протоиерей Григорий Разумовский

Объяснение священной книги псалмов

 Песнь Степеней, 130Песнь Степеней, 131Песнь Степеней, 132 

Песнь Степеней, 131

Псалом сей принадлежит также к числу тех песней восхождения, которые назначены были для пения при богослужении, после построения второго храма Иерусалимского. Так как в псалме сем говорится о построении первого храма в Иерусалиме, то некоторые из толковников составление его приписывают царю Давиду, который, по их мнению, передал его сыну своему Соломону с тем, чтобы он пет был по устроении храма. Другие же с наибольшею вероятностию думают, что псалом составлен Соломоном после того, как он, по создании храма, перенес в него ковчег Завета и поставил его на приготовленное для него место, причем совершил торжественное освящение новоустроенного им храма и произнес благодарственную и просительную Господу Богу молитву. В подтверждение сего предположения мы имеем и прямое свидетельство древнего предания во 2-й книге Паралипоменон. Писатель этой священной книги, которым признается живший около времени создания второго храма известный ученый и богодухновенный священник Ездра, 8, 9 и 10-й стихи сего псалма вносит в состав вышеозначенной молитвы Соломона, на освящение новоустроенного им храма Иерусалимского (2Пар.6:41–42), и таким образом ясно показывает, что, несмотря на употребление этого псалма вместе с другими песнями степеней при богослужении второго храма, он и его современники не считали его произведением времени этого храма, а признавали молитвенною песнию Соломона на освящение первого храма. Царю Соломону хорошо были известны ревность и заботы Давида, отца его, о построении храма в Иерусалиме, известны были также и воля Божия о сем храме (2Цар.7:5,13), а также кроткий нрав Давида и покорность его воле Божией, превратности жизни сего царя и данные ему от Бога обетования, касательно судьбы его дома и всего народа израильского. Все это в кратком псалме и изложено Соломоном для того, чтобы потомки Давида воспоминали о тех делах, которые уже совершены, равно и о тех, о которых Бог, за благочестие Давида, клятвенно обещался ему, и из них поучались воле Божией, по примеру царя и пророка Давида.

Пс.131:1–2 Помяни, Господи, Давида и всю кротость его: яко клятся Господеви, обещася Богу Иаковлю.

Так псалмопевец молится о Давиде, не то, конечно, выражая, что он признает Бога забывшим о Давиде, а как бы для того, чтобы показать пред всеми благочестие и любовь к Богу царя и пророка Давида, который главной заботою в своей жизни имел ревность о построении храма Божия, по каковой он и дал клятвенное обещание пред Богом: яко клятся Господеви, обещася Богу Иаковлю. А когда Давид узнал чрез пророка Нафана, что нет воли Божией на то, чтобы ему строить храм, то всегда носил в душе своей сокрушение о том, каковое слово, вместо «кротость», и читается по переводу с еврейского: «Помяни, Господи, Давида и все сокрушение его». Под словом «сокрушение» разумеются, конечно, и кротость, и смиренномудрие, о котором сказано в предыдущем псалме. Все эти свойства души пророка Давида говорят об одном, что кротость нрава была отличительною чертою и главною добродетелию его.

Пс.131:3–5 Аще вниду в селение дому моего, или взыду на одр постели моея: аще дам сон очима моима, и веждома моима дремание, и покой скраниама моима: дондеже обрящу место Господеви, селение Богу Иаковлю.

