протоиерей Геннадий Фаст

7.5. Завет крови.

Явление Бога и славы Его Моисею и семидесяти на Синае

После дарования народу десяти заповедей (десятословия) через Моисея заключается завет Бога с народом Израильским.

И Моисею сказал Он: взойди к Ягве ты и Аарон, Надав и Авиуд, и семьдесят из старейшин Израилевых, и поклонитесь (Господу) издали. Моисей один пусть приблизится к Ягве; а они пусть не приближаются, и народ пусть не восходит с ним.

И пришел Моисей, и пересказал народу все слова Ягве и все законы; и отвечал весь народ в один голос, и сказали: всё, что сказал Ягве, сделаем (и будем послушны). И написал Моисей все слова Ягве и, встав рано поутру, поставил под горою жертвенник и двенадцать камней, по числу двенадцати колен Израилевых. И послал юношей из сынов Израилевых, и принесли они всесожжения, и заклали тельцов в мирную жертву Ягве (Богу). Моисей, взяв половину крови, влил в чаши, а другою половиною окропил жертвенник. И взял книгу завета, и прочитал вслух народу, и сказали они: всё, что сказал Ягве, сделаем, и будем послушны. И взял Моисей крови, и окропил народ, говоря: вот кровь завета, который Господь заключил с вами о всех словах сих (Исх. 24, 1–8).

Два события – Моисей, Аарон с сыновьями и семьдесят старейшин должны взойти на гору Синай для нового явления славы Ягве, а перед тем Бог через Моисея заключает со Своим народом завет крови.

После того, как Ягве Бог возгласил народу декалог, десять заповедей, а также дал Моисею и ряд других наставлений, происходит заключение завета между Богом и народом. Этот Завет Бога со Своим народом в крови жертвенных тельцов собственно и есть Ветхий Завет. Понятие Ветхий Завет порой неопределенно относят ко всему, что было до Христа. Конкретно же Бог заключал Свой Завет с праотцом Адамом, потом с Ноем, с Авраамом и вот теперь через Моисея с народом Израильским.

Когда Моисей пересказал народу все слова Ягве и все законы, которые Бог возвестил ему помимо десяти заповедей, и, естественно, сам декалог, то отвечал весь народ в один голос: всё, что сказал Ягве, сделаем и будем послушны.

Народ готов следовать всем установлениям Господним, быть всецело преданным Ягве, которого познал и полюбил.

Семьдесят толковников не только переводят с еврейского слово сделаем (ποιήσομηυ) но добавляют еще καὶ ακουσόμεθα – и послушаем (в синодальном переводе: и будем послушны). Св. Василий Великий рассуждает в связи с этим о двух ступенях, двух духовных уровнях. При этом он обращает внимание на последовательность слов народного обещания: сотворим и послушаем (так в LXX). Казалось бы, человек должен сначала послушать, а потом сотворить, будучи послушным сделать, но в библейском тексте наоборот: сотворим и послушаем. Итак, св. Василий Великий: «Посему и народ в книге Исхода говорит: вся, яже возглаголет Господь, сотворим и послушаем (Исх. 24, 4); хотя согласнее с разумом было бы сказать: послушаем и сотворим. Но, без сомнения, человеку можно и с самым грубым разумением сотворить; например: соблюсти субботу, телесно воздержаться от снедей, обрезать в осьмой день и трижды в год явиться в храме; но проникнуть в основание сих постановлений свойственно уже совершенному и далеко простершемуся в ведении» [57, Толк, на пр. Исаию, гл. 1, 10]. Сотворить заповеди Божии – это деятельное благочестие, предваряющее благочестие сердца, означенное в народном обещании словом послушаем, когда сердце слышит и ведает Бога.

Народ обещает послушание Богу. Моисей записывает в книгу все слова Ягве. Начато составление Торы. И вот пришло время заключить завет с Богом, вступить с Ним в вечный союз.

