протоиерей Григорий Разумовский

Объяснение священной книги псалмов

Псалом 41

Сей 41-й псалом имеет следующее надписание: В конец, в разум сынов Кореовых псалом Давиду. Надписание это, составляющее 1-й стих, дает знать, что псалом этот составлен одним из сынов Кореевых. Под именем сынов Кореевых, в царствование Давида и позднее, известно было одно левитское семейство певцов (1Пар.6:22, 9:19, 33). Некоторые члены этого семейства были не только певцами псалмов, но и составителями их. А так как предметом псалма служит все-таки бежавший от Авессалома Давид, в чем по многим внутренним признакам нельзя сомневаться, то ученые толковники этого псалма и полагают за достоверное, что в числе немногих оставшихся верными Давиду и сопровождавших его в изгнание был кто-либо из певцов-левитов Кореевой фамилии, который и написал как сей 41-й, так и следующий за ним и составляющий его продолжение Пс.42. В сердечном участии к тяжко скорбной участи изгнанного царя он живо представлял себя в его положении, в его душевном настроении, и из души его, следовательно некоторым образом во имя Давида, вылилась эта песнь, одна из прекраснейших в Псалтири.

Пс.41:1

Составляет надписание, о котором сказано выше.

Пс.41:2 Имже образом желает елень на источники водныя, сице желает душа моя к Тебе, Боже.

Елень, по-русски – «лань», или «горный олень», животное быстроногое и неспособное переносить продолжительную жажду, и когда возжаждет, то стремительно несется по горам и утесам, разыскивая источники воды, в которых могло бы удовлетворить свою жажду. С этим животным в состоянии сильной его жажды сравнивает здесь себя благочестивый певец псалма, всегда горевший любовью к Богу и святому жилищу Его (ср. Пс.25:6–8, 26:4, Пс.60 и др.), стремившийся в многочисленном сонме торжествующего народа в дом Божий, чтобы там пред жертвенником на гуслях воздавать славу всегдашнему своему Заступнику и Спасителю, Богу радости и веселия своего (ниже ст. 5, 6; Пс.42:3, 5), но который, при совершенной безопасности от внешних врагов и вполне цветущем религиозном и гражданском состоянии Израиля, подвергнется гонению от внутренних личных врагов, от человека лукавого и несправедливого, от народа недоброго (Пс.42:1, 41:10, 54:13–14); так что находит себя вынужденным бежать из святого города (2Цар.15:14) и, преследуемый их оскорблениями и ругательствами (ниже ст. 4, 10, 11), укрывается за Иорданом, при горах Ермонских (ст. 7, ср. 2Цар.17:22–24). Это и есть сам царь Давид, который во время восстания сына своего Авессалома принужден был удалиться из Иерусалима и пребывать вдали от жилища Божия, в восточной Иорданской стране, в Маханаиме (или Манаим) – левитском городе, Галаадской области (Нав.21:38; 2Цар.2:8–9), примыкавшей северною своею границей к юго-восточным оконечностям хребта Ермонского.

Пс.41:3 Возжада душа моя к Богу крепкому, живому: когда прииду и явлюся лицу Божию?

Сильное стремление души к Богу псалмопевец называет жаждою души своей. Бог крепкий значит то же, что «всесильный, всемогущий», Который в состоянии содействовать псалмопевцу против врагов его. Бога называет он еще живым, в противоположность ложным божествам язычников – идолам, которые суть не что иное, как бездушные истуканы «дела рук человеческих» (Пс.134:15). Живый Бог есть источник жизни естественной и духовной, и потому может подать утешение в скорби и спасти от бед. Явиться лицу Божию значит – служить Богу по установлению законному, а такое служение было ограничено одним местом, в Иерусалимском храме. Удаленный из Иерусалима, псалмопевец чувствует необыкновенное желание, подобное сильной жажде еленя, видеть скинию Господню, алтарь, жертвоприношения, с которыми верные являлись пред лице Господне, и другие обряды, которые установил Бог для засвидетельствования милости Своей к еврейскому народу. Тяжелее всего было для него претерпевать это невольное удаление от святилища Божия, эту вынужденную невозможность посещать его, чтобы явиться лицу Божию: ему казалось, что это удаление от священного места служит знаком немилости Божией к нему, и вот он вопиет, возжадала душа моя к Богу, Всесильному Живодавцу: когда я приду к святилищу, ко храму Его святому и явлюсь там пред лице Божие?

Пс.41:4 Быша слезы моя мне хлеб день и нощь, внегда глаголатися мне на всяк день: где есть Бог твой?

