Азбука веры Православная библиотека протоиерей Фёдор Титов Император Александр III и Русская Православная Церковь в его время


протоиерей Фёдор Титов

Император Александр III и Русская Православная Церковь в его время

(По поводу книги под заглавием: „Обзор деятельности ведомства православного исповедания за время царствования Императора Александра III“. С.-П.-Б. 1901 г.)1

Недавно напечатана и издана по распоряжению Обер-Прокурора Св. Синода книга под заглавием: „Обзор деятельности ведомства православного исповедания за время царствования Императора Александра III ”. Содержание книги вполне соответствует её заглавию. Она содержит в себе всестороннее и полное обозрение деятельности церковного ведомства, жизни русской православной церкви за время царствования Императора Александра III. Здесь описаны: чрезвычайные события в государстве (кончина Императора Александра II, коронация Императора Александра III, чудесное спасение жизни Императора Александра III, бывшее 17 октября 1888 года), перемены в составе высшего духовенства, учреждение новых епархий и викариатств, распоряжения об управлении и положении духовенства, вновь устроенные церкви, юбилейные торжества в память исторических лиц и событий, состав и перемены в центральном управлении, состав и перемены в местных учреждениях ведомства православного исповедания, перемены в служебном положении отдельных должностных лиц, меры к улучшению делопроизводства и личного состава в местных учреждениях, открытие самостоятельных приходов и причтов, распоряжения о монастырях и общинах иноческих и знаменательные события в жизни монастырей, заботы об утверждении православной веры и благочестия в Холмско-Варшавской епархии, в западных губерниях России, в Прибалтийском крае, на Кавказе и на отдаленном севере России, миссионерская деятельность в Поволжском крае и в Сибири, миссионерская деятельность по отношению к раскольникам и сектантам и меры борьбы с расколом и сектантством, Церковные православные братства, заграничные церкви и духовные миссии, меры к обеспечению духовенства частные и общие, восстановление церковных памятников древности, важнейшие распоряжения и постановления ведомству православного исповедания за время царствования Императора Александра III, состояние духовно-учебных заведений и церковных школ, наконец, состояние духовной цензуры и перемены в ней.

По всем указанным сейчас сторонам церковной жизни в книге сообщаются обстоятельные, точные, фактические цифровые данные. Содержание книги, таким образом, представляет богатый и весьма ценный материал для характеристики царствования Императора Александра III в отношении к русской православной церкви. Знакомство с этой книгой тщательно изучившему ее дает ясное и отчетливое представление о том, какой глубокий след оставило в жизни церковной сравнительно кратковременное царствование Императора Александра III и, с другой стороны, напоминает всем тем, кому дорога православная вера, основа правильного и успешного развития русского народа, о том, как свята и незабвенна должна быть для них память о почившем великом Царе-Миротворце. Книга эта всем своим содержанием красноречиво говорит: дорожите заветами Царя-Миротворца, храните их и проводите их в народное сознание, чтобы весь русский народ проникался ими и черпал в них жизненную силу для дальнейшего своего правильного развития и для борьбы с теми неблагоприятными условиями, которые так часто, особенно в последнее время, поставляются ему на этом пути.

Всеми признано было тотчас же по кончине Императора Александра III, и теперь бесспорным признается, что отличительную, характеристическую особенность царствования Императора Александра III составляло высокое национального самосознания, призыв к жизни и проведение в жизнь народную чисто русских, самобытных начал. Направление жизни народной создается не отдельными личностями, как бы ни были они велики, но самим народом; тем не менее, в жизни некоторых народов, таких, напр., как русский, особенно при том строе государственной жизни, какой существует у нас, величайшее значение в таком или ином направлении народной жизни имеет и личность Представителя народа, Самодержца, Царя. Истинно русское, самобытно-народное направление царствования Императора Александра III явилось результатом гармонического сочетания деятельности народа русского и его Царя.

