скорби сердца своего о душевной скудости в христианских добродетелях, изливали печаль свою о обстоянии от страстей и сует мира, удаляющих от Бога и жизни по Боге. И вот при отшествии Своем, как бы такое делает нам завещание богоблагодатная Матерь: «благодатные чада! Ищите прежде всего Царствия Божия, ищите паче всего страха Божия, правоты духа, чистоты совести, тщитесь всемирно быть благоговейны и смиренны пред Богом, праводетельны и благотворительны к ближним, воздержны и непорочны в самих себе: тогда приложатся вам неоскудно и блага житейская, отымутся от вас и находящия скорби, или рукою Промысла обратятся внешнее благо ваше. И в этом внешнем пришествии Моем к вам и внешнем отшествии от вас, едина в Боге молитва и предстательство о вас, чтобы все и каждый со страхом и трепетом содеевая свое спасение, вы были яко чада Божии непорочны, и мир, милость и благодать Божия и Моя пребудет с вами».

Внемлем, Владычице благосердому вещанию; и, принося от глубины души и сердца благодарение за милостивое Твое нас посещение, умиленно молим; не оставляй нас небесным предстательством Твоим: во благодати Божией пребывай выну с нами Твоею благодатию; соблюдай невредимо град и всех вас в душевном здравии и духовном преспеянии, да выну величаем Тя со Единородным Твоим Сыном, Господом нашим Иисусом Христом, Ему со Отцем и Святым Духом. Аминь.

1855 года,

Июля 24 д. в Преображ. Загород. Церкви, откуда препровождена Икона Божией Матери.

Слово 4. На провождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель

Пребысть Мариам с нею, – Елисаветою, – яко три месяцы; и возвратися в дом свои. (Лк. 14:28–30).

Какова была встреча, каково пребывание благословенной Марии у блаженной Елисаветы, таково и провождение: встреча была восхитительная, пребывание утешительное, и провождение было благодатное, с чувством любви и молитвенных благословений.

Встречали и мы, возлюбленные, Матерь Божию в пречистом лике чудотворного Ее Образа, встречали с чувствованиями веры, с расположениями любви, с теми же чувствованиями веры и любви в продолжении двухнедельного пребывания и принимали Ее в Святые Храмы, в жилища наши, в места частного и общественного обитания.

Владычице! Приосени всех и все, кого и что посещала Ты, приосени благодатным кровом Твоим и весь град наш!

Теперь провождая дражайшую Посетительницу, с какими чувствованиями должны провождать Ее? Должны провождать с чувствованиями благодарности, что благодатная Посетительница благоволила придти к нам и воззреть на наше состояние; а сердечная благодарность наша должна быть одушевлена чувствованиями любви и надежды, что Матерь Божия для того посетила нас, чтобы узрев наши скорби, принести оные пред Престол Вседержителя, и предстательствовать о исцелении наших болезней, о утолении печалей, об ограждении нас в обстояниях. Не утешительно ли думать, что Божественная Посетительница наша будет предстательствовать за нас пред Престолом Вседержителя? Принеси, Пречистая, молитвы Твои о нас в пренебесный жертвенник!

И Царице небесной не трудно предстать пред Престол Вседержителя с нашими внешними нуждами, и ходатайствовать о избавлении нас от оных. Не помешают ли ходатайству Ея наши внутренняя нужды, наши греховные слабости, наши преткновения и падения, нестроения и преступления? Бывши посреди нас, Она все видела, видела не только наружные наши поступки и действия, но зрела и тайные наши мысли и расположения. А каково это в нас? Нечего таить: неправо, нечисто, растленно, преступно. Как же благодатной Посетительнице ходатайствовать за преступников? Разве не привнесет ли что к ходатайству о нас Пречистой препровождение нами времени в видимое присутствие Ее среди нас? Что видела, что слышала, что обретала Пречистая в это время пред Собою и окрест Себя? Видела непрестанно молящихся, слышала их молитвы, молитвенное служение, песнопение, воздыхание, зрела Себя непрестанно окруженною усердствующими и усердием преносимою из места в место, из дома в дом, из жилища в жилище, преносимою для благословения, для освящения, для благодатного приосенения. Все это истинно: во все время пребывания у нас Пречистой, мы непрестанно чествовали, прославляли, величали Владычицу: чествовали приношениями, прославляли песнопением, величали коленопреклонением и благоговейным лобзанием. О! если бы все это было достойно Царицы небесной: тогда все было бы благоволительно Ею принесено в ходатайственную о нас жертву пред Престолом Триипостасного. Но все ли это совершаемо было достойно ублажения Той, Которую воспевают лики Ангелов? Ведаем ли мы, что наше пение большею частию есть только пение языка без чувства, наше моление движение уст без сердца, наше поклонение преклонение колен без умиления, наши дары суть внешнее приношение без сокрушения духа, без решимости принести самих себя в жертву Богу? Мы молимся, припадаем, даже горько воздыхаем и сетуем о непрестанно содееваемых нами греховных слабостях, и все по-прежнему остаемся в тех же слабостях.

Что же Царице небесной в таком нашем хвалении, молении, приношении? Не отметает Она и внешнее наше моление и ублажение, когда все это растворяется молением умиленного сердца, ублажением сокрушенного духа, приношением богоугодных дел Царице небесной, Святой и пречистой, всего более приятна правота нашего сердца, чистота души, непорочность тела. Сын мой, дщерь моя вещает нам Божественная Матерь, даждь ми сердце твое, (Прит. 23:26); принесите Мне паче хваление чистого сердца, принесите моление в благоговейном преклонении души, в обуздании страстей; принесите самих себя в умиленном исповедании ваших не правд и в решимости посильного исправления оных. Тогда Я моление ваше вознесу в пренебесный жертвенник.

Но, пресвятая Владычице, не имея и чистых уст, тем паче непорочного сердца, чтобы достойно приносить Тебе моление, смиренно припадаем к Тебе; Ты покрой благоутробием Твоим наши неправды, Ты приосени все светящим Твоим омофором наши недостойные молитвы, Ты принеси за всех нас Матерния молитвы Сыну Твоему и Богу нашему, и Он, умилосердившись о нас по Твоему, благоприятному ходатайству, приимет наше и скудное за довольное, и недостойное за угодное, избавит нас от обстояний внешних, от искушений внутренних, и спасет Тобою души наши. Аминь.

1856 г. Июля 23 дня в Кафедральном Соборе.

Слово 5. На провождение иконы Абалакской Божией Матери в обитель

Приими от нас песнь исходную, Мати живого Бога, и светоносною Твоею Божественною осени благодатию. (Стих 9 ирм. из служб. успен.).

Так в совершившемся священнослужении мы воспели исходную песнь для окончательного провождения Божией Матери.

Когда мы провождаем дорогого посетителя, любезного брата, друга, не оцененного благодетеля, и, при решительной разлуке, даем ему последнее целование, делаем прощальное поклонение: то как выражаем наше чувство? Выражаем сильное чувство слезами, а часто одним глубоким молчанием, и, при красноречивом молчании, низким поклонением.

Лучше бы и нам Божественную Гостью нашу провождать в молчании любви и в любви облобызая пречистый лик Ее, провождать Ее слезами сокрушения, провождать безмолвным поклонением и молением.

Да нечего, по-видимому, и говорить нам, при расставании с Божественною Посетительницею. В продолжение благодатного пребывания Ее с нами, каждый из нас, кто горел усердием к Пречистой и притекал к Ней с молитвою, каждый высказал Благомилостивой все свои мысли и желания, свои нужды и печали, свои надежды и страхи, высказал в своей и внутренней, тайной и во внешней, открытой молитве, какую нарочито совершал кто пред пречистым Образом Богоматери или один для себя, или вкупе с другими о других. Итак, касательно наших нужд, которые каждый непосредственно поведал и изливал, нечего нам говорить пред Пречистою.

Но можно ли нам отпустить Владычицу в молчании и отпуская не излить пред Нею чувств нашей благодарности за Ее милостивое посещение! Она мирно пришла к нам, мирно пребывала у нас, мирно и отходит. И, в залог милости своей, да оставит и вселит посреди нас Владычица благодатный мир и утверждение мира в явлении необходимых нам благ! Но в мире ли и с благоволением отходит от нас Владычица, так ли отходит, что ничего в нас не обрела себе противного, не усмотрела оскорбительного? Не отходит ли паче в неблаговолении, недовольною? И при этом неблагоприятном знамении отшествия Ее – в мрачную, ненастную погоду можем ли уверять себя, что Владычица осталась нами довольною? Все ли во время пребывания Ее у нас, поступали мы с волею Божьею согласно, для Ее Пречистой благоугодно? были ли укрощаемы нами страсти в самое присутствие Ее? Было ли обуздываемо сладострастие, удерживаемо корыстолюбие, низлагаемо высокомерие, смиряем гнев и жестокосердие? Безмолствовал ли наш язык от злоречия и осуждения ближних? Провождали ли мы это время в чистоте, благотворении, страхе Божием? Если не дерзнем этого утверждать о себе: то нельзя нам в безмолвии провождать Владычицу; но, провождая, повергнем пред Нею смиренно моление наше, чтобы не взыскала наши недостатки, не огорчилась нашим недостоинством.

Итак, при окончательном провождении Пречистой, смиренно повергая пред Нею последнее прощальное молитвенное поклонение, все вкупе соединим наши мысли и чувствования, соединим в едину сокрушенную, крепкую и горячую молитву, и единодушно воззовем к Ней:

Благодарим Тебя, Владычице, что милостиво присетила нас, и призрела на нас и наше недостоинство. Но, Благоутробная, Ты видела наше жительство, входила в общественные и частные дома обитания нашего, видела нощи нужды, скорби, лишения, и еще более зрела боговидным Твоим оком греховные наши слабости, преткновения, поползновения: призри Благая, на наши житейские нужды, чтобы испросить нам у милосердого Господа помощь в скорбях, исцеление в болезнях, облегчение в обстояниях. Но, Всемилостивая, прости нам наши слабости, остави прегрешения, и если не обретешь в нас правоты, чтобы противопоставить оную не правдам нашим пред праведным Судиею: то, милосердия суще источник, представши о нас пред без предельною благостию в силе небесного заступления принеси о нас матернее ходатайство Сыну Твоему и Богу нашему, и благоприятными Твоими молитвами восполни наше скудное, возмери не достаточное, облеки в благообразие не благообразное и сиянием небесных Твоих доброт, в знамение которых Ты предстала нам ныне облеченною2 в одежду благолепия, застени наши нечистоты пред взором правосудия. Пречистая! да явится на нас сила матернего ходатайства Твоего, и по Твоему ходатайству да явится на нас неизглаголанное богатство милосердия Сына Твоего, Христа Бога нашего.

Приими от нас песнь исходную, Мати Бога живого, и светоносною Твоею и Божественною осени нас благодатию. Аминь.

1856 г. Июня 24 д. в Загор. Преобр. Церкви.

Слово в день Успения Богоматери

Премудрость созда себе дом (Прит. 9:1).

Св. Церковь когда ни совершает празднество в честь благословенной Девы Марии, прославляя великие действия, совершившаяся на Ней в строительстве спасения нашего, каждый раз оглашает слух наш сим многознаменательным приточным вещанием: Премудрость созда себе дом. Слыша эту приточную речь, каждый из нас с первого взгляда своего своею простою мыслию тотчас протолковывает, какая это Премудрость, и какой создала себе дом; каждый понимает, что применительно к празднеству Богоматери, это есть Ипостасная Премудрость, Сын Божий, сотворивший себе в благодатном мире строительства спасения человеческого, по благоизволению Отца, действом Св. Духа, дом воплощения в пренепорочной Деве Марии, дабы чрез Нее вселиться в человечество и явить Божественные Свои действия в спасении человеков.

Подлинно пресвятая Дева есть благодатный дом, прекрасная палата воплотившегося из Нее Бога Слова, есть особенное творение Божественной Премудрости. Как первая служительница великой тайны воплощения Бога в человеческом естестве, по которому Ипостасное Слово Отчее неизглаголанно, но приискренне низошло к падшему человечеству, Святая Дева, превечным Троичным советом на великое служение предуставлена, особенным Божественным смотрением от пелен в ангельской чистоте предуготовлена, и как Боговместимый храм и Царский чертог Бога Слова, особенным действием Духа освящена и Божественными добротами преукрашена. Почему Архангеловым благовестием о зачатии Его Сына Вышнего токмо отверсто сердце, токмо возбуждено желание пресвятой Девы к принятию в кротости и смирении благоволительно воплощающегося в Ней Слова; а сама Она, как прекрасная палата, как одушевленная сокровищница всех добродетелей, как святилище чистоты, приуготовлена была к принятию Божественного Посетителя и Спасителя дущ. Отселе и в рождестве, и по рождестве и во всю жизнь пренепорочная Дева, Она и в нетленном успении Своем, как умершая в продолжении жизни всему земному и оживотворенная небесными добротами, и славою по душе и по телу восприята в небесную скинию славы. Премудрость созда себе дом.

Христиане! И мы каждый – по благодати будучи дом Христов, созданы на дела благая, дабы вселился и действовал в нас по-своему благоизволению Господь. Убо в мы каждый действенно должны уготовлять себя в дом Премудрости; в благодатный дом Христов.

Дабы, по мере нашего понятия, приникнуть нам на дела Премудрости и открыть в самих себе источник духовного наслаждения чудесами и естественного и благодатного творения Премудрости: размыслим, какая Премудрость Божия создала себе дом в царстве природы, какой в царстве благодати, для нашего блага и блаженства?

Премудрость созда себе дом.

Какая Премудрость, когда и какой создала дом? Это премудрость вечная, первообразная, самосущая, зиждительная и вседетельная. Эта самосущая Премудрость, исшедши из недр бесконечности своей явлением неисповедимым совершенств своих, всемогущества, премудрости, благости, создала себе – во славу Свою, и для блага бесчисленных тварей великий дом, этот мир, вселенную.

Когда создала себе дом Премудрость? Премудрость создала дом вселенныя во времени, тогда, когда угодно было благой и святой воле Ее, создала свободно, без всякого понуждения и внутреннего и внешнего. В самой себе самосущая Премудрость безпредельно свободна, отселе ничто не могло понудить к творению всемощную и вседедетельную Премудрость, кроме внутреннего любообильного изволения – явить бесчисленным тварям Свою благость сообщением каждой свойственного совершенства, а в общей совокупности сотворенных тварей высочайшее, неисповедимое совершенство. Тем паче ничто от вне не могло понудить Господоначальную, вседетельную Премудрость к творению. И могло ли ничто и ничтожество побудить к действованию всемогущую и по своим вечным советам действующую Премудрость? А вся тварь, все творение, весь мир, все пришло в бытие из небытия, все сотворено из ничтожества; все это до явления в бытии обреталось токмо в беспредельном уме и помышлении Премудрости, от века ведущей все дела Свои.

Каков создала себе дом Премудрость? И земной Царь обладающий несметным богатством, и великим могуществом, когда созидает себе дом в честь и славу царства своего; то, употребляя в строении все драгоценное и богатое, отборное и особенное из произведений природы и искусства, созидает чудо изящества и великолепия. Каков же должен быть дом созданный Премудростию беспредельною, всемогущею, преблагою? Колико пространен, великолепен, и какими преисполнен благами дом, который создала себе Триипостасная Премудрость, знает только сама Премудрость; мы не можем верно поименовать и самых главных частей этого дома. Видим необъятное пространство неба, видим протекающие над нашими главами бесчисленные светила, которые сами в себе ничто иное суть, как великолепные меры, своею обширностию несравненно превосходящие нашу землю. Не только обитаемая нами страна, но и вся наша земля составляет только малую часть, только малейшую храмину этого великого дома вселенной. Довольно сказать нам об этом великом доме то, что явила нам о нем самая же Премудрость; довольно сказать, что небо и земля исполнены славы благости и щедрот. И все твари небесные, земные, преисподние, своим бытием действием, вещанием прославляют имя святое все создавшей и о всем промышляющей Премудрости. Утверждение Дома на седми столпах, знаменует незыблемую крепость, равно как и великолепие и неизмеримую для нас многообъемлемость всемирного дома.

Какими и коликими вседетельная Премудрость исполнила многообитаемый дом свой благами для всякого рода тварей, и преимущественно для существ разумных, – это в описании дома Премудрости изображается под образом обильного приуготовления пира. Премудрость закла своя жертвенные, раствори в чаши своей вино и уготова свою трапезу· Закла своя жертвенная, Премудрость преисполнила великий дом свой всякими и на всякую благую потребу необходимыми, полезными, приличными благами; растворила в чаши своей вино, открыла обильные средства и источники к разумному приобретению благ жизни и к свободному наслаждению благами жизни, а потому открыла источники к жизни разумной, благодетельной, к жизни непорочной, утешительной, радостной; и уготовила свою трапезу, и открыла великий пир, пир многообразной жизни и деятельности тварей, открыла пир, великое, многообразное и многоделательное зрелище вселенные со всеми переменами лет, времен, веков, поколений, народов, царств, и на этом зрелище в особенности для разумных существ открыла поприще разумно – свободной деятельности посредством совершенствования ума и воли многоразличным учением, образованием, опытами на путях жизни, и многообразным строением житейских дел, дабы люди достигали живого, истинного познания Творца – бытия своего, живого познания себя и ближних, и всемерно старались угождать Богу исполнениям святой воли Его, созидать свое и ближних благосовершенствованиям себя и ближних своих в истине, добре и благочестии и всех добродетелях, и восходя от совершенства к совершенству во времени, приуготовляли себя к чистейшему, нескончаемому совершенству и блаженству в вечности. Вот для чего Премудрость создала этот великий дом и из века в век, из рода в род выводить на пир свой, на великое зрелище мира, и на многоразличные пути жизни, деятельности, обстоятельств, перемен различные народы, племена, царства.

Прекрасный и великолепный этот дом мира, долженствовавший возводить человеков к Познанию и любви всесоздавшей Премудрости, по причине естественного омрачения ума и деятельного одебеления сердца человеческого, сделавшись слишком не объемлем и не удобопонятен для падшего и оземленевшего человека, при его долу преклонности и прилеплении к окружающим суетам, потерял для него спасительное действие, чтобы стезями естественной мудрости вести его к несозданной Премудрости. Человеки, омраченные умом и пригвожденные к чувственным предметам сердцем, преходя по широте земной подобно бессловесным, и занимаясь только снисканием тленных благ, до того растлились и обуяли, что сделались неспособны чистыми помышлениями ума и непорочными расположениями сердца быть в общении с создавшею их Премудростию, оставили законы ее, погасили в себе стремление к богоподобной жизни ее и умирали подобно скотам несмысленным не только телесною, временною, но и душевною, вечною смертию.

Дабы просветить омрачение ума, очистить растление сердца и всеми возможными мерами извлещи падшего человека из глубины падения, Триипостасная Премудрость в великом доме мира создала другой дом, дом благодатный, дом сверхъестественного Божественного просвещения, наставления, спасения, дабы научить обуявшего человека истинному, ведению Бога, очистить растленного страстями для служения Богу и подъять оземленевшаго к исканию приискреннего общения с Богом во времени и блаженного в вечности. Для сего Ипостасная Премудрость, единородный Сын Божий, в этом чудном новотворении благоволительно приблизил себя к уму человека небесным словом Своим, к сердцу утешительными обетованиями Своими, ко всем чувствам ощутительным явлением добродетелей своих в пример правоты и святости, дабы падшие человеки во всей жизни и действиях своих могли воображаться во образ небесной Премудрости.

При устроении благодатного дома, Премудрость Божия, единородный Сын Божий в ветхом завете в многоразличных образах и предсказаниях себя проявил, а по исполнении времени, для восстановления образа своего в падших человеках, преступлениями затмивших в себе черты Богоподобия, восприявши приискренне человечество, непосредственно озарил блуждающих во тьме истинным Боговедением и Богопочтением; во очищение же грехов лежащего во зле мира Сам себя принесши в очистительную жертву на крестном жертвеннике, излил из пречистых ребр своих и растворил пресвятую кровь Свою в чаши спасения, и уготовал всемирную трапезу, – Божественную плоть и кровь Свою, дабы в лишенных духа жизни питать дух жизни, и укреплять жизнь правды и святости. Сам непосредственно во днех плоти своей положил благовествованием слово спасения и во свете закона и Евангелия преднаписав истинное служение Богу и крестный путь жизни по Боге – по возшествии на небо послал рабов своих, – Апостолов, облекши их силою Духа святого, во все концы вселенные с высоким проповеданием Евангелия для всемирного призывания в Церковь Свою, чтобы блуждающие по распутиям мира обратились от тьмы в свет, от стезей погибельных на пути правды, оставили жизнь мирскую, порочную, ходили в заповедях Господних и, укрепляя себя на трапезе Господней хлебом спасения и питием жизни, соделывали временную жизнь путем к вечной, блаженной жизни, Таковой глас благодатного проповедания Премудрости и доселе неумолкно возвещается рабами Ее, Пастырями и Учителями, являющими путь спасения и воззывающими тещи по оному к уготованной Премудростию жизни и блаженству.

Дабы глас спасительного проповедания Ипостасной Премудрости всегда неумолкно и, по применению к греховному человеческому состоянию, просто и близко был возвещаем, Премудрость, Сын Божий, Искупитель и Спаситель человеков, в домостроительстве спасения благоволил создать видимый благодатный дом – Церковь. Утвердив Церковь на Самом Себе, яко краеугольном камени, и наздав на основании первоблаговестников своих, – Апостолов и Пророков, воплощенная Премудрость Божия, Иисус Христос в Церкви положил все сокровища премудрости и разума спасения человеческого, Церкви предал все заветы и законоположения свои, в Церкви утвердил неугасимый светильник Богосветлого проповедания правды и благости Божией, в порядке Священнослужения, подобно небесам, немолчно поведающим славу Божию, в Церкви открыл благодатное святилище – для освящения отчужденных от Бога и для приближения путем очищения к животворному общению с Богом.

Итак, внешняя видимая Церковь, рукотворенный храм, есть образ великого храма вселенные, великого храма благодати, Церкви, сущей от конец до конец вселенной. В ней тоже проповедуется слово Премудрости, те же изъясняются истины спасения, те же совершаются таинства для таинственного общении с Богом, тот же показуется благодатный путь к Царству славы. Посему вещественному, рукотворенному храму подобает честь, славам благолепие, как великому, всемирному храму благодати, Церкви первородных, духов праведных, достигших совершенства.

Христиане! благодатный дом Xристов. Будем взирать на великий дом мира как не дивный, исполненный чудес благости дом Триипостасной Премудрости. Необъятность, красота, обилие благ мира, исполняя нас благоговением и благодарностию к несозданной Премудрости, ещё паче должны восторгать мыслию к желанию красоты и благ мира горнего, небесного, дабы удостоиться обитать в оном. А дабы, согласно с намерениями воплотившейся для нашего спасения Премудрости, устроить нам пути жизни нашей в юдоли мира, пользоваться настоящими благами и достойно уготовлять себя к непреложному пределу смерти и к обетованной премудростию жизни по смерти: то, как чада облагодатившей нас Премудрости, будем жить в благодатном дому Премудрости, в повиновении св. Церкви, внимать гласу заповедей Премудрости, очищать сердце наше исполнением святой воли Ее, в непорочной совести вкушать таинственный хлеб и пить таинственное вино на трапезе Ее. Совершая путь жизни достойно призвавшей нас Премудрости, будет оставлять безумные суеты и утехи мира его страстями и похотями, да и во времени мирно поживем, а по смерти истинно во веки воцаримся в пренебесном дому Премудрости. Аминь.

1855 г.

Беседа. При освящении загородной Преображенской церкви Тобольского Архиерейского дома

Светися, светися, новый Иерусалиме, прииде бо твой свет, и слава Господня на тебя возсия. (Ис. 60:1).

Прилично приветствовать нам новоосвященный храм сею богосветлою песнию, хотя вопреки первому чаянию об освящении, время торжественного пения оной прешло. Но обновляемое благодатию и всегда светится, и славою Господнею осиявается. Посему и ныне с одинаковым приличием можем приветствовать обновленный благодатию храм: светися, новый Иерусалиме! Так, после седмилетнего примрачного созидания и постепенного устроения возсияла на сем храме слава Господня, слава освящения.

Благознаменито было начало созидания храма, благоуспешно создание; продолжение созидания дважды прерывалось глубоким мраком. Начало и причина созидания – это глубоко-благоговейная мысль первоздателя, Преосвященного Епископа Владимира; она, как доброрастимое семя, посеянное на доброй земле, произрастит плоды в последующее время; как луч разольется в поток света к просвещению славы Божией и явлению пути во спасение душ. Первая жертва для созидания принесена была почтенною и благочестивою особою3 Тобольска.

Примеру сему последовали знатнейшие из местного купечества и других городов, в том числе многие, – небогатые достоянием, но богатые усердием; или паче: этот храм есть жертва целой Епархии, из которой по первоначальному гласу одного, потом повторенному гласу другого Архипастыря, как чистые струи, текли из разных мест посильные пожертвования. При этом содействии, по благословению Божию, составлявшем источник для созидания, храм во едино лето сооружен, после трехлетнего бездейственного состояния, в ближайшее трехлетие довершен внешно, благоустроен внутренно. Храм устроился благоуспешно.

Но при этой благоуспешности в деле строения дважды являлся глубокий мрак скорби в отношении к строителям. Начало созидания и окончание устроения сопровождалось кончиною двух Архипастырей. Первоздатель храма, Преосвященный Владимир, сам своими руками (9 дня Мая 1845 г) положил первые камни в основание, но уже в немощном, болезненном состоянии. От Пламенного, молитвенного чувства, но болезненного духа со слезами излил благословение на успешное созидание, и сам чрез 11 дней от тяжкой болезни в мире опочил и отошел ко Господу. Да вселит Его Господь радостно в храме присносущные славы своей, да предстанет он пред горним престолом с молитвою, чтобы Господь вселился вседействующею силою Духа Своего в новоосвященном храме.

После печальной кончины первого основателя в начале строения, и продолжатель его, Преосвященный Архиепископ Георгий, при окончании строения, кончал жизнь свою. Минувшего года, когда уже намеревался положить печать освящения на благоустроенный храм, как в 1-й день Св. Пасхи4 изнемог и в 6-й отошел ко Господу в старости добрей, и святой готовности к отшествию. И вот оба сии Архипастыри мирно покоятся в созданном их мыслию, устроенном их попечением храме; об обоих будет изливаться всегдашняя молитва в сем храме, на который оба они не могут не приникать взором участия и не молить Господа о ниспослании благодати своей на притекающих сюда, для молитвы и служения Господу.

А мы что скажем о себе? Скажем о себе словами Спасителя: Инии трудишася, α мы в труд их внидохом; почившие о Господе трудились, а мы пользуемся плодами трудов их. И достойно ли пользуемся? Пользуемся по мере нашего чувства, скудной, слабой. Так ли бы раскрылся теперь дух первоздателя, когда бы он узрел вожделенный конец своего благочестивого дела? Он пламенно раскрыл бы все свои чувства, все дальновидный намерения, и исполнил благоговейным восторгом и всех, а особенно тех, которые по христианскому усердию содействовали совершению храма. Равно готовившийся уже освятить храм сей и постигнутый кончиною Архипастырь благолепную принес бы хвалу и благодарность Господу за совершение дела, в котором он полагал участие устроением и восполнением способов для окончательного благоустроения.

Что же мы, двух Предшественников довершающие дело, что принесли с своей стороны к делу? Привносим молитву освящением дела, привносим молитву, как уст наших слабую, но поколику вспомошествуется молитвою двух отшедших к Господу Архипастырей, она не есть слабая; при этой молитве возложили на церковь имя, в которое она освящена, возложили священное имя, как знаменательную печать. Церковь освящена во имя Преображения Господня и посвящена этому великому явлению в искупительной жизни Спасителя вашего. Не случайно, по произволу; по знаменательному явлению и явленному устроению Божию возложено священное имя Преображения на храм сей. Это вообще по своей прибрежности нагорное, по своему уединению пустынное, а по особенности избрания знаменательное место не представлять ли некоторые признаки того священного Фавора, на котором преобразился Господь во славе Божества? И здесь есть три сени, внутри и вне храма, каковые хотел устроить приведенный величественностию явления в священный восторг – Петр, в знамение того, что добро быть на горе святей, (Лук. 9:33).

Да будет священное имя Преображения приобразовательным именем и для храма, дабы преобразившийся для всегдашнего нашего духовного преображения Господь преобразил молитвами Святителей своих, Алексия и Митрофана, которые в молитвенном действии освящения призываемы были, как представители храма сего, преобразил этот уединенный храм в церковь великую для славы Имени Его; преобразил уединенное сие место в место общежительное, в место покоища дряхлой старости, в пристанище не имеющей крова бедности; беспомощного вдовства и сиротства, для мирного жительства в удалении от житейской молвы, в душеспасительном делании для Бога, в молитве, и богомыслии ума и сердца. Будем и все просить Отца светов, дабы в молитвенном предстоянии в сем храме, как на горе Фаворстей, преображал Он по темненные наши умы и сердца светом присносущные славы своей, и давал нам мысленно зреть преобразившегося Спасителя, озаряться таинственным сиянием Божественных добродетелей Его, и благодатно пребывать с Ним не только в храме, но и во всей жизни, как на горе святей.

Для освящения знаменательного по наименованию храма был мысленно назначаем и день благознаменитый Вознесения5. Но Господь не устроил быть освящению в день Вознесения. И к худшему ли то, что совершается по ясной воле Божией? Человек предполагает, а Бог располагает, располагает все по Святой и благой воле Своей к нашему благу. Милосердый Господь и преблагий Дух Его и это дело устроил к нашей пользе и вящему утешению: предшествовавшее время могло быть, но суровости погоды не благоприятно и общему, кольми паче нашему немощному здоровию. Ныне время благоприятно по погоде, благоприятно и по укреплению молитвами Вашими немощи моей, и при толиком стечении молящихся, еще благоприятнее по той торжественности, каковую Св. Церковь представляет в сию великую седмицу светоносного празднества Святой Троицы. В этом троическом празднестве, в котором прославляются сила, спасение и царство Св. Троицы, сколько Святая Церковь представляет самых сладостных песнопений для воззвеличений нашего торжества, для одушевления молитвы, и с тем вместе сколько подает утешения духу нашему от Духа Утешителя! Дух, не изволявший быть освящению без Его благодатного воздействия, когда приосенил нас дыханием благости: тогда всё исполнил благости, и все по общему желанию благопоспешил.

Возблагодарим от всего существа нашего преобразившегося на горе Святей Господа, что Он ниспослал немощи нашей укрепление, общим чаяниям благое исполнение, святому делу совершение: будем и всегда молить Его, как Искупителя и Спасителя нашего, и вкупе Царя неба и земли, чтобы Он не оставил нас сирых, но послал нам Духа-Утешителя, – дары своего милосердия и щедрот; послал свет свой для нашего просвещения, благодать свою для нашего очищения, силу для укрепления нас к исполнению Святой воли Его; чтобы по богатству благости своей присетил и на храм, преобразовывая оный время от времени в благоустроении, чтобы приосенил зиждительною силою Духа Своего и град наш, даровал ему неоскудные способы к поддержанию древнего достоинства своего; чтобы простер благословение свое и на всю паству нашу к утверждению верных, к обращению заблуждающих и к просвещению неверных. Аминь.

1853 г. Июня 12 д. в пятницу Троиц. недели.

Беседа по случаю освящения храма в Иоанновском междугорном монастыре, возобновленном после бывшего пожара

Поражу и аз исцелю. (Втор. 32:39).

Подлинно – Господь поражает и исцеляет, убожит и богатит, смиряет и высит. (1Цар. 1:6).

Господь попустил пожарным огнем быть опустошену зданию сему, Он же благоволил действием своего смотрения опустошенное пожарным случаем здание восстановить, погоревший храм возобновить и в лучшее состояние устройства привести, и это в продолжении 6-ти или 7-ми месяцев. Благодарение Господу о великом даре благости Его!

Так и устрояет Господь в исправительных путях промысла своего. Он посылает на нас разные наказания, огненное и водное потребление, скудость полей, гибель достояния, болезни и другие злоключения; не для того, чтобы нас потребить, но чтобы злоключением, болезнями, даже смертью некоторых, всех вразумить, от греховных болезней исцелить, и в исправлении благодатною жизнию обновить.

Как и здесь Господь гневом Своим Обитель посетил, но в краткое время зиждительною благостию своею исцелил, в ознаменование настоящего обновления храма Введения Пресвятые Богородицы, повествовательно предложим.

Когда мы внимательно посмотрим на свое состояние, то нам нельзя не поскорбеть о переменчивости жизни нашей, о бренности вещей, нас окружающих, о внезапности несчастных случаев, нас постигающих. Тогда как мы говорим: мир и утверждение, говорим, что все вокруг нас мирно, безопасно, спокойно, тогда внезапу постигает нас беда, злоключение.

Злоключения постигают нас и попущением Божиим, дабы испытать нашу веру и упование на Бога, по оному сладу: его же любит Господь, наказует: но всего чаще бывают с нами от нашего невнимания и греховной беспечности; за что в неблагоприятных приключениях мы и несем достойное наказание. И вы малочисленная братия уединенной Обители, бодрствовали ли в ночь на 29-й день Декабря минувшего года, когда попущением Божиим произошел пожар, опустошивший это здание с Церковию? Бодрствовали ли в келейной молитве и молитвенном предстоянии? Не по недостатку ли бодрственности дали искушению постигнуть смиренную Обитель? В чувстве скорби невольно исторгается жалоба на недостаток бодрственности, при которой мог бы благовременно быть замечен и в самом начале потушен огонь. Но, увы, нашей недальновидности! Часто вблизи, подле нас самих готовится нам беда, строится несчастие, а мы или спим, или беспечно бодрствуем.

И в ночь посещения Божия не было, по грехам, бодрствования на месте опасности, огонь, не усмотренный в начале, успел усилиться до того, что когда был примечен, то пламя, разливавшееся по верхним кельям, начало обхватывать верхние части здания и оттуда угрожать всему зданию.

На первый тревожный звон колокола в помощь малочисленному братству тотчас собрались жители небольшого селения Ивановского; но что могли сделать немногие против разливавшегося пламени? могли только спасать из пламени то, что можно было исхитить. На усиленный звон собралось и довольное число людей; но в ночное время без надлежащих орудий, при распространившемся вверху пламени, что в многие могли сделать к потушению разгоревшегося сильно огня? Старались только не выпустить огня из внутри стен. Запертое в стенах пламя, вскоре внутренность корпуса обратило в горящую пещь. И то великая милость Божия, что пожар ограничился только внутренним опустошением корпуса при совершенной тишине воздуха так безопасно было наружное действие огня, что и растущее близь самого корпуса древнее кедры ни мало не потерпели от пламени. Доколе еще огонь не опустился вниз, из Церкви вынесено все, что можно и нужно было вынести6. Но внутренность с кельями и Церковию опустошены пожаром. Время зимнее, а в Обители не стало теплой Церкви для богослужения. Для отправления обычного вечернего и утреннего богослужения отведены приличные кельи, для совершения литургии по Воскресениям и праздничным дням, против холода, сколько можно было, защищена и приготовлена холодная Церковь.

Что надлежало делать с нагоревшим корпусом? Оставлять его в том состоянии, в которою он представлял из себя печальное опустошение пожара, было и для вида грустно, а еще более для Обители не благоприятно. Занимая место в собственном смысле пустынное, хотя по своему междугородному положение приятное, монастырь, и прежде не привлекавший усердия богомольцев, теперь расстроенном состоянии к вовсе имел быть без богомольцев. Нужно было принять возможные меры к ускорению возобновления погоревшего корпуса и церкви в течении лета.

Но где было взять средства7? Куда обратиться о помощи? Куда, как не к Богу, посещающему правдой о исцеляющему милостию, и к благотворящим Св. Церквам в Боге? Начаток благотворительных пожертвований сделан благочестивыми гражданами Тобольска. За тем сделано обращение к усердию благотворящих8 Церквам Божиим не только по нашей, но и по соседним Епархиям Сибирского края. И частою посредством благотворительная сбора, частою другими епархиальными средствами дело возобновления погоревшего корпуса с наступлением весны неослабно производившееся, в течении полугода благоуспешно приведено к концу: корпус в лучшем виде возобновлен, храм в большем удобстве устроен, значительною пристройкою к алтарю против прежнего распространен.

Благоуспешно возобновленный, и в лучшее состояние устройства приведенный храм, ныне благодатию Божиею освящен и в освящении переменою прежнего наименования внутреннею благодатию обновлен. Первоначально посвященный молитвенному предстательству Казанской Божией Матери, храм в продолжении многих годов оставался под сим наименованием. Ныне храм сей, при внешнем обновлении, и внутренно благодатию освящения обновлен во имя Введения во храм Богородицы. Да введет Матерь Божия с священно-таинственным наименованием введении новую благодать в храм Свой и в Обитель сию! Да введет благодать охранительную как от других обстояний, так и от опустошительных пожарных случаев, каковым Обитель сия к несчастию многократно подвергалась! Да введет благодать зиждительную, которая населяет места пустынные множеством иночествующих, посылает благодатную жизнь в общества иноческой и благодатною жизнию привлекаем отовсюду на молитву для восприятия благодатных даров чистоты и благоговения молящимися, дабы возвеселилась пустыня смиренная, возрадовалась Обитель уединенная о величии благодати Божией.

Будет ли слава храма сего, по возобновлению второго, паче славы первого, Господь по предстательству Пречистой Матери Своей не укоснит явить в последствии.

Но откуда можно ожидать благодати и благ, как не от Ходатаицы всяких благ? Воззовем убо молитвенно к Ней: Пречистый храм Спасов, многоценный чертог, священное ceление славы Божией! Ты введена была в храм, по обету, воспитатися в храм славы Божией, и для того, да приведутся девы в след Тебе в храм Царев: введи, Богоблагодатная, в храм, освященный во имя таинственного введения Твоего, благодать Твою, да и эта Обитель не будет скудна в числе посвящающих себя Господу, и в пречистом храме Твоем соделываются пребывающее живыми храмами славы Божией, чрез благодатное приведение в чистоте и непорочности. Аминь.

1853 г. Октября 25 дня.

Беседа по освящении придельного храма при теплом соборе в Абалакском монастыре

Честного Образа Твоего Знамение празднуем людие Твои, Богородительнице, поет Церковь в празднество Знамения Богородицы.

Источник, один раз открывшись в обилии, течет непрестанно, и источает неоскудные токи для напоения. И пресвятая Дева от пречистой Иконы Своей явив некогда граду чудное знамения победы на врагов, оттоле от Иконы Своей, как от неиссякаемого источника, в разные времена в разных местах разные являет знамения, и явные и тайные, и общие и частные, и чудесные, необычайные, и в обычном порядке явленно, примечательно действуемые.

Не умолчим и мы о знамении, явленном Пречистою в побуждении к распространению храма сего и в поспешестве созиданию для распространения. Объясним обстоятельство.

В первое посещение Богоспасаемой Абалакской Обители (1852 г.), и в первое служение наше в день главного в Обители празднества Знамения Богородицы, при тогдашнем многолюдном стечении, в знамение благо, чрезвычайно ощутительна была теснота настоящего теплого храма для нарочитых собраний благочестивых поклонников, во множестве стекающихся в Обитель в дни празднеств; и тогда же родилась мысль – распространить тесный настоящий храм пристройкою приделов с обеих сторон. Коль скоро эта благознаменательная мысль возникла, тотчас, с благословения Пресвятой, дело без укоснений начато, и вот, менее чем чрез два года, оно благоуспешно приведено в действие: пристройки приделов произведены, и один из вновь сооруженных придельных храмов, помощию и предстательством Преблагословенной Богородицы, в препетое и превозносимое имя Св. Троицы ныне освящен и, для служения Господу и Пресвятой Богоматери уготован. Да будет благословенно во веки имя Богоначальной Троицы! Да будет благословенно имя и Пресвятой Покровительницы Обители сея, видимо споспешествовавшей благоустроению храма сего!

Честь и внимательному Настоятелю Обители, который неукоснительным выполнением благой мысли о распространении главного храма, и деятельным приготовленьем всего нужного, преимущественно содействовал успешному благоустроению храма сего; хвала и смиренному братству, усердными молитвами споспешествовавшему совершению дела благодати сея, которое отселе само будет споспешествовать молитвам и молению их, доставляя удобство и в раннее и в обычное время утра приносить Господу бескровную жертву последовательным совершением двух Литургий в распространенном и умноженном святыми престолами храме. От полноты благоговения воздаю и я славу и честь Пресвятой Троице, по неизреченному милосердию Своему, в день толико для меня знаменательный благоволивший принести эту усладительную для сердца жертву хвалы и благодарение Ему, – Триипостасному Божеству, – Отцу беспредельной благости, Сыну бесконечной любви и Святому Духу, всеблагому Подателю, всякой радости принести жертву – освящением храма сего в честь и славу во веки благословенного и препрославленного имени Его!