От сильной скорби душевной, причиняемой удалением от святилища Господня и невозможностью являться пред лице Божие, псалмопевец не мог употреблять пищи и в состоянии был только плакать день и ночь, так что слезы служили ему вместо хлеба. Эту скорбь душевную, отразившуюся несомненно и на телесном здоровье псалмопевца, усиливали еще больше злобные и нечестивые люди, которые с насмешкой спрашивали его: не напрасно ли твое упование на Бога? Где есть Бог твой? Не видишь ли, что Он отвратился от тебя? Притом же, нет сомнения, чтоб и сатана, этот невидимый, но злобный враг рода человеческого, не нападал на него постоянно (на всяк день) с такими же вопросами, которыми возможно довести до отчаяния и самого твердого в вере человека. И только одна милость Божия с Его всесильной благодатью могла охранить псалмопевца от отчаяния и совершенного падения. Поэтому он и говорит, что ни в чем не находит себе утешения, как только в слезах, которыми питался, как хлебом, и притом днем и ночью: и слезы мои были для меня хлебом днем и ночью, когда мне говорили всякий день: где есть Бог твой?

Пс.41:5 Сия помянух, и излиях на мя душу мою: яко пройду в место селения дивна, даже до дому Божия, во гласе радования и исповедания шума празднующаго.

Славянское – селение употребляется чаще всего, как и здесь, в значении: «скиния, шатер, жилище». Выражение: сия помянух относится не к предыдущему, а к последующему: яко пройду. Псалмопевец выражает скорбь свою при воспоминании прежних дней счастья, когда он, как царь и пророк, впереди всего многочисленного сонма празднующего народа, приходил в дом Божий, в это дивное место селения славы Божией, при торжественных хвалебных и радостных песнопениях, раздававшихся из уст многочисленных жертвоприносителей, громогласно выражавших праздничное ликование. Не могу, как бы так говорит он, без душевного волнения, без пролития слез вспоминать о тех счастливых днях моей жизни, сердце мое обливается кровью, вся душа моя изливается от скорби, когда вспомню (сия помянух), как, бывало, я пойду в дом Божий, в дивную скинию Господню, окруженный многочисленным сонмом празднующего народа, оглашающего воздух радостным пением хвалебных песнопений во славу Божию.

Пс.41:6 Вскую прискорбна еси, душе моя; и Вскую смущавши мя; уповай на Бога, яко исповемся ему, спасение лица моего и Бог мой.

Глубокую скорбь испытывает душа псалмопевца в удалении от святилища Божия и под гнетом сей скорби тяжело страдает и невольно подвергается колебаниям, близким к отчаянию. Но вот над колебаниями уповающей души внезапно возвышается сильный верою дух его и взывает к ней, зачем она предается такому унынию (Вскую прискорбна еси, душе моя) и почему не надеется на Бога? Вскую прискорбна еси, душе моя; что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься скорбными чувствами и мыслями? Уповай на Бога, не думай, что Он отвратился и удалился от тебя: «близ Господь всем призывающим Его» (Пс.144:18). И я призову Его и исповемся Ему, я поведаю Ему: Ты спасение лица моего и Бог мой. Изрекая в своем сердечном исповедании Богу такие слова: Ты спасение лица моего и Бог мой, псалмопевец выражает тем, что спасение его и избавление от тяжких скорбей недалеко от него, и что он готов претерпевать эти скорби до конца.

Пс.41:7 Ко мне самому душа моя смятеся: сего ради помянух Тя от земли Иордански и Ермониимски, от горы малыя.

В сем стихе псалмопевец, продолжая выражать угнетенное скорбью и смущенное состояние души своей, указывает местонахождение свое в бегстве от врагов своих, в котором он вынужден был терпеть эти скорби и где он с упованием вспоминает о Боге, Спасителе своем и Избавителе от всех скорбей, без сомнения, для того, чтобы в этом воспоминании почерпать утешение и еще большую надежду на милость Божию. Так как душа моя была в сильном смятении во время моего изгнания, то я для ободрения моего стал часто вспоминать о Тебе, Господи: помянух Тя от земли Иордански, т.е. в восточной Заиорданской области (близ потока, называемого Иаббок), и Ермониимски, от горы малыя. Горы Ермонские, простираясь по восточной стороне реки Иордан, в северном течении последнего, составляли в то же время и крайнюю границу земли обетованной на севере. Вот здесь-то, на одном из небольших отрогов Ермонского хребта (гора малая), примыкавших к северной части Заиорданской области, и находился Давид, укрываясь от преследования врагов своих, и здесь-то в тяжелые минуты глубокой скорби и душевного смущения вспоминал он о Боге, Спасителе своем.

Пс.41:8 Бездна бездну призывает во гласе хлябий Твоих: вся высоты Твоя и волны Твоя на мне преидоша.