В этом отношении царствование Александра III является, безусловно выделяющимся из целого ряда предшествующих царствований новой истории русского народа. Еще со времен московской смуты, в которой хаотически смешались чисто народные элементы с элементами чуждыми, жизнь русского народа сильно наклонилась в сторону Западной Европы, в среду народов которой окончательно ввел нас своими реформами Петр Великий. Но Император Петр I-й руководился в своем преобразовании русской государственной и народной жизни по началам западно-европейским преимущественно практическими соображениями, желанием позаимствовать от западно-европейских народов, как более образованных и культурно развитых, то, что могло быть с пользою применено к нашей русской жизни. В реформах Петра I-го нет еще того рабского преклонения пред Западом, какое настало после него, при его невеликих преемниках. После Петра Великого началось именно рабское, бессознательное, а иногда и прямо сознательное пересаживание чужих порядков на русскую почву, преклонение пред всем иностранным; Русь постепенно принижалась пред Западной Европой, пока, наконец, заняла жалкое положение мальчика, недоросля пред Западной Европой, которую считала своею учительницей, руководительницей, которую старалась всячески почитать и даже своими силами и средствами охранять внутренние порядки ее. Так продолжалось, можно сказать, почти до половины XIX века: два столетия слишком Россия прислуживалась пред Европой, стараясь ей во всем подражать: в общественном строе, в науке, в литературе, языке, одежде и т. пp

Крымская война была кризисом недуга, овладевшего Poccией. Эта война показала всю ненормальность, всю неестественность и, с другой стороны, всю величайшую зловредность для Poccии того направления, какое приняла вся общественная и духовная жизнь русского народа со времени увлечения и подчинения Poccии западно-европейским порядкам и идеям. Народ русский остановился в своем вековом увлечении, задумался над своим прошлым и вспомнил о своих родных, забытых им, началах жизни. Реформы царствования императора Александра II представляют любопытную картину смешения чисто русских, самобытных начал с совершенно чуждыми элементами, восстановления и возрождения глубокой русской старины, одухотворенно при том по самым высоким идеям нового времени, выросшим на чуждой почве, хаотическое смешение великого добра и вместе страшного зла. По справедливой характеристике некоторых историков, время царствования Императора Александра II соответствовало тому бурному состоянию в атмосферной природе, которое предсказывает скорое наступление резкой перемены в погоде.

Такая перемена и наступила у нас в России с воцарением Императора Александра III, царствование которого, со всеми его отличительными особенностями, явилось в значительной степени результатом всего предшествующего хода исторической жизни России.

Но вместе с тем характерное, оригинальное направление царствования Императора Александра III образовалось в значительной степени под влиянием личных качеств почившаго Государя. Сын благороднейшаго, гуманнейшего Отца и высоко благочестивой, истинно православной христианки Матери, питомец образованнейших, высоконравственных и–главное–истинно русских по душе и убеждениям наставников (прот. Бажанова, Рождественского, генерала Зиновьева, гр. Перовского, К. П. Победоносцева, С. М. Соловьева, генерала Драгомирова и др.), будущий Император еще в ранней молодости получил то истинно русское направление, какое так ярко обозначилось в нем в годы его царствования. „Памятные уроки и наставления этих мужей добра и чести, верных сынов России ” из рескрипта почившаго Государя на имя вдовы историографа С. М. Соловьева), по собственному выражению Императора Александра III, были руководством во всей его деятельности до конца его жизни.

Итак, и самое время, в которое Промыслу Божию угодно было призвать Императора Александра III к правлению русским народом, требовало восстановления и оживления давно забытых истинно русских начал в государственной и общественной жизни Poccии, и сам Император, представлявший по внутренним и даже внешним своим качествам истинный тип истинно русского Царя, был одушевлен глубочайшею любовию ко всему русскому. В этой именно гармонии духа времени и характера почившего Государя и должно видеть, как сказано, главнейшую коренную причину и вместе объяснение характеристической черты царствования Императора Александра III, отличавшегося истинно русским направлением.

Приняв Царский венец с решимостью, с верою в силу и истину самодержавной власти, которую был призван утверждать и охранять для блага народного от всяких поползновений на нее, с верою в Бога, устрояющего судьбы русской земли, Император Александр III, при самом своем вступлении на престол, обагренный мученическою кровью Отца Своего, твердо и мужественно решил идти к намеченной им для себя цели, именно: к утверждению веры и нравственности, к доброму воспитанию детей, к искоренению гнусной крамолы, позорящей землю Русскую, к истреблению неправды и хищения, к водворению порядка и правды в действии учреждений, дарованных России ее благодетелем, Императором Александром II.