Начинался новый день, и Моисей, встав рано поутру, поставил под горою жертвенник и двенадцать камней, по числу сынов Израилевых. Завет должен быть заключен через жертву. Но кто ее принесет? Где жрецы?

И послал Моисей юношей из сынов Израилевых, и принесли они всесожжения, и заклали тельцов в мирную жертву Ягве (Богу).

Кто были эти юноши, принесшие жертву завета? Сам библейский текст этого никак не поясняет. И впредь мы нигде больше не увидим, чтобы приносить жертву Богу было делом юношей израильских.

Когда Господь выводил Свой народ из Египта, погубив у поработителей всех первенцев от людей до скота, то, как некое священное возмещение, Он забирает Себе и всех первенцев у вышедших на свободу израильтян. И сказал Ягве Моисею, говоря: освяти Мне каждого первенца, разверзающего всякие ложесна между сынами Израилевыми, от человека до скота: Мои они (Исх. 13, 2). И уже после этих слов Господа будет переход через Чермное море. Таким образом юноши из сынов Израилевых, принесшие Ягве жертвы Завета, наверняка, и были теми посвященными Богу на первую Пасху первенцами народа Израильского. Потом первенцы израильские будут заменены на сынов и потомков Аароновых. Священство в Израиле будет достоянием не первенцев, а колена Левиина, выделенного из других и посвященного Богу. Но тогда у Синайской горы и сам Аарон еще не был священником, а совершили жертвоприношения Богу первенцы Израильские.

Иначе рассуждает об этом прп. Ефрем Сирин: «И созда Моисей алтарь. И посла юноши сынов Израилевых, то есть, сынов Аароновых приготовить тельцов на всесожжение. Ибо для священнодействия не были они еще помазаны» [89, Толк, на кн. Исх., гл. 24, 4–5]. Прп. Ефрем справедливо отмечает, что сыны Аарона еще не были помазаны на священство. А потому он предполагает, что они только приготовили жертвенных животных, но не совершили самих жертвоприношений. Однако Писание говорит, что принесли они всесожжения, и заклали тельцов в мирную жертву Ягве. А потому более оснований думать, что это и были вовсе не сыны Аароновы, а посвященные Богу первенцы Израиля.

Каково же было священнодействие жертвы Завета сынов Израильских с Ягве Богом?

Юноши-жрецы принесли всесожжения и заклали жертвенных тельцов. Кровь их была собрана. Моисей сам половину этой крови влил в чаши. Другой половиной крови Моисей окропил жертвенник. После этого взята была книга Завета (начало Священного Писания), и Моисей прочитал ее вслух всему народу. Ягве Бог предлагает Свои условия народу. Народ внемлет слову Всевышнего. И, выслушав, израильтяне дают свой обет, они принимают без всяких условий со своей стороны всё, что велел и сказал Ягве. В пустыне под горой раздаются слова сотен тысяч странников в Обетованную Землю: всё, что сказал Ягве, сделаем и будем послушны. Обет дан. И великий Моисей взял... крови, и окропил народ, говоря: вот кровь Завета, который Ягве заключил с вами о всех словах сих. Завет заключается в крови. Жертвенник указывал на Бога, двенадцать камней – на народ Божий. Половина крови возлита на жертвенник, половина из чаши – на народ. Ягве Бог и народ, Им избранный, скреплены заветом крови. Разделившись по грехопадении Адама и Евы, Бог и человек воссоединяются вновь. Разделившихся разделяла кровь, кровь Авеля, убитого братом, много крови... Чаша Завета, наполненная жертвенной кровью, воссоединяла их вновь.

А потом будет Сионская горница. И истинный Агнец, Сын Человеческий, грядущий на Голгофу, укажет на чашу благодарения Небесному Отцу и скажет Своим ученикам: пейте из неё все; ибо сие есть кровь Моя нового завета, за многих изливаемая во оставление грехов (Мф., 26, 27–28). Слова Христа являются явным повторением слов Моисея, Мессия повторяет на Сионе сказанное Моисеем у Синая. Добавлено одно слово – завет назван новым. Новый, ибо животные тельцы уступили место Божественному. Истинная кровь завета с Новым Израилем, церковью Христа.

