сост. свящ. Сергий Широков

Архиепископы и епископы

Александр, епископ Буэнос-Айресский и Южно-Американский (Милеант Александр Васильевич) (род. в 1938 г.)

Родился в Одессе. В Великую Отечественную войну его отец пропал без вести на фронте, а семья, спасаясь от большевиков, в 1944 г. бежала на Запад. Жили в Праге, в Риме и, наконец, в 1948 г. попали в Буэнос-Айрес, где Александр закончил начальную, а потом 7-летнюю электротехническую школу. В нескольких фирмах работал чертежником электромашин и генераторов. Поступил в Буэнос-Айресский университет. С 9 лет был иподиаконом архиеп. Пантелеймона, который любил его как род ного сына. Потом прислуживал архиеп. Афанасию, который приблизил его к себе и более трех лет систематически обучал богословским наукам. У владыки Афанасия была большая богословская библиотека. Желая читать святых отцов в оригинале, Александр сначала изучил новогреческий и древнегреческий языки. В конце 1963 г. поступил в Свято-Троицкую семинарию в Нью-Йорке, которую окончил в 1967 г. с дипломом бакалавра богословия. За год до этого архиеп. Аверкий рукоположил Александра в диаконы, а Великим постом 1967 г. митр. Филарет рукоположил его в священники и направил в Свято-Покровский приход в Лос-Анджелесе, где он настоятельствовал 31 год. С 1971 по

1985 г. о. Александр возглавил несколько паломничеств молодежи по святым местам

Греции и Святой Земли. Богослужения в Свято-Покровском храме совершаются на церковнославянском и английском языках. При храме существует 10-летняя субботняя школа, в которой учится до 110 детей.

В 1979 г. о. Александр закончил Калифорнийский университет со степенью магистра.

Великим постом 1996 г. прот. Александр принял монашеский постриг в Свято-Троицком монастыре, получив имя Александр в честь свщмч. Александра, архиеп. Харьковского, погибшего в тюрьме в 1939 г. (до этого о. Александр носил имя в честь блгв. кн. Александра

Невского).

Окормляя Свято-Покровский приход, о. Александр продолжил свое научно-техническое образование, получив в 1978 г. степень бакалавра по электронике и степень магистра по той же специальности. В 1983 г. он получил инженерную степень в университете Южной Калифорнии (USC) по коммуникации с космическими кораблями и кодировке. По этой же специальности работал инженером в одном из отделений НАСА. Светская работа дала ему возможность специализироваться по компьютерам, что в свою очередь помогло в издании более 200 миссионерских листков и брошюр на русском, английском и испанском языках, посвященных актуальным вопросам Православия и христианской жизни, толкованию Св. Писания, объяснению молитв, богослужений и церковных праздников, изложению житий святых и поучений отцов Церкви. В настоящее время издаются брошюры о деятельности современных антиправославных сект и культов. Начиная с 1990 г. большое количество миссионерских листков посылается во все концы бывшего СССР, а также в другие страны. Недавно все миссионерские листки помещены в Интернете по адресу: www.fatheralexander.org.

Согласно решению Архиерейского Собора на Вознесение Господне, 28 мая 1998 г., архим. Александр был рукоположен в Синодальном соборе г. Нью-Йорка во епископа

Буэнос-Айресского и Южно-Американского. Хиротонию совершили архиепископ Западно-Американский Антоний, архиепископ Сиракузско-Троицкий Лавр, епископ

Бостонский Митрофан, епископ Симферопольский Агафангел и епископ Манхэттенский

Гавриил.

Слово Владыки Александра при наречении его во Епископа Буэнос-Айресского и Южно-Американского

Ваши Высокопреосвященства, досточтимые Архипастыри!

В первую очередь благодарю Первоиерарха нашей Зарубежной Церкви Митрополита Виталия и Вас, всечестные Владыки, за то, что призываете меня стать носителем апостольской благодати в епископском звании.

Я почитаю величайшим чудом милости и всемогущества Божия тот факт, что, несмотря на все гонения и козни, которые враг рода человеческого воздвигал против Церкви на ее историческом пути, истина Христова и благодать священства апостольская сохранены до наших дней и преемственно передаются от епископа к епископу, как священный огонь в Пасхальную ночь в Иерусалиме.

Сегодняшнее событие напоминает мне мою иерейскую хиротонию, которую совершил надо мной в этом же храме Высоко-преосвященнейший Митрополит Филарет

31 год тому назад. Будучи гораздо моложе, полным сил и энтузиазма, я, вероятно, изложил бы тогда перед вами широкую программу полезных мероприятий. Ныне же, когда силы и здоровье уже не те, волей-неволей приходится концентрироваться на самом главном. К этому главному, как мне кажется, вел меня Господь в последнее десятилетие моего священства – к составлению и распространению духовной литературы среди русских людей.

Мы живем в так называемый век просвещения, когда рядовой человек добрую часть своей жизни изучает всевозможные науки. А вот о вере Христовой – об этом замечательном учении, озаряющем человеческий разум и дающем смысл жизни, – у подавляющего большинства русских людей самые неясные и противоречивые сведения. Очень многие и не подозревают, насколько содержательна, возвышенна и прекрасна наша Православная вера, насколько она превосходнее всего того, что проповедуют сектантские проповедники или приверженцы восточных учений.

И вот на нас, служителях Слова, лежит священная миссия нести всем свет чистого, животворящего и воодушевляющего учения Христова, которое мы унаследовали от святых апостолов.

«Доколе свет с вами, веруйте в свет, да будете сынами света», – сказал Христос

(Иоанн. 12: 36). Верить в свет – значит не только соглашаться с объективной правдивостью Евангельского учения, но и верить в его всепобеждающую духовную силу!

Поэтому скорбно наблюдать, как много внимания уделяют наши религиозные журналы и памфлеты всевозможным «новостям», церковным сплетням, как они в сотый и в тысячный раз доказывают порочность того или другого иерарха, той или другой церкви и как относительно мало – раскрытию светлого учения Спасителя. Весь этот негативизм вряд ли привлечет кого-нибудь к Церкви.

...А привлекать у нас есть чем: раскрытием истин веры и высоты христианского призвания, выявлением преимущества Православия над сектантскими и восточными заблуждениями, ознакомлением с содержанием Священного Писания, объяснением молитв, богослужений и церковных праздников, примерами из житий святых и избранными наставлениями святых отцов и т.д. Нечего и говорить, как важно для успеха такой литературы учитывать интеллектуальный уровень и духовные нужды современных читателей.

Очень важно, чтобы такая просветительная литература распространялась бы бесплатно при каждом храме, тем более теперь, когда наши заграничные приходы постоянно пополняются людьми, выросшими в удушливых условиях воинствующего материализма. Наш священный долг – вернуть Христу Его заблудших, духовно изголодавшихся овец!

Призывая к этому, я отдаю себе отчет, что многим православным чужда идея активного миссионерства и что, как правило, церковные бюджеты не предусматривают расходов на духовную литературу. Однако отказываться от трат на то, чтобы привлекать новых прихожан, это подобно тому, как магазину отказываться от закупки товара, потому что он стоит денег. Я убежден, что, духовно воспитывая верующих, делая их более убежденными православными, мы обеспечиваем будущее своих приходов.

К счастью, у нас нет недостатка в образованных, идейных и владеющих пером пастырях. Надо лишь объединить наши силы и направить их к единой цели. Если мне удастся хоть немного посодействовать этому общему святому делу, то я лучшего не смею желать.

Прошу ваших святых молитв и благословения!

Труды

Исследуйте Писания...К познанию Библии (Ветхий и Новый Завет). М., 2002.

Миссионерские листки, изданные под редакциейеп. Александра, помещены в Интернете по адресу: www.fatheralexander.org.

Алексий (Дородницын), архиепископ Владимирский (1859–1919)

Родился в с. Успенское Славяносербского уезда Екатеринославской епархии, в семье дьячка. Обучался в Екатеринославской духовной семинарии. В 1885 г. окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия. В 1886 г. направлен учителем в

Херсонское духовное училище. Здесь он впервые столкнулся с деятельностью сект и выступил против распространения штундизма в Херсоне. За сочинение «Церковно-законодательная деятельность Карла Великого» получил в 1891 г. степень магистра богословия. В 1892 г. назначен помощником строителя Бахмутского духовного училища, а в

1894 г. – епархиальным миссионером Екатеринославской епархии. В 1902 г. принял монашество и рукоположен во иеромонаха. В том же году назначен инспектором Ставропольской духовной семинарии. С 1903 г. – ректор Литовской духовной семинарии.

30 мая 1904 г. хиротонисан во епископа Сумского, викария Харьковской епархии.

В 1905 г. – епископ Елисаветградский, викарий Херсонской епархии.

В том же году назначен ректором Казанской духовной академии.

В 1910 г. получил диплом доктора церковной истории.

С 1912 г. – епископ Саратовский и Царицынский.

В 1914 г. возведен в сан архиепископа и назначен на Владимирскую кафедру.

Скончался в 1919 г.

Труды

Письма о штундистах. М., 1885.

Противоштундисгский катихизис. Харьков, 1905,1910.

Религиозно-рационалистическое движение на юге России во второй половине XIX столетия. Казань, 1909.

Христианство и коммунизм. Казань, 1909.

Современное движение в среде русских мусульман. Казань, 1910.

Попытки протестантов к соединению с Греко-восточною церковью в XVI в. Казань, 1911.

Крест Христов. Казань, 1904, 1912.

Христианские церковные мистики XIV в. Казань, 1906.

Полное собрание сочинений. Т. 1. Статьи богословско-философского и церковно-исторического содержания. Саратов, 1914.

Немецкие миссионеры баптизма на юге России во второй половине XIX столетия // Церковные Ведомости, 1915,

№ 6–9.

Андрей, архиепископ Уфимский (князь Александр Ухтомский) (1872–1937)

Архиеп. Андрей известен как руководитель Миссионерских курсов при Казанской духовной академии, духовный наставник выдающегося русского миссионера – митр. Нестора Анисимова, основатель одного из катакомбных движений (по некоторым данным, им рукоположено около 40 епископов). Он был также основателем единоверческого движения в Истинно Православной Церкви – Единая Древлеправославная Церковь.

Родился 26 декабря 1872 г. в селе Вослома Арефинской волости Рыбинского уезда Ярославской губернии в старинном княжеском роду Ухтомских, восходящем к Рюрику.

Почти все его предки были воинами. Среди них был и архитектор, построивший колокольню Троице-Сергиевой Лавры. Братья Александр и Алексей решили посвятить свою жизнь служению Богу после встречи со святым праведным о. Иоанном Кронштадтским.

Алексей окончил Духовную академию, но после этого ушел в научную работу и стал крупным ученым-физиологом, действительным членом Академии Наук СССР. В развитии религиозного чувства Александра решающую роль сыграло пережитое им в детстве потрясение после кончины его родственника, дяди Александра, которого он очень любил. После этой трагедии Александр поставил своей целью понять тайну смерти. «Смысл жизни, – писал он о своих размышлениях того периода, – может быть разгадан только с точки зрения понимания смерти...» Окончив 5 классов гимназии, в 1887 г. он поступил в Нижегородский кадетский корпус, после которого в 1891 г. был принят в Московскую духовную академию. Его духовником был Владыка Антоний (Храповицкий). В 1895 г. Александр занял место учителя русского языка в Казанском духовном училище. В том же году принял монашеский постриг с именем Андрей и 6 декабря был рукоположен во иеромонаха.

В 1897 г. назначен инспектором в Александровскую миссионерскую семинарию, а с 1899 г. уже в сане архимандрита стал наблюдателем Казанских миссионерских курсов.

4 октября 1907 г. состоялась его хиротония во епископа Мамадышского, викария Казанской епархии по делам миссионерства.

С 25 июня 1911 г. – епископ Сухумский, а с 22 декабря 1913 г. – епископ Уфимский и Мензелинский. В 1916 г. в Уфе им было создано Восточно-русское культурно-просветительское общество и основан журнал «Заволжский Летописец». Он был одним из немногих иерархов Церкви, кто открыто в печати выступал против Г.Е. Распутина, предупреждая царя, что тот ввергнет Россию в беду.

Еп. Андрей открыто приветствовал февральскую революцию 1917 г., видя в ней возможность освобождения Церкви от государственной опеки, и выступал за свободу вероисповеданий. Он отказался от назначения на пост митр. Петроградского, поскольку был сторонником выборности духовных лиц, и 14 апреля 1917 г. был включен в новый состав Св. Синода. После Октябрьской революции 1917 г. его жизнь, как и большинства православного духовенства, стала добровольным мученичеством. Владыка играл видную роль в «революционном Синоде». Он участвовал в созванном в Омске в 1918 г. Сибирском

Поместном Соборе, где был избран во Временное Высшее Церковное Управление. Он был духовным руководителем армии адмирала А.В. Колчака, после разгрома которой был арестован большевиками в Новониколаевске в феврале 1920 г. Через 10 месяцев был выпущен на свободу после особого заявления, в котором «раскаивался в прежних нападках на советскую власть за ее декрет об отделении Церкви от государства». Решением большевистских властей он был направлен в Уфу «под надзор верующих».

В 1921 г. Владыка был назначен епископом Томским, но снова арестован и в феврале

1922 г. доставлен в Москву, на Лубянку. В том же году Московский ревтрибунал постановил прекратить его дело «за недостатком улик». В 1923 г. его отправили в Среднюю Азию (Ташкент, Педжент, Ашхабад).

Сидя в Омской тюрьме, еп. Андрей написал «Церковный катехизис».

Из заключения Владыка Андрей в апреле 1924 г. отправил письмо Патриарху Тихону:

«Ваше Святейшество! те розы, которыми усыпают ваш путь московские богомольцы, не могут считаться признаком торжества православия и нисколько не успокаивают народной совести по всему пространству вашей обширной Патриархии. Для этого нужны иные пути, твердые и ясные. Эти пути имеются. Создание Церковного Собора в России, обязательное введение выборного начала и уничтожение в церковной жизни «назначенства», в параллель с гражданской Федерацией деление России на автономные епархии и епископаты, введение в жизнь декрета Наркомюста о нормальном уставе религиозных общин, радикальное уничтожение всяких намеков на глупый русский клерикализм – вот что необходимо для русского народа...

Грешный епископ Андрей,

Уфимский по избранию и Томский по распоряжению Вашего Святейшества.

1924 года, апреля 4/17 дня.

7-я камера, Туркестан, ГПУ».

28 августа 1925 г. в молитвенном доме ашхабадской старообрядческой общины во имя свт. Николая еп. Андрей принял миропомазание от старообрядцев. Осенью 1927 г. он был арестован в Москве и выслан в Казахстан, в Кзыл-Орду. 4 октября 1928 г. вновь арестован и заключен в изоляторе Ярославля, где три года отсидел в одиночной камере.

После освобождения в 1931 г. уехал в Москву, где находился в молитвенном общении со старообрядцами. 1 апреля 1932 г. последовал новый арест и ссылка в Алма-Ату. Сведения о дальнейшей судьбе Владыки противоречивы. По одним данным, он после возвращения в Москву из среднеазиатской ссылки некоторое время жил при старообрядческой архиепископии, а затем был выслан в Архангельскую область, где и завершил свой жизненный путь в 1944 г. По другим, более достоверным данным, в 1934 г. он был приговорен к трем годам тюремного заключения, которое отбывал в Ярославской тюрьме.

Там же вновь приговорен к лишению свободы и 4 сентября 1937 г. расстрелян.

История о связях с беглопоповцами

«В сентябре 1917 года, – писал Владыка, – ко мне обратились так называемые беглопоповцы с просьбою быть у них епископом. В это время я был в Москве на Соборе 1917г. Я принципиально согласился, но с тем, что уфимская паства моя останется в моем ведении. Вел со мной переговоры со стороны беглопоповцев Лев Алексеевич Молехонов...

Обо всех этих переговорах знал мой духовник, харьковский архиепископ Антоний, и обо всем был осведомлен патриарх Тихон, которые и одобрили мои намерения... После этого я уехал в Уфу. Но наступили события 1918 и 1919 гг. Беглопоповцы меня надолго потеряли; я оказался в Сибири, а потом – в тяжелой неволе... Нов 1925 г., когда я был в ссылке в Ашхабаде, ко мне явился беглопоповский архим. Климент и стал снова меня просить, чтобы я был епископом у беглопоповцев...

Я согласился исполнить все, что обещал Л.А. Молехонову... Кроме того, я согласился быть епископом у беглопоповцев только с тем условием, что архим. Климент сам примет от меня посвящение в епископы и будет фактически дееспособным епископом, ибо сам-то я надолго был прикован к Ашхабаду или еще к другому какому месту.

Климент принял все мои условия, и 28 августа 1925 г. мы впервые молились вместе с ним Богу в истинно-православном, т.е. не цезаро-папистическом храме; я со своей стороны исполнил все, на что получил благословение патриарха Тихона.

3 сентября 1925 г. я рукоположил (вместе с еп. Руфином) Климента во епископа, уполномочив его быть как бы моим заместителем, пока я не пользуюсь свободой передвижения... На этом мы с ним и расстались в тот же день 3 сентября.

А вскоре я получил от еп. Климента известие, что беглопоповцы ни меня, ни его не признали своими епископами и что он, Климент, в сущем сане принят в число епископов

Белокриницкой иерархии...»

Действия архиеп. Андрея были продиктованы бедственным положением, которое возникло в России в результате преследования верующих и направлены на преодоление церковного раскола. (Начиная с XVII в., «никониан», согласно завещанию свщмч. Павла, еп. Коломенского – единственного в XVII в. русского архиерея, открыто выступившего против обновленческих реформ патриарха Никона и замученного лично по его приказу, принимали в церковное общение через миропомазание.) Воссоединение, таким образом, состоялось на принципах единоверия.

В 1932 г. был сделан следующий шаг – воссоединение архиеп. Андрея с Белокриницкой старообрядческой иерархией в лице ее главы архиеп. Мелетия (Картушина).

Условия, предложенные для воссоединения епископами Белокриницкой иерархии, были исполнены Катакомбной Церковью в 1928 г.

Итак, воссоединение архиеп. Андрея с Белокриницкой старообрядческой иерархией произошло на условиях, сходных с теми, которые были взяты им за основу при воссоединении с беглопоповцами. Так же, как и тогда, архиеп. Андрей продолжал оставаться Уфимским архипастырем, не признающим над собою какой-либо иерархической власти до законного Собора Русской Церкви. Ни о каком «переходе» от одних к другим опять-таки не было и речи.

Для Катакомбной Церкви, ее становления и организации акты архиеп. Андрея сыграли важнейшую роль. Именно старообрядцы, сплотившиеся вокруг этого выдающегося русского иерарха, явились впоследствии главнейшей движущей силой Истинно Православной Российской Церкви. Из этого открывается промыслительно-пророческий смысл служения архиеп. Андрея, предсказавшего о совершенных им действиях, что они будут «раскрываться постепенно и медленно», но при благоприятных обстоятельствах могут «и в ближайшее время проявить себя всесторонне и чрезвычайно благотворно».

Старообрядчество с его опытом трехвекового гонения, которого не знала синодальная

Церковь, влило в Истинно Православную Российскую Церковь те духовные силы и обновление церковной жизни, которые помогли ей пройти через десятки лет кровавой большевистской агонии и выйти из нее «невестой Агнца» (Откр. 21:9), «не имеющей пятна, или порока, или чего-либо подобного» (Еф. 5:27).

Труды

Нравственный смысл современных великих событий // Уфимские Епархиальные Ведомости, 1917, № 5–6.

Мои воспоминания о поездке в Петроград и в армию // Уфимские Епархиальные Ведомости, 1917, № 7.

Об уфимских большевиках // Заволжский Летописец, 1918, № 13.

Литература

Зеленогорский МЛ. Жизнь и деятельность архиепископа Андрея (князя Ухтомского). М., 1991.

Мануил (Лемешевский), митрополит. Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 г. В 6 т. Ирланген, 1979–1989.

Центральный архив КГБ СССР. Дело № Н4296. Ухтомский Александр Алексеевич. «Исповедь».

Центральный Государственный архив Российской Федерации. Ф. 353, оп. 2, д. 712, л. 207.

Свт. Варлаам (Петров), архиепископ Тобольский ( 1729– 1802)

Родился в Москве. Родители – отец Петр и мать Ирина – отличались душевной добротой и христианским благочестием и воспитали в этом духе своих сыновей. Отец служил синодальным иподиаконом и впоследствии стал священником в московской Космодамиановской церкви, а младший брат стал знаменитым Гавриилом, митр. Новгородским и Санкт-Петербургским. Мирское имя архиеп. Варлаама осталось неизвестным. В юности он начал учиться словесным наукам, но из-за болезни ног вынужден был оставить обучение и стал заниматься писанием икон. Затем поступил послушником в Александро-Невскую Лавру, где много трудился, проявляя необычайную ревность к молитвенным подвигам и отличаясь послушанием начальствующим и братии. Но здесь же ему пришлось перенести немало испытаний от братии, которая поначалу презирала его. Свое утешение он находил в усиленном чтении Св. Писания, житий святых угодников Божиих и других духовных книг. По совету схимника Досифея, который провидел в молодом послушнике избранника Божия, он принял монашеский постриг. Вскоре был рукоположен в сан иеродиакона, а затем иеромонаха. В 1764 г. Псковский еп. Иннокентий (Нечаев) предложил ему место игумена Спасо-Елеазаровского монастыря. Через четыре года уже в сане архимандрита он настоятельствовал в Новоторжском Борисоглебском монастыре Тверской епархии, а 5 октября 1768 г. был хиротонисан во епископа Тобольского и Сибирского. С назначением на Сибирскую кафедру епископа кончилась в Тобольске митрополия, которая существовала ровно сто лет.