В этих знаменательных словах, возвещенных Poccии вскоре по вступлении своем на престол (29 апреля 1881 г.), Император Александр III как бы объявлял для всех программу будущего своего царствования. И эти слова не остались только словами, но, как человек цельного характера, Император Александр III воплотил их в делах своего цаpcтвовaния, которое поистине было временем самаго тесного, неразрывного союза между православною Церковью и государством, утверждения веры и Церкви с ее установлениями, которую Сам Царь, по его словам, любил и почитал, как искренний христианин, „ свято, от глубины сердца» (См. Обзор, стр. 1).

Присмотримся ближе, при помощи рассматриваемой книги, к тому, в чем выразился тесный союз православной церкви и русского государства в царствование Императора Александра III, глубокая любовь и уважение Царя к святой вере православной и основанное на этом покровительство государства православной церкви?

В последнее время у нас очень много говорили и говорят о свободе совести, о полной свободе вероисповедания. Защитники свободы совести требуют для каждого гражданина совершенной, ничем не стесняемой свободы в принятии, перемене и исповедании им своей веры. Применение этих теоретических, отвлеченных требований к практической жизни равносильно требованию полной отмены всяких законов, ограждающих свободу истинной веры и ограничивающих злоупотребления этим великим благом человечества. Святое слово „свобода совести”, дорогое каждому человеку, злоупотребляется здесь в высшей степени. Забывается, что отвлеченно-идеальное требование полной свободы совести в общежитии человеческом, в практической жизни людей, зараженных ядом греха, страдающих эгоизмом, самолюбием, крайней нетерпимостью, злостью и многими, многими другими пороками, безусловно невыполнимо, а если бы и было когда выполнено, то равнялось бы водворению среди людей совершенного произвола, не свободы, а именно анархии в вере... Впрочем, мы не будем входить здесь в обсуждение этого важного, сложного и трудного вопроса. Мы хотим сказать только то, что правильное решение вопроса о свободе вероисповедания у нас в Poccии, о правах и положении православной церкви у нас, возможно не иначе, как только при помощи и после исторической справки.

Современное положение и состояние православной церкви в Poccии образовалось путем историческим, явилось необходимым результатом весьма сложного и продолжительного исторического процесса. Было время, когда у нас в России Церковь православная была не только господствующая, но даже и единственная. Исповедники других христианских верований были настолько малочисленны, что они не могли приниматься в расчёт. Тогда православная вера и Церковь имела непреодолимое, никем и ничем неоспариваемое, великое влияние на весь строй духовной, умственной, нравственной, государственной и общественной жизни русского народа. Церковь православная обособила русский народ среди других, спасла его от слияния, или даже, быть может, поглощения чуждыми племенными, или инородческими элементами, укрепила и утвердила русское государство, возвысив его на степень величайшего в мире государства. Церковь православная образовала наш русский язык и создала все наше духовное просвещение и образование. Под глубоким воздействием и влиянием православной Церкви, создалось все наше истинно русское государственное и общественное устройство.

С течением времени, когда русское государство, под покровом, при содействии и помощи православной Церкви, разрослось, включило в свой состав другие христианские инославные и нехристианские народы, или племена, когда, таким образом, православная вера и Церковь встретилась в русском государстве с другими верами, должен был неизбежно возникнуть вопрос об их взаимном отношении, о положении православной Церкви в русском государстве. Нетрудно предвидеть, как мог и должен был решиться этот вопрос. Он был решен в пользу православной Церкви, которая была признана господствующей среди других, и это решение состоялось не столько по намерению и желанию правительства, сколько по требованию самого общества, в силу особенного, исключительного исторического значения православной Церкви для русского народа и государства. Господствующее положение православной Церкви сравнительно с другими христианскими и нехристианскими верами, существующими на территории русского государства, а также и с теми толками и обществами, которые по временам выделяются из среды самой православной Церкви, есть органический закон русского государства, вытекающий из всего хода истории русского народа и удовлетворяющий самым высоким, идеальным требованиям справедливости и вместе условиям благосостояния и правильного развития русского народа. К сожалению, в новое время русской истории, со времен реформ Петра I-го, этот закон, оставшись в идее, в принципе органическим и основным, в практическом применении его к жизни подвергался колебаниям, так что в иные времена и в иных местностях русского государства православная вера оказывалась не только в равном, но даже в значительно ограниченном и прямо приниженном положении сравнительно с другими вероисповеданиями. Конец этим колебаниям наступил в царствование Императора Александра III .

