Н.П. Кудрявцев

Евстафий Антиохийский

Содержание

Глава I Глава II  

 

Печальная судьба постигла некоторых, не преувеличим, сказавши, корифеев богословской письменности и выдающихся церковно-исторических деятелей первых веков христианства. Сохранившиеся доселе биографические сведения о них настолько скудны и бесцветны, что превращают этих живых личностей в бездушные скелеты, если не сказать, в едва уловимые тени. Описания их кипучей жизни и деятельности носят характер послужных списков, да и то весьма и во многих отношениях неисправных. А что касается плодов их литературного творчества, то одни из этих произведений бесследно исчезли, другие в настоящее время представляют жалкие отрывки. И только относительно незначительная их часть выжила в этой, своего рода, борьбе за существование и дошла до нас в целом виде. Но насколько точно списки сочинений последнего рода передают свой оригинал – решить этот вопрос представляет значительные, часто почти непреодолимые, трудности...

Под эту категорию «пасынков судьбы» позволительно отнести и св. Евстафия Антиохийского.

Он был, по причине широкой образованности, мудрости и красноречия, предметом удивления ученейших и красноречивейших своих современников, равно как и других мужей древности1. Он назван «много ревновавшим по (православной) истине»2 тем, «с именем кого неразлучна история православия в IV веке»3 и т.д.

Между тем, если поставить вопрос, насколько полно описан отмеченными лицами поражавший их Евстафий, ответ получится приблизительно следующий. – Величие личности Евстафия как бы затмило от них ее частные черты. Вследствие этого современники передали нам лишь общее впечатление от личности, почти не коснувшись тех элементов, сочетание которых их удивляло4.

Когда же теперь мы обратимся от самого Евстафия к его творениям, то даже самая строгая их критика не может не признать, что эти произведения заслуживали бы более лучшей участи, чем какая выпала на их долю.

Прежде всего, у нас нет полного каталога творений Евстафия5, так что становится весьма трудно, если только не невозможно, учесть Eustathiana. Далее, «великое множество посланий (св. отца), которые, приведу слова бл. Иеронима, долго было бы перечислять»6, в настоящее время неизвестно, «если только дошедшие до нас выписки, по крайней мере некоторые, не взяты из писем»7. Большая часть творений св. Евстафия дошла до наших дней в виде фрагментов. И только несколько (числом 5)8 сочинений с Евстафиевым именем сохранилось полностью. Но подложность 2-х из них твердо доказана в науке. Подлинность 2-х следующих колеблется, так что эти произведения составляют предмет разногласий среди ученых. Остается еще одна гомилия. Рука ученого пока, кажется, не поднялась на нее. Впрочем, это не обеспечивает вполне ее принадлежности Евстафию, а объясняется, до известной степени, недавним ее опубликованием...

Луч надежды брезжит, хотя и слабо, лишь с одной стороны. Открытие новых рукописей, приведение в образцовое состояние и полную известность всех рукописных сокровищ и библиотек целой Европы, хочется думать, подарит нас и наших потомков кое-чем и в области Eustathian.

Но спустимся с этих высот идеальных мечтаний на почву реальной действительности и постараемся произвести, не сходя с нее, несколько попыток в области избранного нами предмета.

В этих попытках нашей главной задачей будет, посредством анализа творений Евстафия и синтеза добытых таким путем данных, установить отношение литературной деятельности св. отца к антиохийской школе. (Более детальное подразделение настоящего отдела имеет быть указано в своем месте).

Решению поставленного вопроса мы намерены предпослать обзор жизни и деятельности автора исследуемых творений.

Глава I

...Сказать что-нибудь новенькое в заезженной всякими «пособиями» древней церковной истории не совсем легко... (проф. В.В. Болотов)9

Таково было признание историка, с мнениями которого так или иначе, считается весь ученый мир. Тем менее на это «новенькое» смеет претендовать автор этих строк. Отсюда и настоящая глава, имеющая своим предметом биографический очерк св. Евстафия, не будет каким-либо новым освещением жизни и деятельности антиохийского епископа10. Автор почел бы себя удовлетворенным, если бы ему удалось подвести здесь итог научным данным в этой области...

Св. Евстафий11, по свидетельству бл. Иеронима12, происходил из памфилийского города Сид13. Год рождения Евстафия науке неизвестен14, равно как неизвестно социальное положение его родителей.

Нет у нас определенных сведений и о том, когда, где и какое образование он получал. Впрочем, сохранившееся из Eustathian заставляет нас обеими руками подписаться под восторженным приговором Иеронима: «все они (т.е. упомянутые в послании к Магну церковные писатели, в том числе Евстафий) наполняют свои сочинения таким множеством философских доктрин и мнений, что не знаешь, чему нужно больше удивляться в них – светской ли образованности, или знанию св. писания»15. Широкое знакомство св. отца с классической литературой в ее духовных отраслях: философии16 и поэзии17, а также стиль его сочинений, «отличающихся древнею важностью выражения, ...изяществом слов»18, дают нам прежде всего основание предполагать, что Евстафий получил отличное школьное светское образование. На счет же этой школьной образованности (а не природного свойства греков)19, по нашему мнению, следует отнести и диалектику, которая бьет ключом в Eustathiana'х. Что же касается богословской, в широком смысле этого слова20, эрудиции Евстафия и modus'a его богословствования, то они, несомненно, позволяют нам заключать к школьному образованию этого рода, полученному св. отцом при какой-нибудь, вероятно, из малоазийских церквей21.

Дальнейший штрих в биографии Евстафия может быть положен еще более условно. Под этим штрихом мы разумеем решение вопроса том, как понимать термин «исповедник» или «мученик», прилагаемый древними22 к имени Евстафия. Говорим же, что штрих может быть положен довольно условно, в виду несогласия, или неясности у самих древних23, в обозначении повода, по которому Евстафий называется исповедником. Само собою, разумеется, что разногласие существует и между писателями новейшими...

Прежде всего, мы приведем относящиеся сюда свидетельства древних. В так называемой «истории ариан» Афанасий Великий, представляя низложение антиохийского епископа делом происков ариан, начинает свою речь о нем следующими словами: «был некто Евстафий, епископ антиохийский, исповедник (ὁμολογητής) и благочестивый в вере муж и т.д.»24. Более определенно, на наш взгляд, Афанасий высказывается о том же предмете в своей апологии, когда восклицает: «какая церковь не проливает ныне (т.е. в эпоху антиникейской реакции) слез от их (т.е. от арианских) злоумышлений на епископов? Антиохия оплакивает исповедника и твердого в православии Евстафия и т.д.»25. Доселе Афанасий. А вот что пишет, в своем похвальном слове Евстафию, Златоуст: «Итак, этот (т.е. Евстафий) мученик, а наше слово показало его мучеником, готов был на бесчисленные смерти, и все их претерпел расположением и ревностью, – много опасностей, постигших его, перенес и самым опытом. И из отечества изгнали его, и на чужбину отправили, и многое другое воздвигли тогда (т.е. опять-таки во время антиникейской реакции) против этого блаженного и т.д.»26.

Возникает вопрос, как понимать приведенные слова Афанасия и Златоуста? Сначала о первом. Громадное большинство ученых, опираясь или на одно первое27, или на оба эти28 свидетельства Афанасия, утверждает, что Евстафий называется исповедником, потому что претерпел мучения за Христа еще в эпоху гонений на христиан со стороны языческих императоров29. Действительно, в пользу последнего понимания слов Афанасия говорит, прежде всего, контекст его речи. А за верность показания самого Афанасия, по нашему мнению, служит достаточным ручательством то соображение, что Афанасия следует считать осведомленнейшим лицом в биографии антиариан и особенно Евстафия30.

Однако есть среди ученых лица, пытающиеся в пользу только отмеченного понимания термина «исповедник» привести и выписанные нами слова Златоуста31. Итак, насколько правы эти последние? – Мы склонны думать, что контекст речи Златоуста говорит как раз в пользу обратного понимания термина, именно – Евстафий исповедник (мученик по выражению Златоуста) за имя Христово, как человек 1) готовый потерпеть и 2) действительно потерпевший от ариан (а не язычников). На свидетельстве Златоуста, поэтому, естественнее бы было базировать Loofs'у – защитнику последнего понимания термина32, хотя он этого не делает.

Если наше понимание слов Златоуста верно, то получается между Златоустом и Афанасием полное противоречие. А в таком случае спрашивается, показание которого из этих 2-х отцов вернее? Мы лично уклоняемся от ответа на поставленный вопрос. Заметим лишь одно, что поступить грубо т.е. зачеркнуть, как ложное, показание одного какого-нибудь отца, в данном случае Златоуста, нельзя. Никогда не следует забывать, что Златоусту, как клирику антиохийской церкви и лицу близко стоявшему к св. Мелетию, тоже должна была быть достаточно хорошо известна биография Евстафия33.

Оставляя, таким образом, открытым вопрос о смысле, с которым должен быть соединяем эпитет исповедника в приложении к Евстафию, мы, за полнейшим отсутствием сведений, оставляем открытым и еще ряд соприкосновенных с этим вопросов. Мы разумеем вопросы о том: где застигло Евстафия гонение со стороны язычников, если встать на сторону первого понимания термина «исповедник»; и далее, – клириком или мирянином претерпел Евстафий мучение за Христа, а если клириком, то, частнее, на какой степени церковной иерархии34.

Что же касается того, какое именно из гонений языческих императоров на христиан Евстафий испытал (если это только факт), то, несомненно, всего вероятнее здесь разуметь гонение или Диоклетиана, или Лициния35.

В темноте условного и предполагаемого ощупью двигаясь далее, биограф Евстафия на некоторое время попадает в полосу света фактов, полосу, впрочем, настолько узкую, что общий всей биографии антиохийского епископа фон полутьмы сохраняется и здесь...

Бл. Иероним утверждает, что Евстафий, до епископствования в Антиохии, «управлял церковью Сирийского города Беррии36». А по свидетельству Феодорита, в это время он получил от Александра Александрийского известное послание об Арии37. Датировать последнее событие можно 319–320-м г.г.38

Эти два свидетельства, естественно, вызывают вопросы: когда был избран на беррийскую кафедру Евстафий, кому он наследовал здесь, как управлял Евстафий вверенной ему паствой? Но все эти вопросы пока так и останутся ими...

До которых пор оставался Евстафий беррийским епископом нам достоверно неизвестно. На этот счет существует несколько мнений, к обозрению которых и обращаемся.

По Феодориту, поразительно редкое в древней церковной практике перемещение епископа Евстафия с одной кафедры на другую произошло когда то до 1-го вселенского собора39. Между тем Созомен представляет это перемещение всецело делом собравшихся в Никее отцов40. Промежуточным является мнение, проводимое Феофаном Хронографом41 и Никитой Хониатом42. С их точки зрения на антиохийскую кафедру Евстафий был избран действительно ранее I собора. Но, по Хониату, Евстафий, хотя и paulo ante, однако communi eorum qui convenerant (т.е. на Никейский собор) calculo dignus apostolica sede habitus fuerat, atque idcircoo e finitima Berroea Antiochiam evocatus. По Феофану же на Никейском соборе было утверждено43 это избрание44.

Оставляя без разбора 1-е и 3-е из отмеченных мнений, сделаем попытку оценить показание Созомена, потому что такое или иное отношение к этому последнему свидетельству обусловливает и отношение к 2-м первым.

Ceillier45, опровергая Созомена, обращает внимание на то противоречие, в которое встает по отношению к самому себе I-й собор, если признавать фактом перемещение именно им Евстафия с беррийской на антиохийскую кафедру46. – Boschius47 критикует Созомена его предыдущим показанием, по которому Евстафий Никейским собором был переведен на Антиохийскую кафедру, пустовавшую, «вероятно, от того, что гонение не позволяло совершить рукоположение»48. – Мы, с своей стороны, позволяем себе обратить внимание 1) вообще на путанность в этом месте истории Созомена49 и 2) на слова Златоуста, согласно которым Евстафий был уже на антиохийской кафедре, когда арианство только еще начало распространяться из Египта по другим странам50.

За всеми недочетами хронологическое указание Созомена имеет одно значение. Оно не позволяет, вследствие своего намека на гонение, относить время избрания Евстафия слишком далеко назад, так как лишь в 323 г. Константин сделался единодержавным властителем империи и eo ipso прекратились всякого рода давления, которые оказывал на христиан восточный правитель Лициний.

Итак, беспристрастная оценка побуждает признать большую основательность первого утверждения.

В таком случае возникает вопрос, кем был избран Евстафий? – Думается, нет особенных препятствий комментировать слова Феодорита: «архиереи, священники и весь христолюбивый народ поставили этого мужа (т.е. Евстафия)»51 в том смысле, что избрание совершилось на каком-нибудь соборе сирских епископов при участии клира и мирян антиохийской церкви52. Любопытную подробность сохранил Феодорит. Избрание Евстафия совершилось «против воли» этого последнего.

В объяснении же мотивов, по которым Евстафий был переведен в Антиохию, предположительно можно сказать, что исповедничество Евстафия и важность антиохийской кафедры являлись в данном случае существенными стимулами.

Но, на чье место был избран Евстафий и как частнее определить время его избрания?

Созомен предшественником Евстафия, как сказали, считает Романа53, Феодорит – Филогония54, Иероним – Павлина55. Несогласие между древними, естественно, породило полнейшее разногласие в новое время. Глубоко истинны, поэтому, слова Loofs'a – «спорно, за кем следовал Евстафий»56.

Впрочем Loofs признает одинаково спорным и вопрос о том, когда именно был избран Евстафий57?

Действительно, отсутствие определенных сведений о предшественнике Евстафия, а если и признавать таковым или Филогония, или Павлина, то неизвестность, в тесном смысле, года их смерти, совершенно вырывает из под ног исследователя почву. Отсюда Du-pin58 годом избрания Евстафия считает 323–4; по Ceillier'у59 Филогоний умер до 323 г., а Евстафий избран до 325; Boschius60 полагает, что это произошло после мая или сентября 324 г.; Fessler61 и все, разделяющие мнение Созомена относительно избрания Евстафия62, само собою разумеется, датируют событие 325 г. Loofs63, хотя и не указывает определенно года избрания Евстафия, но утверждает, что Филогоний (по нему, предшественник Евстафия) умер 20 декабря не ранее 322 г., тогда как проф. Спасский64, ссылаясь на Schwartz'a65, смерть Филогония (по нему, тоже предшественник Евстафия) датирует 24 декабря 324 г.

С своей стороны считаем нужным отметить еще, что, при установке искомой даты, никогда не следует упускать из виду 1) свидетельства Феодорита о получении Евстафием Александрова послания еще в сане епископа беррийского66 и 2), хотя и не совсем определенного, указания Златоуста (на которое ссылались выше) относительно времени, в которое Евстафий епископствовал уже в Антиохии67.

Евстафий вступил в управление Антиохийской церковью, когда, выражаясь образным слогом Златоуста68, «болезнь эта (арианство), как некоторая сильная зараза, поднялась из стран Египта; потом, пройдя промежуточные города, скоро вторглась и в Антиохию».

Зорко следил антиохийский епископ за развитием арианства и всячески стремился обезопасить от него свою церковь. Еще до вторжения арианства в пределы Антиохии, сколько можно судить на основани слов Златоуста69, он, особенно в виду близкой опасности, укреплял своих пасомых в православии. Это первое. А потом он одушевлял сопастырей на предстоящую им борьбу и убеждал их быть бдительными в отношении к надвигавшейся ереси, сам, в этих целях, «посещая все места».

Круг деятельности Евстафия в указанном направлении не ограничивался пределами Антиохии. Стимулом для Евстафия в данном случае служила его мысль, что «если должно творить молитвы за вселенскую церковь, то тем более должно проявлять и попечение об ней о всей»70. Поэтому он «повсюду» (т.е. вероятно, в те церкви, куда простиралось духовное влияние антиохийской кафедры71 рассылал людей, которые имели предохранять верующих от заражения арианством. Так Евстафий заботился «не о той одной церкви, которая вручена ему Духом, но и о всей церкви по вселенной»72.

Скудны, но, за полным почти отсутствием сведений по данному предмету, тем драгоценнее для нас эти показания Златоуста относительно антиарианской деятельности Евстафия...

Одним из эпизодов борьбы Евстафия с арианством нужно считать и его участие на I-м вселенском соборе, количество присутствовавших на котором епископов он определяет приблизительным числом 270, а не традиционным 31873. – Сам по себе этот факт, отмеченный древними, никем из писателей нового времени не оспаривается. – Разногласие в данном случае существует по вопросам о председательстве Евстафия на соборе и произнесении им приветственной речи Константину Великому.