В этих изречениях псалмопевец показывает, в чем состояло клятвенное обещание Давида пред Богом. Как человек благочестивый и вполне преданный в волю Божию, Давид знал, что кивот Господень, или ковчег Завета, устроенный по повелению Божию при Моисее и служивший святыней для всего израильского народа, где Господь Бог, чрез пророков и благочестивых священников, открывал волю Свою народу, что этот ковчег, по допущению Божию взятый в плен филистимлянами, при первосвященнике Илие, с тех пор не имел постоянного местопребывания, а переносим был с одного места на другое. Сознание всего этого причиняло Давиду царю немалую скорбь, и вот почему, с самого воцарения своего, он был весьма озабочен делом построения Храма, как места селения Богу Иаковлю. Вот почему он и клялся, и обет Богу дал, что не взойдет он в дом свой, что не будет ложиться и на постель свою, или, как лучше и точнее это выражено по переводу с еврейского: «Не войду в шатер моего дома, не взойду на постелю ложа моего; не дам сна глазам моим и веждям моим дремания, доколе не найду места Господу, жилища крепкому Богу Иакова». И хотя он скоро после своего воцарения построил на горе Сион новую скинию и торжественно перенес в нее ковчег Завета, но и это все считал недостаточным и потому стал приготовлять для построения храма нужные материалы, а также чертежи и рисунки.

Пс.131:6–7 Се, слышахом я во Евфрафе, обретохом я в полях дубвравы: внидем в селения Его, поклонимся на место, идеже стоясте нозе Его.

Вот мы слышали, говорит псалмопевец от лица благочестивых израильтян, что ковчег Завета был в Евфрафе. Местоимение я в Вульгате переведено таковым же относительным местоимением – «eam», относящимся к существительному «arcam», т.е. «ковчег, ящик». Под словом Евфраф одни разумеют Вифлеем иудейский, во многих местах Писания обозначаемый тем же именем (Быт.48:7; Руф.1:2; Мих.5:2; Мф.2:5–6), но в какое время находился в нем ковчег Завета, этого из Писания не видно. Другие же разумеют под Евфрафой колено Ефремово, где первоначально, еще со времени Иисуса Навина, в городе Силоме, находилась скиния Моисеева, с ковчегом Завета. Но потом, когда «Господь отринул скинию Силомскую», за нечестие израильтян, тогда ковчег Завета взят был филистимлянами и отправлен сначала в Азот, потом в Геф, Аскалон и отсюда на особо сооруженной и запряженной двумя коровами колеснице отправлен в Вефсамис иудейский, а оттуда – в Кариафарим (1Цар.5–6), где и обретен был Давидом на полях дубравы, о чем по переводу с еврейского читаем: «Се, мы слышали, что он был в Ефремовой земле, нашли его на полях Кариафарима», т.е. в местах лесистых. Отринув скинию Силомскую, Господь избрал «колено Иудово, гору Сионю, юже возлюби» (Пс.77:60,68). Сказав об обретении и перенесении Давидом ковчега Завета на гору Сион, псалмопевец приглашает израильтян идти в селение Божие, в новоустроенный храм, чтобы поклониться на место, где стояли ноги его, т.е. на «подножие ног Его», изображаемое ковчегом Завета (ср. Пс.98:5).

Пс.131:8–10 Воскресни, Господи, в покой Твой, Ты и кивот святыни Твоея. Священницы Твои облекутся правдою, и преподобнии Твои возрадуются. Давида ради раба Твоего, не отврати лице помазаннаго Твоего.