8 марта 1769 г. еп. Варлаам прибыл в Тобольск. Новому Сибирскому архипастырю сразу же пришлось столкнуться со многими трудностями, которые нес его предшественник, свт. Павел (Конюшкевич), митр. Тобольский и всея Сибири, ушедший на покой в Киево-Печерскую Лавру 11 января 1768 г. Обширность епархии, которая простиралась от Урала до Енисейского края, и нехватка средств делали служение чрезвычайно трудным. Лишь через 30 лет, в 1799 г., границы епархии уменьшились в связи с образованием Пермской и Оренбургской епархий, к которым отошли 8 приуральских уездов. Едва ли не самой серьезной проблемой было распространение старообрядчества. Сибирь стала местом, где можно было скрыться от царского гнева, а со времени никоновских реформ стала прибежищем для большого числа старообрядцев, ссыльных и добровольно прибывающих сюда из разных уголков России. Они во множестве бродили по

Уралу и Сибири и призывали крестьян не посещать храмы и не слушать православных пастырей. Ожидая конца света, они устраивали массовые самосожжения. В горящих избах вместе с ними гибли сибирские крестьяне. Движение это усиливалось из-за гонений и преследований со стороны государства. Архиепископ призывал светские власти не принуждать население приходить на исповеди, из-за чего зачастую происходили волнения среди старообрядцев.

Серьезным препятствием для распространения и утверждения православной веры в период архипастырства Варлаама в Сибири была позиция государственной власти по отношению к миссионерской деятельности. Постановлением Сената 1789 г. она была приостановлена. На фоне общего упадка миссионерской деятельности в этот период как отрадное явление можно отметить большое миссионерское путешествие в Туруханский край в 1788–1789 гг. игумена Мисаила (1797–1852) для восстановления Православия у остяков.

Владыка заботился о состоянии Тобольской духовной семинарии. По его распоряжению в 1770 г. семинария была переведена из архиерейского дома в Тобольский Знаменский монастырь. Круг преподаваемых в семинарии дисциплин расширился после введения в 1785 г. преподавания греческого и с 1788 г. – татарского языков, математики, физики, высшего красноречия и географии – в 1793 г., медицины – с 1802 г. Тобольская семинария была одной из восьми российских семинарий с полным восьмиклассным курсом, где в 1781 г. обучалось 285 человек

Во времена свт. Варлаама Тобольская семинария играла важную роль в подготовке кадров для гражданских учреждений и учебных заведений Сибири. Из многих городов к нему обращались с просьбой прислать способных учеников для использования на гражданской службе. Выпускники семинарии занимали должности учителей в народных и уездных училищах в Тобольске, Барнауле,

Таре и других городах. По его благословению приходские священники просвещали своих прихожан, проповедовали о пользе привития оспы или о необходимости разведения картофеля.

Первым ректором Тобольской семинарии в Знаменском монастыре был его архим. Михаил

(Миткевич), который в 1772 г. стал преемником свт. Софрония (Кристаллевского) на кафедре еп. Иркутского и Нерчинского. Их совместными усилиями 23 марта 1780 г. была учреждена Иркутская духовная семинария. Преподавателями в этой семинарии были по преимуществу воспитанники Тобольской семинарии. Тобольская и Иркутская семинарии занимали видное место в культурной жизни Сибири. При них были собраны богатые библиотеки, в которых помимо книг на русском и иностранных языках хранились уникальные рукописи.

За усердные архипастырские труды 6 ноября 1792 г. свт. Варлаам был возведен в сан архиепископа.

Большое внимание архиеп. Варлаам уделял обучению иконописи. В 1800 г. его заботами в Тобольской семинарии был открыт специальный класс рисования. Учителем был приглашен лучший живописец города – староста иконописного цеха мещанин Петр Мирюсев. Тобольский архипастырь лично наблюдал за работой местных мастеров-иконописцев. Такое внимание к собственной школе иконописи было вызвано рядом причин. Прежде всего, Владыка сам очень любил живопись и неплохо рисовал. Известен случай, когда свт. Варлаам благословил туринского воеводу иконой Божией Матери собственного письма.

Несмотря на многочисленные трудности екатериненской эпохи, при свт. Варлааме расширилось строительство храмов. В Тюмени, Ишиме, Кургане, Томске, Барнауле, Енисейске и других сибирских городах возводились каменные церкви. В кафедральном Тобольске в 1775 г. была заложена церковь в честь свв. Седьми отроков, иже во Ефесе. По ходатайству свт. Варлаама, в 25 верстах от Тобольска в 1783 г. был учрежден Абалацкий мужской монастырь, где хранилась чудотворная икона Божией Матери, именуемая Абалацкой. Первым настоятелем его Владыка назначил игумена Маргарита, известного в Тобольске строителя. Под его руководством был построен прекрасный архиерейский дом, воздвигнута колокольня Софийско-Успенского собора – главного архитектурного украшения Тобольского Кремля.

В 1773–1774 гг. многие уезды епархии пострадали от воровских шаек Пугачева, которые творили беззакония и разбой. Пострадало и духовенство. Когда пугачевские шайки были рассеяны, Святитель объехал всю пострадавшую от них местность, освящая или исправляя поруганные храмы и утешая жителей.

80-е гг. XVIII в. в истории Тобольска памятны разрушительными стихиями. В 1784 г. вся нижняя часть города погибла от великого наводнения. Через четыре года, в апреле, случился пожар, истребивший почти весь город. Пережив вместе с паствой это бедствие, свт. Варлаам приложил много трудов для того, чтобы поднять дух жителей и вселить в них надежду на милость Божию.

Сострадательность Владыки была известна по всей Сибири. По субботним дням к архиерейскому дому шли нищие и бедные люди, и по его благословению эконом раздавал им медные деньги. Милостыню относили в острог и в богадельни. Многое раздавалось тайно. Особым вниманием Святителя пользовались сироты из семей духовенства. После его кончины почти не осталось личного его имущества.

Будучи строгим аскетом и постником, он спал на голых досках. Большую часть ночи и раннее утро посвящал молитве, очень любил уединение. Подобно своему предшественнику, митр. Филофею, иногда уединялся в Иоанновский Междугорский монастырь близ Тобольска.

Здесь он жил жизнью отшельника и сажал деревья. Плодом его трудов остались прекрасные кедры. Господь сподобил свт. Варлаама даров прозорливости и утешения.

18 декабря 1802 г. свт. Варлаам простудился и тяжело заболел. Над ним было совершено

Таинство елеосвящения, и затем он приобщился Святых Христовых Тайн. 27 декабря Владыка тихо и мирно отошел ко Господу. По его завещанию он был погребен в Иоанно-Златоустовском приделе Тобольского кафедрального собора, где находились мощи свт. Иоанна, митр. Тобольского. После его блаженной кончины верующие Тобольска и других городов притекали к его гробу, прося помощи.

Литература

Деятельность Православного Миссионерского Общества в Тобольской Епархии // Тобольские Епархиальные

Ведомости, 1905, № 12.

Ефрем Елисеев. О Тобольской миссии // Тобольские Епархиальные Ведомости, 1908, № 7–8; 19Ю, № 12.

Полное собрание русских летописей. Сибирские летописи. Ч. 1. Группа Есиповской летописи. М., 1987.

Софронов В. Ю. Светочи земли сибирской. Екатеринбург, 1998.

Филарет (Гумилевский), архиепископ. Русские святые, чтимые всею Церковью или местно. В 12 кн. СПб., 1885.

Чернышов А В. Тобольская духовная семинария – кузница священно-церковно-служительских кадров Сибири (1743–1993). Тюмень, 1993.

Свт. Варсонофий, епископ Тверской (Иоанн Васильевич) (1495– 1575)

Родился в Серпухове в семье свящ. Василия. При крещении получил имя Иоанн.

В 1512г. крымские татары под предводительством Ахмат Гирея и Бурнат Гирея ходили на Рязань, и Иоанн 17-летним отроком был уведен в плен. Много пришлось терпеть в плену юноше. Уповая на Господа, будущий святитель молился и жил как послушник в монастыре, привыкая к послушанию, незлобию и терпению. Спал Иоанн совсем мало, к еде почти не притрагивался. Постепенно, благодаря незаурядным способностям, овладел разговорным татарским языком до такой степени, что по прошествии двух лет мог не только хорошо говорить, но и писать по-татарски. Плен продолжался три года. С большим трудом собрав необходимую сумму, свящ. Василий выкупил своего сына из неволи.

Иоанн возвратился домой, однако сердце его уже навсегда охладело к непостоянным земным радостям и утехам. Согласно неколебимому решению, созревшему еще в плену, он поехал в Москву, где в Спасском Андрониковом монастыре принял иноческое пострижение с именем Варсонофий. О его добродетельной и благочестивой жизни стало известно митр. Московскому Макарию, который возвел его в сан игумена Николо-Пешношской Мефодиевой пустыни. В 1553 г. эту обитель посетил царь Иоанн Грозный. Он обратил внимание на опытного наставника иноческой жизни, побывавшего в плену и сведущего в татарском языке и нравах.

Поэтому, когда в 1555 г. в Казани открывали новую епархию, туда для основания монастыря вместе со свт. Гурием, первым архиеп. Казанским, был направлен и св. Варсонофий в сане архимандрита.

26 мая 1555 г. первосвятители Казани отправились в путь.

В воскресенье 27 июля 1555 г. свт. Гурий с игум. Пешношским Варсонофием и игум.

Успенского Старицкого монастыря Германом прибыли в Казань. В 1556 г. св. Варсонофий исполнил возложенное на н его поручение и устроил Спасо-Преображенский монастырь в Казанском Кремле, где сначала освятил теплый каменный храм во имя свт. Николая Ратного, а впоследствии – и главный храм в честь Преображения Господня. В уставе монастыря, написанном самим архим. Варсонофием, он называет себя в приписке «многогрешным чернецом, что был игуменом на Песноши». Тайно от всех он продолжал носить вериги для изнурения плоти. Монастырь в скором времени сделался средоточием духовной жизни бывшей татарской столицы.

По смерти еп. Тверского Акакия свт. Филипп, митр. Московский, вызвал св. Варсонофия в

Москву и возвел его в сан епископа Тверского.

Истинным светильником был свт. Варсонофий для своей паствы, не словами одними, но всем существом своим указывая спасительный путь Христов. Несмотря на высокий святительский сан, он оставался смиренным подвижником, каким был в Пешношской обители и в Казани. Ночи проводил в молитве, дни в трудах и заботах, отдыхая, шил клобуки и дарил инокам и епископам, непрестанной молитвой усердно врачевал обращавшихся к нему. Он изучил врачебное искусство, посредством которого безвозмездно врачевал телесные болезни людей. Благодаря исцелениям имя Святителя стало известно далеко за пределами Казани. Примером личной жизни он оказывал благотворное влияние на свою православную паству и на татар, многие из которых принимали Православие.

В 1571 г. свт. Варсонофий удалился на покой в основанную им в Казани обитель.

Скончался свт. Варсонофий 11 апреля 1576 г. Перед кончиною Святитель постригся в схиму, приобщился Св. Таин и мирно почил. Был погребен в Преображенском монастыре архиеп. Казанским Тихоном.

В 1595 г. по благословению Святейшего Патриарха Иова (1588–1607) построен в этом монастыре новый храм в честь Преображения Господня. При строительстве храма были обретены мощи святителей Казанских Гурия и Варсонофия.

Литература

Алексеев, проф. Жизнь свв. Гурия и Варсонофия. Казань, 1847.

Григорий,митр. Полное житие св. Варсонофия. СПб., 1853.

Житие свв. Гурия и Варсонофия. СПб., 1853.

Калайдович К.Ф. Историческое и топографическое описание мужского общежительного монастыря св. чудотворца

Николая, что на Пешноше, с присовокуплением устава его и чиноположения. М., 1837.

Макарий (Булгаков), митрополит. История Русской Церкви. В 12 т. М, 1994–1998. Т. 6. С. 350.

Покровский И. Из истории казанских монастырей до 1764 г. Казань, 1902. Рескрипты.

Руднев В., свящ. Свт. Варсонофий Казанский как настоятель Николаевского Пешношского монастыря // Московские церковные ведомости, 1895, № 18.

Толстой МВ. История Русской Церкви. Рассказы из истории Русской Церкви. М., 1991.

Тфоицкий патерик, или Сказание о святых угодниках Божиих, под благодатным водительством Преподобного Сергия в его Троицкой и других обителях подвигом просиявших. Под ред. и с предисл. архим Никона. Сергиев Посад, 1896. Репринт: 1992.

Цветник Пешношский. М., 1898.

Чередеев. Биографии Тверских иерархов. М., 1859.

Святая Русь. Хронологический список канонизированных святых, почитаемых подвижников благочестия и мучеников Русской Православной Церкви (1917–1997 гг.). Сост. игум. Андроник (Трубачев) и иером. Дамаскин (Орловский)) // Прот. В. Цыпин. История Русской Церкви. 1917–1997. М., 1997. С. 674–705. (№ 780).

Василий, епископ (Родзянко Владимир Михайлович) (1915– 1999)

Родился 22 мая 1915 г. в Екатеринославской губ. в семье помещика. Был внуком председателя последней дореволюционной Думы Михаила Родзянко. В 1919 г. вместе с семьей эмигрировал в Югославию, где в 1937 г. окончил богословский факультет

Белградского университета. В 1941 г. был рукоположен во иерея и служил на севере

Югославии до 1949 г. После прихода к власти коммунистов свящ. Владимир был арестован за «незаконную религиозную пропаганду» и приговорен к восьми годам исправительных работ. Благодаря вмешательству английских друзей и лично архиеп. Кентерберийского через два года был освобожден и в 1953 г. переехал с семьей в Англию. С 1955 г. более

20 лет он вел религиозные передачи на Би-Би-Си для слушателей Советского Союза и Восточной Европы.

Начиная с 1968 г., о. Владимир Родзянко стоял во главе Братства Св. Симеона и редактировал журнал «Аюп». После смерти матушки Марии (урожденной Колубаевой) в 1978 г. принял монашество с именем Василий.

В 1980 г. состоялась его хиротония во епископа Вашингтонского. Затем он был назначен епископом Сан-Францисским и Западно-Американским.

В 1984 г. ушел на покой.

Владыка Василий – автор многочисленных статей в различных религиозных сборниках и журналах. Он неоднократно приезжал в Россию. Скончался 17 сентября в 1999 г. в Вашингтоне. Похоронен в Лондоне рядом с супругой.

В его поразительной жизни было много такого, что иначе как чудом назвать нельзя. Можно, конечно, назвать эти случаи и совпадениями. Сам владыка Василий на вопрос о «совпадениях» обычно усмехался: «Когда я перестаю молиться, совпадения прекращаются». Один из таких случаев произошел в 1995 г., когда владыка Василий в очередной раз приехал в Россию и совсем молодой батюшка пригласил его на глухой приход в Костромской губернии. Надо сказать, что Владыка был человек безотказный и с радостью исполнял любую просьбу, если она, как он говорил, не противоречит евангельским заповедям и по силам ему самому. В исполнении просьб, порой весьма непростых для восьмидесятилетнего старца, Владыка видел свое служение Промыслу Божию о людях. В этом была его глубокая вера и опыт. Таким образом, летним днем он очутился на глухой дороге на пути в затерянную в костромских лесах деревушку. Ехали на двух машинах – добраться до далекого прихода помогли московские друзья Владыки. Все уже изрядно устали от долгого пути. Владыка как всегда молча молился, перебирая четки. Неожиданно машина остановилась. Владыка и его спутники поспешно вышли и увидели аварию: мотоцикл с двумя седоками врезался в грузовик На дороге лежал пожилой человек Он был мертв. Водитель грузовика и второй мотоциклист в оцепенении стояли над ним. Молодой человек (как потом выяснилось – его сын), зажав в руках мотоциклетный шлем, плакал.

– Я священник, – обняв его за плечи, сказал владыка Василий, – если ваш отец был верующим, сейчас надо совершить особые молитвы.

– Да, пожалуйста, сделайте все как надо – отец был верующим, православным, – отвечал молодой человек – Он никогда не ходил в церковь, все церкви вокруг давно разрушены... Правда, он говорил, что у него есть духовник

Из машины принесли священнические облачения. Готовясь к панихиде, Владыка, не удержавшись, спросил:

– Удивительно: как же так – не бывал в церкви, но имел духовника?

– Он много лет каждый день слушал религиозные передачи из Лондона. Их вел какой-то отец Владимир Родзянко. Этого-то батюшку Владимира Родзянко папа и считал своим духовником, хотя, конечно, никогда в жизни его не видел.

Владыка опустился на колени перед своим умершим духовным сыном, с которым

Господь судил ему встретиться впервые. Встретиться – и проводить в Вечную Жизнь.

Труды

Василий (Родзянко), еп. Теория распада и вера отцов. М» 1996.

Вениамин, архиепископ Иркутский и Нерчинский (Благонравов Василий Антонович) (1825– 1892)

Родился в Тамбовской губ. в семье священника. В 1846 г. окончил курс Тамбовской духовной семинарии и поступил студентом в Казанскую духовную академию.

27 августа 1849 г. (на последнем курсе академии) пострижен в монашество с именем Вениамин, а 9 октября того же года рукоположен во иеродиакона. В 1850 г. окончил академию со степенью магистра и 31 октября определен бакалавром той же академии на кафедру церковной истории. 20 ноября рукоположен во иеромонаха. С 1852 г. – помощник инспектора Казанской духовной академии. 28 ноября 1856 г. возведен в сан архимандрита. С 21 апреля 1857 г. – профессор Казанской духовной академии.

21 января 1858 г. назначен инспектором той же академии. С 22 апреля 1858 г. – ректор вновь открытой Томской духовной семинарии.

С 23 августа 1861 г. – ректор Костромской духовной семинарии и настоятель

Богородицкого Игрицкого монастыря.

20 мая 1862 г. хиротонисан во епископа Селенгинского, викария Иркутской епархии, и назначен начальником Забайкальской духовной миссии. 4 июня 1868 г. вызван в Санкт-Петербург для присутствия в Св. Синоде. С 18 марта 1868 г. – епископ

Камчатский.

С 31 марта 1873 г. – епископ Иркутский. 16 апреля 1878 г. возведен в сан архиепископа.

В конце 1890 г. избран почетным членом Московской духовной академии.

Скончался 2 февраля 1892 г. Погребен в Иркутском кафедральном соборе.

По отзыву историка Казанской духовной академии профессора П.В. Знаменского, архиеп. Вениамин в академии блистал талантливостью, редкой любовью к наукам и безукоризненным исполнением всех требований тогдашней строгой дисциплины.

Другие современники его сообщают, что он читал курс церковной истории так подробно, что студенты прозвали его «Махино в 1001 лист», находя в нем сходство с арабскими сказками «Тысячи и одной ночи». В его лекциях не было ни строгой научной системы, ни логического порядка, а все они были пропитаны монашеским духом и главное внимание обращали на высоту подвигов восточных аскетов, на темы о нестяжательности монахов, о целомудрии, смирении и т. п. Общий взгляд архиеп. Вениамина на науку выражался словами, которые он часто говорил студентам: «Что вы, господа, все хотите рассудком исследовать? В примраке-то лучше и спокойнее...» Очевидно, этими словами он хотел предупредить студентов, что не все в мире может быть познано рассудочным путем, и там, где тайна непостижима для разума, небезопасно освещать вопрос по своему личному разумению. Профессор Знаменский свидетельствует, что он носил в себе задатки настоящего ученого, но не имел времени предаться научной кабинетной работе, потому что занялся широкой и многотрудной практической деятельностью сначала по устройству вновь образованной Томской духовной семинарии, потом по управлению епархиями и по делам сибирских миссий.

Со времени назначения еп. Вениамина в Сибирь началась его благотворная миссионерская деятельность, имевшая важное историческое значение. Под руководством владыки Вениамина Забайкальская духовная миссия вступила в новый блестящий период своей деятельности. Шестилетние миссионерские труды владыки Вениамина в Забайкальской миссии (1862–1867) возбудили всеобщее сочувствие к миссии в Сибири и в европейской России. За это время он обратил к Православной Церкви 2000 язычников (бурят и тунгусов), несмотря на великие препятствия с разных сторон. В Благовещенске он открыл духовную семинарию.

Более благотворной была деятельность преосв. Вениамина на Иркутской кафедре, где он в течение 16 лет управлял епархией и обратил в Православие до 30 000 бурят.

Японской православной миссии архиеп. Вениамин предоставил пособие, которое помогло делу просвещения японцев в истинах христианской веры. В память празднования полуторавекового юбилея существования Иркутской епархии архиеп. Вениамин подал мысль об учреждении миссионерского стана во имя свт. Иннокентия с церковью и училищем для бурят. Он исследовал вопрос о состоянии сибирского ламаизма, о других верованиях инородцев.

Отчеты преосвященного Вениамина о деятельности сибирских миссий за разные годы представляли собой драгоценные церковно-исторические этюды, без которых невозможно обойтись при изучении состояния сибирской церкви и сибирского ламаизма.

Эти отчеты, а также и многие письма архипастыря содержали в себе лучшую научную разработку этого вопроса. Труды архиепископа Вениамина и сегодня важны и интересны для исследователей истории миссионерской деятельности Русской Православной Церкви в Сибири. Известны такие его работы, как «Жизненные вопросы православной миссии в Сибири», «Положение христиан в бурятских обществах под начальством язычников», «Обязанности русского государства по обращению иноверцев и раскольников к Православной Русской Церкви», «Огласительное поучение готовящимся ко св. крещению язычникам». Опубликованы также письма архипастыря: «Письма Вениамина, архиепископа Иркутского к Казанскому архиепископу Владимиру», Переписка архиепископа Вениамина с К П. Победоносцевым (Труды православных миссий Восточной

Сибири в 4-х частях).

Литература

Двадцатипятилетие епископского служения высокопреосвященного Вениамина, архиепископа Иркутского и Нерчинского. Иркутск, 1888.

Игнатьев А А 50 лет в строю. М., 1953.

Знаменский ПВ. История Казанской духовной академии. Казань, 1891–1892.

Никольский А, прот. Забайкальская духовная миссия. 1681–1903 гг. М., 1904.

Памяти высокопреосвященного Вениамина, архиепископа Иркутского и Нерчинского. Иркутск, 1892.

Исторический Вестник, 1882, октябрь. С. 20.

Русский Паломник, 1889, № 42. С. 497–499.

Церковный Вестник, 1891, № 8.