Вопроса о том, был или не был Евстафий председателем на Никейском соборе, и не поднималось бы, а, при условии возникновения, решить его не представляло бы никаких трудностей в том случае, когда бы мы имели акты I собора. Но их, если бы они даже вообще существовали74, не сохранилось. Нет у нас и определенных свидетельств об этом современников. Отсюда позднейшие догадки на этот счет частью совершенно висят в воздухе75, частью покоятся на довольно проблематичных основаниях, часть опираются на свидетельства уже поздние.

Гипотеза об Евстафии, как председателе Никейского собора, подходит под первую76 и последнюю категорию. Нужно заметить, что впервые этим именем Евстафий называется только в V веке, не считая бл. Феодорита, который высказывается в данном случае недостаточно определенно77, Иоанном антиохийским (429–442)78, епископом Константинопольским Проклом (433–446)79, Факундом Гермианским80, папой Феликсом III (483–492)81. Из древних писателей такого же мнения держится Никифор Каллист82. – Разделяемое весьма многими, писавшими об Евстафии в новое время83, это воззрение, на наш личный взгляд, в силу приведенных выше соображений, по меньшей мере спорно.

Если Евстафий и принадлежал к тем, выражаясь словами Евсевия84, τοῖς τής συνόδου πϱοέδϱοις, которым Константин, после произнесения, при открытии собора, своей речи, παϱεδίδου τόν λόγον, то или в качестве митрополита85, или в том смысле, какой придают спорному термину Евсевия Friedrich86, Wolff87 и Bernoulli88 – Πϱόεδϱοι же обладали, как выяснил Gelzer89, правом не председательствования, а первого голоса при обсуждении каждого вопроса.

На пороге к общему признанию стоит решение в определенном смысле вопроса о произнесении Евстафием императору приветствия на соборе.

Подавляющее большинство писателей и ученых в решении этого вопроса следовало Феодориту, категорически заявляющему в своей истории, что «Евстафий... первый увенчал главу царя цветами похвал и возблагодарил неусыпное попечение его о предметах божественных»90. Boschius усиливается даже в соответствующем смысле истолковать известное выражение Иеронима91, по которому Евстафий первый из антиохийских епископов громко затрубил военную тревогу против Ария92.

Но на ряду с показанием Феодорита еще в древности Созомен93 открыто лицом, приветствовавшим Константина на I-м соборе, называл Евсевия Памфила. Такое же понимание сообщает соответствующему месту94 из Евсевиевой «Жизни Константина» и автор заглавий к этому последнему сочинению95. Косвенно на себя, как произносившего приветствие, указал здесь даже сам Евсевий, но именно косвенно, что и повело к ряду недоразумений.

Лицо, приветствовавшее царя, там называется «занимавшим первое место с правой стороны»96. Большинство ученых, очевидно, под давлением Феодорита, усматривало здесь Евстафия. Делались даже попытки, правда малоудачные, объяснить такой именно modus выражения Евсевия97. Однако уже Valesius98 высказался в пользу большей правдивости показания Созомена99. А в самое недавнее время Cavallera произнес решительное суждение по данному вопросу. Согласно его мнению, принятие утверждения Феодорита возможно, лишь «благодаря ложному толкованию Жизн. Конст. III, 11, когда (сам) автор заглавий приписывает эту речь Евсевию Кесарийскому100".

Передаваемый же Григорием Кесарийским и дошедший до наших дней текст настоящей речи Евстафия не может иметь ни малейшего значения при решении интересующего нас в данный момент вопроса по причине отрицательного отношения в науке к его подлинности101.

В чем частнее выражалось (если только оно выражалось) участие Евстафия на соборе в Никее, нам ни откуда неизвестно102. Евстафий, по словам Феодорита, и сам «описывал соборные деяния103», но этого описания до наших дней в целом виде не дошло. Делать же какие бы то ни было заключения относительно участия Евстафия на соборе на основании уцелевшего у Феодорита отрывка этого сочинения и предполагаемой некоторыми104 парафразы из него почти не представляется возможным105.

Что же касается передаваемого Геласием Кизичским (Historia concilii Nicaeni) спора св. Евстафия на I соборе с некоторым философом по вопросу о творении человека, то он не признается подлинным106.

Через несколько времени после собора Никейского107 Евстафий созвал собор в Антиохии. Предметом занятий собравшихся здесь 25 (28, по Tillemont'у108) восточных епископов, подчиненных антиохийскому патриархату, было восстановление единства в церкви самой Антиохии. Это единство будто бы было нарушено уходом или низложением Евстафиева предшественника (по этой версии) – Павлина109.

Есть и еще одно свидетельство о деятельности Евстафия за это же время. Церковный писатель XI-го века ученый инок грузинского монастыря близ Антиохии Ефрем Мцире, на основании антиохийских хронографов, утверждает, что посланным в Грузию (Константиином Великим), для крещения народа, епископом «был ни кто иной, как святой Евстафий, патриарх антиохийский, который и рукоположил грузинам католикоса-архиепископа110». «Несомненные, согласно утверждению преосв. Кириона111, исторические документы на грузинском, греческом, сирском и сербском языках» говорят за показание Ефрема, поскольку утверждают, что христианство, иерархию и церковно-административные учреждения Грузия получила из Византии в начале IV века. Подкрепляющими свидетельство Ефрема являются приводимые им факты. Так, до времен антиохийского патриарха Феофилакта (741–751) рукоположение католикосов грузинских и освящение мvра для Грузии происходило только в Антиохии. после же получения грузинской церковью автокефалии она, с одной стороны, продолжала уплачивать дань антиохийскому престолу, а, с другой, на службах в Грузии поминалось имя патриарха антиохийского, который, в исключительных случаях (возникновение беспорядков и ересей), даже проявлял над грузинской церковью свою власть112.

Время путешествия антиохийского епископа в Грузию преосв. Филарет113, на основании местных памятников, относит к концу 326 г. – Насколько точна настоящая дата – судить не беремся. Однако несомненно, что это время падает на 20-е годы IV-го столетия.

Прошло всего 3 года после окончания 1-го вселенского собора, как уже начались обнаруживаться зловещие признаки антиникейской реакции114.

Св. Евстафий был первой жертвой этой реакционной паники, охватившей на протяжении нескольких десятилетий Восток.

Философию той исторической трагедии, героем которой является антиохийский епископ, представляют в таком виде. – В силу известных обстоятельств115 реакционная, по отношению к никейской, партия никоим образом не могла открыто осудить учения о единосущии, провозглашенного на 1 соборе, и выступить против установленного им символа при жизни Константина Великого. Отсюда политика антиникейцев116, естественно, должна была направиться против наиболее ревностных защитников «ὁδμοούσιος'a» с рассчетом, по освобождении от этих подозрительных лиц церкви, «потом на свободном поле построить новые формулы взамен никейских117".

В применении к Евстафию обстоятельства для антиникейской партии складывались как нельзя лучше.

Как скоро Евстафий заметил начавшееся на Востоке оппозиционное направление по отношению к никейскому вероопределению, он первый из антиохийских епископов118 выступил на литературную борьбу с реакцией. Выпущенное Евстафием к этому времени в свет предисловие к толкованию Притч. 8:22119, – предисловие, в котором он поражал ариан, по словам Cavallera120, «является настоящим манифестом», объявлявшим поход против ариан и призывавшим под знамена «единосущия» всех приверженцев этого последнего учения.

Борьба скоро из литературы была перенесена в жизнь. Евстафий отказался принять в церковное общение нескольких лиц, изменивших никейской вере121. Это обстоятельство, несомненно, еще сильнее настроило против Евстафия ариан122.

Дело не ограничилось сказанным. – Вскоре вспыхнула полемика между Евстафием и Евсевием Кесарийским. Евстафий обвинил Евсевия, выражаясь словами Сократа и Созомена, в искажении Никейской веры. Последний, в свою очередь, предъявил к Евстафию обвинение в савеллианстве123.

Восточные епископы, по понятным соображениям, чутко прислушивались к этой полемике. Будучи же в своей массе настроенными оппозиционно по отношению к учению о единосущии124, они в душе, или открыто, становились на сторону Евсевия.

«Обвинение Евстафия в савеллианстве, пишет проф. Спасский125, сформировалось само собою и осуждение его было неизбежно».

Но должно было пройти несколько времени, прежде чем дело Евстафия достигнет своей естественной развязки, – времени, необходимого для того, чтобы, выражаясь канцелярским слогом, оформить дело.

По возвращении из ссылки Евсевий Никомидийский и Феогнист Никейский скоро опять вошли в фавор Константина.

Почувствовав под ногами достаточно твердую почву, они приступили теперь к осуществлению своего коварнейшего плана, направленного против Евстафия.

Под предлогом посещения воздвигавшихся Константином в Палестине базилик они, с его согласия, отправились в Св. Землю. Там они «увиделись с своими единомышленниками»126, развернули пред ними свои планы и из Палестины уже вместе в 330 г.127 явились в Антиохию. «Предлогом прибытия постороних епископов, говорит бл. Феодорит, выставлялась честь сопровождения Евсевия128"

«С величайшим усердием» и «братским добросердечием» принятое в Антиохии Евстафием, это «беззаконное сборище129», полный состав которого, по свидетельству «Истории» несколько преувеличивающего130 Филосторгия, простирался до 250 епископов131, открыло суд над Евстафием.

Все писатели древности132 в общем сходятся на признании, что истинная причина суда над Евстафием – это мужественная защита им никейской веры133. Но в вопросе о том, как мотивировано было на соборе обвинение, среди них, если даже не считать довольно темного показания самого Сократа134, полное разногласие. В то время, как Иероним135, Феодорит136, Филосторгий137 и, пожалуй, Созомен138 утверждают, что Евстафия обвинили в безнравственном поступке139, другие (Георгий Лаодикийский140) очень определенно высказываются в том смысле, что обвинение было направлено против его учения.

Особняком от всех остальных в суждении по данному предмету стоит Афанасий, поскольку, с нашей точки зрения, de jure он говорит о другом предмете.

В то время как прочие передают соборную мотивировку низложения Евстафия, Афанасий центральным пунктом своей речи ставит объяснение причин, по которым был сослан Евстафий Константином. «Его, пишет Афанасий, оклеветали пред царем Константином; выдуман был предлог, будто бы Евстафий оскорбил цареву матерь141".

Оставляя в стороне разбор первого и Афанасиева объяснений дела142, нам бы хотелось подкрепить несколькими соображениями справедливость второго.

Выражаясь словами Сократа, «собор низложил Евстафия, как такого епископа, который более умствовал по Савеллиеву, чем сколько учил по разуму никейского Собора». Главным обвинителем Евстафия в савеллианстве на соборе выступил его, нужно думать143 непосредственный, преемник по Беррийской кафедре епископ Кир.

При противоположности 2-х последних показаний возникает вопрос, к решению которого, мы склонны думать, и сводится все дело: достаточно ли было такого, как у Георгия Лаодикийского, обвинения для того, чтобы Евстафий был сослан Константином? Ведь весь процесс судопроизводства над Евстафием, строго говоря, необходим был едва ли не для одного Константина, потому что император являлся, так сказать, единственным внешним стеснением, ограничивавшим, хотя отчасти, простор антиникейцев на пути их триумфального шествия.

В пользу положительного ответа на вопрос, помимо недостатков, которыми страдают все прочие объяснения причин ссылки, нас располагают следующие соображения.

Известно, что Константин Великий смотрел на Никейский собор, как на лучшее дело своего царствования. Он во всю жизнь относился к нему самому и деятелям собора с уважением. Константин даже умирал «с завещанием на устах возвратить Афанасия144». Тем благослоннее было его отношение к собору в начальные годы антиникейской реакции, в те годы, когда происходило дело Евстафия. – Если мы присоединим к этому вообще заметное в Константине стремление к церковному миру145 и его попытки всячески охранять этот мир146, то необходимость вынуждает нас признать вполне достаточным для цели антиникейцев обвинение Евстафия именно в большем мудрствовании этого последнего по Савеллиеву, чем по разуму никейского собора. При таком modus'е обвинения Евстафия задевались сразу обе отмеченные слабые струны Константина. – Доверие же, в которое вкрались у императора главы антиникейства, и, быть может, некоторые другие рассчеты их окончательно147 обеспечивали ход дела в желанном для реакции смысле148.

Внешние обстоятельства еще раз в жизни Евстафия сложились для него самым неблагоприятнейшим образом.

По случаю низложения Евстафия и избрания на его место Евсевия Кесарийского Антиохия разделилась на 2 противоположных партии, чернь возмутилась, так что дело едва не дошло «до мечей». Полного разгрома города не допустило лишь благоразумие Евсевия, отказавшегося от избрания, и вступление в Антиохию отряда войск. «Это самое, замечает Созомен, много повредило Евстафию в глазах царя; ибо... (Константин) весьма разгневался и подозревал, что виновником возмущения был он149".

Евстафий был низложен150. «Спокойно перенес он это оскорбление»151 и, согласно императорскому декрету, отправился в ссылку вместе со множеством пресвитеров и диаконов152. Архиеп. Филарет153, Kihn154, Ceillier155 датируют событие 331 г.

Предварительно Евстафий, по словам Златоуста, «призвав всех (очевидно, клириков), увещевал не отлучаться, не уступать волкам (т.е. арианам) и не предавать им паствы, но оставаться внутри, заграждая им уста и обличая их, а простейших из братьев утверждая»156.

Низложение Евстафия было чревато последствиями и, благодаря этому, являлось событием громадной церковно-исторической важности. Оно послужило началом известной в истории церкви IV-V вв. антиохийской схизмы...

О месте ссылки наши источники дают довольно разноречивые сведения. Будучи все согласны в том, что Евстафий был сослан «в западные пределы государства»157, одни из них указывают на Фракию158, другие159 на Иллирик160, Иероним161 называет даже город, служивший местом ссылки, – это Трайянополь во Фракии. – Из новых писателей отметим Tillemont'a, предполагавшего, что Евстафий сначала пробыл несколько времени в Трайянополе, а потом местом его ссылки служили Филиппы в Македонии162.

Нам лично кажется, что показанию Златоуста, по не раз уже высказанным соображениям, всего более следует доверять, особенно в виду того, что его подкрепляет еще свидетельство, не менее других древнее, но более всех их определенное (Иеронимово). Что же касается тоже довольно положительного показания Феодора чтеца и пр., на которых опирается Tillemont, то, думается, этим авторам смело можно даже не доверять, прежде всего как писателям позднейшим. А потом на Филиппы, как место ссылки, они указывают в виду хорошо известного им факта перенесения именно оттуда мощей святого в Антиохию. Мы склонны даже считать этот факт посылкой, из которой выводят указанные писатели известное следствие. Но вот вопрос: вытекает ли из их посылки то следствие, которое они выводят, при достаточно ясном, повторим, на этот счет указании едва ли не современников Евстафия?..

Последовавшая за собором 330 г. ссылка Евстафия совершенно изгладила его имя со страниц истории.

Осенью того же 337 года, в конце мая (22) которого скончался Константин Великий, его сыновья и преемники, на общем их съезде в Паннонии, постановили «возвратить обратно на кафедры всех сосланных в предшествовавшее царствование епископов»163. – Однако мы не видим Евстафия возвратившимся в свою Антиохию.

Происходят соборы Римский (341), Филиппопольский (343) и Сардикийский (343–344). Не говоря уже о том, что Евстафий на них не присутствует, не замечается164 даже из деятельности соборов, чтобы он в то время находился в живых.

Около 358 г.165, пишет свою, так называемую, «историю ариян» Афанасий и в ней речь об Евстафии ведется в прошедшем времени166.

Наконец Юлиан Отступник (361–3) в самом начале своего царствования возвращает на прежние кафедры всех епископов, сосланных Константином, и опять Евстафий не возвращается.

Все это, взятое вместе, дает, хочется думать, веские основания считать предельным сроком смерти Евстафия 337 г.167

Очевидно, более резкий, чем в Сирии, фракийский климат скоро окончательно порвал, быть может уже отчасти надорванную, жизнь антиохийского епископа168. Но Евстафий вечно будет жив в истории, особенно благодаря своим, хотя и плохо, и мало сохранившимся, но тем драгоценнейшим для нас, произведениям.

К речи о них мы в дальнейшем и переходим.

Глава II

Соответственно намеченной цели эта часть нашей работы должна быть посвящена творениям св. Евстафия.

С неумолимою силою вопрос за вопросом возникает в голове приступающего к изучению Евстафиевых фрагментов. Но, что тяжелее всего, так это сознавать, что все эти вопросы, как будто, и зарождаются затем, чтобы умереть, – умереть в смысле или остаться без ответа, или быть решенными неудовлетворительно...

Действительно, вопрос о подлинности сохранившихся с иминем Евстафия произведений находится, если только не навсегда останется169, в первобытном состоянии, хронология их переживает эпоху доисторическую170 и т.д., и т.д.