Чем мы ознаменуем настоящее наше торжество и светлое о Господе собрание? ознаменуем кратким размышлением о том: как мы должны созидать благодатию Божиею самих себя в храм Господу?

Вы есте церкви Бога жива (2Кор 6:16). Апостол всем христианам усвояет такую честь и достоинство, что верных и освященных во Христе Иисусе называет живыми церквами Бога живого: вы есте церкви Бога жива. Мы о благодати Христовой действительно церкви живые по существу, так как созданы в душе нашей по образу и по подобию Божию, и телеса наши, по Апостолу, суть храм живущего в нас Духа Святого (1Кор 6:19). Нося в существе нашем образ священных, богослужебных храмов, до образу оных должны созидаться и в кривые, благодатные храмы Господу.

Видимый, вещественный храм молитвы имеет три главные части. Первая входная часть называется притвор. Она служит предверием храма, и, как общая, отверста для всех входящих; вторая, составляющая средину церкви, собственно именуется храм, и есть место предстояния верных; третья – алтарь, – место совершения священнодействий и служения священнодействующих.

И одушевленная скиния – живой храм существа нашего может, в известном смысле, понимаем быть, тричастным в составе своем; именно, как состоящий из душе и духа, тело наше, часть существа нашего видимая, вещественная представляет собою первую открытую для входа часть храма, притвор; душа, невидимая, заключенная в теле, и одаренная разумом и свободою, образует собою среднюю часть храма, где предстоят и приносит Богу разумное, словесное, молитвенное служение верные. А Дух который мы получаем от Духа Божия и Христова в благодатном возрождении и обновлении жизни, и который составляет Божественную жизнь души нашей, образует внутреннейшую часть храма, – алтарь, святилище, место совершения тайн. Итак, тричастный, духовный, душевный и телесный состав существа нашего, сей живой храм Духа Святого, в самом естественном свойстве своем имеет сходство с вещественным храмом. Отселе по образу видимого храма должны мы созидаться в храм духовен во всем существе нашем, в теле, душе и духе.

Должны созидаться в храм духовен во 1-х в теле нашем. Мы должны телеса наши, как храм Святого Духа, стяжевать в сосуды святыни и чести (1Сол. 44); посредством чистоты, воздержания, благополезных трудов соделывать оные благопотребными орудиями души и духа, – дабы и телеса наши представлять нам в жертву живу, святу благоугодну Богови (Рим. 12:1), чего требует разумное и духовное служение наше Или не весте вразумляет нас Апостол Павел, яко телеса ваша суть храм живущего в вас Святою Духа, его же имате от Бога, и несте свои? Куплени бо есте ценою. Прославите убо, говорит, Бога в телесех ваших, и в душах ваших, яже суть Божия (1Кор. 11:22). Во 2-х должны созидаться в храм духовен в душах наших; души наши должны благоустроить послушанием истине чрез Духа (1.Петр. 1:29), ум наш покорять в послушание вере и слову Божию, сердце и очищать от страстей и порочных привычек для любви Бога и ближних наших, волю предавать в волю Божию безропотным перенесением всех прискорбий и злоключений, постигающих нас на пути жизни; все же высшие и нисшие силы души нашей в такое приводить благоустроенное действие, чтобы ум наш благим рассуждением светил в нас, как светильник, сердце горело и благоухало благоговением к Богу и любовию к ближним, как приятный фимиам, – воля была в нас такою силою, которая бы непрестанно направлена была и направляла нас к добру и угождению Богу. Души наши очистивше в послушании истины Духом.

Наконец в 3-х, должны созидаться в храм духовный в духе нашем; должны дух наш непрестанно отторгать от земного, устремлять к небесному, к непрестанной и устной, внешней, и мысленной, внутренней молитве, дабы нам выну служить Богу-Духу духом и истиною, служить и мыслию и словом и делом: служить мыслию, дабы, при всех начинаниях, мысли наши были озаряемы правым и благим рассуждением и постоянно направляемы к помышлению о том, елика суть истина, елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвалъна, аще кая добродетелъ, аще кая похвала (Фил. 4:8); выслужить словом, дабы ни едино гнилое, необдуманное и необсуженное, поносительное и рассорительное слово не исходило из уст наших, но токмо полезное и назидательное, дабы доставляло пользу и назидание слушающим (Ефес. 4:29) и дабы мы всегда всякому, требующему у нас отчета в наших делах и расположениях, готовы были дать ответь с кротостию и уважением (1Пет. 3, 15); служить делом, дабы, как чада послушания, не сообразовались с прежними, похотениями, но позвавшему нас святому, и сами святи были во всем житии (1Пет. 1, 14. 15) и то, чему и в храме Божием, и в опытах частной и общественной жизни нашей научаемся, и что приемлем, что слышим, что видим благого и благоугоднаго в людях благочестивых и о благоугождении Богу пекущихся, то бы и сами творили. Тако благоустроя себя во всем существе и делах наших; мы постепенно будем созидаться в храм духовен, святительство свято, возносити жертвы духовны благоприятны Богови И. Христом (1П. 2:5).

Сам же Бог мира, благоволивший нам благодатию своею освятить храм сей, для освящения нашего и для созидания спасения нашего, да освятит всех нас всесовершенных во всем: и всесовершенен наш дух и душа и тело непорочно в пришествие Господа нашего Иисуса Христа да сохранится. Верен призвавый нас. (1Солун. 5:22–24), и освящай нас своею благодатию, иже и сотворит. Аминь.

1854 г. Октяб. 10 дня.

Слово по освящении храма всех Святых при Тобольском архиерейском доме

Благодарение Господу! Он благоволил нам исполнять желании сердца нашего, – освятить сей, давно остававшийся без освещения, Храм, посвященный всем Святым, – Архангелам и Ангелам, Апостолам и Пророкам, Мученикам и Преподобным, Святителям и Праведным и всем, в ветхой и новой благодати Господу угодившим. Да будет препрославлен Господь, дивный в Святых Своих!

Не будем здесь входить в описание времени, когда устроен, и причины, по какой посвящен сей Храм всем Святым9. Храм этот устроен собственно для келейного Богослужения в летнее время. По словесному преданию, прежде служение в нем совершалось один раз в год10 в храмовый всех Святых Праздник. Почти с 1830 года Храм оставался без употребления, между прочим, и по происшедшему в нем повреждению. В 1844 году в настоящее состояние был приведен11 и, по не настоянию в нем нужды, доселе оставался без освящения.

По смиренному желанию нашему и по великой милости Господа, мы освятили Храм сей во имя всех Святых, как Он и с самого начала был освящен, во имя всей Церкви Пренебесной, духов мира невидимого – Ангелов и Архангелов, во имя всей Церкви первородных, на небесех написанных, духов праведных, совершенных, в ветхой и новой благодати угодивших. Да приосенит Церковь горняя, небесная своею благодатию и славою нашу дольнюю, земную Церковь!

Чем мы ознаменуем совершившееся благодатию Божиею освящение Храма? Достаточно ознаменуем, если разрешим вопрос, который сами себе предложим: почему первым храмоздателем устроен здесь, – на такой высоте Храм и посвящен всем Святым?

Богомудрую обретаю мысль и чувство в устроении Храма сего на высоте дома, дабы Храм святой, Дом Божий, приосеняя дом жительства, составлял во внешнем устройстве венец и украшение дома, а во внутреннем строительстве священную стражбу и охранение земного нашего жительства, помощию и предстательством жителей небесных.

При этой мысли Храм, устроенный на высоте и посвященный всем Святым, Церкви прославленной, очевидно выражает то превыспреннее чувство, чтобы, сколько всеможно, живее представляя мир горний, действеннее приближаться к оному молитвенным воскрилением и постепенно святыми, чистыми расположениями переселяться в бессмертное обиталище Святых, в царство небесное.

Кто испытал, тот знает, что места возвышенные, напр. высокие горы, возвышающая нас над поверхностью земною, над жилищами нашими и всем живущим и движущимся долу, невольно отрешают нас от земного, долу преклонного, как по существу своему бренного, уничиженного. С высоты люди представляются нам маловозрастными детьми, или паче ползающими муравьями, огромные дома едва приметными хижинами, великолепные, высокие здания малыми и скудными сооружениями слабых рук человеческих. Блеска злата и привлекательности сокровищ мы тогда вовсе и не видим на земли. Столько-то внешняя высота возвышает и внешний наш взор, и внешнего нашего человека, кольми паче при этом внутренний наш человек возвышается. Тогда для духовного взора нашего все земное достояние наше, как бы обширно ни было, представляется скудным, малым, недостойным того, чтобы к нему прилепляться безсмертною душею нашею, и для приобретения оного употреблять все усилия с потерею чистоты совести, с попранием пользы, даже благосостояния ближних; на высоте, подъемлющей нас превыше всего земного, сама собою впечатлевается во всем существе нашем богодухновенная мысль Апостола, что наше истинное жительство не на земли, а на небеси, откуда и Спасителя ждем (Фил. 3:20), Который приидет, и поймет нас к себе, если достойны будем; почему мы должны вышнего искать, о горнем помышлять, о той славе, в какой явится Христос, – живот наш, в какой и мы явимся, как члены Его (1Сол. 3:4) и не скрывать себе сокровищ на земли, идеже червь и тля тлит, идеже татие подкапывают и крадут, но скрывать себе сокровище на небеси, сокровище не тленное, не крадомое (Мф. 6:19–20).

Таковые возвышенные мысли и чувствования способна питать в нас высота места и сама по себе, кольми паче высота священная, высота храма, устроенного здесь, как бы на третьем небе, – храма посвященного всем Святым и чрез то самое ясным образом представляющего нам Церковь прославленную, жилище блаженных на небеси. И вот высокая мысль устроения храма на высоте во имя всех Святых, чтобы он в малом виде, но в превыспренней мысли представлял во время совершаемого в нем служения то, что мы здесь приступаем к Сионской Горе, и ко граду Бога живого, Иерусалиму небесному, и тьмам Ангелов, торжеству, и Церкви первородных на небесех написанных, и судьи всех Богу, и духом праведник совершенных (Евр. 12:22, 23).

Да объемлют нас сии священные помышления и чувствования каждый раз при Божественном служении и молитвенном предстоянии и в этом и во всяком другом храме, дабы от храма дольнего, мысленно воспаряя ко храму горнему, гореть желанием быть деятельными участниками в оном небесном торжестве, и всеми мерами соделываться достойными членами Церкви первородных, на небесех написанных!

При высокой мысли о молитвенном воскрилении к Богу и молитвенном сообращении в горнем мире со Святыми, еще достойная богомудрого духа одушевляла мысль первого создателя храма. С этой молитвенной высоты он хотел особенно возбуждать, особенно одушевлять себя к тому, чтобы недремленно молитвенным оком взирать на главное достояние паствы своей, на град Тобольск, весь в подгорной части его представляющейся здесь взору, дабы молитвою обымая Матерь градов, от оного простирать молитвенный взор на прочие грады и прилежащие к ним веси и селения, и совокупляя всех в единой мысли благословения Божия, возносить о всей пастве молитвенный к Богу глас.

Итак блаженный храмоздатель в своем благоговейном чувстве и благочестивом примере заповедал и нам отселе, с высоты сего храма возносить молитвы и моления12, чтобы Господь, покрывая беспредельною милостию Своею слабости и неведения наши, очищая грехи, прощая преступления, избавлял град и всю страну жительства нашего от различных бед и скорбей, ниспосылал свыше мир, здравие, благоустроение в делах наших; Церковь свою умножал храмами и достойными священнослужителями; православных чад Церкви исполнял святым страхом своим, раскол же и всякое разномыслие в вере и Богослужении разженял, как мрак светом веры, потреблял, как терны, благовествованием православного учения и действием мудрого, назидательного управления.

Молю и сам от недостоинства моего, молю и вас, возлюбленные о Господе сослужители, братия и чада, молить Отца благости, Сына безконечной любви, – Искупителя и Спасителя, и Св. Духа раздаятеля всех духовных даров, да ниспослет нам свет истины, да дарует благодатную силу, да приосенить свыше действием своим. Будем прилежно молить и всю небесную Церковь, Чины Ангелов и Архангелов, чтобы ограждали нас кровом крыл невещественной своей славы; лики святых Пророков, Апостолов и богодухновенных учителей, чтобы испрашивали нам просвещение свыше для научения разуму истины себя и других; лики святых мучеников и страстотерпцев, чтобы укрепляли нас терпением в постигающих скорбях; молить лики преподобных и богоносных Отцев, пустнников и подвижников, и преподобных Матерей, пустынно жительниц и подвижниц, чтобы помогли, нам на поприще жизни добрым подвигом веры подвизаться, лежащие на нас обязанности благочестно совершать и не вотще тещи, но восходить на высоту совершенства и постигать. Аминь.

1854г. 17 Октября.

Беседа по поводу освящения походной Обдорской церкви во имя первоверховных Апостолов Андрея и Петра

бретохом Мессию, еже есть сказаемо Христос. (Ин. 1:41).

Такую радостную весть принес св. Апостол Андрей брату своему Петру, после того, как он с Иоанном, по указанию Предтечи, услышав, что Иисус есть Мессия, Искупитель и Спаситель мира, пошли за Иисусом туда, где Он жил и пробыли у Него день. То, что они видели, слышали, что ощущали в себе будучи у Иисуса, усладило их и пленило; они по внутреннему чувству убедились, что это Спаситель мира, – Христос, и внутреннее чувство их, внутреннее убеждение было выше для них всякого другого убеждения. Потому Андрей в восторге радости и поспешил к брату своему Петру, которого знал пламенное желание и чаяние скорого пришествия Мессии, с необыкновенною вестию: обретохом Мессию, еже есть сказаемо Христос; «мы нашли обетованнаго, давно ожидаемого Мессию». Петр сам опытно пожелал удостовериться в этом неоцененном обретении, сам пожелал лично видеть Иисуса, и Андрей привел его к Иисусу. При первом взгляде на Петра, Иисус, по наименовании его и Отца его, – назвав его новым именем: Кифа или Петр, – дал ему разуметь и настоящее его состояние и будущее назначение: ты ecu Симон, сын Иоаннин ты наречешися Кифа, еже сказается Петр, и положил печать призвания на его сердце. Так св. Андрей первый с Иоанном, обретши Иисуса тотчас привел Петра к Иисусу, и с них первых началось постепенное призвание двенадцати учеников Христом и постепенное возрастание малого стада Христова.

Этот походный храм благодатию Христовою освящен в честь св. Апостолов, Первозванного Апостола Андрея, и Первоверховного Апостола Петра для того, чтобы эти Первозванные Апостолы – братия в этом храме предприняли Апостольский путь в отдаленный северный край ледовитого моря, обитаемый Остяками и Самоедами, и там по обширным тундрам и кочевиям инородцев потрудились в благовествовании Евангелия тем, которые еще не озарены верою, и в утверждении в вере тех, которые колеблются между верою и языческим суеверием.

Не будем говорить о том, как давно начал озаряться светом христианской веры и этот северный отдаленный край. С появлением христианской веры в Сибири и особенно с основанием Иерархии церкви, (1620 года) в Тобольске, свет веры в некоторых лучах и искрах без сомнения достигал и в даль Севера. Но открытою проповедью слова стал распространяться в начале минувшего 18 столетия.

Преосвященный Митрополит Филофей, в ряду Тобольских Иерархов 10-й, поступивший на Тобольскую паству в 1702 году, может по справедливости назваться просветителем Остяков и Вогулов также, как Святой Стефан Пермский был просветителем Зырян в Великой Пермии. В 1711 году, по болезни сложив с себя бремя управления Тобольскою Епархиею, и в Троицком Тюменском Монастыре облекшись в схиму, он, облеченный схимою, как силою свыше, получил восстановление и здоровья и святую ревность в распространении слова и веры Христовой между неверными инородцами, Подкрепляемый благодатию Христовою и одушевленный святою ревностию обращения и спасения заблудщих, Преосвященный Митрополит Филофей, – Архиерео-схимонах Федор, в летнее время 1712 и 1713 годов, пронес проповедь и свет христианской веры даже до Березова, сокрушая идольские капища и водружая на местах их крест Христов в основание храмов. В 1714 году проповедник озарил светом веры Пелымских Вогулов, и в том же году, поспешествуемый благодатию, достигнув Березова, простер далеко Апостольскую проповедь по окрестностям Березова, просвещая св. крещением прежде князьков народа и полагая основание к созиданию храмов Божиих. Итак 1712, 13 и 14 годы к истории Тобольской Церкви суть достопамятные годы обращения Березовских Остяков в христианскую веру и Апостольских трудов блаженной памяти Преосвященного Митрополита Филофея, в схимонашестве Федора.

По блаженной кончине Преосвященного Митрополита Иоанна 1715 года, опять в 1716 году приняв управление Тобольскою паствою, попечительный Архипастырь, – веропроповедник, для поддержания веры в новопросвещенных инородцах учредил в Березовском крае миссию из Настоятелей Воскресенского Березовского и Кондинского Монастырей, а дабы глубже укоренить основания веры в сердцах, брал у обращенных Остяков, с согласия их, детей для обучения русской грамоте и закону Божию. До самой кончины имея неусыпное отеческое попечение о новообращенных, как о новонасажденных растениях, уже при глубокой старости еще в 1726 году отправлялся в Обдорск, и хотя в самом Обдорске встретил сопротивление со стороны необращенных Остяков, но на пути, проезжая по Иртышу и Оби и всюду наставляя священников и утверждая в вере новопросвещенных, везде был встречаем крещенными Остяками, как истинный благодетель и посланник Божий.

Так, Святитель Филофей Апостольскими трудами распространил и утвердил христианство между Остяками до Березова и Обдарена, обратив иноверцев до 40000 человек13. Да утвердит Господь, и паче, и паче да расширит по молитвам его, в этом отдаленном крае православие и благочестие, а с тем вместе и благоустроение в самом образе кочевой жизни этих скитающихся племен.

После сего посеянное слово Христово росло, положенное основание православия утвердилось, храмы Божии устроились и распространялись в Березовском округе; в настоящее время весь Березовский край до Обдорска можно считать православным.

Но Заобдорские Остяки, далее живущие к Уралу в рассеянных юртах, а тем более Самоеды, скитающиеся по берегам Ледовитого моря в обширных тундрах, оставались еще не озаренными христианскою верою, и, по самому кочевому образу жизни их, не могли быть удобно приведены к христианству. По устроении в Обдорске Церкви и по образовании прихода, свет христианства хотя распространялся и на окрестных Остяков и Самоедов, но в отдаленные их кочевья и становища не проникал. Посему, чтобы действовать на обращение их более прямым, открытым, более поучительным и назидательным образом, в 1836 году (по истечении целого столетия) учреждена, для обращения кочевых Остяков и Самоедов, в Кондинском Монастыре нарочитая Миссия, с открытием там училища для обучения Остяцких детей русскому языку, закону Божию и некоторым ремеслам, для ознакомления Остяков с порядком хозяйственной жизни. Без всякого сомнения эта Миссия принесла и приносит свои плоды частию, в распространении, частию в поддержании веры между Остяками. Но в настоящее время и она отделена, тысячным расстоянием и пространством от жительства Заобдорских Остяков и Самоедов. Посему оказалось нужным приблизить действие Миссии к месту жительства их, оказалось нужным не только с проповедью слова, но и с храмом святым, так сказать, преследовать скитающихся Остяков и Самоедов по обширным тундрам дабы привлекать их к вере благолепием Церкви, пленять силою Богослужения, рассеивать объемлющий их мрак суеверия и невежества Евангельским учением и всеми мерами уничтожать зловредное действие на них, жрецов их, старающиеся и страхом и лестью содержать их во тьме языческого их заблуждения. И вот в наше время сочтено полезным и нужным усугубить причт священнослужителей при Обдорской Церкви, чтобы, тогда как один причт занимается в местной, самостоятельной Церкви исправлением Богослужения и приходских треб, другой с подвижною Церковью исполнял долг и дело проповедания по рассеянным жилищам Остяков и Самоедов, и исполнял так, чтобы св. вера, при отправлении богослужения в Церкви, которая в достойном благолепии будет являться среди самых отдаленных юрт Остяцких и Самоедских, сама себя проповедовала и являлась их взорам, их чувствам, их внутреннему удостоверению, как свет сущим во тьме, как врачевство болящим, как живая вода жаждущим, как духовное богатство и небесное сокровище убогим и лишенным.

И вот эта походная Церковь, освященная ныне благодатию Христовою во имя св. Апостолов Первозванного Андрея и Первоверховного Петра, назначена для Апостольского проповедания и распространения веры Христовой рассеянным по обширным местам инородцам. Св. Апостол Андрей первый обрел Иисуса, как Спасителя мира, и есть Апостол Российской Церкви, а Первоверховный Апостол Петр, первопроповедник веры Христовой, от лица всех Апостолов изрек самим И. Христом одобренное и похвальное исповедание о Нем, которое и положено Христом в непоколебимое основание Церкви Его. Посему молитвенная, заветная мысль в посвящении этой Церкви двум Апостолам такова, чтобы св. Апостол Андрей этою Церковью приобретал Христу заблуждающих, а св. Апостол Петр утверждал в вере в благочестии обращенных и уверовавших. А Святитель Николай, в день светлой памяти которого Господь устроил освящать храм сей, по своей пламенной ревности к славе Божией и спасению человеков, не оставит сопутствовать св. Апостолам и содействовать в предлежащем благовествовании, и являть обращаемым, этим простым душам, из коих многие усердно чтут его благовременную помощь и поспешество в нуждах их.

Святые Апостолы, Первозванный Андрее и Первоверховный Петре, вселитеся вашим молитвенным предстательством в храм сей и вселите в оный благодать Духа Христова, да храм сей, приосеняемый вашим и всех св. Апостолов молитвенным предстательством, соделается духовною мрежею, подобно той, которою вы уловили в веру Христову все языки и концы мира: да уловляет и сия Церковь и приобретает силою и слова и служения в достояние себе души, не по суемудрию, но по простоте и неведению блуждающая во мраке суеверия, и да озарит светом веры, согреет теплотою жизни, и соберет во едино стадо Христово и эти рассеянные племена, далече в мори сущие. Аминь.

1855 г. Maя 9 д. при Кафедр. Соборе.

Беседа по поводу обновления и освящения главного теплого храма в Абалакской обители

Быша обновления во Иерусалимех (Ин. 20:22)

В древнем Иерусалиме был праздник обновления храма, совершавшейся в память очищения Иерусалимского храма от языческого поругания14.

И в нашем смиренном Иерусалиме, в святой мирной Абалакской Обители совершается священное обновление древнего храма. Храм этот, существующий с 1750 года 105 лет, восприял ныне и внешнее и внутреннее обновление. От продолжительности времени иное в нем по внешнему состоянию пришло в ветхость, другое приняло вид потемнелости, то подверглось расстройству и потеряло приличное благолепие. Посему произведено возможное по времени и существу самого дела обновление этого древнего храма, обновление если не благолепное, то благоприличное, которое при первом взгляде дает храму ясный вид переоблачении из ветхой в обновленную ризу.

К чему это обновление и в такое время? Это внешнее обновление произошло по причине внутреннего обновления храма. Так, храм обновлен и внутренно, со стороны внутренней святыни. Внутреннюю святыню храма составляет то святое, или то Божественное имя, в честь и славу которого бывает храм освящен, и молитвенному предстательству и спасительному действию которого вручен.

В чем же состоит внутреннее обновление этого храма со стороны святыни? В том, что прежде храм посвящен был имени и молитвенному предстательству Святителя Николая; а ныне храм этот освящен во имя святой живоначальной и присносущной Троицы. Вот обстоятельства, которые предуготовили эту перемену.

В первое служение наше в богоспасаемой Абалакской Обители (1852 г.) в благознаменитый день праздника Знамения Пресвятой Богородицы (27 Ноября), многочисленное собрание молящихся, не вмещавшееся в храме, дало видеть с одной стороны тесноту настоящего храма для нарочитых праздничных стечений богомольцев; с другой недостаток придельного теплого храма для ранних литургий.

От чего благочестивое чувство привлекаемых верою и любовию на поклонение Божией Матери, не находило в зимнее время того удовлетворения, чтобы в ранние часы утра иметь утешение слушать Божественную Литургию и, по исполнении обета, подкрепив себя молитвою и приобщением, отидти с миром в место свое. Так, манием Пречистой в благознаменитый день праздника Ее указана нужда распространения этого храма; благодатное указание тогда же принято в действие, и в следующее лето 1853 года, с благословения Матери Божией, приступлено к пристроению двух приделов к храму.

Придел с правой стороны с надлежащею неукоснительностью устроен, всем нужным снабжен, прилично приготовлен и минувшего года в это же число Октября, предстательством Пречистой, в честь и славу пресвятой и живоначальной Троицы освящен. Устроенный и освященный придел, составив и распространение и украшение храма, состоянием новости своей требовал единообразного обновления и главного храма, которому не сообразно было видом обветшалости разнствовать от придельного храма. Вследствие сего и этот древний храм, для единообразного вида, во всех принадлежностях по возможности обновлен.

При обновлении внешнего вида, храм и с внутренней стороны святыни обновлен. При настоящем освящении обновленный храм и в нем престол посвящен преблагословенному имени пресвятой Троицы, Бога Отца, Спасителя-Сына и Утешителя – Духа Святого, дабы почивающий на разумных Херувимских и Серафимских престолах опочил благодатию и славою своею и на сем престоле; а на Придельный престол перенесено имя Святителя и Чудотворца Николая. Отселе главный теплый храм в Абалакской Обители есть храм святой живоначальной Троицы, а придельный с южной стороны храм Святителя Николая.

И как преподобно, как праведно, чтобы в благознаменитой Обители Божией Матери главный храм украшался и знаменовался именем святой Троицы! Кто Бог наш? Пресвятая Троица: Вседержитель – Отец; Творец, Искупитель и Спаситель всех, – Сын; Промыслитель, вседетельный, животворящий – Дух Святой. Посему во всем и везде исповедуется, прославляется, величается Божество, Царство и сила святой, единосущной и не раздельной Троицы; все мы во имя святой Троицы крещаемся, благословляемся, все тайны и в Церкви и в домах именем святой Троицы освящаются, все важнейшие священнодействия во имя святой Троицы церковью начинаются и оканчиваются; и все мы, как творение, рабы и поклонники святой Триипостасной Троицы, святою Троицею созданные и воссозидаемые все под державу и царство господоначальной Троицы истинною верою и любовию приводимся дабы верно по заповедям служа, и благочестно покланяясь святой Троице, сподобиться и в будущем веке с ликами Праведных славить великолепное имя святой Троицы.

Итак, да будет благословенно и препрославленно имя святой Троицы и на сем жертвеннике и в сем храме, и во всех храмах и на всех святых жертвенниках по всей, православной вселенской Церкви!

А нас святая Троица всепросвещаюшим светом своим да озарит, Божественною, вседействующею благодатию своею да устроит и вразумит достойно служить во веки благословенному и препрославленному царству Ее, служить в Церкви благоговейною молитвою и поклонением, служить в обществе верным исполнением возложенных на нас обязанностей, служить в наших домах жизнью мирною, воздержною, не порочною и благотворительною.

Мы же, при обновлении и сего, и всякого другого храма, когда находимся при священном действии обновления, не забудем позаботиться о обновлении внутренних храмов, душ наших. Не замечаем ли в себе, что с продолжением времени, вместо того, чтобы надо быть светлее в разумении Божественной истины, живее в чувстве добра, тверже в исполнении дел и обязанностей звания нашего, мы напротив становимся темнее в разуме истины, холоднее в чувстве добра, беспечнее о своем состоянии, что даже и самыми скорбями и злоключениями, ни посторонними, ни своими, ни частными, ни общими не хотим вразумиться, чтобы остановиться на пути суетности, позаботиться о своем исправлении, постараться и в делах и жизни нашей в какой либо мере быть совершеннее. Потому нам чаще надлежит разсматривать, изследовать самих себя глубоким, беспристрастным рассуждением, останавливать и удерживать возбуждением сокрушенного чувства своей слабости и греховной поползновенности, исправлять и обновлять твердою решимостию, чтобы всемерно угождать Богу в страхе святости Божией и в трепете своего растления, всемерно служить ближним деланием возможного для нас Добра, чтобы всемерно блюсти себя от страстей воюющих на душу нашу, от корыстолюбия и злоприобретения, от гордости и зависти, от сластолюбия и плотоугодия, блюсти кротостию и смирением, воздержанием и трезвенностию, непрестанным трудом и упражнением во всем добром, полезном, честном. Тогда и мы обновимся благоволением и щедротами Бога Отца, благодатию и милостию Спасителя нашего Господа Иисуса Христа, силою и действием Утешителя святого Духа. Аминь.

1855 года Октября 10 дня.

Слово при освящении храма15

Поспешен бых волею Божию приити к вам, да некое подам вам дарование духовное, к утверждению вашему: сие же есть соутешитися в вас верою общею, вашею же и моею (Рим. 1:10–12).

Благодарение Господу, устроившему путь наш к вам, дабы и благодати Божией с духом молитвы, с словом спасения приветствовать вас, возлюбленные, миром и соутешитися общею верою и любовию о Христе Иисусе в Церкви святей Его.

И какое у нас может быть большее утешение, как не утешение в Господе и в державе благого и премудрого промышления Его о жизни и спасении нашем? И где может быть высшее, чистейшее утешение, как не во святой Церкви Его, в благоговейном служении Ему, в исповедании святой веры в Него, в поучении спасительным заповедям Его? Бог есть наш Творец, Промыслитель и Спаситель; о Боге мы живем, движемся и есьмы; в Нем сила и крепость наша; в Нем благо и веселие наше; в Нем очищение сердца и успокоение духа нашего, в Нем помощь в скорбях, облегчение в печалях, слава в благоденствии нашем. В Нем счастье наше бывает сладостнее, горести легче, в Нем ближние и знаемые наши бывают для нас ближе; друзья и искренние достолюбезнее; в Нем и не близкие, отдаленные, даже не расположенные к нам бывают не чужды, не далеки для нас, а паче, бывают предметом нашего усердия, расположения, попечения о них.

Благо убо утешаться о Господе в совокупном служении Ему, в прославлении благости Его, в поучении святой воли и оправданиям святым Его; – благо утешаться нам, которые должны быть единомысленны в вере, единодушны в заповедях Господних; для сего, по наставлению святого Апостола Павла, разумевать друг друга в единстве веры и во единомыслии благочестия, дабы тем ревностнее поощрять взаимно к преспеянию во благочестии и благочестном служении Господу в св. Церкви Его. К чему особенно непосредственное соутешение в вере и любви служит для нас действенным побуждением и укреплением.

Хотя сопряженные единым союзом веры и любви о Христе Иисусе, и не видя взаимно лицом к лицу, долженствуем видеть и разумевать друг друга мысленно, духовно. Ибо, яко чада единой веры и благочестия, мы по единому правилу, по благодатному Закону Господа Иисуса должны мыслить и действовать, единодушно взирая на Божественный пример Начальника и совершителя веры, деятельно Ему подражать, и, исполняясь единым духом Христовым, одинаковые производить плоды Духа, любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, кротость, воздержание.

Но ближайшее, непосредственное соутешение верою и любовию в совершенном служении в Церкви Христовой имеет преизобильное действие к взаимному назиданию. Соединенные общим духом веры, но разделенные местом жительства, когда мы ближайшим общением веры и совокупного служения в св. Церкви являем, что тожде о Христе Иисусе мудрствуем, и одним и тем же правилом благочестия созидаемся во спасение: то сим еще паче укрепляемся в духовном союзе благочестия. Приискренно разумевая друг друга в молитвенном общении и служении Господу, мы взаимным примером благочестия паче побуждаемся по тому же Божественному правилу и примеру ходить достойно Бога во всяком угождении и во всяком деле блазе и достигать в одинаковую меру веры и общение любви. А когда обретаем и опытно удостоверяемся, что мы тщимся ходить и по мере веры ходим в едином духе благоугождения пред Богом, в едином духе братолюбия к ближним нашим, в едином духе тщания о созидании спасения нашего в внимании к себе, в хранении чистоты и непорочности: то взаимная наша радость и духовное утешение друг о друге достигает всей своей полноты. Тогда мы разумеваем друг друга, коего духа есьмы, как жительствуем о Господе во внутренней жизни нашей, как управляемся св. страхом Его в созидании спасения своего и ближних своих. Это все являет нам внутренне и внешно непосредственное лицом к лицу соутешение верою и любовию о Христе Иисусе.

Так, мы истинно утешаемся в Господе взаимною верою и любовию, когда сами тщася пребывать в истине, обретаем и братию нашу, чад православный веры и Церкви, ходящих во истине. И дабы вам, как членам единого таинственного тела Христова в едином духе веры и благочестия созидаться во спасение свое и других: то, по наставлению Апостола, каждый в том звании, в котором призван, благочестно, праведно и непорочно да пребываем. (1Кор. 7:20). Вы, чада православной Церкви, ходите в простоте веры, в безусловном повиновении уставам св. Церкви, убегайте, как заразы, всякого вида разномыслия, и разногласия в вере, неослабно приложите к Церкви Божией и совершенному в Церкви Богослужению, соблюдайте священные установления постов, христианские обязанности исповеди и приобщения Таин Христовых; эти таинства составляют духовный союз, которым мы запечатлеваем общение наше с Церковию Христовою и Спасителем нашим. Исповедуя пред Богом и человеками себя грешниками, мы все упование возлагаем на заслуги Христовы, а приобщаясь Тела и Крови Его, в спасительной Его смерти и воскресения верою взыскуем и любовью обретаем и здравие телесное и спасение душевное, и упование благоотишия жизни временной и блаженства вечной. И пребывающим во благочестии не явит ли благоволение свое Господь? Не ниспослать ли им благодатный пир в домах, благоплодие в полях, благопоспешество в начинаниях и делах, тишину в пребывании и жительства?

Вы, – Пастыри словесного стада Христова, пасите еже в вас стадо Божие благоговейным совершением священнослужения назидательным поучением слова Божия, безотлагательною готовностию тещи по первому гласу духовнопризывающих вас, дабы ускорить спасительною помощию и болезнующим телом, и изнемогаюшим от обуреваний и волнений житейских духом, паче же созидайте верных благоустроенностию жизни, кротостию и смиренномудрием нрава, чистотою и непорочностью служения.

При таковом действии мы будем верно глашать словесных овец, а словесные овцы будут слушать нашего гласа, – и сами вкупе с ними будем пастися на злачных пажитях спасения, будем спасать других и себя. Господь Иисус, Божественный Глава Церкви своей, да созидает, благоустрояет и утверждает Церковь свою и во внешнем и внутренном состоянии ее, дабы православные чада в недрах ее созидались во славу Божию и спасение душ. Пастырям словесного стада да дарует Пастыреначальник Господь дух благоговения и назидательности в поучении вверенных попечению их, и хранении не прикосновенными от всяких расколов и разделений; да во всем славится Единый Триипостасный Бог, да славится и в храмах святых, и в душах верных чрез освящение Духом Святым, и в чине священнослужения, и в деятельном служении христианскою жизнью, дабы был един Бог всяческая во всех. Аминь.

1855 г. 25 Июня.

Слово при освящении храма16

Коль возлюбленна селения Твоя, Господи, сил; желает и скончавается душа моя во дворы Господни (Пс. 83:1–2).

Благодарение Господу о великом даре благости Его! Он собрал нас Своею благодатию для духовного торжества, дабы совокупною молитвою совершить нам освящениe сего обновленного храма. И слава великодаровитой Благости. По благодати Господа благолепный храм сей общею молитвою и совокупным призыванием Духа Святого в жилище славы Божией и в честь святого Архистратига Михаила и прочих небесных Сил освящен, и – се внешняя лепота озарилась благолепием внутренним, украшение вещественное оживилось красотою духовною. Отселе место cие – Свято, сия врата – небесные, престол сей – есть престол Благодати, откуда приступающие с верою и любовию будут принимать от Господа милость и обретать благодать во благовременную помощь; отселе дом сей есть дом молитвы, святилище просвещения духа, делателище спасения, пристанище от буреваний греховных.

Утешительно это и для всех чад православной веры и Церкви; ибо освящение Церкви, как видимое распространение Царства Христова и утверждение веры и благочестия, есть общее торжество верных; но несравненно утешительнее для вас, братия и чада храма сего, которые, по благости Божией, восприемлете в часть и достояние свое сей новоявленный благодатиею Божиею дом молитвы для приношения в нем молитв ваших Господу. Колико же обильнейшая радость и утешение духа преизливается на тех из вас, которые особенным усердием и приношениями споспешествовали благоустроению храма сего!

Да присетит Господь освятительною своею благодатию храм сей; да исполнит храм зиждительной силы Своей во спасение братий и чад храма, труждающихся и благодеющих в святом храме, и всех притекающих в оный для молитвы и созидания во спасение.

Поелику Церковь есть общее благодатное сокровище наше, как чад Церкви, равно и освищете Церкви есть общее наше благодатное торжество: то в ознаменование благодатной святыни, ознаменовавшейся на храме сем, предложим о действии благодати Божией в храмах – в созидании спасения нашего.

Нет сомнения, что там особенно благоволит Господь являть милость Свою во спасение наше, где Он особенно присутствует своею благодатию. Где же Господь особенно присутствует Своею благодатию? Особенно присутствует в храмах святых? поелику храмы, по Его святой воле, на служение Ему созидаются, Его благодатным действием через торжественное призывание Святого Имени Его освящаются, и, яко небесные святилища, для общественного Богослужения и для освящения всех с верою и любовию притекающих к Богу устрояемые, всеми освятительными дарованиями исполняются.

Кому из нас, как чад Церкви, опытом не известны те священный действия, которые преподает Церковь, как сокровищница небесных даров, и который Дух Святой в Церкви совершает во спасение всех и каждого? Начиная от благодатного нашего паки бытия до совершения, оного, Церковь, Дом Божий, стоит и утверждение истины, (1Тим. 3:15), есть дом благодатного нашего рождения, воспитания, образования, где самое первое, существенное и всем необходимое приемлем мы воспитание веры и благочестия. Сей благословенный Дом благодатного образования и воспитания нашего для неба, от самой колыбели крещения честными и великими дарованиями обогащая нас в естественной нищете нашей, пестунством своим объемлет жизнь нашу во всех духовных возрастах и состояниях ее. В Церкви Божией мы восприемлем все таинственные знамения чадства Божия, все преимущества наследников царствия. В недрах Церкви Божией мы в таинстве крещения благодатно рождаемся, в таинстве миропомазания дарами Духа Святого для возрастания в жизни духовной запечатлеваемся; в таинстве причащения плотию и кровию Сына Божия, как Небесным брашном питаемся, а для преспеяния в разуме истины и правды Божией словом Божиим, как твердою пищею благочестия укрепляемся, в таинстве покаяния от духовных недугов врачуемся. А таинством священства, как служебным таинством Божественного домостроительства, во всем благодатном пути христианской жизни чрез служителей Духа назидаемся, утвержаемся, таиноводствуемся.

Сей великий Дом премудрости Божией, великое делателище спасения человеческого, есть общее достояние благодатного просвещения для всех и каждого, для малого и великого, для простого и мудрого, для коснеющего на пути исправления грешника и для преспевающего в подвигах добродетелей праведника; и не как человеческие училища, преподает не тонкости, не умозрения, но, подобно небесам (Пс. 18: 1), составляет постоянно словесное проповедание славы Божией о действиях творения, промышления, а паче всего, благодатного искупления, дабы постоянно одушевлять нас живыми чувствованиями веры и благочестия. И что всего премудрее видим в Церкви: Церковь, как деятельное училище благочестия, одним и тем же образом обучения, каковое постоянно преподает нам в неизменно продолжающемся порядке общественного Богослужения, от одних и тех же начал Христова слова постепенно возводит всех в единство веры и совершенство любви. Одним и тем же образом благодатного обучения, которое везде одинаково к просвещению ума и очищению сердца открыто возвещается, Церковь младенцев по духовному возрасту научает первым начаткам веры, преспеваюших ведет к большему преспеянию в ведении и деятельности, самых совершенных еще паче совершенствуем, обогащая их всяким словом и всяким разумом (1Кор. 1:5, 14, 26); а всех вообще под единою Божественною Главою созидает в едино тело и в един дух, дабы все, и совершенные и несовершенные, и мужи и младенцы о Христе, тожде и мудрствовали о Христе Иисусе, единем правилом и жительствовали. В Церкви каждый из нас слышит псалом, слышит учение, слышит откровение, истолкование, каждый, по Псалмопевцу, глаголет славу Божию (Псал. 28:9), или словом или мыслию и разумением. Посему различные, по мере духовного разумения и возраста назидаясь различно, но все в едином благоустроенном чине единым гласом молитв и песнопений славя Бога, – все вкупе и словом, и духом и умом молимся и глаголем Богу; все вкупе учимся, все назидаемся, все утешаемся. И если когда со всею торжественностию свидетельствуем ту истину, что у нас един Господь, едина вера, едины таинства, един Бог и Отец всех, иже над всеми и чрез всех и во всех нас (Еф. 4:5–6): то без сомнения в Церкви, где все без различия состояний и званий одинаково предстоим пред Богом, как твари пред Творцем, как рабы пред Господем, как дети пред Отцом, как служители единого Духа пред Божественным Домовладыкою. И как Христос есть таинственная Глава Церкви, Дух Св. есть в нас дух жизни Христовой, каждый из нас в отдельности составляем членов, все в совокупности таинственное тело Его: то мы ни когда ни явственнее, ни благолепнее не представляем собою того таинственного образа, что мы едино тело, одушевляемое единым духом, как тогда, когда предстоим в Церкви в священном чине Богослужения.

