святитель Григорий Богослов

Священник

Первое, чего… бояться должно, чтобы нам не оказаться худыми живописцами чудной добродетели, особенно же негодным подлинником для других живописцев, может быть, и не худых, но многих, чтобы нам не подойти под пословицу: беремся лечить других, а сами покрыты струпьями. Во-вторых, если бы кто из нас сохранил себя, даже сколько можно более чистым от всякого греха, то не знаю еще, достаточно ли и этого готовящемуся учить других добродетели (священнику). Кому это вверено, тот не только не должен быть порочным (этим гнушаются и многие из подчиненных ему), но должен отличаться добродетелью, по заповеди, повелевающей уклоняться от зла и делать добро (Пс. 36, 27). Он обязан не только изглаждать в душе своей худые образы, но и напечатлевать лучшие, чтобы ему превосходить других добродетелью больше, нежели насколько он выше их достоинством. Он должен не знать даже меры в добре и в восхождении к совершенству, почитать не столько прибылью то, что приобретено, сколько потерей то, что не достигнуто, пройденное же обращать всегда в ступень к высшему и не высоко думать о себе, если и многих превосходит, но признавать уроном, если не соответствует в чем-либо сану. Ему должно измерять успехи свои заповедями, а не примером ближних (порочны ли они или преуспевают несколько в добродетели), не взвешивать на малых весах добродетель, которой обязаны мы Великому, от Которого все и для Которого все, не думать, что всем прилично одно и то же; так как не у всех один и тот же возраст, одни и те же черты лица, не одинакова природа животных, не одинаковы качества земли, красота и величие светил. Напротив, должно почитать пороком в частном человеке то, что сделано им худого, заслуживает наказание и строго истязуется самим законом, а в начальнике и предстоятеле даже то, что он не достиг возможного совершенства и не преуспевает непрестанно в добре, потому что ему надо превосходством своей добродетели привлекать народ к порядку, и не силою обуздывать, но доводить до порядка убеждением. Ибо все, что делается недобровольно, кроме того, что оно насильственно и не похвально, еще и не прочно. Вынужденное, подобно растению, насильно согнутому руками, как скоро бывает оставлено на воле, обыкновенно возвращается в прежнее свое положение. Напротив, что делается по свободному произволению, то, как скрепляемое узами сердечного расположения, и весьма законно и вместе надежно. Посему закон наш и сам Законоположник особенно повелевает пасти стадо не принужденно, но охотно(1Пет. 5, 2) (1).

* * *

Надо прежде самому очиститься, потом уже очищать; умудриться, потом умудрять; стать светом, потом просвещать; приблизиться к Богу, потом приводить к Нему других; освятиться, потом освящать. Руководителю необходимы руки, советнику потребно благоразумие.

Когда же это будет? – спросят скорые на все и ни в чем нетвердые, легко созидающие и разрушающие. Когда светильник поставится на свещнице и на что употребится талант, то есть дар? – скажут ревностнейшие к дружбе, нежели к делу благочестия. Когда это будет и какой дам на это ответ вам, преименитые? В таком деле и глубокая старость не долговременная отсрочка. Ибо седина с благоразумием лучше неопытной юности, рассудительная медлительность – неосмотрительной поспешности, кратковременное царствование – продолжительного мучительства, подобно как малая доля драгоценности предпочтительнее обладания многим, не имеющим цены и прочности, небольшое количество золота – многих талантов223 свинца, малый свет – великой тьмы. А что касается поспешности, поползновенности и излишней ревности, – опасно, как бы они не уподобились или тем семенам, которые пали на камни и, будучи неглубоко в земле, тотчас взошли, но не могли вынести первого солнечного зноя, или тому основанию, положенному на песке, которое не устояло при небольшом дожде и ветре. Горе тебе, земля, когда царь твой отрок (Еккл. 10, 16), – говорит Соломон. Не будь скор в словах (см. Притч. 29, 20), – того же Соломона, который говорит об опрометчивости в словах, то есть о чем-то меньшем, нежели опрометчивость в делах. Кто же вопреки этому потребует поспешности, предпочитая ее безопасности и пользе? Кто возьмется, как глиняное какое-нибудь изделие, изготовляемое в один день, образовать защитника истины, который должен стоять с Ангелами, славословить с Архангелами, возносить жертвы на горний жертвенник, священнодействовать со Христом, воссозидать создание, восстанавливать образ Божий, творить для горнего мира и, скажу более, – быть богом и делать других богами? Знаю, чьи мы служители, где сами поставлены и куда готовим других. Знаю величие Божие и человеческую немощь, а вместе с тем и силу. Небо высоко, земля же глубока (см. Притч. 25, 3). И кто из низложенных грехом взойдет на небо? Кто, обложенный еще дольним мраком и грубой плотью, может целым умом ясно созерцать всецелый Ум, находясь среди непостоянного и видимого, вступить в общение с постоянным и невидимым? Даже из самых очищенных едва ли кто может видеть здесь хотя бы такой образ доброты, каково отражение солнца в водах. Кто исчерпал воды горстью своею и пядью измерил небеса, и вместил в меру прах земли и взвесил на весах горы и на чашах весовых холмы (Ис. 40, 12)? Где место по коя Его (Ис. 66, 1) и чему из всего Он уподобится? Кто, сотворивший все словом, устроивший человека премудростью, соединивший разлученное, сочетавший персть с духом, сложивший живое существо – видимое и невидимое, временное и вечное, земное и небесное, касающееся Бога, но не постигающее, приближающееся и далеко отстоящее? Я сказал: «буду я мудрым», – говорит Соломон, – но мудрость далека от меня (Еккл. 7, 23). И действительно, кто умножает познания – умножает скорбь (Еккл. 1, 18). Он не столько радуется о найденном, сколько скорбит о непостигнутом, как обыкновенно (представляю себе) случается с людьми, которых отвлекают от воды прежде, нежели они утолили жажду, или которые, надеясь что-либо получить, не могут схватить это руками, или от которых мгновенно скрывается озарившее их блистание света.