При перенесении ковчега Завета в великолепно устроенный храм, Соломон произносит Господу Богу торжественную молитву, в конце которой просит Его восстать во всем величии славы Своей и войти в этот храм, не для временного пребывания, а для постоянного жительства и упокоения в сем храме, как бы так говоря: востани, Господи, от того места, в котором Ты доселе пребывал, как временный гость, и вниди в собственный дом Твой, чтобы не переходить уже с места на место, как это было доселе. А чтобы показать, что он мыслит о Боге не так, как мыслили о Божестве языческие народы, ограничивая присутствие Божие каким-либо местом, а что Его вездеприсутствие не могут вместить и небеса небес, – он прибавляет: Ты и кивот святыни Твоея, и этими словами дает понять, что присутствие Бога и пребывание Его во храме должно понимать не иначе, как в том смысле, что Он, невидимо присутствуя в кивоте, являет здесь силу Свою. Почему в еврейском тексте употреблено вместо «святыни» другое слово: «могущества»: «Стань, Господи, на месте покоя Твоего, – Ты и ковчег могущества Твоего». Как свидетельствует история еврейского народа, кивот Завета был для него не пустое изображение, но Господь Бог самым делом показывал, что Он близок к Церкви Своей и являл ей силу Своего могущества; почему и названо пребывание кивота Завета в храме покоем, так как Сам Господь назначил ему быть таковым, как о сем сказано будет дальше. По принесении молитвы о кивоте Господнем, Соломон молится Богу о священниках и о всем верном народе, называя его именем преподобнии. Священницы Твои, говорит, облекутся правдою, то есть благочестием и святостию жизни, или жизнию, соответствующею их священному званию, а о преподобных говорит, что они возрадуются. Те же самые слова в соответствующем месте 2-й книги Паралипоменон (2Пар.6:41) выражены так: «Священницы Твои, Господи Боже, да облекутся во спасение, и преподобнии Твои возвеселятся во благих». То же самое и Христос Спаситель, взойдя на гору, говорил ученикам Своим и народу: «Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах» (Мф.5:12). Тут же Соломон присовокупляет молитву и о себе, называя себя «помазанником», каковым он и был, как помазанный Богом царь израильского народа. Давида ради, раба Твоего, – говорит он в своей молитве, – не отврати лица Твоего от меня, когда я буду призывать Тебя на помощь. Называя себя помазанником Божиим, тем самым не отвергает он и своей близости к Богу, но в то же время просит о милости ради Давида, ради данного Богом Давиду обещания (о котором будет речь дальше, в ст. 11 и 12), ради его кротости, его добродетелей, его бедствий и заслуг, – просит так: не отврати лице помазаннаго Твоего. Как бы снова повторяя прежде сказанное: помяни, Господи, Давида и всю кротость его, – говорит: ради сего Давида не отврати лица Твоего от меня, т.е. не лиши меня благодати и милости Твоей и не презри моления от меня, как человека близкого к Тебе, как помазанника (по-гречески, Христа) Твоего.

Пс.131:11–12 Клятся Господь Давиду истиною, и не отвержется ея: от плода чрева твоего посажду на престоле твоем. Аще сохранят сынове твои завет Мой и свидения Моя сия, имже научу я, и сынове их до века сядут на престоле твоем.

Изложив свои прошения в молитве пред Богом, псалмопевец, т.е. сам царь Соломон, выражает потом надежду на то, что эти прошения его к Богу будут исполнены. Эту надежду он основывает на том, что молится Тому же Господу Богу, Который благоволил к Давиду, отцу его, и, оказывая свое благоволение, Господь дал разные обетования Давиду, которые, относясь лично к Давиду, вместе с тем, относились к лицу Иисуса Христа, Сына Божия (см. 2Цар.7:16; Ис.9:6; Лк.1:32–33; Деян.2:20,31). И эти обетования не просто дал, но с клятвою. Клятся Господь Давиду истиною, и не отвержется ея: последними словами как бы подтверждает, что обетования Божии непреложны, что истина Господня неизменна, хотя и под условием. От плода чрева твоего посажду на престоле твоем, т.е. от семени Давида произойдут цари еврейского народа. «Но конец обетования, – говорит блж. Феодорит, – утверждает Владыка Христос, возобладав царством Давида». «Это одно обещание, – продолжает тот же Феодорит, – и оно получило исполнение: ибо не только Соломон, но и сыны Соломона удостоились царских престолов, а конец обещания подтвердил Владыка Христос, приняв во власть свою царство Давидово. Это предсказал, по внушению Божию, и пророк Исайя: «Отрок родился нам», и несколько далее: «На престоле Давидовом и на царстве его исправить его отныне и до века» (Ис.9:6). Итак, сие-то обещание, как я сказал, утвердил Христос, а другое, т.е. нижеследующее, дал Бог не неопределенно, но с некоторым ограничением» (7, с. 1044]. Это ограничение, или условие, под которым Бог обещал Давиду посадить на царском престоле его потомков его, имеющих произойти от плода чрева его, состояло в следующем: «Если, – говорит, – сыны твои, Давид, будут хранить завет Мой и свидетельства, или откровения Мои (свидения Моя сия), которым Я научу их (посредством чтения их); если, говорю, сохранят закон Мой имеющие быть преемниками царства сыны твои, то не только сыны твои, но и сыны сынов их вовеки будут сидеть на престоле твоем, т.е. непрерывно будут царствовать». Потомки Давида на царстве его не исполнили, однако, сего условия: они не сохранили завета Божия и, как видно из истории, начиная с Соломона, они постепенно более и более отступали от закона Божия и тем все более и более навлекали на себя гнев Божий и окончательно потеряли милость Божию и царство свое, быв отведены в плен, в Вавилон. Таким образом, клятвенное обетование Давиду: «И царство его до века предо Мною: и престол его будет исправлен во век» (2Цар.7:16), – не исполнившееся по означенной причине, на ближайших потомках его, вполне исполнилось на Божественном Потомке его по плоти, Сыне Божием, Господе Иисусе Христе, к Которому оно и относится, по учению Св. Церкви. Здесь о клятвенном обещании нужно заметить, что когда Бог Отец клянется Единородному Сыну Своему, то делает сие без всякого условия, как сказано в Пс. 109:4: «Клятся Господь и не раскается». Когда же клянется, или дает обещание другим сынам, то делает это условно, как здесь и также в некоторых других местах (1Пар.28:7, 9; Пс.82:17, 19; 3Цар.9:4–7).