Предстоя пред Богом внешно в благообразном чине, научаемся предстоять и внутренно, в благоговейном возношении ума и сердца, и возносясь в духе веры и любви к престолу Благодати, приближаемся к Богу, приближаемся, как люди Его, как сонм достояния Его, как дольные служители горнего царства Его, и Господь, благодатию приближаясь к нам, невидимо присещает нас светом лица Своего, приосеняет Духом Своим, и если внешним рассеянием чувств и внутренним расточением мыслей не полагаем препятствия благодатному действию на нас, то Господь таинственно являет присутствие Свое в нас: разженяя мысленный мрак, озаряет ум наш живым сознанием глубины нашего растления, касаясь сокрушением сердца производит в нас заботу и попечение о очищении греховной нечистоты, и о свержении с себя ига страстей, дабы ходить в обновление жизни.

И если бы мы, приходя в храм Божий для духовного назидания и молитвы, приносили с собою мир сердца, собранность духа, а предстоя пред Богом еще паче старались отражать от себя развлекающие помыслы, и в безмолвии духа всемирно приводить себя в единство благодатных мыслей, чувствований, расположений, впечатлеваемых в нас единством видимого, слышимого, действуемого: тогда, по благодати Духа, мы недалеки были бы от того, чтобы быть способными к принятию и ощущению в себе внутренних действий Духа. Тогда по мирной, единонравной и единообразной стихии душ наших беспрепятственно проходил бы Дух Св. и приосенял души наши небесными влияниями света и теплоты; от какового небесного приосенения ум наш просиявал бы, как в искрах, в светлых мыслях Боговедения, сердце горело как огнем, умилением, и весь дух наш воскрилялся благоговением к Вседействующему и Всенаполняющему, и в Нем, как источник жизни, погружался беспредельною радостию и любовию. Тогда бы мы и из храма стали исходить, как озаренные, стали исходить, приявши дара умаления, приобщившись силы Духа Св., силы твердого желания и ревности жить и действовать во славу Божию, во спасение свое и других, стали и в дома свои приносить свет благоразсуждения, домашним слово кроткого наставления, ближним пример назидательного соображения, для всей жизни нашей твердость смотреливого, благоустроенного действования и поведения.

Братия святая, звания благодатного причастницы! Будем почитать Храм Божий домом благодатного воспитания и образования, где мы со страхом и благоговением, с верою и любовию должны являться лицу Божию, беседовать с Богом возношением ума и сердца, просвещаться чтением и поучением Слова Божия, собранным предстоянием, приближаться к Богу, сокрушенною молитвою очищать себя пред Богом и приходить в общение с Богом; будем и приходящих для совокупной с нами молитвы и благим словом научать благоговейно являться лицу Божию, а еще паче назидательным примером располагать в глубокой собранности и внимании себе предстоять пред Богом.

Так в руковотворенных храмах будем созидаться в одушевленные храмы Божии, и не только в храмах при служении Господу, но и вне храма будем устроять себя и внутренне и внешно, и душу и тело наше, чтобы Господь, вселяясь в нас, как в храмах своих, был нашим Богом, а мы были людьми Его, Он нашим Отцем, а мы сынами и дщерями Его. Аминь.

1855 г. 29 Июня.

Слово при освящении храма17

Господи! возлюбих благолепие Дома Твоего, и место селения славы Твоея (Пс. 25:8).

Подлинно – любил боголюбивый Царь Давид благолепие Дома Господня, так любил, что как однажды был невольно удален от Скинии свидения, которая до построения храма была местом Богослужения Бога Израилева: то истаевал в душе своей от желания явиться лицу Божию в селении Его: возжжада душа моя к Богу крепкому, живому, когда прииду и явлюся лииу Божию? (Псал. 41:12). Потому он особенно просил Господа как о великой милости, чтобы во всей дни жизни своей пребывать в дому Господнем: одного прошу у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в Дому Господни во вся дни живота моего (Пс. 26:4). И пребывание в дому Господнем предпочитал тысячи обыкновенных дней жизни (83:11). Отселе лучше хотел быть последним у порога Дома Божия, нежели жить пространно в селениях грешничих: изволих приметатися в Дому Бога моего паче, неже жити ми в селениих грешничих. Достоподражательный пример любви ко храму Божию!

И Господь, благоугождаясь особенным благоговением Боголюбивого Царя к Дому Его, беспримерным благословением воздал Давиду за усердие, по которому он изъявил пламенное желание создать Храм Богу Израилеву. Со времени Моисея устроившего Скинию свидения по образу, показанному Богом на горе (Евр. 8:5), до Соломона в продолжении почти 500 л. была единственным священным местом служения Богу Израилеву Скиния. Скиния была не что иное, как подвижная палатка, устроенная и расположенная наподобие храма. Внутри вместо стен увешана была разноцветными коврами, от вне покрыта кожами. Давид, видя скудость Скинии, изъявил чрез Пророка Нафана усердие создать храм Богу Израилеву. И Бог чрез того же Пророка Нафана толикое изъявил благоволение Давиду, что сам дал обетование создать ему дом во Израили, то есть, сохранить царство в роде его до века; cиe обетование и исполнил тем, что предопределив от рода Давидова родиться Мессии – Христу, в лице Христовом и в Царстве Его управил престол Давидов до века (Лук. 1:32). Так благословляет Бог любящих благолепие Святыни Его!

Когда святые Божии любят храмы Господни, как селение Божие, и Господь любящих благолепие святыни ущедряет своею любовию: то будем и мы питать и укреплять в себе любовь ко храму Божию. Для сего при настоящем торжестве освящения храма, воззрим оком благоговения на ту внутреннюю лепоту храмов, по которой они составляют предмет любви и благоговения нашего.

Храм Божий составляет предмет любви и благоговения нашего, как святилище Божие на земли, где мы освящаемся действием благодати Божией; как училище небесное, где просвещаемся светом веры и благочестия; как дом Божий, где приближаемся к Богу молитвою и совершаемым служением Ему.

Во-первых, храм Божий есть святилище для благодатного освящения нашего. Нужно ли говорить о том, каковы мы приходим в жизнь путем естественного рождения; как начинаем путь жизни; как совершаем шествие по оному в нашем естественном бытии, в употреблении наших сил и способностей? Мы рождаемся, как говорит Пророк Давид в своем лице о каждом из нас, во грехах, полагаем первые шаги жизни стремлением к злу, продолжаем среди непрестанных преткновений, чем далее идем путем жизни, тем более встречаем сетей и соблазнов, тем большим подвергаемся падениям и тем более удаляемся от Бога. Посему св. Церковь, служительница благодати Божией, нас рождающихся во грехах ведя от рождения таинственным путем благодатных средств, просвещает, освящает и многоразличными способами уготовляет к хождению пред Богом в обновлении жизни. В Церкви Божией, как в благодатном дому Отца небесного, мы приемлем все таинственные знамения чад Божиих и наследников Царствия. В недрах Церкви Божией мы в таинстве крещения рождаемся, в таинстве миропомазания, для возрастания в благодатной силе, дарами Духа Св. повиваемся; в таинстве приобщения плотию и кровию Сына Божия питаемся; для преспеяния в возрасте духовной жизни словом Божиим, как твердою пищею благочестия, укрепляемся; в таинстве покаяния, как во второй купели от деятельных скверн омываемся, как во врачебнице, от духовных недугов врачуемся. А таинством свящества, как служебным таинством в домостроительстве спасения, во всех путях христианской жизни чрез священнослужителей тайн Христовых назидаемся, тайноводствуемся. Итак, если мы не можем не любить нашей родины и дома родительского, где восприяли первое бытие, первое дыхание, и вместе с бытием блага и радости жизни; то можем ли не любить храма Божия, Святой Церкви, где восприяли и всеприемлем духовное бытие, свет жизни, блага и обетования небесного предназначения нашего?

Во-вторых, храм Божий есть училище веры и благочестия. Мы по естеству омраченные смыслом, неведущие истинно ни Бога, ни оправданий Святых Его, ни назначения своего и отношения к ближним, в храме посредством общественного Богослужения, непрерывно для славы Божией и нашего спасения совершающегося, из чистого источника слова Божия с самых юных лет научаемся всем необходимым истинам веры и спасения; познаем Триипостасного Бога – Спасителя нашего, Который всех нас для единой цели, вечного блаженства сотворил, о всех с неизглаголанною благостию промышляет и в неизследимых путях исполненного безпредельной премудрости и благости смотрения Своего всех нас – Отец всеобъемлющею благодатию, Сын безконечными заслугами, Дух Святой вседательною силою Своею спасает. И все спасительная наставления о вере в Триединого Бога и благоговейном служении Ему, равно как о взаимных обязанностях наших, заимствуемых из примера Божественной к нам любви, преподаются нам в храме Божием не в отвлеченных умозрениях, но в самых священных действиях Богослужения. В Церкви, как благодатном Царстве Божием выну славится едино в видимом и невидимом мире нераздельное царство, едина сила, едина честь Свят. Троицы. Мы – поклонники Триединого Бога, все представляемся служителями сего великого царства, которые, имея один закон Христов, имеем и одинаковый обязанности, по примеру Христову, исполнять на земли волю небесного Отца, как она исполняется на небеси. В Церкви на священном жертвеннике выну приносится в жертву Агнец Божий, вземлющий грехи всего мира. Питаясь во освящение душ и телес сею жертвою, мы вкупе научаемся, что все мы, безответные пред Богом грешники, приемля туне прощение в грехах и благодатную жизнь заслугами Сына Божия, и сами должны прощать оскорбляющим нас и туне являть милость требующим. Приобщаясь таинственного хлеба и вина, освятительным действием Духа Свят, претворяемых в истинное тело и кровь Христову, сим Божественным приобщением вразумляемся, что все мы во Христе Иисусе едино тело и един дух, как члены тела Христова, и причастники жизни вечные. Так Богослужение, в Богоучрежденном порядке совершаемое, объемля все действия Божественного домостроительства, явленные в спасении нашем; составляет также непрестанное проповедание строения спасения нашего в царстве благодати, как в царстве природы небеса непрестанно поведают славу творения, день дни отрыгает глагол и ночь нощи возвещает разум Божественного мироправления. В Церкви Божией каждый из нас, и простой и мудрый о Христе, слышим, по слову Апостола, (1Кор. 14:26). Псалом, учение, откровение, истолкование; слышим псалом, – духовные песни для воскриления духа и умиления сердца; слышим учение, – наставление в вере и законе Божием для спасительного ведения Бога и святой воли Его; слышим откровение, – тайны небесные, дабы от суетного образа миpa возноситься горе умом к созерцанию духовного мира, из бренности окружающих благ воскреляться сердцем к исканию небесных благ, от скорбного чувства греховного тления восторгаться желанием спасительной жизни по Боге. Нет добродетели и совершенства, которые бы в священном училище Церкви не были во всей силе и чистоте преднаписуемы; нет и духовной болезни, против которой бы в этой благодатной врачебнице не было предлагаемо действенного врачества. Потому-то в порядке Богослужения и повторяются одне и те же Божественный истины, облеченные в священные действия и изображенные в богодухновенных песнях, дабы мы, напитываясь необходимыми истинами для спасения нашего, самые молитвы, псалмы, священные песни и устами и сердцем себе усвоили, и непрестанно одушевлясь ими к благочестивым мыслям и действиям, и в домах наших среди занятий обносили оныя на языке и в сердце нашем.

Наконец храм Божий есть дом молитвы и молитвенного приближения нашего к Богу, Храм Божий по преимуществу есть дом молитвы. Он освящается особенным общественным призванием имени Божия для общественного призывания имени Божия. Почему очеса Божии выну зрят на входящих, и благоговейно или неблагоговейно предстоящих в храме; ушеса Божии выну отверсты на благоволительное услышание молящихся в храме. Бог, во храме святем Своем особенно присутствуя своею благодатию, в храме особенно ко всем близок, для всех удобоприступен, возносимыя к Нему молитвы слышит, прошения благоприятно приемлет, и во всех нуждах, скорбях и болезнях скорую подает помощь. В храме, как в месте, особенно посвященном на служение Богу, самые молитвы и молитвенные возношения приемлют особенную силу, и в совершающих оные производят особенно спасительное действие. В едином духе веры и любви моля, едиными устами и сердцем славя и хваля Бога, мы в храме Божием представляем собою единое таинственное тело, одушевляемое единым Духом Христовым.

Христианин! притекай в храм Божий, как слеп на источники водные, дабы тебе исполняться духовною мудростию в уме, правотою в сердце, напаяться благочестием и страхом Божиим в духе. Ты согрешил: приходи в храм каяться и сокрушаться о грехах; ты печален, приходи в храм почерпать утешение из источника благодати Божией; ты болен: приходи в храм искать врачества в уповании на всемогущество Божие. Но ты обременен делами, развлечен занятиями: приходи в храм Божий покрайней мере в дни свободы, в дни великих Господних Празднеств, дабы достойно проводить оные. Но приходя в храм, приноси с собою и молитвенное расположение, приноси мир в сердце, собранность в духе, и предстоя пред Богом, еще паче старайся без разсеяния благоговейно внимать видимому, слышимому, действуемому во храме. Не будь здесь только слышателем бездейственным, зрителем праздным, но слушая углубляй в мысли, смотря напечатлевай в чувстве и усвояй себе видимое и слышимое в духе, дабы тебе с приобретением исходить из храма в дом, исходить во внимании себе, приносить домашним слово кроткого наставления, ближним пример назидательного сообращения, для себя правило христианской жизни, именно: по тем мыслям и чувствованиям, которые духовно производятся в тебе во храме, учиться располагать поступки и действия твои в доме и во всех отношениях жизни. Для сего всячески старайся слышимые тобою в храме святые молитвы, душеспасительный прошения, богодухновенные песни и славословия возобновлять в памяти дома, дабы ты, исполняясь ведением молитв и песней духовных в храме, вместе с тем исполнялся всякой премудрости и разума духовного в доме и во всех делах твоей жизни.

Господи, Иисусе Христе! Впечатлей в нас истинную любовь ко храму Твоему, дабы нам в рукотворенных храмах созидать себя в живые храмы Духа Твоего; для сего научи нас просветительною Твоею благодатию: приходя в храмы в страхе Твоем, устроять души и телеса наши в святилище Твое; принося словесное служение Тебе, напаяться духовным просвещением из источника Слова Твоего, и благоговейным возношением к Тебе духа нашего, приближаться к престолу благодати и славы Твоей. Аминь.

1855 г. 1 Июля.

Слово по освящении Николаевского вновь устроенного храма18

Господи, возлюбих благолепие дому Твоего, и место селения славы Твоея. (Пс. 25:8).

Так при совершившемся благодатию Божиею освящении храма сего, в духовной радости вещает ныне особенно боголюбивый создатель храма; Господи! возлюбих благолепиe дому Твоего: от дарованного мне Твоею благостию достояния я создал и украсил во славу Твою храм на служение имени Твоему, к назиданию ближних и знаемых моих; я не щадил достояния, чтобы на новом месте устроить храм достойно Святыни Твоей. Возлюбих благолепие дому Твоего.

Действительно, какое может быть больше свидетельство любви к благолепию дома Господня в любителе благочестия, как не сооружение храма своими токмо частными способами, и единственно по душеспасительному побуждению – создать храм во славу Божию, в созидание спасения ближних. Благословенна таковая благочестивая, общеназидательная любовь к благолепию дома Господня!

Слава Господня возсияла на селении сем посредством новоустроенного храма, и – освященный благодатию Божиею храм соделался святилищем общественной молитвы, духовного просвещения, небесных тайн, обителию спасения, пристанищем от обуреваний житейских. Не утешительно ли это для вас, чада и братия дарованнаго вам благодатию Божиею храма? Вы не изждивая ни труда, ни стяжания, от Боголюбия храмоздателя имеете в селении вашем благоустроенный во всех принадлежностях храм для молитвы и служения Господу. Колико же обильнейшее утешение Духа преизливается на тебе и семействе твоем, боголюбивый создатель храма! Дабы навсегда оставить священный памятник благодарности Богу в месте рождения твоего, где благословил Господь достояние твое, ты, одушевившись святою ревностию к славе Божией и спасению ближних, домашнюю, по первому предположению, Церковь, обратил в Церковь Святую о Господе, для общего употребления в назидание братии и соседей твоих. Господь исполнил святые твои желания: созданный и украшенный тобою храм благодатию Божиею освящен, причтом снабжен, Епархиальным распоряжением в общий состав Церкви Богоспасаемой нашей паствы введен и в достоинстве приходского храма утвержден. Да возрадуется о Господе душа твоя со всем домом твоим! Ты сотворил великое дело: в созданному тобою храме из рода в род многие тысячи верных будут созидаться во спасение свое и других, устрояться в храм Божий, и тебе устроять нерукотворенный храм на небеси.

Сделав приветствие в Господе создателю храма, явленного в новом месте благодатию Божиею и не ищущим его19, ужели не восприветствуем при торжестве освящения и вас, братие и чада храма, приличным размышлением, которое бы могло впечатлеть в вас чувство любви и благоговения к храму?

Мы впечатлеем в себе это святое расположение к храму, если размыслим о существенном назначении храма, размыслим, что храм Божий есть дом молитвы, есть небесное училище благочестия, есть святилище служения нашего Богу.

1) Храм Божий есть дом молитвы. Самый первый, самый главный предмет, для чего мы приходим в храм Божий, есть молитва. Мы приходим в храм Божий предстать пред лице Божие, чтобы в собранности духа излить наши чувствования, желания, нужды в мысленной и сердечной беседе с Богом. Как же мы должны беседовать с Богом? Как мы беседуем с людьми, превышающими нас честию и достоинством, и вкупе благодеющими нам? Так беседуем, что наше уважение к ним выражаем смирением, чувство к благодетельности их благодарностию, наши нужды безпритворным обнаружением.

С каким же уничижением в молитвенном беседовании должны мы выражать наше благоговение, нашу благодарность, нашу преданность пред безпредельным величеством и благостию Господа, мы земля и пепел, все, от первого дыхания до последнего блага жизни получившие и непрестанно получающие от Божественной великодаровитости? Мы должны предстоять в храме пред Богом, как твари пред Творцем в чувстве ничтожества, как рабы пред Господом, – со страхом и трепетом, как безответные грешники пред Праведным Судиею, должны предстоять и как дети, но с болезненным чувством своего не послушания и виновности пред благостию Отца небесного. В таких чувствованиях мы должны предстоять при общественной молитве, дабы молитвы, хвалы, благодарения возносимые Церковию к Богу, обретали полное сочувствие в сердце нашем. Из сокрушенного сердца должно происходить в нас и все внешнее выражение нашей молитвы: воздыхания, биение в перси, возведение горе очес, воздеяние рук, преклонение колен, повержение долу. Так молился мытарь; так вопияла ко Христу Хананея, так в чувстве благой дарности припадал к ногам Иисусовым изцеленный Самарянин, и были одобрены Спасителем.

Так ли мы в храме Божием изливаем сердце наше пред Богом? Мы часто так предстоит во храме на молитве, что предстоя, по видимому, пред Богом, беседуем не с Богом, но разговариваем с людьми и разговаривая теряем не только благоговейные пред Богом, но и стыд пред молящимися и обращаем молитву свою в грех и осуждение.

Нет! мы приходим в храм для молитвенного общения с Богом, с Ангелами, с Святыми Божиими, а не для того, чтобы вносить в Богослужение молву житейскую; и в самом присутствии Божием отторгать и себя и других от общения с Богом, храм Божий есть дом молитвы.

2) Храм Божий есть небесное училище веры и благочестия. Мы приходим в храм Божий молиться, но вместе я поучаться вере и страху Божию. Общественное Богослужение, Богослужение духа премудрости и страха Божия – должно быть для нас источником умудрения в тайнах и делах спасения. Для нас должно быть священным предметом поучаться при Богослужение слову Божию и назидаться в истинах спасения, дабы исполняться, по слову Апостола, Духом посредством псалмов и духовных песней (Еф. 5:19), и живыми глаголами Духа одушевляться к Боговидению в уме, к Божественной любви в сердце, к общению с Богом в духе.

Приходя в храм, мы должны не только приходить с расположением слушать и внимать (Екк. 4:17), но подражая Херувимам, которых образуем собою в служении Пресвятой Троице, соделываться все слухом, все видением, все духовных чувством для слышания, для видения, для ощущения духовных предметов в Богослужении, словом Божиим нам возвещаемых, в священных действиях представляемых, в Божественных тайнах преподаваемых. И в одной Литургии, как в священнейшем Богослужении, вся жизнь Искупителя нашего, от рождения в яслех до кончины на кресте, и от спасительнаго Проповедания Евангелия до живоноснаго воскресения и славного вознесения на небеса преднаписуется для нашего разумения и чувства, дабы мы при Богослужении обогащались о Спасителе нашем всяким словом и разумом и, верою вселяя Христа в сердца наши, тщались не для себя жить, а жить для умершего за нас и воскресшего.

Итак, учиться, назидаться, умудряться во спасение свое и других приходим мы в храм Божий. Сообразно тому должны и исходить с духовным приобретением, чтобы износить с собою в дома и добрые расположения, производимые в нас при Богослужении, и напечатлевать в чувстве самые молитвы и священные песни, для одушевления себя ими к благочестивым поступкам и действиям.

Будем содержать в мысли, что все, что при Богослужении ни предлагается чтением, что ни совершается священнодействием, что ни возглашается песнопением, все то предлагается для нашего слуха, совершается для нашего взора, возглашается для нашего разумения, поется для нашего чувства, чтобы напоить ум наш мыслями небесными, напитать сердце чувствованиями Божественными, вознести дух к благодатному общению с Богом. Храм Божий есть небесное училище веры и благочестия.

3) Храм Божий есть святилище служения нашего Богу. Служение по самому своему значению предполагает действие, совершаемое порядке, не только от священнодействующих, но и от всех вообще. В словесном служении Богу требуется от всех действие словесное, духовное, которыми должны быть заняты умы и сердца наши. Это священное действие, кроме устной молитвы и поучения слову Божию, составляет особенно предстояние пред Богом, предстояние благоговейное, бодренное, соединенное, неослабным вниманием себе и всему в Богослужении слышемому, видемому, действуемому. Истинное служение пред Богом есть возвышение ума к Богу зрением, сердца горением любви, духа благоговением. Яко же очи раб в руку Господий своих, яко очи рабыни в руку Госпожи своей: так в Богослужении очи ума, сердца и духа нашего должны быть устремлены благоговением и любовию к Богу. Даже и при сухости сердца, когда оно бывает хладно и не отверсто для духовных впечатлений, требуется собранное, терпеливое предстояние пред Богом, чтобы отнюдь не давать себе оставлять мыслями места предстояния и не позволять взорам разсеянно блуждать по предметам. Богослужение в храме совершается одинаково для всех; все в одинаковом чувстве благоговения и должны служить Богу. При Богослужении священнослужители занимаются служением и возношением молитв; однако ж никто и из присутствующих не должен стоять бездейственно, как на зрелище; все должны петь Богу духом, все слушать учение и напечатлевать в сердце, все должны приносить самих себя в словесную жертву Богу, потому что все мы, по изображению Апостола, составляем царственное священство и народ святой (1Петр. 2:9); все кровью Христовою из рабов греха сотворены духовными священнослужителями (Апок. 1: 6).

В молитвенном предстоянии служим ли мы Господу, так как воины стоят в строю пред военачальниками, как слуги принимают повеления от господ, как благопослушные дети выслушивают приказания отцов? Обличать некогда Господь Израильтян за непочтение к Нему, облачал примером почтительных детей к отцам, примером верных слуг к своим господам: сын славит отца и раб господина своего убоится: и аще Отец есмь аз, то где слава Моя? и аще Господь есмь аз, то где есть страх Мой (Мал. 1:6)? Мы, именующие Бога Отцем своим, как дети; именующие всевластным Господом, как рабы, – предстоя в служении пред Господом, делаем ли по чувству внутреннего благоговения и страха к Богу то, что часто делаем по чувству внешней зависимости и рабского страха к человекам? Не только обличил, но тяжко наказал бы вас Господь за неблагоговейное служение Ему, если бы восхотел сократить долготерпение благости Своей. Небрежение о Богослужении, разсеянность в предстоянии, не редко ропот на продолжительность священно-служении, – показывают ли в нас любовь к храму Божию, усердие к Богослужению, ревность к общественной молитве?

Сознавая в себе холодность к храму и Богослужению, с благодатию ново-освященного храма обновим чувства, сердце, дух наш в любви к храму Божию, к общественной молитве, к назидательному слышанию слова Божия и к собранному, терпеливому предстоянию пред Богом.

Господи, Иисусе Христе! По молитвам Святителя Твоего Николая, молитвенному предстательству, которого посвящен храм сей, даждь нам любити благолепие дома Твоего, дабы, с веселием приходя в храм Твой, изливать пред Тобою в молитве душу свою, усердно поучаться оправданиям Твоим и, бодренно предстоя в служении Тебе, учиться созидать во спасение души наши и украшать непорочностью в живые храмы Духа Твоего. Аминь.

1854 г. Сентября 18 д.

Беседа при освящении храма20

И пришед Христос Иисус благовести нам мир дальним и ближним (Еф. 2:17).

Для Господа нет ничего не близкого и далекого, Он все объемлет, все наполняет, всему близок и присущ. Но мы ограниченные бываем отдалены один от другого пространством места, также как и страны, нами обитаемые, и места нашего жительства, одни ближе находятся к общему населению, другая, составляя как бы край и оконечности земли, называются отдаленными.

Господь от одной крови произвел всех человеков жить по всему лицу земному, дабы люди, всюду познавая и Обретая Господа, как недалече от каждого из нас сущего; о Нем бо живем, движемся и есьмы (Деян. 17:26–28), едиными устами чтили и славили Его, как всеобщего Отца, едином сердцем служили Ему, как вседержавному Царю, и составляя единое великое семейство, жили во взаимной любви и святом страхе Его. Но люди рассеявшись по лицу земли и разделившись в языке, жительстве, расположениях, разделились и понятиями своими о Божестве, даже изменили славу нетленного Бога в подобие образа тленна человека, и птиц и четвероног и гад. (Рим. 1: 23).

Дабы собрать рассеянных по вселенной чад Адамовых, разделенных не столько отдаленностию места, сколько своими мнениями, нравами, расположениями и образом жизни, собрать воедино великое благоустроенное общество, в едину Церковь, единородный Сын Божий, сошел с неба на землю, восприяв в Божественном Своем лице естество человеческое, и в продолжении земной жизни своей, проходя Иудею, сперва Сам проповедовал Евангелие, проповедовал истинное Боговедение и Богопочтение, взаимную любовь и общение всем человекам, и спасение вечное, приобретаемое верою в Него, Спасителя мира, и исполнениям святых заповедей Его, и спасительное Евангелие свое всюду свидетельствовал чудесами, являя в оных бесчисленные благодеяния страждущему роду человеческому. А по совершении спасения нашего своею смертию и воскресением, и по возшествии на небеса, облекщи силою Духа Св. Апостолов, послал их во весь мир проповедывать во имя Триипостасного Божества возвещенное Им и запечатленное кровию Его Евангелие Царствия, дабы все народы веровали в Триипостасное Божество, верою совокуплялись во едину Церковь, и, в недрах Церкви возраждаясь таинствами для новой жизни, деятельно исправляли свое естественное и приобретенное растление и являли себя людьми, способными к исполнению всего истинного и правого, и ревнителями всякого добра.

Апостолы, облеченные Божественною силою Духа, пронесли благовествование Христово по вселенной; протекли красными ногами по всему миру с спасительным проповеданием; во всех концах земли посеяли семена веры и благочестия, разгнали мрак языческого заблуждения, ниспровергли капища, всюду во славу Бога Триипостасного воздвигли жертвенники и алтари, основали единую по вселенной Церковь и, для незыблемого утверждения ее, всем преемникам своим заповедали неумолкно проповедовать веру, блюсти и сохранять ее в нераздельном единстве, и по духу веры расширять и распространять в том же единстве и Церковь Христову.

И мы смиренные служители Господа Иисуса, отдаленные временем, но неуклонные по духу веры последователи проповедания Апостольского, и единомысленные блюстители учения и законоположений древних Отцов Соборной Апостольской Церкви, и мы вам, братие и чада, не близким от матери градов наших помосту жительства; но близким и единосущим с нами о Христе Иисусе, и мы благовествуем вам благовествование, проповеданное самим Спасителем и Его Апостолами; проповедуем, что Бог Отец, исполняя свое обетование, послал Сына Своего в мир, для спасения вашего, а Сын Божий снисшедши на землю приобрел нам спасение, и посредством Духа Святого всех призывает нас в благодатное Царство, в Церковь Свою, из недр которой при благочестивой вере и христианской жизни мы благодатию Христовою уповаем прейти к наследию вечной, блаженной жизни.

Итак, Христос пришед благовестил и непрестанно чрез служителей слова благовествует нам в Церкви Своей мир и спасение, благовествует просвещение для нашего ума, очищение для сердца, укрепление воли для исполнения Св. воли Божией, благовествует прежде всего искать благ небесного Царствия, за тем и временных благопотребных благ. Посему в Церкве Христовой мы должны созидаться в единстве веры, получать назидание в благочестии, утверждение в правилах христианской жизни, принимать очищение грехов чрез таинство покаяния, освящение душ и телес наших чрез таинство приобщения тела в крови Христовой и, как наследники небесного Царствия, уготовлять себя непорочным жительством к христианской кончине.

И как мы при несходстве естественных наших склонностей, при разности состояний, при отдаленности жительства и разнородности занятий, как, покажем благодатный возраст в единой вере и преспеяние в едином благочестии, если не будем, как умные растения, возрастать на едином поле Церкви Христовой, не будем получать благодатное напоение из единого источника слова Божия, если не будем блюдомы и огражаемы богопоставленными делателями вертограда Христова, Пастырями и Учителями, в правилах в установлениях Церкви Христовой? Как ветви в древе, как члены в теле, как дети в матернем лоне, так мы, христиане должны быть прикреплены единомыслием к св. Церкви. Церковь есть благодатное училище веры, есть рассадник, где насаждаемся в жизни по Боге, есть поле, где возрастаем для плодоношения благочестия, есть ограждения против разномыслия в тайнах Царствия. Церковь есть дом Божий, где рождаемся и воспитываемся на земли для неба, есть путеводительница к блаженству, ведет нас к небу путем подражания Богу, последования Христу, уподобления Святым Его во взаимном общении и служении друг другу в потребностях в телесных, и высших духовных.

Посему и во внешнем и внутреннем слухе нашем непрестанно должно отзываться наставление Апостольское, чтобы держаться нам исповедания нашего непоколебимо, и разумевая друг друга в поощрении любви и добрых дел, ни в какое благоприятное время не оставлять благочестивых собраний Церкви (Евр. 10:25); особенно когда она в нарочитые дни торжеств велиим – и внешним, – вещественным, и словесным, разумным гласом благовествования зовет нас на духовное торжество веры и благочестия, дабы воздать Господу славу и хваление, явить ближним пример благоговения и назидания, а самим себе восприять духовное озарение ума, омрачаемого ситами мира, умирение сердца от страстей, укрепления духа от жительских печалей и скорбей.

Тем паче мы должны утверждать себя в единстве веры, укреплять в хранении богопреданных установлений Церкви, и сопрягаться священным союзом Богослужения, чем более, по предъявлению Духа, является таких, которые, внемля духовом лестчим и учением бесовским, отступают от единства веры и Церкви. Не имея ни церкви, ни священства, ни богоустановленных таинств и Богослужения, они все священное превращают; дерзновеннейшие между ими, не быв призваны и освящены Церковию, отваживаются, по подрожанию Церкви, святотатственно совершать над обольщенными таинства, и поддерживая вредное заблуждение раскола, содержать в душевной гибели последующих им и продолжают раздирать единство св. Церкви.

Мы же, возлюбленные, в Церкви Христовой, как благодатном Царстве Божием, как в святилище небесных тайн и служения Богу, святою нашею верою назидающе себе, Духом Свитым молящиеся, сами себе в любви Божией и друг ко другу да соблюдаем, ждущие милости Господа нашего Иисуса Христа в жизнь вечную. И о тех, которые по неведению заблуждают, будем сожалеть; а тех, которые по упорству и себя и других держат в заблуждении, будем обличать; о всех же таковых молиться, дабы Господь дал им разум истины обратился от заблуждения, и сами будем всемерно храниться от всякого прекословия и равномыслия в вере. Могущему же сохранити нас без греха и без скверны, и поставити пред славою своею непорочных в радости, единому премудрому Богу и Спасу нашему Иисусом Христом, Господом нашим, слава и величие, держава и власть прежде всего века и ныне, и во веки. (Иуд. 20–26). Аминь.

1854. г. Сентябрь 16 д.

Слово при освящении теплого Тобольского кафедрального собора, по возобновлении оного

Господи! возлюбих благолепие дому Твоего, и место селения славы Твоея. (Пс. 25:8).

Так Боголюбивый Царь Давид выражает пред Господом любовь свою к дому Господню. Подлинно богодухновенный Царь любил дом Господень.

Пребывание в дому Господнем, по среди славословия и хвалений Бога Израилева, он почитал таким райским временем, что и один день пребывания во дворех Господних предпочитал тысячи обыкновенных дней жизни! Лучше день един во дворех Твоих, паче тысящ (85, 11). И потому просил у Господа, как великой милости, чтобы ему во все дни жизни быть не отлучну от дома Господня; едино просих от Господа, то взыщу, того ищу, еже жити ми в дому Господни вся дни живота моего, зрети ми красоту Господню и посещати храм святый Его (26, 4).

Пламенно любя Господа, Давид любил и благолепие служения Господу и благолепие храма, места служения Господу! Возлюбих благолепие дому Твоего.

И нам показал достоподражательный пример, чтобы и мы, любя Господа, любили особенно служение в храме Господу, любили и благолепие храма Божия, как особенного места служения Господу.

И как не любить благолепие дома Господня! Благолепие дома Господня, Церкви Божией, есть благолепие славы благодати Божией, которая сияет в Церкви к духовному просвещению, освящению и общению нашему с Богом. Церковь Божия есть училище небесных истин, где мы научаемся Божеств. разуму и чувству; есть святилище тайн Божиих, где освящаемся в бренности нашей к жизни святой, небесной; есть дом молитвы, где мы, испрашивая милости и благоволения Божия, приближаемся к общению с Богом.

Это благолепие каковым таинственно сияет дом Божий, как училище небесных истин к благодатному нашему просвещению, как святилище тайн Божиих к нашему освящению и как дом молитвы, к общению нашему с Богом, есть благолепие внутреннее, духовное. Его-то и разумеет любитель благолепия дома Господня, порфироносный Псалмопевец, когда говорит: исповедание и красота пред Ним, святыня и великолепие во святих Его. (Пс. 95:6).

Но внутреннему, духовному благолепию храма, благолепию святыни, соответствуем и должна соответствовать и внешняя красота и благолепие храма. Дольний храм есть образ храма горнего, и совершающееся в нем служение Богу представляет высочайшее служение Богу Ангелов в пренебесном храме и служение их в великом храме природы; сообразно сему храм и составом частей своих образует и небо горнее, жилище Святых, и видимый мир, предверие невидимого. Посему как земное святилище служения Богу и совершения таинств, храм и укрывается ликами Святых, и священными изображениями вещей таинственных, небесных, и эти священные лики и образы, в ознаменование Божественной чести и достоинства их, облекаются всеми драгоценностями, как предметы досточтимые, пред коими мы, выражая наше благоговение, изливаем молитву, и чрез них возносим молитву вашу к Богу.

Итак, храму Господню, яко месту особенного служения Богу и присутствия Божия, подобает и святыня, подобает и благолепие, дабы храм земной, образ храма небесного, видимою священною лепотою возносил дух наш в небесный храм славы Божией и восторгал нас желанием искать славы и красоты царства небесного.

И если всякому, и малому и великому храму подобает и святыня и благолепие, потому, что всякий храм созидается для служения Богу: то храму соборному, матери церквей, по преимуществу подобает и святыня и благолепие. Подобает по преимуществу и святыня в отношении к образу Богослужения. Богослужение в соборном храме долженствует знаменоваться преимущественным благочинием и благоговейным совершением. Храм соборный есть Церковь великая. Посему в Церкви великой и служение и песнопение должно совершаться благочинно и благоустроенно.

Но храму соборному паче подобает благолепие красоты. И всякий храм есть храм общественной молитвы, но соборный храм есть по преимуществу храм соборной, всенародной молитвы. В нарочитые дни празднеств, как церковных, так и гражданских мы собираемся и должны собираться, и преимущественно лица начальствующие и старшие сословия, в соборный храм на общественную молитву, дабы в дни великих церковных празднеств свидетельствовать нашу веру и любовь к Богу, Спасителю нашему и Святым Божиим, а в дни великих гражданских празднеств свидетельствовать, что ми как чада единой православной веры и Церкви, так и сыны единого православного царства, и что как в Боге верою и любовию созидаем общее спасение наше, так в Боге служим любовию друг другу, предержащей власти, общему благу, к таким образом посреде Церкве великой верою и любовию связуемся и как сыны Церкви и как сыны Царства.

Когда же соборный храм есть священное место для молитвенных собраний по преимуществу общественных, всенародных: то храму соборному принадлежит преимущественно благолепие в отношении и к украшению и пространству. Храм соборный, место общественного собрания, должен быть и прилично украшен, чтобы своею лепотою удовлетворять потребности всех и каждого, как благолепие неба удовлетворяет потребности всех; должен иметь я соответственное пространство, дабы все стекающиеся, в каком бы числе ни были, имели свободное предстояние. И вот эта потребность, чтобы соборный храм имел приличное пространство, и была причиною, что храм распространен, и вместе с тем возобновлен.

Кому не известно, что настояний соборный храм в прежнем его положении во многих случаях для нарочитых торжественных собраний оказывался скуден, кольми паче не имел в себе величественности храма соборного. Нужда распространить храм, при оказавшемся удобстве, расположила и к тому, чтобы привести в единообразный вид с прежним как распространенный Иконостас, так в возобновить весь храм. И вот храм, прежде при его тесноте, носивший в некоторых частях уже следы обветшалости, в других потемнения, вообще же недостаточности потребного пространства, достаточно распространена в страной живописи возобновлен и в лучшее состояние приведен.

И так благодарение Господу, и пречистой Матери Его, Покровительнице и сего храма! Она сподобила и сей храм привести в подобающее благолепие. Да умножится благодатию Божиею и предстательством Пречистой слава обновленного храма сего в благоговейном служении, в благогласнейшем песнопении, в назидательнейшем поучении и в усерднейшей, горячайшей молитве и служащих и приходящих для молитвы.

Не совместно было бы с светлостию настоящего торжества делать замечание, произносить жалобу на скудость посещения соборного храма для молитвы, на скудость и усердия к соборному служению. Заключим паче речь нашу мирным, спокойным побуждением к усугублению усердия к храму и служению соборному, побуждением, которое само собою вытекает из совершившегося священного действия обновления храма.

Благодатию Божиею соборный храм распространен, потщимся и мы распространиться в молитвенном усердии к соборному служению; соборный храм украшен и приведен в большее совершенство по внутреннему благолепию. Одушевимся и мы о благодати Духа во внутреннем храме души нашей обветшавшее обновить, потемневшее убелить, расстроенное устроить, неблаговидное соделать благообразным, чтобы Господь благодатию своею вселился и обитель в нас сотворил, сотворил обитель, подобно храму сему, пространную, благоустроенную, светлую, украшенную, мирную, деятельную, неусыпаемую для славы Божией, для спасения своего и ближних наших. Аминь.

1855 года Декабря 18 дня.

Слово на освящение храма

Обновления почитати вemxий закон, и добре имеющея, паче же новая почитати обновленьми. (1 Стих, на Госп. возз. Обнов. 13 Сент.).

Так Церковь предначинает вечерние песни при каждом обновлении храма.

Что же значит обновления почитати?