О тайне завета крови рассуждал и прп. Ефрем Сирин: «И когда Моисей прочте книгу завета пред ними и рекоша: вся, елика глагола Господь, сотворим; тогда окропи люди кровию и рече: се кровь завета, в который вы вступили, глаголюще: вся, яже глагола Господь, послушаем и сотворим. Сею кровию завета предызображена тайна евангелия, которое смертию Христовою даруется всем народам» [89, Толк, на кн. Исх. 24].

После заключения завета крови Ягве с народом Моисей призывается на вершину горы Синай, чтобы там получить скрижали завета. При этом дважды является Бог или, точнее, слава Его. Двумя всполохами любовь Божия осияла уневещенных Ему, ведь Ягве теперь – Супруг, а Израиль – невеста, жена, избранная из народов. И проходил Я (Ягве) мимо тебя, и увидел тебя, и вот, это было время твоё, время любви; и простер Я воскрилия риз Моих на тебя, и покрыл наготу твою; и поклялся тебе, и вступил в союз с тобою, говорит Ягве Бог; и ты стала Моею (Иез. 16, 8).

Моисей призывается на гору один. С Моисеем Иисус Навин (24,13). Кроме того подняться должны Аарон и его сыновья Надав и Авиуд, а также и все семьдесят из старейшин (24, 1.9.14). Народ остается за чертой внизу у горы.

Аарон, Ор, Надав и Авиуд, а также семьдесят из старейшин подымаются с Моисеем на некоторую высоту горы, а потом оставляются. Моисей восходит к вершине один с верным ему Иисусом Навином. Но потом оставится и он. В облако славы Ягве на вершину горы войдет Моисей один. Эту многоступенчатость восхождения на святую гору святые отцы осмысливали как различную меру восприятия Божественной славы, зависящую от духовного и нравственного состояния человека.

Св. Григорий Богослов много рассуждает о том, что не каждый может воспринять славу Божию, но только кто должным образом предочистил свое сердце. Св. Григорий Богослов: «И чем же я приведен в такой страх? Не почтите меня боязливым сверх меры; напротив того, похвалите даже мою предусмотрительность. О самом Моисее слышу, что когда беседовал с ним Бог, хотя многие призваны на гору, и в числе их Аарон с двумя сыновьями священниками, и семьдесят старейшин-народоправителей, однако же поведено было, чтобы прочие поклонились издалеча, а к Богу приступил один Моисей; народу же не дозволено и восходить на гору (Исх. 24, 1–2); потому что не всякий может приближаться к Богу, но только кто, подобно Моисею, способен вместить славу Божию» [60, т. I, Слово 3, с. 56].

Св. Григорий в первом из своих знаменитых пяти словах о богословии утверждает, что не каждый может говорить о Боге и не с каждым должно говорить о возвышенных Божественных учениях. Прежде, чем пуститься в рассуждения о Святой Троице, он дерзновенно говорит: «Но теперь, когда охотно восхожу на гору [богомыслия о Троице. – Г.Ф.], или, справедливее сказать, желаю и вместе боюсь (желаю по надежде, боюсь по немощи) вступить внутрь облака и беседовать с Богом (ибо сие повелевает Бог), – теперь кто из вас Аарон, тот взойди со мною и стань вблизи, но будь доволен тем, что надобно ему остаться вне облака; а кто Надав, или Авиуд, или один из старейшин, тот взойди также, но стань издалеча, по достоинству своего очищения; кто же принадлежит к народу и к числу недостойных такой высоты и созерцания, тот, если он не чист, вовсе не приступай (потому что сие не безопасно), а если очищен на время, останься внизу; и внимай единому гласу и трубе, то есть голым речениям благочестия, на дымящуюся же и молниеносную гору взирай, как на угрозу и вместе на чудо для неспособных взойти» [60, т. I, слово 28, о богословии второе]. О, дерзновение святых!