Пс.131:13–14 Яко избра Господь. Сиона, изволи и в жилище Себе. Сей покой Мой во век века, зде вселюся, яко изволих и.

Согласно с этими словами говорится и в псалме 77 (Пс.77:60, 68), что когда Господь отринул скинию Силомскую, то избрал гору Сион, которую возлюбил и назначил в жилище Себе. Сказав то же самое и здесь, Соломон вводит Самого Бога говорящим и как бы отвечающим на высказанные (ст. 8 и 10) прошения его, чтобы показать, что Господу Богу благоугодно намерение его, и что он не напрасно предпринял заботы и труды по устроению храма, ибо Господь, изволивший вселиться в сем храме, ниспослет руку Свою с небеси, благословит его и самым делом покажет, что богослужение, совершаемое в нем, будет Ему приятно. Все это Соломон, говоря по понятию человеческому, выразил под именем покоя и жилища Божия; в сущности же, желая означить невидимое присутствие Божие, как бы так говорит от лица Господня: здесь пребуду Моею благодатию и человеколюбием во век века, что и Самым делом исполнил. Потому что хотя и храм был разорен, и алтарь разрушен, и все законное богослужение уничтожено, но слава и величество Божие вскоре потом во всем своем блеске просияли, так что и храм, и престол царский до самого Христова пришествия стояли непоколебимо.

Пс.131:15–16 Ловитву его благословляяй благословлю, нищыя его насыщу хлебы: священники его облеку во спасение, и преподобнии его радостию возрадуются.