Обновление дома, здания, храма в общем понятии есть открытие вновь устроенного или возобновленного дома для жительства, храма для Богослужения, какого-либо значительного здания для свойственного употребления. Обновление на языке Писания, в применении к храму, есть торжественное освящение вновь устроенного или возобновленная храма, по установленному богослужебному чину и порядку.

Примером такового обновления в ветхом завете служит торжественное освящение Моисеем Скинии свидения (Исх. 40:17–33. Слич. Чис. 7:10, 11); Соломоном созданного им в Иерусалиме храма (3Цар. 8: 63–64. 2Пар. 7:79), Ездрою сооруженного после плена Вавилонского второго храма (Езд. 6:16–17), Иудою Маккавеем очищенного от языческого осквернения и обновленного им храма (1Мак. 4:56–59). Воспоминание об этом-то чрез Маккавея возобновленном храме и разумеется (2Мак. 1:18. 10: 5–8), когда в Евангелии Иоанна говорится; Быша тогда обновления во Иерусалиме (Ин. 10:22), т.е. было празднование воспоминания об обновлении храма; так как Иудою Маккавеем учреждено, чтобы обновление храма от Антиохова осквернения было ежегодно воспоминаемо и торжественно праздновано.

Итак, обновления почитати означает тоже, что совершать торжественно освящение вновь устроенного или возобновленного храма; означает также и годичное воспоминание прежде освященного храма, так как и самая служба на освящение храма, есть служба, положенная на обновление храма Воскресения, воздвигнутого в Иерусалиме равноапостольною Царицею Еленою, и оттоле воспоминательно празднуемое, и закон, – обычай торжественно совершать не только начальное обновление вновь освященного храма, но и годичное воспоминательное обновление есть закон древний, заимствованный из ветхозаветной Церкви, и, по песненному гласу Церкви, этот закон, это учреждение, обычай – добре имеющиеся, имеет святое основание, благочестивую цель.

Действительно, когда совершается торжественно освящение вновь воздвигнутого или из состояния ветхости возобновленного храма, особенно храма, в своем отношении великого, знаменитого: то, во-первых, воздается слава Богу, святым промыслом Своим хранящему и устрояющему Церковь; во-вторых, воздается честь святой Церкви, которая, как дом Божий, дом общественной молитвы и служения Богу, как святилище тайн Божиих и благодатное училище веры и благочестия, должна быть не иначе, как с надлежащею торжественностию освящаема; в-третьих, преподается особенное назидание верных, в которых торжественным освящением впечатлевается любовь и благоговение к храму Божию; каковое благоговение не может не впечатлеться при ощутительном виде и живом чувстве, с какими освятительными действиями, с каким пламенным призыванием Духа Святого и всего пребожественного Троичного приосенения совершается освящение храма. Этим освятительным действием Церковь подленно, как небо на земли, как жилище Божие между человеками, как святилище тайн спасения, невидимо для чувственного взора, но действенно в существе исполняется благодатным приосенением Духа Святого.

Опытным свидетельством сего служит, во-первых, освящение ветхозаветной Скинии Моисеем. Когда ветхозаветная Скиния свидения была поставлена, всеми принадлежностями снабжена, священными сосудами и всею утварию украшена, святым елеем помазана и поставлением Первосвященника, Иереев и Левитов в подобающем чине к священно-служению приготовлена: тогда слава Божия в светлом, свето-сияющем облаке до такой степени исполнила Скинию, что сам Боговидец Моисей, при первом явлении славы Божией, не мог пойти в Скинию свидения, по причине сияния, исполнившего и внутрь и извне Скинию (Исх. 40:33–35). Тоже было и при освящении храма Соломонова. Когда храм, величественно устроенный и великолепно во всех частях украшенный, был приготовлен для служения, и священники внесли Кивот Завета Господня внутрь алтаря на приготовленное место во Святая Святых под крыле Херувимов и потом вышли из святилища: тогда слава Господня, свет сияющий облак в такой силе исполнил, храм, что священники не могли сносить сияния света славы Божией и вдруг приступить к совершению священнослужения (3Цар. 8:6, 10–11). При этом сам царь предначал служение пламенною молитвою: и вообще исполненный безпредельным чувством благодарения Господу за дарование ему благодати создать храм, Соломон, еще вновь проникнутый торжественным явлением славы Божией, как небесным знамением особенного благоволения, став на амвон посреди храма пред лицем олтаря Господа, и преклонив колена, воздев руки к небу, во услышание всех, всею крепостию благоговения молил Господа, чтобы Живущий во свете неприступном вселился во храм и благоволительно принимал молитвы близких и дальних, своих и чужих о всяком прошении. Эта молитва Соломонова так была благоговейна, пламенна и сильна, что, по окончании оной, огнь спал с неба, поял всесожжение и жертвы, слава Господня вновь в светлом облаке исполнила храм до того, что священники не могли совершать служения, и все несметное множество сынов Израилевых, при виде низпадшего с высока огня и лучезарного явления славы Господа, пали ниц на землю на помост церковный и поклонились Господу (2Пар. 6:12–13, 7:1–3).

Приосеняет ли и ныне благодать Духа Святого, когда совершается освящение храма? Без сомнения приосеняет. По общей усердной молитве освятительное действие благодати Божией, приосеняя весь храм, и особенно освещая престол и алтарь, как место священнодействия и совершения бескровной жертвы, и все, что произведено делом рук человеческих, очищает, всему дает священную важность; и, как принесенную жертву, усвояет Богу и служению Его. При освящении – особенно во всей полноте ощущается сила сего Псаломского изречения: свят храм Божий, дивен в правде (Пс. 64:6), свят храм по святости благодатного обитания в нем Святейшего Святых; дивен в правде, дивен по дивному явлению в нем спасительных судеб и оправданий Господних, и для направления в правоте путей жизни нашей.

Но приосеняет ли, при освящении храма, нас, – живые храмы, освятительная сила Благодати? Имеющие духовные очи видеть, благодатное действие Духа видят, и имеющее очищенный вкус благоухание Христово ощущают. И все мы, по мере веры, зрим мысленно благодатное приосенение Духа в освящении храма, если от дольней, рукотворенной Церкви возносимся в нерукотворенную Скинию, в которую Божественный наш Ходатай вошел с своею кровию для очищения грехов наших пред правосудием Божиим; и все, по мере очищенности сердца, ощущаем благоухание освятительных даров Духа Святого, если от сего престола Благодати возносимся духом к пренебесному престолу славы, к престолу Триипостасного Господа, откуда исходит нам всякое даяние благо и всяк дар совершен, исходит от Отца светов – благодать и благословение, исходит от Сына-Искупителя оправдание и избавление, исходит от Духа-Утешителя просвещение и освящение. В том и является избыточествующая в освящении храма сила благодати, когда мы, стоя в земном храме, на небеси стояти мним, когда в священных образах благоговейно представляем величие Бога, а в самих себе, в нашем сердце ощущаем Его присутствие, Его силу, исполняющую нас радостною, светлою, или умиленною и сокрушенною молитвою, и возбуждающую, и еже хотети и еже деяти доброе и благоугодное пред Ним.

Чего же требует от нас святость храма, как дома Божия, где особенно Господь своею благодатию вселяется и действует, чего требует в молитвенном предстоянии? Требует от нас приготовления, когда располагаемся идти в храм Божий, внимания себе, когда входим в храм, отложения житейских попечений когда предстоим в Церкви во время Богослужения, особенно святой Литургии, дабы возноситься молитвою к горнему престолу Божию, и одушевляясь мыслями чистыми, желаниями благими в храме, и из храма исходить с смиренным чувством своей духовной немощи и с сердечным попечением о исправлении своих слабостей.

Таково должно быть молитвенное предстояние и служение наше в Церкви!

Заключим наше размышление об освящении храма знаменательным уроком, какой из действия обновления в песнях своих преподает нам Церковь:

«К себе восходи человече, буди нов вместо ветхого, и души празднуй обновления, дóндеже время жития: да обновляется тебе всякого жития путь, древняя бо преидоша, се Быша вся нова. Cие празднику плодопринеси, добрым изменением изменяем (Слав, на хвал. Обнов.)». Указуя на духовную высоту и святость обновления, св. Церковь каждому из нас вещает: человек! в самом себе полагай духовное восхождение; обновляйся правотою из греховной ветхости, и празднуй обновление души неослабным преспеянием в добре, не упуская времени; да обновляется тебе всякого жития путь, доколе продолжается время жизни; старайся во всех обстоятельствах, во всех делах обновлять себя духовным совершенствованием и оставлять за собою прежние слабости. Сие празднику плодопринеси: такой плод, такую жертву принеси празднику обновления: положи твердое намерение, при помощи Божией, переменить себя на возможное добро. Сице обновляется человек, тако чтится обновления день. Аминь.

1855 г. 19 Декабря при освящении возобновленного зимнего храма Каф. Собора.

Слово при обновлении домовой архиерейской церкви, по поводу обновления оной внутри

Отложити вам по первому житию ветхого человека ⸺ и облещися в новаго (Еф. 4:22–24)

Все ветшает и изменяется в нас, вне нас и окрест нас. Проходит наша юность, оскудевает сила, слабеет память, притупляется острота, темнеет рассудок, наконец, самая храмина тела разоряется смертно и падает в тление. Вне нас ветшают наши одежды, наши сосуды, наши жилища, и мы непрестанно переменяем, исправляем, возобновляем их. И удивительно ли окружающим вас бренным вещам изменяться, когда самое время не только в днях и ночах, но и во временах года, с тем вместе и в воздушных переменах – хлада и тепла, влажности и сухости, тишины и бурных ветров с неудержимым стремлением, подобно быстроте речной, непрестанно изменяется и на всем дольном полагает непрестанно следы перемен и разного рода изменений?

При такой переменчивости всего дольного мы не можем ни сами себя, ни принадлежащих нам вещей оградить от постепенного ветшания и разрушения, если не будем своевременно слабеющее утверждать, ветшающее укреплять, тлеющее возобновлять.

Так это в наших простых – обыкновенных, так и в священных, к священному порядку Богослужения относящихся вещах. И вещи священные, поколику из круга земных веществ заимствуются, одинаковым подлежат законам постепенного тления. Храм сей не блистал ли красотою и великолепием, когда попечительным распространителем украсителем его21, приведен был, по любомудрой мысли в надлежащее благоустройство? Но прошло не более двадцати лет, и вся священная лепота померкла, все благолепие художественного изображения затмилось.

Тогда как и я, по смотрению Божию, обветшаваю, или уже обветшал для здешнего места, обветшаваю сперва прекращением действия, потом обветшаю прекращением и пребывания моего здесь, Господь еще даровал благодать обновить и освятить храм сей, дабы восприять некоторое утешение духу, соутешиться взаимною верою и любовию, и оставить еще один памятник моего скудного здесь пребывания и действия.

Внешняя наша известность и знаменитость пройдет, как тень, а утешение, какое мы обретаем в общей молитве и совокупном служении Господу, где всего лучше разумеваем друг друга любовию о Христе, останется навсегда в сердцах и, переходя от одних к другим, будет возбуждать к молитвенному воспоминанию живущих об отшедших.

Имея такое утешение о Господе, и запечатлевая оным последнее время моего пребывания, при настоящем празднствевнном совершении внешнего обновления храма, позаботимся о том, как нам внутренне совлекаться ветхого и облекаться в нового человека?

Как надлежит нам совлекаться ветхого человека, – наших греховных мыслей, расположений, действий и всего порочного образа жизни? Так же, как мы совлекаемся наветшавшей и до безобразия очернившейся одежды; надлежит совлешись ветхого человека от главы до ног, от нечистых мыслей и страстных желаний до предосудительных намерений и порочных поступков и действий. По совлечении одежды последует обнажение. Чтобы мы ощутив, если бы, совлекшись одежды, обнажились в виду других? При взоре на состояние наготы мы необходимо должны к крайнему смущению ощутить стыд, а еще к большей скорби почувствовать всю естественную нашу немощь, лишение, недостатки. И в такое состояние духовного обнажения, в такое чувство естественней нашей нищеты, в живое чувство омрачения нашего ума, растления сердца, немощи к добру воли, в горькое чувство непотребства нашего пред Богом и недостоинства пред людьми, должны мы привести себя, дабы совлещися нам греховного человека. Если мы не приведем себя в совершенное сознание, что мы, по духовному нашему состоянию, и окаянны, и бедны, и нцщи, и слепы, и наги (Апок. 3:17), то не можем быть способными к духовному обновлению. Духовное обновление необходимо требует, чтобы мы совершенно отложили ветхого человека по первому житию: перестали жить так, как жили прежде, переменили прежние наши расположения и привычки, преобразовали наши поступки и действия и сделались иными, иными по кротости и незлобию нрава, по чистоте расположений, по правоте действий, по назидательности жизни.

Не легко отложить ветхого, греховного человека: с ветхим человеком, – с греховными расположениями и порочными склонностями мы рождаемся, воспитываемся, возрастаем, возмужеваем, даже состареваемся. Ветхий человек, естественное злонравие и зломыслие в нашем уме, нечистое, растленное стремление в сердце, рассеянность и беспечность в воле примешиваются, ко всем нашим начинаниям, предприятиям, действиям. Отложить ветхого человека не что иное есть, как переменить суетный наш ум, переменить растленное сердце, переменить превратную волю, – переманить суетный ум, обратить в уме мутный поток мыслей плотских, льстивых, душевредных в чистый поток мыслей здравых, назидательных, благочестивых, дабы нам мыслить благое и полезное, правое и святое; переменить растленное сердце из вместилища нечистых пожеланий соделать оное сосудом благодатных расположений, святой любви, радости, мира, умиления, дабы не самолюбие, а любовь к Богу была началом всех движений нашего сердца; переменить превратную волю, – отринувши всякое своенравие, самоугождение, и самолюбие, водворить в духе нашем, послушание, покорность, терпение; дабы немощи немощных носить и не себе угождать, но угождать ближнему во благое, к созиданию (Рим. 15: 1–2), не свою волю, но волю Божию творить, и прочее во плоти время не себе, не человеческим похотям жить, но жить умершему за нас и воскресшему Христу Господу (2Кор. 5:15).

Обнажившись от самолюбивого о себе мнения сознанием греховности и непотребства нашего пред Богом, недостоинства пред человеками, нечистоты и порочности в самих себе, мы должны привести себя в состояние такого смирения и уничижения, чтобы молчать там, где прежде имели обычай говорить; возбранять себе то, что прежде вменяли себе в похвалу; всемерно удаляться того, что прежде без зазрения открыто позволяли себе и другим, должны привести себя во внутренней жизни в состояние непрестанного самоосуждения и самоиспытания, во внешней жизни в состояние совершенной простоты и детства, чтобы как младенцам о Христе, любить паче всего нелестное, словесное млеко слова Божия (1Петр. 2:2), и возрастать во спасение; как чадам послушания Христова, с жаждою духа, прежде всего тщиться о исполнении нашего долга и дела по закону Господню, дабы и слышать и видеть и осуществлять в наших чувствованиях и помышлениях, елика суть истина, елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвальна, аще кая добродетель и аще кая похвала. (Фил. 4:4).

Последуя по возможности за Подвигоположником нашим путем креста Его, всё то, что речет нам Господь во храме святем в служении и чрез служителей слова, что возглаголет тайным вещанием во внутреннем поучении духа нашего, что восприимем из взаимных душеполезных собеседований, чему научимся из назидательных примеров людей благочестивых и собственных поучительных опытов, всё то всеми мерами будем применять к нашей жизни и непрерывно побуждать себя на всякое дело веры, на всякий труд любви, на всякий подвиг терпения.

Так мы должны постепенно обновляться духом ума нашего, и со дня на день облекаться в нового человека, созданного по Богу в правде и преподобии истины.

Если, по благодати Божией, чрез возможное очищение ума и сердца и чрез распинание плоти со страстьми и похотьми, положим основание духовного обновления: то в день всемирного откровения славы великого Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, для избавления твари от порабощения тлению, Господь Иисус преобразит и сие бренное тело смирения нашего, яко быти ему сообразну телу славы Его. (Фил. 3:21). Аминь.

1856 г. 9 Сентября.

Слово при освящении Александро-невской церкви в новоустроенном Тобольском тюремном замке

И где имел бы свет Твой возсияти, токмо наседящия во тьме (Тр. на вечер. Богояв)

Благодатию Божиею мы ныне освятили храм сей во имя св. Благоверного и Великого Князя Александра Невского, перенесши это священное имя из храма прежнего тюремного замка в новый; освятили храм, по качеству места украшенный, по состоянию места удобно, цели своей соответственно устроенный; освятили храм в новоустроенном здании22, составляющем тюремный замок, и с освящением храма призвали зиждительную и очистительную благодать Божию и на все здание и место сие.

Кто поминающий назначение этого здания не скажет, при совершившемся благодатном действии освящения храма: и где имел бы свет твой возсияти милосердый Господи, как не на заключенных в темнице преступниках? Освящением храма в тюремном замке, мы, по благости Божией, ввели свет во тьму, утешение среди скорби, радость среди печали. Как бы красиво, с какими удобствами по своему назначению ни было устроено здание сие, оно все есть темница, обиталище преступников, жилище скорби, печали, уныния. Когда есть на земли пороки, преступления, злодейства, открыто нарушающие закон Божий и человеческий, и устремляющиеся на безопасность, даже на жизнь ближних своих: то конечно необходимы места заключения, как удилища для обуздания преступников, и вкупе как места врачевания тяжко недугующих различными душевными болезнями.

Что же особенно составляет душевное врачевание, и спасительное утешение для преступников в месте заключения? Составляет спасительное врачевание и врачебницу именно Церковь. Здесь обретаются заблуждение, уклонившиеся на стропотные пути беззаконий; Церковь, попечительная наставница на истину, матерински зовет их обратиться на путь правый; здесь находятся заразившиеся тяжкими душевными болезнями преступлений; Церковь, как духовная врачевательница, сердобольно является к этим больным с спасительным врачеством покаяния, и совсеисцеляющим пластырем Божественного милосердия, всепрощающего сердечному покаянию. Здесь заключены в узах удалившиеся на страну далеку от лица Божия и ниспавшие во тьму своеволия и расточения душевного. Церковь утешительно предстает им, как святилище Божие, воззывает их из состояния душевной пустоты и мрака под кров благости Божией, воззывает из греховного удаления явиться лицу Божию сокрушенною молитвою, и от присещения милосердия обрасти мир и успокоение в совести. Вот какой свет, какое утешение, какую отраду составляет Церковь в узилище для заключенных преступников. И как находящиеся во тьме, живее чувствуют сладость света, больные нужду врачевства, лишенные всякого крова успокоительность милосердого призрения: то и спасительную утешительность Церкви всего лучше могут чувствовать заключенные преступники, милости Божией и избавления от облежащих их зол требующие.

Не нужно даже и говорить о том, что Церковь в месте заключения преступников есть в особенном смысле врачебница для смертельно болящих, утешительница для обремененных тяжестию скорбей, святилище благодатного света для сидящих во тьме и сени смертной. Если бы в тюремном замке не было Церкви Божией с ее благодатным светом и утешениями: тогда узилища, места заключения преступников, страшно сказать, были бы настоящим преддверием темницы преисподней, где нет для преступников утешительного возвещения о благости Божией, нет покаяния, нет примирения с Богом. Яко несть в смерти поминаяй тебе: во аде же кто исповестся тебе? (Пс. 6:6) Надлежит сказать особенно о том, как этим тяжко больным пользоваться духовным врачевством, преподаваемым Церковью? Кроме очистительного таинства покаяния, кроме живопитального таинства приобщения, святая Церковь много преподает вам, братие узники, духовных врачевств для исцеления вашего. Предложим из них самые для вас необходимые и близкие к вашему состоянию.

Во-первых, святая Церковь гласом Апостольским преподает вам наставление терпения: терпения имате потребу, да волю Божию сотворше приимите обетование. (Евр. 10:36). Вот что говорит вам наставница ваша, святая Церковь, сердобольно пекущаяся о вас в лице благодетельных членов попечительная общества: вы, братие узники, должны нести настоящее ваше положение терпеливо, ни на кого не жалуясь, ни кого не виня, ни кого не почитая причиною. Вы сами произвольно привели себя в такое состояние вашими преступлениями; а преступникам терпеть наказание за преступление необходимо. Ярость и гнев, скорбь и теснота на всяку душу человека, творящаго злое, (Рим. 2:9), так говорит закон непреложной правды Божией.

Но можно терпеть много и долго, и страдать без пользы. Можно терпеть с беспечностью, с ожесточением, можно привыкнуть к уничиженному состоянию темничного заключения, как состоянию сообразному. И заключенный преступник может привыкнуть к своей темнице, как к светлому жилищу, почивать на своих оковах, как на спокойном ложе, жить в обществе подобных преступников, как в своей стихии. Это-то состояние и опасно для преступников; оно ввергает их в беспечность, в бесчувственность, в ожесточение, отселе ввергает в пропасть нераскаянности, в то состояние, гибельного мрака, какое испытывают падшие духи. И вот ужасный переход из темницы земной, временной, исправительной в темницу преисподней тьмы и осуждения. Да избавить долготерпение Божие всякого преступника от состояния беспечности и ожесточения!

Нет, братия узники, терпения имате потребу, терпения твердого, благорассудливого, умиленного, которое бы в ваших сокрушенных чувствах переплавляло вас, как огонь переплавляет грубое, землянистое вещество в металлы, как соль выедает гнилость, как зелие врачебное очищает гнойные раны. Смотрите на узы ваши, как на необходимое обуздание ваших склонностей; взирайте на темницу, как на исправительное место от учения вас от зла.

Во-вторых святая Церковь предписует вам в примере благоразумного разбойника истинное покаяние. Разбойник и на кресте из спокойного терпения, соединенного с молитвою о врагах, познал страждущего за грехи мирa Спасителя и показал присноблаженный пример покаяния. Глас, с которым он обратился в крепкой вере и уповании к страждущему Спасителю, глас разбойничий: помяни мя, Господи, во царствии твоем, ныне для всех кающихся служить сердечною молитвою и утешительным удостоверением в Божием милосердия к грешникам. Учитесь и вы узами и темницею истинному познанию своих грехов и сердечному исповеданию оных, как и разбойник на кресте, по чувству своих грехов, познал Спасителя и обрел спасение.

Подражайте благоразумному разбойнику в искреннем осуждении себя и своих грехов. Когда несчастный товарищ крестного распятия его, другой разбойник, подражая буйным гласам распинателей, произносил хулы на распятого с ними Божественного страдальца: тогда благоразумный разбойник самым трогательным образом увещевал своего соучастника: ни ли ты боишься Бога, яко в том же осужден ecu, и мы убо в правду. Подражайте и вы такому сокрушенному чувству. «Мы осуждены праведно, мы достойное по делам нашим восприемлем», вот что должно быть главным предметом ваших разговоров, бесед, разглагольствий; в этом чувстве самоосуждения каждый должен обозревать свой пагубный путь, который привел его в жилище осуждения; обозревать: по каким кривизнам пороков шла стезя его, и сколько вопреки ощутительных препятствий, какие полагал невидимый перст Божий, употреблено хитростей и обманов, открытого буйства и дерзостей для достижения непотребных начинаний, и каждый плачевную историю беззаконных путей своей жизни должен заключать умиленным к Богу воздыханием и гласом: Господи, мы осуждены в правду, мы достойное по делам нашим восприемлем. Не забуди нас милосердием Твоим, Благой, во царствии Твоем!

Отселе, в-третьих, святая Церковь, как споручница ваша пред Богом, Праведным Судиею и Отцем милосердия и щедрот, требует от вас, чтобы вы соделывали состояние темничного заключения вашего состоянием исправления. Тогда путь, составляющий праведное наказание за ваши преступления, вы обратите для себя в путь спасения. Тогда и из вас истинно кающимся прострется от страждущего на кресте за злодеев Спасителя глас утешительного уверения, что действие благодушно переносимого вами наказания служит для вас очищением, и вы, удовлетворив правосудию, будете иметь утешительную надежду избавиться от уз и возвратиться паки на свободу, на стезю жизни, и спасения. И какая польза, братия, если бы кто из вас получил освобождение, не имея твердого намерения исправления? Если кто выйдет из темницы на свободу, но выйдет с одинаковым расположением к злу, выйдет, как выходит неукрощенный зверь из ограждения таковой, по растленной склонности, и опять будет звероправно восхищать, терзать, погублять; и тогда если не будет вскоре поражен судом Божиим: то опять будет взят, связан узами, заключен в темницу, и затем удивительно ли из временного узилища изринуться таковому в узилище нескончаемого мрака и осуждения с отверженными духами, под мраком блюдомыми на суд великого дне? Страшно, братия узники, временные узы обратить в неразрешимые узы тартара, и временную, исправительную темницу сделать переходом в преисподнюю темницу вечного осуждения с диаволом и ангелами его, в геенну, идеже червь их не умирает, и огнь не угасает (Mк. 9:44).

Господи, Иисусе Христе, распявшийся на кресте между разбойниками, да спасении всех, и самых тяжких злодеев кающихся: соделай исправительною правдою Твоею это место заключения преступников местом и обуздания необузданности, но и вкупе местом исправления, впадших по общему растлению естества в преступления, и по молитвам Святого Благоверного Князя, Александра Невского, изведи из темницы греховной души заключенных здесь узников, изведи их в покаянии о своих преступлениях и из внешней темницы на свободу жизни, изведи с твердою решительностью – жить остальное время среди неослабного исправления самих себя в истинное благо свое, в пользу ближних своих, во славу правды и благости Твоей, Аминь.

1855 г. Ноября 23 д.

Слово по поводу23 попечительного женского отделения при тюремном комитете

Поминайте юзники, аки с ними связаны: озлобляемыя, страждущих, aки и сами суще в теле. (Евр. 13:2).

Почтенные сочлены и сотрудники попечительная общества!

Наше попечительное общество о тюрьмах в настоящее время получает для себя важное сотрудничество в попечительных своих действиях, как в рассуждении содержащихся в тюремном замке узников, подсудимых и пересылаемых, так равно и тех, коих попечительный комитет взял на свое призрение в их нищете и убожестве.

Это сотрудничество мы получаем в совершающемся ныне открытии отделения почтенных, – благородных жен, которые в чувстве и расположении христианском принимают на себя попечение об узницах, содержащихся в тюремном замке и о том, что по необходимому следствию соединяется с этою обязанностью.

Приветствуя вас, м… г-ни, с таким христианским сотрудничеством, а вас, м... г-ни, с принимаемою вами христианскою обязанностью благотворительного попечения об узницах, и о тех, которые, по своему нищенскому и убогому состоянию, подобно им требуют благосердого призрения, не неприлично нам обратить внимание на предмет общего нашего попечительного действия и при рассмотрении оного изъяснить наши чувствования.

Главный, ближайший предмет действий нашего суть подсудимые узники, (заключающееся по разным в судебном рассмотрении находящимся делам и преступлениям). И этот разряд здесь немалочислен, и не может быть малочислен; кроме присылаемых сюда для окончательного суждения (по разным причинам) из других мест, по самому свойству Сибири можно ли быть здешнему месту без разнородных слабостей и без людей слабых не исправленных, преступных обоего пола? Поэтому кроме содержащихся по разным преступлениям в большом числе мужчин, и наличное количество подсудимых женщин определенным числом постоянно простирается в течении года от 50 и более. Поэтому давно, давно настояла нужда в открытии здесь женского попечительного отделения.

Но известно, что здешний тюремный замок, кроме содержания подсудимых, есть сходбище, или, так сказать, сборище, куда, по решению дел, подвергшиеся законному осуждению препровождаются из всех мест и концов России для распределения в разные места поселения. Посему число осужденных преступников и преступниц в здешнем тюремном замке подобно морскому приливу и отливу вод. Одни многочисленные партии отходят, другие такие же или более многочисленные партии приходят, и это скорбное преемство в течение года много, много раз сменяется и изменяется и оно неизбежно; пересыльные ожидают здесь распоряжения о своем водворении, где назначаются им разные места населения; потому они по необходимости в большом многолюдстве находятся здесь и, задерживаясь нахождением, заготовляются и должны заготовляться добрыми расположениями на ожидаемое по назначению новое жительство; тем более они должны заготовляться добрыми расположениями, что в партиях ссыльных идут целые семейства, мужья с женами, а жены с детьми, влекомые родственным союзом, следуют за мужьями в места поселения. Таковое положение ссыльных, особенно семейных, поставляет их в состояние внутренней заботы и попечения о будущей своей участи; вместе с тем обращает их с молитвою и молением к Богу в искреннем расположении, чтобы последующею жизнью исправить свое поведение и загладить допущенные проступки и преступления. Но эти добрые мысли, и расположения надобно поддержать и укреплять в одебелевших сердцах преступников, поддерживать и укреплять, особенно чрез жен их, разделяющих участь с ними, а эти несчастные жены сами имеют нужду в подкреплении добрым словом, внушением, наставлением. Кто же может лучше подействовать на таковых словом кроткого, сострадательного, сердобольного внушения, как не особы благородные, образованные, чувствительные, которые, своею сострадательностью снисходя и применяясь к состоянию подвергшихся несчастной участи осуждения и лишений, могут смягчить самые жестокие и одушевить к добру самые загрубелые сердца.

Вот главный предмет общей нашей, почтенные сотрудницы, деятельности. Здесь не упоминаем о призреваемых по нищенству и убожеству, каковой предмет сам собою вытекает из высшего, более трудного, и более требующего светлых мыслей и живого чувства. Предмет наш вообще по самому наименованию попечительного тюремного общества, есть предмет сердобольного чувства и сострадательного участия в участии подвергшиеся открытым преступлениям, а вместе с тем и положительному наказанию, узам, темнице, заключению.

Можно, подавая милостыню бедным и убогим, благотворить и из окна своего дома, можно, спокойно сидя в своем жилище, давать советы в недоумении, наставления против погрешностей, вразумления к исправлению. Но это не то, что идти в темницу и входя в разные узилища ее, входить в состояние узников, узнавать и внешние нужды их, а еще более внутренняя, узнавать те обстоятельства, которые ввергли их в это состояние, а узнавши в этих обстоятельствах преступления, как тяжкие, душевные болезни, с сердечным состраданием словом христианского назидания вразумлять заблудших, смягчать ожесточенных, обращать к добру и порядку приобыкших к своеволию и беспорядкам. Для того, чтобы благотворить бедному и убогому, довольно вообще доброго расположения; но заниматься узниками, их и внешним и внутренним, душевным состоянием, для этого потребно христианское терпение, глубокое знание человеческих слабостей, и вместе с тем сердечное сострадание к несчастным, сожаление к слабым, соболезнование к преступным; постоянно требуется живое сознание и собственных своих слабостей и глубокое знание слабостей падшего человеческого естества, чтобы, применяясь к скорбному положению узников, поставлять себя в состояние их, как бы мы сами, по слову Апостола, были в узах.

Поминайте юзники, аки с ними связани: озлобляемые, aки и сами суще в теле. Это высокое наставление Апостола верующим своего времени, чтобы они с любовию воспоминали об узниках за веру и страждущих за имя Христово, можем по христианскому чувству применить и вообще к призрению узников и к состраданию о страждущих в заключении и темницах. И такое именно требуется христианское сострадание, сердоболие и соучастие от нас, почтенные сотрудники, от нас, которые, по благости Божией, несем на себе попечение об узниках и узницах и заключенных в темницах. А применяя к общему состоянию нашему убеждение Апостола; соскорбеть скорбящим, соболезновать болезнующим, сострадать страждущим, убеждение, взимаемое от того, что мы и сами находимся в бренной жизни и тленном теле, подверженным разным переменам, злоключениям, болезням и лишениям, еще с большею кротостию, смирением и соболезнованием должны пещися о облегчении скорбной участи подобных нам. И христианское чувство никаким преступлением и никаким злоключением не воспящается и недолжно воспящаться от искреннего соучастия и сердобольного сострадания о участи по несчастию ли, или по преступлению подвергшихся узам и темнице. Христианское чувство озаряемое и проникаемое словом Христовым, знает и уверено, что и в темнице, среди преступников обретается Христос, эта Божественная святость, невинность, правда. Посему всемерно тщится сердоболием и сердечным участием извести и в темничном заключении честное от недостойного, доброе из порочного, сокрушение из ожесточения, исправление из упорства и отчаяния. Легкую рану нетрудно лечить, слабое пятно удобно изгладить; но смертельную болезнь излечить, укоренившуюся черноту измыть, или что тоже: закоренелого и в самых узах буйного преступника и преступницу в разум истины привести и на путь правды наставить, это требует труда, требует терпения, кротости, сострадания; за то и труд сугубо благословен, и терпение святое, и сострадание Христоподражательное. В темнице бех, и посетисте мене, говорит Спаситель. Кто посещает и заключенных в узах и темнице, и посещает в сострадании и соучастии христианском, тот и в заключенных преступниках посещает Христа, Ему подает, Ему благотворить, Его утешает. Чем более уничиженным и преступным, чем тяжелее бедствующим и страждущим оказывается помощь и облегчение, тем сладостнее ощущают утешение, большую являют добродетель на земли, и тем высшую получат награду от Господа на небеси благотворящие и благодеюшие тако. Благотворения и общения не забывайте, таковыми бо жертвами благоугождается Бог. (Евр. 13: 16). Аминь.

В церкви при тюрем. замке.

Слово в храмовой при тюремной Александро-Невской церкви праздник

Благословен Бог, Отец щедрот и Бог всякия утехи, утешай нас во всякой скорби нашей, яко возмощи нам утешити сущия во всякой скорби утешением, им же сами утешаемся от Бога. (2Кор. 1:3–4).

Так св. Апостол Павел благодарит Бога, Отца милосердия и щедрот, о утешении, которым был исполняем от Него так обильно, что сам будучи в скорби, мог утешать и других во всякой скорби.

И кто истинно может утешать нас в скорбях наших, как не Бог, Источник всякой радости, всякого совершенства и благ?

Но Бог, благодатною Своею силою утешая нас невидимо и недоведомо, в общем порядке являет нам утешения Свои чрез человеков, как чрез орудия Своей благости. Кто эти утешители, эти орудия благости Божией? Ближайшие наши утешители суть те, которые соединены с нами союзом свойства, дружества, общения дел и благ жизни; более сильные утешители те, которых Господь облекает в силу власти Своей, и которым вверяет строение благ дома Своего. Им оставлен нищий, им предоставлено быть помощниками сирых, утешителями плачущих. Не отрицает этого и Апостол. Однако ж показывает: кто после Бога утешители в скорбях? Это те, которые сами терпели скорби, сами были утешены от Бога в скорбях, и отселе соделались способными силою Божией утешать и других в скорбях.

Почтенные сообщники человеколюбивого попечения о узниках! Что может быть приличнее слова утешения в скорбном жилище заключенных? Вы понимаете: кто здесь утешители, кто утешаемые? Вы утешители, узники утешаемые. Для них мы собрались в празднственный день храма сего, дабы после единомысленной молитвы в чувстве сострадания посетить различные отделения темницы и при посещении каким либо утешением коснуться сердец заключенных в темнице.

Ни кто и из нас не изъят от скорбей. Одни испытали, другие испытывают, иных ожидают впереди скорби. Никогда не изъятые от скорбей, мы должны укреплять себя действительными средствами против скорбей, дабы, если не в состоянии будем утешать других, могли благодушно сами переносить скорби.

Какими же средствами можем укреплять себя против скорбей, о сем для собственного наставления, и для утешения узников предложим.

Действительное средство к укреплению себя против скорбей есть то, чтобы, во-первых, непрестанно приуготовлять и приучать себя к скорбям; во-вторых, благодушно терпя собственные скорби, с искренним участием разделять скорби других.

Как нам учиться великой, необходимой науке – приуготовлять себя к скорбям, и самым делом благодушно переносить скорби, если Господу угодно будет послать на нас скорби? Действительнейшее к этому средство есть добровольно приучать себя к различным ограничениям, лишениям, нужде; для сего надлежит непрестанно внимать себе, бодрствовать над собою, всегда и во всем воздерживать себя, обуздывать плотские желания, ограничивать чувственный склонности, удерживать вредные привычки, словом: содержать себя в непрестанной борьбе с растленными стремлениями. Это внутренний способ приучать себя к терпению скорбей.

Другой способ тот, чтобы учиться терпению скорбей из примеров, особенно, когда примеры разнообразных злоключений, как на зрелище, в совокупности представляются нашему взору и чувству. Где мы видим таковые примеры? Видим в домах нищеты, бедности, болезней; особенно видим в местах заключения узников, в домах призрения убогих, увечных, странных, больных. Так, – в училищах учатся наукам, во врачебницах лечатся от болезней, в домах веселия находят увеселения. А в домах скорби и страдания надлежит познавать злострадания, и учиться приуготовлять себя к скорбям, и благодушно принимать, когда, по воле Божией, постигнуть нас скорби. Тюрьма, место заключения узников, хотя бы немрачна была, а светла, и состояние заключенных во всех необходимых потребностях было безбедно, не есть место спокойствия, утешения, а место скорби и печали. Нам, и по возложенному долгу попечения, и по христианскому чувству, надлежит посещать ее с сердоболием, как место, где представляется печальный образ людей, впадших в открытые безпорядки, не совместные с благоустроенностию общественного порядка; надлежит посещать с чувством и судительного взгляда, как место наказательного правосудия, куда заключаются преступники, а еще паче с чувством сострадательного разсуждения, так как часто ввергаются сюда и такие, которые более несчастны, нежели преступны. А и на самое – умышленно содеянное преступление, считая его преступлением, в тоже время надлежит смотреть, как на несчастие, на общее несчастие, постигающее людей, по растлению человеческой природы. В примере темничного заключения подобных нам человеков, если по превратным своим склонностям, или по несчастным обстоятельствам впавших в преступления, и с тем вместе в злоключения, оплакивая растление падшего человеческого естества, мы должны научаться состраданию, сердоболию, снисхождению к слабостям слабых и отселе получать плод для спасения душ наших. Тем, которые питали алчущих, одевали нагих, принимали странных, посещали заключенных в темницах, возвещается на последнем суде суд милости и благословения от небесного Судии, потому что они делами милосердия себя назидали, ближних своих в несчастии утешали, благость и человеколюбие общего всех небесного Отца милосердия прославляли.

Если бы мы, по скудости духовной, не имели духа утешения, чтобы, при посещении узников и отягченных злоключениями могли светлою мыслию озарить омраченных умом, радостотворным чувством влить отраду в сердца безотрадные, сладкою надеждою подъять к утешительному чаянию упадших духом; то, посещая заключенных, больных, страждущих, какое сами можем получить душевное благо для нашего назидания и наставления! Имея пред очами зрелище несчастных, страждущих различными душевными и телесными болезнями, в трепетном чувстве благодарности Богу увидим, сколько есть на земли многоразличных страданий, от которых мы благостию Божиею предохранены, но в которые вражеским искушением и своею греховностию можем по человеческой слабости впасть; потому и должны быть готовы к встрече искушений и злостраданий, а еще более должны молить благость Божию, – не ввести нас за наши слабости во искушение, но избавить от бед, дабы они внезапно не постигли нас и нам не пасть под тяжестию их. Затем представляя себе, что многие из страждущих более несчастны, нежели преступны, и даже иные менее преступны, нежели многие нестраждущие, с каким благоговейным трепетом должны изливать сердца наши в благодарении пред благодеющим Богом, что Он не обличает нас явно за беззакония но, покрывая милосердием, ожидает нашего обращения, дабы мы вразумившись долготерпением Его, исправили в себе неправое. Сколько же получим побуждений к смирению, благодушию, благотворению, когда, посещая узилища и жилища скорби, увидим безчисленные роды страданий и страждущих, а себя хранимыми от таковых страданий. Итак благо ходити в дом плача, нежели ходити в дом пира (Екк. 7:3), в дом печали и лишения, требующих христианского благотворения, нежели в дом мирского веселия. В доме печали и скорбения, в жилище бедности и немощи мы живее познаем бренность свою, удобнее приходим в чувство греховности своей, яснее видим над собою владычество Божие, в страхе Божием глубже смиряемся, и невольно приводимся к помышлению – не прилепляться к настоящей жизни, когда постигающия злоключения часто лишают нас и здоровья и всего благосостояния, а паче простирать взор к будущей и идти путем жизни с готовностию встретить в преданности воли Божией всякия противности.

Братия – узники! В благознаменитый день праздника в сем храме мы все, собравшиеся сюда к долгу попечения о вас разделяем с вами пред Богом лучшие ваши чувства и расположения, чувствования вашего состояния и того, что привело вас в оное; поелику в тайне сердца и каждый из нас сознает общее растление и удобоползновенность на грехопадения человеческого естества. Посему вам надлежит вместе с нами молить Господа, чтобы Он, по благости Своей, послал вам чувство сокрушения о содеянном вами зле, и благодатную силу каждому по возможности исправиться от своих преступлений. Тогда и узы заключения вашего ослабеют и темничная дверь отворится для того, чтобы каждому из вас своим образом выйти на путь жизни, и ходить в страхе пред Богом, в незлобии пред ближними и в глубоком смирении, также как непрерывном самообладании в отношении к самим себе.