Виктор, архиепископ Шанхайский (Леонид Святин) (1893– 1966)

Последний начальник 20-й Пекинской духовной миссии родился в г. Верхнеуральске

Оренбургской губернии 2 августа 1893 г. и был крещен с именем Леонид. Война 1914 г. застала его в духовном училище, откуда он был направлен в действующую армию. На фронте встретил революцию 1917 г. Штабс-капитан Леонид Святин прибыл в Челябинск и был назначен начальником организационного отдела Оренбургской Белой армии. После упорных боев с революционными отрядами в тургайских и семиреченских степях он в составе отряда генерала Бакича отошел к границе китайского Туркестана, заболел тифом и был вывезен в Китай. Оправившись от болезни, добрался до Пекина и здесь, в Успенском монастыре, на территории которого располагалась Пекинская духовная миссия, стал послушником, а затем принял постриг от архимандрита Симона (Виноградова), начальника 19-й Пекинской миссии. В 1921 г. монах Виктор был рукоположен во иеромонаха и командирован во Владивосток в Восточный институт для изучения китайского языка. В 1922 г он вместе с остатками Белой армии и беженцами из Приморья вернулся в Пекин, где в том же году был назначен настоятелем Покровского храма в Тяньцзине. За годы служения в Тяньцзине он выстроил каменную церковь в честь Покрова Пресвятой Богородицы, основал русскую школу и больницу для русских эмигрантов. Каждого приходящего старался приютить, одеть, накормить, помочь, устроить на службу. Его квартиру эмигранты называли «Отель Виктор». В 1929 г. во время освящения Покровского храма в Тяньцзине о. Виктор был возведен в сан архимандрита. На Соборе Русской Православной Церкви За границей в Сремских

Карловцах (Югославия) председательствующий на нем митр. Антоний (Храповицкий) предложил возвести о. Виктора в сан епископа и назначить викарием Пекинской епархии в Шанхае. 6 октября 1932 г. в Белградском соборе состоялась его хиротония во епископа

Шанхайского. В 1936 г. он был возведен в сан архиепископа. После Второй мировой войны архиеп. Виктор обратился к Святейшему Патриарху Алексию I в Москву с просьбой о воссоединении, и в апреле 1946 г. получил ответ о принятии его в молитвенное общение с Московской Патриархией. В 1936 г. архиеп. Виктор переехал в Советский

Союз, где получил назначение в Краснодарскую епархию. Здесь он и завершил свой жизненный путь в 1966 г.

Литература

Архангелов С А Наши заграничные миссии. СПб., 1989. с. 109–111, 114.

Гарин Н. По Корее, Маньчжурии и Ляодунскому полуострову. М. 1958.

Краткий очерк деятельности Православной духовной миссии в Пекине // Владивостокские епархиальные ведомости, 1904, №19. С. 416–417.

Кепинг ОВ. Последний начальник Российской духовной миссии в Китае – архиепископ Виктор: жизненный путь // Православие на Дальнем Востоке. Сб. статей. СПб, 1993.

КоролеваЛ. Русская духовная миссия в Пекине // Материалы семинара «Русская духовная культура и дальневосточная эмиграция». Владивосток, 1927.

Мефодий, архиепископ. Каноническое существование Харбинской епархии. Харбин, 1929– С. 13–14.

Мануил (Лемешевский), митрополит. Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 г. В 6 т. Ирланген, 1979–1989. Т. 3.

Павел, архимандрит. Корейцы-христиане. М, 1905.

Владимир, архиепископ Казанский и Свияжский (Петров Иван Петрович) (1828–1897)

Родился 25 мая 1828 г. в Федосеевской станице Донской области. Сын простого казака. В 1849 г. окончил Воронежскую духовную семинарию, а в 1853 г. – Киевскую духовную академию со степенью магистра богословия. 19 марта 1853 г. пострижен в монашество с именем Владимир и 22 октября того же года рукоположен во иеромонахи.

Назначен преподавателем философии и психологии в Орловской духовной семинарии, исполняя обязанности помощника инспектора семинарии и библиотекаря. Участвовал в издании «Историко-статистического описания Орловской епархии», для чего несколько раз был командирован в уездные церковные и монастырские архивы: Карачевский, Брянский, Дмитровский, Крымский, Севский и др.

С 30 апреля 1857 г. – инспектор Иркутской духовной семинарии, а с июля 1858 г. – инспектор Томской духовной семинарии. В Иркутске и Томске он трудился по историко- статистическому описанию епархий.

С 13 сентября 1861 г. – инспектор и экстраординарный профессор по кафедре догматического богословия С.-Петербургской духовной академии в сане архимандрита.

Принимал активное участие в деятельности Миссионерского общества для содействия

Алтайской и Забайкальской миссий.

24 ноября 1865 г. накануне открытия Общества был назначен начальником Алтайской миссии. 16 марта 1880 г. состоялась его хиротония во епископа Бийского, викария

Томской епархии. По прибытии на место служения, в Бийск, еп. Владимир открыл женское епархиальное училище. В 1881 г. был избран почетным членом Казанской духовной академии. С 6 августа 1883 г. – епископ Томский и Семипалатинский. Здесь его заботами было учреждено Братство свт. Димитрия Ростовского, завершено строительство кафедрального собора, начато свечное производство.

В марте 1886 г. назначен на кафедру епископа Ставропольского и Екатеринодар- ского. В Ставрополе им были организованы противосектантская и противораскольническая миссии, учреждено Свято-Владимирское братство.

На Кавказе Владыка применил свой богатый опыт миссионерской работы, приобретенный им в Алтайской миссии. Для ознакомления с епархией, в которой насчитывалось 406 церквей, ему приходилось совершать архипастырские поездки верхом на лошади и пешком, чтобы посетить самые удаленные приходы Кубани. Интересна дневниковая запись, сделанная им во время одного из таких путешествий в 1886 г.: «Давно я слышал от разных лиц сказание о существовании где-то в Кавказских горах каких-то древних христианских церквей, где-то на высотах едва доступных в вершинах р. Зеленчука ли,

Кубани ли. Не ясно, но интересно. Когда бы удобнее туда пробраться?»

Далее он рассказывает о том, как к нему явились два кубанских казака и афонский иером. Серафим с просьбой разрешить устроить монашескую обитель в Зеленчукском ущелье. У Владыки появилось желание самому посетить эти места. В пути он осмотрел древний храм у карачаевского аула Сенты. На вершину, где находился храм, сначала пришлось ехать верхом на лошади, а затем, заткнув за пояс полы рясы, взбираться пешком.

Владыка оставил подробное описание этого храма, сопоставляя свои впечатления с наблюдениями побывавшего тут в 1829 г. архитектора И. Бернардацци. В руки епископа попали сделанные Бернардацци рисунки древних храмов и его отчет о поездке. В свое время они поступили к преосв. Иеремии и по его указанию были переданы на хранение в ризницу кафедрального собора Ставрополя.

«Как хотелось бы, – писал преосв. Владимир, – посещение этой церкви совершить тогда, т. е. в 1829 г. Жаль, что раньше одни не хотели и потому не разрешали, другие хотели, но им не разрешали сберечь эту церковь хоть в том виде, в каком она была в 20-х и, может быть, еще в 30-х годах!»

Результатом этой поездки стало начало реставрации древних храмов и основание

12 ноября 1889 г. нового очага христианского просвещения – Александре- Афонского

Зеленчукского монастыря.

Много внимания уделял Владыка устройству Калмыцкой миссии. С этой целью он в

1887 г. посетил Больше-Дербетовский улус, а затем в мае 1889 г. совершил первое массовое крещение 50 калмыков. К этим новокрещеным калмыкам он направил своего родного брата – игумена Антония в качестве миссионера. Вскоре из крещеных калмыков образовался Князе-Михайловский поселок, получивший свое название в память погибшего мученической смертью в татарской орде св. блгв. князя Михаила Тверского. Так в калмыцких степях Ставрополья было положено начало Князе-Михайловскому миссионерскому стану.

По предложению владыки Владимира в епархии были открыты две миссионерские вакансии против сектантов и старообрядцев, а также две должности окружных миссионеров.

Выдающимся событием в жизни Ставропольской епархии явились торжества в 1888 г. в честь 900-летия крещения Руси. К этому времени в Ставрополе при Андреевском архиерейском подворье был построен храм св. Владимира с уникальным иконостасом, в котором иконы были писаны с образцов X века.

В мае 1892 г. Владыка был назначен архиепископом Казанским и Свияжским. Здесь он продолжил миссионерские традиции своих великих предшественников – просветителей

Казанского края: учредил в Казани Ольгинский приют, много средств жертвовал на нужды Алтайской миссии, Киевской Лавры, на Сербскую Церковь.

Вплоть до своей кончины Владыка совершал поездки по инородческим селениям, проповедуя новокрещеным татарам, чувашам и черемисам о православной вере и христианской нравственности. Его простое сердечное слово и любовь производили на них глубокое впечатление. Кроме неутомимой проповеднической деятельности, он переводил и издавал на алтайском языке богослужебные и другие религиозные книги.

Скончался Владыка Владимир 2 сентября 1897 г. и погребен в Казанском кафедральном соборе, в склепе под алтарем.

Труды

Уланинская женская община новокрещенных на Алтае //Христианское чтение, 1863.

Отчеты Алтайской духовной миссии за 1870–1880 гт.

Миссионерская поездка туруханского игумена Мисаила в 1788–1789 гг. // Христианское чтение, 1864.

Речь при открытии миссионерского общества // Духовная беседа, 1865, № 50.

Речь пред началом молебна при открытии Миссионерского общества // Странник, 1866, №1.

Отчет миссионерского общества за 1867 г.

Объяснительная записка, представленная Миссионерскому обществу //Духовная беседа, 1868.

Поездка на Чулышман //Домашняя Беседа, 1868.

Записки Алтайского миссионера за 1866–1867 гг. // Духовная беседа, 1868.

Сборник документов и статей по вопросу об образовании инородцев. СПб., 1869.

Записки об образовании инородцев. СПб., 1869.

Сборник сведений о православных миссиях и деятельности православного общества. Книга 2, М., 1872.

Речь при посвящении во епископа // Томские Епархиальные Ведомости, 1880.

Письмо старого инока-миссионера к молодому иноку-миссионеру // Православный благовестник, 1893. №6.

К истории Бийского викариатства // Известие Казанской Епархии, 1903, № 20.

Переводы на алтайский язык

Воскресные литургийные Евангельские чтения.

Чин св. крещения.

Чин венчания.

Чин погребения.

Евангелие от Матфея.

Евангелие от Луки.

Всенощное бдение.

Последование Светлой Седмицы.

Избранные Жития Святых. Два выпуска.

Различные поучительные статьи в прозе.

Различные поучительные статьи в стихах.

Алтайско-русский словарь.

Русско-алтайский словарь.

Грамматика.

Книга для чтения.

Литература

Ястребов И. Миссионер Высокопреосвященнейший Владимир, архиепископ Казанский. Казань, 1898.

Высокопреосвященнейший Владимир, архиепископ Казанский и Свияжский. Казань, 1898.

Макарова-Мирская АИ. Апостолы Алтая. М., 1997.

Харлампович КВ. Архиепископ Казанский Владимир (Петров), его жизнь и деятельность.

Владимир, архиепископ Донской и Новочеркасский (Синьковский Филарет Алексеевич) ( 1847– 1917)

Начальник Алтайской и Киргизской миссий, основатель Ардонской духовной семинарии и просветитель Северной Осетии родился в Таврической епархии. В 1867 г. окончил Херсонскую духовную семинарию и 26 сентября рукоположен в сан иерея.

19 октября 1875 г. назначен миссионером Алтайской миссии. 10 апреля 1882 г. переведен миссионером во вновь учрежденную Киргизскую миссию.

26 марта 1889 г. возведен в сан протоиерея. 12 июля 1890 г. пострижен в монашество с именем Владимир, а 21 ноября возведен в сан игумена и определен помощником начальника Алтайской и Киргизской миссий. В 1891 г. назначен начальником Алтайской и Киргизской миссий, а 22 мая возведен в сан архимандрита.

18 августа 1891 г. состоялась его хиротония во епископа Бийского, викария Томской епархии. С 3 июня 1893 г. – епископ Владикавказский и Моздокский.

С 12 августа 1904 г. – епископ Кишиневский и Хотинский. С 16 сентября 1908 г. – архиепископ Донской и Новочеркасский. 11 июля 1914 г. уволен на покой согласно прошению с правом управления Заиконоспасским Московским Ставропигиальным монастырем.

Будучи миссионером Алтайской и Киргизской миссий, он с редкой энергией проводил работу по просвещению иноверцев и приобщению их к Православной Церкви. Особенно много сделал он для Владикавказской епархии: построил колонию для прокаженных, создал осетинский приют, школу при грузинской и греческой церквах. Главной его заслугой было открытие Ардонской духовной семинарии, благодаря которой ее выпускники даже в самых отдаленных осетинских аулах в сане священников, либо народных учителей стали просвещать свой народ, противостоя его обращению в ислам и языческим верованиям. С 1897 по 1907 г. число школ в Северной Осетии возросло с 14 до 70, а учащихся – с 700 до 4000 человек.

Он был талантливым и ярким проповедником. В частых миссионерских поездках по Осетии он убедил сотни осетин, что женщины имеют право ходить в храм и склонил горцев к открытию женских школ. Чуткий и отзывчивый к каждой беде и нужде, он пользовался громадной любовью и уважением своей паствы.

Скончался Владыка в 1917 г. на покое, в звании настоятеля Заиконоспасского монастыря в Москве.

Владыка Владимир был известным духовным писателем. Он оставил много трудов, в том числе посвященных миссионерской деятельности. Среди них: «Жизнь св. великомученика Евстафия Плакиды»; «Записки Алтайского миссионера за 6 лет – 1876–1881 гг.»; «Записки алтайского миссионера Черноануйского отделения священника Филарета Синьковского за 1876,77,78,79,80 и 81 годы»; «Записки миссионера Киргизской миссии»; «Записки Алтайского миссионера за 5 лет – 1886–1901 гг.»; «Первоначальные сведения о православной христианской вере, сообщаемые киргизу, приемлещему крещение»; «Речь при наречении его во епископа Бийского»; ряд записок о Киргизской миссии; три части вероучительной и нравоучительной книги протоиерея Поспелова; труды в «Томских Епархиальных Ведомостях» и Московских Церковных Ведомостях»; чин обращения магометан к Святой церкви, а также сделанные им переводы на киргизский: «Первоначальные сведения о Православной вере для новокрещаемых киргизов»; «Евангелие от Матфея»; «Первоначальные молитвы» и др.

Литература

Библиографический указатель русских духовных писателей из монашествующих за 18-й, 19-й века и половину 20-го столетия / Сост. В. Волков. Загорск, 1961. Ч. 1.

Владимир, епископ Бийский. Алтайская и Киргизская миссии Томской епархии в 1892 г. Бийск, 1893.

Владимир (Синъковский), архиепископ. Донской и Новочеркасский. Записки миссионера Киргизской миссии игумена Владимира за 1890 год. М., 1891.

Мануил (Лемешевский),митрополит. Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 г. В 6 т., Ирланген, 1979–1989.

Макарова-Мирская А Апостолы Алтая: Сб. рассказов из жизни алтайских миссионеров, (с 39 портретами, 72 видами Алтая и виньетками). М., 1997.

Миссионерский сборник статей и заметок о калмыках и киргизах, кочующих в Астраханской губернии. Ч. 1–2. Астрахань, 1910.

Строев ПМ. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Свт. Геннадий, архиепископ Новгородский (+1505)

Происходил из рода Гонзовых и был, по свидетельству современников, «муж сановитый, умный, добродетельный и сведущий в Священном Писании». Первоначальное послушание проходил в Валаамской обители под духовным руководством прп. Савватия

Соловецкого. С 1472 г. он был назначен архимандритом Чудова монастыря в Москве.

В 1483 г. св. Геннадий начал строить в Чудовом монастыре каменную трапезную церковь в честь чтимого им свт. Алексия, митр. Московского, основателя обители.

12 декабря 1484 г. архим. Геннадий был посвящен в архиепископа Новгородского.

Во время святительского служения архиеп. Геннадия в Новгороде появились иудейские проповедники, приехавшие под видом торговцев, и с 1470 г. начали распространять между православными еретические учения, направленные на подрыв устоев Православия. Распространившись среди духовных лиц, ересь проникла и в среду мирских людей, из Новгорода она перекинулась в скиты и монастыри Вологодского края и в Москву. Первое известие о ереси дошло до свт. Геннадия в 1487 г. и он немедленно приступил к розыску еретиков в своей епархии и известил об этой опасной секте Московского митр. Геронтия.

Было установлено, что еретики отрицали догмат Пресвятой Троицы, утверждали, что Иисус Христос – не Бог, а простой человек. Отрицая Божество Христа, они отрицали церковные таинства, посты, почитание Божией Матери, святых угодников и т.п.

Жидовствующие занимались тайными науками – астрологией и оккультизмом. Членов тайного сообщества, которые в хмельном угаре обличали друг друга, обнаружили по их еретическим взглядам. Святитель немедленно приступил к расследованию, и в результате пришел к выводу, что опасность распространения ереси жидовствующих угрожает не только Новгороду, но и столице, куда ее вожди проникли еще в 1480 г. В сентябре 1487 г. Святитель направил в Москву, митр. Геронтию, список обнаруженных еретиков-богоотступников и их писания. Борьба с ересью жидовствующих стала главным делом архипастырской деятельности свт. Геннадия и подвигом его жизни по защите Православия. По словам прп. Иосифа Волоцкого, «сей архиепископ, быв пущен на злодейственные еретики, устремился на них, яко лев, из чащи Божественных Писаний и красных гор пророческих и апостольских учений». 19 лет продолжалась эта духовная брань с врагами Православия, которые пытались изменить ход истории Церкви и государства. Трудами святых исповедников Православия свт. Геннадия и прп. Иосифа Волоцкого она увенчалась победой над еретиками.

В этой борьбе с еретиками, которые прибегали к искаженным текстам ветхозаветных книг, отличным от принятых Православной Церковью, большую роль сыграли труды свт. Геннадия по изучению и переводу текста Библии на славянский язык

При переписывании священные книги Ветхого и Нового Заветов часто подвергались случайной и намеренной порче. Пригласив переводчиков-библеистов, Святитель собрал все книги Св. Писания в единый свод и благословил сделать новый перевод с латинского языка на славянский. Под руководством св. Геннадия были сделаны переводы недостающих ветхозаветных книг и исправлены переводы новозаветных книг с греческого и латинского языков. В 1499 г. на Руси вышел первый полный свод Св. Писания на славянском языке – «Геннадиевская Библия», как ее почтительно называют по имени составителя.

Таким образом, существует преемственность в славянском переводе Священного

Писания свв. равноап. Кириллом и Мефодием и далее через свод свт. Геннадия (1499) и Острожскую Библию (1581), которая была ее воспроизводством, вплоть до Елизаветинской Библии (1751) и всех ее последующих печатных изданий. По благословению свт. Геннадия была создана самая большая в России библиотека рукописных книг для

Соловецкого монастыря. Игумен Соловецкого монастыря Досифей, прибывший в Новгород по монастырским делам, несколько лет (с 1491 по 1494 г.) трудился у свт. Геннадия, составляя эту библиотеку.

Свт. Геннадий положил твердое основание для духовного просвещения Новгородского края, создав в Новгороде школу для местного духовенства.

Оставив архипастырское служение, с 1504 г. Святитель жил на покое в Чудовом монастыре, где мирно отошел ко Господу 4 декабря 1505 г.

Литература

Житие святого Геннадия, архиепископа Новгородского // Избранные жития русских святых XVI – XX вв.

М., 2001.

Настольная книга священнослужителя. М., 1978. Т. 2. С. 359–362.

Северная Фиваида // История русской святости. М., 2003.

Смолин И К Русское монашество, 988–1917. М., 1997.

Толстой М.В. Святыни и древности Новгорода Великого. М., 1861.

Федотов Г. Святые Древней Руси. 4-е изд. Париж, 1989.

Филарет, архиепископ. Русские святые. Кн. I. СПб., 1882.

Гервасий, епископ Переяславский (Линцевский Григорий) (1700/1701–1769)

Известен как начальник Пекинской духовной миссии в период с 1744 по 1755 г.

Родился на Украине в селе Жилян (под Киевом). Учился в Киевской духовной академии, по окончании которой в 1727 г. принял монашество с именем Гервасий и был рукоположен во иеромонаха. Здесь же некоторое время преподавал.

16 января 1735 г. был назначен наместником Киевского Михайлова Златоверхого монастыря с оставлением в должности преподавателя академии. 25 сентября 1742 г. возведен в сан архимандрита.

24 января 1743 г. был призван к миссионерской деятельности в Пекине.

Много трудностей и скорбей выпало на долю о. Гервасия во время пути в Китай.

Только 27 ноября 1745 г. Миссия прибыла в Пекин. Но и здесь между начальником Миссии и ее членами сложились напряженные отношения. Отец Гервасий оказался в изоляции.

Отчасти из-за этого он сблизился с жившими в Пекине иезуитами, что вызвало открытую неприязнь и обвинения в его адрес. Пробыв в Китае 10 лет, 4 июня 1755 г. архим. Гервасий выехал из Пекина и в январе 1756 г. прибыл в Москву. 20 апреля 1757 г. состоялась его хиротония во епископа Переяславского и Бориспольского.

Двумя своими Окружными посланиями – 1758 и 1760 гг. – преосв. Гервасий обнародовал свою программу, содержание которой вкратце выражалось тремя словами: благочиние, благолепие и благоговение.

Еп. Гервасий выступил как ревностный борец против экспансии католиков и униатов. Своей борьбой против Унии он содействовал пробуждению самосознания угнетенных поляками украинцев.

22 декабря 1769 г. после непродолжительной болезни он скончался и был погребен в Переяславском Вознесенском кафедральном соборе.

Труды

Окружное послание Гервасия 1758 года // Странник, 1872, август. С. 90–120.

Окружное послание Гервасия 1760 года // Киевская старина, 1904, № 12. С. 414–433.

Литература

Адоратский ( иеромонах Николаи). Православная миссия в Китае за 200 лет ее существования // Православный собеседник, 1887, № 2–11.

Иваницкий С. Переяславский епископ Гервасий Линцевский и начало воссоединения униатов в Западной, или Польской Украине. Кременец-Подольск, 1904.

История Российской духовной миссии в Китае. М, 1997.

ПозднеевДМ. Православие в Китае. М., 1998.