Император Александр III обратил особенное внимание на положение православной церкви в окраинных областях русского государства, напр., в Прибалтийском и Привислянском крае, в Финляндии и на Кавказе.

В Прибалтийском крае с давнего времени существовали ненормальные отношения между массой населения, принадлежавшей или тяготевшей к православной церкви, и верхним меньшинством немецкой аристократии, принадлежавшей к протестантскому вероисповеданию. В 1840-х годах возникло сильное движение между латышами к переходу в православную церковь. Не смотря на то, что это стремление находилось в полном соответствии и с душевными потребностями обращавшихся и с существующими законоположениями, оно встретило самое сильное противодействие со стороны лютеранскаго духовенства и местного немецкого дворянства. Сначала путем разных репрессалий и затем мерами административными, исходившими уже от русской местной власти, оно было приостановлено, но, к счастью, не было совершенно заглушено и подавлено. В течение десятилетий оно таилось в душах несчастных латышей, немало претерпевших за это от своих господ и особенно от лютеранскаго духовенства, и с новой, еще большей силой, чем в 1840-х годах, обнаружилось в самые первые годы царствования императора Александра III. Началось оно с м. Леаля, где первые присоединения эстов были совершены 15–17 мая 1883, в дни коронационных торжеств; от Леаля движение направилось на север к Гапсалю; всего в этой местности в течение 1883 г. обратилось в пpaвocлaвиe до 3000 чел., для которых были открыты вновь два православных прихода. В 1884 движение в пользу православия началось среди эстов о. Даго; всего здесь обратилось в 1884 г. свыше 1000 чел., а в 1885 г. до 1500 чел. С начала осени 1885 г. обнаружилось движение к переходу в православие среди лютеран Везенбергского уезда Эстляндской губернии, а затем в Дерптском уезде Лифлянской губернии, Тэмянском и Виндавском уездах Курляндской губернии; в 1886 г. возникло движение в пользу православия на о. Вормсе. Император Александр III с глубоким сочувствием следил за возникшим движением среди обитателей Прибалтийского края в пользу православия и утешался успехами, какие делало с годами это движение. На отчете эстляндского губернатора за 1888 г. о присоединении эстов император написал следующие слова: „это весьма важное и знаменательное движение, которое для меня весьма утешительно. Необходимо правительству поддержать вновь обратившихся и не давать их в обиду”.

Правительственная поддержка движению эстов к переходу в православие выразилась в следующих законоположениях. В 1885 г. был подтвержден закон (ст. 6т. Х, ч. 1 Св. Зак. изд. 1857 г.), неперестававший сохранять свою силу в тeopии и дотоле, но на практике часто несоблюдавшийся, о предбрачных подписках при заключении смешанных браков между лицами православнаго и лютеранскаго вероисповедания касательно крещения и воспитания детей от сих браков в православной вере. Далее, Высочайше утвержденным 14 мая 1886 года положением Комитета министров было запрещено впредь взыскивать с лиц православнаго исповедания Остзейскаго края всякие сборы или повинности в пользу протестантских церквей, учреждений и духовенства, каковые сборы существовали здесь и взимались, вопреки закону, на основании частных контрактов и условий; в то же самое время по вопросу о том, как определить принадлежность того или другого лица к православной церкви, который (вопрос) получал особенно важное значение в виду того, что были уклонишиеся от православия в лютеранство, было разъяснено, что вероисповедная принадлежность православных должна определяться посредством выписок из метрических книг православных храмов о рождении, крещении и присоединени известнаго лица к православной Церкви, так как закон русского государства не признает отпадений от православной веры.