Почтенные соучастники попечения о узниках! Соскорбя в узниках о общем растлении человеческого естества, уничиженного преступлениями, и являя заключенным утешение словом Божиим и христианским состраданием, будем и каждый в смирении сердца просить Господа о сохранении нас Своею благодатию, дабы нам душевно не быть заключенными в темнице греховной, но пребывать под кровом милости, очищения, избавления. Будем и слабости, даже преступления ближних наших в духе долготерпения Христова носить, и мы, по возможности, исполним закон Христов, закон мира и любви, исправления и прощения. Аминь.

1855 г. Августа 30 д.

Слово по поводу обнародования манифеста о войне с Оттоманскою портою

Услышати имате браки и слышания бранем зрите – не ужасайтеся. (Мф. 26:6).

Спаситель, говоря о знамениях последнего времени, поставляет в числе знамений войны между царствами, брани между народами. Услышати имате брани.

Благодарение Господу! покоющему нас миром и тишиною. После того, как страшный воитель Франции, в начале сего столетия, кровопролитными войнами, как волнами возмущавший всю Европу, в дванадесятом году губительный меч свой в ужасах кровопролития и опустошений простер даже до сердца России, – Москвы, по крепким упованием благословенного Александра побежден и низложен, – после дванадесятого года, можно сказать, у нас не было особенно замечательных браней. Следовавшие одна за другой войны с Персией, Турцией, с возмутившейся Польшей, подобно вулканическим взрывам, хотя без сомнения были опустошительны, но не продолжительны и оканчивались славою Российского оружия. Время минувших двух десятилетий было в пределах благословенного отечества временем глубокого спокойствия и благоотишия. Война с горцами, хотя в существе своем нелегкая, но, при постепенном усмирении их, в настоящем состоянии составляет тоже, что боевое обережение пределов России от этих хищных обитателей горных ущелий.

Но вот теперь гласом Царевым слышим возвещение о войне с Оттоманскою Портою, в след затем заповедуется во всем царстве прилежная молитва к Господу сил, сокрушителю браней, о даровании крепости Царю нашему, о укреплении христолюбивого воинства и о благословении успехом оружения Его. Православный Царь, поборник православной веры, одинаково исповедуемой в древнехристианской Греции, как и в России, вступился за права православной Церкви на Востоке, деспотическими действиями мусульманства оскорбляемой и вовсе стесняемой. Кроткие, настоятельные меры предупреждения не помогли. Турецкое правительство, возбуждаемое фанатизмом чтителей лжепророка, отвергнув мирные внушения, объявило России войну, и открыло военные действия на Дунае. Движимый ревностию о защите православия веры, Царь, при встрече такого противодействия со стороны Порты, в надежде на помощь Божию, приемлет меч на сопротивных, и в уповании на Сильного со всеми своими верными взывает: на Тя Господи уповахом, да не постыдимся во веки.

Что же? Бояться ли нам брани? Спаситель говоря о слухах воинских, не велит бояться: услышати имате брани: зрите – не ужасайтеся. Господь не велит бояться слухов о войнах и о воинских вооружениях в том отношении, что, как войны между народами во все времена были делом обыкновенным, то шум брани и волнения воинские не составляют сами по себе решительного признака последнего времени, однако ж смотря по всеобщности и необычайным ужасам кровопролитий могут служить близким предвестием последнего времени. А впрочем смотря на войну, как на состояние кровопролитной борьбы и ратования царства с царством и одного народа с другим, как не бояться войны! Война, это есть чаша вина не растворенна в руке Господней, из которой Он, по неисповедимым судьбам Своим, упояет языки – и они свирепеют друг против друга жестокою злобою, мщением, истреблением; это страшная кара рода человеческого в путях Промысла, которую Он за умножение беззаконий, посылает на землю для очищения ее от растления и для водворения незлобия и страха Божия между людьми. И когда пошлет Господь с небеси меч обоюдоострый, и подвигнет царства на ополчение и брань: тогда какие постигают бедствия землю и живущих на ней! Юные, как стебли пожинаются, сильные, как кедры падают, твердыни сокрушаются, храмы Божии разрушаются, грады превращаются в развалины. Сколько раззорения жилищ, сколько потери имуществ, сколько истребления произведений природы искусства, сколько пролития крови человеческой! Среди ярости бранной самые святилища обезображиваются, самая святыня влачится и попирается. Таковы плачевные последствия войны.

Но война похожа в действиях своих на пожар: чем долее продолжается, тем шире и сильнее возжигается; часто к воюющим сторонам присоединяются другие; противодействующей силы увеличиваются, война кипит и на земле и на воде; с расширением ее возрастают замыслы, козни, ожесточение, с тем вместе; поражения, опустошения, всякого рода бедствия. Да избавит нас сего и подобного милосердый Господь! Говоря о настоящей войне, можно сказать, что противники сами по себе не опасны. Но кто проникнет тонкую политику сильных соседних держав? Станут оказывать помощь сперва частно, потом могут пристать к ослабевающей стороне и открыто. И тогда не может ли объяться пламенем войны полсвета? Дай Бог, чтобы это были одни опасения.

Что же, надлежит ли бояться войны? Как разорения, опустошения, как кровопролития нельзя не бояться войны. Но как действия наказательного, исправительного, необходимого для поддержания народных прав, государственной чести и пользы, и при общеполезной цели, со всем благоразумием и беспристрастием предприемлемого, бояться недолжно. Когда Царь благочестивый, любящий свое отечество и царство, Царь, по ревности к общему благу царств и народов, поддерживающей твердость и благоустройство и других держав, если такой мудрый и благодетельный Царь из своего государственного совета возглаголал: «Россия вызвана Портою на брань, России остается оружием принудить Порту к соблюдению священных прав, утвержденных в неприкосновенности прежними трактатами», то очевидно, что война необходима. Она предприемлется для ограждения угнетенной на Востоке веры и обретающейся в порабощении православной Греческой Церкви, той святой веры, которая просвещает и нас, той Церкви, которою, как материю, порождена наша Великороссийская – православная, и в православии, по благодати Божией, цветущая Церковь.

Это война, можно сказать, по предмету своему священная; она предприемлется не для расширения пределов царства, не для приобретения торговых и других государственных выгод, не для отмщения за уничижение народной чести. Благословенное Русское царство обширно и без новых приобретений, обильно всякого рода богатством и в собственных пределах, славно в мире между первенствующими державами. Ревность о ограждении угнетаемой православной Греческой веры и Церкви от изуверства Магометанского движет православного Царя нашего, как защитника и покровителя православия. Итак, по державному гласу благочестивейшего Царя, во-первых, воинам, не только близким, но и не близким к месту брани, и тем, которые призываются на поприще воинское, надлежит острить мечи, приготовлять оружие, укреплять самих себя упованием на Бога, дабы с неустрашимостью изыти на брань; а всем прочим, если не потребуется вещественное пособие, надлежит содействовать успехам брани невещественным оружием, – усердною молитвою к Господу, каковая молитва нам и заповедана, каковую, как заповедано, ныне и предначнем и будем постоянно во всех дневных служениях к обыкновенному молению приобщать.

Воззовем и будем в бодренном духе и крепком уповании взывать к Господу сил: Господи, даруй благочестивейшему Царю нашему, ревнующему о защищении православия веры и Церкви и вне пределов царства своего, даруй крепость, вдохни мудрость и мужество и в христоименитых вождей твердость и неустрашимость в христолюбивое воинство его; укрепи оружие его против неверных и на суше и на море. Аминь.

1853 г. 15 Ноября.

Слово в день рождения государя императора Николая Павловича. (28 Июня 1844 г.)

Господи! спаси Царя, и услыши нас, когда мы взываем к Тебе. (Пл. 19:10).

Ныне мы особенно взываем ко Господу о спасении Царя, чтобы Господь возвеселил Царя силою Своею, возрадовал спасением Своим. И как нам не молить Господа о покровении свыше Царя? Ныне благочестивейший Царь наш, которого мы, при 29 летнем благополучном царствовании и при 58 летней благословенной жизни Его, празднуем Августейшее рождение, находится в великом подвиге с своим христолюбивым воинством, или паче со всем своим православным царством: ибо возшумели враги наши, и ненавидящие нас вознесли главу свою.

Кто враги наши? Враги, с ожесточением вооружившееся против России, три могущественные державы: главнодействующая, по видимому, Турция, Англия и Франция, споспешествующие ей, но в самом деле эти-то державы подвигли Турцию против России, они разжгли огнь войны, и теперь воюют за Порту и на море и на суше. Сильные флоты, Английский и Французский, на Черном и Балтийском море уже берут в плен наши купеческие корабли, нападают на прибережные города. На суше сильная, соединенная Турецкая и Англо-Французская армия, под главным управлением военачальника Французского, готовится, переплыв на военных кораблях чрез Черное море, сделать нападение на Севастополь и завладеть Крымом.

Не будем говорить о том, что в век просвещения двумя образованнейшими христианскими державами, под знамением креста, предпринять поход не против магометанства за христианство, как некогда в веки непросвещения теми же державами были предпринимаемы крестовые походы на Восток для низложения магометанства, но совокупно с магометанством против христианства, и теперь сами христиане способствуют магометанам притеснять и уничижать православных Греческих христиан. Откуда происходит такое изуверство в образованнейших державах, достойное варварских веков? Оно порождено духом властолюбивой и корыстолюбивой политики, произошедшей от зависти к могуществу благословляемой Богом России. Корыстолюбивые расчеты Англии, честолюбивые и вместе мстительные замыслы властителя Франции, совокупившись вместе, нашли себе благоприятный случай к достижению целей своих: под видом поддержания политического равновесия, объявили в защиту Турции войну России, дабы совокупными силами поколебать могущество ее. Но благочестивейший Царь наш ополчился за веру и православие, ополчился в защиту единоверных нам православных Греков, 400 лет стенущих под тиранским игом Магометан, – ополчился в оборону той православной Греции, из которой общая мать наша по вере, Св. Благоверная Ольга, почерпнула святую веру, из которой внук ее, Равноапостольный Князь Владимир восприял и насадил по всей России св. Апостольскую веру и Церковь, а теперь Грецию стесняют и потрясают в бытии ее не мусульмане, а христиане.

Благочестивейшему Царю нашему предстоит сражаться и на море и на суше с тремя сильными державами, которых движут к кровопролитию разнородные страсти.

При этой враждебной силе человеческой, куда обратимся, как не с горячею молитвою к Господу, Царю Царей и вседержавному Владыке Царств, дабы Он Божественною силою Своею укрепил благочестивейшего Царя, христолюбивое воинство его, и все православное государство наше.

Господи! спаси Царя. Сколько при настоящих грозных, как темное облако, военных обстоятельствах у Государя Императора дум, забот, попечения, соображений, предположений! Какой все это требует бодрственности, напряжения, деятельности, и душевных и телесных сил! Посему мы должны ныне молить Господа, чтобы Он, храня драгоценное здравие Государя, и укрепляя и телесные и душевные силы Его, ниспослал Ему мудрость и крепость духа, все нужное видеть, слышать, знать, сообразно тому давать повеления, наставления, распоряжения, соответственные трудным обстоятельствам, и при общем направлении дел, одушевлять своею дальновидностию и мужеством самых своих советников и вожденачальников. Господи! спаси Царя.

Моля Господа о Царе, будем молить о укреплении свыше и христолюбивого воинства. Известно и без войны трудное состояние воинское. Это в собственном смысле состояние служебное: труды строевого учения, денно-нощная стражба безопасности общественных мест, и среди пира непрестанное содержание во всей строгости воинского порядка, – это всегдашнее занятие воина. Каково же среди войны состояние воинское, особенно когда сильный многочисленный неприятель с оружием в руках, – уже в виду, уже готов к сражению, когда в разных, часто неизвестных и опасных местах надлежит и делать и выдерживать нападение? Труды, опасности, нощебодрствование, алчба, жажда, зной, холод, тягость, утомление, раны и язвы, – это обыкновенное состояние стоящих под ружьем в ратном ополчении воинов; а когда откроется кровавое позорище и распрострется губительное поле сражения: тогда среди грома страшных орудий, среди сечи мечей и копий, в пылу пламени воинского, уязвления и сокрушения, удары и поражения, смерть открытая и сокровенная, встречающая и постигающая, чаемая и нечаянная смерть – вот участь сражающихся в кровопролитной брани! Представляя себе мысленно таковое кровавое зрелище, и на суше и на море, где смерть, вооруженная бесчисленными убийственными орудиями, как классы пожинает юных и крепких воинов, мы, находящиеся в мирных кровах своих, не должны ли с пламенною молитвою просить Господа, чтобы приосенил невидимым Ангельским ополчением Своим православное воинство наше, вложил в него бодрость и крепость против вражеского ополчения; особенно одушевил мужеством, равно как благоразумием и дальновидностию, вожденачальников наших, дабы они изводили войска свои на верный успех, и если, по требованию губительной войны, уже необходимо приносить жертвы: то производили бы в силе Божией кровавые сражения для того, чтобы не дать возвыситься рогу гордыни и надмения противных.

Так будем молить Господа воинств, да явит промыслительную силу Свою в помощь православному войску нашему, подвизающемуся за православную веру и Церковь. Ибо не на оружие наше уповаем; в Бозе спасение и сила наша!

Наконец будем молить Господа и о всем православном царстве нашем, дабы благоволивший Святым благодатным промыслом Своим укрепить и распространить пределы отечества нашего, благоволил благостию Своею невредимо и соблюсти оное против враждебных умыслов врагов наших. Враги наши, вооружившись и на море и на суше, умыслили соединенными силами сокрушить могущество России и сократить пределы ее. Они вышли на брань, дабы показать силу и могущество свое, приобресть корысть и завоевания. Да смирит Господь возношение их и разрушит совет их!

Вознесем ныне единодушно молитвенный глас со всем возлюбленным отечеством нашим о благочестивейшем Царе нашем, христолюбивом воинстве и православном царстве Его. Господи! Заступи Царя с высоты Святой Твоей; укрепи силою Твоею христолюбивое воинство Его противостать врагам; благослови благостию Твоею и достояние Твое, всю православную Россию, храни нас под кровом милости Твоей до века! Аминь.

Беседа в день знамения Божией Матери

Честного Образа Твоего Знамение празднующе людие Твои, Богородительнице, имже дивную победу на сопротивных граду Твоему даровала ecu. (Троп. Знамения).

История Церкви поведает нам, что праздник Знамения Божией Матери учрежден нашею православною Церковию в воспоминание чудесной победы, каковую Матерь Божия некогда еще в 12 столетии (в 1169 г.) даровала великому Новограду над воинством Князя Ростовского Андрея Боголюбского.

Великий Новгород пользовался некогда правами свободы и независимости, как город – вольный, торговый, имевший на Севере до Двины собственные свои владения. По причине этих Двинских владений, предавшихся Князю Боголгобскому, произошло сперва несогласие, потом и брань у Князя с Новгородцами. Боголюбский, считая Двинския владения собственными, послал сильное воинство против Новгорода, и осадил город. Жители Новгорода, заключившись в стенах, чувствуя свою слабость противостать подступившему многочисленному воинству, обратились к молитве и помощи Божией Матери. По чудному сновидению, бывшему Святейшему Архиепископу Иоанну, Икона Пречистой соборне вземлется из Церкви всемилостивого Спаса, всенародно износится на забрала града противостоявшего под стенами ополчения. Когда ожесточенные воители пустили во множестве, как дождь, стрелы на город: тогда Икона Пречистой обратилась лицем на город, с слезами из очес, каковые слезы, яко Едемский источник, благоговейно восприяты были Святителем в фелон.

Обращение Пречистаго Образа лицем на град было Знамением Матернего обращения Пресвятой милосердием и покровительством на град и люди; а потоки слез были знамением теплой, умиленной молитвы Ее, ко Господу о защищении града, и о сокрушении сопротивных. Мгновенно последовало и дивное знамение избавления и спасения града. Коль скоро Св. Икона благоволительно обратилась лицом на град, источая слезы из очес, тотчас глубокая тьма покрыла воевавших; не различая во тьме один другого, они обратили друг на друга мечи; жители Новгорода, увидевши смятение и междоусобие сопротивных, устремились из града на них с силою и крепостию, одних поразили, других пленили, и прогнавши ополчение сопротивных, с добычею и торжеством возвратились во град, славя Бога, и возбранную Воеводу, Заступницу и Покровительницу правых. Таковое знамение явила Пресвятая Богородица пречистою Иконою Своею в избавление Новограда!

Вомнем мыслию: это дивное знамение победы, дарованной Божиею Материю древнему знаменитому нашему Новограду, явлено православным не только против православных, но и соотечественникам против соотечественников. То были несчастные времена междоусобий. Страсти преобладания и корыстолюбия воздвигали и своих единоплеменных, против единоплеменых, как против врагов, и эти страсти, взаимно терзавшие братьев и соотчичей, взаимно наказывались истреблением, пленом, рабством и всякого рода унижением. Потому и Икона Пречистой искапала слезы, что благоутробная Матерь матерски болезновала о междоусобии единоверных и единоплеменных Руссов; явив это для вразумления воевавших, наказала Князя Боголюбского за возношение, с которым он хотел простреть высокомерные виды преобладания и на великий Новгород.

Поучимся из этого примера – все и каждый при нашем единоверии, при нашей единоплеменности и при единстве возлюбленного нашего отечества быть мирными и кроткими, дружелюбными и общительными для взаимного блага; ничего не делать по зависти и рвению, по честолюбию и корыстолюбию, но все делать во славу Божию, во взаимное благо и пользу друг другу, для поспешествования ко спасению душ наших.

Но при настоящем празднике победного знамения возбранной Воеводы – надлежит нам, как чадам св. веры, как верным сынам отечества, как усердным подданным благочестивейшего Царя, надлежит с заботливостию подумать, что там – в самой южной части России – на полуострове Крыме воюют против нас и неверные Турки, но главным образом воюют изуверные христиане, Французы и Англичане, и воюют с суши и моря с многочисленными отборными силами, с страшным огнестрельным вооружением, воюют враги, в ратном деле всякого рода искусные, всеми средствами и орудиями бранными снабженные и с тем от восставших на вас по гордости держав посланные, чтобы непременно сокрушить и взять в плен уже третий месяц упорно воюемый ими город – Севастополь.

Севастополь укреплен и с суши, но особенно крепок с моря: там в корабельной пристани сильною обороною прикрыт и охраняется Черноморский флот наш. Но и какие подвигнуты вооружения неприятелем, чтобы овладеть этою частью, и нанести удар к ослаблению возлюбленного отечества нашего? На Черном море множество плавает или стоит страшно вооруженных неприятельских кораблей; а на суше против Севастополя расположено многочисленное ополчение, которое непрестанно громит крепость тысячами бомб, так что улицы осаждаемой части города скоро замостятся одними пушечными и картечными ядрами.

Храброе войско наше от последнего воина до главного военачальника, все мужественно подвизаются за святую веру, за возлюбленное отечество, за Царя Христолюбивого. При отпоре усиленных нападений неприятеля льются реки крови и неприятелей, но и православных воинов и вождей; от грома пуль, от свиста ядер, от стрельбы убийственных орудий падают сильные, увядают, как стебли, юные; места битв и сражений устилаются трупами, как поле пожинаемыми классами. Мы это слышим и содрогаемся, читаем и воздыхаем.

Но не слабодушного соучастия, не сухих воздыханий, тем паче не праздного любопытства, обыкновенно питающегося слышанием о необыкновенных делах, требует от нас настоящее положение пылающей брани, производящей опустошение и разрушение в пределах отечества нашего. Нет, настоящее – обуреваемое жестокою войною состояние отечества требует и от нас, в благотишии сущих, хотя мысленного, но соединенного с живым сердечным сочувствием участия. Чем покажем это живое участие в пылающей брани? Особенно покажем молитвою постоянною, денно-нощною, болезненным взором объемлющую все опустошительное действие войны, все преисполненное трудностей состояние воинов, находящихся в непрестанном ратном подвиге. И как нам молитвенно не сочувствовать в бранных подвигах? При усиленном и непрестанно усиливаемом ратовании неприятелей, подвигающих всю силу разрушительных огнестрельных орудий против крепости града, и против мужественных защитников оного, помыслим, что смерть со всею лютостью свирепствует теперь на поле брани, свирепствует при громовом шуме пуль, при страшной, оглушительной стрельбе орудий. Что же при том происходит? Разрушение, опустошение, смертоносные поражения, отселе потоки крови, стоны уязвленных, издыхания умирающих, общее волнение воюющих, громкие крики побеждающих, смятенные вопли побеждаемых. При таком представлении кровопролитного зрелища войны не подвигнется ли дух наш всею силою молить Господа, чтобы Он, по благости Своей, святыми Ангелами Своими твердыни наши остенил, вождей и военачальников умудрил и укрепил, воинов оградил от вражеских ударов и стрел, исполнил мужества и неустрашимой готовности принести жизнь свою в жертву св. веры и отечества?

Особенно обратимся к Пресвятой Богородице, Защитнице верных и Заступнице правых в настоящий день, когда Она явила и знамение милости воззвавшим к Ней среди вражеского обстояния, и знамение гнева ополчившимся в гордости на единоплеменных своих, обратимся с прилежною молитвою, чтобы Она явила знамение благо на православном воинстве нашем; яко стена необоримая, оградила твердыни наши, яко возбранная Воевода, укрепила вожденачальников, одушевила непреоборимым мужеством воинов; яко отмстительница творящим пагубу, поразила нечаянием противников наших.

Будем молить Заступницу нашу, чтобы явила знамение благо в путях жизни и каждого из вас, дабы мы укрепились на внутренних врагов наших, попрали страсти, обуздали похоти, укротили гнев, отвергли невоздержание, и победою над внутренними врагами нашими содействовали и к побеждению внешних врагов наших. Аминь.

1854 г. Ноября 27 в Абалакском Монастыре.

Слово в день тезоименитства Государя Императора Николая Павловича (6 Декабря 1854 г.)

Господи! силою Твоею возвеселится Царь и о спасении Твоем возрадуется зело. (Пс. 20:2).

Торжествуя тезоименитство благочестивейшего Государя Императора Николая Павловича, чем мы приличнее восприветствуем Царя в день Ангела Его, и в чувствованиях усердия и любви, каких пожелаем Ему от Господа благ? Не можем лучше восприветствовать благочестивейшего Царя нашего, как этим Царепророческим молитвенным благожеланием: Господи! силою Твоею возвесели Царя, спасением Твоим возрадуй Его, посли Ему помощь от Святого и от Сиона заступи Его, рукою Твоею укрепи Его, и мышцею Твоею защити Его. (Пс. 88:22).

Действительно ныне в день тезоименитства Царя, и в день особенных наших молитв о благоденствии Царя, при нынешних обстоятельствах мы должны просить у Господа Царю особенного заступления; так как все прочее в порядке вещей доброе, полезное, даже избыточное, по благословению Божию, есть в довольстве у Царя. Если мы посмотрим на Царя в дому царства Его, на престоле величества Его, в державе крепости Его: то, и устнами, и сердцем благословляя Господа, можем рещи, что благочестивейший Царь наш обилует в дому Своем, благоцветет на престоле царства Своего, благоуспевает в державе владычества Своего. Много силы, много славы, много богатства у Царя в земном величии Его! В летах 58 летней жизни Он еще муж крепости в собственном лице; видит чада чад Своих, яко новосаждения масличная окрест трапезы Своей, и сыны Царевы, – племя царственное, – суть подпора престола, сила державы, красота царства.

А сколько у Царя силы, славы, богатства в царстве Его? Обширно царство Его: много морей входят в пределы владения Его, много царств и народов вошло в состав царства Его; Он речет и несметные силы в полном вооружении являются по манию Его.

И каких богатств нет в благословенной России? Заключая в неизмеримых пределах своих разные страны, разные климаты, разные народы, она имеет и может иметь все произрастения земные, все произведения искусства и науки, все сокровища и всякого рода потребности и удобства жизни, в собственных недрах своих. Так силен и славен Царь силою и богатством внешним, но еще сильнее – силою и богатством внутренним, силою любви и беспредельной преданности подданных.

Чего не готов сделать Русский народ православный для православного Царя своего? Скажи, потребуй Царь всякого рода трудов, сокровищ, самой жизни, верный народ готов все принести в жертву Царю своему. Так, по слову Премудрого, во мнозе языце слава Царю. (Притч. 14: 28).

Но по слову же мудрого, от сидящего на престоле славы, и носящего багряницу и тнец, даже до смиренного на земли и пепеле в сынах Адамлих ярость и зависть, мятеж и молва, вражда и рвение. (Сир. 40:4–5). Позавидели силе и богатству Царя и царства Русского сильные и богатые державы, Англия и Франция. Ни чем не оскорбленные, единственно движимые духом, властолюбия и преобладания, вопреки правам народной чести и правоты, а кольми паче вопреки духу христианскому, составив союз в защиту Турции под видом соблюдения политическая равновесия, в самом деле положили совокупными силами потрясти могущество России и нанести удар силе и славе Царя и царства Русского. Потому мы единодушно и должны просить Господа, чтобы возвеселил силою Своею Царя.

Того же просит себе у Господа и сам Царь.

Действительно, когда три царства; Турция, Англия, Франция совещали единомышление вкупе, завещали завет вступили против России в союз, так что едва и Австрия не пристала к союзу их, и враги наши возшумели и вознесли главу свою, надеясь на несметные силы свои и на крепость могущественного вооружения своего: то что одушевляло, что укрепляло тогда Царя? Что как не надежда на Господа сил, чтобы, не отлагая защиты и оружия, обратиться со всем царством к Владеющему царствами земными, и от Него просить помощи в правом деле своем?

И кому неизвестна причина, по которой православный Царь наш поднял оружие? Поднял оружие по делу правому, христианскому, поднял оружие для ограничения деспотизма Мусульман, этих плотских чад Агари, издревле гонящих истинных чад Иерусалима (Гал. 4: 29), этих неверных Агарян, более 400 лет томящих под жестоким игом порабощения единоверных с нами Греков, в собственном древнем достоянии их, под игом, которое не облегчается, а время от времени отягчается от изуверных деспотов. Кто же бы простер руку помощи бедствующему народу греческому, соединенному с нами союзом единой святой веры, и православной Церкви, как не Русский Царь православный с своим православным царством? Но, о времена просвещения! Христианские державы, Англия и Франция вступились за магометанскую державу, или лучше сказать, вопреки всякому чувству правоты, с злорадным чувством ухватили открывшийся случай вмешаться в дело Турции и Греков единственно для того, чтобы достигнуть своих высокомерных целей, – соединенными силами трех держав поколебать и сокрушить могущество России. И закипела от противников война в Азии и в Европе, на море и на суше, дабы в разных местах разными сильными вооружениями развлещи силы России.

Оставляя прочее, заметим особенно замечательное в этом неприязненном вооружении: многочисленейший, какой только когда бывал, всеми воинскими снарядами грозно вооруженный союзный Англо-Французский флот покрывает Балтийское море. Чего нельзя было страшиться от такой ужасной силы? Но флот, раззорив некоторые прибрежные крепости и селения по Финскому заливу, и погрозив первопрестольному граду св. Петра осадою, этот огромный флот в продолжение целого лета тем только и ознаменовал свои действия, поспешив потом укрыться от осенних бурь и непогод Балтийского моря. Льзя ли здесь не видеть споборения от Господа?

Между тем на Черном море в приморском городе Варне, как грозные тучи, собирались союзные, отчасти Турецкие, но главным образом Английские и Французские сухопутные и морские войска. Это разноплеменное ополчение, многочисленное и по количеству, но особенно отборное и опытное по воинским качествам и снабженное всякого рода страшными огнестрельными орудиями и воинскими снарядами и для убийственных сражений и для разрушения укреплений, это сильное ополчение, на многочисленном флоте в начале сентября привалив к берегам полуострова Крыма, твердою ногою вступило на Русскую землю, вступило с полною уверенностью осадив с моря и суши приморской город Севастополь, взять его и с тем вместе взять или истребить там и флот наш, и отселе внести огонь войны и опустошения и далее в пределы России.

И вот уже третий месяц, как сила неприятельская громит Севастополь. В настоящее время он укреплен и с суши и моря. Там в корабельной пристани возможными средствами оберегается и Черноморский флот наш. Но и какие подвигнуты и непрестанно воздвигаются неприятельские вооружения, чтобы, завладев этою важною частью, нанести удар к ослаблению могущества России.

С флота, который при его многочисленности страшно вооружен, надменные своим превосходством неприятели получают и содержание, и вооружение и вновь прибывающее подкрепление. Опираясь на флот, как на неистощимый запас сил и орудий, – сухопутное неприятельское ополчение непрестанно громит город тысячами разрушительных орудий. При усиленном отпоре убийственной неприятельской стрельбы льются реки крови и неприятелей, но и православного войска нашего, и места битв и сражений устилаются телами человеческими, как поле, пожинаемыми классами.

При этом свирепстве войны Царь со всею своею православною Россией успокаивает себя упованием на Господа. Он принял войну не по видам человеческим, но для ограждения прав веры православные – Восточные; а теперь ведет войну в защищение собственных прав самодержавия и православной России. Благонадежен Царь и в рассуждении храбрых вождей и воинов своих, приводящих в нечаяние врагов и крепкою защитою твердыни, а еще более твердостию мужества своего в отражении их; но Царь всего паче ожидает помощи от Вышнего против супостат своих.

Будем и мы, в мире и благотишии сущие, подкреплять упование Царя нашего собственным нашим упованием и молитвою, да укрепит Господь в толиком подвиге душевные и телесные силы Царя. Среди духовного бодрствования и деятельного исполнения обязанностей наших, будем молиться и о укреплении христолюбивого воинства нашего, чтобы Господь, поборая силою Своею по нас, Ангелами Своими твердыни наши остенил, вожденачальников наших умудрил, воинов от смертоносных ударов невидимым кровом оградил, страждущих от нанесенных ран и язв исцелил, а томящихся нестерпимым мучением от смертельных, неисцельных поражений мирно из временной жизни в вечный покой преселил.

В молитве нашей болезненным взором и чувством живо представляя все губительное действие войны, все многострадальное состояние подвизающихся на ратном поприще: их тяжкие денно-нощные труды, их многоразличные раны, язвы, смертельный поражения, при этом сердечном сочувствии в бранных подвигах будем и пламеннее молиться ко Господу о подвизающихся на поле брани за веру и отечество, и сами деятельнее подвигнемся против внутренних врагов наших, против страстей, воюющих на души наши; потщимся воздержанием и терпением плотская похоти побеждать, кротостию и смирением гнев и злобу низлагать, трудами и бдением небрежность и неумеренность поражать и прогонять.

Так порабощая и умерщвляя плоть свою со страстьми и похотьми для Господа, победою над внутренними врагами нашими мы и издалека будем являть содействие силою Божиею в ратовании на внешних врагов наших. Аминь.

В Кафедральном теплом Тобольском Соборе.

Слово в новый (1855) год

Воспойте Господеви песнь нову, воспойте Господеви вся земля: воспойте Господеви, бласловите имя Εго. (Пс. 95:1–2).

Прилично и благопотребно нам ныне, в благознаменитый день нового года воспеть Господу новую песнь хвалы и благодарения. Когда Господь, по благости своей, отверзая врата нового лета, прилагает нам лета на лета, подает здравие, укрепляет силы наши, дает зреть сладкий свет, вкушать блага жизни, наслаждаться взаимным общением любви, благотворения, служения друг другу и Господу: то можно ли нам и устами и сердцем не воспеть новую песнь благодарения Господу за благодеяния, вновь обильно рукою благости Его нам являемые? Преблагий, продолжая стояние мира, и вкупе благосостояние рода человеческого, благоволит, чтобы детство, как рассадник, росло; юношество, подобно весенним растениям, для плодоношения цвело; мужество преспевало в зрелых плодах благополезной деятельности, а и самая старость преклонность лет наших была светла, как чистый небосклон при закате солнца. Воспойте убо Господеви песнь нову, хвалы и благодарения всякий возраст и пол, всякое состояние и звание, за являемые вновь благодеяния.

Но изведенные благостию Божиею на поприще дальнейшей нашей жизни, стоя с одной стороны на пределе наступившего, с другой минувшего года, мы должны восхвалить благодарным воспоминанием благодеяния Божия и прошедшей жизни. И как нам забыть восприятые благодеяния Божии? Если с ясною мыслию, с живым чувством вообразим себе прошедшую жизнь нашу; то, не говоря уже об общих, непрерывных благодеяниях Божиих, коими ежеминутно всюду и везде сохраняется бытие наше, сколько, при всей невнимательности нашей, найдем в минувшей жизни нашей обстоятельств особенных, примечательных, когда мы, при намеренном стремлении к злу, явно удерживаемы были в добре; при великих препятствиях, ощутительно получали желаемый в делах успех; вопреки всякого чаяния избавляемы были от бедствий, готовых обрушиться на нас? Кто же с такою попечительностию бодрствовал над нами? Чья рука поддерживала нас? Какая сила защищала, покрывала, оберегала? Оберегала рука и сила Божия. При живом представлении всего того, с какою благостию Господь вел нас путем жизни и в дни неразумия детства, и в возрасте малоразсудливой юности, и в лета неустроенного мужества, вел бдительно даже до пределов старости, если не обретем в устах и сердцах наших чистой песни любви и благоговения Господу за бесчисленные благодеяния, в мимошедшей жизни нами полученные: то излием пред Ним слезы сердечного сокрушения и умиленного исповедания, что премилосердый Господь не по грехам нашим воздавал нам, но не с высоте небесной являл нам милость Свою. Воспоем Господу и песнь нову за являемые вновь благодеяния, воспоем и песнь воспоминательную за благодеяния в минувшей жизни явленные.

Но в чем выразим нашу песнь хвалы и благодарения благодеющему нам Господу? Она не должна быть только плодом устен, но переходит из уст и сердца в наши дела и жизнь, чтобы жизнию нашею восхвалять и делами нашими прославлять Господа. Отверзая нам благостию Своею врата нового лета, Господь призывает нас к радостям жизни, но и к благой и полезной деятельности, для взаимного служения друг другу во славу Божию, во благо временное и спасение вечное.

И так при вступлении во врата нового года, надлежит нам заботиться паче всего о том, чтобы в последующей жизни всемерно жить для славы Божией благочестием, для блага ближних верным исполнениям обязанностей к ним, для собственного спасения внутреннею чистотою и непорочностию.

Как же мы должны исполнять обязанности наши дабы, принося деятельную песнь хвалы Господу, благоугождать Ему во стране живых? При быстротечности времени в которое должны приобретать себе блаженную вечность, при множестве душевных врагов, противостоящих на пути спасения, при слабости духовных сил наших к дополнению воли Божией, мы должны неослабно, до последней возможности, или как говорит Апостол, до крове (Евр. 12:4) подвизаться в соделывании спасения нашего.

Блюдите, како опасно ходите, не яко же не мудрии, но яко же премудрии, искупующе время, яко дние лукави суть (Еф. 5:15–16), так увещевает нас Апостол дорожить драгоценным невозвратным временем, дабы не губить оное напрасно. Трезвитеся, бодрствуйте, зане супостат ваш диавол, яко лев рыкая ходит иский кого поглотити (1Петр. 5:8), так другой Апостол открывает мысленному взору нашему вражеския сети, посреди которых мы ходим на пути спасения нашего. Бодрствуйте, стойте в вере, мужайтеся, укрепляйтеся (1Кор. 11:22), так вообще требует от нас слово Божие, чтобы мы бодрственно стояли на страже спасения нашего, как на поле брани, мужественно отражали мысленных врагов наших, страсти воюющия на души наши, были крепки в исполнении воли Божией, дабы получить неувядаемый венец славы.

Не того ли же требует от нас Господь и в обыдественных обстоятельствах наших?

Ныне сила государственная обращена преимущественно в силу воинскую, для отпора неприятельских сил трех вооружившихся против России держав, которые вновь собирают большие силы, вновь приготовляют страшнее вооружение и на море и на суше.

В каком ныне находятся состоянии мужественные защитники отечества, сражающиеся за веру, за Царя, за царство? Находятся в непрестанном труде, всемерно ограждая и себя и свои укрепления вооружением всякого рода против сильного врага; находятся в непрерывном бодрствовании, охраняя и себя и свои дружины от чаемых и нечаянных нападений; находятся во всегдашней опасности жизни, ожидая с оружием в руках нападения неприятеля или благоприятного случая к нападению на неприятеля.

Как члены единого тела и православной Церкви и православного царства, одушевляемого ныне общим рвением к содействию успехам пылающей брани, и мы должны сподвизаться мужественным защитникам отечества. И из отдаления от места брани, и из среды мирной деятельности можем сподвизаться православным воинам и вождям, если, во-первых, тщательно и неослабно, праволюбно и праводеятельно будем заниматься исполнением и частных и общественных обязанностей наших: все дела будем исправлять неукоснительно, в свое время, не отлагая на последующее, не будем возлагать на других того, что можем и должны сами сделать, и в делах наших будем предпочитать приятному полезное, и необходимое, особенно же требуемое нашими обязанностями к Богу их ближним.

Во-вторых, будем сподвизаться защитникам отечества, если бодрственно, как на благодатной страже, пред лицем Божиим будем исполнять обязанности наши, обращая внутреннее расположение к Богу, а действия к назиданию ближних – всем тем, что есть истинно, праведно, благочестно. При неослабном действии во славу Божию и благо ближних, ограждая правду от насилия, невинность от угнетения, бедность от притеснения, мы и сами, по благости Божией, некоторым образом будем полагать души наши в защиту веры и общественного благосостояния и несомненно содействовать бранным подвигам, если при том будем прилежно молиться Господу о благопоспешении оружию нашему.

Особенно ныне в день нового года, когда и благочестивейший Государь в настоящей войне, с свирепством переходящей и в наступивший (1855) год, обращается воззванием к верной своей России, как первый защитник чести и благосостояния ее, обращается с высокими чувствованиями упования на Бога, с полною преданностию к боговрученной державе, дабы сосредоточить чувствования целого государства в едино неразрывное чувство любви к вере и преданности к отечеству, особенно ныне в день нового года усердно помолимся о благословении благочестивейшего Царя, о утверждении православного царства, о укреплении христолюбивого воинства; помолимся усердно и о ниспослании каждому из нас нужных и полезных благ.

Преблагий Господи! Ниспосли нам с высоты святой благодать Твою, чтобы в течение отверзаемого Твоею благостию нового года, мы всегда и во всем достойную приносили Тебе песнь не устами только, но и сердцем, приносили песнь благодарения и благоугождения и в служении в церкви, и в порядке общественной жизни, приносили песнь крепости на брани, песнь кротости среди мира, приносили песнь хвалы и благодарения имени Твоему и среди успехов, в здравии и благополучии, и песнь терпения и исправления в болезнях и скорбях. Аминь.

В Кафедральном Соборе.

Беседа по поводу объявления манифеста о государственном ополчении против воюющих держав

Примите вся оружия Божия, да возможете противитися в день лют и вся содеявше стати (Еф. 6:13).

Апостол повелевает нам, как воинам, находящимся на поле брани и окруженным отвсюду врагами, угрожающими нападением, облещися во всеоружие Божие, дабы быть готовыми и способными отразить всякое и дневное и нощное, и открытое и тайное нападение преимущественно же повелевает быть во всеоружии в день лют, на случай особенно опасный, по внезапному нападению, дабы принявши неприятеля во всей ярости и ожесточении его, выдержать стремление и устоять против нападения его. Действительно – бывают времена тяжкие, когда искушения обуревают человека, как жестокая буря, метут и волнуют, как морские волны, жгут и палят, как пламень огненный. В такое время тяжких искушений надлежит христианину быть во всеоружии Божии; надлежит быть препоясану, твердостию истины, облечену в броню собранности, правоты, обличену решительностию на всякое добро, быть ограждену щитом веры, укреплену шлемом спасительного разсуждения, вооружену мечем слова Божия и все это вооружение скреплять в едино непрестанною – горячею молитвою в Духе. Так – во времена сильных искушений надлежит христианину быть вооружену против мысленных, духовных врагов.

Есть и в общественной, гражданской жизни времена лютые, времена бранные, воинские, когда не только воину по званию, но и каждому гражданину надлежит быть вооружену, если не вооружением бранным, то готовностью – облещись в таковое вооружение, когда голос предержащей власти потребует от него стать на защиту чести и безопасности отечества и посильно содействовать к защищению благосостояния оного.

И вот ныне в средине, св. Четыредесятницы сего духовного подвига брани против плоти и крови и духов тьмы, возвещается нам во всенародное услышание общий призыв всей России для вооружении в силе Господней, возвещается державным гласом Царя государственное ополчение к брани с четырьмя воюющими на Россию державами, к брани, с продолжением не утихающей, но паче ожесточающейся, и в больших размерах сил и вооружения неприятельского и на море и на суше расширяющейся.