Свт. Герман, архиепископ Казанский ( 1505– 1567)

Родился в г. Старице Тверской губ. в семье боярина Феодора Афанасьевича Садырева-Полева. В конце 30-х гг. XVI в. удалился в Иосифо-Волоколамскую обитель, где принял монашеский постриг от игумена гурия, впоследствии архиеп. Казанского, и находился под его духовным руководством. Занимался переписыванием книг. Был близок к заключенному тогда в монастыре прп. Максиму Греку.

В 1551 г. братия Старицкого Успенского монастыря, узнав о благочестии своего земляка, пригласила его быть у них архимандритом. Еп. Тверской Ананий рукоположил его во иеромонаха и после возведения в сан архимандрита поставил его настоятелем Старицкого Успенского монастыря. С ревностью принялся св. Герман за благоустроение монастыря. Для иноков он был образцом смирения и подвижничества. Св. Герман ввел для руководства обителью Устав прп. Иосифа

Волоцкого. Через два с половиной года, однако, св. Герман оставил Старицкий монастырь, передав начальство в нем своему ученику, иером. Иову, впоследствии ставшему первым патриархом Московским и Всея Руси. Любовь к уединению побудила св. Германа вернуться в родной Волоколамский монастырь, где он подвизался как простой инок. В 1555 г., после покорения Казани, там была учреждена архиерейская кафедра, на которую назначили архиепископом бывшего игумена Волоколамского монастыря свт. Гурия. Для просвещения татарских племен и миссионерской работы ему было поручено устроить Успенскую обитель в г. Свияжске, настоятелем которой, по его указанию, назначили св. Германа. Вскоре здесь выстроили каменный собор с колокольней и монашеские келии. Особой заботой св. Германа было собирание монастырской библиотеки. Через несколько лет монастырь стал центром просвещения Казанского края. В результате миссионерской деятельности св. Германа несколько тысяч магометан и язычников были обращены в христианство. Св. Герман заботился об обучении новокрещеных. При его активном участии строились храмы, был основан Казанский Иоанно-Предтеченский монастырь, а при Зилантовом монастыре устроена школа для детей.

12 марта 1564 г., после блаженной кончины свт. Гурия, св. Герман был посвящен во епископа Казанского. За два года управления Казанской епархией свт. Герман развернул строительство новых храмов в Казанском крае, которые становились, как и основанный им монастырь, центрами духовного просвещения для местного населения.

В 1566 г. свт. Герман был вызван в Москву, и царь Иоанн Грозный повелел избрать его на кафедру Московского митрополита. Несмотря на отказ Святителя от возлагаемого на него бремени, Царь повелел ему поселиться в митрополичьих покоях до возведения в сан митрополита. Живя в Москве и видя насилия и несправедливость со стороны царского окружения, свт. Герман, как добрый пастырь, выступил на защиту паствы и попытался вразумить царя. «Кроткими словесы» он начал увещевать царя и обличал бесчинства опричников. Свт. Герман откровенно высказал царю, что если он будет митрополитом, то по долгу своего сана не станет молчать и скрывать творившиеся злодеяния, но будет обличать их пред всем народом. На это царь ответил ему: «Ты еще не возведен на митрополию, а уже отнимаешь у меня свободу», – и приказал изгнать свт. Германа с митрополичьего двора и держать в Москве под надзором. А митрополитом был избран св. Филипп, который также вскоре пострадал за правду и обличение царя.

По некоторым источникам, свт. Герман погиб от руки какого-то опричника, который двумя ударами топора отсек ему голову. По другим сведениям, он преставился от моровой язвы в Москве 6 ноября 1567 г. и погребен по его просьбе при храме свт. Николая Гостунского. В 1592 г. были обретены его нетленные мощи, от которых стали совершаться многие знамения и чудеса. По просьбе жителей Свияжска мощи Святителя в 1592 г. были перенесены из Москвы в Свияжский Успенский монастырь. Гроб его встречал свт. Гермоген – будущий патриарх и священномученик, а в то время митрополит Казанский.

О нравственном облике святителя писал один из его современников, кн. Андрей

Курбский: «Герман был человек... столько же высок умом, сколько ростом, муж жизни чистой и святой, ревностный исследователь Св. Писания, подвижник духовный; он несколько перенял и учение Максима-философа (Грека); был человек простой и твердый, готовый на помощь застигнутым бедой и напастью и усердный попечитель о бедных».

Всероссийское прославление свт. Германа началось с 1695 г.

Литература

Елисеев 3. Г. Жизнеописание св. Гурия, Германа и Варсонофия. Казань, 1847.

Арсений, архиепископ. Святитель Христов Герман. Казань, 1900.

РыбушкинМ. С. История Казани. Казань, 1847. Троицкий Патерик Казань, 1907.

Григорий, архиепископ Ситкинский и Аляскинский (Георгий Афонский) (род. 1925 г.)

Родился 17 апреля 1925 г. в Киеве. Его отец и дед были священниками, последний – ректором Киевской духовной семинарии. Как и большинство русского духовенства, оба они после переворота 1917 г. подверглись репрессиям от советских властей и приняли мученическую смерть. Однако Промыслом Божиим священнический род Афонских не угас: юный Георгий сначала попал в Германию, куда насильственно был угнан во время оккупации фашистами Киева, а после окончания Второй мировой войны переехал в Америку. В 1965 г. принял священство. По окончании Свято-Владимирской семинарии работал в архиве Православной Церкви Америки.

В 1973 г., по пострижении в монашество с именем Григорий, рукоположен во епископа Ситки и Аляски. Архиепископ с 1994 г. Профессор догматического богословия и канонического права в Свято-Германовской духовной семинарии на острове Кодиак

(Аляска). С 1995 г. на покое.

На Аляске Владыка Григорий продолжил служение своих прославленных соотечественников, русских миссионеров и святителей, которые были, по выражению прп. Германа, «няньками-пестунами» для коренного населения. Подражая их примеру, еп. Григорий более 20 лет посвятил обучению и воспитанию духовенства из числа коренных народов Аляски – алеутов, эскимосов и индейцев-тлинкитов. Уподобляясь апостолу алеутов, свт. Иннокентию Вениаминову, Владыка каждый год объезжал свою огромную епархию и окормлял разноплеменное стадо, разбросанное по необозримым просторам Аляски и островам Тихого океана на многие тысячи километров. По воздуху, по воде и по суше он добирался до близких и дальних селений, и каждый его приезд для алеутов, эскимосов и индейцев был большим праздником и радостью общения с любимым архипастырем.

«На Аляске, – говорится в «Послании Матери-Церкви» еп. Григория по случаю

1000-летия Крещения Руси, – трудами русских миссионеров была воздвигнута обитель истинного богооткровенного вероучения, как новый киот для хранения на земле живого

Православия. С первых дней пребывания на Аляске и следуя примеру своей Матери,

Дочь-Церковь начала влиять на внутреннюю жизнь местного народа действием невидимой благодати Божией, улучшая и претворяя существо человека, делая его «новой тварью» во Христе Иисусе. Став драгоценнейшим сокровищем в жизни новых христиан, божественная сила Православия неотразимо покорила сердца новокрещеных американцев. Вместе с богоспасаемой верой на Аляску из России прибыла и вся красота церковного устройства: божественная иерархия, каноническая структура, церковное богослужение, убранство, иконопись, церковная архитектура, пение – все, что делает Церковь не от мира сего, “небом на Земле». Как и на Руси, Православие породило на Аляске грамотность, возбудило и подняло просвещение. С Церковью на Аляске получила жизнь школа, появились книги, литература, библиотеки, началось воспитание людей в религиознонравственном духе».

Будучи первой и старейшей епархией Православной Церкви в Америке, епархия на Аляске не только сохранила преемственность и живую связь с Матерью-Церковью, но и продемонстрировала новые, самобытные черты Православия в Америке. С 1974 г. здесь успешно развивается самостоятельная духовная школа, которая готовит священнослужителей, чтецов и певцов для храмов Аляски, учитывая особенности условий жизни, языка и культуры местных народов. Семинария осуществляет издательскую деятельность. Среди ее изданий – книги, брошюры, учебные пособия, журнал «Северная Православная звезда». Автором одной из наиболее значительных книг по истории Православия на Аляске является сам епископ Григорий.

Владыка Григорий соединяет в себе дар преподавателя (он ведет со студентами занятия по четырем основным церковным дисциплинам) с даром богослова и, что особенно важно, собирателя-архивиста. Со всей Аляски, хранилищ США и других стран им были собраны уникальный архив и библиотека, которые имеются сейчас в семинарии на Кодиаке. Собрание богословских и церковно-исторических книг вместе с архивными материалами является твердым основанием для развития здесь богословской науки в области церковной истории и археологии, основы которой заложены трудами Владыки-ректора.

Труды

Григорий Аляскинский, епископ. Приветствие Матери-Церкви Российской от Дочери-Церкви Аляскинской.

К 1000-летию Крещения Руси, 7 января 1988 г. // Новое русское слово.

История Русской Православной Церкви на Аляске // Официальная хроника, 1993, № 9–10.

Православное учение о епископе: догматическое, святоотеческое, каноническое. Нью-Йорк, 1968.

A History of the Orthodox Church in America (1794–1917). Kodiak, Alaska, 1977.

А Нistory of the Orthodox Church in America (1917–1943). Коdiak, Alaska, 1994.

Сhrist and the Church in Orthodox Teaching and Tradition. Crestwood: St. Vladimir’s Seminary Press, 2001.

Гурий (Степанов), архиепископ Суздальский (1880– 1938)

Среднее образование получил в Казанской духовной семинарии. По окончании семинарии в 1902 г. поступил в Казанскую духовную академию. Еще будучи студентом, в апреле 1905 г. пострижен в монашество, а в марте 1906 г. рукоположен в сан иеромонаха. В 1906 г. окончил академию и зарекомендовал себя выдающимися способностями и блестящими успехами по всем предметам академического курса. У о. Гурия обнаружились склонность к апологетике и дар проповедничества. Его сочинения отличались научностью и талантом. За время академического курса он овладел английским и немецким языками, которые пригодились ему позднее для изучения буддизма. Курсовое сочинение иером. Гурия на тему «Буддизм и христианство в их учении о спасении» получило премию митр. Макария и было приравнено к магистерской диссертации. Бывший доцент академии архим. Иннокентий (Ястребов) сказал об о. гурии, что в его лице «Академия приобрела свежую талантливую силу со светлой головой и чистым сердцем. Появление такого произведения в печати должно приветствовать как одно из лучших ученоапологетических исследований; автору же его мы со своей стороны считаем вполне возможным и справедливым присудить за такой труд степень магистра богословия». Иером. гурий в течение академического курса учения состоял на монгольском отделении миссионерской группы. Принимая во внимание вышеизложенную рекомендацию, совет академии единогласно постановил избрать иером. Гурия кандидатом на замещение освободившейся в академии кафедры калмыцкого языка и утвердить его в звании доцента. После утверждения ему была дана командировка на годичный срок в Петербург для ученых занятий по своей специальности. 29 сентября 1910г. иером. Гурий был утвержден в звании экстраординарного профессора академии. Указом Св. Синода от 26 мая 1912 г. он был назначен на должность инспектора Казанской духовной семинарии и возведен в сан архимандрита. С 22 сентября 1912 г. архим. Гурий был назначен временно преподавателем миссионерских предметов на миссионерских курсах. В 1915 г. определением Совета академии ему было присвоено звание доктора церковной истории за сочинение «Очерки по истории распространения христианства среди монгольских племен». Его труды публиковались в различных журналах. В 1918 г. архим. Гурий был избран на должность ректора Казанской академии. В 1918 г. он был участником Поместного Собора Российской Православной Церкви. В 1918 г. назначен настоятелем миссионерского Покровского монастыря в Москве, а позднее противомусульманским миссионером.

26 января 1920 г. состоялась хиротония архим. Гурия во епископа Алатырского, однако в связи с революционной обстановкой в стране он не вступил в управление епархией. В июле 1923 г. св. Патриарх Тихон назначил его управлять Петроградской епархией, но и здесь его постигла неудача. Власти по настоянию обновленцев отстранили его от управления, и он вынужден был покинуть Ленинград и ехать в Псково-Печерский монастырь, где поступил в число братии. В 1924 г. еп. Гурий был возведен в сан архиепископа и в феврале назначен архиепископом Иркутским.

Гонения и преследования служителей Церкви и верующих не позволили Владыке управлять Костромской епархией, куда он был переведен 25 июня 1930 г., а также Суздальской епархией, согласно указу от 13 августа 1930 г. С 8 мая 1931г. он отстранился от церковной жизни и вынужден был заняться творческой литературной работой, сотрудничая в журнале «Жизнь Востока».

Дальнейших сведений о нем не имеется. Скончался архиеп. 1урий в 1938 г. неподалеку от Новосибирска.

До нашего времени дошли следующие труды архиепископа Гурия: «Религиозное верование корейцев», «К вопросу о панмонголизме», «О митр. Вениамине Пуцек-Григоровиче», «Христианство пустоты», «Учение древнего буддизма», «Вера и Церковь», «Философия буддизма», «Похвальное слово в честь и память св. Патриарха Гермогена», «Тайна христианской жизни», «Философия смерти и религия истиной жизни», «Буддизм и христианство в их учении о спасении», «Калмыки», «Нигилистический принцип буддийской философии», «О крещеных калмыках в станицах астраханского казачьего войска»,

«Православная миссия среди ламаитов и меры к ее наилучшей постановке», «Православная миссия среди калмыков», «Донские калмыки и история их христианского просвещения»,

«Богослужебные и религиозно-нравственные переводы на калмыцкий язык», «Первая православная миссия калмыков и ее историческая жизнь», «Забытая жатва», «Миссионерская деятельность среди приволжских калмыков», «Православная миссия ламаитов и меры к ее наилучшей постановке», «Очерки по истории распространения христианства среди монгольских племен».

Литература

Левитин-Краснов А, Шавров В. Очерки по истории русской церковной смуты. М.Д996.

Никольский В А О сочинении иеромонаха Гурия на тему: «Буддизм и христианство в их учении о спасении» // Православный Собеседник, 1911, март. С. 70–77.

Польский М. Новые мученики российские. В 2 т. Джорданвилль, 1949, 1957.

Регельсон Л. Трагедия Русской Церкви 1917–1945. Париж, 1977.

Свт. Гурий, архиепископ Казанский и Свияжский (Руготин Григорий Григорьевич) (1500– 1563)

Родился в подмосковном городке Радонеже в небогатой дворянской семье. С юных лет ему пришлось служить у кн. Ивана Пенькова в должности управляющего имением.

Благочестивый, смиренный и незлобивый, он честно и с усердием служил князю, который стал ему во всем доверять. Это дало повод к зависти со стороны слуг, которые оклеветали молодого человека в преступной связи с супругой князя. Князь приказал казнить Григория. Но сын князя, убежденный в невинности св. Григория, просил отца расследовать дело, чтобы не навлекать позора на семью. Григория посадили в глубокую яму, где икона Божией Матери с предвечным Младенцем была его единственным сокровищем. Здесь, в темнице, Григорий получил то, чего не имел в миру, – уединение для размышления и молитвы. Однажды его друг предложил тайно приносить ему пищу. Но вместо этого услышал просьбу принести бумагу, чернила и перья. Они потребовались узнику для того, чтобы писать азбуку для обучения детей грамоте, которая открывала им свет духовного познания. Вырученные от продажи азбук деньги он раздавал нищим и покупал бумагу для переписки книг. Так Григорий мог исполнить стремления своего сердца: учить детей читать, чтобы познавать Слово Божие и помогать нуждающимся.

Через два тяжких года страданий чудесным образом произошло его освобождение: дверь темницы оказалась открытой. Узник взял икону Божией Матери и немедля отправился в Иосифо-Волоколамский монастырь, славившийся своим строгим уставом. Там он был пострижен в мантию с именем гурий.

В 1543 г. св. Гурий был избран братией игуменом Иосифо-Волоколамского монастыря, управлял обителью почти 9 лет. В начале 1552 г. оставил игуменство и продолжал жить в монастыре простым монахом. В 1554 г. был назначен игуменом Троицкого Селижарова монастыря Тверской епархии. 3 февраля 1555 г. избран на новоучрежденную Казанскую кафедру. Рукоположение нового архипастыря совершил Московский митрополит Макарий. Вместе со свт. Гурием в далекий Казанский край отправились бывший архимандрит Старицкого Успенского монастыря, который жил тогда на покое в Иосифо-Волоколамской обители, св. Герман и игумен Песношского монастыря св. Варсонофий. В них свт. Гурий нашел верных помощников и преемников.

На Казанской кафедре свт. гурий просвещал светом православной веры магометан и язычников, а всех новокрещеных учил жить по заповедям Спасителя. Он проявлял большую заботу о нуждах татар, даже если они не принимали крещения. Труден был подвиг Святителя. Татары, ставшие подданными Русского государства, с недоверием и враждой относились к христианской вере. Каждый воскресный и праздничный день свт. Гурий проповедовал своей пастве, увещевая жить в мире и доверии. Для успешного развития миссионерской проповеди свт. Гурий основал Зилантов монастырь, при котором была устроена школа для обучения татарских детей. Их учили прежде всего грамоте, чтобы таким образом они могли читать, писать и правильно понимать Св. Писание. Обучение детей было столь успешным, что впоследствии среди жителей Казанского края возникла традиция не начинать учить своих детей, не испросив благословения у мощей свт. Гурия. Митрополит Гермоген (впоследствии Патриарх

Московский и всея Руси) так характеризовал свт. Гурия: «И жил преподобный богоугодно, кормя нищих и удовлетворяя неимущих всем потребным, заступаясь за бедных, больных и сирот и избавляя их от бед, труды к трудам прилагая и всенощное стояние постоянно совершая в молитвах пред Богом. И угождал всякими добрыми делами Богу, крепким житием по Богу живя и обращая к верным слово здравое, кроткое и учительское, уча и наставляя и неверных познать истинного Бога и Творца всего, и многих неверных в веру привел и крестил их множество». За 8 лет, проведенных свт. Гурием в Казанской епархии, было основано 4 монастыря, более 10 городских церквей, выстроен Благовещенский кафедральный собор.

В 1561 г. свт. Гурий тяжело заболел. Только в самые великие праздники его приносили в храм к Божественной Литургии. Во время службы свт. Гурий сидел или лежал, не имея сил стоять. 2 декабря 1563 г. он принял от св. Варсонофия великую схиму и 5 декабря скончался. По воле Святителя его похоронили за алтарем соборной церкви Преображенского монастыря. 4 октября 1595 г. были обретены нетленные мощи святителей Гурия и Варсонофия. Митрополит Казанский Гермоген, будущий Патриарх Московский и всея Руси, присутствовал при их обретении и описал это событие в житии святителей.

Литература

Богословский, священник Краткий исторический очерк Казанской епархии. Казань, 1893.

Елисеев 3. Г. Жизнеописание св. Гурия, Германа и Варсонофия... Казань, 1847.

Троицкий Патерик. Сергиев Посад, 1896. [Репринт, 1992].

Православный собеседник, 1872, январь. С. 3–12.

Известия Казанской епархии, 1870, № 14. С. 443–448; 1885, № 2. С. 27–29; №14. С. 460–462; № 17. С. 572–573;

№ 20. С. 651–656.

Димитрий, архиепископ Таврический и Симферопольский (князь Абашидзе Давид Ильич, в схиме Антоний) (1867– 1942/44)

Происходил из грузинского княжеского рода. В 1891 г. окончил Новороссийский университет, а в 1896 г. – Киевскую духовную академию со степенью кандидата богословия и рукоположен в иеромонахи (пострижен в монашество на первом курсе). Преподавал в различных духовных семинариях. В 1902 г. состоялась его хиротония во епископа Алавердского. После этого занимал следующие кафедры: с 1903 г. – Гурийско-Мингрельскую, с 1905 г. – Балтскую, с 1906 г. – Туркестанскую и Ташкентскую, с 1912 г. – Таврическую и Симферопольскую. Во время Первой мировой войны был рядовым священнослужителем Черноморской эскадры. В 1915 г. возведен в сан архиепископа Таврического и Симферопольского. Участник Собора Православной Российской Церкви в Москве (авг. 1917–1918 г.), на котором был избран председателем отдела по устройству Православной Церкви в Закавказье в связи с автокефалией Грузинской Церкви.

В послании 1917 г. архиеп. Димитрий обращался к своей Таврической пастве:

«Доблестная армия продолжает бить врага и несомненно сумеет разбить его, если мы с вами, оставшиеся дома, не проявим черной неблагодарности по отношению к нашим защитникам-воинам. Сражающаяся армия нуждается в пище, требует для себя огромного количества хлеба. ...Мы обязаны по первому зову нашего народного правительства раскрыть наши амбары, зернохранилища и свозить хлеб для армии... Пусть нами распоряжается народное Временное правительство; пастыри церкви пусть учат нас хранить величайшее сокровище наше – святую веру православную и посильно жить по ее заветам; судьи и правители пусть судят и правят по Божьему, милостиво и справедливо по Закону; воины пусть безусловно во всем повинуются военачальникам своим, призванным и вновь назначенным над ними нынешним правительством, оберегая их как зеницу ока, не забывая, что без вождей нет воинства; купцы пусть добросовестно торгуют, не раздражая братьев своих погоней за излишними, неумеренными прибытками; землевладельцы пусть всеусердно возделывают Богом данную им землю; учащиеся пусть преуспевают в премудростях и возрасте, и в любви к Богу и человеку; матери и жены пусть заботятся о своих семьях, сохраняют верность мужьям своим; старцы и старицы да будут примером доброй христианской жизни для молодых».

В октябре 1917 г. он был оставлен при Св. Синоде для работы. В 1918 г. оказался на Юге России. В мае 1919 г. участвовал в организации в Ставрополе Юго-Восточного церковного Собора, который приветствовал ген. А.И. Деникина и учредил Временное

Высшее церковное управление Юго-Востока России. При А.В. Врангеле Владыка Димитрий был избран председателем церковного управления. В 1919 г. эмигрировал, но пробыл за границей недолго. В конце 20-х гг. в Киеве принял схиму под именем Антоний и находился в затворе, взяв на себя крест духовного старца.

Литература

Биографический словарь. М., 1993.

Голостенов МЕ. Политические деятели России. 1917 // Биографический словарь. М., 1993–

Кирилл (Зайцев), протоиерей. Время святителя Тихона. М., 1996. Репринт; Священник Кирилл Зайцев. Православная церковь в Советской России. 4.1. Шанхай, 1947.