Обследование творений антиохийского епископа является, таким образом, заключенным в самые тесные рамки.

Пределы, a quo u ad quem можно вращаться в области интересующего нас предмета, мы определяем, с одной стороны, перечнем, с незначительным комментарием, всего известного ныне с именем Евстафия (А), с другой, – анализом, под указанным выше углом зрения, этих последних (В).

А.

«К сожалению ныне нельзя сказать, что книги Евстафия целы».

(Арх. Филарет)171

Все дошедшие до наших дней произведения с именем Евстафия должны быть разделены на 3 класса: подлинно Евстафиевы, dubia172 и spuria.

Под первую категорию, из сохранившихся полностью, подходит лишь одно произведение – это недавно173 впервые изданная Cavallera гомилия «εἰς τό δεῖπνον Λαζάϱου ϰαί είς Μαϱίαν ϰαί Μάϱϑαν τάς ἀδελφάς αὐτοῦ »174. – Всязвши за исходную точку текст Ин. 12:1–2, автор пользуется им здесь для раскрытия учения о Божестве Христа, особенно рельефно обнаружившемся в чуде воскрешения Лазаря. Сестры воскрешего и он сам, как верившие, не смотря на множество препятствий, в Божественное достоинство Христа, а первые, как сверх того делом и словом доказавшие свою веру, заслуживают поэтому риторических похвал проповедника. Заканчивая, можно сказать, гомилию, св. Евстафий опровергает предполагаемое со стороны иудеев и иудействующих, в широком смысле, возражение на основании Исх. 33:20 против главной мысли целого произведения. – Стремление автора к догматической точности, при изложении учения о Христе, заставляет его раскрывать это учение и с другой стороны, т.е. коснуться учения о человеческой природе Христа, вопроса о взаимоотношении двух природ, отчасти даже сотериологии. Вследствие этого настоящая гомилия доставляет относительно богатый материал для характеристики соответствующих воззрений Евстафия175. – С внешней стороны гомилия отличается витиеватостью и художественностью слога, равно как чистотою языка176. – К числу особенностей Евстафиева, хотя и не исключительно его одного, экзегезиса, судя по данной гомилии, следует отнести то, что повествование Ин. 12:3 и Мф. 26: 7 он считает тожественными. – Время написания гомилии, как справедливо замечает Cavallera177, с одинаковым правом можно относить как к беррийскому, так и к антиохийскому периодам жизни Евстафия.

Дальнейшее из подлинно Евстафиевых произведений имеет фрагментарный характер.

Сюда относится, прежде всего, отрывок из «Шестоднева» Евстафия, уцелевший у Анастасия Синаита, в его сочинении «Anagogicarum contemplationum in Hexaemeron ad Theophilum libri 12.178» Судя по содержанию, фрагмент, предположительно, представляет частичку комментария на I-II гл. Быт.179

Далее, несколько отрывков из трактата «о Мельхиседеке». Фрагменты имеются на греческом, латинском и сирском языках180. – По некоторым данным в целом виде они предствляли из себя послание к известному александрийскому епископу Александру. – Основная мысль сочинения о Мельхиседеке – родословной этого последнего в Писании не находится, потому что Мельхиседек был хананеянин, а «не следовало, по словам Евстафия, составлять родословную и до рода Ханаана возводить того, кто находится на вершине (опускается на вершину) праведности, ибо совсем не подобало достигшего высочайшей праведности сплетать с родом, достигшим крайнего нечестия»181. Судя по фрагментам, в сочинении находился также разбор других мнений относительно причин умолчания Писанием родословной Мельхиседека. – Фрагменты рассматриваемого сочинения важны для установки правильного взгляда на экзегетические приемы Евстафия и его христологию. – Если справедливо, что трактат о Мельхиседеке находился в послании к Александру Александрдийскому, то является возможность определить teuminus ad quem его написания. Это – 326 г., год смерти адресата. Относительно повода к написанию послания, предположительно, высказывается соображение, что таковым следует считать ересь иеракситов 182. То правда, что «учение Иеракса было распространено особенно между египетскими монахами»183. Равным образом в сочинении Евстафий упоминает о тех «заблудившихся», которые «говорят, что Мельхиседек Святый Дух». Но на ряду с этим, в буквальном смысле, намеком на иеракситов он приводит и другие ложные мнения относительно Мельхиседека, что значительно ослабляет силу вышеприведенных свидетельств за предполагаемый повод к написанию послания Александру.

Из экзегетических произведений Евстафия, касающихся «псалтири», сохранилось у Феодорита, Леонтия Византийца и др. 9 фрагментов: 2 из них являются отрывками толкования на 15-й псалом, 3 – на 92-й184, остальные 4 суть остатки слов на некоторые из надписаний псалмов («песнь степеней» – 2 фрагмента, «столпописание» то же 2). – Фрагменты имеют ценность в отношении к христологическому и тринитарному учениям Церкви и уяснению этих вопросов Евстафием. А то обстоятельство, что автор в них подчеркивает известные мысли, делает, по замечанию Cavallera185, весьма вероятным предположение о полемическом их характере: направлены против ариан.

К книге «Притчей» относятся, прежде всего, 16 фрагментов Евстафиева толкования VIII гл. 22 ст. настоящей книги186. Это – отрывки того сочинения, появление в свет которого было в жизни Евстафия событием печальной памяти. Характером сочинения, о чем мы говорили выше, определяется и значение фрагментов этого сочинения при решении вопросов об Евстафии, как богослове. Поэтому какие либо комментарии в данном случае считаем излишними и отметим лишь, что к числу подлинно Евстафиевых принадлежит еще и фрагмент, представляющий собою изречение св. отца о вместообразных (άντιτύποις)187 и относящийся к истолкованию IX, 5 Притч.

Дошедшее до наших дней из его богословско-философского сочинения «о душе» также признается всеми за подлинно – Евстафиево. С богословской точки зрения некоторые из фрагментов (общее число которых 11) важны, как затрагивающие вопрос о душе Христа. Это последнее, помимо всего другого (истор. свид.), ясно показывает, что сочинение в свое время направлялось против ариан.

Сочинение, в 8 книгах, «против ариан» дошло до нас тоже в виде отрывков, хотя и значительных по количеству. Уже одно заглавие сочинения, смеем думать, освобождает нас от обязанности излагать его краткое содержание, обрисовывать характер, выяснять его значение для решения интересующего нас вопроса.

Наконец, едва ли можно оспаривать подлинность сохраненного нам Златоустом выражения Евстафия об обязанностях, налагаемых на пастыря церкви молитвами последнего за вселенскую церковь. Если и возможны в данном случае какие-либо сомнения, то мы едва ли вправе простирать их далее степени дословности передачи Евстафиевых слов Златоустом.

Переходную ступень к dubia составляют фрагменты: греческий έϰ τοῦ είς τόν Ίωσήφ λόγου, anepigraphum на Быт., толкования на XXIII, 33 Притчей и II, 11 Екклезиаста (2 фрагмента), έϰ τοῦ λόγου τοῦ είς τήν σαμαϱείτιν, έϰ τοῦ ϰατηχητιϰοῦ λόγου. Такое место зарегистрированные отрывки, по нашему мнению, занимают потому, что они впервые опубликованы Cavallera и, при том, без всяких доказательств в пользу их подлинности. Другими же учеными фрагменты пока еще не были критически разобраны.

В своем месте мы отметили некоторые сомнительные Eustathiana. Полный же их список будет таков.

На первом месте здесь стоит обширный «Диагностик» Евстафия против Оригена «о чревовещательнице»188. Сочинение, как уже сказали, носит характер полемический. Оно посвящено опровержению Оригенова утверждения, согласно которому Аэндорская волшебница, по требованию Саула, вызвала душу Самуила. Экзегетико-полемический характер «Диагностика» обусловливает, прежде всего, его значимость в качестве материала для характеристики экзегетических приемов Евстафия. Кроме того, оттуда же представляется возможность извлечь несколько данных по вопросу о христологических и вообще богословских воззрениях Евстафия.

Dubia фрагментарные суть: отрывок на латинском языке «έϰ τοῦ είς τόν Ίωσήφ λόγου»: толкование, предположительно, на 20 гл., IV-й Царств или XXXVIII гл. Исаии; фрагмент сочинения «Πεϱί Ἐβϱαϊσμοῦ»; « ἀνατϱοπή τοῦ Κελσοῦ, εϰ τοῦ λόγου τοῦ ϰατὰ Ἰωάννην ϰεφ. 26»; 2 отрывка из гомилии «coram tidelibus habita super hoc: Verbum caro factum est»; 1 из гомилии «de tentationibus»; anepigrapha, числом 4189.

Подлинные Eustathiana и dubia мы, если так можно выразиться, занумеровали. Нам остается теперь отметить spuria. 24 уже

Это 1) Шестоднев Евстафия, изданный впервые Л. Алляцием190; 2) его Литургия; 3) Allocutio ad imperatorem Constantinum191; 4) изъяснение Быт. 1:26, приведенное в истории Геласия Кизичского192 и 5) 3 фрагмента из сочинения contra (или adversus) Phatinum id est Morinum193.

Особняком от всех остальных каталогов творений Евстафия стоит показание некоторых ученых194, согласно которому Евстафию должно быть приписано сводное, из древних авторов, толкование на евангелие Матфея. – Сказать что-либо более определенное об этом последнем сочинении не представляется возможным, так как, помимо всех других, уже указанных выше, причин, приведенное показание – unicum в науке.

В заключение настоящей главы считаем необходимым сказать, что, при предстоящем решении нашей главной задачи, мы будем принимать во внимание, помимо подлинных Евстафиевых произведений, также и dubia. На это дает право уже одно охарактеризованное нами выше состояние вопроса о подлинности творений Евстафия, в силу которого Eustathiana, помещенные нами под рубрикой dubia, признавались таковыми подчас отдельными лицами при нескольких противоположных голосах. А потом, пусть некоторые из литературных памятников, носящих теперь имя Евстафия, и не принадлежащих именно этому лицу, однако нужно быть очень близоруким, чтобы совершенно не разглядеть на этих произведениях печати антиохийской школы. Привлечение же, при подобном положении вещей, к делу реконструирования богословско-экзегетических воззрений Евстафия тех из его сочинений, в подлинности которых можно (но отнюдь не необходимо) сомневаться, если и нанесет частичный ущерб истине, то настолько незначительный, что в общем, степень сходства между нашим портретом и его оригиналом, позволяем себе думать, будет очень высокой.

В.

«Из того, что сохранилось от Евстафия, видно, что он по своему направлению примыкает к Антиохийской школе"…

(Проф. Барсон)195

Уже то обстоятельство, что Евстафий происходил из Малой Азии и был епископ Антиохии заставляет нас, не совсем точно выражаясь, a priori предполагать антиохийское направление в богословствовании св. отца196. Одно из только что приведенных названий сочинений св. Евстафия197 подкрепляет эту догадку. Полную же устойчивость наша мысль, смеем думать, приобретет, когда будут проанализированы самые творения антиохийского епископа.

Но, прежде чем приступить к осуществлению нашей задачи, считаем необходимым сказать несколько слов по части методологии.

То или иное богословское направление писателя обнаруживается не на внутренней только (материальной), но и на внешней (формальной) стороне произведения данного лица198. Отмеченное явление, само собой разумеется, налагает на приступающего к изучению известного церковно писателя обязанность установить принадлежность этого лица к какой либо школе по обеим сторонам его произведений. Отсюда, оттенить наиболее характерные для антиохийца черты в самой внешности творений Евстафия, изложить его христологическое и сотериологическое учение – вот почти все, к чему, в сущности, сводится наше дальнейшее изложение.

§1. Значило бы дать и недостаточную, и одностороннюю характеристику внешности рассматриваемых сочинений, как принадлежащих перу антиохийца, в том случае, если бы мы только констатировали в них отсутствие аллегоризма. Но отнюдь нельзя сказать, что отсутствие этого последнего – явление, не имеющее никакой значимости для определения богословского направления Евстафия. Поясним свою мысль примером писателей антиохийской школы, хронологически преемствовавших Евстафию. Диодор говорит о себе: «τοῦ ἀλληγοϱιϰοῦ τὸ ίστοϱιϰόν πλεῖστον, ὅσον πϱοτιμῶμεν»199. Последнее он удерживает лишь отчасти, стремясь сохранить то, что антиохийцы обозначали термином «ϑεωϱία» (спекуляция, типическо-символический, духовный смысл200), необходимое, с его точки зрения, для христианского экзегезиса Ветхого Завета. Златоуст защищает буквальный смысл и избегает аллегорического толкования. Исидор Пелусиот лишь в некоторых местах удерживает незначительные аллегории Златоуста201. – Отрицательного же свойства была бы наша характеристика и тогда, когда бы мы ограничились указанием, что хотя в некоторых местах своих произведений Евстафий и толкует Писание в смысле переносном202, но этот переносный смысл является частью типическим203, частью же как 2-й смысл на ряду с буквальным204.

Антиохийское направление Евстафия отразилось на внешней стороне его творений и положительно, и даже более положительно, чем отрицательно. Намек на это вскользь нами дан был в самом начале главы.

И действительно, уже слова «ϰατά Ὠϱιγένους», находящиеся в надписании Евстафиева сочинения «о чревовещательнице», достаточно определенно характеризуют богословское направление автора этого произведения. За Евстафия, как антиохийца в области экзегетики, говорит, далее, тон его полемики с Оригеном, не без основания побудивший историка Сократа включить автора «Диагностика» в число «хулителей» Оригена205. Modus же Евстафиева экзегезиса, который, в силу известных обстоятельств206, всего ярче и выпуклее обрисовался в данном сочинении, дает новые и новые доказательства той мысли, что писателем «Диагностика» был антиохиец (разумеется, в смысле школы)... Так, Евстафий с особенною силою восстает здесь против аллегорического метода в экзегетике207. Сказанного, впрочем, мало, потому что одновременно он указывает теоретически и дает на практике образец нормального, по его пониманию, толкования208. И этот образец, и те приемы, которыми антиохийский епископ пользуется в экзегетических целях, достаточно характерны для суждения об его богословском направлении.

При истолковании Писания для Евстафия исходным пунктом и точкой опоры, на которой он базирует почти все время, является буква священного текста. – Выражение: «рассмотрим самую букву повествования» (τὸ τῆς ίστοϱίας γϱάμμα)209 с различными вариантами не представляет из себя ἅπαξ λεγόμενον в Eustathiana'х. В данном отношении Евстафий даже предвосхищает или, ближе к истине, Златоуст заимствует у нас столь излюбленное этим последним выражение «не сказал то-то и то-то, или так-то и так-то, но...»210. Практическое осуществление настоящего теоретического параграфа можно находить у Евстафия повсюду. Ведет ли антиохийский епископ речь о различии между животным миром и человеком, он опирается на находящееся в греческом тексте Библии слово: еще (ἕτι) в выражении Быт. 2:7 «и созда Бог человека... от земли»211. Нужно ли Евстафию доказать, что «вопрошающему оракула Саулу казалось (только то), что делала или говорила чревовещательница»212, а сам Саул вообще ничего не видел213, он прежде всего и главным образом базирует на словах Писания «увидела женщина Самуила»214, – на вопрос Саула: «что ты увидела?»215. Требуется ли антиохийскому епископу установить, что Христос страдал по человечеству, он упирает на выражение Исаии «человек в язве сый и ведый терпети болезнь» (Ис. 53:3)216. Решает ли Евстафий вопрос о Мельхиседеке, опять так текст Библии подсказывает ему известное решение вопроса об умолчании бытописателем родословной Мельхиседека217 и т.д.

Кроме того, в числе характерных особенностей Евстафиева экзегезиса, следует отметить производимый им тщательный анализ текста Писания. На почве этого анализа зиждется все Евстафиево объяснение 1Цар. 28 и опровержение им Оригенова толкования этой главы. Отсюда, доказать высказанное положение на примере равнялось бы переписке едва ли не всего «Диагностика». В силу таких соображений, для подтверждения нашей мысли, выберем наиболее типичное. Сюда, помимо выписанного выше, относится, например, то место «Диагностика», где Евстафий доказывает, что речь явившегося в Аэндоре, произнесенная в пророческом духе, в существе дела, составлена из раннейших (1Цар. 15) пророчеств о Сауле Самуила218. Равным образом на текстуальном анализе построено у Евстафия доказательство ложности аэндорского пророчества219. Далее, на этот же счет должно отнести и уяснение Евстафием всех понятий, входящих в текст толкуемого им места Св. Писаия. Описание душевного состояния Саула в момент его прихода к чревовещательнице220, определение значимости этой последней и ее ремесла, под углом зрения возможности выводить души праведных и отношения Библии к мантике221, понятие о диаволе222, Божестве223, Самуиле, как224 пророке, – вот, за некоторыми исключениями, тот цикл понятий, в котором вращается и на котором, в связи с филологическим анализом, утверждает свое толкование Евстафий.