Неочищенных духовно св. Григорий вовсе отстраняет от богословия, а временно очистившимся, но живущим мирски предлагает не переступать черту одних лишь заповедей нравственного благочестия. Другим позволяет с опаской и осторожностью взойти на высоту богомыслия, но не приступать к исследованию самих тайн богословия, останавливаясь издалеча, как старейшины, или даже восходя выше, как Аарон, но не вступая в облако. Туда, во внутренняя славы Божией и тайн богословия, речений о неизъяснимой Троице, вступит один – великий учитель догмата о Троице, нареченный церковью Богословом. Большой знаток святоотеческих творений прот. Георгий Флоровский говорил, что какие-то заблуждения или ошибки имеются у всех святых отцов, разве лишь кроме св. Григория Богослова. Единого, как Моисей, вошедшего в нестерпимое облако учения о Боге, Боге Единосущном и Триипостасном.

Созвучен св. Григорию Богослову и его друг великий Василий. Моисей и уподобляющиеся ему приступают к Богу, восходя добродетелями своими. Св. Василий Великий: «Почему о Моисее говорится, что он приступал к Богу (Исх. 24, 2); и если кто другой подобен Моисею, то своими доблестями и добрыми делами делается он близок к Богу» [57, т. I, Беседа на Пс. 33, ст. 19]. Св. Василий подчеркивает нравственный аспект восхождения к Богу. Без добродетели невозможно богопознание.

Участниками явления славы Божией становятся вместе с Моисеем Аарон с сыновьями и старейшины. Обращает на себя внимание как бы вскользь упомянутое участие в этом Иисуса Навина. И встал Моисей с Иисусом, служителем своим, и пошел Моисей на гору Божию (24, 13). Аарон и старейшины остаются внизу с народом. Почему был взят на гору Моисеем его служитель Иисус? Причина этого в том, что Иисус был очень ревностен о Боге и вместе с Халевом никогда за сорок лет странствования по пустыне не согрешил пред Богом, да и другим не позволял этого делать. Если бы Иисус Навин оставлен был внизу с народом, то он не позволил бы произойти поклонению золотому тельцу. Народ же должен был совершить свойственное ему.

Явление славы Ягве происходит в два этапа.

Первое Богоявление

Потом (после жертвы и обета завета) взошел Моисей и Аарон, Надав и Авиуд, и семьдесят из старейшин Израилевых, и видели [LXX: место стояния] Бога Израилева; и под ногами Его нечто подобное работе из чистого сапфира и, как самое небо, ясное. И Он не простер руки Своей на избранных из сынов Израилевых. Они видели [LXX: место] Бога, и ели, и пили (Исх. 24, 9–11).

Это первое боговидение, которого вместе с Моисеем сподобились и Аарон с сыновьями, и семьдесят из старейшин Израилевых. Это то, что было дозволено, кроме Моисея, и его ближайшим помощникам: поклонитесь (Ягве) издали. Старейшины видят славу Ягве издали в отличие от Моисея, который беседовал с Господом лицом к лицу. Но даже это издали как велико, священно и страшно! Старейшины видят Бога, или место стояния Его. Подножие Божие подобно кирпичам из чистого сапфира, ясное, как само небо. Каков же тогда Бог Сам?! Видение было столь страшно, что, казалось, Создатель уничтожит Свою тварь, сподобившуюся такого откровения! Старейшины как бы сами не верили, что сподобились того, чего сподобились. Но Бог не простер руки Своей на избранных из сынов Израилевых. Тайновидцам милость Божия сохраняет жизнь.

Еврейский масоретский текст дважды содержит дерзновенное утверждение: старейшины видели Бога! Невозможное возможно! Незримый Бог видим, видим в явлении Своей славы. И видящие Его славу видят не иное что, а именно Его Самого!