Цыпин В. А, протоиерей. История Русской Церкви, 1917–1925. М., 1996.

Димитрий (Самбикин), архиепископ Казанский и Свияжский (1839– 1908)

Образование получил в Воронежской духовной семинарии и Санкт-Петербургской духовной академии, которую окончил в 1865 г. Преподавал библейскую и церковную историю в Воронежской духовной семинарии.

В 1866 г. рукоположен во иерея. С 1872 г. – ректор Тамбовской духовной семинарии.

В 1877 г. был пострижен в монашество и возведен в сан архимандрита. С 1881 г. – ректор Воронежской духовной семинарии. В 1866 г. хиротонисан во епископа Балахнинского, викария Нижегородской епархии. С 1877 г. – епископ Балтский, викарий

Подольской епархии. Позднее занимал следующие кафедры: епископа Подольского (1890), епископа (с 1898 г. – архиепископа) Тверского и Кашинского (1896), архиепископа

Казанского и Свияжского (1905). В 1907 г. при Владыке Димитрии было учреждено третье викариатство для епархиального миссионера, которым стал еп. Андрей (Ухтомский). Будучи замечательным ученым в области церковной истории и археологии, он оставил после себя множество научных трудов.

Труды

Месяцеслов святых, всею Русскою Церковию или местночтимых, и указатель празднеств в честь икон Божией

Матери и святых угодников Божиих в нашем Отечестве. Вып. 11, Тверь, 1901; вып. 5–12, Тверь, 1897–1902.

Месяцеслов святых, всею русскою Церковию или местночтимых, и указатель празднеств в честь икон

Божией Матери и святых угодников Божиих в нашем отечестве. Вып. 1–4. Каменец-Подольск, 1892–1895.

Месяцеслов святых Тверских. Тверь, 1898. Вып. VIII.

Литература

Библиографический указатель русских духовных писателей из монашествующих за 18-й, 19-й века и п о ловину

20-го столетия / Сост. В. Волков. Загорск, 1961. Ч. 1.

Мануил ( Лемешевский), митрополит. Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 г. В 6 т. Ирланген,

1979–1989.

Свт. Дионисий, епископ Уфимский и Мензелинский (Хитров Димитрий Васильевич) (1818– 1896)

Родился 22 октября 1818 г. в бедной и многодетной семье пономаря в селе Хитрово

Данковского уезда, Рязанской губ. (ныне Липецкая область). Рано осиротел и в 10 лет поступил в Данковское духовное училище, которое окончил в 1834 г. В 1840 г., по окончании Рязанской духовной семинарии, Димитрий, как один из лучших выпускников, был направлен на миссионерское служение в Иркутскую епархию. По прибытии к месту назначения 16 марта 1841 г. был рукоположен в сан диакона, а 6 апреля – во священника

Преображенской церкви г. Якутска. Хиротонию совершил свт. Иннокентий (Вениаминов), еп. Камчатский, впоследствии митр. Московский. За 43 года миссионерского служения в Якутии он был сначала учителем Якутского духовного училища, епархиальным миссионером и катехизатором, духовником и благочинным Якутского духовенства, преподавателем и первым ректором основанных им Якутского духовного училища и семинарии. Но главным и любимым его делом было миссионерское служение. За первые

10 лет он предпринял шесть миссионерских путешествий по отдаленным якутским кочевьям, преодолев путь более 9 000 километров. По два раза он посетил Колыму, побывал на реке Учуре и на озере Жессей, или Ессей.

В 1845 г. о. Димитрий отправился в путь к Отоским тунгусам, которые впервые в жизни смогли присутствовать на литургии и причаститься Святых Таин в походной Свято-Никольской церкви. В 1852 г. он совершил путешествие в Оленек, Вилюйск, Олекминск, в общей сложности проехав 5 500 верст. Во время миссионерских путешествий он крестил сотни младенцев и тысячи взрослых якутов. Зимой в 40-градусные морозы на собаках, оленях, а иногда пешком по тундре и горам, переправляясь через бурные реки с опасностью перевернуться и утонуть, он устремлялся к людям, непросвещенным Светом Христовым.

«Нет там, – писал он об этих путешествиях, – ни надлежащей дороги, ни селений на пути, ни постоялых дворов к пристанищу от этих морозов, вьюг или недостатка в пище. На открытом месте, застигнутые пургой (бураном) странники, примкнув к какому-нибудь дереву или кусту, опрокидывают свою нарту (сани, употребляемые в Сибири для езды на собаках) против ветра и снега, чтобы занесло ее, а сами скрываются за ней день, два или даже более; и если кому нужно отойти от нарты на несколько шагов, то для безопасности привязывает себя к ней веревкой, чтобы в противном случае, при ветре и пурге, когда не видно бывает и собственной руки, не сбиться ему и не потерять своей нарты, единственного средства к спасению. Ближе к северному полюсу мертвеет и цепенеет сама природа, умаляется и совсем исчезает растительность, – путнику предстоит другая, более страшная пустыня – ледяная, на несколько сот верст пред ним лежит гладкая ледяная поверхность тамошних тундр, озер и луж, также на многие версты простирающихся. Путь чрезвычайно трудный для езды и ходьбы, иногда необходимо требующейся, и своей ослепительностью тяжкий для глаз. Здесь человек совершенно открыт всей свирепости северных ветров, вьюг и непогод. В весеннюю или летнюю пору, когда растают эти тундры, путешественники по болотам и трясинам, в дощатых нартах (длиной сажени в полторы, вышиной в аршин) влекутся собаками, а случается, что с понятным напряжением и страхом сами перепрыгивают с кочки на кочку, с глыбы на глыбу, четверти в две-три в диаметре, зыблящиеся на воде в полтора и два аршина, ежеминутно подвергаясь опасности, по псалмопевцу, «угленути в тимении глубины» (Псал. 68: 3), т. е. погрязнуть и погибнуть в этой глубокой тине болота. А в другой стороне, где те же тундры покрыты дремучим, гигантским лесом лиственницы, ели, сосны, путешественники целый день пробираются верхом на лошадях по узкой тропинке и, захваченные ночью, обрубают древесные сучья и на них, при этой сырости, устраивают себе постель, а наутро опять спешат в дальнейший путь, хотя бы кто почувствовал изнеможение и болезнь, которые, при неимении здесь докторов, скоро излечиваются дальнейшим моционом, натурой или, точнее, – Провидением. Кроме этих и многих других бедствий, например повреждения саней (нарты), потери следа и направления, по которому ехать должно, проезжим угрожает постоянная опасность от встречи медведей или волков».

Во время миссионерских путешествий еп. Дионисий (Хитров) обращал ко Христу десятки тысяч людей, строил храмы, школы, устраивал все необходимое для церковной жизни. Это был поистине апостольский подвиг. Подвергаясь частым опасностям, владыка не боялся смерти и всегда молил Господа, чтобы его труды были во благо паствы. В одном из своих писем в 1868 г. он писал: «Монаху нечего терять, и если доведется умереть на деле проповеди, и это вменится мне в жертву Богу. Об одном прошу

Бога, чтобы послал Он мне христианскую кончину, непостыдну и мирну...»

Но самый важный памятник миссионерской деятельности Апослола якутов – это составленные им якутская азбука и грамматика, а также перевод на якутский язык и издание Нового Завета, Книги Бытия, Псалтыри, Служебника, Требника, Каноника, Часослова и целого ряда произведений религиознонравственной литературы для новообращенной паствы. Отец Димитрий углубленно изучал местные нравы и обычаи, образ жизни инородцев и, главное, различные местные диалекты. Для якутской письменности им была принята русская орфография в написании букв с незначительными изменениями и дополнениями их знаками, отображающими особые гортанные и носовые звуки. О трудностях разговора на якутском языке писал известный русский писатель И А Гончаров в книге «Фрегат “Паллада"»: «Что значат трудности английского выговора в сравнении со звуками, в произношении которых участвуют не только горло, язык, зубы, щеки, но и брови, и складки лба и даже, кажется, волосы! А какая грамматика... то падеж впереди имени, то притяжательное местоимение слито с именем и т. п. И все это преодолено!»

Современники назвали еп. Дионисия «просветителем» и апостолом якутов. Самоотверженными трудами, молитвой и подвигами он снискал любовь своей якутской паствы. За нее он, как истинный пастырь, готов был положить свою душу.

11 января 1862 г. определением Св. Синода прот. Димитрий Хитров был утвержден ректором Якутской духовной семинарии. В 1868 г. после смерти своей супруги о. Димитрий был пострижен в монашество с именем Дионисий и хиротонисан во епископа

Якутского, викария Камчатской епархии. Хиротонию в Благовещенске-на-Амуре возглавил свт. Иннокентий 9 февраля 1868 г. – день особенно знаменательный для Сибири, когда были обретены св. мощи свт. Иннокентия Иркутского. В 1870 г., когда была учреждена самостоятельная Якутская епархия, свт. Дионисий стал ее первым епископом.

12 декабря 1883 г. Владыка был переведен на Уфимскую кафедру, где также много потрудился на ниве просвещения своей паствы и ограждения чад Церкви от влияния мусульманской пропаганды и от соблазна раскола. Несмотря на преклонный возраст и телесные немощи, объясняемые трудами и лишениями миссионерской жизни в Сибири, Владыка до последних дней своей жизни неутомимо трудился во благо своей паствы.

Тяжелые болезни, явившиеся следствием миссионерских подвигов, подорвали здоровье архипастыря-миссионера, и в 1896 г. еп. Дионисий прибыл в Москву на лечение.

Он скончался 8 сентября 1896 г. и погребен под соборным храмом Покровского миссионерского монастыря в Москве.

Литература

Барсуков И. Памяти Дионисия, архиепископа Якутского. СПб., 1902.

Лопухин АЛ. Православная Богословская энциклопедия, Г. И. Петроград, 1903.

Мануил (Лемешевский), митропопит. Каталог русских архиереев 4.2. Чебоксары, 1959, машинопись.

Нестор (Анисимов), иеромонах Православие в Сибири. СПб., 1910.

НовостроевК Нечто об архипастырском путешествии Преосвященного Дионисия, епископа Якутского, из

Якутска в Нижнекамск в 1868–1869 гг. // Душеполезное чтение. Ч. 3. М., 1869.

Преосвященный Дионисий, первый епископ Якутский // Рязанские епархиальные ведомости, 1902, № 12.

Чествование 50-летнего служения в священном сане Преосвященного Дионисия, епископа Уфимского и

Менгезийского. Уфа, 1891.

Якутские архипастыри: Краткий перечень их назначения, служения и проч. Иркутск, 1902.

Евсевий, архиепископ Владивостокский и Камчатский (Никольский Евгений Иванович) ( 1860– 1922)

Родился в с. Серебряки Алексинского уезда в семье тульского священника. Закончив в Туле Духовное училище и семинарию, он поступил в Московскую духовную академию. В 1883 г. окончил ее со степенью кандидата богословия и определен в Могилевское духовное училище учителем русского и славянского языков.

3 августа 1893 г. он принял монашество с именем Евсевий. 5 августа был рукоположен в сан иеродиакона, а 6 августа, в день Преображения Господня, – в сан иеромонаха. 11 сентября того же года молодой священник был назначен в состав Духовно-цензурного комитета Санкт-Петербурга с возведением в сан архимандрита. В том же году назначен на должность ректора Иркутской духовной семинарии. Архим. Евсевий был редактором «Иркутских епархиальных ведомостей», председателем Епархиального училищного совета, деятельным членом Иркутского миссионерского общества.

24 января 1897 г. хиротонисан во епископа Киренского, викария Иркутской епархии. А 26 января еп. Евсевий назначен на кафедру епископа Камчатского, Курильского и Благовещенского в городе Благовещенске. 1 января 1899 г. назначен первым епископом учрежденной Владивостокско-Камчатской епархии. 20 лет служения на этой кафедре совпали со временем динамичного заселения Уссурийского края, постройкой железных дорог, русско-японской войной, когда Дальний Восток, дотоле почти пустынный, заполнялся русскими людьми. Быстро возрастало его население, развивалось земледелие, торговля, промышленность. Остро стоял вопрос о духовном просвещении. Новая епархия занимала территорию площадью 1 200 000 квадратных верст. Ко времени ее образования в ней насчитывалось 69 церквей: 43 – в Южно-Уссурийском крае, одна во Владивостоке и одна в Свято-Троицком Шмаковском монастыре; на Сахалине – 10 тюремных церквей, две приходские церкви – Удская и Аянская; две на Камчатке и три северные, две из них были миссионерскими. К новой епархии было причислено 17 часовен в Южно-Уссурийском крае, часть из которых имели алтари. Священников не хватало, поэтому приходы пустовали.

Единственный приходской Успенский храм Владивостока был переименован в кафедральный собор, а консисторию временно разместил у себя кафедральный протоиерей. Однако уже через год были открыты и Духовная консистория, и Попечительство о бедных духовного звания, Епархиальный училищный совет, Епархиальный комитет Православного миссионерского общества. Было построено и освящено свыше 170 храмов и более 100 церковно-приходских школ.

Только во Владивостоке при непосредственном участии владыки Евсевия были построены и освящены: Успенский (кафедральный), Покровский (кладбищенский),

Петропавловский («на Первой Речке»), школа-церковь в честь иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость» (миссионерская), не говоря уже о церквах военных и находящихся при учебных заведениях, а также об архиерейском подворье на Седанке (пригород Владивостока), где на свои средства Владыка содержал 50 пенсионеров. Были основаны Уссурийский Николаевский Свято-Троицкий мужской и Южно-Уссурийский Рождество-Богородицкий женский монастыри.

12 июля 1908 г. к епархии были присоединены церкви и духовенство Северной

Маньчжурии, а 1 января 1909 г. в ведение Владыки Евсевия была передана Русская духовная миссия в Сеуле. Не жалея здоровья и сил, он не раз объезжал свою огромную епархию, в том числе самые удаленные приходы даже на Камчатке и Сахалине. Многие видные люди из Петербурга и Москвы, в том числе и св. прав. прот. Иоанн Кронштадтский, жертвовали на нужды монастырей и церквей Уссурийского края, на устройство библиотеки при школе села Осиновка. Последний пожертвовал для Александровского сахалинского храма икону Божией Матери «Неувядаемый Цвет», присланную ему лично со Св. Горы Афон. Священники и учителя церковно-приходских школ из других епархий просились на службу во Владивостокско-

Камчатскую епархию. Для привлечения духовенства к делу религиозно-нравственного просвещения Владыка регулярно собирал епархиальные съезды. В 1903 г. по его инициативе было начато издание «Владивостокских епархиальных ведомостей». В типографии

Свято-Троицкого Шмаковского мужского монастыря с его благословения печаталась духовная литература, которая распространялась не только в епархии, но и за ее пределами.

Одним из основных направлений деятельности правящего архиерея было миссионерство, ибо в епархии проживали многочисленные инородцы-язычники – китайцы, корейцы, малые народности Дальнего Востока. По епархии были созданы миссионерские станы, катехизаторские школы и курсы. Здесь учили не только Закон Божий, но преподавали уроки рационального ведения хозяйства. Добродетели и деятельность Архиерея снискали ему любовь и уважение инородцев-язычников, из которых он многих привел к святому Крещению.

С благословения Владыки Евсевия было создано Православное камчатское благотворительное братство, утвержденное Св. Синодом в 1910 г. Августейшим покровителем братства стал цесаревич Алексей. В 1906 г. он был возведен в сан архиепископа и награжден орденом св. блгв. вел. кн. Александра Невского.

В ноябре того же года архиеп. Евсевий был вызван для присутствия в Св. Синоде и участвовал в прославлении свт. Патриарха Ермогена.

В1917–1918гг. архиеп. Евсевий принимал участие в работе Поместного Собора Православной Русской Церкви. По окончании срока его деятельности в Св. Синоде, когда началась гражданская война, он не смог возвратиться в свою епархию и был временно назначен управлять Смоленской епархией.

В 1920 г. св. Патриарх Тихон избрал его своим наместником с возведением в сан митрополита, поручив управление Московской епархией, имевшей двенадцать викариев, и председательствование в Св. Синоде. Столь высокое назначение митрополит Евсевий принял как временное, с условием, что при первой же возможности ему будет предоставлено право вернуться в свою родную Владивостокскую епархию. Но Святителю не суждено было туда вернуться: в 1922 г. Владыка Евсевий скончался. За сутки до своей кончины он служил Божественную литургию.

Заупокойное богослужение в храме Христа Спасителя совершил святейший патриарх Тихон со многими находившимися тогда в Москве иерархами при большом стечении молящихся. Погребение состоялось в Новодевичьем монастыре, с северной стороны Смоленского собора.

Литература

Прозорова Г.Б. У истоков Владивостокско-Камчатской епархии //Журнал Московской Патриархии, 1995. № 11. С. 47–51.

Ефрем, епископ Селенгинский (Кузнецов Епифаний), (1876– 1918)

Родился в Забайкалье, сирота. Духовное образование получил сначала в Иркутской духовной семинарии, которую окончил в 1898 г., а затем в Казанской духовной академии, окончив ее в 1903 г. со степенью кандидата богословия. В 1904 г. был призван к миссионерской деятельности и назначен в Забайкальскую миссию. В 1907 г. возведен в сан протоиерея. В 1909 г. после монашеского пострига возведен в сан архимандрита. Отец Ефрем проводил большую работу среди крещеных инородцев Забайкалья, ограждая их от влияний ламаизма и шаманизма. Был известен своей миссионерской деятельностью среди корейцев, бежавших в Забайкалье после японской оккупации

Кореи в 1904–1903 гг.

В 1916 г. состоялась его хиротония во епископа Селенгинского. После февральской революции 1917 г. по ходатайству советских властей Забайкальской области Владыка был уволен от управления епархией и миссией.

Участвовал в работе Собора Православной Российской Церкви 1917–1918 гг. в Москве. 22 января 1918 г. выступил с докладом о богоотступничестве и предательстве политиков, военных и интеллигенции. В нем, в частности, говорилось:

«Пришла ли в покаяние наша интеллигенция, много столь потрудившаяся над созданием крушения нашего государственного строя и теперь являющаяся единственной и главной виновницей падения и гибели нашей Родины. Возьмем военную интеллигенцию, не она ли... в лице своих высших представителей, окружавших верховную власть, пошла на переворот, забыв присягу. И вот за это самое сейчас она стерта с лица земли... Доселе в церкви то же, что и в государстве: попрание святынь, борьба за власть, стремление свести церковь с ее канонического основания, ввести в ней тоже демократические порядки, обмирщить и поставить ее в ряд обычных человеческих учреждений. А сколько духовных лиц оставило свое “ служение святой церкви и ушло на служение революции, в комитеты, кооперативы, милицию, на политическую деятельность в ряды социалистов до большевиков включительно, не снимая, на всякий случай, священного своего сана».

2 июня 1918 г. был арестован ВЧК на квартире свщмч. прот. Иоанна Восторгова и 5 сентября расстрелян вместе с ним.

Литература

Введенский А.Л. Церковь и государство. М., 1923. С. 161–167.

Волостенов М.Л. Политические деятели России. 1917 // Биографический словарь. М., 1993.

Мануил (Лемешевский),митрополит. Русские православные иерархи периода с 1853 по 1965 г.Вбт. Ирланген,

1979–1989. Т. 3.

Русские православные иерархи. Исповедники и мученики. Париж, 1986.

Свт. Игнатий, епископ Кавказский, (Брянчанинов Дмитрий Александрович) (1806– 1866)

Родился 6 февраля 1806 г. в вологодской усадьбе дворян Брянчаниновых, которые вели свой род от оруженосца св. кн. Дмитрия Донского – Михаила Бревко, павшего на Куликовом поле. Когда Дмитрию было 16 лет, отец решил отвезти его учиться в Петербург, в Главное инженерное училище, но перед этим спросил, кем бы сын хотел быть. Юноша ответил: «Монахом». Прошло целых пять лет, прежде чем желание юноши исполнилось. Будучи родственником А. П. Оленина, президента

Академии художеств и директора Публичной библиотеки, Дмитрий бывал на его вечерах, где познакомился с Пушкиным, Крыловым, Батюшковым, Гнедичем. Он и сам пробовал писать стихи. Однако уже в эти годы он был глубоким молитвенником. «Бывало, с вечера ляжешь в постель и, приподняв от подушки голову, начнешь читать молитву, да так, не изменяя положения, не прекращая молитвы, встанешь утром идти на службу и в классы», – вспоминал он. Каждое воскресенье Дмитрий вместе со своим сокурсником Михаилом Чихачевым спешил в Александро-Невскую Лавру или на Валаамское подворье, где молился и причащался. Окончательно его судьбу решила встреча со старцем Леонидом – основателем Оптинского старчества, который, проживая в середине 1820-х гг. в Александро-Свирском монастыре, часто приезжал в столичную Лавру.

Ни начальство училища, ни сам император Николай I, благоволивший к Брянчанинову, ни родители, ни друзья не могли понять, чем вызваны прошение об увольнении с военной службы и уход в монастырь. 6 ноября 1827 г. поручик Брянчанинов получил отставку и поступил послушником к старцу Леониду в Александро-Свирский монастырь. 28 января 1831 г. после четырех лет иноческого искуса в различных российских обителях, включая Оптину Пустынь, в кафедральном соборе Вологды послушник Дмитрий был пострижен в иноки с именем Игнатий. Вскоре после пострижения он был рукоположен во иеромонахи й назначен игуменом Пельшемского монастыря. Однако Государь Николай Павлович не забыл о нем. 12 декабря 1833 г. он принял своем кабинете бывшего своего офицера, а ныне игумена Игнатия, и стал подробно расспрашивать об обстоятельствах его жизни в монашестве. В конце беседы царь объявил ему свою волю – оставаться близ Петербурга: «Я тебе даю Сергиеву пустынь, хочу, чтобы ты жил в ней и сделал бы из нее монастырь, который в глазах столицы был бы образцом монастырей». С этого момента надолго изменилась жизнь самого Игнатия, столетней пустыни и монашеской жизни в столичной епархии. Будучи настоятелем Троице-Сергиевой пустыни до 1837 г., св. Игнатий полностью преобразил ее. Восстановление обители началось с возрождения строгих правил иноческой жизни, уставного богослужения, с введения умного делания и ежедневной исповеди по образцу Оптиной Пустыни и современных ему старцев: Леонида Оптинского, Феофана Новоезерского, Дамаскина Валаамского, Амфилохия Реконского, Исайи Никифоровского, с которыми он был знаком лично.