Указанием на свойственное Евстафию широкое пользование библейскими параллелями при выяснении смысла священного текста225 мы заканчиваем характеристику внешней стороны творений св. отца.

Выводы, которые позволительно сделать из этой характеристики, несмотря на всю ее краткость, сводятся к следующему главному: экзегетические приемы антиохийского епископа обращают на себя внимание своей общей научностью. Отмеченный факт служит наилучшим и более веским, чем отрицательное отношение к аллегориям, доказательством той мысли, что лицо, экзегетическим методом которого был историко-грамматический, принадлежало к антиохийской школе. «Строго научный, тщательный и разумныйй экзегезис»226, в связи с историко-грамматическим методом толкования Библии, по мнению изучавших вопрос об антиохийской школе, является типичнейшей особенностью этой последней, потому что ничего подобного никогда в школе александрийской не было достигнуто227.

§2. От внешности обращаемся к содержанию творений Евстафия и, прежде всего, к христологии антиохийского епископа.

По учению св. Евстафия в Едином Лице Иисуса Христа нераздельно (ἀδιαιϱέτως) и неслиянно (ἀσυγχύτως)228 два естества229. Он не человек только, но обладает еще и природой Божественной230.

Рассматриваемый с этой последней стороны, Христос есть Бог231 невидимый (ἀόϱατος)232, самодовлеющий (αὐτάϱϰης)233, бесконечный (ἅπειϱος)234, недомыслимый (ἀπεϱινόητος)235, всеведущий236, всемогущий (παντοδύναμος)237, все исполняющий238.

Впрочем, будучи единосущным Отцу (ὁμοούσιος)239, Он тем не менее, скажем словами св. Евстафия, «отдельное Лицо (μοναδιϰίν πϱόσωπον)»240 от Отца, хотя и пребывает везде вместе (ἀϑϱόως) с Ним241. Он, если так можно выразиться, не вся Троица, но «Единый из Несозданной и Единосущной Троицы»242.

Ипостасно, Христос – все тварное объемлющая243 Божественная Премудрость244 или Божественный Логос245, неосязаемый (ἀναφής) и некасаемый (ἀψηλάφητος)246, через Которого сотворено все – «ангелы247, небеса и земля, и море, и глубины, и пробегающие по небу светила»248. «Не в начале дней, пишет св. Евстафий, был рожден Бог Слово (ό ϑεὸς Λόγος) и не окончился когда или умер249".

Для определения взаимоотношения между Божественной природой Христа и Богом Отцом антиохийский епископ употребляет еще другой термин, именно «сыновства». Христос не простой человек250, не человек обожествившийся251, не одна из созданных Богом невидимых и служебных Его сил252, но, по природе, Своей, Единый253. Божественный Сын Бога Живого254, рожденный из несозданной сущности Отца255, преискренний (γνήσιος)256, единородный (μονογενής)257 и единый со Отцем и Святым Духом258. – Как Сын Божий, Христос – образ Отца259, «потому что, подобными от подобных рождаясь, рождаемые являются истинными образами родителей»260.

Для полноты упомянем, что у Евстафия, помимо перечисленных, есть и еще термин, которым он обозначает Божество Сына, это – «ϑεῖον πνεῦμα» (Божественный Дух)261.

Воля Сына, поскольку Он – Существо Божественное, едина с волей Отца. По той же самой причине Сын равносилен (ίσυδύναμος) Отцу262 или, иначе говоря, у Него единство власти со Отцем и Духом263. Далее, Сын, по Своей Божественной природе, совечен (συναίδιος) Отцу264 и безначален (ἅναϱχος)265. Он, по Божеству, обитает на небе, в недрах Отца266.

Как Богу, Христу принадлежит «в вышних» единство чести со Отцем и Святым Духом267, так что Он Бог сопрославляемый и равночестный268.

В этой-то Божественной природе Христа заключается Его превосходство над прочими людьми.

Однако, Христос не есть только Божественный Логос. Он, как пишет св. Евстафий, «Слово, ставшее ради нас плотью,»269 или «Бог, неизменно (ἀτϱέπτως) вочеловечившийся»270. – Воплотившегося Логоса св. Евстафий называет просто «человек»,271 или «человек Христос» (ό ἅνϑϱωπος Χϱιστός)272, также «человек Христа» (τοῦ Χϱιστοῦ)273.

Частнее учение антиохийского епископа о человеческой природе Христа можно представить следующим образом. Согласно воззрениям св. Евстафия Христос, по Своей телесной природе, настоящий человек274. Он имеет всю плоть с костями275. Далее, Рожденный в Вифлееме повит был пеленами, вскармливался, из-за замыслов жестокого Ирода провел несколько лет в Египте, говорил по-детски, возрастал телом, дни Его жизни умножались, в Назарете Он достиг зрелого возраста. Следы бичей на теле Христа от ударов, прободенные ребра, знаки гвоздей, излияние крови, самое воскресение служат, по мнению Евстафия, надежными доказательствами непризрачности плоти Спасителя276. Это – первое. А затем, вопреки учению некоторых разветвлений арианства, будто на месте человеческой души у Христа было Божество (σῶμα ἅψυχον)277, Евстафий не раз проводит мысль о Христе, как полном человеке, об Его человеческой душе278. «Разумная душа Иисуса, пишет антиохийский епископ, единосущна (ὁμοούσιος) душам людей, совершенно как и плоть, происшедшая от Марии, является единосущной плоти людей»279. По Своему человечеству рожденный от Девы Марии280, будучи в Ее девственной утробе образован (παγεῖς) Духом Святым281, Христос испытывает все свойственные человеческой природе страдания282. Он алчет, жаждет, имеет потребность во сне, скорбит, утомляется, проливает слезы.283 Не чужд человек Христос и страстей284, кроме греха285. Человека Христа Евстафий именует чистым (ϰαϑαϱός), незапятнанным (άχϱαντος), неоскверненным (ἀϰιλήδωτος). По человеческой природе Он принял обесчещение от врагов286, страдал287 и умер288, воскрес289 и восшел на небеса290, «человек же Христос, из мертвых восставший, возвышается и прославляется»291. Отсюда, Он – Господь Славы292. К человеческой природе Христа относятся, по Евстафию, и некоторые евангельские изречения Спасителя, напр. Мф. 11: 3293; 19:28294; 24:36295; 28:18296; Ин. 2:3297; 8:27298; 20:17299.

Наиболее характерной частью христологии антиохийского епископа, бесспорно, должно быть признано его учение об образе соединения в Едином Лице Христа двух природ.

О самом акте воплощения Евстафий пишет лишь однажды и то мимоходом, говоря, в заключении гомилии «εἰς τό δεῖπνον Λαζάϱου...», о поклонении «Господу, прежде век совечно (συναϊδίως) и собезначально (συνανάϱχως), несказанно (άφϱαστώς) и неизреченно, от Отца, т.е. из несозданной сущности, Рожденному, и в последние времена от непорочной Девы неизменно (άμεταβλήτως) и неслиянно (άσυγχύτως), выше разума и слова, Воплощенному.300".

Выраженное в терминах известного вероопределения IV-го собора, Евстафиево учение об образе соединения природ во Христе, как общецерковное, на первый взгляд, не представляет чего-либо особенного. И действительно, оно таково, если судить по сделанной нами выдержке. Типичное и экстраординарное (конечно, относительно) выступает в христологии Евстафия при более частном развитии данного пункта...

Человек-Христос, по Евстафию, не Сам Сын, но образ Сына301. Он храм Божественной Премудрости, Слова и Бога302. Этот храм антиохийский епископ называет храмом в собственном смысле (ϰυϱίως), чистым (ϰαϑαϱός), незапятнанным (ἅχϱανϑος)303, избранным304, одушевленным305, соединенным (построенным – ἑνωϑέντα) Богородицею Девою306, святым307, живоносным (ζοήφοϱος)308, спокланяемым309, Богозданным храмом несозданного и вечного Бога310. Впрочем, для выражения той же самой мысли, Евстафий употребляет и другие термины, называя Христа то «человеческим обиталищем (οίϰος, σϰήνωμα)» Бога Слова311, то Его «человеческим органом»312, иногда «скинией Слова»313. Последнее, по смерти человека Христа или, выдерживая терминологию, после того как храм был разрушен, заново величественно восстановило его314. Бог в отношении к человеку Хрусту является (хотя и) непрерывно (διηνεϰῶς)315 (но) обитающим в Нем316, Христос, по Своей человеческой душе, сообитающий Богу и Слову317. В силу этого последнего Бог-Слово, понесши человеческий образ Христа318, Своим Божеством не обожествил, но только помазал Свое воплощение319.

Есть основание утверждать и больше, а именно, что Божественные свойства исторического Христа Евстафий рассматривает как результат известного процесса. Настоящая «слава» Христа, по нему, «приобретенная (δόξα έπίϰτητος)320». Лишь «восставший из мертвых человек Христа возвышается и прославляется»321 за Свои добровольные страдания. «Бога носящий человек, пишет Евстафий в одном месте322, который добровольно решил претерпеть смертные страдания..., честь и власть восприял. И (только) тогда (ibi) приобретается слава, которой никогда прежде Он не имел». Соответствующую мысль Евстафий извлекает еще из текста Деян. 2:36, который он понимает в том смысле, что Бог «страдавшего Иисуса Господом соделал, а не Премудрость и не Слово323». Отсюда и слова псалма 102-го: «Господь на небеси уготова престол Свой» (ст. 19) (Пс 102:19), согласно толкованию Евстафия, относятся к человеку Христа и некоим образом «не должны быть относимы ни к Всемогущему, (уже) имеющему собственный скипетр, ни к Слову, (уже) владеющему самым царством324".

Впрочем, учение антиохийского епископа об образе соединения естеств во Христе не может быть признано последовательным до конца. А отсюда и делать выводы по вопросу о степени близости его к крайним представителям антиохийской школы нужно cum grano salis325.

В самом деле, на ряду с указанной терминологией, у Евстафия встречается и другая. Так, он учит о нераздельном (ἀμέϱιστος) единении (ἕνωσις) Бога и Его храма326, о Боге, как нераздельно (άμεϱίστως) сущем со Своим храмом327.

Следующие пункты Евстафиевой христологии имеют существенное значение при выяснении богословского направления антиохийского епископа. Все они, заметим в скобках, относятся, так сказать, к последнему отделу христологии Евстафия.

Это, прежде всего, учение антиохийского епископа о человеческой природе Христа, как храме, в котором обитает Бог – Слово. Данная терминология сама по себе еще не составляет монополии какой-нибудь одной школы. Термин «храм», с соответствующими вариантами, для обозначения телесной природы Христа в отношении к Божественной, и глагол «обитать», для определения modus'a отношения этой последней природы Христа к Его человеческой, встречается у церковных писателей всех времен и самых разнообразных, часто диаметрально противоположных, богословских направлений. На точке рассматриваемой терминологии сходятся Ориген и Феодор Мопсуэстский, Кирилл Александрийский и Несторий и т. под.328.

Типичными для антиохийских богословов эти термины являются лишь постольку, поскольку свое преимущественное употребление и понимание в известном смысле они нашли именно в среде антиохийцев. Поэтому, на наш взгляд, слишком смело от одного присутствия настоящего термина заключать к резкому отделению Евстафием в лице Христа Божества от человека, в котором Оно обитает, тем более, повторим, что рассматриваемая терминология не единственная и исключительная у антиохийского епископа. На почве термина «храм» если и можно базировать в известных целях, то лишь при помощи наиболее, по сравнению с этим последним, характерных для антиохийца черт, находимых у Евстафия. Мы разумеем выражение антохийского епископа о Христе, что он «Бог вочеловечившийся, не человек обожествившийся, но помазавший (χϱίσας) Свое и добровольное воплощение (σαϱϰῶσις) Своим Божеством»329, и его другой термин: «συνουσία (общение)» для обозначения отношений Бога и Слова к душе Христа330. Кстати, в одном из латинских фрагментов Евстафия modus взаимоотношения Божественной и человеческой природ во Христе выражен глаголом coaptare331.

Являясь полнейшею противоположностью александрийскому ἕνωσις'у, отмеченная мысль Евстафия проливает некоторый свет и на его понимание образа соединения природ во Христе. Другими словами, мы хотим сказать, что Евстафий, под указанным углом зрения, составляет одно из промежуточных звеньев в той цепи христологов, на одном конце которой стоит Павел Самосатский, а на другом Диодор Тарсийский, Феодор Мопсуэстский, Несторий с разделявшими и разделяющими его воззрения «даже до сего дне». Дело в том, что проводимое Диодором тщательное отделение Логоса от человека, в котором Логос обитает, как в храме, замечается еще у Павла Самосатского.

Анализ Евстафиевой христологии позволил нам включить его в состав антиохийской школы. Впрочем, внося антиохийского епископа в списки этой последней, считаем нужным заявить, что Евстафий, в области христологии, антиохиец более по приемам и терминологии, и менее по содержанию. За это говорит отчасти неустойчивость его христологической терминологии, а особенно выражение о Христе, что Он по Божеству рожден из несозданной сущности Отца332, т.е. то самое выражение, которое, по мнению проф. Лебедева333, было исключено на II-м соборе из символа под влиянием богословов антиохийского направления. Отсюда до некоторой степени понятна антиарианская деятельность Евстафия при его антиохийском направлении334.

§3. Итак, судя по христологии, Евстафий принадлежит к антиохийской школе, если так можно выразиться, главным образом, формально. Его материальная принадлежность к ней несравненно легче доказывается сохранившимися доселе отрывками, касающимися сотериологии св. отца335.

Вот эта сотериология схематически. – По мысли св. Евстафия мотивом для спасения людей служит милосердие Сына Божия к грешному человеческому роду. Конечною целью этого спасения является восстановить независимость земли от власти диавола. Иначе эту цель можно определить как возвращение рода человеческого в первобытное состояние336. Результаты спасающей деятельности Сына Божия суть искоренение всего противного природе добра и насаждение согласного с нею посредством, выражаясь образным слогом Евстафия, низведенного Спасителем на землю огня богопознания, огня просветительного и животворного. А summa summarum процесса спасения, по словам антиохийского епископа, заключается в том, «чтобы, как добровольно был увлечен человек обманом и самовольно навлек на себя непослушанием ранее предвозвещенную (ему Богом) смерть, так опять, освободившись от угара (заблуждения), познал должное и приобщился к Богу чрез исповедание и устремление к Нему337".

Нельзя не заметить, даже в отрывках сотериологии Евстафия, всецело проникающего ее нравственного характера. Недаром Христос в одном из фрагментов называется «началом прекраснейших путей праведности»338. Эта особенность сотериологии антиохийского епископа, наиболее рельефно выразившаяся в его учении о цели и конечном результате спасения, который Евстафий видит в сближении возрожденного человека с Божеством, дает нам новое доказательство антиохийского направления Евстафиева богословия.

§4. Далее, в число характеризующих направление Евстафия мест его фрагментов следует включить то, где антиохийский епископ Деву Марию считает принадлежащей к царскому роду Давида339. Это последнее утверждение Евстафия типично в двояком отношении. Во 1-х, оно характерно потому, что мысль о царственном происхождении Девы Марии была по преимуществу распространена в кругах антиохийцев340. А потом отмеченная нами у Евстафия черта обращает на себя внимание, поскольку богословы александрийской школы род Богоматери считали священническим.

§5. Ряд аргументов в пользу проводимой нами мысли о принадлежности св. Евстафия к антиохийской школе писателей мы намереваемся закончить не прежде, как отметивши его воззрение на богодухновенность Библии. В сочинении «о чревовещательнице» Евстафий несколько раз341 писателем Библии называет Духа Святого. На основании этих кратких, мимоходом брошенных, слов трудно или, точнее, невозможно ясно представить, как понимал св. отец вдохновение, – разделял он или нет, в данном случае, общее всем антиохийцам воззрение, что не только «по своему ...материальному содержанию, но даже по форме, по подбору мыслей и расположению речи»342, Библия есть произведение Божественного Духа. Одно несомненно, что воззрения на этот счет Евстафия, в известных нам частях, адекватны теории вдохновения Златоуста и Феодора Мопсуэстского. Выражение же Евстафия, что «сочинителем слов (1Цар. 28) был, верят, Дух Святый, а не человек»343, имеет для себя параллельное место в словах Златоуста: Моисей «говорит не от себя, но что внушила ему благодать Духа»344. Нет двух людей, которые бы сомневались относительно богословского направления Златословесного Святителя и особенно Феодора Мопсуэстского. Вывод отсюда ясен...