Семьдесят переводчиков (LXX), видимо, не решаются перевести чрезвычайное утверждение еврейского текста видели Бога и вставляют слова место стояния (τὸυ τόπου, οὗ εἱστήκε), или просто место (τῷ τόπῷ). Там, где еврейский текст говорит о видении Бога, греческий говорит только о месте Бога. Тайнозрители же Синайской горы сподобились видеть не только место, но и славу Ягве. Далее же говорится: и под ногами Его нечто подобное работе из чистого сапфира и, как самое небо, ясное. Здесь вполне можно говорить о месте стояния Бога Израилева, именно о месте Бога. И как божественно великолепно это место! Видевшие являемого Бога Творца видят теперь обоженную тварь, прославленное славой у Бога создание Божие.

Что же под ногами Бога Израилева? Под ними לבנח כמעשה (маасех ливнат) или у LXX: ἔργον πλίνθου), что и с еврейского, и с греческого вполне может быть переведено как «работа из кирпича». Этим явно указывалось на рабский труд израильтян в Египте. Но при этом это подножие было из чистого сапфира и, как самое небо, ясное. Сапфир – небесно-голубого цвета, прозрачный. Подножие Бога было как самое небо ясное – таков образ небесной славы Бога Израилева – Царя Небесного. Небесную славу Божию и узрели семьдесят из старейшин Израилевых, поднимавшихся с Моисеем на гору.

О таинственном Богоявлении семидесяти старейшинам на Синайской горе размышляли святые отцы. Прп. Ефрем Сирин видит в этом указание на египетское рабство израильтян, переход их через Чермное море и небесное призвание народа Божия. «И взыде Моисей, Аарон с двумя сыновьями, и седмьдесят от старцев, и видеша Бога. И под ногами Его, яко дело плинфы сапфира, и яко видение неба чистотою. Плинфа напоминала евреям о рабстве египетском; сапфир напоминал разделение моря; цвет ясного неба напоминал сказанное им, не принимать на себя похотливого вида блудницы» [89, Толк, на кн. Исх., гл. 24, 9–10].

От указания на исторические пути Божии с израильтянами, отмеченного прп. Ефремом Сириным, другой великий сириянин – прп. Исаак – восходит к таинственному разумению духовных состояний Богоявления семидесяти старейшинам. Прп. Исаак Сирин: «Когда ум совлечется ветхаго человека, и облечется в человека новаго, благодатного, тогда узрит чистоту свою, подобную небесному цвету, которую старейшины сынов Израилевых наименовали местом Божиим (Исх. 24, 10), когда Бог явился им на горе. Почему, как говорил я, дар сей и благодать сию должно называть не духовною молитвою, но порождением молитвы чистой, ниспосылаемой Духом Святым. Тогда ум бывает там – выше молитвы, и с обретением лучшаго молитва оставляется. И не молитвою тогда молится ум, но бывает в восхищении, при созерцании непостижимаго, – того, что за пределами мира смертных, и умолкает в неведении всего здешнаго» [115, слово 16]. В результате молитвы очищается ум и становится местом, подножием Божиим, на котором останавливается молитва и начинается чистое созерцание славы Божией.

Такую же, как у прп. Исаака, мысль св. Григорий Палама находит у св. Нила Анкирского: «Когда ум, говорит он, сняв с себя ветхого человека, оденется в человека, сотворенного из благодати, тогда он во время молитвы видит свое осиянное сапфирным, или небесным, цветом устроение, которое в Писании и называется местом Бога (Исх. 24, 2), виденным старейшинами над горой Синаем» [71, Триада 1, ч. 3, п. 6].

Так отцы-аскеты истолковывали уточняющее слово место в LXX, как очищенный молитвой ум, где обитает Бог.

А семьдесят старейшин на Синайской горе видели Бога, и ели и пили пред Ним! О, простота и, о, таинство! Вот божественная трапеза, которой лишился Адам и которой сподобились боговидцы. Странники, под ногами которых были только колючки пустыни, видели Того, под ногами Которого нечто, подобное работе из чистого сапфира. Видевшие ясное небо над своей головой, видели его теперь под ногами Творца неба и земли. Нет ничего большего, как видеть Бога и есть, и пить с Ним. И как всё просто! Не это ли происходит и у нас за столом Евхаристии?..