…Величие, высота, достоинство, чистые существа, с трудом вмещающие сияние Бога, Которого покрывает бездна, Которого, как чистейший и для большей части тварей неприступный свет, утаивает тьма, Который во всем и вне всего, Который есть всякая доброта и выше всякой доброты, Который просвещает ум и убегает от быстроты и выспренности ума, столько всегда удаляясь, сколько постигается, и возлюбленного своего возводя горе тем, что убегает и как бы вырывается из рук: таков и так важен предмет наших желаний и исканий! Таков должен быть невестоводитель, уневещивающий души (1).

* * *

Не следует (Афанасий Великий) обычаю вступить на престол и тотчас предаться своеволию от пресыщения, подобно тем, которые сверх чаяния захватывают какую-либо власть или наследство. Это свойственно священникам чуждым, незаконным и недостойным сана, которые, приступая к священству, ничего не привносят с собой, нимало не потрудившись для добродетели, оказываются вместе и учениками и учителями благочестия и, когда сами еще не очистились, начинают очищать других. Вчера святотатцы, а ныне священники, вчера не смевшие приступить к святыне, а ныне тайноводители, устаревшие в пороках и новоявленные в благочестии, произведение человеческой милости, а не дело благодати Духа – они весь путь свой ознаменовали насилием и наконец гнетут само благочестие; не нравы дают им степень, а степень – нравы (так сильно извратился порядок!); им больше надобно приносить жертвы за себя, нежели за грехи неведения народа (Евр. 9, 7); они непременно грешат в одном из двух: или, имея нужду в снисхождении, чрезмерно снисходительны, так что не пресекают порок, а учат пороку, или строгостью власти прикрывают собственные дела свои (1).

* * *

223

Здесь: талант – мера веса у древних греков и римлян. – Прим. ред.



Источник: Симфония по творениям святителя Григория Богослова / [ред.-сост.: Т. Н. Терещенко]. - Москва : Даръ, 2008. - 608 с. - (Духовное наследие).; ISBN 978-5-485-00194-0

Вам может быть интересно:

1. Симфония по творениям преподобного Ефрема Сирина – Священство преподобный Ефрем Сирин

2. Всеобъемлющее собрание (Пандекты) Богодухновенных Святых Писаний – Слово 124. О том, чтобы уважать священников преподобный Антиох Палестинский

3. Духовные рассуждения и нравственные уроки схиархимандрита Иоанна (Маслова) – Священник, священство схиархимандрит Иоанн (Маслов)

4. Песнопения таинственные (сборник избранных стихотворений) – Счастье и благоразумие святитель Григорий Богослов

5. Симфония по творениям святителя Василия Великого – Родители святитель Василий Великий

6. Письма к разным лицам святитель Иоанн Златоуст

7. Словарь о бывших в России писателях духовного чина Греко-российской церкви – Иоанн Глазатой митрополит Евгений (Болховитинов)

8. Житие преподобного и богоносного отца нашего игумена Сергия Чудотворца преподобный Епифаний Премудрый

9. Симфония к письмам преподобного оптинского старца Льва – Буква Я преподобный Лев Оптинский (Наголкин)

10. Православная Богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. Том III – Викторин, имя нескольких св. мучеников профессор Александр Павлович Лопухин

Комментарии для сайта Cackle