***

Последнее слово. Широко, по крайней мере, был распространен на Западе (Fritsche, Keil и, может быть, другие), а у нас в России особенно345, взгляд, по которому антиохийское богословие – направление, в области религиозной мысли, рационалистическое, представляющее резкую противоположность александрийскому богословию и т.д.

Между тем ближайшее изучение творений Евстафия открывает в них лишь немного черт, до резкости типичных для сочинений богослова-антиохийца с только что отмеченной точки зрения346. И наоборот, мы находим в них нечто такое, что, при том же самом понимании дела, мало мирится с продуктом антиохийского богословствования. Для примера укажем, прежде всего, что Евстафий, как и другие антиохийцы, оперирует над текстом LXX, а затем признает в области экзегетики авторитеты347.

* * *

1

См. Hieronymi Epist. ad Magn (по рус. пер. твор. ч. 2-я, стр. 253–4, Киев 1879): I. Chrysost. MPSG. t.50. c. c 597–606 (по рус. пер. твор. т. И, кн. 2-я, стр. 642–650, СПБ. 1896); Анастасия Синаита, Anag con templ. in haexam lib IV, MPSG. t.89. Soz. H.E., И, 19

2

Athan, Hist arian (ad monachos), 4 (Твор. в рус. пер., ч.2, стр. 108. Св. Тр. Серг. Лавра 1902 г.).

3

Прот. А.В. Горский. Жизнь Св. Афанасия Вел., арх. Александрийского, ibid, ч. I. стр. 34.

4

Ср. R. E. 3 Aufl, B.5, Leipzig 1898, art. Loofs'a «Austathius von Antiochien». S. 626.

5

Иеронимов их перечень в «De vir illustr» (LXXXV) (Цит. изд. т. 5, стр. 331), разумеется, не полон. А указания различных рукописных кодексов и катен, которые следует принимать cum grano salis равным образом указания авторов, сохранивших в своих сочинениях отрывки из Евстафия, свидетельствуют лишь только о том, что Евстафиево сочинение с таким то названием существовало или что такие то строки из неизвестного по имени произведения принадлежали Евстафию и ничего более.

6

Ibid.

7

Филарет, арх. Черниг. Истор. учен. об отц. церкв. СПБ 1859, т.II. стр. 28–9.

8

Впрочем, одно из разумеемых нами здесь сочинений проф. Барсов считает «не полным» (Представители догматико-полимеческой проповеди в IV веке на Востоке. Вера и Разум, 1886 г. т. I, ч. I. стр. 465).

9

Христ. Чт. 1901 г. апрель, стр. 475.

10

В настоящее время этого последнего сделать, по нашему мнению, даже невозможно. Дело в том, что новых биографических данных первоисточного характера пока еще нет. А все доселе известные источники уже достаточно использованы наукой, так что все пути здесь, в полном смысле слова, «заезжаны».

11

По другой транскрипции (см., напр., у Cavallera в его изд. S. Eustathii, e.A. in Lazarum, Mariam et Martham homilia christologica etc. Parisiis. 1905. fg №№ 17 и 33) Евстахий (Eustachius). Но то, как замечено в Act. Sanct (Jul. t. IV, p. 130), «minus recte».

12

«De vir. illustr.,» loc. сit. Все последующие писатели об Евстафии принимают это Иеронимово показание без возражений.

13

Это, замечает Loofs, «является единственным, что мы (более или менее) вероятно знаем относительно его предшествующей (епископству) жизни (Vorleben)». RE., l.c.

14

За отсутствием же сведений о годе поставления Евстафия в епископа этот вопрос неразрешим, хотя бы и приблизительно. То правда, что в церковных правилах, строго говоря, нет указания на лета принимающего сан епископа. О нем только замечается, что удостоиваемый этого сана должен предварительно пройти служение и чтеца, и диакона, и пресвитера, притом не слишком малое время. Но так как 14 и 15 пр. Трулл. Соб., 22 пр. Кафр. соб. и 11 пр. Неок. соб. точно определяют возраст для поставляемых во иподьякона (20), диакона (25) и пресвитера (30), то отсюда можно заключать, что епископ, при поставлении в этот сан, должен был иметь 40, или minimum 35, лет. Впрочем, бывали и исключения (Афанасий Великий), но то уж исключения.

15

Epist ad Magnum – 65-ое по счету рус. пер. твор. Иер. (ч. 2, стр. 254).

16

О знакомстве Евстафия с Платоном и другими греческими философами можно заключать по многочисленным местам его сочинения «De engastrimytho» (см. текст и критич. замеч. к изд. этого сочинения в Text u. Untersuh 1886 J.B.II.H 4), также – из некоторых сохранившихся фрагментов книги «De anima» (в последней собственно рассматривается учение Платоников). Отсюда же видно знание Евстафием догмы пифагорейцев (см. Cavallera. op. cit. 46–48, 51.52) и т.д.

17

См. соч. «De engastrimytho», напр. гл. XXVIII-IX, где ссылка на Гомера, Гесиода, и примечания к только что цитованному изданию этого сочинения.

18

Soz, loc.cit.

19

Об этом последнем см. напр. у Минто в его «Логике» (изд. Библ. для самообраз., Москва. 1896, введение).

20

Т.е. знание Писания, церковной литературы (см. прим. к сочин. «De engastrim» в Text и Unters) экзегетика и т.д.

21

Именно из малоазийских, судя по богословскому направлению Евстафия (о чем ниже).

22

1-й прилагается Афанасием Великим и Феодоритом; 2-й Златоустом, Анастасием Синаитом (MPSG, t.89, 1, c.99) и некоторыми древними манускриптами (см. у Cavallera, ibid, fg.42).

23

Отмеченная неясность, конечно, в значительной степени объясняется тем, что речь об этом ведется у них не специально, а мимоходом, так сказать, «по поводу». С другой стороны, относительная близость расстояния между Евстафием и теми лицами, для которых писали свои сочинения, напр. Афанасий и Златоуст, и некоторые другие, чисто временные и местные, условия освобождали этих последних от необходимости объяснять повод к названию антиохийского епископа «исповедником».

24

Loc. cit.

25

Ibid, стр. 78.

26

MPSG, t. L, c.601 (по цит. руск. изд. твор. св. отца т. II, кн. 2-я, стр. 646).

27

Ceillier. Histoire generale des auteurs sacres et ecclesiastiques, Paris, 1859, t.III, p.158; Gwatkin. Studies of arianism. Cambridge, 1900, p. 39 n.3; Cavallera, Le schisme d'Antioche. Paris. 1905, p.33 n.

28

Act. Sanct., loc. сit.

29

В Act.Sanc. (ibid) доказывается даже исключительность приведенного понимания текста Афанасия на том основании, что имя исповедника Афанасий не прилагает более ни к одному из епископов, пострадавших от ариан.

30

Как борец за православие, он, естественно, таким или иным путем должен был отлично знать своих соратников, – знать, разумеется, в самом полном и широком смысле, т.е. знать, следовательно, и биографию этих лиц. Быть особенно осведомленным в биографии Евстафия Афанасий должен был, как состоявший в клире александрийского епископа Александра, – человека, которому Евстафий был близко изестен, который обменивался с Евстафием посланиями (об этом подробнее ниже).

31

Gallandus. Bibliotheca veterum patrum, Venetiis 1768, prol XXIV (перепечатка у Migu'я PSG. t.18. c.609); Филарет. op. cit, стр.23–4.

32

RE.I c.

33

Кроме Златоуста и Афанасия, как мы сказали выше, еще Анастасий Синаит и некоторые манускрипты называют Евстафия мучеником, но, по какому поводу, не объясняется, а потому разбор этих свидетельств оставляем.

34

В русской литературе вскользь высказано мнение, будто Евстафий пострадал в бытность беррийским епископом (Филарет, op. cit, стр. 23–4 и особенно Барсов, op. cit., стр. 464), но на чем оно основывается, сказать затрудняемся.

35

Так именно, по известным обстоятельствам, думают все новейшие писатели, склоняющиеся на сторону 1-го понимания Евстафиева эпитета «исповедник».

36

«De vir. illustr», loc.cit.

37

Н.Е., 1,4.

38

Дело в том, что, по призванию одних историков, 319 г. был годом отлучения Ария еп. Александром (см. напр. Робертсона, История христ. церкви в пер. Лопухина т. 1, стр. 319 и 1051), по другим (проф. Спасский, История догматических движений в эпоху вселенских соборов, т. 1. Серг. пос. 1906 г., стр. 145) это имело место в 318 г).

39

Op. cit. ibid, гл. 7. Из новых на стороне Феодорита Du-pin. Bibliotheque des auteurs ecclesiastiques, Paris, 1693, t.II; Ceillier. op.cit; Loofs.ibid; проф. Гидулянов (Восточные патриархи в период четырех первых вселенских соборов. Ярославль, MCMVIII. стр. 176).

40

Op. cit. 1,2 (по рус. изд. стр. 22) Из писателей нового времени это мнение, повидимому, разделяется Фабрицием, Bibliotheca graeca, t 8. p.166. Hamburg 1717; Шрöкком, Christliche Kirchengeschichte, Leipzig, 1783, B 5, S.375; Гергентрётером, Die Antiochenische Schule, Würzburg 1866, S. 15; Тильмоном, Memoires, t. VII, p.22.

41

Chronographia ad an M 5816.

42

Thesaur. otrhodox fid, I V, c.6.

43

Έϰύϱωσε» – «confirmavit» (Феофана I. c).

44

Из новых воззрение Феофана и Хониата разделяют Gallandus, l.c: Boschius. Tractatus de patriarchis antiochenis (Act Sanct., Jul. t. IV., pp.34–35); Филарет (op. cit, стр.24), Барсов (I c).

45

Loc.cit.

46

Противоречие оказалось бы по сравнению с 15-м правилом этого самого собора, где, между прочим, читаем: « ἔδοξε παντάπασι πεϱιαιϱεϑῆναι τὴν συνήϑειαν, τὴν παϱὰ τὸν Ἁποοτολικὸν κανόνα εὑϱεϑεῖσαν ἔν τισι μέϱεσιν, ὥστε ἀπὸ πόλεως εἰς πόλιν μὴ μεταβαίνειν, μήτε Ἑπίσκοπον, μήτε πϱεσβύτεϱον, μήτε διάκονον » и т.д. Письма же Константина Великого к Антиохийской общине (Euseb. V.C. III, 60) и Евсевию Кесарийскому (ibid. 61), с одной стороны, и практика епископского избрания Евсевия, с другой, доказывают, что это правило имело на Востоке полную силу.).

47

Loc.cit.

48

Soz, ibid. (по рус. пер. стр. 21–2).

49

В чем путанность – это, прежде всего, указал Boschius. Во вторых, нельзя не усматривать противоречия между этим показанием Созомена и его словами в 17-й гл. той же книги, где он говорит, что на I-м соборе присутствовал, между прочим, «Евстафий уже управлявший Церковью Антиохии» (по рус. пер. стр. 62). Наконец, самое имя Евстафиева предшественника, показанное Созоменом, обличает слабость этого места в его истории. По замечанию Du-pin'a (op. cit. p.30), «S. Romain n'a point toutefois été Evôque, mais seulement Martyr d'Antioche». Впрочем Boschius (l.c.) пытается доказать, что «Romanum eumdem cum Paulino, atque adeo binominem tuisse».)

50

MPSG. t L. c.602.

51

Loc. cit.

52

Ср. суждение Никифора Каллиста у Boschius'а (loc. cit).

53

Loc.cit. Из новых за Созоменом следует один Boschius (op.cit), и то благодаря своему только что указанному и, нужно заметить, оригинальному пониманию этого места истории Созомена.

54

Loc. cit. Из новых с Феодоритом согласны проф. Спасский (op. cit, стр. 152); Du-pin (op. cit, p.p. 26 и 30) и Loofs. Вот его аргументация в пользу Феодорита: «Da nun nach Philostorgius (3, 15; vgl. Tillemont VII. 647) Paulinus v Tyrus der Nachfolger des Eustathius wurde so muss man einen Paulinus vor und nach Eustathins annehmen (so Valesius vu Philost 3.15, MSG, 65, 503 not. 78 und zu Sozom 3,11,7 ed.Hussey III.89, auch Tillemont VII. 649 f) oder entweder den Philostorgius (so Cave, MSG. 65, 503 not. a. oder den Hieronimes des Irrtums zeihen. Letztere Annahum scheint mir trotz Sozomenos 3,11.17 die leichteste zu sein (l.c.)»

55

Chron. ad an 332; из новых Gallandus, Fabricius, с ссылкой еще на Зонару и других, также Tillemont'a, Ceillier, Гидулянов. Из обширной аргументации этого последнего в пользу Иеронима особенно любопытны следующие пункты: «отсутствие в каталоге епископов никейского собора Павлина тирского, чего не могло бы быть, если бы переход последнего в Антиохию совершился после Евстафия. H. Gelzer. Patr. Nic. nom. p. LX LXI; Euseb V C 59, где избрание Евсевия кесарийского следует как событие, непосредственно следующее за низложением Евстафия; послание Константина к антиохийскому собору (Euseb V.C. III, 62), в числе членов которого Павлин не называется, причем кандидатом на первом месте указан «житель кесарии каппадокийской, пресвитер Евфроний» (op. cit, стр. 177, прод. прим. 5 к стр. 176).

56

Loc. cit.

57

См. Гидулянова, op. cit., стр. 176, пр.5.

58

Loc. cit.

59

Loc. cit.

60

Loc. cit.

61

Fessler-Jungmann. Institutiones patrologiae, Innsbruck, 1890, t I.p 428.

62

См. выше, сн. также Treppner'a, Das Patriarchat von Antiochien, S. 29 и Гидулянова op.cit, стр. 380.

63

Loc. cit.

64

Op. cit., стр. 152, (прим.)

65

Nachrichten könig. Gesellsch d. Wiss v. Gottingen, philos-hist. Klasse, 1905, 11.3. S.382.

66

Loc. cit. (см. выше)

67

Loc. cit.

68

Ibid. – Заметим, что излагаемая нами далее, по Златоусту, деятельность Евстафия в антиохийский период его жизни, с точки зрения некоторых (напр., Tillemont'a, Memoires, t.VII, p.23–4, Paris, 1700, и др). является его деятельностью в эпоху антиникейской реакции. Подобная разница между ними и нами во взглядах объясняется различными точками зрения на время перемещения Евстафия на антиохийскую кафедру.

69

MPSG, t.L, c.602, по цит рус. пер. ibid и стр. 647.

70

Ibid. и у Cavallera, Homil. Christol, fg 84.

71

В начале IV-го века Антиохия была, по мнению проф. Гидулянова (op. cit., стр. 379) центром всей восточной церкви. И если сфера правовой власти антиохийского епископа была тесно ограничена (она распространялась всего лишь на 2 гражданских провинции), то «духовное влияние» его кафедры «простиралось не только на Малую Азию, Понт и северо-восточную часть Азии, но также и на отдаленную Персию, Армению и Грузию».

72

I. Chrys., loc. cit.

73

Theodor., H. E, I, 8.

74

Сн. проф. А.П. Лебедева, Вселенские соборы IV и V веков, СПБ. 1904, стр. 17.

75

Напр., по соображению весьма многих, председательство на соборе Евстафию будто бы доставило или высокое достоинство антиохийской кафедры, или его личные ученые и нравственные качества, или то и другое вместе. Но относительно первого аргумента заметим словами Memoires de Trévoux (sept. 1737) «cette raison ne paraît pas légitime, parce que l'éveque d'Alexandrie, se l'on avait eu égard à la dignité du siége, devait précéder celui d'Antioche» (см. у Ceillier, op. cit., p. 159 n.; ср. также Гидулянова, loc. cit). Последний же аргумент устраняется вопросом, почему же другие отцы из присутствовавших на I-м соборе, хотя и обладали подобными качествами, однако не предлагаются в качестве председателя?

76

См. пред. прим.

77

«Такое (т.е. христологическое) учение преподали нам ... славные на Востоке и Западе святые:.. великий Евстафий, первенствовавший на собиравшемся (в Никее) соборе». (Посл. к монахам Евфратисии, Озроины, Сирии, Финикии и Киликии, XI; по рус. пер. Твор. бл. Феодорита. ч.8, стр. 254, Серг. Пос., 1908).

78

Заимствовано нами у Cavallera, op. cit., p.35 n.

79

Взято у Du-pin'a, loc. cit.

80

См. у Cavallera, ibid., и Dupin'a, ibid.

81

Du-pin. Ibid.

82

Act. Sanct, p. 131.

83

Gallandus, Ceillier, Boschius, Fessler, Tillemont, Cavallera, Спасский.

84

V.C., III, 13.