Но особенно важное содействие успехам православия и русской народности в Прибалтийском крае император Александр III оказал своим могущественным покровительством Прибалтийскому православному братству. Это братство возникло в самом начале царствования императора Александра III, при самом же открытии было принято под покровительство Государыни Императрицы и в течение всего царствования его пользовались самым искренним сочуствием Государя. Главная цель братства заключалась в поддержании, оживлении и усилении православно-русского дела в крае. Средства к достижению высокой цели употреблялись самые различные: устроение новых храмов, возобновление древних храмов и монастырей, поддержание существующих бедных храмов, открытие школ, благотворение бедным, удовлетворение запросов православнаго населения в крае посредством издания и распространения книг. За 12 лет своей деятельности при императоре Александре III братство израсходовало на удовлетворение различных нужд православнаго населения Прибалтийскаго края свыше 300,000 рублей, не считая обеспечения различных учреждений на местах недвижимой собственностью и крупных пособий, исходатайствованных братством для этих учреждений. Император Александр III внимательно следил за благотворной деятельностью православного Прибалтийского братства и радовался его успехам, помогая ему по временам и материально из личных средств. Так, когда было доведено до сведения Государя об уничтожении пожаром, происшедшим от взрыва, произведенного неизвестным злоумышленником, 16 января 1885 г., только что возобновленного братством Якобштадскаго Св. – Духовскаго храма, то почивший Государь из личных своих средств пожертвовал братству на задуманное им возобновление храма 5000 р., а когда впоследствии до cведения его было доведено об окончании постройки и освящении возобновленного храма, то 19 июня 1888 года почивший Государь послал председателю братства следующую телеграмму: „Императрица и я искренно радуемся, что Якобштадтский православный храм возобновлен и освящен стараниями и усердием православного братства. Радуемся и за православное население, которое снова приобрело свою святыню. Сердечно поздравляем всех”. По окончании же десятилетия со времени открытия братства, император Александр III в следующих словах одобрил всю предшествующую полезную деятельность его: „весьма утешительно и делает честь председателю, членам и деятелям братства. Дай Бог и впред с таким же успехом вести дело православия”.

В Привислянском крае внимание церковной власти и правительства императора Александра III обращено было на другое, не менее важное неблагоприятное явление в религиознонравственной жизни здешнего православного населения, чем протестантская пропаганда и вообще вредное влияние лютеранскаго духовенства на православных жителей Остзейскаго края. Большую часть православнаго населения Холмско-Варшавской епархии составляли бывшие греко-униаты, возсоединенные с православной церковью в 1875 году. Среди этих нововоссоединенных было немало колеблющихся и упорствующих, причем такое настроение их поддерживалось тайной агитацией католических ксендзов и др. лиц, враждебно относившихся к православной церкви и русской народности. Число колеблющихся и упорствующих среди нововоссоединенных греко-униатов было весьма значительно и вся эта масса, оставалась в совершенном отчуждении от православной церкви, не принимала таинств, не исполняла обрядов православных, или же тайно совершала их в местных и заграничных костелах. Деятельность церковной власти и правительства здесь направлялась в особенности к тому, чтобы, не употребляя никаких принудительных, а тем более насильственных мер, привлечь и расположить колеблющихся и упорствующих к православной церкви. Из множества церковно-правительственных мер, принимавшихся с этой целью, особенны важными для дела должно признать учреждение в 1882 году Холмскаго Богородицкого братства, которое было принято под покровительство Государя Императора и деятельность которого была столь же благотворна для Привислянскаго края, как деятельность Прибалтийского православного братства для Остзейского края, а также учреждение в Лесне в 1884 году Богородицкой женской общины, преобразованной в 1889 году в женский общежительный монастырь, и учреждение женского же монастыря в 1884 году в урочище Теолине Сувалкской губернии. Обе эти обители и в особенности Леснянская оказали весьма важную услугу делу утверждения православия и русско-народных начал в среде окрестного населения.

В Финляндии православная паства находилась в самом печальном положении, вследствие отсутствия самостоятельной православной епархии и особого православного епископа, которого не мог заменить во многих отношениях викарий С.-Петербургской епархии, ведавший делом православия в Финляндии. Финляндская православная паства, благодаря этому, немало страдала, так как фактически находилась под властью иноверного (местнаго) правительства, а охранителя и защитника своих духовных интересов не имела. Конец такому ненормальному порядку вещей положен при Императоре Александре III учреждением самостоятельной Финляндской епархии в 1892 году.

На Кавказе покровительство Императора Александра III делу православия выразилось, между прочим, в передаче 10 февраля 1885 года Общества восстановления православнаго христианства на Кавказе в духовное ведомство, с подчинением деятельности его высшему надзору Св. Синода.