Бездна (от слов «без» и «дно») значит: «бездонная пропасть», неизмеримая глубина морская, или вообще – водная. Хлябий (мн.ч.), от слова хлябь, значит: «водопад», такое изобильное падение или течение воды, которое иначе называется – ливень. О таковых хлябях упоминается в библейском повествовании о потопе: «И хляби небесныя отверзошася... И заключишася источницы бездны и хляби небесныя» (Быт.7:11, 8:2). В этом стихе в образной, или метафорической, речи, изложена жалоба псалмопевца на новые скорби и страдания, которые одно за другим наступают на него и одно другого больше теснят его душу. Бездна, или, что то же, неизмеримая глубина водная, служит здесь символом безмерных страданий, которые угрожают человеку погибелью. Бездна бездну призывает, так что если исчезает одна, тотчас за нею следует другая. Эти бездны, эти глубины происходят от водопадов (хлябий небесных), которые Бог изливает с неба (как при потопе) с сильным шумом (во гласе хлябий). «Вся высота Твоя и волны Твоя» (как и в Пс.92:5), т.е. высокие волны морские пронеслись надо мной, на мне преидоша. Как во время волнения моря одна волна следует за другою, так одно бедствие вслед за другим постигает и поражает меня. Сильные несчастья как бури разразились надо мной, как волны морские покрыли меня.

Пс.41:9 В день заповесть Господь милость Свою, и нощию песнь Его от Мене, молитва Богу живота моего.

Заповесть значит: «явит, приложит», от слова заповедати – «предложить, повелеть, приказать». «Днем явит Господь милость Свою». Конечно, и ночью Бог не лишает людей милости Своей и являет нам щедроты Свои, но днем мы видим более щедрот Его милости. С милостями Божиими мы везде встречаемся: милость Божия в успешном совершении дел, милость в любви благочестивых людей, милость в прощении грехов, которые, можно сказать, неизбежны при дневной деятельности. И потому не нощию только мы должны возносить песнопение Господу, но и днем. И песнопение это должно быть соединено с усердною молитвой к Богу, подателю и хранителю жизни нашей (Богу живота моего), – молитвой благодарственной и просительной. Но псалмопевец для того предоставил нощи песнопение Господу, что днем человек занят делами житейскими, и молитва невольно прерывается различными неизбежными встречами, а ночью человек успокаивается от дел своих, и в возношении молитвы тогда удобнее ему сблизиться с Господом. Днем получает он благодеяния и милости, а ночью за них благодарит, днем грешит, а ночью омывает грех покаянием, днем познает нужды свои и братии своих, а ночью молится о восполнении их.

Пс.41:10 Реку Богу: заступник мой еси, почто мя забыл еси? И Вскую сетуя хожду, всегда оскорбляет враг?

В предыдущих стихах высказав жалобу на скорби и на страдания свои, а также и уверенность свою в том, что Господь скоро может явить ему милость Свою, псалмопевец говорит, что у него готовы песнопение и молитва к Богу живота, а здесь, в этом 10-м стихе, он выражает и самую эту молитву. Он как бы так говорит: я ведь уже много милости видел от Бога, и нет у меня другого такого сильного заступника, как Он, а потому я стану опять молиться Ему и в молитве скажу Ему: Господи, Ты мой заступник, – зачем же Ты теперь забыл меня? Для чего я сетуя хожу, когда оскорбляет меня враг, – для чего попустил Ты врагу так оскорблять меня, что я не могу равнодушно переносить эти оскорбления и принужден ходить с печальным видом и в сетовании в слезах?

Пс.41:11 Внегда сокрушатися костем моим, поношаху ми врази мои, внегда глаголати им мне на всяк день: где есть Бог твой?

Оскорбления, причиняемые псалмопевцу врагами его, были столь тяжки и невыносимы для него, что он сравнивает их с сокрушением костей от тяжких палочных ударов, потому что эти оскорбления посягали на самое святилище души его: на его веру и упование на Бога. Псалмопевец находится в изгнании, лишен возможности посещать дом Божий и, скорбя о том, с великим терпением и упованием ждет милости от Бога; а враги его, смеясь над его терпением и упованием, каждодневно приступают к нему с нахальными вопросами: где есть Бог твой! и чего тебе ждать от Него? Выражая эти скорбные чувства, он говорит: как бы поражая кости мои, ругаются надо мною враги мои, когда говорят мне всякий день: где Бог твой?

Пс.41:12

есть дословное повторение 6-го стиха, которое показывает, что все еще неспокойная душа псалмопевца снова возбуждается и ободряется к надежде на Бога и к уверенности в скорой помощи, и что он не вдруг, но долговременным подвигом терпения победил посланные на него искушения. А из этого примера псалмопевца и мы все должны научиться не ослабевать в подвиге терпения и других добродетелей, хотя бы враг нашего спасения диавол никогда не переставал причинять нам свои напасти.



Источник: Православный Свято-Тихоновский Богословский институт 2002. – 992 с. 1SBN 5.7429.0120-8

Комментарии для сайта Cackle