85

O. Seeck, Untersuchungen zur Geschichte des Nicänischen Konzils Zeitschrift für Kirchengeschichte, B XVII, 1896, S. 347; сн. также Bernoulli, Nic. Conc, RE, 3 Aufl, B XIV, S. 12, и Гидулянова, op.cit, стр. 131). Seeck. хотя и допускает другое толкование термина πϱόεδϱοι, именно в смысле вождей партий, но считает его менее правдоподобным.

86

Zur ältesten Geschichte des Primates in der Kirche, Bonn, 1879. По Friedrich'у πϱόεδϱοι – представители или «епископы 3-х, так называемых, кафедр Петра» (S.149).

87

Die πϱόεδϱοι auf der Synode zu Nicäa (Zeitschr. fur kirchl. Wissensch. und kirchl. Leben, 1889, S. 137–151; сн. Zeitschr f. Kirchengesch., B. XI, 1889, S. 171. Wolff проводит взгляд, согласно которому термин πϱόεδϱοι относится к 2-м епископам, занимавшим на соборе первые места по правую и левую сторону от Константина, а таковыми, по его мнению, были Евстафий Антиохийский и Александр Александрийский.

88

Op. cit (сн. также его Das Konzil von Nicäa, Freiburg i. B. u. Leipzig, 1896, S. 32 и Гидулянова, loc. cit. πϱόεδϱοι, по всей вероятности, – наиболее выдающиеся участники собора, сплоченные Константином в тесную коллегию, «с которой он находился в интимных отношения (mit der er in Fuhlung blieh), чтобы таким путем, при всей видимости полной автономии отцов, держать поводья исключительно в своих руках (die Zügel... in seinen Händen zu vereinigen)».

89

Das Verhältnis von Staat und Kirche in Byzanz (Histor. Zeitschr, 1901. B. 86, N. F. L, S. 198), сн. Гидулянова, op. cit, стр. 132.

90

Loc. cit. «Если, замечает по этому поводу Seeck (op. cit., S. 347), Феодорит I, 7, 10 приписывает приветственную речь Евстафию, то он (очевидно) совершенно не понял какого-нибудь места из сочинения этого последнего (конечно, о Никейском соборе), в котором тот повествовал о своих речах на соборе».

91

Epist. ad. Evang. presb (по цит. рус. изд. ч. 2, стр. 267).

92

По мнению Boschius'a (op. cit, p. 131) это выражение Иеронима следует толковать не иначе, как фигурально (в смысле указания на приветствие Константину), потому что, в собственном смысле, первым из антиохийских епископов на борьбу с арианством выступил будто бы Филогоний (ср. выше свидетельство Златоуста).

93

H. E, I, 19.

94

III, II.

95

Этим автором, полагает Seeck (op. cit, S. 347), был сам Евсевий.

96

Loc. cit. (по рус. изд. сочинений Евсевия Памфила, СПБ. 1849, г. II, стр. 176).

97

См. у Cavallera, p. 35, n

98

Annot in Euseb. Vit. Const. III, II.

99

«И это, по всей вероятности, так», замечает Hefele в своей Conciliengeschichte, B 1, § 28.

100

См. у Cavallera, p. 34 n Сн. Seeck'a, loc. cit., и Гидулянова, op. cit, стр. 130.

101

Подробнее об этом в своем месте.

102

Если только не считать за известие о деятельности Евстафия на I соборе 2 его подписи (Eustathius Antiochenus и Eustachius Antiochiae) под соборными определениями (см. у Mansi, Act. cont., t. II, c. c. 693 и 698).

103

Theodoret., ibid. (стр. 46).

104

Н. Глубоковский. Бл. Феодорит, т. II, стр. 293 (Москва, 1890); сн. К. Смирнова, Обозрение источников истории первого вселенского Никейского собора, Ярославль. 1888, стр. 285.

105

Мысль высказываем с ограничением. Единственная тому причина – место в приводимом Феодоритом отрывке из Евстафия (когда было прочитано на соборе сочинение Евсевия никомидийского, «оно тотчас причинило слушателям неизъяснимую скорбь», ibid), которое можно считать отметкой автором своих личных чувств.

106

Сн. К. Смирнова, (op. cit, стр. 162–163).

107

Определеннее датировать время собора, за отсутствием данных, не представляется возможности. Тем не менее, мы склонны думать, что этот собор происходил едва ли не непосредственно после Никейского. Так утверждаем в виду присутствия на соборе Иакова Низибийского и Павла Неокесарийского – епископов, бывших и на соборе Никейском. Между тем их преклонный возраст дает мало оснований предполагать, чтобы они, незадолго перед тем прибыв из Никеи, снова предприняли далекую поездку.

108

Loc. cit.

109

Сведения об этом соборе заимствованы у Ceillier, loc. cit.

110

Журн и прот. засед. Высоч. учр. Предсоб. Прис, т.III, втор. сч. стр. 51, СПБ. 1907; сн. также Церк. Вед., изд при Св Пр. Сvн., 1906 г., № 47, стр. 51.

111

Ibid., стр. 43.

112

Ibid., стр.51–2; ср. арх Филарета, op. cit., стр. 24 и 7-е прим. той же стр.

113

Loc. cit.

114

Разумеем возвращение в 328 г. из ссылки Евсевия никомидийского и Феогниса Никейского.

115

Подробнее ниже.

116

В истории Филосторгия (1, 7) относительно низложения Евстафия прямо говорится, «что мастерскою всех сих беззаконий была Никомидия» (по рус. изд., СПБ. 1854, стр. 325). Впрочем, Cavallera это выражение Филосторгия относит к месту собора против Евстафия (op. cit., p.57).

117

Проф. Спасский, op. cit., стр. 294.

118

Hieron., Epist. ad Evang.

119

Проф. Спасский (op. cit, стр. 142, ср. стр. 442) отмечает любопытный факт, характеризующий значение цитованного места кн. Притчей в истории арианских движений. Сам Арий впервые высказал и развил учение о тварной природе Сына Божия, «объясняя» именно это место книги Притчей Евсевий Никомидийский в письме к Павлину Тирскому в своих рассуждениях отправляется отсюда же. Из православных Афанасий начинает опровержение ариан с разбора этого изречения. Евстафий, как мы видели, то же, пиша против ариан, толкует Притч. 8:22.

120

Op. сit., p. 35.

121

Это все – знаменитости будущего: Стефан и Леонтий, потом оба епископы Антиохийские, Георгий Лаодикийский, Феодосий еп. Трипольский, Евдоксий Германикийский, Евстафий Севастийский. Так дело обстояло по Афанасию (Hist. ar., loc. cit.) По Созомену же лицами, от которых отвращался Евстафий и которых явно порицал, как едономышленников Ария, были епископ Тирский Павлин и Скифопольский Патрофил (loc. cit.)

122

Проф. Гидулянов (op. cit., стр. 177), считающий отказ Евстафия принять в церковное общение арианствующих клириков первым актом борьбы антиохийского епископа против антиникейской реакции, eo ipso несколько иначе оценивает значение этого действия в дальнейшей его судьбе. – По Гидулянову «это (только) раздражило ариан».

123

Существует двоякое объяснение причин обвинения Евстафия именно в савеллианстве.

В своей уже не раз цитованной нами книге проф. Спасский причину такого рода обвинения выясняет приблизительно так. Учение Евстафия о Сыне Божием, будучи весьма удачным, по пониманию современников, с точки зрения полемической, имело свою обратную сторону. Оно было подозрительно для Востока со стороны положительной, так как Евстафию, не различавшему отчетливо терминов: «ούσία» и «ύπόστασις», eo ipso не удавалось точно провести грань между двумя первыми лицами св. Троицы.

До болезненности подозрительный, при отсутствии традиционного резкого разграничения между лицами Св. Троицы, Восток, разумеется, не замедлил, в лице Евсевия Кесарийского, предъявить Евстафию обвинение в савеллианстве, – в том, «что Сына и Отца он сливает в одну ипостась и одну сущность» (op. сit., стр. 292–3).

Равным образом и по мнению проф. Гидулянова (op. cit, стр. 166) «учение Евстафия о Сыне Божием (ίιός ϑεοϋ) его противникам должно было представляться савеллианством и это тем более, что, употребляя вместе с никейцами, как синонимы сущность и ипостась (ούσία и ίπόστασις), он говорил об одной сущности или ипостаси, (ούσία или ίπόστασις), в Троице (τϱιάς) и отбрасывал арианскую, но также и оригеновскую терминологию о трех ипостасях, τϱείς ύποστάσεις».

Иначе высказывается на счет обвинения Евстафия в савеллианстве Cavallera: «Je ne vois pas que ce qui nous reste des oeuvres d'Eustathe prete quelque fondement à cette accusation. La plein divinitédu Verbe y est puissamment affirmée, mais la distinction d’avec la Pere est également mise en lumière» (op. cit, p. 38, n.). Гораздо ранее подобным образом высказался Ceillier (loc. cit.).

Помимо самых творений Евстафия (о чем ниже за Cavallera говорят 2 факта. Прежде всего, Евстафия, как защитника единосущия, которого, так или иначе, необходимо было свергнуть антиникейской партии, под указанным углом зрения, всего легче было обвинить именно в савеллианстве. Тогда, по Сократу (loc. cit., ср Soz., loc.cit.), достаточно было простого принятия одного слова «единосущный», как другие уже «полагали, что принимающие его вводят ересь Саввелия и Монтана, а потому называли их хулителями, как бы отвергающими личное бытие Сына Божия». Общей тактикой евсевиан сделалась «тех, которые полагали меньшее, чем они сами, различие между Отцом и Сыном, обвинять в том, что эти последние, строго говоря, совершенно, подобно Савеллию, не хотели различать Отца и Сины» (Hefele, op. cit., § 46). А потом, что это обвинение было делом не совсем чистым, можно догадываться из, хотя кратких и темных, намеков Сократа (loc. cit.). «оба они (т.е. и Евсевий, и Евстафий) утверждали, что Сын Божий есть лицо и имеет личное бытие, оба исповедывали единого Бога в 3-х лицах, а между тем, не знаю как-то, не могли согласиться друг с другом». Приблизительно в том же роде и утверждение Созомена (II, 18, по цит. рус. изд. стр. 120).

124

Обследование причин антиникейской реакции не входит в нашу задачу, а потому отсылаем к прекраснейшему выяснению их, сделанному в своем труде проф. Спасским (стр. 241–61; в данном случае особенно важны стр. 243–50).

125

Op. сit., стр. 293.

126

Имена их перечислены у Феодорита (op. сit., I, 21; по рус. изд. стр. 85). Это – Евсевий Кесарийский. Патрофил Скифопольский, Аэций Лидский, Феодот Лаодикийский и другие.

127

О соборной дате см. обстоятельное замечание у Cavallera (op. cit. pp. 57–8). Кроме 330 г. указывают и другие даты собора: Ceillier (loc. cit.) и Schröck (op cit. S. 377) – 331 г.; Pagius (цитуем по MPSG, t. 18. c. 609, сн. также рус. пер. Церк. Ист., Сократа, стр. 95, пр) – 327 или начало 328 г.; Fabricius (loc. cit.) – приблизительно 328 г; иные – 340; Treppner (loc. cit.) колеблется в выборе между 330 и 332 гг.

128

Loc. cit. Филарет (loc. cit.) видит этот предлог в том, «чтобы оказать честь пастырю великой церкви» (очевидно Евстафию). Но это, явно, дело недоразумения.

129

Philost, H E., по русск. изд., СПБ. 1854. стр.325.

130

Об этом см. у Cavallera (op. cit., p. 57)

131

«Среди них, по словам Феодорита (loc. cit.), немало было и защитников апостольского учения».

132

Сократ, Созомен, Феодорит, Филосторгий, Афанасий, Иероним, Златоуст.

133

«Евстафий лишен антиохийского престола, – на самом деле, как многие говорят, за то, что он одобрял никейскую веру и т.д, но предлог был тот» и пр. (Soz., op. cit, II, 19; по русск. изд. стр. 121). «Настоящею причиною (прибытия в Антиохию посторонних епископов) была война против благочестия» (Theodoret., loc.cit). «Евстафий... за свою гоячую ревность о благочестии (был) принужден жить в изгнании» (его же Посл. к монахам Евфратисии, loc. cit). «Евсевий, Марис и Феогнис ... Александра Александрийского низложили и отлучили за то, что он опять возвратился к единосущию, отлучили также и Евстафия Антиохийского, представив виною". (Philost, loc. cit.) «Поелику же он (Евстафий) много ревновал по истине, ненавидел арианскую ересь и не принимал державшихся ее, то его оклеветали пред царем Константином; выдумав предлог, будто... (Athan. Hist. arian., loc.cit.) Евстафий »за веру был сослан в ссылку». (Hieron, Chron., по рус. изд. стр. 396). См. также разные места Златоустова похвального слова Евстафию.

134

«О том, что Евстафий был низложен, как обвиняемый... в савеллианстве, – пишет... епископ сирской Лаодикии Георгий». Но, de facto, Евстафий обвинен был, вероятно, по другим причинам» (I. 24, по цит. рус. пер. стр. 95–96.

135

Apol. contr. Rufin, III, 42 (по цит. рус изд. ч. 5, стр. 142.

136

Op. cit., по рус. пер., стр. 85–6.

137

Loc. cit.

138

«Предлог (к обвинению Евстафия) был тот, что будто бы он посрамил свое священство непристойными делами (loc. cit)»

139

Подробнее всего это грязная и оскорбительная для памяти Евстафия история изложена у Феодорита (op. cit., по русск. изд. стр. 85–6), к которому и отсылаем. Из новых на стороне Феодорита стоит арх. Филарет (loc. cit., стр. 24–25), Ceillier (loc. cit.), Schröck (op. cit., S. 378), Tillemont (p.p. 25–6), К. Смирнов (op. cit., стр. 161)

140

У Socr. loc. cit. Это воззрение разделяет арх. Филарет (op. cit., стр. 25); Kihn (Die Bedeutung der Antiochenischen Schule, Weissenburg, 1866, S. 52); проф. А.П. Лебедев (op. cit., стр. 59); Fessler-Jungmann (loc. сit.), который, впрочем, считает это не единственной мотивировкой (tum ob sabellianismum, tum ob alia erumina eidem objecta. deposuerunt); Du-pin (loc. cit.); К. Смирнов (loc. сit.); ср. также Gams'a, Ser Episc. Eccl Cath (Rastibonae, 1873), c. 364.

141

Loc. cit. Из новых писателей эту версию разделяют проф. Спасский (op. cit., стр. 296); арх. Филарет (op. cit., стр. 25); Ceillier (op. cit., стр. 160), полагающий, что это обвинение было придумано Евсевием Никомидийским и Феогнисом, после того как произошел бунт в Антиохии: Du-pin (op. cit., p.27); Tillemont (op. cit., p p. 26–7). В ее пользу склоняются также Loofs («Arianismus», RE, 3 Aufl., B II, S. 20) и проф. Гидулянов (op. cit. стр. 177–8)

142

Подробный и существенный разбор всех их сделал Cavallera (op. cit., p p 58–64), а первой проф. Спасский (op. cit., стр. 296, прим.), ср. также у Loofs'a (loc. cit.), к которым и отсылаем.

143

Treppner, op. cit., S 60.

144

Проф. Спасский, op. cit., стр. 258.

145

Последнее подтверждается на обстоятельствах, сопровождавших низложение самого Евстафия, как их представляет Созомен (loc. cit.). «Узнав (не только) о случившемся» по этому поводу в Антиохии возмущении (о чем дальше), но «и о том, что антиохийские христиане разделялись на две партии, царь весьма разгневался"...

146

Так, по крайней мере, объясняется даже согласие Константина на ссылку Афанасия Великого (см., напр., у проф. Спасского, op. cit., стр. 308).

147

Вопрос другой, насколько справедливо утверждение Cavallera, будто строгости Евстафия по отношению к антиохийскому клиру возбудили среди некоторых из его членов недовольство (op. cit., p. 39, никаких ссылок на свидетельства древних нет), но, по свидетельству Созомена (loc. cit; по русск. изд. стр. 122), действительно, часть клира и народа враждовала против Евстафия. Возможно, что имеющее быть на этой почве волнение предвидели главы антиникейства и рассчитывали сыграть на этом, как ненавистном для Константина факте возмущения церковного мира, благодаря Евстафию.