К молодому настоятелю за духовным руководством и советом обращались многие знатные и простые петербуржцы. Высоко ценил его Н. В. Гоголь. Свой личный духовный опыт Игнатий изложил в пяти томах «Аскетических опытов», напомнивших современникам о православной святоотеческой традиции, без которой невозможно идти по пути спасения. «Писания мои мне не принадлежат, – говорил Святитель, – их источник – Отцы, они принадлежат Отцам Православной церкви». Заботясь о духовном возрождении Сергиевой пустыни, св. Игнатий не забывал и о ее внешнем благоукрашении. Для выполнения этих работ он пригласил известного архитектора А. М. Горностаева, который перестроил келейные корпуса и святые врата, возвел новый соборный храм, создав замечательный архитектурный ансамбль.

7 ноября 1857 г. свт. Игнатий был рукоположен в Казанском соборе во епископа Кавказского и Черноморского и вскоре направился на свою кафедру в Ставрополе. Это была одна из самых больших епархий в России, включавшая Северный Кавказ, где только что закончилась долгая война с горцами-мусульманами. Много времени посвятил он поездкам по степям и горам, где проповедовал Евангелие и заботился об устроении церковной жизни, действуя как ревностный миссионер и просветитель.

На жизнь Кавказской паствы по-прежнему накладывала отпечаток затянувшаяся на несколько десятилетий война. Прибыв 4 января 1858 г. в Ставрополь, Владыка был очень удручен скудостью средств архиерейского дома. Кстати, его предшественники вынуждены были ютиться в ветхом, жалком домике, к которому была пристроена небольшая каменная крестовая архиерейская церковь. «Лучше закрыть кафедру, – писал он наместнику Кавказа АИ. Барятинскому, – чем оставлять ее в таком положении нищенском, понуждающем чиновников и лиц, коими обставлен епископ, искать неправедных средств к существованию».

Уже в первый год, по прибытии в Кавказскую епархию, владыка Игнатий посетил

Пятигорск, Кизляр и Моздок На следующее лето владыка Игнатий побывал в Черномории.

Во время поездок по епархии преосв. Игнатий всюду по-отечески беседовал со своей паствой, наставляя ее в истинах христианской веры. Кроме устных наставлений, он составил поучение «О спасении», которое распространялось в приходах. Ознакомившись с состоянием епархии, в 1859 г. в своих предложениях на имя Кавказской духовной семинарии он отметил, что священнослужители края стоят, за редким исключением, на высоте пастырского призвания в деле духовного просвещения для молодой Кавказской епархии.

Большое значение владыка Игнатий придавал строительству храмов. К его прибытию в Ставрополь там уже было 13 церквей, кроме старого Троицкого собора, воздвигнутых усилиями владыки Иеремии. В 1847 г. Ставрополь украсил кафедральный собор, построенный по указанию царя Николая I известным архитектором К.А. Тоном. При владыке Игнатии в 1859–1860 гг. у кафедрального собора по проекту архитектора Воскресенского была сооружена грандиозная колокольня. Для нее был отлит огромный колокол, весивший 523 пуда.

Однако здоровье владыки Игнатия было подорвано, и он просил Синод уволить его на покой, выбрав местом проживания Николо-Бабаевский монастырь на Волге. Сюда он прибыл 13 октября 1861 г. и оставался здесь до своей праведной кончины. Здесь Святитель пересмотрел свои прежние сочинения, написал новые – «Приношение современному монашеству» и «Отечник», поддерживал большую переписку с духовными чадами. Скончался он 30 апреля 1866 г., в Неделю Жен-Мироносиц.

Свт. Игнатий был прославлен в лике святых в 1988 г., в празднование 1000-летия

Крещения Руси. Тогда же в полуразрушенном Николо-Бабаевском монастыре были обретены мощи свт. Игнатия, которые перенесли в Спасскую церковь Толгского женского монастыря под Ярославлем.

Труды

Творения. Кн.1–6. М., 2002.

Литература

Жизнеописание свт. Игнатия Брянчанинова // Святитель Игнатий Брянчанинов, епископ Кавказский и Черноморский. Творения: Письма свт. Игнатия Брянчанинова к разным лицам. Кн. 6. М., 2002.

Монахиня Игнатия. О письмах святителя Игнатия // Святитель Игнатий Брянчанинов, епископ Кавказский и Черноморский. Творения: Приношение современному монашеству. Кн. 4. М., 2002.

Осипов А//, проф. Святитель Игнатий об основах духовной жизни // Святитель Игнатий Брянчанинов, епископ Кавказский и Черноморский. Творения: Аскетические опыты. Кн. 1. М., 2002.

Иеремия, епископ Кавказский и Черноморский (+1859)

Сведений о жизни еп. Иеремии в миру не сохранилось. Он был первым епископом

Кавказским и Черноморским и прибыл в свой кафедральный город Ставрополь 10 апреля

1843 г. в Великую субботу.

В Ставрополе в это время находились штаб-квартира командующего войсками Кавказской линии и Черномории и резиденция атамана Кавказского линейного казачьего войска. Епископ первым поднял вопрос о постройке храмов, которых было очень мало на Северном Кавказе, об организации просветительных учреждений – семинарии и духовных училищ, о необходимости борьбы с расколом и разными сектами, о развитии христианского просвещения среди местного населения.

Основное внимание Владыка уделял распространению христианского просвещения и подготовке образованных кадров для кавказского духовенства. Этому должно было послужить открытие Кавказской духовной семинарии. В первом учебном году в ее стенах обучалось 55 человек. Чтобы не срывать занятий из-за отсутствия преподавателей, архиерей сам взял на себя уроки по катехизическому учению и Св. Писанию. Он пожертвовал семинарии свою прекрасную библиотеку из 2000 томов. «Особенности религиозной жизни русского населения Северного Кавказа и разноплеменность народов, населявших его, – пишет А. И. Васильев, – выдвигали на первый план миссионерские цели. Требовались не только богословски образованные священники, способные к христианской просветительной деятельности, но и знатоки горских наречий, религиозных верований, обычаев и других особенностей жизни горского населения, которое можно было обратить в христианство». В программу семинарского обучения было введено изучение осетинского и калмыцкого языков. Были учреждены казенные стипендии для духовного образования детей горцев, чтобы готовить таким образом миссионеров для проповеди христианства среди горских народов. В стенах Кавказской семинарии можно было встретить осетин, грузин, абхазцев и калмыков.

Одну из первых своих поездок по обозрению епархии, которая насчитывала до

200 приходов, владыка Иеремия начал с Черномории. К тому времени там уже имелось

63 церкви и 2 молитвенных дома. Будучи в 1844 г. на торжествах в честь 50-летия Черноморского казачьего войска, Владыка заинтересовался состоянием Екатеринодарского духовного училища, поддержав мысль об его преобразовании в уездное училище. К сожалению, этот замысел был осуществлен лишь много лет спустя – в 1858 г. при еп. Игнатии Брянчанинове.

«Преосвященный Иеремия, – говорится в «Исторической записке о христианстве на

Северном Кавказе», – нашел свою паству в колеблющемся состоянии – одни открыто держались раскола, другие готовы были пристать к нему, третьи находились в смущении и не знали, что делать. Кроме того, на Кавказе появились духоборы, молокане и др. сектанты. Религиозная смута в умах усиливалась». Эту характеристику дополняет

А. И. Васильев: «Русское население Кавказа составилось из элементов, совершенно чуждых религиозного духа и церковности. Кавказ населяли беглые крепостные, беспаспортные или же с фальшивыми паспортами бродяги, разные дезертиры, бежавшие преступники, нищенствующие странники, преследуемые в России сектанты и в особенности раскольники». Соседние казачьи полки – Кизлярский и Моздокский – тоже были на пути к полному переходу в старообрядчество. Православные церкви в станицах этих были ветхи и находились в запущенном и жалком состоянии. В станице Каргалинской, где была штаб-квартира Кизлярского полка, церковь была так ветха, что грозила падением и ее пришлось подпереть со всех сторон. В таком же плачевном состоянии находились церкви в станицах Наурской и Ищерской, входивших в Моздокский полк.

Католические и армянские храмы в Кизляре и Моздоке затмевали своим блеском и богатой утварью православные церкви этих старейших городов Северного Кавказа.

Позже, уже оставив Кавказ и собираясь возглавить Алтайскую духовную миссию, владыка Иеремия обратился к своей бывшей пастве с призывом помочь своими пожертвованиями устроению на Алтае Благовещенской миссионерской обители. Интересен эпизод, рассказанный владыкой Иеремией преосв. Владимиру о своем архипастырском служении на Северном Кавказе. В одну из поездок по епархии Владыка остановился на отдых у горского князя. Взгляд его привлек висевший на ковре кинжал с редкой старинной насечкой на рукоятке и ножнах. Не зная еще местных обычаев, Иеремия имел неосторожность похвалить эту вещь. По горскому обычаю понравившийся предмет надо дарить гостю. Хозяин тут же снял со стены кинжал и подал его архиерею. Владыка Иеремия отказывался принять вовсе не нужный подарок Отказ от подарка горец воспринял за смертельную обиду. Присутствовавшие при этой сцене едва убедили владыку Иеремию принять подарок, опасаясь, что горец поразит кинжалом своего строптивого гостя. Этот случай показывал те условия, которые окружали Владыку в его поездках по епархии.

Об облике еп. Иеремии сохранилось свидетельство видного кавказского деятеля тех лет Г. И. Филипсона: «Первым епископом Кавказским и Черноморским, – писал он, – был назначен Иеремия, человек лет 45, ученый, строгой монашеской жизни, но желчный, честолюбивый и склонный к фанатизму. Он принялся слишком усердно и резко за благоустройство своей епархии и за обращение иноверцев, чем вооружил против себя особенно раскольников, между которыми были люди почтенные и заслуженные. Новый епископ стал принимать крутые и не совсем разумные меры. Доходило дело до соблазнительных сцен, тем более возбуждавших неудовольствие казаков, что офицеры их были тоже раскольники, полковые командиры хотя и из регулярных войск, но или из иноверцев, или по расчету равнодушно относившиеся к делам веры. Наконец, наказного атамана линейного войска генерала Николаева, из Донского войска, подозревали, что он сам втайне держится старой веры. Ясно, что преосвященный Иеремия не понял положения края, но вместо того чтобы объяснить ему это и иначе направить его деятельность или, наконец, заменить его другим лицом, князь Воронцов исходатайствовал высочайший указ об изъятии линейного казачьего войска из епархии и подчинении его снова обер-священнику. Дело велось втайне, и указ неожиданно разрушил только что образованную епархию».

Основанная Владыкой Кавказская духовная семинария за 50 лет своего существования подготовила 850 образованных священников, внесших значительный вклад в развитие христианства на Северном Кавказе. Некоторые из замыслов и намерений преосв. Иеремии были осуществлены ближайшими его преемниками на Кавказской кафедре – еп. Иоанникием (Образцовым) и свт. Игнатием Брянчаниновым.

Литература

Альбом церквей и школ Общества восстановления православного христианства на Кавказе и народностей

Кавказа. Тифлис, 19Ю.

Высочайше утвержденный устав Общества восстановления православного христианства на Кавказе.

Тифлис, 1901.

Лилов А. Деятельность Общества восстановления православного христианства на Кавказе за 1860–1870 гг.

Б.м., б.г.

Православие на Кавказе. Из записок Гавриила, епископа Имеретинского // Православное обозрение, 1867. Т. 22.

Хицунов П. О состоянии некогда бывшего христианства на Кавказе // Кавказ, 1846, № 34–35.

Иннокентий (Солодчин), епископ Приамурский и Благовещенский (1842– 1919)

Родился в семье священника Рязанской губ. После окончания Томских духовных училища и семинарии, а также Санкт-Петербургской духовной академии (1863) поступил в Алтайскую духовную миссию, где состоял учителем Улалинского миссионерского училища. Трудился в Забайкальской миссии (с 16.2.1874). Пострижен в монахи (30.11.1876). Возведен в сан игумена (1889) и архимандрита (1893). Миссионерское служение сочетал с преподавательской работой. Настоятель Томского Алексеевского монастыря (с 31.8.1898). Хиротонисан во епископа Приамурского и Благовещенского (9.2.1899). На покое (с 1900) проживал в одном из монастырей Таврической епархии. Принял схиму с именем Иоанн.

Литература

Алтайская церковная миссия. СПб., 1869.

Вениамин (Благонравов), архиепископ Иркутский. Письма... М., 1913.

Котяков А. Отчет о состоянии Благовещенской духовной миссии за 1900 г. Благовещенск, 1901.

Мануил (Лемешевский),митрополит. Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 г. В 6 т. Ирланген, 1979–1989.

Никольский А. Забайкальская духовная миссия (1681–1903): Очерк из истории православной миссии в Восточной Сибири. М.,1904.

Путинцев М. Алтай: Его святыни. Миссионерство. Дивные пути Промысла Божия в обращении язычников в христианство. Воспоминания о почивших миссионерах. Изд. 2. М., 1891.

Якутские архипастыри: Краткий перечень их назначения, служения и проч. Иркутск, 1902.

Иннокентий, архиепископ Ставропольский (Ястребов Илья Иванович) (1867– 1928)

Духовный писатель, воспитанник Казанской духовной академии, был в ней доцентом по кафедре калмыцкого языка. Пострижен в монахи (7.6.1902), рукоположен в иеродиакона (8.6.1902) и иеромонаха (9.6.1902), возведен в сан архимандрита (1905). За сочинение «Миссионер Высокопреосвященнейший Владимир, архиепископ Казанский и Свияжский», исследование по истории развития миссионерства в России получил степень магистра богословия. Хиротонисан во епископа Каневского, викария Киевского (26.6.1906). Ректор Киевской духовной академии. Епископ Полоцкий и Витебский (11.7.1914). Постоянно присутствующий в Св. Синоде (10.1.1915), председатель миссионерского совета при Св. Синоде (14.1.1915). Управлял на правах настоятеля Донским монастырем в Москве. Епископ Полоцкий и Витебский (сент. 1917 – 19 3.1913, сент. 1918–1922). С 1920 г. – архиепископ. Архиепископ Ставропольский (1926), архиепископ Астраханский (1927). Совместно с М.В. Бадмаевым составил букварь для калмыцких улусных школ, первоначальный учебник русского языка для калмыков и перевел на разговорный калмыцкий язык «Огласительное поучение Вениамина, архиепископа иркутского». Им написан труд об архимандрите Макарии, основателе Алтайской мисссии, а также специальное сочинение «Вопрос об устройстве и организации специальных образовательных заведений для приготовления миссионерства».

Погребен на кладбище Свято-Данилова монастыря.

Труды

Миссионер высокопреосв. Владимир, архиепископ Казанский и Свияжский: Исследование по истории развития миссионерства в России. Казань, 1898. (Магистер. соч.).

Процесс усвоения христианства алтайскими инородцами // Православный собеседник, 1899, апр.

Чествование памяти святителя Иннокентия миссионерскими курсами при Казанской академии Ц Православный собеседник, 1899, янв.

Литература

Библиографический указатель русских духовных писателей из монашествующих за 18-й, 19-й века и половину 20-го столетия / Сост. В. Волков. Загорск, 1961. Ч. 1.

Свт. Иннокентий, епископ Иркутский и Нерченский (Кульчицкий Иоанн) (1680– 1731)

Происходил из волынских дворян, которые в XVII в. из-за религиозных притеснений от католических польских властей переселились в Черниговскую губ. Здесь и родился будущий свт. Иннокентий, первый начальник Пекинской духовной миссии и духовный покровитель миссионеров Сибири. С 1695 по 1706 г. он обучался в Киевской духовной академии. В 1708 г. в Киево-Печерской Лавре был пострижен в монашество и рукоположен во иеромонаха. В 1710 г. о. Иннокентия пригласили в Московскую Славяно-греко-латинскую академию преподавать словесность, гомилетику, нравственное богословие, метафизику и философию. В 1719 г. иером. Иннокентий был вызван в Петербург и по указу Петра I назначен на корабль «Самсон», стоявший в Ревеле (Таллин), на должность обер-иеромонаха флота в финский город Або. Как старший иеромонах флота, он руководил всем духовенством, служившим на кораблях. С конца 1720 г. исполнял должность наместника Александро-Невской Лавры. В 1721 г. Св. Синод издал указ о назначении иеромонаха Иннокентия в Русскую духовную миссию в Пекине с возведением в сан епископа Переяславского, а 5 марта того же года состоялась его хиротония в Троицком соборе Лавры в присутствии императора Петра I.

История Православия в Китае началась после завоевания и освоения Сибири в конце XVI в. Русские первопроходцы расселялись по просторам Сибири, и к началу XVII в. возникла необходимость в создании Сибирской епархии с кафедрой в Тобольске. В 1650 г. казаки под водительством атамана Хабарова заняли китайский город Албазин на левом берегу реки Амур. Подойдя к городу с большим войском, китайцы в 1685 г. захватили его, убив при этом 150 казаков, а остальных числом около 300 человек с семьями взяли в плен и увели в Китай, где они приняли китайское подданство, и богдыхан Канси (1662–1722) разрешил им поселиться в Пекине. Это поселение православных русских казаков и положило начало Духовной миссии в Китае.

В апреле 1721 г. еп. Иннокентий, призванный к миссионерскому служению в

«Поднебесной» (как китайцы именуют свою страну), отправился к месту своего нового служения в сопровождении 12 священников и церковнослужителей. В марте 1722 г. он достиг Иркутска и, переправившись через Байкал, вынужден был остановиться в Троице-

Селенгинском монастыре, так как китайские власти воспрепятствовали въезду в свою столицу православного епископа. В течение трех лет свт. Иннокентий оставался здесь без всяких средств к существованию. Владыка сам шил и починял себе платье, писал иконы, исполнял разные монастырские работы и по своему виду не выделялся среди простых монахов. Проводя время в молитве и ежедневном богослужении, Святитель начал проповедь Евангелия среди язычников, бурят и других инородцев, кочевавших около Селен- гинска. Тех из них, кто уверовал, он сам крестил. Только в феврале 1725 г. Св. Синод своим указом определил Святителю выехать из Селенгинска в Иркутский Вознесенский монастырь. Два года спустя последовало его назначение правящим епископом новой

Иркутской епархии. Здесь свт. Иннокентий продолжил свое миссионерское служение.

Первой заботой его стало знакомство с епархией, состоянием паствы и духовенства, которые отнюдь не отличались благочестием и образованностью. Пришлось много потрудиться, чтобы исправить нравы местного населения и побудить людей к соблюдению заповедей и церковных правил. Среди духовенства обнаружилось немало безграмотных священников. Таковых свт. Иннокентий повелел обучать, но и примером своей жизни показывал им образец нравственности и благочестия. Он проповедовал во время церковных служб, устроил школу для подготовки священников. На его иждивение и его заботами в отдаленных сибирских городах и селах открывались новые церкви и монастыри. Свт. Иннокентий добивался устранения всяких злоупотреблений и незаконных поборов, которыми обкладывались монастыри и духовенство. Однако вместо поддержки эти действия встречали сопротивление со стороны местных властей.

Близость китайской границы, обширность и малонаселенность епархии, большое количество язычников из бурят, монголов и других народностей, бедность и бездорожье воздвигали огромные трудности для управления епархией и развития миссионерского служения. По недосмотру Сената и императрицы Екатерины I Святитель не получал жалования до самой смерти и терпел крайнюю нужду. На скудные средства, получаемые от Иркутского Вознесенского монастыря, содержались две школы, открытые при нем, – русская и монгольская. Свт. Иннокентий сам подбирал учителей для них и обеспечивал учеников книгами, одеждой, продовольствием. Его проповеди, пастырские послания и резолюции свидетельствовали о заботе, которую проявлял он к своей сибирской пастве и пастырям.

За великое смирение Бог дал Святителю особый духовный дар провидения. Так, в 1727 г. в результате засухи ожидали неурожай хлеба, который грозил голодом всему населению. Тогда в храмах Иркутска стали служить молебны о ниспослании дождя и акафист Божией Матери. «Моления, – предсказывал Святитель, – должны окончиться в Ильин день». И действительно, 20-го июля, в день празднования святого пророка Илии, в Иркутске разразилась буря с таким сильным дождем, что на улицах города вода стояла по колено.

При свт. Иннокентии началось строительство каменного храма в Вознесенском монастыре взамен старого, деревянного. Постепенно расширялись границы епархии. Народ и духовенство видели в своем архипастыре высокий пример христианской жизни и благочестия. Простота, общедоступность, кротость и смирение располагали к нему сибирский народ. Многие приходили к нему для исповеди и, покаявшись, исправляли свою греховную жизнь. Благодаря его проповеди тысячи язычников приняли Святое Крещение.

Однако многочисленные невзгоды и суровый климат подорвали слабое здоровье

Святителя. 27 ноября 1731г. свт. Иннокентий, которому только что исполнилось 50 лет, отошел от земных трудов и был погребен в пещере под деревянной церковью Тихвинской иконы Божией Матери. В 1764 г. во время ремонта церкви было обнаружено тело Святителя и его одежды, которые сохранились нетленными и прославились многими чудесами.

Свт. Иннокентий помогал не только жителям Иркутска, но и в отдаленных местах Сибири. В 1801 г. в царствование Императора Павла I Русская Церковь причислила свт. Иннокентия к лику святых с установлением празднования его памяти 26 ноября.

19 января 1805 г. его святые мощи были открыты и перенесены в соборную церковь Вознесенской обители.

Литература

Барсуков 3. Иннокентий святитель – первый Иркутский епископ. СПб., 1905.

Вениамин (Благонравов), архиепископ Иркутский. Забайкальская миссия. СПб., 1864.

Вениамин( Благонравов), архиепископ Иркутский. Забайкальская миссия: Письма из Посольского монастыря. СПб., 1865.

Жизнь святителя и чудотворца Иннокентия, первого епископа Иркутского. М., 1887.

Модест. Жизнь святителя Иннокентия. СПб., 1879.

Модест. Волыно-Почаевский Патерик М., 1888.

Никольский А. Забайкальская духовная миссия (1681–1903): Очерк из истории православной миссии в

Восточной Сибири. М., 1904.