Гордость могущественных держав, Англии и Франции, сильных и на суше, а особенно на море, восхищавшая их до начатия войны чаянием быстрых успехов, но встретившая в военных предприятиях даже неудачи, и раздраженная числительною гибелию своих войск под стенами Севастополя, еще паче озлобила их против России. В ожесточения воюющия державы собирают новые ополчения, готовят большин вооружения, и, с лестью не прекословя во внешних сношениях миру, в самом деле по наступлении весны, умышляют со всею лютостью устремиться и с моря и суши на Россию, которая из предмета зависти перешла в личный предмет мщения, и этого мщения жаждет раздраженная печальным неуспехом гордость этих держав.

Господь, по советам премудрого Промысла Своего, попускает, чтобы бог века сего (2Кор. 4:4), дух мирской гордости и превозношения, ослеплял и целые державы, как ослепляет и единого человека действовать вопреки истине Божией и Христовой, даже во вред собственной пользы и чести. Надеясь на свою силу воинскую, на свое искусство в мореплавании, на хитрость изобретения страшных смертоубийственных орудий, эти державы не только не ставят никого выше себя, но в упоении гордости не хотят уступить даже руке Божией, явно обуздывающей высокомерие их неблагоприятным течением природы.

С наступлением минувшего сентября неприятельская армия, в составе многочисленная, в силах бодрая и свежая, жаром воинским пылавшая, и с моря и с суши со всем страшным снарядом огнестрельных оружий нападает на Севастополь, недовольно готовый, недовольно укрепленный к выдержанию такого разрушительного нападения, и Севастополь, обороняемый в силе Божией мужественными защитниками, с честию без большого вреда выдерживает это ужасное нападение. После сего морская сила неприятелей замолкла, а сухопутная, не смотря на продолжавшееся действие страшных орудий, много потеряла своей грозы для осажденных, которые сами, можно сказать, стали держать своих противников в осаде. Но наши противники не вразумились.

Вскоре потом восстают на Черном море осенние ветры и бури. Одною из таковых необычайною бурею многие из неприятельских кораблей и военных судов одни вовсе потоплены, другие разрушены, а некоторые, несмотря на их огромность, как слабые ладьи выброшены на берег. Сколько людей, сколько ценных вещей, сколько воинских снарядов погублено этою бурею! Но противники наши не вразумились. Настает зима, неприятели укрепились лагерем. Но какое постигает их неблагоприятство в естественном течении природы! И в декабре льет дождь как лил в ноябре; неприятели среди самого своего лагеря тонут в грязи, и в той же грязи не только вьючные, но и боевые кони их гибнут. И тут противники наши не вразумились. Вот и еще явное противодействие врагам. Настает январь. По свойству южного края, в Крыму в это время бывает погода, сходная с весеннею погодою северного края; обычной зимы там не знают. В нынешний год, что с удивлением заметили местные жители, в Крыму с наступлением января снег покрывает глубоко землю, подымаются вьюги и метели, ощущается жестокий по тамошнему месту, свыше десяти градусный мороз, вредоносный для противников наших, которые, не будучи привычны к суровости холода, и не защищены от оного ни теплою одеждою, ни спокойными лагерными ставками. Но вдруг холод сменяется теплом, от палящих лучей солнца снег растаевает, оледеневшая земля распускается, и противники наши, утопая в грязи, сами страдают, а скот их гибнет. Но и тут враги наши не вразумились. Итак, губительная сырость, убийственный холод, затем при воинских трудах и изнурении, болезни за болезнями, поражающая наших противников, вот явное наказание Божие в продолжении 6-ти месяцев на них, тяготеющее; и они до сих пор не вразумились.

Это не смирило две гордые державы, они усиливаются вовлещи во властолюбивый союз с собою еще другие державы, в ожесточении нанимают и вооружают войска других держав, с поспешностью отправляют морем новые полчища в Крым на подкрепление слабеющим и в силе и духе войскам своим. И вот по Черному морю всюду вооруженные неприятельские корабли плавают; вход во все наши пристани прегражден; Крым наполняется вновь прибывающими Англо-Французскими многочисленными войсками; а между тем внутри тех государств с неутомимостию собирают, готовят, вооружают еще новые полчища.

Когда в неприязненный союз трех держав привлечена к вооружению против России еще четвертая, Сардинская держава: то благочестивейший Государь, всемирно озабочиваясь обороною своего царства, с своим православным правительством обращается царственным воззванием ко всей России: стать непоколебимо за святую веру, вооружиться за честь и безопасность отечества, а для сего подвигнуть и совокупить столько сил, чтобы поставить и на суше и на море могущественный оплот против враждебных на Россию покушений. Кто же слыша призывный глас Царя, и в гласе Его глас отечества, кто не поревнует стать за святую веру, за честь и славу царства и отечества? Кто из нас не отзовется готовностию по своим силам, состоянию и званию содействовать общей нужде, общей пользе, общему благу? Посему кто, по его званию и состоянию, призывается к мечу, к оружию, тот, призвав Бога в помощь, бери меч, облекайся в свои доспехи, препоясывайся оружием, и с Богом становись в ряды храбрых дружин и мужественных ратников. Кто должен собирать, снаряжать, сопровождать эти православные дружины, тот собирай их голосом веры, снаряжай с чувством любви, и сопровождай в утешения и бодрости духа, как поборников святой веры, защитников православной Церкви, блюстителей любезного отечества, своей родины, и всего родного и кровного. Кто же может, тот напутствуй этих необычайных ратников посильным пособием, вспоможением, пожертвованием; и он с утешением проводит на поле брани доблестных воинов.

Что же надлежит делать прочим, православным чадам Церкви, сынам отечества и мирным гражданам Царства? Что надлежит делать нам, мирным служителям Алтаря, Бога мира, которые непрестанно молимся о мире мира, о благосостоянии Божиих Церквей, и соединении всех христиан во едино царство Христово? Во-первых, все и каждый должны приносить посильные пожертвования на государственные нужды войны. Царь с любовию и благодарностию приемлет всякие пожертвовани, как священные лепты любви к отечеству. За тем нам, служителям Алтаря, по нашему званию особенно надлежит молиться, о чем особенно и заповедуется ныне гласом Церкви, усердно молиться со всеми православными чадами Церкви к Господу сил, Царю Царей и царств, содержащему в деснице народы, как капли в кади и изменяющему царства, как поход весов (Исаии 40: 15), чтобы Он, прежде всего, ожесточение и суровость врагов наших действиями благости Своей укротил и умягчил: а если они не восчувствуют мания благости Его, то ударами противностей их вразумил, что Вышний владеет царствами человеческими и приводит силу и славу от царства к царству для силы и славы Царства Своего.

И веруем, что если будем единодушно просить Господа, то, по общей прилежной молитве Церкви, нужное и полезное приимем. Ибо духовные оружия воинствования нашего прилежная молитва и усердное моление к Господу, которыми мысленно будем ограждать входы и исходы, стражбы и нощебодрствование, сражения и ратование со врагами православных воинов наших, эти оружия, хотя они не вещественные, не огнестрельные, не огнеметательные, но сильны Богом на смирение сопротивных. Они подвигнут поборающую по нас руку Божию к вразумлению противников наших в гибельной безполезности кровопролития, и к взысканию благодетельного мира. Аминь.

1855 г. 27 Февраля в 3-ю неделю великого поста в Кафедральном Coборе.

Беседа случаю объявления манифеста о восшествии на престол государя императора Александра Николаевича

Бог нам прибежище и сила, помощник в скорбех на, обретших ны зело (Пс. 45:2).

И всегда един Бог наше прибежище, наша крепость, помощник наш; но особенно в тяжких скорбях и лютых обстояниях, Он есть единственное наше прибежище, наша помощь, наше утешение. Какая скорбь, какая горесть постигла нас, или паче все отечество наше! Не стало Отца отечества, отошел ко Господу благочестивейший Государь Император, Николай Павлович, оставил Свою державу попечительный, бдительный Царь. И в какое время оставил? Оставил во время страшной грозы и неприязненного устремления многочисленных врагов на любезное отечество наше. Тогда, как всего нужнее была Его мудрая бодрость, Его многолетняя опытность, Его величие к поддержанию величия России, к одушевлению воинства против многочисленных врагов, к могущественному скреплению всех сил государственных на великий подвиг борьбы России против многих, сильных, воинственных и на суше и на море держав, в то время ослабевают Его крепкие мышцы, потухает в Нем огонь жизни; Он восклоняется на одр смертный и почиет сном крепким, отложив все думы Царские, все советы дальновидные, все бремя забот государственных.

Верно, это тяжкое бремя забот и, с тем вместе, непрестанное напряжение сил духа и сокрушили эту бодрость и крепость Царя, неослабно 29 лет, и своим умом, и своею деятельностию и мужеством одушевлявшего в успехах, приводившая в общеполезную всякого рода деятельность, возвышавшего и возвеличивавшего Россию. Так, бремя царственных забот этого тяжкого времени, томившее ум, надрывавшее сердце, сокрушавшее все силы царственного Деятеля – положило предел благотворному течению этого Царственного светила. Что теперь стало для России, что для храбрых войск наших, что для Царского дома? Не объять нам мыслию всей скорби, постигшей любезное отечество наше от престола Царского до хижин поселянина и кущ пустынных.

Возведем паче наши мысли, наши сердечные расположения и все наши чувства к единственному источнику утешения, к Богу, – Помощнику нашему. Бог нам прибежище и сила, помощник в скорбех, обретших ны зело. Верно Господь, испытуя нас искушениями, хочет, чтобы мы в общественных, скорбных приключениях все вообще единодушно и единомысленно к Нему обратились, и в Нем утешения, помощи и укрепления искали, искали крепкою молитвою, искренним смирением, и вкупе каждый неослабною, общеполезною по своему состоянию и званию деятельностию. Господь требует от нас молитвы собранной, умиленной, сокрушенной, чтобы милость Господня приосеняла, небесная сила укрепляла, всеобъемлющая десница Божественного промышления Его обымала нас и в доме Царском и окрест престола державы, и в христолюбивом воинстве нашем, и во всех пределах царства еще большим скрепляла всех единодушием и непреоборимым рвением к общему благу и полъзе отечества.

Будем, во-первых, молить Царя царствующих и Господа господствующих, чтобы Он благословил небесным благословением Своим восшествие на престол благочестивейшего Государя Императора, Александра Николаевича; и да будет молитва наша растворена живым чувством благодарения, что вступил на родительский престол Августейший сын, – муж зрелый в летах, сын возросший под отеческим попечительным взором в мудрости и блазоразумии, напитанный Его примером любви и попечительности к отечеству. Да хранит Его Царь небесный в здравии и благополучии, и оградит невредима от прикосновения скорби, исполняющей сердце Его и весь Дарственный дом.

Во-вторых, будем прилежно молиться к Господу сил и воинств, да исполнит неослабного мужества и несокрушимой крепости христолюбивых вождей наших, и воинство, чтобы оно не поколебалось ни в бодрости, ни в мужестве, ни в благодушии и воскрилении сердца стать еще крепче за любезное отечество, за державу нового Царя. На престол родительский вступил достойный сын, истинный Наследник отеческого и благочестия и мудрости и попечительности о благе отечества. При таковом благословенном преемстве и престолонаследии неизменно, ненарушимо во всем царстве пребывает один и тот же дух, одна и та же любовь, одно чувство той же верности, преданности и готовности жертвовать всем Царю, царству, престолу, отечеству.

В-третьих, будем молить Господа царств, и Промыслителя народов, да приосенит, обымет и оградит уповающую на Него Россию, любезное отечество наше, непреоборимую от устремления супостат наших, да сопряжет и соединит еще паче сынов России во едину мысль, во едино расположение, во едино стремление – совокупными силами отражать полчища неприятельские и на суше и на море.

Когда не ослабеем в крепком уповании на Бога, не оскудеем в прилежной молитве ко Господу, пребудем единомысленны и в храме Божием, как чада православные Церкви Христовой, и в стремлении к пользе и благу царства, как верные сыны отечества, не оскудеем и в домашней жизни нашей, в чувствованиях страха Божия, в расположениях воздержания и непорочности, не оскудеем и в взаимном друг ко другу действия благотворения, христианского мира и незлобия: тогда в обретших нас ныне скорбях Бог будет наше пристанище, необоримая сила, крепкий Помощник и утешение. Аминь.

1855 г. 6 Марта.

Слово при совершении панихиды о усопшем благочестивом Государе, Императоре Николае Павловиче

Понятно, почтенные градоначальники и любезные граждане, понятно необычайное, благочестивое собрание ваше: оно есть следствие бывшего в поздний вечер минувшего 5 числа необычайного молитвенного собрания, возвестившего нам об общей печали, о кончине благочестивейшего Государя, Императора Николая Павловича; а по чувству есть действие общей любви и преданности к памяти почившего в Бозе Государя.

Эта общая преданность ныне нарочито собрала и поставила все чины града в скорбном чине излить пред владеющим жизнию и смертию Господом совокупные молитвы о упокоении усопшего благочестивейшего Государя, в продолжении почти 30-ти летнего царствования, далеко подвинувшего вперед Россию во всех родах гражданского благоустройства внутри, и возвысившего на одинаковую степень с первенствующими державами Европы вне. Как молитвенным чувством любви и преданности не сопроводить с поприща многолетней жизни Царя, под державою которого старцы достигли маститого престарения, мужи убелились сединами старости, юноши достигли мужества, дети расцвели крепкою юностию.

Сколько добра, благотворений, доблестей совершено благочестивейшим Государем в благословенное царствование Его! Не нам поведать эти доблести, ведомые не России токмо, а всему политическому, просвещенному миру. По настоящему времени и месту для нас довольно оттенить хотя некоторые черты царственных доблестей Его.

Какими добротами не был украшен благочестивейший Государь! Благословен Он был от Господа в собственном Его лице, благословен в царственном дому и Августейшем семействе, благословен в великом достоянии, в обширном царстве, благословен и во внешних политических отношениях, мирных и бранных, к соседним царствам и державам Европы и Азии.

В цветущей крепости душевных и телесных сил, призванный вышним Царем на поприще царственного служения, Он исшел на это великое поприше, по слову Писания, препоясанный правдою о чреслех (Ис. 11:5), в зрелом возрасте и полном сознании своего царственного долга, исшел обвитый истиною по ребрам, исшел снабженный опытами великих происшествий, исшел препоясанный мечем по бедре своей (Пс. 44:4), исшел в силе и могуществе, чтобы непоколебимо понести великое бремя правления; и как протекал путь царственного служения Своего? Протекал, как благотворное светило, не пред лицем только облагодетельствованной Им России, но и пред лицом царств и народов, испытавших к своему благосостоянию благодетельное действие и влияние Его. Так красен добротою и совершенствами был благочестивейший Государь в собственном лице Его.

В каком обилии благословение Божие изливалось на Царя и в царском дому Его. Как, кедр Ливанский, Он насажден был в дому царства, умножался и процветал. Августейшая супруга Его, разделяя с Ним тяжкое бремя царственных забот, являлась в царском дому, яко маслина плодовита; трапезу Цареву окружали, яко новонасаждения масличная, не только многие сыны и дщери, но и сыны сынов и дщери дщерей. И вот Он оставил России Преемником престола Своего возлюбленного первенца, созревшего в опытах отеческого благочестия, царственной мудрости и доброты мужа.

Благословен был Господом Государь наш и в благословенной державе царства Его. Какое общественное учреждение, какое благотворное заведение, относящееся к государственному благу и благосостоянию, начатое царственными предшественниками Его Им неусовершенствовано, не возвышено, не возведено в большее благоустройство? Науки, художества, ремесла, торговля – этот источник государственного домостроительства, законодательство, и с тем вместе различные общеполезные установления, заведения, учреждения, это коренное основание, эти существенные способы внутреннего благоустройства, сила воинская, это ограждение и защита государства, наконец св. Вера и Церковь, очищаемые от раскола, расширяемые приобретением тысяч отторженных униатством, эта внутренняя жизнь и жизненный дух государства, все эти общественные стихии народной жизни и деятельности, быв приводимы в стройную, благополезную совокупность, все были деятельно направляемы к общему и частному благу, к благосостоянию и благоустроению государства, и – Россия, возлюбленное отечество наше, обширная в своих пределах, богатая во всех родах собственных своих произведений, восшла на такую степень благосостояния, что возбудила зависть соседних, богатых и сильных держав, Англии и Франции.

И вот основание и причина возгоревшейся и с жестокостию продолжающейся войны. Эта губительная война, безчисленными скорбными обстоятельствами и приключениями, изнурительным беспокойством и заботами и послужила к сокращению дражайшей жизни Государя.

Бодрый, деятельный, попечительный о благе подданных Царь, благоустроив, умирив державу свою внутри, оградив и возвысив от вне, при дарованном Ему от Бога могуществе, восхотел послужить еще царству Христову тем, чтобы единоверных нам Греков, уже 400 лет стенущих под тяжким игом неверных мусульман, облегчить от рабства, восставить из уничиженного состояния порабощения и возвести в права свободы и гражданской и свободы вероисповедания. Давно уже с завистию взиравшия на Русского Царя и Россию – Англия и Франция, с неистовою радостию воспользовались этим случаем, стали подле знамен Магомета, ополчились за Оттоманскую Империю, по видимому, для поддержания равновесия политического, а в самом деле для унижения России. Война первоначально возгоревшаяся на море, затем продолжая пылать на суше, не смотря на многочисленные неприятельские полчища, с страшным вооружением устремившаяся на пределы России, не сокрушила ни пределов, ни сил России; но сокрушила сердце Царя. В продолжении года производящейся с ожесточением войны непрестанные безпокойства, труды, напряжение, желание и отразить с силою неприятеля и отразить с меньшею потерею собственных воинских сил, ослабили крепкие силы, привели в изнеможение неутомимого Царя. Среди царственных глубоких дум Он, сверх всякого чаяния, после краткой болезни восклонился на одр смертный, и скоро опочил сном беспробудным, отложил все думы Царские, все советы дальновидные, все бремя попечений государственных. Тогда, как всего нужнее была Его дальновидная мудрость, Его многолетняя опытность, Его величие к поддержанию величия России, к одушевлению воинства, к сосредоточению всех сил государственных на великий подвиг борьбы России против сильных держав, в то время Царственный подвижник, обремененный государственными заботами, отяготевшими на всех силах Его, окончил царственное течение свое, подобно светилу, еще далеко не достигшему запада и внезапно на высоте небосклона скрывшемуся за облаками. Не объять нам и мыслию всей скорби, постигшей любезное отечество наше от престола Царского до хижин пустынных.

Будем молить Господа о благословении нового Царя, и с Ним царства, и о укреплении христолюбивого воинства на сопротивных. А в кончине благочестивейшего Государя Николая Павловича с благоговением почтим непреложные судьбы воли Божией, которая явственно знаменуется в этом скорбном для нас событии. Еще в бодрых летах, в крепких силах, а при каком одушевлении, при каком горячем стремлении всеобщей любви и преданности, можно сказать, всего государства Государь скончался! Эта верноподданническая любовь и преданность к Государю, по мере усиления неприязненных умышлений врагов, со всех концов России в необыкновенном восторге и готовности принести все в жертву для блага Царя и царства, наперерыв текли и стремились к престолу Царя, в живейших чувствах для чувства Царя выражались и в самое сердце Царево изливались. Но и эта пламенная любовь, и эта живая преданность не поддержали оскудевающих сил, не согрели охладевающей жизни Царя. Царь, после кратковременной, но сильной болезни, вопреки общего чаяния, скончался тихо, мирно, скончался в Царском дому Своем, в объятиях пораженной горестию дражайшей супруги, орошаемый горькими и горячими слезами многочисленного, Августейшего, благословляемого Им с отеческою любовию и нежностию семейства, скончался среди сетования всей Палаты, среди общей печали и скорби всего Правительствующего Синклита и высших государственных сословий.

Сопроводим и мы усопшего в Господе Царя, христиански отшедшего с священно-таинственным напутствием тела и крови Христовой, в полном сознании и благоговейном чувстве Им восприятых, сопроводим совокупною молитвою пред небесного Царя, дабы Ему неосужденно предстать пред горний Престол небесного величествия и славы.

Господи, Иисусе Христе! Приими в бесконечной милости Твоей душу преставлявашагося Государя нашего, постави Его пред престолом величествия Твоего непостыдно, возложи на Него венец нетления, вчини Его в лике Царей праведных, верных исполнителей вседержавной воли Твоей, да услышит Он радостный глас из Божественных уст Твоих: благий рабе и верных! вниди в радость Господа Твоего. Аминь.

1855 г. 11 Марта в Кафедральном Соборе.

Слово в день рождения Государя Императора Александра Николаевича

Господи! Силою Твоею возвеселится Царь.

(Пс. 20:2).

Нужна сила Господня Царю на новом целиком поприще Его, чтобы ограждала, укрепляла Его и благопоспешествовала Ему во всех начинаниях, во всех входах и исходах Его; нужно от Господа и утешение для Царя, чтобы Господь возвеселил Его радостию лица Своего, возвеселил и в Его сердце, и в Августейшем Доме и в великом доме пространного царства Его. В крепких силах, в цвете лет, но и великое бремя возложено Вышним на Царя. И в это короткое время двух месячного царствования уже Государь прошел нелегкое поприще государственных обстоятельств и дел.

При неожиданной кончине Августейшего родителя, нисшел Он на престол. Государю надлежало в равной степени совместить чувство сыновней горести о кончине Августейшего родителя, до безпредельности усугубляемой горьким сочувствием всей России, с чувством внутреннего спокойствия и царственного присутствия духа, дабы явить в себе достойного Преемника великого Царя, всё царствование свое знаменовавшая непрерывною деятельностию к благу царства, с тем вместе явить преданность судьбам Вышняя, содержащая в деснице Своей жизнь Царей. Сам пораженный горестию, Монарх, как глава царственнаго семейства, долженствовал утешать и старшее и младшее Августейшее семейство, а паче Августейшую Матерь Свою, жесточее всех пораженную кончиною дражайшего Супруга. В эти минуты общей горести Ему надлежало быть утешителем и всей Царской Палаты, всего окружавшего Его, даже всей России, дабы, дав место скорби, с упованием предаться премудрым и благим судьбам Содержащего в деснице Своей судьбу Царей и царств, и все одушевить тем же духом царственной любви и попечения о врученной Ему от Бога державе, и всех, и близких и дальних исполнить непоколебимою бодростию и утешительною надеждою общих благ. И вот в живоносный день воскресения Христа Спасителя Государь дает милостивый Манифест частию о прощении, частию о облегчении наказаний виновным в преступлениях государственных, и в день всеобщей Божественной милости ознаменовывает восшествие Свое на Престол Царскими милостями.

Господь истинное послал утешение Царю и царству, что Царь восшел на прародительский престол мирно, спокойно, восшел как в наследственное Свое праотеческое достояние, при общих молитвах и молитвенных желаниях всех земных и небесных от Господа благ. Это благословение Божие, ознаменовавшееся на Царе, есть утешительное свидетельство государственного благоустройства благословенной России, в которой Церковь и царство, вера и Единодержавие суть внутренняя начала, дающия господствующее направление народным мыслям и расположениям, предприятиям и действиям в отношении к Богу, обществу и друг к другу; св. вера и Церковь сосредоточивает общие мысли и расположения в Боге, а Единодержавие в православном царстве есть первая – великая – служебная сила царству Божию и Христову; она сосредоточивает внешнее действование всех состояний и званий, всех общественных сил и служений в одинаковом направлении к общему и частному, временному и вечному благу. Но Государственное Правление – и мирное, есть тяжкое бремя, особенно Правление царства обширного, какова Россия.

Государство, как огромное политическое тело, для своего благосостояния требует того, чтобы во всех частях было раскрыто в силе, приведено в свойственное действование, постановлено в благоустроенный порядок жизни и достигало последней цели своего и политического и нравственного назначения, ни в каком случае не отставая в общественном возрасте от образованных соседних держав. Сколько же для этого нужно труда, попечений; сколько нужно самых мудрых, деятельных, распорядительных и направительных мер? Привести обширное политическое тело во всех частях в правильное, стройное, согласное действование, которое бы отнюдь не отставало в успехах образования от первейших держав, как в государственном, – общественном, так и религиозном, Церковном отношении, есть дело непомерного труда и в то время, когда внутренняя работа великих – государственных умов и мудрых деятелей, при неусыпном направлении к благим, общественным целям, со стороны державной власти никакими внешними препятствиями не затрудняется.

Что же сказать о том, когда при внутренних мерах попечения о благоустройстве общественном, от вне предприемлются враждебный меры неприязненного вооружения, – дабы потрясти могущество России, и поколебать самое благосостояние ее? И такова настоящая война с тремя сильными державами, в толико неприязненном духе ополчившимися на Россию, что усопшему Государю, при усугублении противниками сил и усилий, необходимо стало привести в бранный подвиг все силы России. И вот жестокая война, как тяжкое бремя, досталась на рамена Преемнику Его. Оборона отечества, охранение величия Российской державы и престола против четырех сильных держав: таково бремя досталось на рамена Царю.

Помышляя, что война для общественного благоденствия есть губительная язва; – истребляя силу государственную, она истребляет и множество всякого рода сил и добра, каковое долго надобно будет вознаграждать, будем молить Господа сил, чтобы Он Благочестивейшему Государю, Императору Александру Николаевичу ниспослал с небеси приседящую Престолом Его Премудрость и в мирной мудрости, в благой и правой силе наставил Его на путь мира к славе Святого имени Своего, ко благу России и ко благу самых неприятелей наших, дабы и они, пленившись сладостями мира, соделались друзьями миролюбивого Царя нашего. Аминь.

1855 г. 17 Апреля.

Слово 9 по приспособлению к продолжающейся усиленно войне со стороны трех держав

Бордствуйте, стойте в вере, мужайтеся, утверждайтеся. (1Кор. 16:13).

И всегда надлежит нам, христиане, трезвиться и бодрствовать, внимать себе и во всех поступках ограждать себя осмотрительностию и благоразумием. Ибо все мы, по изображению Слова Божия, представляемся в жизни, то как странники, не имеющие здесь пребывающего града, но грядущего взыскующие; то как воины, у которых брань, хотя не внешняя, вещественными оружиями и с внешними, вооруженными врагами, но непрестанно брань духовная с миродержителями тьмы века сего; то представляемся как рабы, из которых каждому поручено свое дело, по силам и способностям, по состоянию и званию, и которые непрестанно должны ожидать Господа своего, и рано и поздно, во дни и в нощи, ожидать в непрестанном помышлении, что Он внезапно придет, позовет нас смертным исходом из сей жизни, и там в другой – будущей, потребует от нас строгого отчета в том: согласно ли мы жили с святой волей Его, исполняли ли, как озаренные светом Евангельским и ведущие добро творить, Божественные заповеди Его? При такой участи нашей, можно ли нам не трезвиться в духе нашем пред Богом, не бодрствовать в очищении душевных расположений наших страхом Божиим, не внимать себе исправлением греховных наших слабостей, дабы, предавшись житейским наслаждениям, не забыть нам нашу странническую жизнь, – не впасть в плен господствующих в мире страстей, и дабы, при плотской беспечности, вдруг смертным приходом не застал нас Господь наш не готовыми, и не осудил во тьму кромешнюю, на состояние невозвратного лишения блаженства? Потому-то Господь завещал нам ежедневный крест (Лук. 14:27), крест воздержания, терпения, обуздания плоти с похотьми ее, дабы мы, при непрестанном омрачении от страстей своих, непрестанно озаряли себя самоиспытанием, очищали душевные и телесные расположения свои исправлением, и духовным рассуждением приводили себя в живое памятование о кратковременности нашей жизни и о том, чтобы содержать себя в готовности к решительному отчету в делах наших. Да будут чресла ваши препоясани, заповедует Спаситель нам всем, как рачительным рабам, в сумраке вечера и во тьме нощи ожидающим пришествия Господина своего, да будут чресла ваши препоясани и светильницы горящии и вы подобни человеком чающим Господа своего, да пришедшу и толкнувшу, абие отверзут ему. (Лук. 12:35). Таково, христиане, и всегдашнее наше состояние; оно должно быть бодрственным стоянием на страже спасения нашего, дабы мы непрестанно и помышляли и делали, что угодно Богу, что служит к взаимному благу и спасению нашему.

Но есть времена, когда надлежит особенно и духовно и телесно, и внутренне и внешне бодрствовать, особенно быть твердыми в вере, крепкими в уповании, непоколебимыми в терпении, небоязненными среди самых страхов, и в тоже время усердною молитвою прибегать к Богу, и в помощи Вышнего искать себе защищения. Таковы времена искушений, скорбей, напастей, бед, – времена находящих смертоносных болезней, неблагорастворения воздуха и тлетворных ветров, опустошительных наводнений, губительного нашествия иноплеменных и кровопролитные брани, – какова настоящая, жестокая, единственно по видам мирской гордости и высокомерия воюющих держав возженная воина. Кому из православных чад веры и отечества неизвестно: сколько несправедлива эта война, воздвигнутая называющимися христианскими державами, в защиту мусульманства, в защиту невежества и изуверства, воздвигнутая завистию сильных держав к силе любезного отечества нашего и продолжаемая с ожесточенным надмением. Гордость этих держав, раздраженная малоуспешностию в минувшую осень и зиму, перешла в злобу и мщение. В этой злобе враги скинув личину покровительства мусульманству, обнаружили, что они сражаются за Оттоманскую Империю не для поддержания мнимого политическая равновесия, но для потрясения могущества России. Потому собрали вновь и многочисленные и крепкая войска, увеличили оные присоединением еще Сардинской 15-ти тысячной армии, а что особенно, вооружили свои войска, при их многочисленности, самыми ужасными, убийственными огнестрельными орудиями, и этими губительными орудиями громят Севастополь, этот город, жертву обреченную на защиту отечества, город, который и доселе непоколебимым мужеством защитников, вынося все разрушительные нападения, держит около себя страшные полчища неприятелей. Сколько и терпит этот город, всесожжигаемая жертва любви к отечеству! Разрушительными орудиями он весь избит, везде, и в частных и общественных зданиях опустошен, засыпан, можно сказать, убийственными – разрушительными ядрами и, при помощи Божией, держится только твердою грудью русскою. И сколько тут пало мужественных защитников отечества, сколько пролито крови храбрых воинов и вождей! К усугублению бедствия, враги наши, сильные на море, вошли на кораблях чрез Черное море в смежное море Азовское, и там распространяют плен, раззорение, опустошение в прибрежных наших городах и селениях. Таково губительное состояние настоящей войны! Благословим Господа: мы здесь находимся в совершенной тишине; не видим никакого воинского движения, не слышим бранного шума оружий; о кровопролитной брани знаем только по слуху и из общественных сведений! Но можно ли нам и среди тишины быть беспопечительными, при горьком состоянии братии нашей, любезных соотечественников, сочленов единого общественного великого тела православной России? Нет! Аще, говорит Апостол: страждет един член этого естественного нашего тела с ним страждут и прочии (1Кор. 12:26); так и в общественном теле, – которое связуется единым духом веры, сопрягается единым союзом отечественной любви, скрепляется общею пользою и всем тем, что для нас священно и дорого, как родное, отечественное, – и в общественном теле, когда страждут и бедствуют наши сочлены, сограждане, и мы должны разделять скорбными мыслями и болезненными чувствованиями ужасы страданий мужественных защитников отечества, и плачевное состояние опустошения наших соотечественников. Соскорбя и соболезнуя в злостраданиях защитников отечества, мы должны непрестанно и в частной – домашней, и в общественной – Церковной молитве молиться со всеми православными чадами Господу о укреплении христолюбивого воинства нашего на многочисленных и сильных врагов наших. Когда же нужда отечества потребует и общественный голос верховной власти воззовет, чтобы мы явили и вещественное вспомоществование нашим имуществом, и даже личным вооружением: тогда, по любви к отечеству, в крепкой вере и уповании на Бога сотворим с готовностию и сие. А теперь молитва, непрестанная, усердная молитва, должна быть со стороны нашей действенным вспомоществованием православному воинству против надменных губительным вооружением врагов наших. В молитве нашей болезненною мыслию со всей живостью представляя разрушительное действие войны, при сердечном сочувствии в бранных подвигах, будем и пламеннее молиться о защитниках веры и отечества, и сами деятельнее подвигнемся против внутренних врагов наших, страстей, воюющих на души наши. Победою над внутренними врагами мы и издалека будем являть содействие к укрощению силою Божией внешних врагов наших. Аминь.

1855 г. 3 Июня, в Ялуторовском Соборе при обозрении.

Слово в день тезоименитства Государя Императора Александра Николаевича, (1855 г.)

Святии верою победиша царствия. (Евр. 11:33).

Между подвигами ветхозаветных Святых, живших и действовавших верою, Апостол исчисляет и такие, какими некоторые из святых ознаменовали себя на поприще общественной жизни, как победители, именно, что они верою победили царствия, были крепки в бранех, обратили в бегство полки чуждих (34).

Не без причины замечает Апостол такие доблести. Великие мира, славные победами царств и народов, если и имеют похвалу, то не у Бога. Они побеждают силу, или большею силою, или большим искусством и отважностью. Посему совершают великие, по мнению человеческому, дела великими силами и усильными средствами человеческими. Но воинствующие под щитом веры, как сильные Богом, и побеждают силою Божией. Апостол и не поместил бы в подвигах веры обыкновенных человеческих побед, если бы они не были совершены действием силы Божией.

Так и ублажаемый ныне Святой благоверный Великий Князь, Александр Невский, тою же силою веры одержал победу, даровавшую ему наименование Невского. Варяги, предки нынешних Шведов, это было почти за 6 столетий (592 г.) до нас, когда жил и доблестями мужества и благочестия прославил Россию благоверный Князь24, Варяги внезапно сделали с великою силою и сушею, и морем неприятельское нашествие на пределы области его, угрожая пленить и поработить себе самый Новгород, державное наследие Его. Благоверный Князь, не имея времени ни сам собрать, ни от иуды получить в помощь войска, с малочисленною дружиною, но в твердом уповании на помощь Божию сразился с противниками на берегах Невы и в силе Божией разбил многочисленную силу их.

Откуда же видно, что в силе Божией, привлеченной верою и упованием благоверного Князя, одержана Им победа над врагами? Это показало видение начальника воинской стражи, мужа благоговейного, который, при нощном соглядании, ратной силы неприятельской, к ужасу увидев оную в великом множестве расположенную на берегу Невы, в тоже время видел утешительное видение; возвращаясь с соглядания уже при восходе солнечном, видит святых благоверных Князей Бориса и Глеба, при береге Невы на корабле стоящими, и во взаимной беседе совещающимися поспешить на помощь сроднику своему, благоверному Князю Александру. Благоговейный соглядатай в страхе и радости спешил возвестить об этом видении благоверному Князю и ободренный Князь со всею крепостию веры напал на сопротивных избил их великое множество, собственноручно поразил в лице самого Короля, а оставшуюся рать его обратил в бегство.

И для чего далеко искать примеров: как ополчается и ведет брань сила и могущество человеческое своими человеческими средствами, и как отражает эту силу сила, одушевляемая верою и действующая в уповании на помощь Божию? Это ясно показывает настоящая кровопролитная война.

Враги наши, четыре державы, ополчились на нас мечем и огнем, ополчились и многочисленностью отборных войск, и страшным на море и на суше вооружением. Мы защищаем отечество наше силою же и воинскими средствами, но возлагаем все упование наше на защищение свыше. В этом уповании усопшим в Господе Государем, при правоте дела, воспринята война, в этом уповании продолжается и царственным сыном Его, благочестивейшим Государем, Александром Николаевичем, Которого священный, день Тезоимениства празднуем ныне. На трудном поставил Его поприще вышний Царь при самом вступлении на царство; да укрепит Его и в вере и уповании!

Дабы Господь дал крепость Царю нашему, по примеру тезоименитого Ему святого благоверного и великого Князя, Александра Невского: все одушевимся верою, и воюющее и мирствующие, и вооруженные и безоружные, и сущие во власти и под властию, все – всякий возраст и пол, все одушевимся молитвою и твердым упованием на Бога. Господь в сильном нападении супостатов наших требует, чтобы мы все обратились к Нему неослабною молитвою, дабы крепкое противодействие врагам было действием силы небесной, привлекаемой нашею верою и упованием.

При этом кипении войны, очевидным образом грозящей опасностью так давно, и так тяжко воюемой твердыне, доблестному Севастополю, искупительной жертве России, что нам остается делать? Конечно до последней возможности отражать силу силою; убийственные удары ударами, разрушительные орудия таковыми же орудиями. Но в каком чувстве, в каком расположении должны мы производить это. В чувстве молитвенном, в расположении твердой веры и упования на Бога. Мы должны неослабно молиться, чтобы это посещение Божие, попущенное в нашествии гордых и сильных врагов, от которого тысячи мужественных соделались уже жертвою любви к отечеству, тысячи неустрашимых готовы принести жизнь за веру и отечество, тысячи мирных жителей лишились жилищ и достояния своего, тысячи терпят разграбление и опустошение, чтобы это тяжкое посещение, особенно на приморских городах и местах любезного отечества нашего тяготеющее, всех нас приводило в одинаковое чувство сострадания о любезных соотечественниках, в чувство священного для нас долга по возможности являть им вспоможение в бедствии, приводило особенно нас, наслаждающихся миром и спокойствием, в чувство умиления и сокрушения о грехах наших, чтобы нам всем смириться пред Богом и в чувстве смирения и исправления сокрушенно просить благость Божию – посетить нас скорбию и исцелить, наказав вражеским нашествием, и помиловать, возвратить с честию мир и благотишие возлюбленному отечеству нашему.

Должны молиться с твердою верою и упованием и о том, чтобы самые враги наши ощутили силу Божию, действующую в силе православного царства, сражающегося не для тщеславного расширения пределов, не для корыстного приобретения чуждого достояния, но сражающегося за святую веру, за православную Церковь, за возлюбленного Царя своего и возлюбленное отечество.

Вера твердая, живая, одушевленная совокупным чувством многих, есть сила небесная, которая на поприще общественной жизни и деятельности производит дивные дела, избавляет от различных обстояний и бед, от нашествия иноплеменников и губительные брани; кратко: совершает общенародные доблести в великих происшествиях, явно знаменующияся благословением Божиим.

Не нужно приводить здесь примеры, где являлась победоносная сила упования на Бога в слабых, даже ничтожных силах, действовавших под влиянием веры против великих сил человеческих. Не видим ли мы ныне силу молитвы и крепость веры над добрым нашим Севастополем, на который ныне обращены взоры, и ожидание не только Европы, но и всего образованного света. Этот город, при первоначальном нашествии неприятелей, со стороны сухого пути не был даже достаточно и огражден. Но сила веры и упования защитников отечества быстро соделали оный крепкою твердынею. В течении годичной губительной осады, сколько истреблено под стенами его и неприятельского страшного вооружения! И если при необыкновенной силе и усилии многочисленных и сильных врагов, эта уже избитая и исстреленная твердыня падет: то падет очистительною жертвою отечества и падет ручательным прекращением кровопролития, которое томит и приводит в изнеможение самых врагов наших, не смотря на непомерную силу их.

Господи! В тяжком обстоянии силою Твоею укрепи Царя, умудри христолюбивых вождей, огради православное воинство; доблестный град Севастополь, внутри которого столько пролито крови защитников отечества, вне которого столько пролито крови неприятелей отечества, соделай в самом сокрушении сотрением и прекращением брани.

Господи! научи и нас бодрственною молитвою сподвизаться зашитникам отечества и твердым упованием на Тебя содействовать прекращению кровопролитной войны утешительным благоприятным миром. Аминь.

1855 г. 30 Августа в Кафедральном Тобольском Соборе.

Беседа по поводу особенного моления в Абалакской обители о благоденствии Государя Императора

Под Твое благоутробие прибегаем, Богородице, моления наша не презри в обстоянии. (Троп. на вечер. четыредесятницы).

Ныне, возлюбленные братия св. обители, мы сугубо празднуем настоящий праздник знамения Пресвятой Богородицы; празднуем, как обычное летнее воспоминание чудесного события знамения Божией Матери; но это празднование ныне усугубляется совокупным молением Тобольских граждан в лице почтенных представителей, коих, к великому нашему утешению, видим спразднующими нам. Объясним причину этого особенного молитвенного собрания.

Граждане г. Тобольска 2-го числа минувшего Июня нарочито совершали в Кафедральном Соборе благодарственное Господу Богу моление о здравии благочестивейшего Государя Императора Александра Николаевича и всего Августейшего Дома, по поводу воспоминания Высочайшего посещения г. Тобольска в 1837 году, когда Его Императорское Величество, как Наследник Всероссийского Престола, обозревая знатнейшие Российские города, посетил и Тобольск. Воспоминание об этом посещении тем с большим благоговением оживилось в мыслях .граждан Тобольских, что не задолго пред тем (в начале Мая) граждане получили Высочайшую благодарность за пожертвование (6000 р.) для препровождения 23 орудий из Тобольска в Петропавлоский порт.