Подобным же образом правительство Императора Александра III оказывало всегда самую усердную и существенную помощь церковной власти в поддержании и распространении православия в Юго-Западном крае (обращение чехов в православие на Волыни, разрешение 11 мая 1891 года совершать браки между православными и римско-католиками без свидетельств от ксендзов, по удостоверениям, выдаваемым полицией, упразднение по Высочайшему повелению 9 марта 1890 года женскаго римско-католического монастыря ордена кармелиток, с передачей его зданий и угодий православной Дубенской Кресто-воздвиженской пустыни, приписанной к Почаевской Лавре), на отдаленном севере Poccии (возобновление Печенгского монастыря в 1888 г., учреждение Николо-Успенского, на Югорском Шаре, скита в 1891 г.), в Поволжском крае (миссионерская и русско патриотическая деятельность инородческих школ, устроеных Н. И. Ильминским и затем Бобровниковым и поддержанных материально и нравственно правительством Императора Александра III), наконец, в Сибири, где православно-русское направление царствования Императора Александра III нашло наилучшее себе выражение в широком и разумном покровительстве правительства нашей духовной миссии и особенно храмоздательству. На одном из отчетов Обер-Прокурора Св. Синода, по поводу недостатка церквей в Сибирских епархиях, почивший Государь заметил: „на это следует обратить внимание жертвователей, тут действительно можно жертвовать с пользою”. Новоучрежденному комитету сибирской железной дороги поручено было Императором Александром III обратить специальное внимание на устройство церквей и школ вдоль Сибирской дороги: самое красноречивое выражение истинно-православного и истинно-русского характера царствования Императора Александра III.

Одну из важнйших сторон внутренней жизни церкви составляет, ее борьба с лицами и обществами, уклоняющимися от истинной веры и отступающими от церкви. Поскольку эта борьба касается только верований и совести верующих, церковь ведет ее сама и своими чисто духовными средствами. Но по глубокой и тесной связи веры, с жизнью, все сектантские и раскольнические заблуждения и движения близко соприкасаются с жизнью общественной, вредно отражаются на жизни общества и государства, иногда принимают явный характер социально-политических движений. Во всех таких случаях безусловно необходимо содейстсвие гражданского правительства церковной власти.

Император Александр III совершенно ясно и здраво понимал отношение церкви и государства по данному вопросу и в отношениях его правительства к расколо-сектантству видно гармоническое сочетание двух начал: охранения интересов истинной веры русского народа и гуманное отношение к заблуждающимся в вере и церковно-религиозной обрядности. Законом 3 мая 1883 года старообрядцам было предоставлено право молиться по их обрядам, но вместе с тем было воспрещено всякое внешнее оказательство и пропаганда раскола, а законом 4 июля 1894 года штундизм был признан вредной сектой и штундистам было воспрещено устраивать общественные молитвенные собрания.

Одну из характеристических черт царствования Императора Александра III составляло восстановление древних, истинно русских институтов и обычаев в церковной жизни Poccии. Известно, что соборность составляет одну из отличительных особенностей православно-церковной жизни. Соборное начало имело важное значение в древней Poccии в деле управления церковного и вообще в деле ycтpoeния церковной жизни. Возникали ли в церковной жизни какие-либо беспорядки, нестроения, для обсуждения вопроса о мерах, необходимых для их устранения, созывался собор архипастырей (Владимирский в 1274 г.); появлялось ли в среде православных религиозное брожение, возникали ли еретические общества, снова собирались архипастыри для рассуждения и принятия мер к прекращению ересей (Новгородский собор на стригольников, Московские соборы на жидовствующих, Бакшина и Феодосия и мн. др.), замечались ли отступления от вселенско-церковной православной практики и т. п., снова созывался собор (Стоглавый, Большой Московский и др.); на тех же самых соборах обсуждались дела и вопросы церковно-общественного характера (церковного имущества, судебники и др.). Со времени Петра I-го у нас прекратилась практика созывания архиерейских соборов, которых не мог вполне заменить. Св. Синод, учрежденный для высшего управления всей русской церковью. Древне-русские apxиepeйcкиe соборы имели значение не только как правительственные, но и как совещательные органы церковно-общественной жизни; на этих соборах не только решались дела, постановлялись правила, имевшие силу церковных законов, но часто обсуждались различные вопросы, или просто происходил обмен суждений между архипастырями по разным сторонам жизни церковной, или пастырской практики. С самого начала царствования Императора Александра II стала высказываться в нашей литературе, мысль о важности и необходимости периодических архиерейских соборов. Но осуществление свое эта мысль получила только в царствование Императора Александра III. В течение сравнительно кратковременного царствования Императора Александра III состоялось три архиерейских собора: Киевский в 1884 г., Казанский в 1885 г. и Иркутский в 1885 г. Киeвcкий собор имел суждение преимущественно о мерах борьбы с сектантством вообще и, в частности, с штундизмом, а Казанский и Иркутский о мерах к утверждению веры и нравственности среди православных, особенно инородцев, а также распространения христианства среди язычников и ослабления вредной деятельности раскольников и магометан в Поволжском и Сибирском краях. Киевское cо6paниe епископов, по словам отчета г. синодального обер-прокурора, было приветствовано всей Россией, как возстановление священного древнего обычая вселенской и русской церкви обсуждать важнейшие вопросы веры и церковной жизни и разрешать возникающие недоумения соборами епископов.