Свт. Иннокентий, епископ Иркутский и Нерчинский (Неронович или Нерунович) (+1746)

Родился в Киеве. Окончил Киевскую духовную академию. Пострижен в монашество в Киево-Братском монастыре. В 1728 г. вызван в Москву преподавателем в Славяно-греколатинскую академию. В 1730 г. назначен префектом Московской духовной академии. 25 ноября 1732 г. хиротонисан во епископа Иркутского. В Сибири со времени его предшественника, свт. Иннокентия (Кульчицкого) обстановка мало изменилась: царили те же невежество, грубость и дикость, скудость средств и разбросанность церквей по огромной территории. Усилиями свт. Иннокентия стала развиваться миссионерская деятельность в Восточной Сибири. Большое внимание он уделял подготовке миссионеров-проповедников, которые должны были знать языки народов, среди которых проповедовали. Свт. Иннокентий проявлял заботу о создании школ для новокрещеных и о строительстве новых храмов.

Вместе с иркутским духовенством он крестил тысячи язычников, которых в народе именовали «неруновскими». Для них Владыка просил об установлении различных льгот. В Якутии им была открыта школа для детей духовенства. В удаленных частях огромной территории епархии было построено около 30 церквей.

Скончался свт. Иннокентий 26 июля 1746 г.

Литература

Иркутские епархиальные ведомости, 1865– 1871 гг.

Никольский А. Забайкальская духовная миссия (1681–1903): Очерк из истории православной миссии в Восточной Сибири. М., 1904.

Строев ПМ. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Иннокентий (Пустынский), архиепископ Туркестанский и Ташкентский (1868– 1937)

Жизненный путь будущего архиерея начался в глубине вологодских лесов, а пастырское и миссионерское служение проходило в Сан-Франциско, на Аляске, в Твери, в

Московском Кремле, Троице-Сергиевой Лавре, в Якутске, Ташкенте, Алма-Ате, Киеве,

Архангельске.

Родился 23 сентября 1868 г. Отец его служил пономарем Свято-Троицкой церкви в селе Пустынь. Рано лишился родителей, был пастушком. Грамоте его обучил местный священник о. Василий (Авдуевский), который и выхлопотал мальчику место в Вологодском духовном училище, собрав деньги на дорогу среди селян. В 1889 г. он окончил Вологодскую духовную семинарию, а в 1893 г. – Киевскую духовную академию со степенью кандидата богословия и был назначен псаломщиком в кафедральный собор г. Сан-Франциско в

Америке. По возвращении в Россию был пострижен в монашество и рукоположен в иеромонаха. В 1895 г. назначен помощником инспектора Новгородской духовной семинарии. В 1897 г. переведен помощником инспектора Московской духовной академии.

В 1900 г. за свой труд «Пастырское б о го словие в России за XIX в.» получил степень магистра богословия и был назначен ректором Тверской духовной семинарии. В начале

1903 г. – наместник Чудова монастыря в Москве. 14 декабря 1903 г. хиротонисан во епископа Аляскинского, первого викария Северо-Американской епархии. В 1909 г. назначен на кафедру епископа Якутского и Вилюйского, ав 1912 г. – епископа Туркестанского и Ташкентского. В 1916 г. возведен в сан архиепископа. В 1923 г. уволен на покой. Есть предположение, что в том же году Владыка уклонился в обновленчество.

Но оно опровергается свидетельством свт. Луки (Войно-Ясенецкого) в его книге воспоминаний «Я полюбил страдание...», в которой он пишет следующее о своей встрече с ним в Ташкенте: «Он (Владыка) взял меня под руку и повел на перрон, окружавший собор. Обойдя два раза вокруг собора, он сказал мне: “Доктор, вам надо быть священником!» У меня не было и мысли о священстве, но слова Преосвященного Иннокентия я принял как Божий призыв архиерейскими устами и, ни минуты не размышляя, ответил: “Хорошо, Владыка! Буду священником, если это угодно Богу!» Надо сказать, в ту пору террор и репрессии заставляли многих священников покидать свои приходы, отказываться от церковного служения. И в такой обстановке владыка Иннокентий делает ставку на людей твердой веры – таких как Войно-Ясенецкий, известный врач и ученый. Он сам и рукоположил его во иерея. Священники твердой веры были нужны прежде всего для того, чтобы удержать паству от раскола, который раздирал Церковь. О тех же днях свт. Лука вспоминает: «Вскоре произошло восстание против Патриарха Тихона московских и петроградских священников... По всей России произошло разделение духовенства на стойких и крепких духом и на малодушных, неверных или не разбиравшихся в бурных церковных событиях... Отозвался раскол и у нас в Ташкентской епархии. Архиепископ Иннокентий, крайне редко сам проповедовавший, выступил со смелой, сильной проповедью о том, что в Церкви бунт и что необходимо сохранять верность Церкви Православной и Патриарху Тихону и не входить ни в какие сношения с “живоцерковным» епископом, приезда которого ожидали».

14 марта 1933 г. Владыка был арестован по обвинению в «несогласии с политикой советской власти по отношению к Церкви», приговорен к расстрелу и принял мученическую кончину.

Труды

Пастырское богословие в России за XIX век. Сергиев Посад, 1889.

Два пути // Богословский вестник, 1897, окт.

Дары земные небесному жителю // Богословский вестник, 1897, нояб.

Многое единое // Богословский вестник, 1898, окт.

Три искушения: Речь. Тверь, 1901.

Литература

Святитель Лука Крымский ( Войно-Ясенецкий). Я полюбил страдание: Автобиография. М., 2001.

Библиографический указатель русских духовных писателей из монашествующих за 18-й, 19-й века и половину

20-го столетия / Сост. В. Волков. Загорск, 1961.4.1.

Иннокентий, архиепископ Бийский и Алтайский (Соколов Константин) (1846– 1937)

Родился 13 февраля 1846 г. в Московской епархии. В 1867 г. окончил Московскую духовную семинарию и назначен учителем Перервинского духовного училища. В 1871 г. получил назначение в Алтайскую духовную миссию. 8 сентября 1873 г. был рукоположен во священника. В 1890 г. назначен благочинным миссионерских церквей на Алтае.

В 1897 г. возведен в сан протоиерея. 2 февраля 1902 г. пострижен в монашество с возведением в сан архимандрита и назначен помощником начальника Алтайской миссии.

3 апреля 1905 г. была совершена хиротония архим. Иннокентия во епископа Бийского, викария Томской епархии. Чин хиротонии совершали еп. Макарий Томский и еп. Макарий Якутский в Томском кафедральном соборе.

23 мая того же года еп. Иннокентий был назначен начальником Алтайской духовной миссии. С 1919 по 1924 г. – архиепископ Бийский и Алтайский.

Свт. Иннокентий начал свою миссионерскую деятельность с рядового сотрудника

Алтайской миссии и закончил архиепископом, прожив здесь в общей сложности более

50 лет, и заслуженно почитается как просветитель Алтая.

Скончался 14 августа 1937 г. под Москвой, близ станции Немчиновка Белорусской железной дороги на квартире у своего сына прот. Николая Соколова. Погребен на кладбище близ станции Немчиновка.

Труды

Алтайская духовная миссия в 1907 году. СПб., 1907.

Замечательные случаи проявления Промысла Божия на Алтае, бывшие со времени основания Алтайской миссии до настоящих дней. Томск, 1912.

Отчет об Алтайской миссии за 1908 год. Томск, 1909.

Отчет об Алтайской миссии за 1909 год. Томск, 19Ю.

Отчет об Алтайской миссии за 1910 год. Томск, 1911.

Отчет об Алтайской миссии за 1911 год / (на русском и алтайском языках). Томск, 1912.

Поездка по станам миссии в 1909 году епископа Бийского Иннокентия. Томск, 1910.

Литература

Макарова-Мирская А Апостолы Алтая: Сб. рассказов из жизни алтайских миссионеров. М., 1997.

Макарова-Мирская А И. Лето на Алтае. Харьков, 1913.

Празднование 40-летия миссионерского служения Преосвященнейшего Иннокентия, епископа Бийского (на русском языке). Томск, 1911.

Свт. Иоанн, архиепископ Сан-Францисский, (Максимович Михаил) (1896– 1966)

Родился в Харьковской губернии 4 июля 1896 г. у благочестивых дворян Бориса и

Глафиры Максимовичей. Уже с детства в юном Михаиле чувствовалось какое-то о собое стремление к святости, подобное тому, какое было у его дальнего родственника – выдающегося и прославленного сибирского миссионера свт. Иоанна, митр. Тобольского.

Болезненный мальчик превращал игрушечных солдатиков в монахов, а крепости – в монастыри. Святогорский монастырь, расположенный недалеко от имения Максимовичей, располагал молодого Михаила к вдумчивому отношению к жизни. Под влиянием отрока Михаила инославная гувернантка приняла Православие.

В 1914 г. он окончил Полтавский кадетский корпус и поступил в Харьковский императорский университет на юридический факультет. Помимо учебы уделял время изучению житий святых и духовной литературе. Харьковская церковная жизнь содействовала духовному возрастанию Михаила. В усыпальнице харьковского собора почивали мощи чудотворца архиеп. Мелетия (Леонтовича), который проводил ночи в молитве, стоя с поднятыми руками. Михаил начал подражать ему в подвиге ночного бодрствования и постепенно у него стало созревать желание всецело посвятить себя Богу.

В конце гражданской войны Михаил со своей семьей эвакуировался в Югославию, где поступил на богословский факультет Белградского университета. По окончании его в 1925 г. митр. Антоний (Храповицкий), основатель Русской Зарубежной Церкви, приблизил его к себе. В 1926 г. он постриг Михаила в монахи с именем Иоанн (в честь свт. Иоанна Тобольского) и вскоре посвятил в иеродиаконы. На праздник Введения во

Храм Пресвятой Богородицы инок Иоанн стал иеромонахом. В 1929 г. он начал преподавать в сербской гимназии и быстро завоевал любовь учащихся своим умением вдохновлять их высокими христианскими идеалами.

В этот период по просьбе местных греков и македонян он начал служить для них на греческом языке. Подобно св. прав. Иоанну Кронштадтскому, Владыка ежедневно служил

Литургию, которая давала ему большую духовную силу, согревающую в нем любовь к Богу и людям. Иером. Иоанн стал посещать больницы и отыскивать больных, нуждающихся в молитве, утешении и причащении.

В мае 1934 г. состоялась его хиротония во епископа для Шанхайской епархии. По прибытии к месту служения, в Шанхай, Владыка взялся за восстановление церковного единства, установив связь с местными православными сербами, греками и украинцами.

В это же время он занялся построением огромного собора в честь иконы Богоматери

«Споручницы грешных», который был закончен вместе с трехэтажным приходским домом и колокольней. Владыка принимал самое живое участие в устроении госпиталей и приютов, а также во многих общественных начинаниях русского Шанхая. Чтобы избежать мирской славы и людских похвал, он иногда притворялся юродивым. Часто ходил босиком даже в самые холодные дни, ел однажды в день, а в посты питался лишь просфорой. Знакомых больных Владыка ежедневно посещал со Св. Дарами. Он обладал прозорливостью и даром сильной молитвы. Описано множество случаев чудесной помощи по молитвам Владыки Иоанна.

Некая прихожанка в 1939 г. по причине постигших ее испытаний стала терять веру. Однажды, войдя в храм, когда Владыка служил Литургию, она увидела, как во время пресуществления Св. Даров огонек в виде большого тюльпана опустился в Чашу. После этого чуда вера вернулась к ней и она стала каяться в своем малодушии.

Однажды от постоянного стояния нога Владыки сильно распухла и врачи, опасаясь гангрены, предписали ему лечь в госпиталь. После долгих уговоров Владыка, наконец, лег в русскую больницу, но в первый же вечер тайно сбежал в собор и отслужил всенощное бдение. Через день опухоль бесследно прошла.

Владыка посещал тюрьмы и служил Литургию для арестантов. Нередко при виде Владыки душевнобольные успокаивались и с благоговением причащались. Однажды его пригласили причастить умирающего в русской больнице в Шанхае. Владыка взял с собой священника. В больнице он увидел молодого жизнерадостного 20-летнего человека, играющего на гармошке. Этого юношу должны были выписать из больницы на следующий день. Владыка Иоанн подозвал его со словами: «Хочу сейчас тебя причастить». Молодой человек тут же исповедался и причастился. Изумленный священник спросил Владыку, почему он не пошел к умирающему, а задержался с очевидно здоровым молодым человеком.

Владыка ответил: «Он умрет сегодня ночью, а тот, который тяжело болен, будет жить еще много лет». Так и произошло.

С приходом к власти коммунистов русские эмигранты бежали из Китая на Филиппинские острова. Пять тысяч беженцев находились на острове Тубабао. Владыка ежедневно обходил остров и своими молитвами и крестным знамением ограждал остров от сезонных тайфунов. Это признавали и сами филиппинцы. По ходатайству Владыки в Вашингтоне изменили закон о русских беженцах, благодаря чему многие русские были допущены в США.

В 1951 г. Владыка возглавил Западноевропейскую епархию с кафедрой в Париже. Он приложил много усилий, чтобы присоединить к Зарубежной Церкви приходы Французской

Православной Церкви, и помог создать Голландскую Православную Церковь. Владыка обратил внимание на существование древних местных святых, дотоле неизвестных Православной Церкви. По его инициативе Синод вынес резолюцию о почитании ряда святых, живших на Западе до разделения церквей в 1054 г. Он постоянно разъезжал по Европе и служил Литургии то по-французски, то по-голландски, а позднее – по-английски.

Многие его почитали как бессребреника-целителя. В ответ на настойчивую просьбу тысяч русских прихожан в Сан-Франциско Св. Синод назначил архиеп. Иоанна на Сан-

Францисскую кафедру для восстановления мира и окончания постройки собора. Владыка прибыл сюда осенью 1962 г. Вскоре мир был восстановлен и построен величественный собор в честь Божией Матери «Всех скорбящих радость», украшенный золотыми куполами.

Последние годы Владыки были наполнены горечью клеветы и преследований.

Несколько человек утверждают, что он знал о времени и месте своей кончины. 19 июня 1966 г. Владыка сопроводил чудотворную икону Курско-Коренную в Сиэтл, отслужил

Божественную Литургию и остался в алтаре наедине с иконой. Спустя несколько часов, молясь перед чудотворной иконой Знамения Божией Матери, он оставил земной мир.

Литература

Архиепископ Иоанн (Максимович), архипастырь, молитвенник, подвижник. Сан-Франциско, Калифорния, 1991.

Блаженный Иоанн Максимович. Платина, Калифорния, 1971.

Блаженный Святитель Иоанн Чудотворец: Предварительные сведения о жизни и чудесах архиепископа Иоанна (Максимовича). Богословские труды / Сост. Серафим (Роуз), иеромонах, Герман ( Подмошенский), игумен. Пер. с англ., доп. М., 2003.

Летопись почитания архиепископа Иоанна (Максимовича). Платина, Калифорния, 1980.

Иоанн, архиепископ Сан-Францисский (Шаховской Дмитрий Алексеевич) (1902– 1989)

Родился в Москве. Учился в Императорском Александровском лицее в России, а затем за границей – в Лувенском университете. Эмигрировал из России в 1920 г. Студентом издавал журнал «Благонамеренный» (1926). Постриг в монашество с именем Иоанн принял на святой Горе Афон 5 сентября 1926 г. В 1927 г. состоялась его иерейская хиротония в г. Белая Церковь (Югославия). В 1926 г. был направлен в Богословский институт прп. Сергия в Париже. В 1932 г. назначен настоятелем Свято-Владимирского храма в Берлине, где прослужил до 1945 г. До начала войны совершил несколько миссионерских путешествий по странам Европы. В эти годы активно занимается литературной и издательской деятельностью. Особое место в ней принадлежит изданию журнала «За Церковь», который выходил в Берлине с 1932 по 1936 г. На территории Германии оказались сотни тысяч русских военнопленных, среди которых о. Иоанн организовал миссионерскую работу. Все изданные им в Германии книги, включая

Библию, были конфискованы властями.

По окончании войны архим. Иоанн переезжает в Париж, а в 1946 г. – в Соединенные

Штаты Америки. Здесь в 1947 г. состоялась его хиротония во епископа Бруклинского, а в 1950 г. он возводится в сан архиепископа Сан-Францисского.

Свое миссионерское служение Владыка Иоанн начал в довоенной Германии, а затем уже в сане епископа продолжил в США Он известен как автор множества богословских трудов, радиобесед по «Голосу Америки» и проповедей, которые издавались на многих языках народов мира. Он был активным общественным деятелем русского зарубежья и видным участником экуменического движения.

Свидетельство Владыки Иоанна о своей жизни (беседа на волнах «Голоса Америки»)

О себе я до сих пор ничего не говорил, не считал это важным. Важным для меня было и остается служить Слову Божиему и тем душам, которые хотят слышать его истину, слышать о высшем достоинстве человека. Но некоторые из вас, слушатели мои, стало мне известно, задают себе вопрос: кто же этот архиепископ Иоанн Сан-Францисский, говорящий по-русски из Америки? Я хотел бы ответить. Несколько слов о себе я скажу сегодня и в следующий раз. Я принадлежу к Русской православной американской церкви и занимаю ту архиерейскую кафедру в Сан-Франциско, которую занимал полвека тому назад преосвященный Тихон, еп. Сан-Францисский, ставший потом Патриархом Московским и всея Руси. Происхождения я русского. Родился я 23 августа 1902 г. в Москве, в Леонтьевском переулке, и в святом Крещении был назван Дмитрием. В Москве, а также в Веневском уезде Тульской губернии прошло мое раннее детство. Отца моего звали Алексей Николаевич Шаховской. Он скончался под Москвой в 1921 г. Мать моя, Анна Леонидовна Шаховская, выехала из России в 1919 г. и дожила до 91 года, скончавшись в Калифорнии в 1963 г. Между прочим, дедом ее матери был зодчий Росси, строитель петербургский.

Я учился во время Первой мировой войны в Александровском лицее, в Петрограде. А из России (Крыма) я отплыл в странствия по миру летом 1920 г. Учился потом в Париже и в Бельгии, в Лувенском университете. В середине 20-х гг. стал я литератором и сотрудничал в разных русских журналах и изданиях в Европе, в области чисто литературной и поэтической. В 1926 г. в Бельгии под моей редакцией вышло два тома толстого журнала русской литературной культуры, сотрудниками которого были Иван Бунин, Алексей Ремизов, Марина Цветаева, Владислав Ходасевич, известный литературный критик проф. Лондонского университета Дмитрий Святополк-Мирский, вернувшийся потом в Россию из эмиграции, очутившийся в концлагере и умерший там. Поэты из Гумилевского цеха поэтов Георгий Адамович, Георгий Иванов, Ирина Одоевцева; литературоведы: Модест Гофман, проф. Мочульский и ряд других.

А после этого Господь привел меня к служению Ему. И в день своего 24-летия (23 августа по старому стилю) в Пантелеймоновском русском монастыре на Горе Афон в Греции я принял иноческий постриг. Мне было тогда и дано то имя, которое я сейчас ношу, Иоанн в честь апостола любви Иоанна Богослова. С того дня прошло ровно 36 лет. И не могу не свидетельствовать, братья и сестры, что мне открылась реальность и спасительность Божественной жизни, сошедшей в мир во Христе, открылась Божия близость к людям. И вот о Боге и о вечной жизни я говорю теперь с просторов Америки, с просторов ее свободного слова во все просторы мира... Не нам, не нам, а Имени Твоему, Господи, дай славу!

Оглядываясь на свое детство, я вижу лишь сияние детского счастья, как первая милость Божия на земле. Господь даровал мне любящих, добрых, заботливых, жертвенных родителей, одновременно дававших полную свободу моему внутреннему развитию. Первым детским молитвам моим на коленях в кроватке перед образом Спасителя научила меня мать. И через все испытания юности моей эта вера прошла и осталась неразрушимой. Я никогда в жизни не сомневался в бытии Господа Бога. Через всю жизнь проходит мое призывание, иногда совершенно краткое, Его Имени. Но Церковь я знал более внешне, чем внутренне, и жил в юности своей не по-христиански, не дышал Божией правдой, а миром и его интересами... Господь меня привлек к Себе только одной Любовью. В свете ее побледнела и исчезла всякая иная любовь. Во внешнем мире все благоприятствовало мне и открывало свои перспективы. Но Господь стал открывать моим внутренним очам Свой небесный и земной мир, и очи мои стали открываться к видениям и постижениям духа. Сокровенный сердца человек, о котором говорит апостол Петр, в нетленной красоте своей оказался для меня гораздо значительнее всех ценностей и всех радостей земли. Теперь я понимаю, что это было ПРИЗВАНИЕ, призыв воли моей на служение воле Божией...

Я полюбил сущность Церкви, ее мудрость, ее единство во всех народах, культурах и веках, несмотря на многие ее формы. К Слову Божию у меня появилось в это время глубокое личное чувство: я понял, что Евангелие не есть только идеальная истина для всего мира, но и личное, всякий раз неповторимое слово, письмо Бога ко всякому человеку в мире, письмо, прочитываемое человеком лишь в меру его духовного сознания.

После трех лет жизни и работы в университете старинного бельгийского города

Лувена, пройдя курс исторического отделения философско-словесного факультета, я всецело занялся художественной литературой.

Далее следовало учение в Свято-Сергиевской духовной академии в Париже и рукоположение меня митрополитом Евлогием во иеродиакона, начало предстояния

Божиему Престолу. Потом я поехал в Югославию по вызову моего старца, епископа

Вениамина, недавно скончавшегося в Псково-Печерском монастыре. Рукоположение в священный сан и законоучительство, преподавание на пастырских курсах и первое

4-летнее пастырство, настоятельство в русском приходе в г. Белой Церкви, недалеко от Белграда. После 4-летнего служения в Югославии был недолгий пастырский труд во Франции. И в начале 1932 г., за год до нацизма, я получил назначение в Берлин. Там и протекла главная часть моего европейского пастырского служения – с 1932 по 1945 г.