При последовавшем совещании, – чтобы это торжество воспоминания Высочайшего посещения Тобольска ознаменовать чем-либо со стороны граждан во изъявление верноподданнической любви к Государю Императору, между прочим открылось общее единодушное желание – препроводить в Тобольский пехотный полк известные здесь чудотворные Иконы Богоматери Абалакской и Тобольской препроводить, как молитвенное усердие всего Тобольска в поспешествовании подвизающемуся на поле брани полку, а с тем вместе и всему православному воинству. С этим намерением две Иконы, Абалакской и Тобольской Богоматери с чудотворных Икон нарочито написаны, сребропозлащенным окладом обложены, вместе (для удобности переноса) рамами соединены, 8 числа Июля, в день торжественного приноса Абалакской Божией Матери в Тобольск освящены и затем в Святейший Синод для дальнейшего распоряжения препровождены. По всеподданнейшнему докладу о сем Военного Министра, Государь Император Всемилостивейше повелеть соизволил: «жителям г. Тобольска объявить Высочайшее благоволение; иконы же отправить по назначению». Это объявление Высочайшего благоволения сообщено Начальнику Губернии при списке с указа Святейшего Синода от 24 минувшего Октября, а Начальник Губернии дал знать о том чрез градского Главу градскому обществу. В следствие сего долг верноподданнической любви и преданности к Государю Императору требовал, чтобы принесено было со стороны граждан Тобольских Господу Богу усердное благодарение о здравии и благоденствии Государя Императора и всей Августейшей Фамилии, и нарочитое моление о поспешении успехам православного воинства, принесено было на самом месте в Обители Пресвятой Богородицы Абалакския. По общему согласию положено гражданами: отправить от себя на 27 число Ноября, на главный праздник, в Абалакский Монастырь представителей для принесения благодарственного Господу Богу моления, и вот в числе благочестивых представителей общего моления видим не только знатнейших из граждан, но и самого почтенного Начальника Губернии.

Итак, при настоящем праздновании Знамения Пресвятой Богородицы, кроме других молитвенных излияний, предлежит двоякий нарочитый молитвенный предмет: моление о здравии Государя Императора и всей Августейшей Фамилии, и моление Господу Богу о ниспослании Своего благословения на православное воинство в укреплении его против сильного неприятеля.

Ныне особенно надобно нам молиться о здравии и благоденствии Государя Императора, и молиться не по внешнему только возбуждению, но и по внутреннему чувству любви к Государю и по чувству того состояния, в каком находится благочестивейший Государь. Колико необходима для него крепость и душевных и телесных сил в настоящее время, и колико драгоценное здравие Его нужно для каждого мгновения великого дела, для защиты престола и царства, это всякому понятно по настоящему состоянию отечества. Севастополь пал от разрушительного оружия неприятеля, с тем вместе Черноморский флот истреблен; многие приморские города на Черном море пленены, или пожжены, опустошены и разграблены неприятелем; за всем тем непримиримый неприятель с многочисленным, до 300 000 тысяч сильно вооруженным войском остался в пределах России для зимования, дабы с открытием весны опять и с моря и суши терзать Россию.

Сколько же, при настоящих грозных, как темная туча, военных обстоятельствах у Государя Императора дум, забот, попечения, соображений, предположений! Какой всё это требует проницательности, бодрственности, распорядительности, деятельности душевных и телесных сил! Какая потребна дальновидность ума, присутствие духа, твердость воли, дабы Государь все нужное и потребное мог видеть, слышать, знать, сообразно тому давать повеления, распоряжения, наставления, соответственные трудным обстоятельствам и как движитель и направитель всех сил государственных, мог одушевлять своею дальновидностию и мужеством самых бодрых и мужественных своих советников и вожденачальников. Ему надлежит против сильных и вместе неприязненных врагов оборонять одними только своими силами отечества, сохранить величие Российской державы, защитить православную веру. Это бремя, эту тяжесть может чувствовать в полной мере только Он, Богом хранимый Самодержец, так как на Нем лежит первейшая обязанность и забота престол свой защищать против воюющих держав, употребляющих все усилия потрясти Всероссийский престол и уничижить его державу. О Господи сил! Спаси Царя, укрепи Царя, исполни мудростью и силою Твоею Царя! Будем непрестанно, усердно, пламенно день и ночь молиться о Царе, да оградит Его Господь десницею Своею, да одушевит мужеством и мудростью и братьев Царевых, истинных помощников брату Царю, да сохранит и все Августейшее семейство, радость и утешение России!

Моляся о здравии и о покровении свыше Царя и Августейшего Дома Царева при толико скорбных обстоятельствах губительной брани, надлежит и нам, как верным сынам православной Церкви и царства всеми мерами содействовать успехам оружия, содействовать различными пожертвованиями, для сего не щадить ни достояния и сокровищ, ни крови и жизни, для защиты возлюбленного отечества и православной Веры и Церкви.

Но при этом рвении к содействию успехам брани возможным для нас пожертвованием, надлежит также единодушно молиться Господу, сокрушающему брани и препоясующему немощные силою свыше на гордящихся множеством вой и вооружения. Без Господа не совершается никакое дело, кольми паче успех брани. Господь мертвит и живит, низводит во ад и возводит, Господь убожит и богатит, смиряет и высит. Не укрепляется силен муж крепостию своею. Господь немощна творит супостата его. Посему, если мы в скорби сердца, в смирении и уничижении духа будем молиться Господу сил и разумов: то Господь дает крепость людям своим, препояшет немощные свыше, подаст мудрость и мужество вождем и вожденачальникам нашим к противодействию сопротивным наветам, и неприязненным замыслам врагов наших.

Для сего-то молитвенного споборства мы и обратились нарочито к Пречистой Богородице, явившей некогда победное знамение жителям Новгорода на сопротивных им соотечественников, в несчастное время господства в России междоусобий, когда и единоплеменники воевали, как иноплеменники.

Если и в нас не ослабела вера, не оскудело упование, если и мы не лишились вовсе дерзновения к Богу: то и ныне Пресвятая Богородица, когда единодушно обратимся к Ней, готова явить знамение благо в споборение православному оружию нашему.

Будем молить Заступницу нашу и о том, чтобы явила знамение благо в путях жизни каждого из нас, чтобы мы укреплялись против внутренних врагов, страстей наших, и победою над внутренними врагами пролагали путь к укрощению миром и внешних врагов наших. Аминь.

1855 г. Ноября 27 в Абалакской Обители.

Слово в день восшествия на престол Государя Императора Александра Николаевича

Господи! силою Твоею возвеселится Царь и о спасении Твоем возрадуется зело. (Пс.20:2).

Совершился год восшествию на престол благочестивейшего Государя, Императора Александра Николаевича. После начального, соединенного с скорбию этого торжества, ныне празднуя с подобающею торжественностию, в каком чувстве должны совершать оное? Без сомнения должны совершать в молитвенном чувстве, сообразно настоящим обстоятельствам. Будем усердно молиться о Царе, обыкновенно на сей раз заимствуемою из уст Царепророка молитвою: Господи, силою Твоею да возвеселится Царь и о спасении Твоем да возрадуется зело! Будем молиться, чтобы Господь силою Своею, Своим всеуправляющим действием возвеселил, оградил, укрепил, вознес Царя в царственном достоянии Его; чтобы Своим спасением, Своим премудрым и благим Промыслом возрадовал Царя, устроил все советы, все начинания Его ко благу и славе великого царства Его.

Во-первых, будем молить Господа, чтобы Он всеуправляющею силою Своею даровал силу и крепость Царю нашему в соблюдении великого достояния Его. Начиная с того времени, как воюющие державы, вступив в союз против России и в гордости вооружившись и на море и на суше, сделали неприятельское нашествие на пределы отечества нашего, сколько пролито с обеих сторон крови, сколько погублено существенного добра, сколько произведено губительства и зла! А допустив продолжение свирепства войны, и лютое кровопролитие, и нещадное разрушение селений и городов, и всякого рода неистовство и зло имеют продолжаться в безчисленных плачевных видах. Посему с какою силою надлежит молить Господа, чтобы возвеселил силою Своею Царя, чтобы дал с высоты силу и крепость Царю нашему, силу мудрости и крепость мудрой, дальновидной твердости пользоваться всем ко благу и благосостоянию государства. Господи, силою Твоею да возвеселится Царь!

Во-вторых, будем молить Господа, чтобы возрадовал Царя спасением Своим, чтобы устроил по желанию все Его общеполезные советы, все ко благу и чести государства направленные намерения и предприятия. Уже всей Европе или паче всему образованному свету известны миролюбивые расположения благочестивейшего Государя нашего.

Великие Монархи России, Александр 1-й и Николай 1-й, как миротворцы царств и благотворители народов, в великих политических происшествиях Европы действовали не только для блага возлюбленной своей России, но и для общего блага царств и народов. Так, взирая на высокий, одушевленный любовию к человечеству пример Августейшего Отца и Дяди, действует и Император Александр II-й. Бывши в минувшую осень непосредственно в местах сражения, и для царственного наблюдения, и для державного распоряжения, и для сердобольного, высокомонаршего соучастия в бедствиях войны, Сам лично взвесил все потери, все лишения, все губительство кровопролитной войны. Посему когда открылись пути и способы к прекращению губительной войны миром, любвеобильный Государь изъявил готовность ими воспользоваться, единственно по глубокому чувству сострадания к гибнущему без нужды и пользы человечеству и по чувству благотворности мира, в котором не менее имеют нужду враги наши, как и Россия. Кому и из нас не вожделенен мир, а особенно тем, которые в скорбную годину кровопролитной войны понесли горькие потери отцов, братьев, супругов, в цвете лет, в крепости сил пожатых рукою смерти на поле брани; и для них и для нас одно осталось то сладкое утешение, что смерть падших на поле брани есть святая, приснопоминаемая жертва за православную веру и любезное отечество.

Что же с нашей стороны требуется, что бы услышана была Господом молитва наша о ниспослании Царю нашему духа мудрости и силы совета в незыблемом ограждении державы своей от нападения врагов, и в снискании отечеству твердого, – достойного величия России мира?

Надобно, во-первых, молиться в духе смирения и кротости. Господь слышит смиренную молитву и возносит смиренных на высоту. Чтобы молитва наша была смиренна, то самим нам надлежит смирить себя пред Богом: надлежит вседушно признать, что все, что навел на нас Господь в эту тяжкую годину войны, навел праведным Своим судом, за наше самолюбие и высокоумие, за наше корыстолюбие и сластолюбие; что наши соотечественники, пострадавшие разграбление имений своих, опустошение жилищ, потерю близких и кровных, отнюдь не виновнее нас, а несравненно праведнее, потому, что они сделались очистительною жертвою за нас, а нам, если не смиримся пред Богом обузданием своих страстей, надлежит опасаться гнева Божия, опасаться, дабы, тогда как наслаждаемся здравием, миром, благоотишием, вдруг не постигла нас какая-либо казнь от Бога. Посему будем вести себя смиренно пред Богом, уклоняться от похотей, воюющих на души наши, дабы, при греховной беспечности, не пасть горше и не навлеши на себя гнева Божия тягчае.

А дабы чрез христианское миролюбие благочестивейшего Царя нашего послал Господь мир твердый, величия России достойный, то и нам надлежит привести самих себя в состояние мирное, духовно-благоотишное; надлежит примириться с Богом отложением дел темных, самолюбия и самоугодия, и приблизиться к Богу умилением и сокрушением, покаянием и исправлением в посте и молитве; примириться с ближними отложением гнева и мщения, прощением обид и огорчений, даже благотворением ненавидящим и поношающим нас; примириться с самими собою очищением совести от недостойных дел пред Богом и человеками. Когда мы приведем себя в состояние такого благодатного и внутреннего и внешнего мира: тогда Господь пошлет нам и в общественной нашей жизни мир твердый, благоприятный, благоплодный.

Возопием смиренною, крепкою к Царю царей молитвою: Владеющий царями и царствами, Господи, благоволивый, над нами царствовати благочестивейшему Государю, Александру Николаевичу, умудри Его в правлении людей Твоих, укрепи в благополезных советах о врученном Ему от Тебя царстве, даждь Ему силу одолеть благою мудростию и мудрою правотою умышление враждующих царств, даруй Ему благодать Твою приобрести мир и тишину державе Своей, да в благодатном мире и Он, по желанию благолюбивого сердца Своего, обратит все советы Свои на благоустроение вверенной Ему державы, и мы, при царственной Его благопопечительности, тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии, правде и чистоте. Аминь.

1856 г. 19 Февраля в Неделю Мясопустную.

Слово в день рождения Государя Императора Александра Николаевича (в 5-й д. Пасхи)

Сей день, его же сотвори Господь, возрадуемся и возвеселимся в он.

Велика и сама по себе радость настоящего светлого торжества. Она исполняет небо и землю, а на земле исполняет одинаковым чувством веселия и богатых и убогих, великих и малых, и радующихся и скорбящих. Но Господь еще приумножает, еще увеличивает для нас радость радостного торжества. К радости Христова воскресения, которая день от дня просиявает в лучезарнейшем свете, к спасительной радости о всецаре Господе присовокупилась радость о рождении в сей благодатный день возлюбленного Царя нашего; а к радости о Царе приложилась радость о мире, радость совершенно согласующая с торжеством жизни и мира, дарованным Победителем смерти и исконного врага.

При толико обильной, многообразной радости, радости о Бозе Спасе, радости о Царе, радости о мире царства, даруемой нам воскресшим Господом, что мы, во-первых, принесем Господу Подателю радости и всех благ в засвидетельствование нашей радости? Принесем Ему в живом чувстве радости нашу веру и любовь, и в вере и любви достойное благодарение.

Принесем веру – Спасителю нашему, принесем – не одно холодное ведение Христа – Спасителя нашего, но принесем веру живую, как видение Господа нашего, как созерцание, чтобы видеть сердцем пред собою воскресшего Господа, созерцать Его духом со всеми благодеяниями Его, чаять благодатного явления Его. Воскресший Господь близ нас, с нами, даже в нас; и вера наша должна быть мысленным видением Его, духовным обращением, благодатным сопребыванием с Ним.

Но чтобы зреть воскресшего Господа живою верою, надлежит стремиться к Нему чистою, деятельною любовию. Живая вера осуществляет для нас духовное, Божественное, как видимое, а действенная, чистая любовь приближает нас к Господу, а Господа к нам, одушевленных любовию, и благодатию соединяет с Ним, как чистый поток с своим источником. Потому-то первые ученики и ученицы Христовы, св. Апостолы и св. жены Мироносицы, быв одушевлены живою верою и любовию к Учителю и Господу своему, в священные дни светоносного воскресения Его всюду зрели и обретали Его; зрели Его и при гробе воскресшим, сретали и на пути беседующим с ними, видели со всеми ощутительными знамениями воскресения и в совокупных собраниях своих. И мы если будем одушевлять себя любовию к воскресшему Спасителю нашему, будем духовно зреть и обретать Его и наедине – в молитвенном воскрилении сердца, и в общих благочестивых собраниях – в Церкви, и при живоносном гробе, при гробе ежедневного умерщвления ветхого нашего человека, в на пути исполнения наших дел и обязанностей. Когда все наши и частные дела, и лежащие на нас общественные обязанности будем направлять во славу Божию, во спасение свое и благо ближних наших: тогда будем не только верою зреть Спасителя нашего, но будем зреть Его и любовию на пути нашей жизни, на пути житейских наших дел и обязанностей, на пути взаимных отношений подчинения и служения, общения и благотворения; здесь-то мы разумеваем друг друга и в даруемых нам от Господа благах, и в постигающих скорбях и лишениях, располагаемся и к соучастию бедствий и к действиям благотворения. Когда по мере возможности утишаем печального, принимаем странного, являем покровительство гонимому, помощь нуждающемуся: тогда мы несомненно приемлем радостотворное явление Спасителя; воскресший Господь, в утешительном чувстве соделанного нами благотворения, исполняя нас благодатным миром и радостию, благоволительно дает осязать Себя с явственными знамениями, что Он спасительно воскресает и в нас для живых дел веры и любви.

В таковых действиях веры и любви принесем мы и жертву благодарения Воскресшему за все Божественные благодеяния, особенно явленные нам воскресением. Это самая приятная жертва благодарения искупившему нас Господу, когда, подражая Божественному милосердию Его, и сами по возможности являем помощь, защиту, утешение и заступление меньшим братиям Христовым.

В действиях веры, любви и благодарения выражая радость о Господе, Спасителе нашем, как выразим радость о Царе нашем? Припомним; минувшего года день рождения Государя Императора мы совершали, можно сказать, под громом убийственных орудий, подвигнутых сильными врагами против твердыни, полагавшей препону враждебным стремлениями их во внутренность России, для поколебания могущества ее. И именно: в первые три дни св. Пасхи там – над воюемым священным градом адский огонь из тысячи губительных орудий в разнообразных разрушительных видах разливался для потребления града и защитников града. Не поражало ли, не сокрушало ли, не пронзало ли все это нужное сердце Царя? Господь и это обратил к великому благу Царя и царства. Царь в кротости и смирении, в молитве веры и упования на помощь Вышнего вступив на престол, угрожаемый потрясением от сильных врагов, и год царствования прошедши прискорбным путем, путем тяжкой заботы о защищении своей державы, ровно по исполнении года царствования восприемлет от Господа утешение, то утешение, что руководимый благодатным чувством кротости, своим миролюбием прекращает кровопролитную войну, и восстановляет мир не только в своей возлюбленной России, но и в целой Европе.

Не благословение ли мира и милости Божией ознаменовалось на Царе нашем, когда мы в благодатный день рождения Его и вкупе в день светлого воскресения приносим Господу благодарение о прекращении кровопролитной войны и о заключения мира? Какого блага можем просить у Господа Царю нашему, после здравия и благоденствия, как не благодатного мира, в недрах которого причиненные язвы опустошения вскоре исцелятся, потери вознаградятся, сила воинская укрепится, порядок общественный возвысится, даже православная вера и Церковь паче процветет и духовная жизнь в верных и работающих Господеви облагоустроится. Да дарует воскресший Господь мир твердый, благоплодный, который бы послужил к приведению возлюбленного отечества нашего во всех отношениях в цветущее состояние.

Этому великому миру и нам в своей мере надлежит содействовать, и, как чадам благодатного мира, надлежит стараться быть в мире с Богом, с ближними нашими и с самими собою. С Богом-Отцем мы примирены смертию Сына, умершего для искупления и воскресшего для оправдания нашего. Ближним, даже и ненавидящим нас, по гласу св. Церкви, мы должны простить все ради воскресения Христова; тогда и сами будем прощены и не будем иметь врагов у себя. А чтобы постоянно быть в мире с ближними нашими, то будем в мире с самими собою; для сего будем смиренны пред Богом, кротки пред ближними, уничиженны в самих себе, и мы не подадим повода к несогласию ближним нашим.

Светло-торжествующие о воскресшем Господе! В таких расположениях и действиях благодатного мира будем радоваться и о Господе Спасителе нашем, радоваться и о Царе, Христе Господнем, радоваться и о мире общественном и мы, по благодати Воскресшего, не только в сии светлые дни, но и во все дни жизни нашей будем наслаждаться твердою радостию, как чада Божия и Христовы, будем наслаждаться радостию благодатною; как верные подданные – наслаждаться радостию верных рабов; как сыны Церкви и Царства – наслаждаться радостию спасительною сынов Царствия. Аминь.

1856 г. Αпреля 17 в Кафедральном Тобольском Соборе.

Слово на коронацию его императорского Величества, Государя Императора, Александра Николаевича

Господи! Силою Твоею возвеселится Царь; велия слава Его спасением Твоим: славу и велелепие возложиши на него (Пс. 20:2–6).

Так благодарно и благоговейно св. Царь Давид исповедует благоволение, силу и славу, явленные ему от Господа, исповедует, что Господь силою своею возвеселил его, что предварил его благословениями благости Своей, избрав на царство, возложил на него красоту и великолепие, возложил на главу его венец от камене честна.

Господи! силою Твоею возвеселится Царь, так вещает ныне во всей полноте чувства и благочестивейший Государь наш, Самодержец Всероссийский Александр Николаевич, – в день венчания Его на царство.

Подлинно есть время, и конечно особенное, единственное, когда и Царь, обладающий уже державою могущества, сам в себе во всей полноте чувствует, что Он и силу и славу и величие свое приемлет от Господа.

Какое это время, какое состояние? Это время венчания Царя на царство, это состояние облечения Его во все священные знамения Царского величия, когда Царь облекается в порфиру, возлагает на главу Свою корону, приемлет скипетр в десницу и державу в шуйцу; тогда-то Царь чувствует и видит в Своей силе, славе и величии силу, славу и величие Божие, от которых знамения величия Его истекают, как потоки от источника, как искры от пламени, как лучи от солнца.

Откуда же такое чувство в самом Царе? От чувства того священного действия, которым совершается венчание на царство. В этом священном действии Царь преимущественно является, как избранный Божий, который десницею Божией возносится над вверенными Ему людьми, и поставляется выше обыкновенной участи, является, как великий слуга и исполнитель судеб Божиих, попечению которого вверяется благосостояние миллионов людей. Посему Царь, избранный Божий, облачается в порфиру, как в благолепную одежду Божественных добродетелей, облеченный в порфиру, украшается венцем красоты, как жених врученного Ему от Бога царства, и приемля жезл правления и державу власти, обручается и сопрягается с Своею державою и могуществом самодержавной власти, а паче всеобъемлющею силою царственных добродетелей, чтобы судить обидимых и обидящих в правде и кротости, награждать достойных, миловать несчастных, прощать виновных, а всем по примеру великодаровитости Божией благотворить и благодетельствовать. Здесь-то облеченный в благолепие багряницы, увенчанный венцем красоты, восприявший скипетр правления и державу, власти, Царь, несмотря на Свое величие, чувствуют, что все это, и силу и славу и величие приемлет от Царя царствующих и Господа господствующих, чувствует, соответственно тому священному месту и чинопоследованию, в котором совершается это действие.

Часть 1

Где совершается величественное, священное действие венчания Царя на царство? Совершается не в дому Царя, не в дому Царского Синклита и Совета, хотя и это святилища суда и правды, но совершается в дому Божием, но среди Церкви великой, пред лицом целого государства, а паче пред видимым престолом и пред всевидящим лицом Вседержители.

Хотя Царь по Своей владычественной воле и власти Сам приемлет знамения Царского величества, но приемлет в священном Богослужебном чине из священных рук Первостоятеля Церкви.

И, во-первых, в самом начале этого священного действия, Царь хотя и по рождению и по воспитанию и по образованию православный и благоверный, во услышание всех произносит святой символ исповедание православные веры, дабы, как истинный последователь православной веры, был вкупе и первым блюстителем и защитником оные. Потом, по принесении Господу Богу прошений о благословении Царя и царствования Его, происходит самое венчание Царя на царство. При этом Царь все знамения царского величества, диадему, венец, скипетр, державу, восприемлет в священном чине, при содействии Первостоятелей Церкви: порфира благочинно на Царя полагается, венец для возложения на главу почтительно подносится, жезл и держава благоговейно Царю вручается от Первосвятителя с торжественным произношением молитв и с молитвенным обращением и приветствием к Царю. По восприятии всех знамений Царского величия, Царь, отложив все эти знамения Своего величия, смиренно преклоняет колена на троне Своем и во услышание всех произносит молитву, в которой испрашивая Себе у Царя царствующих премудрости для управления царством, предает всего Себя в волю Господа, дабы благоугодно устроять благо врученных Ему людей. Окончив коленопреклонную молитву, Царь востает, а Предстоятель со всею Церковью преклоняет колена и усердно молится о Царе.

По окончании священного действия коронования, немедленно с подобающею торжественностию совершается Божественная Литургия. В то время, когда священно-служащие Первостоятели приобщатся св. Таин, Боговенчанный Царь, по благоговейному извещению от двух Первосвятителей, что наступило для благочестивейщего Царя время священного миропомазания и приобщения св. Таин, приходит пред царские врата, приемлет от Первосвятителя священное помазание миром на челе, на очах, на ноздрях, на устах, на ушесах, на персях, по обою страну на руках, приемлет в знамение благодатного озарения и укрепления свыше, дабы Царь, представитель на земли величия Божия, под приосенением Духа Божия, все нужное и полезное, все благое и правое видел, слышал, разумел и чувствовал, определял и совершал.

Помазанный св. миром Царь в отверстые царские врата вводится Первосвятителем внутрь святилища и там пред престолом от рук Первосвятительских, яко священное лице, в сонме Первосвятителей приемлет приобщение тела и крови Христовой.

Так в священном чине Богослужения совершается священное венчание и священное помазание Царя на царство и запечатлевается приобщением тела и крови Христовой! Не веселится ли тогда, в полном смысле сего слова, силою Господа Царь? Не чувствует ли вполне сам в себе, что Он восприял силу от Господа, украсился царственною славою от Вышнего, облекся величием от Царя царствующих! Господи, ныне силою Твоею веселится Царь; велия слава Его спасением Твоим; Ты возвеселил Его радостию лица Твоего!

Часть 2

Какое мы приемлем для себя назидание, какое наставление в общественной нашей жизни и деятельности из разсмотрения всеобщего торжества Церкви и царства о боговенчанном и Богом помазанном Царе нашем, Самодержце Всероссийском, Александре Николаевиче? Ныне Царь всего более веселится о Господе и в державе крепости Его. А мы первее всего должны веселиться о Царе нашем. Действительно, когда взираем мысленно на боговенчанного Царя нашего: то не должны ли исполняться радостию и веселием о благочестивейшем Государе нашем? Какой в великолепном венце Царя нашего первее сияет алмаз, какой блистает неоцененный бриллиант? Первее всего сияет неоцененный алмаз, христианское благоверие и благочестие, по которому Царь наш прежде всего именуется благочестивейшим и Христолюбивейшим, и это по существенной истине. Когда Царь наш, по торжественном произнесении исповедания православной веры, и в священном чине Богослужения с молитвенным благословением Церкви воспринял все знамения Царского величества, и принятие царственных знамений заключил коленопреклонною на самом троне молитвою, смиренно исповедуя себя рабом Господа и испрашивая себе у Него путеводительного света истины; потом, по принесении во время Божественной Литургии общих молитв с верными, запечатлел венчание Свое на царство свят, помазанием и приобщением тела и о крови Христовой, то какое еще может был для нас очевиднее и вкупе утешительнее свидетельство благочестия и благоговения Царя нашего к Царю царствующих, и какой может быть удостоверительнее залог, тверже основание нашего благоденствия, как не благочестие Царя который, всю силу и величие Свое приемля от Бога, и Себе и царству Своему и просит и ожидает благословения от Бога.

Затем взирая на Царя нашего взором верноподданных, видим, что Царь, помазанник Божий, Богом венчанный и превознесенный, есть священная глава общественного тела, в котором сосредоточивается вся власть, какую может получить человек от Бога; Он есть верховный повелитель, законодатель, вождь, правитель, судья; вся власть многоразличных начальств, начиная с высших, правительственных до низших, исполнительных, в необъятной лествице общественных должностей, от Царя исходит и Его властью и силою утверждается. Отселе как из чистого источника светлые происходят потоки, обязанности наши к Царю.

И прежде всего требуется от нас высочайшее, искреннее, благопокорное повиновение Царю. Царь есть священная глава общественного тела, члены благопослушно должны действовать по манию главы; Царь есть строитель и блюститель общего блага; членам общества, по царскому гласу и повелению всё относящееся к общей пользе и благу должно принимать охотно, делать послушно, исполнять точно, а в важных случаях общественной нужды не щадить и самой жизни.

Чтобы повиновение Царю было искреннее, сердечное, оно происходя из непременного долга воздавать Царю, яко верховной власти и представителю величия Божия на земли верноподданническую преданность, должно быть одушевляемо благоговейным чувством почтения к Царю, как помазаннику Божию, и царским велениям, как велениям Божиим, относящимся к благу временной жизни нашей, устрояемой чрез Царя, как посредника Божия. В христианском обществе Царь есть первый, великий слуга Божий в общее благо наше; а мы слуги Царевы для Бога, и служим Царю, как великому слуге Божию, исполняя долг служения нашего Богу. Посему мы служим и должны служить в угождение Царю и начальству для угождения Богу, так как долг житейских дел и общественных должностей наших составляет для нас путь и свидетельство в исполнении высших дел и обязанностей наших к Богу и вечному спасению; должны исполнять общественные обязанности наши, яко рабы Божии, пред очами Бога, Которому некогда отдадим во всех делах наших отчет. Однако ж на поприще исполнения велений Царя и общественных дел особенно должны предшествовать низшим высшие, подчиненным начальствующие, как вожди и правители, которым поелику больше вверено, то больше от них и требуется в исполнении, больше взыщется и за неисполнение.

Чтобы и долг повиновения и чувство почтения к Царю, которое должно быть так благоговейно, чтобы и тайным словом какого-либо прекословия и поречения не касаться помазанника Божия, действовали в нас во всей силе: то повиновение и почтение наше к Царю должно одушевляться любовию.

И как не иметь любви к Царю, помазаннику Божию, к Царю, благочестивому и Христолюбивому, блюстителю свят. веры и покровителю православной Церкви, к Царю, отцу отечества, покровителю законов и законной правды, зиждителю общего блага и порядка, общему благотворителю и благодетелю; отмстителю одним творящим злое, губительное, разрушительное?

А в настоящее время не воскипит ли пламенным потоком любовь к боговенчанному и превознесенному Царю во всех и каждом из нас, не воскипит ли при мысли и взоре на излитое море царских милостей и щедрот на все состояния и звания, на все сословия и чины государства, по поводу священнейшего коронования? Кто укрылся от светлых и теплых лучей милостей боговенчанного Царя? Кто не найден, не отыскан, не согрет, не утешен, не возвеселен Царскою милостию? Не говоря уже о тех, которые своими заслугами и подвигами обратили на себя царское благоволение и награды, остался ли хотя один виновный, преступный, осужденный, чтобы не взыскан, не призрен, не озарен был богатыми царскими милостями? Одни прощены, другим возвращены права, тем облегчены меры взыскания и наказания, словом: царскими щедротами, как благотворным солнечным сиянием, все освещено, все согрето, все возбуждено к радости и веселию жизни. Не должна ли исполнять всех нас чистая, сердечная, пламенная любовь к благому и благодетельному Царю нашему?

Чтобы при этом высоком чувстве о свящ. величии и богоподражательной благодетельности Царя, еще живее, еще сильнее была любовь наша к Царю: то необходимо возгревать любовь и преданность нашу к Царю теплою молитвою о Царе. Всем нужно молиться о Царе, не только в общем, установленном порядке Церкви, но и частно, особенно, как мы частно, особенно молимся о лицах, для нас особенно близких, дорогих, любезных. И как не молиться о Царе? Царь, сосредоточивая в себе силу и управление целого государства, много имеет в руках Своих сил. Но и какая требуется сила, чтобы распоряжаться, управлять, располагать этими бесчисленно разнообразными и разнородными силами? Сколько Царю нужно мудрости и прозорливости, чтобы видеть в настоящем виде правоту и добро, честность и достоинство, заслуги и дарования, и многосплетенные утонченности коварства и лицемерия, неправды и зла? Сколько потребно твердости и крепости, чтобы содержать в порядке, равновесии и благоустроенной деятельности огромное общественное тело, простирающееся на разные, обширные страны, слагающиеся из разнообразных народов, разнствующих языком, верою, обычаями, образом жизни? Сколько надобно терпения и благодушия, чтобы не отягощаться непрерывностью разнообразных, многосложных – благоприятных и неблагоприятных дел? Для понесения это великого, тяжкого бремени государственного правления требуются в Царе более, нежели человеческие силы? Из какого же источника Он почерпнет себе дух и силу и премудрости, и совета и крепости? Только из источника благости, премудрости и разума Божия.

Посему будем молиться усердно, непрерывно, молиться и в общем порядке Церкви, и в частной молитве нашей о Боговенчанном Царе нашем. Господи! силою Твоею возвесели Царя, спасением Твоим возрадуй Его; исполни и исполняй все благие желания сердца Его; предваряй и cpетай все входы и исходы Его благословениями благости Твоей, весели Его выну радостию лица Твоего! Аминь.

1856 г. 13 Сентября в Тобольском Кафедральном Соборе

Слово в день восшествия на престол Государя Императора Александра Николаевича

И бысть егда седе Царь в дому своем, и Господь унаследи его окрест от всех врагов его окрестных. (2Цар. 7:1).

Священный дееписатель деяний св. Царя Давида повествует, что когда Давид, после кровопролитных войн с соседними народами, помощию Вышнего, одних из них победил, других усмирил, вообще же привел всех не в состояние вредить царству Израильскому и Господь унаследил, успокоил его от всех окрестных врагов его; тогда Царь седе в дому своем, – Царь спокойно, внимательно обратил все свое попечение на состояние своего дома, своего царства и Церкви.

Подобное мы видим и в деяниях возлюбленного Богом Давида нашего, благочестивейшего Государя, Александра Николаевича. Господь в мимошедшее лето унаследил, успокоил Его от окрестных врагов, претворив их в дружественные народы. Прекращением войны, равно гибельной и для тех, которые по властолюбию вотще проливали свою и чуждую кровь, Он облекся славою мудрости и кротости по своему миролюбию. Водворив благодатный мир в недрах державы Своей, благочестивейший Царь сел в дому царства Своего, среди Церкви велицей Богом венчанный и превознесенный, возсел на прародительский Престол; при единодушном молении всех верных подданных, возложил на себя венец славы, восприял скипетр силы и державу власти, дабы всю благость сердца обратить на созидание блага возлюбленного отечества, со всею силою привести в благоустроенное действование силы обширного Своего царства, и со всем могуществом мудрости, и благотворения направлять все состояния и звания к благополезному действованию.

Каких же благ будем просить у Господа Богом венчанному Царю нашему в настоящей день восшествия Его на Престол? Будем просить у Господа Царю тех благ, какие Он сам испрашивал у Господа, когда возлюбленное свое наследие, Российскую державу, извещал о Своих высоких намерениях, с какими Он заключил мир. Он для того заключил мир, как возвестил в изъявлении Своей Высочайшей воли25, дабы, при внутреннем благоустройстве государства, каждый под сению законов, под сению правды и милости, озаряемый светом просвящения, а паче всего светом веры наслаждался в мире плодом трудов своих. Итак, после благоденствия и долгоденствия будем просить особенно Царю тех благ, для которых мы, по завещанию Апостола, молимся о благосостоянии Царя и начальствующих, чтобы провождать нам тихую и безмятежную жизнь во всяком благочестии и чистоте, будем просить Царю незыблемого мира и в мире благочестия и благочестного жительства всей державе Его, да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте.

Какого будем просить у Господа мира Царю и царству? Будем, во-первых, просить внешнего мира, дабы Господь утвердил мир между христианскими царями и царствами к славе имени Своего, и для взаимного содействия христиан к преспеянию во благочестии и во всяком добре. А при существовании ныне, по благости Божией, внешнего с соседними державами мира, будем просить у Господа внутреннего мира любезному отечеству нашему. поелику же в недрах возлюбленного отечества нашего, благодарение Господу, водворяется сладостный мир и безмятежная тишина: то будем просить, чтобы Господь ниспослал свыше миролюбивому Царю нашему и мирному царству Его благоплодный и благополезный мир, мир как источник всякой благой и общеполезной деятельности.

Часть 1

Что есть в истинном смысле общественный мир? Это не есть бездейственная тишина, как, при совершенном безветрии, тишина воздуха. Нет, мир общественный есть в высшей степени деятельность во всех членах общественного тела; во всех частях и составах государственного управления. Общественный мир есть такое состояние согласия и единства в мыслях, расположениях и действиях общества, по которому все бесчисленные члены, все многоразличные состояния и звания, приемля сообразное направление от главы, Царя, и главных, правительственных членов, приемля направление мудрое, к потребностям и возвышению каждого состояния приспособленное и одинаково к достижению общего и частного блага устремленное, все действуют в круге своих дел и занятий, своих должностей и обязанностей – спокойно, правильно, непрерывно. При таковом, все бесчисленные силы и многообразные способности объемлющем направлении, государство, не смотря на обширность его, на многосложность частей и разнообразие общественной деятельности представляет из себя одно великое, в правильном порядке, непрерывно к общему и частному благу своих членов, действующее тело. Здесь суды тщатся соделать господствующим закон, чтобы один закон правды и милости полагал награду и наказание, осуждение и прощение; здесь науки и художества, как благотворный свет, от первых начатков слова до высших начал любомудрия и ведения законов природы, разливаются по всем состояниям, для умственного и деятельного образования; здесь сила воинская бдит над общественною безопасностью, обуздывает внутреннего хищника, отражает внешнего врага.

Так в мирном обществе все состояния и звания, все чины и сословия действуют в своем кругу, в благоустроенном порядке, в непрестанном направлении к большим успехам и совершенству.

Для этого общественного благоустройства, кроткий, благопопечительный Царь и поспешил заключить мир, дабы среди мира внимательно, с должным разсмотрением, как великий домовладыка, мог заняться благоустроением великого государственного своего дома; как великий Вертоградарь, мог обозреть великое поле повсеместной образованности, все ли умственные и нравственные вертограды и насаждения растут и спеют в должном порядке; как великий движитель безчисленных сил, мог повсюду приводить их в правильную деятельность для общественного блага. Среди мира и самому Царю, несмотря на обременительное множество государственных дел, достанет времени зрело обдумать, дальновидно обсудить многое-великое, относящееся к общей пользе; среди мира и тишины достанет времени самому Царю многое непосредственно видеть, обозреть, дознать, и сообразно тому многое исправить, устроить, привести в лучшее состояние и совершенство.

Нужно ли много говорить, что мир и мирное состояние государства есть необходимая стихия общественного благоустроения, порядка, благоденствия, стихия для процветания наук, художеств, земледелия, торговли, существенная потребность благополезного изобретения и деятельности, довольства и изобилия? Священное бытописание показывая, колико было благотворно для общественного благосостояния продолжительное – мирное царствование Соломона, так изображает тогдашнее состояние царства Израильского: И живяху Иуда и Израиль безпечально: кийждо под виноградом своим и под смоковницею своею, ядуще и пиюще во вся дни Соломона. (З Цар. 4: 25). В таких чертах изображаемая без печальная жизнь Иуды и Израиля не была жизнь безпечная, но жизнь спокойная, деятельная, довольная, изобильная, по причине глубокого мира, в продолжении 40 л. царствовавшего с Соломоном в царстве Израилевом. Действительно во время мира каждый, и бедный и богатый, и раб и свободный и поденный наемник и производитель обширных оборотов имеет свободу и удобство заняться устройством своего состояния, спокойным выполнением своих предприятий и посильным удовлетворением своим обязанностям. А Царь и Правительство имеют все способы наблюдать за порядком и течением дел, и частных и общественных, давать разным частям управления лучший образ действования, давать законам силу, судам правду, наукам, художествам, ремеслам успехи и совершенство. Усовершенствование всех общественных состояний, составляя высшее благоустройство государства, составляет и высшее благо, откуда сама собою проистекает не только тихая, спокойная общественная жизнь, но и жизнь изобильная, всеми преимуществами и выгодами избыточествующая. Как быстро, весело, благонадежно плывет при попутном ветре на всех парусах корабль: так благоуспешно к своему совершенству идет и восходит государство при веянии благодатного мира и благотишия.

Часть 2

Но внешний, гражданский мир, вышнее благоденствие государства, процветание наук, художеств, порядка в судах, на торжищах составляют наружную сторону общественного благоустройства. Для истинного благоустройства требуется внутреннее единство в высшем направлении расположений и действий членов, чтобы общество, как истинно благоустроенное тело, было одушевлено одинаковых духом. Таковый дух составляет благочестие и жизнь благочестивая, непорочная. Общественная тишина способствует и этому величайшему благу, чтобы мы проводили жизнь во всяком благочестии и чистоте.