Ловитву его, т.е. Сиона, в котором Господь основал вечный покой Свой, благословлю. В высшем духовном значении, под именем вечного покоя Божия, основанного на Сионе, разумеется Церковь Христова, которой и «врата ада не одолеют» (Мф.16:18). Но так как здесь речь идет о горе Сионе и городе Иерусалиме, на ней расположенном, то составитель псалма, вместе с другими обещаниями, данными от Бога Давиду, говорит здесь и о тех, которые обещаны собственно городу сему и его жителям. Так как каждая страна и город имеют особые нужды, на удовлетворение которых они имеют, конечно, и особые статьи дохода, например, сдачу земельных участков, каменоломен и т.п., – то и город Иерусалим имел таковые, т.е. имел особые статьи прихода и особые статьи расхода. На эту мысль наводит чтение 15-го стиха по переводу с еврейского. Сказав в предыдущем 14-м стихе: «Се, место покоя Моего навеки, здесь вселюся, ибо Я возлюбил его», в следующем 15-м стихе говорит: «Пищу его благословлю, нищих его насыщу хлебом». Слово «пищу» в еврейском тексте LXX толковников перевели словом «добычу»; так и читали его блж. Феодорит и св. Иоанн Златоуст; а в других изданиях вместо «добычу» поставлено «вдову», так же, как и в Вульгате – «viduam, вдовицу». Так как вдовы и городские нищие более всего нуждаются в пище и хлебе, то Господь Бог чрез пророка и дает обещание благословить ловитву, или добычу, города, т.е. ту доходную статью, которая предназначена на удовлетворение пищей вдов и сирот и, вообще, на прокормление нищих и нуждающихся жителей города. Изобилие плодов земных и вообще материальных средств жизни в Священном Писании обыкновенно приписывается благословению Божию. Тех священников, говорит далее псалмопевец от лица Господня, которые облекутся правдою (по ст. 9), то есть святою жизнию, Я облеку во спасение, т.е. приведу ко спасению во Христе и к вечному блаженству, – и преподобнии его радостию возрадуются, т.е. не только священники, но и все те из народа, которые ревнуют о святой жизни, сподобятся той же вечно блаженной участи и возрадуются. Под ловитвою в высшем духовном значении разумеется ловитва проповеди апостольской, чрез которую апостолы Христовы, как сетию, уловляли человеков (см. Мк.1:17–18) к вере во Христа и делали их наследниками вечной жизни. Тут же разумеются и нищие, которым обещано насыщение; в числе этих нищих были, без сомнения, и «нищие духом», которым, кроме благословения и насыщения телесного, обещано Христом блаженство «в Царстве Небесном» (Мф.5:3).

Пс.131:17–18 Тамо возращу рог Давидови, уготовах светилник помазанному Моему. Враги его облеку студом, на нем же процветет святыня Моя.

Здесь высказано еще несколько обещаний от Господа, относящихся как лично к самому Давиду, так и к потомкам его. Известно, что именем «рога» в Священном Писании означается «сила и крепость». А потому словами: Тамо возращу рог Давыдови – Господь обещает возрастить, возвеличить и усилить царство Давидово в Иерусалиме. Всем известно, как Давид, быв призван к царскому званию и служению от пастушеского звания и от овечьих стад, долго не мог утвердиться на царском престоле, но потом постепенно и сверх чаяния Господь возрастил и возвеличил силу его царствования, так что он с Божией помощию легко мог покорять врагов своего царства. И что всего важнее, чрез него Бог возрастил тамо, т.е. в Иерусалиме, силу и славу потомков Давида и всего более славу Христа Спасителя, к Которому и относит слова псалма сего св. апостол Петр (Деян.2:30–31) и Который называется «рогом спасения» у евангелиста Луки (Лк.1:69). Уготовах светилник помазанному Моему. «Светильником, – говорит св. Иоанн Златоуст, – пророк называет здесь или царя, или покровительство, или спасение, или свет, а вместе с тем величайший вид благополучия». Но по мнению св. Афанасия Великого, это сказано об Иоанне, Предтече Господнем, по изреченному Господом: «Он бе светильник горя и светя» (Ин.5:35). Как выше Господь сказал: «Священники его облеку во спасение», так здесь наоборот говорит: Враги его облеку студом, подавая этими словами верным гражданам Иерусалима надежду на то, что защитит их от внешнего нападения и насилия со стороны врагов. Как бы утешая верных израильтян, Господь говорит им (пер. с евр.): «Врагов его (Сиона) облеку стыдом, а на нем (помазаннике Моем) будет сиять венец его». По переводу LXX толковников, под именем святыни разумеется сила освящения или помазания святого, что и будет значить: слава Царства Божия над помазанниками Давида процветет, и Церковь прославится.


 Песнь Степеней, 130Песнь Степеней, 131Песнь Степеней, 132 

Открыта запись на православный интернет-курс