Но ни в чем так рельефно и так осязательно не выразилось истинно-русское направление царствования Императора Александра III, тесный союз церкви и государства, как в отношении правительства Императора Александра III к делу народного образования. В этом отношении царствование Императора Александра III открыло безусловно новую эпоху в новейшей истории народного о6paзования в России, с решительным поворотом развития кого дела на путь истинно русский, православно-народный. Народное образование сделалось предметом особенных забот нашего правительства еще с первых лет царствования Царя Освободителя. В это царствование, без сомнения, было сделано весьма много доброго и полезного для народного образования, которое значительно подвинулось вперед: было открыто много народных школ, упрощен и облегчен способ обучения грамотности, внесены начала гуманности в дело образования народа. Но в то же самое время, как это было и с другими реформами царствования Царя Освободителя, допущены были существенные ошибки в отношении к народному образованию. Русский народ стали учить по методам, ему чуждым и несвойственным, внушать понятия, несогласные ни со всем миросозерцанием народным, ни с общественным строем его. Но особенно осязательно анти-русское направление, какое приняло народное образование в России в это царствование, выразилось в том, что школа народная была совершенно оторвана от церкви, с которой она была неразрывно связана около 900 лет, а духовенство было совершенно устранено от участия в деле народного образования. Император Александр III своим личным влиянием исправил эту существенную ошибку, вкравшуюся в важное дело народного образования, которое он направил на путь, согласный с потребностями народа и с исторической традицией. В первый же год своего царствования он возбудил вопрос об участии духовенства в деле народного о6paзовaния, который поручено было разработать особой комиссии. Результатом разработки этого вопроса, продолжавшейся не один год, и явилось возстановление древне-русской, истинно-народной церковно-приходской школы, ее организация, развитие и обеспечение. Мы не будем входить в подробные речи о великом деле восстановления Императором Александром III церковно-приходской школы, как школы именно русской и народной, а представим только осязательные плоды его деятельности в этом отношении, которые выразились в следующих цифрах: в 1881 году у нас в России церковно-приходских школ было 4064, а в 1894 г. их было 31.835, в 1881 г. в них училось 105.317 детей, а в 1894 г. – 981.065 детей.

Мы остановились только на выдающихся моментах деятельности Императора Александра III, имевшей непосредственное отношение к жизни русской церкви. Но глубоко созидательная, творческая и плодотворная деятельность его существенно коснулась и других сторон церковной жизни: значительно увеличено число монастырей, восстановлено много замечательных памятников русской церковной старины, преобразованы духовно-учебные заведения, увеличены средства правительственнаго содержания православного духовенства, возвышены пенсионные оклады служащих в духовно-учебных заведениях и т. п.

Все сказанное нами вполне подтверждает положение, выраженное нами в начале нашей речи: царствование Императора Александра III оставило глубокий след в жизни русского народа вообще и, в частности, в жизни церковной. Преждевременная, по человеческим соображениям, смерть его прекратила творческую деятельность, всецело направленную к восстановлению исконных начал русской народной жизни. Но и того, что сделано Императором Александром III, совершенно достаточно для определения и установления духа и характера, в каком должно совершаться правильное развитие русского народа. Долг русских людей заключается в том, чтобы самим понять принципы благотворной деятельности Императора Александра III и затем проводить их в сознание народа русского.

Мысль о необходимости уяснения и распространения в народе русском заветов, оставленных ему Царем-Миротворцем, осознана была лучшими русскими людьми, очевидцами его великой деятельности, тотчас же после кончины Государя Императора. В самом начале 1895 года возникла мысль об учреждении Общества ревнителей русского исторического просвещения в память Императора Александра III, которое и было утверждено 14 октября 1895 г., накануне первой годовщины со дня кончины почившего Государя.