Основание христианского благочестия составляет вера. Как, по слову Апостола, едина вера, едино крещение, так един Бог и Отец всех, иже над всеми, и чрез всех и во всех нас (Ефес. 4:4–6), един Бог Триипостасный едиными устами и сердцем должен быть от всех чтим, покланяем и прославляем и словом единого исповедания и делом праведной и непорочной жизни. По сему святая, православная вера, как небесный свет, должна озарять умы, одушевлять сердца, и во всех и каждом составлять живой и действенный дух благочестия, дух благоговения и страха в отношении к Богу, дух правоты и благотворения – в взаимном отношении граждан, дух чистоты и воздержания в жизни и поведении каждого, как гражданина и служителя царства Христова. А чтобы едина вера и благочестие одушевляли великое общественное тело: то должна быть и едина господствующая Церковь. Как истинная блюстительница веры и благочестия, Церковь должна насаждать веру в умах, возращать и оплодотворять в сердцах, раскрывать и проявлять благочестие в деятельной жизни, чтобы в недрах святой Церкви, все, по Апостолу, едиными устами славя Бога (Рим. 15:6), неизменно содержали существенные истины благочестия, единомысленно исполняли уставы и законоположения Церкви, чтобы не было во всем теле православной Церкви ересей и расколов, разноверия и суеверия, чтобы самое великое политическое тело приходило в един состав с телом Церкви, и граждане православного государства были бы вместе и живые члены православной Церкви.

При наших же благоприятных обстоятельствах со всем удобством можно действовать и вообще правительству, а в особенности правительству духовному, чтобы господствующая вера и Церковь всюду распространялась, чтобы мрак неверия и иноверия, существующий в великом политическом теле, постепенно озарялся светом истинной веры, чтобы ереси и расколы как терние и волчцы, колико деятельными, толико же действенными мерами исторгаемы были из среды благих насаждений Церкви, чтобы самые верные, составляющее многообразное тело Церкви, во всех званиях и состояниях приводимы были в един дух благочестия, и являли и общие и особенные добродетели, и христианское государство украшалось как гражданским, так и христианским благоустройством? При каких более благоприятных обстоятельствах может быть все это благодатное созидание умов и сердец словом Божиим, как не среди общественного мира и благотишия? Среди общественного мира господствующая вера высоким, проповеданием не только посреди Церкви, но и всюду, и везде, даже и в обществах неверных и разноверных может быть с силою возвещаема; и св. Церковь чрез Пастырей и Учителей благовременно и безвременно может настоять своим благовествованием, научать заблуждающих, обличать противящихся, исправлять согрешающих, укреплять слабых, и все это делать с возможным вниманием, терпением, убеждением. Силою Духа Христова вера насаждается, растет, распространяется и среди бурь гонений. Но очищается от разномыслия, благоустрояется в чине Богослужения, счиневается во всех членах в один правильный, единомысленный и единокровный состав Церкви, не иначе, как при благотишном состоянии общественного.

Потому-то Ап. Павел и заповедует особенно молиться о благоденствии Царя и начальств, дабы, при благотишии общественному со всем удобством и св. Церковь чрез духовное правительство по отношению ко всем членам своим возвышалась в вере, созидалась в благочестии, благоустроялась в христианской жизни и поведении, да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте.

Что же мы привнесем, мирная братия, смолитвенники и сослужебники единого Духа, к общественному миру царства и Церкви? Без сомнения привнесем с своей стороны, если долг наш, долг непрерывного служения Богу в Церкви, долг и общественной и частной, и Церковной и домашней молитвы будем выполнять усердно, от сердца; привнесем и мы в своей мере к общественному миру царства, если будем, как и повелено нам, особенно молиться о Царе и начальствующих, чтобы Господь послал Царю и поставленному от Него начальству силу и мудрость в управлении, попечительность о подчиненных, неослабность в непрерывном возвышении всего доброго, в исправлении всего вредоносного, внимательность к нуждам, снисхождение к недостаткам людским, дабы юность и невинность оберегались, простота и правдивость получали одобрение, труд и тщание награждались, порок и злонамеренность обуздывались, права безопасности и собственности каждого обеспечивались. Такою молитвою должны мы, мирная братия, содействовать общественному миру.

Таковою же молитвою будем несомненно содействовать и миру Церкви и мирному процветанию благочестия в православном царстве, если будем молить Господа Спасителя Церкви Своей о распространении и укреплении христианского благочестия в слабых и колеблющихся, о искоренении разномыслия и разноверия ересей и расколов, дабы поле Церкви Христовой очищалось от вредного разногласия, как от тернов и волчцев. Особенно же с силою будем содействовать, возлюбленная братия, утверждению веры и расширению благочестия, если укрепим усердную молитву нашу духовными подвигами преподобия и правоты, воздержанием и бодрственностию, взаимною кротостию и благодатным послушанием. В таком духе будем молить Господа, чтобы, по благодати Его, граждане православного царства, были вкупе живыми членами православной Церкви, и мир Божий, превосходяй всяк ум, приосенитъ православную и Церковь и царство. Аминь.

1857 г. в С. Б. М.

Слово 1 по поводу 1-го общего моления о наводнении города Тобольска

Спаси мя, Боже, яко внидоша воды до души моея, углебох в тимении глубины, и буря потопи мя. (Пс. 63:2–3 ст.).

Кто из нас ныне не взывает и не должен взывать с Царем Пророком таким и подобным молитвенным гласом ко Господу: «спаси меня, Боже, воды доходят до души моей, утопаю во глубине вод, волны покрывают меня?» У живущих с краю города, на нисших местах воды действительно дошли до души, потопили дома их, изгнали их из жилищ, и покрыли глубиною своею достояние их; у других также обнимаются дома водою, делаются недоступными от увеличивающейся глубины, и тогда как далее жившие внутрь города принимали от вод соседей своих, вскоре и сами должны были оставлять дома свои, поспешно выносить и спасать от воды, как от находящего неприятеля, достояние свое, и еще далее внутри города искать убежища себе, возвышающаяся вода, постепенно далее вступая в город, и день от дня поднимаясь выше, подобно ополчению неприятельскому, занимает и частные и общие пути и путесообщения. И вот скорбное зрелище! там, – на краю города множество домов, едва непокрытых водою, представляются как бы плавающими суднами. А здесь, постепенно возвышающаяся вода превращает улицы в реки и потоки, от чего все дома представляются как бы прибрежными, как бы стоящими при потоках вод. Сколько при сем потерь, утрат, гибели достояния! За тем сколько страхов, боязни, опасений! При постепенном разливе и возвышении вод на ряду с домами не безопасны от наводнения и храмы Божии. А безопасны ли дома и жилища еще водою необъятые, но уже от приближения вод недалекие. Знаем ли мы, слабые и немощные, что может произойти с нами и в одну бурную ночь? Но Господь в этом очистительном для нас простертии руки своей поступает с нами тихо и милостиво. И чувствуем ли великую милость Божию в этом скорбном для многих посещении? Почти половина подгорной части города затоплена водою; скорбное положение! Но что если бы это наводнение города было внезапное? Или если бы было и такое же постепенное, но было при сильных ветрах, при жестоком холоде, при тяжком ненастье? Сколько бы тогда могло быть гибели не домов и зданий, не вещей и имения, а здоровья и жизни? Но Господь, посещая нас, слегка касается искушением, и в то же время дает облегчение, дабы мы могли чувствовать благость Его, и понести искушение без разрушительного потребления.

Но и это тихое, хотя тем не менее для нас немощных опустошительное искушение кто отвратит? Кто остановит это разливающееся и могущее в большей силе и стремлении разлиться течение вод? Кто, кроме Господа, Вседержителя. Он отверзает хлябии небесные и земные, и заключает; Он покрывает водами превыспренняя своя и полагает морю предел, – песок; Он запрещает яростно волнующемуся морю, и утихает; повелевает неудержимо текущим водам, быстро стремящимся потокам, и они спокойно возвращаются в сокровищи свои.

Милосердый Господь этим постепенным наводнением явственно воззывает нас обратиться к Нему с молитвой и молением, явственно, как бы гласом, распространяющимся наводнением, и каждому – постигаемому оным, и всем вещает: призови мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши мя. (Псал. 49: 15).

Призовем Господа все единомысленно, в преклонении сердец и колен, дабы рек всесодействующим манием смотрения своего, да потекут воды во исходища свои, да явится суша, и земля примет вид свой; а водное посещение примем, как краткое вразумление об очищении грехов и прегрешений наших и потщимся ходить в чистоте и непорочности делом и словом, пред Богом и людьми, и каждый стяжевать свой сосуд в святыне и чести. (1 Сол, 4: 4). Аминь.

1854 года Мая 12 дня.

Слово 2 в день Вознесения Господня

Господи, Апостол, яко видеша Тя на облацех возносима, скорби исполняеми рыдающе глаголаху: Владыко, не ocmaвu нас сирых: но посли Пресвятаго Твоего Духа, просвещающа души наши. (В В. веч. Возн. 4-й ст. на Госп. Воз.)

Ныне в день Вознесения зря возносящегося Господа, зря не телесными, но умными очами, с каким чувством, какими очами должны и мы провождать возносящегося на небо Господа? Должны мысленно провождать с сим сокрушенным молением: Владыко, Господи не остави нас сирых, потопляемых множеством вод; но посли вседетельного Духа Твоего, Утешителя, дабы, благосердо призрев на скорбь нашу и на бедствующий от наводнения град, явился Благий в благотворном дыхании, возгнал благопромыслительным веянием своим воды во исходища своя и обновил лице и наводненной земли, и лице смятенного наводнением града.

В каком состоянии находится ныне град наш? Ныне потоп населяет град наш; стогны града претворились в обширные реки и быстрые потоки; потопленные дома представляются на глубине, как сильною бурею разбитые судна и разбросанные ладьи; а несчастные жители потопленных и потопляемых домов, одни, при увеличивающемся со дня на день наводнении, переходя от убежища в убежище, и из подгорной части в нагорную, ища спасения, как от преследования неприятеля; – одни с горестию оставили жилища свои вместе и с достоянием в жертву вод; другие, в чаянии прекращения наводнения, держатся в верхних жилищах и кровах домов своих, но каково состояние их? Не страх ли и трепет от непрестанно пребывающих вод, особенно, когда, вместо ожидаемого уменьшения вод, свирепствовавшая в предшествовавшие два дня буря, при непрерывном дожде, отторгала от мест своих дома и, к ужасу, уносила в речную стремнину.

При таком состоянии наводненного и непрестанно наводняемого града, что возглаголем пред Господем? Возопием и мы молитвенно ко Господу, как некогда во днех плоти Его, возопили к Нему ученики Его, угрожаемые от бури ветреной потоплением на судне, где впрочем сам Он находился с ними, бе на корме, на возглавнице спя; возопием: не радиши ли Господи, не зриши ли нужду нашу, яко погибаем? (Мк. 4:38) Спаси ны, востав, запрети стремлению водному. И как нам не взывать с крепким воплем и большим страхом, нежели в каком были ученики Христовы? У учеников Христовых от бури волны вливались в судно; у нас воды, потопив многие дома, затопляют город, и город ли только наш? Это великое разлитие вод бедственным образом затопило множество окрестных весей и селений. Итак, нам надлежит взывать крепкою молитвою к Господу и за себя и за многих других, и взывать со страхом. Ученикам Христовым нечего было бояться. В судне с ними находился сам Господь, токмо бе спя па корме. Они подошли, разбудили Его, Он встал, запретил волнению водному, и волны утихли. Что же ныне? Уже ли небрежет о нас Господь? уже ли удалился от нас Своею милостию? И ныне не далек от нас Господь. Он близок ко всем призывающим Его во истине; и ныне волю боящихся Его творит, молитву их слышит, и спасает их (Пс. 144:18–19). И грешных нас не отвергнет Господь, если будем во истине призывать Его, призывать в сокрушении о неправдах наших, и, смирившись пред величием святости Его, отвергнем каждый от сердца обладающая нами страсти, отринем омрачающая жизнь нашу слабости. Оттого Господь не слышит нас, что мы взываем к Нему слабо, – одними устами, недостойно, без сокрушения и смирения и смирения сердца, неистинно, без отвержения растленной воли и страстей своих. Господь хочет, требует, чтобы мы в истинном обращении призывали Его: призови мя в день скорби твоея, и изму тя и прославиши мя: призывали не устами токмо, а паче сердцем; призывали в исправление растленных склонностей и преступных дел; и научились призывать не среди обстоящей только нужды, но и в благотишии, призывать в правом и непорочном хождении пред Ним.

Воззовем ныне и все единодушно молитвою ко Господу о избавлении, а те из нас, которых на высоте горы не коснулось водное искушение, воззовем ко Господу посильным благотворением пострадавшей и страждущей от потопления братии нашей; примем их под кров свой, подадим средства к облегчению злострадания их, пособим необходимому требованию их; тогда Господь услышит нас и явит нам силу благости Своей.

Господи, Спасителю наш, вознесшийся во славе ко Отцу Твоему! обрати к нам лице милости небесного Отца! Не остави нас сирых, да приидет Дух Твой благий, нося нам избавление от вод многих и спасение от наводнения глубины; покажи нам бедствующим дела благости Твоей, Человеколюбче! Аминь.

1854 г. Мая 20 д. в храме Вознесения Град. Воскрес. Церкви.

Слово 3 по поводу 2-го общего моления о избавлении от наводнения

Призови мя в день скорби твоея и изму тя и прославиши мя. (Пс. 49:15).

Так Сам Бог наставляет нас обращаться к Нему о испрошении помощи в скорби, особенно в скорби тяжкой, великой, обременяющей участь нашу, хотя и во всякой прилучающейся нам скорби истинная помощь наша от Господа, сотворшего небо и землю. В Едином Господе истинное наше утешение, в Нем избавление. Но в частных скорбях наших внешнее утешение и видимое облегчение получаем и от людей. Врач помогает нам в болезни, рука благотворителя облегчает нашу нужду, совет друга ободряет нас в затруднении и тесноте. И здесь помогает нам Бог. Но врачующая и вспомоществующая сила Божия действует в видимых орудиях и внешних средствах, и мы после Бога обращаемся и к людям, как орудиям благости Господа, и служителям премудрых советов Его.

Но есть скорби и обстояния великая, постигающая всех или многих из нас, от которых может избавить нас токмо рука Божия; в которых и призывание Господа о помощи должно быть общее, единодушное, особенное, дабы и избавление было очевидным действием Божиим. Является между людьми губительная зараза, распространяется голод по земли, палящий продолжительный зной засушает поля, льющий из облаков неудержимый дождь, или речное разлитие, как ныне, потопляет землю и жилища наши; что нам делать в этих обстояниях, где искать помощи? К какому обратиться помощнику? К одному токмо всесильному и всеблагому Помощнику, – Богу, Вседержителю, в руке всеобъемлющего Промысла Которого небо и земля, море и суша, бури и ветры, и все стихии. Он отверзает руку благости и всюду является благо; отвращает лице милости своей и все приходит в смятение. (Пс. 103:29).

И ныне кто навел, и кто может удалить это, по грехам нашим, продолжающееся наводнение, и не город только наш постигшее, но многие города, селения и места нашей губерний затопившее и явно належащий гнев Божий нам показующее? Что нам вещают доселе покрытые наводнением в шести округах губернии нашей селения и поля? Посев минувшего лета – озимый – от наводнения уже погиб; посев нынешнего лета – яровый – невозможен; затопленные луга недоставляя полуизмершему скоту пищи, не обещают травы и для сенокошения. Каких последствий должны ожидать земледельцы и жители? Не явно ли это прещение Божие, угрожающее нам чрез наводнение скудостию хлеба и плодов земных? Кто же может прекратить это столь обширно разлившееся, столь долго продолжающееся, и столь неблагоприятными последствиями угрожающее наводнение? Кто, как не Един Тот, Кто глаголет бурям и громам, и умолкают, повелевает ярящимся волнам, и утихают, запрещает неудержимому стремлению вод, и останавливаются в течении, или тихо текут во исходища своя.

Господь, коснувшись нас скорбию, готов избавить нас от постигшего обстояния, только бы мы от греховных путей своих обратились к Нему, в святом страхе взыскали Его едиными устами и сердцем, с слезами сокрушения и умиления призвали Его и каждый наедине и все в совокупной молитве. И в настоящей скорби и туге наш преимущественный долг, как жителей града, – матери прилежащих градов, а паче нас, как собора первостоятелей, воззвать ко Господу всею крепостию о избавлении не от частного только для нашего града, но от общего для многих наших градов и селений водного обстояния, угрожающего нам многими неблагоприятными последствиями, дабы Господь – умилосердившись – послал вседетельный Дух свой, и все привел в благоустроенный чин.

Воззовем единодушно ко Господу гласом кротости и смирения, исправления и очищения; гласом благотворения бедствующим и требующим нашей помощи, и Господь услышит нас. Он Сам в Божественном слове Своем обещал усердному прошению избавление, чтобы мы, получив просимое, прославили благость Его, и потому особенно побуждает призывать Его в тяжких обстояниях, чтобы, когда усердно призовем Его, и Он избавит нас от обдержащей скорби, ощутительно познали вразумляющую нас десницу Божию, и наше избавление приписывали не действию естественных причин, и благоприятных случаев; но видели в этом наказующую и милующую нас руку Божию.

И так, призовем ныне Господа крепким, единодущным молением на стогнах града, еще объемлемого наводнением, конечно потому, что мы не очистились еще сокрушением и печалию по Боге от нечистот наших; призовем Господа гласом благоприятных молитв и ходатайства всех Святых Божиих, Церкви первородных, на небесех написанных, память которых Церковь ныне совокупно празднует, и святые подвиги их и добродетели, как благовонную жертву, за весь мир Дивному во святых приносит; призовем Господа в воздержании и посте, который и внешно преднапишет нам заутра по установлению своему святая Церковь; призовем в нарочитой – общественной молитве, каковую благодатью Божией положили вторично совершить посреде града, пред лицем неба и земли, да услышит нас Господь в день печали, да избавит от продолжающегося наводнения, да явит лице благости Своей с небесе святого Своего, послет нам избавление и спасение, и мы прославим безпредельную благость и неизреченное милосердие Его. Аминь.

1354 г. 6 Июня; в Кафедральном Соборе.

Слово 4 по поводу 3-го общего моления о избавлении от наводнения

Просите, и дастся вам. (Мф. 7:7).

Собрались мы ныне, возлюбленные, принести наши молитвы Господу, как в храме Его, так и вне храма, на стогнах града, в установленном крестном хождении, обычно совершаемом в сию неделю (2-ю по Пятидесятдице) по нагорной части города.

Когда мы исходим с св. Иконами вне храма для совершения молитв наших; тогда великий храм природы соделываем храмом молитвы нашей, и поставляем себя в присутствие Бога-Вседержителя, все сотворшего, всем управляющего, и во всем действующего.

Посему в крестном хождении, при собранности духа, горе должны быть простерты и мысли и взоры наши, и от Господа должны мы просить промыслительного сохранения града нашего, домов, достояния и дел рук наших, должны просить о избавлении нас от непредвидимых бед, которые мы навлекаем на себя нашими грехами, и которые могут, при нашей беспечности, внезапно постигнуть нас, отяготить участь нашу, и сделать скорбными дни жизни нашей.

И если когда, то ныне особенно нужно для нас общее моление ко Господу на стогнах града, который до сих пор в подгорной части его объемлется наводнением, и находится в скорби и нужде по отношению к тем, которых дома остаются наводненными, и достояние потопленным. Что означает это медленное уменьшение наводнения, которое более уже месячного времени тяготеет на граде нашем, как не то, что Господь требует от нас обращения к Нему, чтобы мы, видя близ себя скорбное обстояние, потщились и расположениями и действиями приблизиться к Господу, как находящиеся под тяготением праведного прещения Его?

Итак в предстоящем крестном хождении – в собранности, и благоговейном внимании себе – совокупим общее моление наше ко Господу, в деснице Которого небо и земля, воздух и вода, благорастворение и плодоносие, здравие наше и жизнь, все благоприятные и неблагоприятные случаи. О Нем бо живем и движемся и есмы. (Деян. 17: 28). Господь продолжает нашу жизнь, дает нам здравие, силы и крепость, и – мы живем, мы наслаждаемся жизнью, и житейскими благами и утешениями. Господь благословляет наши начинания, благоустрояет дела, предприятия, и – мы движемся, мы благоуспешно совершаем действия наши и на воде и на суше, производим куплю, продажу, строим, созидаем, приобретаем стяжания. Господь посылает нам общественный и частный мир, тишину, благорастворение воздуха и обилие плодов земных, и мы есмы, мы существуем в полном смысле, мы и славны и богаты, мы и в довольстве и обилии. Но отвращает Господь от нас за наши грехи и неправды лице Свое, удерживает руку от даяния нам нужных благ, посылает болезни, скудость, различные несчастия, и – все вокруг нас приходит в смятение и расстройство: болезни и немощи истощают силы, убивают жизнь нашу, скудость и лишение сокращают наши промысла, нашу деятельность, и нас постигает бедность и недостатки; течение наших дел делается неблагоприятно, счастливые обороты наши упадают, честь и доверие теряется, домашнее спокойствие и общественные отношения наши расстраиваются и тогда мы бедствуем в существовании нашем. И все это совершает всеуправляющий перст, и невидимое мание Божие, благоволительно над нами простирающееся, когда мы тщимся благоугождать Господу, тяготящее участь нашу различными неблагоприятными приключениями, когда предаемся греховной воле нашей, удаляем от мыслей наших страх Божий, от сердец благое расположение к ближним нашим.

Посему и частные, а особенно общественные неблагоприятные обстоятельства должны быть предваряемы, или, когда постигли нас, отвращаемы общественною молитвою к Господу, Который преклоняется на общее единодушное моление наше, как благосердый Отец на вопияние чад, и по нашему искреннему молению подает нам нужное и полезное.

Итак, изыдем с святыми Иконами на стогны града, и совершим молитвенное хождение в внимании себе, не озираясь на страны и не озирая людей и лица, а возводя и устремляя мысли, и очеса наши к всевидящему Богу, дабы Он воззрел на нас оком милосердия, приосенил нас с высоты Святой Своей, отвратил от нас праведный гнев Свой, сохранил град наш, и достояние наше, послал нам благоотишное жительство, и оградил нас св. Ангелами Своими во всех входах и исходах, по великой Своей милости. Аминь.

1854 года, Июня 13 в Кафедральном Соборе.

Слово 5 по поводу общего моления о избавлении от наводнения. (1836 г.)

Спаси мя, Боже, яко внидоша воды до души моея. (Пс. 68:2).

Давно ли мы этим молитвенным гласом взывали ко Господу, взывали в умилении и сокрушении, что воды потопляют дома наши, изгоняют нас из жилищ наших, покрывают глубиною своею достояние наше, и постепенно устремляясь внутрь града, вынуждают переселяться из места в место, и спасаться от находящего преследования их? Только двулетие тому, как мы видели водное нашествие на град наш, коего две части в продолжении двухмесячного времени затоплены были водою. Сколько понесено потерь, лишений, скорбей, болезней, даже смертных случаев от внезапного ниспадения в глубину вод! Сколько причинено вреда, расстройства, опустошения граду нашему и без того не богатому, не великолепному! А сколько этим наводнением нанесено вреда, потерь, лишений, если принять в совокупности все то, что причинено оным и другим местам и селениям нашей губернии? Не тою ли же и ныне угрожает опасностью непрестанно возвышающееся разлитие вод? Уже предместие города все затоплено водою, равно и смежный с оным, более низкие места города и улицы с домами наводнены, и жители или оставляют свои дома, или гнездятся в верхних частях оных, наподобие птиц.

Куда нам обратиться в этом обстоянии? Где искать помощи и избавления от вод многих и от стремления потопляющей глубины? Куда, как не возвести очи наши на небо, вознести дух наш в смиренной молитве к Богу милосердия и благости? Его небеса и земля и вся, я же в них; Он отверзает источники небесные и земные, и заключает; Он запрещает волнующемуся морю и – утихает; повелевает текущим с неудержимою силою водам, несущимся с быстрым стремлением потокам, и – они спокойно идут в исходища свои.

Не будем искать убежища своей греховности пред Богом в том, что это наводнение совершается по обыкновенным законам природы, совершается по естественному течению вод, непрестанно увеличивающихся от прилива разных рек, которые в необыкновенной мере имеют ныне разлив по причине бывших непомерно глубоких снегов. Так, Творец мира дал и дает свойственное течение естественным законам. Но тем не менее, как премудрый Правитель разумных и неразумных тварей, одним и тем же действием выполняет и естественную, миробытную, и нравственную, духовную цель! изводит естественным путем в обилии воды из сокровищ Своих для напоения лица земли, и оплодотворения недр ее новою производительною силою; но в тоже время преизбыточным возвышением вод, касаясь наших жилищ, достояния, и с тем вместе подвергая нас разным потерям, вразумляет нас в неверности в отношении к Нему, в неправде в отношении к ближним, в порочности внутренней нашей жизни.

Так и ныне постигшее нас, по смотрению Божию, наводнение, напоминая нам бывшее за два года несравненно большее наводнение города, не воззывает ли всех и каждого обратиться благовременно к Господу сил и Владыке всея твари с теплою молитвою и молением, дабы отъял от нас наказательное прикосновение Свое, избавил град наш от наводнения, вседействующим манием Своим повелел водам войти в пределы свои и тещи во исходища свои?

Обратимся единомысленно, в умилении к Господу о помиловании нас и о ниспослании нам милости свыше. Для сего изыдем с св. Иконами и вкупе с чистым расположением на стогны града и совершим посреде града моление и молитвенное хождение в возведении очес и мыслей наших к Господу, дабы Он воззрел на нас оком благости, отвратил от нас праведный гнев Свой, отъял наводнение, а в водном посещении дал бы нам видеть кроткое вразумление, дабы вам ходить в чистоте и непорочности, внутренно и внешне Пред Богом и людьми. Аминь.

1856 г. Мая 15 дня в теплом Кафедральном Соборе.

Слово на годичное воспоминание освящения храма26

Обновления почишати ветхий закон и добре имеющиеся.

Так начинает Церковь песни свои на освящение храмов. (Стихира 1 обновления на Г-ди воззв).

Обновление освящения храмов почитать, праздновать и празднованием ежегодно воспоминать, это древнее установление, которое имеет свое начало в ветхозаветной Церкви. Нет сомнения, что в ветхозаветной Церкви совершаемо было празднственное воспоминание освящения и Скинии Моисеевой и потом Иерусалимского храма Соломонова.

Устроение и освящение Скинии свидения было в подзаконной Церкви всеясное событие: с устроением Скинии, получили определенное служение священные лица, определенное совершение богослужебные действия, определенное празднствование священныя времена, и составляло такое торжество для всего Израиля, что в продолжении двенадцати дней от каждого начальника колена, одним за другим, чествовалось многоценным приношением злата, сребра и жертвенных животных. (Числ. 7:11–83). Равно построение Соломоном храма, в котором Богослужение Бога Израилева явилось в новом великолепии и торжественности, сопровождалось таким блистательным торжеством, что при безчисленном множестве жертвоприношений и при несметном собрании народа из всех пределов Израильских, Соломон семь дней великолепно праздновал освящение храма и в продолжении семи дней весь стекшийся на освящение народ обильно учреждал ястием и питием, и уже в осьмый день при общей радости распустил всех по домам. (3Цар. 8:5, 65–66).

Возможно, ли же, чтобы с таким торжеством совершавшееся освящение и Скинии Моисеевой и храма Соломонова, (освящение которого соединялось еще с праздником кущей, (2Пар. 7:8)) могло быть без годичного торжественного воспоминания, по крайней мере в лучшие времена благочестия Судей и Царей Израильских? При этой достоверности мы имеем и ясное свидетельство о том, что в ветхозаветной Церкви совершалось празднственное воспоминание обновления Иерусалимского храма. Так в Евангелии Иоанна говорится: Быша тогда обновления во Иерусалимех (10:22), т. е. празднственное воспоминание обновления Иepyсалимского храма, а это празднование было учреждено (за 175 лет до P. X.) Иудою Маккавеем во всегдашнее воспоминание и благодарственное Господу Богу служение о очищении Иерусалимского храма от языческого осквернения, и без сомнения учреждено, по примеру, существовавшему в древнейшие времена.

От ветхозаветной Церкви и новозаветная Церковь приняла священный обычай воспоминать литне, – ежегодно день освящения храмов; что и исполняется по крайней мере в Отношении к храмам великим и по важности места и по достоинству сооружения и по другим замечательным обстоятельствами и мы, возлюбленные, ныне воспоминаем обновление этого храма, минувшего года почти в этот сам день благодатию Господа обновленного и по обновлении освященного. – Мы воспоминаем день нашего рождения, воспоминаем примечательную для нас перемену места жительства, перемену нашего служения и звания, но знаменательности этих обстоятельств в нашей жизни, и если это воспоминание соединено бывает с принесением особенного благодарения Господу Богу, благопромышлителю и благоустроителю нашей жизни: то таковое воспоминание угодно Богу и нам полезно.

Как же не воспоминать освящение храма, по которому храм приемлет священное достоинство Церкви Божией, достоинство святилища Таин, приемлет священное величие Дома Божия, дома молитвы, где мы изливаем наши нужды и прошения Богу, приемлет достоинство святилища служения Богу, где мы, отрешаясь от мирской молвы и житейских попечений наших, приносим Богу лучшие наши мысли, расположения и желания духа нашего, из суетного греховного вращения нашего приближаемся к общению с Богом, и располагаемся к жизни для Бога и для спасения, души нашей. Но, кроме воспоминания обычным порядком Богослужения, как нам чествовать, как достойно воспоминать священное обновление храма? Храм освящается для освящения нас самих, для освящения нашего существа, души и тела нашего. Посему и воспоминание о обновлении храма должно быть обращено на обновление нашего существа, на обновление нашей жизни и дел.

Как же нам преднаписует обновляться св. Церковь? Преднаписует словом Апостольским: совлещися ветхаго человека, тлеющаго в похотех прелестных, (Εф. 4:22), тлеющего во всех главных дущепагубных похотях, похоти плоти, – похоти плотоугодия и сладострастия, похоти очес, – похоти корыстолюбия и злоприобретения, и гордости житейския, похоти высокомерия и превозношения или мнимыми внешними, телесными, или душевными преимуществами. Эта троякая похоть составляет дух мира и главные общие тлетворные начала его, откуда происходит в частности все греховные расположения и порочные склонности, как ветви из своего корня.

В том же Апостольском духе святая Церковь, обращая на нас самих действие духовного обновления от страстей и похотей, вот какой путь в знаменательной песни последования обновления преднаписует нам для внутреннего нашего обновления: к себе восходи, человече, вещает она песненно, буди нов вместо ветхого и души празднуй обновления, дóндеже время жития.

К себе восходи27. Ты входишь в обновленный храм, видишь благолепие святых Икон, зришь горящий пред ними свещи, обоняешь филиам кадильный, возносимый в пренебесный жертвенник в воню благоухания Господу, даже сам восприемлешь на себя каждение, как жертва живая Богу, и как образ Божий, которому в благодатном обновлении подобает кадильная – животная воня, как молитвенный фимиам, каковый должен возноситься от образа к своему Божественному Первообразу. Все это ты видишь, видишь и священное служение, слышишь и душеполезное чтение, и усладительное для духа пение. Во всем этом восходи к себе, возстановляй в себе благолепие святыни, то есть священные лики добродетелей, особенно воздержания, кротости и самоотвержения, которыми Святые Божие востекли в лик угодников и друзей Божиих; возжигай и держи собственный светильник, светильник богоразумия, светильник постояннаго трезвения и внимания себе; воскуряй, внутрь сердца фимиам, фимиам чистоты, и чистой, умиленной молитвы пред Богом; старайся совершать в духе твоем священно-служение, приносить себя в жертву живую святую, благоугодную Господу; углубляй в себе слышимое душеспасительное чтение чтобы быть неслышателем забытливым, но усердным, ревностным исполнителем слова, и пой в духе твоем Богу песнь благодарения не только за благоприятное течение дел твоих, но и при встречающихся противностях и смущениях, производимых от общего противника добра.

Так, христианин, восходя к себе, будь нов вместо ветхого; сообразно благодатному восхождению в уме и сердце, старайся преобразовывать себя, оставлять постепенно прежние порочные привычки, пристрастия и склонности ветхой греховной жизни, и души празднуй обновления, дóндеже время жития; пекись, старайся, тщися совершать обновление твоей души, доколе продолжается время живота твоего. Душевное обновление не есть дело единого дня или краткого времени, по всей жизни. Чтобы искоренить греховные привычки, отвергнуть порочные пристрастия, обуздать гнев невоздержания, гордое о себе мнение и коварное многообразное самоугождение, для этого надобно бодрствовать, трудиться, отказывать себе в чувственных приятностях, надлежит алкать и жаждать, умерщвлять плоть со страстьми и похотьми. А это требует постоянного, неослабного господства и обладания над собою. Поэтому душевное обновление надлежит праздновать, – совершать в силе духа, дóндеже время жития, во всю жизнь. Для сего, да обновляется тебе всякого жития путь, древняя бо преидоша, се Быша вся нова. Жизнь наша сама в себе одна, как поток, как течение реки, в начале малой, в продолжении расширяющейся. Но пути, – случаи, обстоятельства, направляющие и располагающие жизнь нашу, различны, есть случаи и обстоятельства благоприятные, как ветры попутно дующие в благоуспешном течении жизни нашей. Но есть случаи и обстоятельства неблагоприятные, а их больше, которые туда и сюда бросают ладью жизни нашей, бросают от обилия в скудость, из чести и достоинства в уничижение, от утешении и приятностей в скорбь и горести.

Как бы то ни было, всякой путь жизни для нас должен быть путем духовного обновления. Ты счастлив, обилие окружает тебя, слава и честь сопровождают тебя, предприятия твои успешны, все благоприятствует течению дел твоих. Но не забывай того, что всего нужнее: да обновляется тебе всяк путь жизни; богатство, честь, отличия – это не есть обновление жизни, а, по благости Божией, благоприятное, утешительное звание Божие к обновлению жизни, чтобы, при внешнем благотишии, тебе паче внутренно поработить себя служению для Бога и ближних; иначе внешние преимущества и блага соделаются для тебя путем к горшему греховному ветшанию, уничижению, и ниспадению в тление и смерть.

Ты беден, лишен чести и достоинства по своему званию, тебя угнетают, преследуют, дела и начинания твои не успешны и встречают непредвиденные препятствия; смотри, не унывай, и не упадай духом; да обновляется тебе, всякий и неблагоприятный путь жизни. Это мудрое и благосердое тебе звание Божие, сообразно твоим неочищенным, непостоянным и превратным свойствам, дабы обуздать легкомысленность твоего ума, смягчить жестокость твоего сердца, привести в постоянство и правоту превратность твоего чувства, дабы ты сам мог сознавать благодетельность для себя Божественного наказания, как отеческого научения и вразумления, мог сознавать, что нужен тебе свет для просвещения твоей мрачности, нужна возбудительная теплота для возгрения в тебе чувства умиления, нужна сдерживающая сила для укрепления твоей слабой, как лист, от всякого дуновения похоти колеблющейся воли.

Так добрым, душеспасительным изменением изменяйся, христианин, ведая, что во Христе Иисусе все ветхое, греховное пришло, равно и в тебе должно прейти; все во Христе стало благодатию, ново, и ты должен обновиться благодатию Его. Ведай глубоко и то, что если ты не обновишся и не умрешь во Христе ветхой – греховной жизни: то греховная жизнь удалит тебя от Христа и умертвит, не только телом во времени, но и душою в вечности.

В таких мыслях, расположениях и действиях будем праздновать день священного обновления, чтобы он служил если не полным обновлением: то твердым начатком, глубокою заботою и непрерывным деятельным попечением об обновлении нашей жизни! Аминь.

КОНЕЦ второй и последней части.

* * *

1

Дабы с подобающим благоговением просить Матерь Божию о благоволительном посещении града, 5 числа, после Литургии в кафедральном соборе, в благолепном шествии священных хоругвей и Святых Икон от всех градских церквей отправляется священное посольство в обитель Абалакскую; 6-го числа после Литургии и особого моления ко Пресвятой, Чудотворная Икона воздвигается при многолюдном сопровождении крестным шествием в 5 верстный путь до села Преображенского; отселе в предшествии торжественнаго совершения бдения вечером, утром 7 числа, после Литургии и моления ко Пречистой, сопровождается до Иоанновского Междугорного монастыря. Подобным образом из Междугорного монастыря, после всевощнлго бдения вечером, и ранней Литургии 8 ч., – при многолюднейшем сопровождении и жителей города и жителей отдаленных городов имеет, нарочито стекающихся на торжество сретения Богоматери, Святая Икона шествует во град, и здесь, при заставе градской, или при первом градском храме торжественно встречается священным собором и жителями града.

2

Не задолго пред выносом из Обители Иконы устроена на оную новая сребропозлащенная риза.

3

Это Действ. Статск. Советник А-й П-ч Кичеров, который при многолетной, дряхлой старости, как бы доживал только до освящения храма, вскоре потом опочил в мире сном смерти о Господе.

4

30 Марта 1852 года.

5

День Вознесения празднственно совершается по большей части, в Маие; в Маие последовало и заложение храма, и блаженная кончина основателя последовала в день памяти Святителя Алексия, в честь которого первоначально назначаемо было созидание храма, для духовной почести тезоименитого ему главного жертвователя, А. П. Кичерова. Для совмещения всех этих обстоятельств день Вознесения был предназначаем для совершения освящения.

6

Вынесены-Иконостас, вся утварь, книги, ризница, сумма и прочия церковныя принадлежности; однакож бедной Обители приченено убытка более 4000 руб.

7

У монастыря всего было суммы 400 руб., а требовалось 4000 руб.

8

Между споспешниками благотворительных пожертвований нашелся и такой боголюбец, который предложил свои услуги поусердствовать Св. Обители сбором в знаменитых ярмарках Ирбитской и Нижегородской.

9

Для настоящего намерения довольно сказать, что Храм этот вместе со всем богохранимым домом, в общем составе, построен блаженной памяти Преосвященным Архиепископом Варлаамом, по прозванию Петровым, в числе Тобольских Иерархов 17-м, в 1784–6 годах; отстроен в настоящем виде, и самим тем Преосвященным освящен в 1798 Июля 4 дня, как значится в надписи на Кресте, внутри Престола утвержденном; причиною освящения Храма во имя всех Святых было то, что это всесвященное имя взято и перенесено сюда из деревянной Всесвятской Церкви, находившейся в Загородной Архиерейской Роще каковая Церковь, около 1790 года, по крайней ветхости, закрыта и и нарушена, а существование ее с именем всех Святых перенесено сюда.

10

Как Храм находится над главным жительством, занимающим средний этаж дома и, в случае отправления Богослужения, при наполнении Оного в значительном числе предстоящими, комнат его, частию от движения, частию от тяжести, мог приходить в сотрясение и производить трещины на потолке жилых комнат: то по опасению могущего быть повреждения в потолках, при собрании народа, и совершалось служение один раз в год, в неделю всех Святых.

11

Преосвященным Епископом Владимиром, и за кончиною его, не был ни им, ни преемником его освящен.

12

С освящения храма, в летнее время нередко совершалось в нем Богослужение, а в 1856 году, в продолжение Июля и Августа постоянно совершалось, по причине возобновления разных ветхостей в настоящей Духовной Церкви.

13

Заимствовано из стат. о введен. христианства у Березовск.

Остяков Жур. Мин. Нар. Просв ч. 57 отд. 5.

14

При Сирском Царе Антиохе Епифане Иерусалимский храм, оскверненный внесением идолов и идольскими жертвами, был очищен и обновлен в главных принадлежностях ревностным поборником веры и отечества Иудою Маккавеем за 175 лет до Рождества Христова, которым поэтому обстоятельству учрежден и праздник обновления храма. В продолжение 8-ми дневного торжества празднственное веселие было ознаменовываемо в домах возжигаемыми в ночное время во множестве светильниками, от чего и самому празднику усвоено было название: светы.

15

В селе Гото-путове Ишимскаго округа.

16

В селе Архангельском Ялуторского Округа.

17

В слободе Бешкильской Ялуторовскаго Округа.

18

В селении Переваловском Тюменскаго Округа.

19

В с. Перевадовском и приписанных к приходу его селениях много зараженных расколом.

20

В селе Ларихимском Ишинского Округа.

21

Преосвящ. Архиепископом Афанасием.

22

Касательно построения самого здания довольно сказать то, что в следствие усмотренной ветхости прежнего острога царствующем ныне Государем Императором, при посещении Его в 1837 году г. Тобольска, в бытность цесаревичем, новый тюремный замок с 1840 года начат производством сооружения; и чрез 15 годов, после различных перемен в внутреннем устройстве, в настоящее лето и осень преимущественно заботливостию г-на начальника губернии, при содействии попечительного комитета, в надлежащее состояние устройства приведен, и по всем частям для свойственного употребления приготовлен.

23

29 Июля 1856 года.

24

Скончавшийся 1263 года.

25

Манифест 26 Августа 1856 г.

26

Слово по содержанию должно иметь место после 115 стр.

27

На хвалит: слава.


Источник: Слова к Тобольской пастве, говоренные в продолжении 1852-1856 годов Евлампием, архиепископом Тобольским и Сибирским : В 2-х том. - Казань : Изд. книгопрод. И. Дубровин, 1860. / Т. 2. - 232 с.

Комментарии для сайта Cackle