148

Есть еще гипотеза E. Venables'a (Smith-Wace, A Dictionary of Christian Biography, V II, p p 352–3, London, 1880). Согласно этой гипотезе дело низложения Евстафия представляется в таком виде. Отношения между антиохийским епископом и двумя Евсевиями сделались натянутыми еще со времени Никейского собора. «На этом соборе, пишет Venables, Евсевий Кесарийский и Евстафий чувствовали себя соперниками столько же в богословском исследовании, сколько в фаворе императора. Возвышение одного предполагало понижение другого». Затеянная Евстафием полемика усилила разлад между епископами до того, что вражда Евсевия едва скрывалась. Одновременно могуществом и влиянием Евстафия при дворе тяготился и столичный епископ (т.е. Евсевий Никомидийский). Когда антиникейская партия достаточно усилилась, то, для низложения Евстафия, нужно было только найти удобный случай. Дальнейший ход событий Venables представляет согласно с изложенным у нас, при чем по вопросу о мотивировке обвинения он объединяет все 3 рода воззрений на этот счет древних.

Cavallera отрицает рассматриваемую гипотезу за отсутствием оправдывающих ее документов. И действительно, если вообще биографиеские сведения об Евстафии поражают своею скудостью, то это особенно следует сказать о материалах для его биографии за предшествовавший Никейскому собору период жизни антиохийского епископа. Отсюда, с одной стороны, открывается полный простор для разного рода гипотез, а с другой, если гипотеза хочет быть именно гипотезой, а не фантазией, для них почти нет почвы. Или же эта почва находится, но не для построений в стиле Venables'a, потому что искренняя ортодоксия Евстафия была известна защитникам православия и до I-го собора (см. выше). А кроме того, если Venables прав, то лишь при предположении, что Афанасий Великий держался известного принципа «цель оправдывает средства», можно объяснить его отзывы о православии Евстафия в роде следующих: «если что написано православными, напр... Евстафием, то в писанном ими ничего нет подозрительного; потому что нельстив и прост нрав этих апостольских мужей» (Ad episc. Aegypt. e. Lyb. 8; по цит. изд. ч. II, стр. 21). Что же касается до влияния Евстафия при дворе после I собора, то нам об этом ровно ничего не известно.

149

Loc. cit. стр. 121. Не на это ли намекает Феодорит (loc. cit.; по русск. изд. стр. 861, говоря, что Евстафий (изгнан был, как любодей и тиран?» Это предположение разделяет архиеп. Филарет (ibid). Проф. Гандулянов (op. cit., стр. 178), не разделяя implicite взгляда на эти беспорядки, как причину низложения Евстафия, все же склоняется к той мысли, что «они были поставлены перед императором Евстафию в вину и еще более усугубили перед Константином его виновность».

150

Согласно показанию Никифора (Χϱονογϱαφία σύντομος) это произошло после 18-тилетнего правления Антиохийской церковью (сн. Treppner'a, op. cit., S. 51)

151

Soz., loc. cit.; по русск. изд. стр. 123.

152

Athan, Hist. arian, loc. cit.

153

Ibid.

154

Loc. cit.

155

Op. cit., p. 160.

156

MPSG, t. L, c. 604, по цит. рус. изд. стр. 649.

157

Дословно такое выражение употребляется у Филосторгия (loc. cit.).

158

I. Chrys, MPSG, t. L, c.c. 600–601, по цит. рус. изд. стр. 644–5. Из новых сюда относится Schröck (op. cit., S. 378), архиеп. Филарет (ibid), Gwatkin (op. cit., p. 77), Fessler-Jungmann (loc. cit.), К. Смирнов (loc. cit.)

159

Theodoret (ibid). С этим согласен арх. Филарет (ibid)

160

Hefele (op. cit., § 46) и Treppner (op. cit., S. 29) объединяют 2 последних показания, хронологически предшествующей считая ссылку во Фракию.

161

De vir. illustr, LXXXV. Из новых мнение разделяет Bardenhewer (Patrologie Freiburg im Breisgau, 1901, S. 220), Hergenröther (op. cit., S. 16), Fabricius (op. cit., p.p. 166–7), Гидулянов (op. cit., стр. 178).

162

Memoires, t.VII Из греческих писателей Филиппы местом ссылки Евстафия считали Феодор Чтец (H. E, II, I; по рус. изд., СПБ, 1854, стр. 516), пожалуй, Феофан (Chronogr ad.an. 598 1); судя по Boschius'y (op. cit, p. 138), Никифор Каллист; Никита Хониат (op. cit, IX). Гипотезу Tillemont'a с некоторым дополнением принимает арх. Филарет (ibid), К. Смирнов, не отрицая того, что Евстафий в Филиппах, в Македонии, в диоцезе Иллирика (loc. cit)».

163

Проф. Спасский, op. cit., стр. 310.

164

Последнее было бы необходимо, если Евстафий в то время еще находился в живых.

165

См. Cavallera (loc. cit.), Ceillier (loc. cit.)

166

Loc. cit.

167

Это мнение Tillemont'a (op. cit., t. VIII), Boschius'a (op. cit., p. 137), Cavallera (op. cit., p. 65; на этой и следующей странице сделано у него обстоятельное замечание о дате смерти св. Евстафия), Kihn'a (loc. cit.), Ceillier (loc. cit.).

Schröck (loc. cit.), Fabricius (loc. cit.), Hergenröther (loc. cit.), FesslerJungmann (loc. cit.), Bardenhewer (loc. cit.), Blondel (De la primaute de l'eglise), на которого ссылается Loofs, и он сам (op. cit., S. 627) следуют в данном случае Златоусту, вопреки Феодориту (loc. cit.) утверждающему, что Евстафий «не прежде отошел, как когда уже... блаженный Мелетий пришел принять» и т.д. Другими словами, кончину Евстафия они относят к 360 г. (361 г. – год вступления Мелетия). К тому же, в сущности, склоняется и Gwatkin (Studies of Arianism), смерть святого относящий к периоду между 356–60 г г. В числе аргументов, доказывающих его мысль, Gwatkin выставляет отрывки Евстафиева сочинения против Фотина, иначе Морииа. еп. Сирмийского, ученика Маркелла анкирского (376). С своим лжеучением Фотин, по Gwatkin'y, выступил около 343 г. Но эти фрагменты не признаются подлинными (см. Cavallera op. cit. p. 66; Loofs, loc. cit.)

Арх. Филарет (op. cit., стр. 25), а за ним проф. Барсов (op. cit., стр. 464), относит смерть Евстафия на время «около 345 г.», но его основание, будто Евстафия не было в живых в 347 г. (Филаретова дата Филиоппопольского собора), не имеет значения, так как этот собор датируется не 347, а 343 г. (см. напр. у Робертсона, op. cit., стр. 1072).

По Сократу (op. cit, IV, 14 и 15; по русск. изд. стр. 342) и Созомену (op. cit., VI, 13; по русск. изд. стр. 404) Евстафий еще в 370 г. представляется живущим, действующим в самом Константинополе (место его тайного пребывания по освобождении из ссылки при Иовиниане) и даже вторично ссылаемым Валентом в Визию (фракийскую) или Кизик. Приведя только изложенное показание Сократа и Созомена, Treppner (op. cit., S. 30) пишет: «Евстафий еще жил долго и умер, наверное, 90 лет». Но все это и резко противоречит другим свидетельствам древности (Златоуста, Феодорита), и представляет явную несообразность. В самом деле, зачем бы, напр., Евстафиане в 362 г. стали рукополагать в епископы Павлина, если бы в то время еще жил Евстафий (подробнее у Loofs'a, loc. cit., и Cavallera, op. cit., p. 65)?..

Самая поздняя дата смерти Евстафия (382 г.) может быть извлечена из Хронографии Феофана, где, по поводу перенесения в 482 г. мощей Евстафия из Филипп в Антиохию, замечено, что это последнее имело место, спустя 100 лет после его смерти (сн. Treppner'a, op. cit, S. 30).

В соответствии с показаниями Сократа, Созомена и Феофана, по Gams'y (op. cit., сн. Treppner'a, op. cit., S. 51), terminus a quo u ad quem смерти Евстафия 370–382 г.г.).

168

«Еще до смерти Евстафия его невинность была доказана», говорит Hergenröther (loc. cit.), но, должно быть, опираясь на Созомена и Сократа, потому что ничего подобного из других источников нельзя извлечь даже и на правах вывода, как это, несомненно, обстоит в данном случае.

169

Основанием для нашего предположения является отрывочность громадного большинства рассматриваемых сочинений, значительно затрудняющая, если не совсем исключающая, возможность установить критерий для определения степени достоверности того или другого из Евстафиевых произведений. К сказанному должна быть присоединена разнородность предмета речи в более или менее несомненных Eustathiana'х, сохранившихся целиком, и т. под. (напр., скудость биографических сведений об Евстафии, отсутствие каталога и хронологии его творений).

170

Строго говоря, не установлено определенно ни одной относящейся сюда хронологической даты. Только относительно Евстафиева комментария на Притч. 8:22, как видели выше, известно, что он появился не ранее 328 года, да, что само собою разумеется, сочинения против ариан появились после 318–19 года и т.д.

171

Op. cit., стр. 26.

172

Предикатом «dubia» обозначаем произведения, относительно подлинности которых, хотя кем-либо, высказывалось сомнение, не подлежащее совершенному устранению. (О причинах последнего отчасти см. выше)

173

В 1905 году.

174

Подлинность гомилии довольно обстоятельно доказана ее издателем, к которому и отсылаем. (S. Eustathii ep. Ant. in Laz. Mar. et Marth hom. сhrist. etc, pp 8–11).

175

Подробнее у Cavallera, op. cit., pp. 11–14.

176

Ibid., pp. 14–23.

177

Ibid., p. 23.

178

MPSG., t. 89.

179

Хотя у Анастасия выдержка из Евстафиева «Шестоднева» приведена в толковании на Быт. 2:18–20, но это обстоятельство, на наш взгляд, еще не есть абсолютное свидетельство в пользу мысли, будто слова Евстафия взяты из его толкования на то же самое место книги Бытия.

180

Впрочем, подлинность фрагмента сочинения «о Мильхиседеке» на сирском языке у Питры (Anal Sacr., t. IV) некоторыми заподозревается, хотя и без объяснения оснований для этого. (Loofs, op. cit, S, 627; Троицкий, Евстафий Антиохийский. Прав. Бог. Энцикл., изд. под ред. проф. Лопухина, СПБ, 1904, т. V, стр. 235–6).

181

Cavallera, op. cit., fg. 3 (p. XII) и ркп. Мск. Сvн. (Патр.) библ, по опис. греч. рук. арх. Владимира, № 28 (f. 187) и 38 (f. 32).

182

Ibid.

183

Энц. сл. Брокгауза, кн. 26, стр. 640.

184

У Питры (op. cit., p. 443) напечатан еще 1 фрагмент толкования на этот псалом. Но, согласно принятому нами основанию деления, он должен быть отнесен к «dubia». Сомнение относительно подлинности фрагмента высказывается Loofs'ом (ibid) и, конечно, г. Троицкий (ibid).

185

Op. cit., p. 66.

186

Собственно всех фрагментов на Притч. 8: 22–19, но в подлинности 3 сирских из них у Питры (ibid) сомневается Loofs (ibid) и eo ipso г. Троицкий (ibid).

187

С именем Евстафия известно еще несколько экзегетических фрагментов на Притч., именно на Притч. 3:13–15; 21:2 и 23:33 этой книги. Но, если не ошибаемся, между прочим, два первых из перечисленных фрагмента разумел Loofs (loc. cit.), когда einige weitere Eustathiana назвал unsichere. См. также у Троицкого (ibid).

188

Подлинность «Диагностика» отрицается в артикле «Eustathius» Allgemeines Kirchen – Lexikons von J. Aschbach, Frankfurt a. M., 1847, B. II, S. 679. Ср. также Schröck'a op. cit., S. 376

189

Сомнительными, судя по некоторым данным, именно эти фрагменты, хотя и глухо, считает Loofs, а за ним г. Троицкий.

190

О неподлинности Шестоднева подробнее см. у Tillemont'a, op. cit., t. VII, Oudini, Commentarius de scriptoribus ecclesiae antiquis, Francofurt ad Moenum, M DCCXXII, t. I, cc. 318–319, сн. также Cave, Scriptorum ecclesiasticorum historia literaria, Basiliae, MDCCXLI, v. I, p. 188.

191

Подложность Allocutio отметил уже издатель его (Combefis, Nov. auct, Par., 1648, t. II, p. 567. Сн. также Hefele, op. cit., § 23 и К. Смирнова, op. cit., стр. 162). Впрочем, арх. Филарет и проф. Барсов признают его подлинным. Сн. также Fabricii и Hergenröther'a, op. cit.

192

Данный фрагмент находится в том месте истории Геласия, где излагаются споры епископов с философами. А весь этот отдел его истории, как мы уже сказали выше, не обладает характером исторической достоверности. Ср. Cavallera, op. cit., p. 100, n 2 и К. Смирнова, op. cit., стр. 162–3.

193

За подлинно Евстафиевы эти фрагменты выдают их издатели Cowper и, по выражению проф. Муретова (См. Журн. Засед. Сов. Моск. Дух. Ак. 1902 г., стр. 16, Отзыв о перев. проф. Цветкова «Песни Св. Романа Сладкопевца»...), малокритичный и нефилологичный Питра, также Gwatkin (op. cit.), строящий на основании их свою гипотезу о годе смерти Евстафия. Однако после экскурса в эту последнюю область Cavallera (о чем выше) вопрос об их подлинности разрешается известным образом. Это решение является основанием для отнесения их нами под категорию spuria.

194

Cramer, Anecdota, Paris, t. I, p. 393: сн. Hergenröther'a, op. cit., S. 16.

195

Op. cit, стр. 465.

196

То правда, что ученые, исследовавшие вопрос об антиохийском направлении в христианском богословии, под школой главным образом разумеют лиц, духовно объединенных и друг с другом, и с их общим главою, независимо от времени и пространства. (См. Hergenröther'a, op. cit., S. 7; Kihn'a, op. cit, S. 38). Тем не менее нельзя не считаться с достаточно твердо установленным фактом, что известное богословское направление по преимуществу распространялось и на известной географической территории. Разграничение территорий антиохийской и александрийской школ проводится во многих местах книги проф. А.П. Лебедева, Вселенские соборы IV и V веков, особенно в гл. II (стр. 49–63).

197

Какое именно, о том будет речь ниже.

198

Если высказанное положение справедливо по отношению к богословским школам всех времен и стран, то преимущественную силу и значение оно имеет в применении к писателям того или иного богословского направления христианской церкви первых веков ее существования. Аллегорист в экзегетике, eo ipso – александриец по направлению.

199

Заимствовано у Harnack'a, Lehrbuch der Dogmengeschichte, B. II, S. 77, Ап. 1, Freiburg und Leipzig, 1894.

200

Подробнее о ϑεωϱία, в связи с άλληγοϱία, трактуется в специальной статье проф. Кина: «Ueber ϑεωϱία und άλληγοϱία nach den verlorenen hermeneutischen Schriften der Antiochener (Theologische Quartalschrift, 63, 1880, H. 4, S. 531 ff)

201

См. у Herzog'a R.E., 3 Aufl, B. I, S.S. 593–4.

202

См. Cavallera, op. cit., fg. 1(p. 58–9); 2 (p. 62); 3 (p. XIII-XIV); 33 (p. 64); 10–13 (p. 69–71); 15–17 (p. 72–74). Здесь и в дальнейшем, за отсутствием полного собрания, опубликованные Eustathiana цитуем по 3-м изданиям: Cavallera (Homil. christ. и fg. fg.) и Jahn'a, Text. u. Unters., 1886, B. II, H. 4 (De engastrimytho), как новейшим и лучшим, и Mign'я PSG. (t. 18, fg fg), как общепринятому. Ссылки на все остальные их издания, в подавляющем большинстве редкие и с отсутствием критического аппарата, можно найти у Cavallera, а потому мы их не перечисляем. На русском языке имеются Евстафиева христологическая гомилия (Hom. christ.) под полным ее заглавием «Слово на вечерю Лазаря и на Марию и Марфу, сестер его» (Бог. Вестн., 1908, июль-август), Allocutio (у Барсова, op. cit.), некоторые фрагменты у Филарета (op. cit.), а также в переводах творений Златоуста (op. cit.), Феодорита (Церковная история; Эраннст, Христ. Чт., 1846, ч.1), Иеронима (ad Evand presb) и Деяний вселенских соборов (Казань. 1875, т.VII, стр. 484).

203

Ibidem, fg 1 (p. 58–9); 2 (p. 62); 3 (p. XIII-XIV); 33* (p. 64); 10 (p.69); 14 (p. 71–72); 17 (p. 73–4); Hom. christ. c. XXVIII (p. 50).

204

Ibidem, fg 1 (p. 58–9); 2 (p. 62); 3 (p. XIII-XIV); 33* (p. 64); 13 (p. 70–1); 39 (p. 81).

205

Op. cit., VI, 13; по цит. русск. изд. стр. 480.