Не можем здесь не привести следующих слов учредительной записки, красноречиво выясняющих великую важность царствования Императора Александра III в жизни русского народа „великое значение царствования Александра III в исторических судьбах русского народа, более почувствованное сердцем современников, нежели понятое их разумом, может в полном своем объеме раскрыться лишь постепенно, при помощи глубокого всестороннего изучения созидательной и устроительной работы этого царствования, в связи с ясным, пониманием всей предшествующей русской истории. Подобно Иоанну Третьему и Петру Великому, Александр III открывает своим царствованием новый исторический период в жизни русского народа, период расцвета народного самосознания, воплощенного в лице Праведника-Царя, Вождя великаго народа, объединенного под сенью навсегда и непоколебимо им утвержденной самодержавной власти. Претворив в себе все те начала западнаго просвещения, которые были ему нужны, для создания государства, русский народ вступает отныне на поприще всемирной истории, в семью других народов, как равноправный ее сочлен, во всеоружии им самим сознанных и всем миром признанных прав самостоятельной и самобытной народной личности.

Александр III сознал и показал, чем может и должна быть сильная внутренним единством и озаренная светом просвещения самодержавная и православная Poccия, если она останется верна коренным основам своего духа, если она не даст себя увлечь в сторону от своего историческаго пути, если она не сотворит себе кумира в идеалах чужой образованности, не поклонится и не послужит им.

Для славы Александра III и для торжества его государственной идеи нужно, чтобы русский народ сознал величие усопшего Царя не только сердцем, но и разумом; нужно, чтобы его вера, его надежды, его взгляды проникли во все слои русского общества и преимущественно в молодое поколение, на которое Poccия возлагает свои лучшие надежды. Замечаемое в некоторой части русской молодежи стремление к западно-европейским, а, следовательно, анти-русским идеалам и происходящее от них в среде ее умственное брожение могут быть побеждены не властью и материальной силой, а истинным знанием, всесторонним изучением русской истории, русского права, русского народного быта, освещенных светом основных приципов царствования Александра III; при этом сами собою выяснятся и исторические отношения Poccии как к европейскому Западу, так и к азиатскому востоку

Таково значение царствования Императора Александра III в истории русского государства вообще и, в частности, в жизни русской православной церкви. Наше Церковно-Историческое и Археологическое Общество, в течение царствования Императора Александра III разросшееся и окрепшее и в самое последнее время значительно расширившее границы области своей научной деятельности, в числе своих научных задач, конечно, будет иметь и выяснениевеликого и важного значения царствования Императора Александра III в жизни русской церкви, проведение в сознание общественное тех идей и начал религиозно-нравственной жизнедеятельности, какие почивший государь оставил нам, как самый дорогой завет Свой.

* * *

1

Реферат, читанный в Церковно-Историческом и Археологическом Обществе при Киевской Духовной Академии, 18 марта 1902 года.


Источник: Киев. Типография П. И. Горбунова, Крещатик, д.№38. 1902г.

Вам может быть интересно:

1. Преосвященный Кирилл Наумов, епископ Мелитопольский, бывший настоятель Русской духовной миссии в Иерусалиме: Очерк из истории сношений России с православным Востоком протоиерей Фёдор Титов

2. Дневник-размышление на педагогические темы (выдержки) протоиерей Фёдор Голубинский

3. Дух отношения между благодатию и свободой в возрожденном человеке по руководству символических книг Православной Церкви профессор Феофан Алексеевич Тихомиров

4. Разбор инославных учений об оправдании патриарх Сергий (Страгородский)

5. Духовенство и общество Лев Александрович Тихомиров

6. [Рец. на:] Флоренский П., свящ. О духовной истине: Опыт православной Теодицеи ("Столп и утверждение истины") архиепископ Феодор (Поздеевский)

7. Истина и наука профессор Сергей Сергеевич Глаголев

8. О воскресении мертвых профессор Василий Федорович Певницкий

9. Время войн профессор Дмитрий Иванович Введенский

10. О побуждениях к исполнению нравственного закона митрополит Сергий (Ляпидевский)

Комментарии для сайта Cackle