Второе Богоявление

И все-таки, несмотря на всю непостижимость виденного семьюдесятью старейшинами на Синае, они были только лишь на склоне горы и поклонились Господу издали. Далее Моисей оставляет их и восходит на гору по зову Ягве один. Он один узрит славу Ягве изнутри.

И взошел Моисей на гору; и покрыло облако гору. И слава Ягве осенила гору Синай; и покрыло ее облако шесть дней, а в седьмой день (Господь) воззвал к Моисею из среды облака (также потом на горе Фавор Отец Небесный воззовет в облаке к Мессии, Сыну Своему). Вид же славы Ягве на вершине горы был пред глазами сынов Израилевых, как огонь поядающий.

Моисей вступил в средину облака, и взошел на гору; и был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей (Исх. 24, 15–18).

Вот теперь Моисей в средине облака славы Ягве. Там он получает две скрижали, сделанные Богом, на которых Бог Сам написал Свои десять заповедей, Божественный Декалог. Там в облаке славы Ягве Моисей проводит свой первый сорокадневный пост. Укрепляемый славой Божией, он не вкушал пищи тленной. Св. Иоанн Дамаскин: «Ибо прежде всего Моисей, в посте безотлучно пребыв с Богом в течение сорока дней и опять других сорока [второй пост Моисея. – Г.Ф.], несомненно изнурял себя постом» [94, Точн. излож. правосл. веры, кн. 4, гл. 23]. А Тертуллиан говорит; «Моисей и Илия постились сорок дней и подкреплялись только Богом» [151,0 воскресении плоти, 61]. Старейшины видели Бога, и ели и пили, а Моисей вошел в незримое Божие и не ел и не пил.

Десять заповедей Божиих воссияли из славы Ягве на Синае. Данные под покровом облака, они осиявают путь странников земли. Позади Египет, впереди – Ханаан. А посреди – Синай. Дороги пустыни ведут чрез вершину горы Богоявления.

Можно отметить три ступени Боговосхождения.

Первая – это храм, или место стояния Божия, место, освященное присутствием Божиим.

Вторая ступень – благодать Божия или слава Ягве. Это – Господь Являемый, благодать, Божественная энергия.

Третья ступень – невосходимая, это Сам Бог Ягве незримый в сущности

Своей.



Источник: Красноярск: Енисейский благовест, 2008. – 472 с.

Вам может быть интересно:

1. Этюды по Ветхому Завету. Руководство к изучению Священного Писания. Книга 1 протоиерей Геннадий Фаст

2. Писания к семи последним, посланным к Иовиниану, Миневрию, Леонтию и Феодору, собеседованиям отцов, обитавших в пределах Нижнего Египта – Глава 1 преподобный Иоанн Кассиан Римлянин

3. История православного монашества на Востоке. Часть 2 профессор Петр Симонович Казанский

4. Библейская энциклопедия – Иофор архимандрит Никифор (Бажанов)

5. Священная Библейская история Ветхого Завета – Глава IV. Период Пребывания Евреев в Египте епископ Вениамин (Пушкарь)

6. Отец Геннадий Фаст Андрей Сергеевич Десницкий

7. Дневник: Т. 1. 1880-1901 – Краткое описание монастырей, скитов, келлий, подворий и храмов митрополит Арсений (Стадницкий)

8. Обозрение пророческих книг Ветхого Завета – Глава 1. Книга Пророка Исаии Алексей Никитич Хергозерский

9. Московский митрополит Макарий (Булгаков): Историко-биографический очерк – Том III. Литовский период в жизни м. Макария (1868–1879 г.) протоиерей Фёдор Титов

10. Наставления в духовной жизни святитель Феофан Затворник

Комментарии для сайта Cackle