206

Под ними мы разумеем: 1, то, что между сохранившимися Eustathiana'ми только «Диагностик» является в полном смысле экзегетическим произведением и 2) то, что полемический, в отношении к александрийцу, характер произведения создает такое положение вещей, в силу которого в «Диагностике» резче, чем где либо, обнаруживаются черты, свойственные антиохийской школе.

207

См., напр., De engastrimytho, c.c. X, XX-XXII (цит. изд. соч. S. S. 37–40, 57–62).

208

Ориген, пишет св. Евстафий, «когда беседовал о многострадальном Иове, вместо того, чтобы выразить удивление (его) терпению, восхвалить страдания, прославить подвиг, воздать хвалу вере, представить (в лице Иова) пример твердости духа, побудить чрез то новоначальных (νεολέϰτους) к добродетели, благодушием и устойчивостью настроения (того) вооружить подвижников (на то, чтобы) стойко переносить страдания за благочестие, оставивши того (Иова), легкомысленно обратившись к именам (его) дочерей, по старушечьи проводил время... А относительно Лазаря когда пишет, вместо того, чтобы прославить величие дела Христа и чрез это ясно показать, что Бог есть самовластно призвавший к Себе смердящего мертвеца из могилы и произнесением слова одушевивший (его) вздувшееся тело, ничего относительно этого не говорит, Лазаря же, друга Господа, Которого по справедливости Он любил за добродетель, в больного и мертвого грехами возвел, говоря иносказательно» (De engastr., c. XXI, S. 59). Заметим, что собственная гомилия Евстафиева (εις τό δεῖπνον Λαζάϱου) представляет лишь раскрытие этих его теоретических соображаений о нормальном modus'e речи о Лазаре.

209

См. De engastr., c II (S. 23), сн. также с с. VI (S. 30), VII (S. 32), X (S. 37).

210

"Посла Бог Сына Своего, рождаемого от жены (Гал. 4:4): не рождаемых, пишет Евстафий, но рождаемого, ибо отдельное лицо» и т.д. (Cavallera, op. cit., fg. 7, p. 67).

211

Ibid, tg. 1 (p. 58–9).

212

De engastr, c. IV (S. 28).

213

Ibid., c. V (S. 29).

214

1Цар, 28:12; сн. ibid., c. IV (S. 28).

215

Ibid., ст. 13; сн. ibid., c. V (S. 29).

216

Cavallera, op. cit., fg 10 (p. 69).

217

Как мы уже говорили ранее (см. выше), причину отсутствия в Библии родословия Мельхиседека Евстафий видит в его хананейском происхождении. К этому антиохийский епископ заключает от соседства Мельхиседека содомлянам и обитателю Дубравы Мамврийской (см. ркп. Сvн. библ. №№ 28 (f. 187) и 38 (f. 32). Утверждать же последнее, если и можно, то почти исключительно на основании текста Быт. 14.

218

De engastr., c.c. XII-XV (S. 44–51).

219

Привидение, между прочим, сказало Саулу: «завтра ты и сын твой Ионафан будешь со Мною» (1Цар. 28:19, между тем, судя по тексту Библии, как говорит Евстафий, следующий день Саул провел у волшебницы в Аэндоре и убит был Саул вместе с 3-мя своими сыновьями, а не с одним Ионафаном. Ibid., c. XIII (S.S. 46–47).

220

Ibid., c.c. II (S. 23–25), VII (S. 33) и мн. др.

221

Ibid., c.c. III, VII, XI (S. 42–43), XXIV-XXV (S. 64–68) и др.

222

Ibid., c.c. IV (S. 27–29), X (S. 37–40) и др.

223

Ibid., c.c. III (S. 25), XI (S. 41), XVII-XIX (S. 53–57) и др.

224

Ibid., c. X (S. 39) и т.п.

225

Ibid., c.c. VIII-X (S. 33–38), XIV (S. 47–50); MPSG, XVIII, 681 A и др.

226

Hergenröther, op. cit., S.72.

227

Сн. Hergenröther'a, ibid и S. 73; Kihn'a, op. cit., S. 28.

228

Hom. christ, c. XVI (p. 40).

229

De engastr., c. XVII (S. 54); Caval., op. cit., fg.fg. 8–9 (p. 68), 12 (p. 69), 43 (p.p. 83–4); Hom. christ, c.c. XVI (p. 40), XIX (p. 42), XXII (p. 44), XXVI (p. 48); MPSG, t. XVIII, c.c. 693–4).

230

Ср. Caval., op. cit., fg. 82 (p. 98).

231

De engastr., c.c. X (S. 40), XIX (S. 56), XXI (S. 59); Caval., op. cit., fg.fg. 12 (p. 69), 15–16 (p. 72), 44 (p. 84), 56 (p.p. 90–1), 82–3 (p.p. 98–9); Hom. christ., c.c. V (p. 29), VII (p. 32), XIII (p. 37), XV-XVI (p.p. 39–40), XIX-XX (p.p. 42–3), XXIII (p. 45), XXVI (p. 48); MPSG, t. XVIII, c.c. 677, 680, 684, 688, 691–6.

232

Caval., op. cit., fg 11 (p. 69), также у Mign'я s g t.t. 18 и 83.

233

MPSG, tt. 18 (c. 677) и 83 (с. 89).

234

Ibid.

235

Ibid., сн. Caval., op. cit, fg 15 (p. 72).

236

Ibid., fg. 44 (p. 84).

237

Ibid.; De engastr., c. XIX (S. 56).

238

Ibid.

239

Caval., op. cit., fg. 9 (p. 68); Hom. christ., c. XV (p. 39).

240

Caval. op. cit., fg 7 (p. 67).

241

De engastr., c.c. XVII-XVIII (S. 55).

242

Hom. chrits, c.c. XVI (p. 40), XXVI (p. 48).

243

MPSG, t. XVIII, c.c. 679–680, 684; ср. 695–6.

244

MPSG, t XVIII, c.c. 679–682. Относительно термина «Премудрость» у Евстафия считаем нужным сделать одно замечание. В то время как во всех только что процитированных местах «Премудростью» антиохийский епископ называет Божественную природу Христа, в одном Евстафиевом фрагменте (Caval., op. cit., p. 79) мы находим диаметрально противоположное указываемому употребление настоящего термина. Вот этот фрагмент в дословной передаче: «Итак, если Он (т.е. Христос), соделался для нас, прежде всего, Премудростью (1Кор. 1:30), (то) ты усматривай (из сего), что тем (очевидно, апостолом) здесь человек Христос называется Премудростью (Sapientia)"...

245

De engastr, c. XVIII (S. 55); Caval., op. cit, fg fg 15–16 (p. 72), 56 (p. 91), 63 (p. 99); Hom. christ., c.c. XIV (p. 38), XIX (p. 42); MPSG, t. XVIII, c.c. 677–682, 687–8, 691–6).

246

Hom. christ, c. XIX (p. 42).

247

Ср. ibid., c. XI (p. 36).

248

De engastr, c. XIX (S. 56); Caval., op. cit., fg 15 (p. 72); MPSG, t. XVIII, c.c. 677–8.

249

Caval, op. cit., fg. 3 (p. XIV).

250

Hom. christ, c.c. XIV-XV (p.p. 38–39).

251

Ibidem

252

Ibidem

253

Ibidem c.c. XIV (p. 38), XV (p. 40).

254

De engastr., c.c. X (S. 40), XVIII (S. 55), XXIII (S. 63), XXX (S. 75); MPSG, t. XVIII, c.c. 677–8; Hom. christ, c.c. XIV (p. 38), XV (39), XVI (40).

255

Caval,. op. cit., fg. 15 (p. 72).

256

De engastr., c. X (S. 40).

257

Ibid., c.c. XIX (S. 56), XXIV (S. 65); Hom. christ. c.c. XIV-XV (p.p. 38–39).

258

Hom. christ., c. XV (p. 39).

259

MPSG, t. XVIII, c.c. 693–4.

260

Ibid., c.c. 677–8.

261

Ibid., c.c. 681–4.

262

Hom. christ., c. XV (p. 39).

263

Ibid., (p. 40).

264

Ibid., (p. 39).

265

Ibid.

266

De engastr., c. XVIII (S. 56); MPSG, t. XVIII, c.c. 679–680.

267

Hom. christ., c. V (p. 30).

268

Ibid., н c.c. VII (p. 33). XXIX (p. 51).

269

Ibid.,c. XIV (p. 38); Caval., op. cit., fg. 33 (p. 64 и n.2).

270

Hom. christ., c.c. XV (p. 39), XXVI (p. 48).

271

MPSG, t XVIII, cc. 677–682, 691–4; Caval., op. cit., fg.fg. 33–6 (p p. 77–79).

272

Caval., op. cit., fg.fg, 15 (p. 72), 34–5 (p.p. 78–9).

273

Ibid., fg. 33 (p. 77); MPSG, t. XVIII, c.c. 693–4.

274

MPSG, t. XVIII, c.c. 677–680.

275

Ibid., c.c. 687–90.

276

Ibid., c.c. 681–2, 684–5, 687–90; Caval., op. cit., fg. 82 (p. 98).

277

Сн. MPSG, t. XVIII, c.c. 689–90.

278

Ibid., c.c. 689–694; De engastr., c. XVII (S. 55); Caval., op. cit., fg.fg. 8 (p. 68), 56 (p. 90–1). С особенною ревностью восставал против подобных воззрений ариан и Феодор Мопсуэстский (см. у Гурьева. Феодор Мопсуэстский, М. 1890, стр. 305–309).

279

Caval., op. cit., fg. 8 (p. 68).

280

Ibid. fg 82 (p. 98); MPSG, t. XVIII, c.c. 677–80, 683–4.

281

MPSG, t., XVII, c.c. 677–8.

282

Ibid., c.c. 681–2.

283

Ibid., c.c. 693–4; Caval., op. cit., fg. 82 (p. 98).

284

Caval., op. cit., fg.fg. 8 (p. 68), 83 (p. 99); MPSG, t. XVIII, c.c. 680–90, 693–4.

285

Caval., op. cit., fg. 61 (p. 92). Ср. воззрения на этот счет Феодора Мопсуэстского (Гурьев, op. cit., стр. 322).

286

Ibid., fg. 15 (p. 72).

287

Ibid., fg. 10 (p. 69); MPSG, t. XVIII, c.c. 677–8, 681–5. На эту последнюю мысль, по понятным соображениям, св. Евстафий упирает особенно часто.

288

Ibid., c.c. 681–2, 684–5, 687–90, 693–4; Caval., op. cit., fg. 11 (p. 69).

289

Caval., op. cit., fg.fg. 15–16 (p. 72); MPSG, t. XVIII, c.c. 679–82, 695–6.

290

De engastr., c. XIX (S. 55–6); MPSG, t. XVIII, c.c. 679–80.

291

Caval., op. cit., fg. 15 (p. 72); MPSG, t. XVIII, c.c. 691–6.

292

MPSG, t. XVIII, c.c. 681–2.

293

MPSG., t. XVIII, c.c. 693–4.

294

Ibid.

295

Ibid.

296

Ibid., c.c. 695–6.

297

Caval., op. cit., fg. 44 (p. 84).

298

Ibid., c.c. 691–2.

299

Ibid., c.c. 679–80.

300

Hom. christ., c. XXIX (p.p. 50–51).

301

MPSG., t. XVIII, c.c. 677–8.

302

De engastr., c. XVII (S. 55); Caval., op. cit., fg.fg. 13 (p. 71), 16 (p. 72); Hom. christ., c.c. XVIII-XIX (p.p. 41–42), XXVI (p. 48); MPSG, t. XVIII, c.c. 677–8, 681–5, 693–6.

303

MPSG, t. XVIII, c.c. 677–8.

304

De engastr., c. XVII (S. 55).

305

Hom. christ., c. XVIII (p. 41).

306

Ibid.

307

Ibid., c. XXVI (p. 48).

308

Ibid., c. XXII (p. 44).

309

Ibid., c. XXVI (p. 48).

310

Ibid., c. XIX (p. 42).

311

De engastr., c. XVII (S. 55); MPSG, t. XVIII, c.c. 681–2 и др.

312

MPSG, t. XVIII, c.c. 679–80.

313

Ibid., c.c. 677–8, 687–8.

314

Ibid., c.c. 681–2, 695–6; Caval., fg. 16 (p. 72), De engastr., c. XVII (S. 55). Ср. комм. на Ин. 2:19 Феодора Мопсуэстского (у Гурьева, op. cit., стр. 315).

315

Caval., op. cit., fg 14 (p. 72).

316

Ibid. и MPSG, t. XVIII, c.c. 677–8, 693–4.

317

De engastr., c. XVIII (S. 55), Caval., op. cit., fg. 56 (p. 91); MPSG, t. XVIII, c.c. 681–2, 693–4.

318

De engastr., c. XVIII (S. 55); MPSG, t. XVIII, c.c. 677–8.

319

Hom. christ, c. XV (p. 39).

320

Caval., fg. 15 (p. 72), сн. MPSG, t. XVIII, c.c. 695–6.

321

Caval., fg. 15 (p. 72), сн. fg. 11 (p. 69).

322

MPSG, t. XVIII, c.c. 693–4.

323

Ibid., c.c. 681–2.

324

Ibid., c.c. 693–4.

325

Из лиц, касавшихся, так или иначе, христологии Евстафия в эту ошибку впали Dörner, Entwicklungsgeschichte der Lehre von d. Person Christi in ersten 4 Jahrhunderten, Stuttgart, 1845, 3 Abth. S. 966, Anm., и Гидулянов, op. cit., стр.166

326

Hom. christ., c. XXVI (p. 48).

327

Ibid., c. XIX (p. 42).

328

Подр. см. Petavii, Opus de theologicis dogmatibus (De incarnatione, I. VII, c. 10), t. VI, p. 372–9, Bruxellis, 1869.

329

Hom. christ., c. XV (p. 39).

330

De engastr., c. XVII (S. 55).

331

MPSG, t. XVIII, c.c. 691–2.

332

Hom. christ., c. XXIX (p. 50), сн. с. VII (p. 32).

333

Op. cit., стр. 139.

334

Впрочем, по нашему мнению, на этот счет возможно и другое объяснение. Известно, что родоначальник антиохийской школы Лукиан в догматическом и экзегетическом отношении некоторое время находился под влиянием Оригеновой теологии (Herzog'a RE., 3 Aufl, B I, S. 593). Да и вообще то, как александрийская, так и антиохийская школа берут свое источное, в тесном смысле слова, начало от Оригена. (Hergenröther, op. cit., S. 5). В таком случае позволительно сближать субординационизм Оригена в учении о Св. Троице и арианство (сущность которого, с формальной стороны, неравенство Сына Отцу), а стало быть, Евстафиева борьба с арианством, при этих условиях, сводилась к полемике с оригенизмом).

335

Hom. christ., c.c. V-VI (p.p. 30–31).

336

Caval., op. cit., fg. 33 (p. 77).

337

Hom. christ., c. VI (p. 31).

338

Caval., op. cit., fg. 33 (p. 77).

339

Ркп. Моск. Сvн. (Патр.) Библ. №№ 28 (f. 187) и 38 (f. 32).

340

См., напр., у Златоуста, Толк. на Мф., бес. II ( цит. нам изданию т. VII, кн. 1, стр. 21–23), – Феодора (op. cit. стр. 320).

341

De engastr., c. IV (S. 27) и др.

342

Kihn, op. cit., S. 103.

343

De engastr., c. IV (S. 27).

344

4-я бес. на кн. Бытия (по цит. изд. т. IV, кн. 1, стр. 21.

345

Проф. А.П. Лебедев (которого, пожалуй, можно считать родоначальником проводимого далее взгляда или, точнее, лицом, пересадившим его с Запада на русскую почву), Гурьев и др.

346

Сн. акт речь проф. Н. Сагарды, Древне-церковная богословская наука на греческом востоке в период расцвета (IV-V в.в.), – ее главнейшие и характерные особенности (Хр. Чт, 1910, апрель, стр. 483).

347

De engastr., c. IX (S. 28).


Источник: Кудрявцев Н.П. Евстафий Антиохийский // Богословский вестник 1910. Т. 1. № 3. С. 453-465 (2-я пагин.). (Начало.) Кудрявцев Н.П. Евстафий Антиохийский // Богословский вестник 1910. Т.2. № 5. С. 59-77 (2-я пагин.). (Продолжение.) Кудрявцев Н.П. Евстафий Антиохийский // Богословский вестник 1910. Т.2. № 7/8. С. 426-439 (4-я пагин.). (Продолжение.) Кудрявцев Н.П. Евстафий Антиохийский // Богословский вестник 1910. Т.3. № 9. С. 66-78 (2-я пагин.). (Окончание.)

Комментарии для сайта Cackle