Мой берлинский приход св. кн. Владимира был не только местом моей службы, но опять стал центром работы печатной, миссионерской и благовестнической. За эти годы пришлось издать много книг и посетить все, кроме Албании, страны Европы со словом благовествования людям русского рассеяния. Особенно утешительными и плодотворными были мои лекционные поездки в Латвию, Эстонию и Финляндию, где оставалось коренное русское население. Оттуда с пограничной вышки, около древнего Изборска, я видел русские поля. Не думалось тогда, в начале 30-х гг., что через 10 лет придется встретить тысячи русских людей в своей берлинской церкви. Но прошли и эти незабываемые годы встречи с русским народом. Мы увидели, что, несмотря на отпадение многих, Русь остается такой же, какой была тысячелетие, крещенной, к Богу стремящейся, веру в сердце носящей... Бессильными оказались попытки воинствующего неверия ответить на духовную алчбу русского народа. Хотя я не был допускаем германскими властями в бесчисленные лагеря рабочих с Востока, как их называли там, а так хотелось именно туда прийти со словом поддержки и утешения, но сами они, эти русские люди с голубым значком 05Т (Восток), молодые, старые, когда только могли, перелезая через ограду лагеря, устремлялись в наши церковки, затерянные среди недружелюбного и холодного города, оглушаемые воем сирен и апокалиптическим громом разрывающихся бомб. В январе 1943 г. после обыска у меня гестапо реквизировало мой склад Библий, Евангелия и духовных книг. Я был лишен права передвижения.

Жизнь в Берлине многое открыла опыту моего пастырства и человечества. Я видел, как воздвигалась одна из больших человеческих вавилонских башен лжекультуры, как возносилась гордыня одного человека и одного народа над всем миром и человечеством, как укреплялась она попранием Божеских непреложных законов человечности и провозглашала войну против Слова Божия и как со страшной силой она, гордыня эта, низринулась в бездну. «И один сильный ангел взял камень, подобный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, великий город»

(Откр. 18: 21).

Это все я видел своими глазами и вместе со многими прошел через сень смертную, через ежедневно-еженощное умирание. Видел чудесные пути спасения своего и многих людей, спасения духовного и физического, и путь преображения человеческих жизней.

Видел и знаю, что правда Христова – единый хозяин мира, а все остальные лишь временные его правители.

Беседы и проповеди на волнах «Голоса Америки» для России

Каждый воскресный день с начала 50-х гг. я имел радость входить словом своим во многие дома и корабли мира, где понятно русское слово и слух человека открывается к великой истине о Боге, Отце людей, и о живой бессмертной человеческой душе.

Чтобы услышать это слово, недостаточно только включить радио, надо открыть сердце свое, внутренний слух души. Я говорю о высших мотивировках жизни и о самых глубоких основах культуры. Цель моих бесед – делиться многими свидетельствами познания настоящей реальности жизни, опытом всечеловеческой культуры.

Труды

Церковь и мир: Очерки. Белая Церковь, 1929.

Слава Воскресения. Белая Церковь, 1930.

Почему я ушел из юрисдикции митрополита Антония. Париж, 1931.

Белое иночество. Берлин, 1932.

О перевоплощении: Диалог. Брюссель, 1932. Париж; 1938.

Притча о неправедном богатстве (стенографическая запись лекции). Берлин, 1932.

Возможно ли братство религий? Париж, 1934.

Иудейство и церковь по учению Евангелия. Берлин, 1934.

Воля Божия и воля человеческая. Берлин, 1937.

Путь на север. Берлин, 1938.

Философия православного пастырства. Берлин, 1938. Переиздание – СПб., 1996.

О прославлении отца Иоанна Кронштадтского. Берлин, 1938.

Испанские письма. Берлин, 1939.

Толстой и Церковь. Берлин, 1939.

Слово при наречении во епископа Бруклинского. Нью-Йорк, 1947.

Человек и страх. Нью-Йорк, 1948.

Епископы, священники, миряне. Нью-Йорк, 1948.

Пути Американской митрополии (К трехлетию 7-го Собора: Итоги, выводы, перспективы). Нью-Йорк, 1949.

Десять слов о вере. Буэнос-Айрес, 1950.

Время веры. Нью-Йорк, 1954.

Вера и ответственность. Нью-Йорк, 1954. русская Церковь в СССР. Нью-Йорк, 1956.

Письма о вечном и временном. Нью-Йорк, 1960.

Письма к верующим. Сан-Франциско, 1962.

Листья древа. Нью-Йорк, 1963.

Православие в Америке. Нью-Йорк, 1963.

Книга свидетельств. Нью-Йорк, 1965.

Диалог с церковной Россией. Париж, 1967.

Утверждение поместной Церкви. Нью-Йорк, 1971.

Биография юности: Установление единства. Париж, 1977.

Избранное. / Сост. ЮЛинник Петрозаводск, 1992.

Апокалипсис мелкого греха. СПб., 1997.

Беседы с русским народом (по материалам книги «Время веры»), М., 1998.

Избранное: В 2 т. Нижний Новгород, 1999.

О тайне человеческой жизни. М., 1999.

Ряд произведений архиепископа Иоанна переведены на английский, немецкий, сербский и японский языки.

Orthodoxia: 1986–1987. Regentsburg, 1988.

Литература

Линник ЮВ. Философ будущего // Архиепископ Иоанн Сан-Францисский. Избранное / Сост. Ю. Линник

Петрозаводск, 1992.

Шкаровский М. В. Нацистская Германия и Православная Церковь (нацистская политика в отношении

Православной Церкви и религиозное возрождение на территории СССР). М., 2002. С. 513–514.

Иоасаф, епископ Кадьякский (Болотов Иоанн Ильич) ( 1761– 1799)

Родился 22 января 1761 г. в семье священника села Стражново, Кашинского уезда.

Обучался в Тверской и Ярославской семинариях. По окончании курса был учителем Угличского духовного училища. В 1786 г. пострижен в монашество в Толгском монастыре под Ярославлем и вскоре же рукоположен во иеромонаха. В 1794 г. в сане архимандрита был назначен начальником Православной духовной миссии на Аляску и в составе восьми монахов Валаамского монастыря отправился через Сибирь, а затем от Охотска через Тихий океан на остров Кадьяк, который был в то время столицей Русской Америки и административным центром Российско- американской кампании.

19 июля 1796 г. с учреждением Кадъякского викариатства был избран кандидатом во епископа. 10 апреля 1799 г. архим. Иоасаф был хиротонисан в Иркутске во епископа Кадьякского и стал первым православным архиереем, направленным в Америку. Но крушение судна «Феникс», на котором плыл свт. Иоасаф с сопровождавшей его свитой, весной 1799 г. трагически оборвало успешно начатое под его руководством миссионерское служение по просвещению коренных народов Аляски и Алеутских островов – алеутов, эскимосов и индейцев-тлинкитов.

Известен как начальник Кадъякской духовной миссии на Аляске, которая положила начало просвещения коренных народов Аляски, и первый православный епископ в Америке.

Труды

Топографическое, климатическое, статистическое и нравственное описание острова Кадьяка // Друг просвещения, 1805, октябрь.

Литература

Евгений (Болховитинов), митр. Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина

Греко-Российской Церкви. М., 1995.

Знаменский ПВ. История Русской Церкви. М., 2000.

Пежемский Ф. Епископ Кадьякский Иоасаф Болотов // Странник, 1862, кн. 6.

Строев ПМ. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Толстой МВ. История Русской Церкви. М., 1991–

Филарет (Гумилевский), архиеп. Черниговский. История Русской Церкви. Т. 1–5. М., 1888.

Свт. Иоасаф, епископ Белгородский и Обоянский (Горленко Иоаким Андреевич) (1705– 1754)

Родился 8 сентября 1705 г., в праздник Рождества Пресвятой Богородицы, в г. Прилуки Полтавской губ. в семье полковника Андрея Дмитриевича и Марии Даниловны Горленко. Образование получил в Киево-Братском училище. Родители мечтали, что сын их пойдет по стопам отца и будет военным. Но Господь готовил ему другой путь. Когда мальчику исполнилось 8 лет, отцу его было видение: при заходе солнца на воздухе он увидел Богоматерь, а пред Нею сына своего Иоакима в молитвенном положении, припадающего к Ее стопам. «Довлеет мне молитва твоя», – говорила ему Богоматерь, а в это время слетел с горней высоты Ангел и одел святительскою мантией коленопреклоненного отрока. Из этого видения отец понял, что его сыну готовится поприще воина духовного.

В 1712 г. Иоакима отдали в Киевскую духовную академию. Посещения Киево-Печерской

Лавры пробудили в мальчике желание стать иноком. Семь лет будущий Святитель испытывал себя и, утвердившись, попросил у родителей благословения на постриг. Отец строго отказал и, чтобы наблюдать за сыном, приставил к нему слугу. В 1725 г. тайно от родителей Иоаким принял рясофор с именем Иларион в Киевском Межигорском монастыре. Отец и мать смирились и послали ему свое благословение. 21 ноября 1727 г. в Киево-Братском монастыре он принял монашество с именем Иоасаф. Через год он был хиротонисан архиеп. Киевским Варлаамом (Вонатовичем) в сан иеродиакона, а в ноябре 1734 г. – во иеромонаха. Вскоре был переведен из Братского монастыря в Киево-Софийский архиерейский дом и назначен членом Киевской духовной консистории. Деятельность св. Иоасафа в консистории явилась для него хорошей школой: он узнал нужды священнослужителей.

24 июня 1737 г. иером. Иоасаф был назначен настоятелем Свято-Преображенского

Мгарского монастыря в г. Лубны с возведением в сан игумена. Здесь он без устали трудился над благоустройством обители, которая была оплотом Православия в борьбе с унией. В 1744 г. митр. Рафаил возвел игумена Иоасафа в сан архимандрита. В конце того же года его вызвали в Москву, где он получил назначение наместником Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Лавра представляла в то время обширное владение, которое объединяло 15 монастырей и 80 сел. Управление им требовало от наместника умелой организации. Под началом архим. Иоасафа находилась и знаменитая Троицкая семинария.

В мае 1746 г. сильный пожар истребил почти всю обитель. Новый наместник должен был восстановить и фактически заново отстроить надвратную церковь Рождества Предтечи, Патриаршие покои, монашеские келии, храм Успения и Трапезную церковь. Начато было строительство колокольни и Смоленской церкви. И все это за три года.

2 июня 1748 г. в Петропавловском соборе Петербурга архим. Иоасаф был хиротонисан во епископа Белгородского. Епархия занимала территорию трех губерний – Воронежской, Харьковской и Курской. В ней насчитывалось 38 городов и свыше 1000 приходов. Южные пределы епархии заселены были служилыми людьми, малороссами, бежавшими от польского гнета, а также выходцами из балканских стран. Здесь царили неустроенность и беспорядочность общественной и церковной жизни, грубые нравы, невежество. Повсюду распространены были нелепые суеверия, волшебство, колдовство. Дворяне были заражены вольнодумством. Духовенство мало отличалось от паствы.

От Святителя потребовалось, чтобы не только в Белгороде, но и во всем крае на место невежества, дикости и суеверия водворились благочестие и высокая нравственность.

Необходимо было следить за правильностью совершения Богослужения, за состоянием храмов, для чего Святитель ежегодно сам объезжал епархию. Однажды он увидел во сне, что в притворе какой-то церкви на груде мусора находится икона Пречистой Божией

Матери, и услышал голос: «Образ Мой предназначен быть источником благодати, а его выбросили в мусор!» Икону Пресвятой Богородицы, именуемую Песчанской, которую

Святитель нашел в Вознесенской церкви в предместье города Изюма – Замостье, он приказал поставить в храме и долго молился перед ней.

Как-то на собрании духовенства Святитель заметил очень старого священника

(130-ти лет) и из беседы с ним узнал, что причиной столь большого долголетия является нераскаянный грех: местный помещик опоздал к Литургии и заставил священника совершить ее вторично, что святыми канонами запрещено. После первого же возгласа священник услышал: «Не дерзай, проклят будешь!» В исступлении несчастный сказал:

«Сам ты проклят!» – и продолжил Литургию. Святитель ужаснулся и сказал: «Ты проклял

Ангела Хранителя святого места, которые всегда находятся в тех местах, где стоят церкви, и это причина твоего долголетия». Святитель взял походную церковь и отправился с покаявшимся священником в поле, на место бывшей церкви, благословил его отслужить Литургию и во время ее совершения усердно молился, преклонив колени. По окончании Литургии священник прочитал после отпуста молитву праведного Симеона Богоприимца. Затем Святитель благословил его и сказал: «Прощаю и разрешаю тя от всех твоих грехов». Примиренный с Богом и совестью, старец припал к подножию престола и скончался.

Однажды в комнате одного священника Святитель почувствовал неизъяснимый трепет.

На полке между цветочными горшками он нашел в бумажке святые запасные Дары.

Коленопреклоненно всю ночь он молился перед святыней, а утром лишил недостойного пастыря сана.

Белгородская епархия была очень обширная, в ней насчитывалось до 1060 церквей.

В первый же год своего епископского служения Иоасаф предпринял поездку по епархии и затем ежегодно совершал такие поездки. Строгость архипастыря сочеталась с пастырской любовью, с заботливостью о нуждах духовенства, с горячим желанием защищать его от произвола различных светских лиц. С великим милосердием он относился ко всем страждущим, притесняемым и нищим, которые имели свободный доступ к

Святителю и могли в любое время приходить к нему и находить в нем отца, заступника и благодетеля. Все доходы с вотчин архиерейского дома Святитель употреблял на помощь неимущим. Милостыню он любил творить втайне. Делалось это так. Перед церковными праздниками он посылал своего преданного келейника в жилища бедных с подаянием, деньгами и одеждою. Этому келейнику он давал указание положить дар у окна или порога, три раза стукнуть в стену для привлечения внимания хозяев, самому же поспешно удалиться. Предание уверяет, что Святитель сам под покровом ночи любил разносить подаяние бедным. Он сам покупал и колол дрова для бедных вдов и сирот. Постоянно кормил бедняков, посылал пищу заключенным в тюрьмах.

Сострадательный и милосердный к другим, Святитель был очень строг к себе. В келейной своей жизни он сохранил нищету инока. Он был настолько нестяжателен в жизни, что по его кончине у него было найдено лишь несколько медных монет, и погребение, по разрешению Св. Синода, пришлось совершить на запасные суммы архиерейского дома. Свт. Иоасаф был аскетом и молитвенником. Большое распространение среди верующих получила составленная им молитва, которую он читал каждый час и то же советовал делать другим: «Буди благословен день и час, вонь же Господь мой Иисус Христос мене ради родися, распятие претерпе и смертию пострада. О Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, в час смерти моея приими раба Твоего, в странствии суща, молитвами Пречистыя Твоея Матери и всех святых Твоих, яко благословен еси во веки веков. Аминь».

Усиленные подвиги в юности надломили здоровье Святителя. Как он сам говорил на одре болезни: «Излишняя святость в начале не дает мне ныне веку дожить».

Чувствуя приближение кончины, Святитель испросил разрешения Св. Синода навестить своих родителей. 29 мая 1754 г. он отслужил в Белгороде последнюю литургию, просил у всех прощения и сам всех простил и разрешил от епитимий и наказаний. Он ясно говорил, что Белгорода он уже более не увидит, и дал указание, чтобы для него готовили место упокоения.

В июле Святитель в последний раз посетил родительский дом. Выйдя из экипажа, он поклонился отцу в ноги. Узнав, что храм, строившийся родственниками, не завершен, он заставил брата поспешить и достроить придел. Распорядился, чтобы просфоры выпекали только из белой муки. Затем посетил Мгарский монастырь и отправился в обратный путь, но до кафедрального города не доехал. Изнемогая от болезни, он остановился в загородном архиерейском имении Грайворон. На смертном ложе он предсказал своему келейнику Василию, что он будет диаконом, а священником не станет. Так и случилось. После соборования, исповеди и причащения Святых Христовых Таин 10 декабря 1754 г. свт. Иоасаф скончался. Его тело было привезено в Белгород и оставалось непогребенным до середины февраля 1755 г., так как назначенный на погребение Святителя преосвященный Иоанн Переяславский задержался в пути из-за разлива рек За это время тело почившего Святителя не потеряло обычного своего цвета и вида. 23 февраля 1755 г. было совершено погребение свт. Иоасафа. Через два года его тело и одежды были найдены нетленными, несмотря на сырость в склепе. С этого времени началось благоговейное почитание епископа Иоасафа. Все притекавшие к его гробу получали по вере своей исцеления. По ходатайству Питирима, епископа Курского, через 156 лет после кончины свт. Иоасаф был причислен к лику святых. 4 сентября 1911 г. было совершено общероссийское прославление свт. Иоасафа, на котором присутствовала св. прмц. вел. кн. Елисавета Феодоровна.

Свт. Иоасаф оставил православным людям написанную им краткую автобиографию «Путешествие в мире грешника Иоасафа Горленко».

Литература

Большаков Н. Житие и чудеса св. Иоасафа, епископа Белгородского. СПб., 1909.

Булгаков С. Благодатная личность святителя-молитвенника Иоасафа и назидательное значение ее для нашего времени. Курск, 1913.

Квитка Г. Краткое описание жизни преосвящ. Иоасафа (Горленко), Белгородского чудотворца. Курск, 1911.

Никодим, епископ. Иоасаф св. и чудотворец, еп. Белгородский (его жизнь, прославление и чудеса). Курск, 1914.

Поселянин Е. Русская Церковь и русские подвижники 18 в. СПб., 1905.

Сказание о Песчанской чудотворной иконе Богоматери. Харьков, 1883.

Иоасаф, епископ Кексгольмский и Ладожский (Хотунцевский / Хотуневич) (+1759)

Родился в Малороссии. Окончил Киевскую духовную семинарию и был пострижен в монашество. С 1739 г. в сане иеродиакона, а затем в сане иеромонаха был проповедником в Московской Славяно-греко-латинской академии. С 1741 г. – экзаменатор Крутицкой епархии. В 1742 г. возведен в сан архимандрита и назначен начальником духовной миссии на Камчатку, куда прибыл 30 июня 1744 г.

Своей миссионерской деятельностью на Камчатке приобрел известность и оставил о себе добрую память. Всего за три года его пребывания здесь члены Миссии обратили в Православие до 5000 человек Благодаря усилиям свт. Иоасафа на полуострове было сооружено несколько церквей и при них устроены школы: в Болыперецке, Верхне-

Камчатске и Нижне-Камчатске.

7 июня 1748 г. был вызван в Петербург. С 18 февраля 1754 г. назначен ректором

Московской Славяно-греко-латинской академии и архимандритом Заиконоспасского монастыря. 12 мая 1757 г. перемещен в Московский Высокопетровский монастырь.

24 мая 1758 г. хиротонисан во епископа Кексгольмского и Ладожского, викария Новгородской епархии.

Скончался 29 апреля 1759 г. Погребен в Юрьеве монастыре.

До нашего времени дошли тексты, написанные свт. Иоасафом: «Слово в день Вознесения», произнесенное им в 1742 г., и краткий катехизис для новокрещеных «Сила Божественного учения».

Литература

Знаменский ПВ. История Русской Церкви. М., 2000.

Строев ПМ. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Толстой МВ. История Русской Церкви. М., 1991.

Филарет (Гумилевский), архиеп. Черниговский. История Русской Церкви. Т. 1–5. М., 1888.

Иона, епископ Великопермский, Устьвымский (+1470)

В конце 1455 г., после мученической кончины своего предшественника по кафедре свт. Питирима, был поставлен епископом Пермским.

Продолжая деятельность свт. Стефана, еп. Великопермского, свт. Иона ревностно насаждал христианство среди диких народов Севера России.

В 1461 г. был в Москве и участвовал в избрании митрополита Феодосия на Московскую митрополию. В 1462 и 1463 гг. христианская вера утвердилась на территории всей «Великой

П ерм и» – п о рекам Вишере, Каме и Чусовой. Свт. И она окрестил князя пермяков с именем Михаил, который впоследствии содействовал ему в деле обращения в христианство своих одноплеменников. Основал на Чердыни Богословский монастырь.

Скончался он 6 июня 1470 г. Святые мощи его почивали в Усть-Вымском Благовещенском соборе по левую сторону от мощей свт. Герасима и Питирима.

Литература

Зверинский ВВ. Материал для историко-топографического исследования о православных монастырях в Российской Империи. Вып. 1–3. СПб., 1890–1897.

Муравьев АН. Русская Фиваида на Севере. СПб., 1894.

Полное собрание житий святых, празднуемых Православной Греко-Российской Церковью. Сергиев Посад, 1908.

Православные обители: П олное иллюстрированное описание православных русских монастырей в Российской

Империи и на Афоне... Репр. СПб., 1994.

Федотов Г. Святые Древней Руси. Париж, 1989.

Иона, епископ Ханькоуский (Владимир Покровский) (1888–1925)

Родился в Калужской губ. Рано лишился родителей и был усыновлен сельским диаконом.

После окончания Калужской духовной семинарии поступил в Казанскую духовную академию, где на третьем курсе был пострижен в монашество с именем Ионы и направлен в Оптину Пустынь. В этой знаменитой оби т ели молодой монах проходил иноческие послушания под руководством духоносных старцев, преподобных Анатолия и Иосифа Оптинских. Прп. Иосиф поучал м олодо го инока: «Не вырастив дерева, откуда же ждать плодов? Дерево же, на котором вырастает внутренний монах, есть пост, всякое воздержание, хождение к церковным службам, телесный труд. Тогда уже на нем вырастет плод, т о есть внутренний монах».

Вернувшись в Казанскую академию уже иеромонахом, о. Иона преподавал Св. Писание.

Вскоре началась Первая мировая война и молод ой пастырь пожелал быть вместе с защитниками Отечества. В 1916 г. за примерную службу он был назначен главным священником 11-й Армии.

После революции 1917 г. о. Иона присоединился к частям Белой армии, за что в 1919 г. был арестован советскими властями и заключен в тюрьму. Однако вскоре он был освобожден войсками Белой армии и получил назначение главного священника Южной армии. После ее поражения с остатками воинства эмигрировал в Китай, навсегда оставляя Отечество.

В Китае о. Иона поступил в состав Пекинской духовной миссии, где в 1922 г. состоялась его хиротония во епископа Ханькоуского. Его паствой стали тысячи православных русских людей, которые также оказались в изгнании.

Еп. Забайкальский Мелетий, участвовавший в его епископской хиротонии, так описывает первые шаги его архипастырской деятельности: «Население Маньчжурии, как пришлое из разных мест России, в религиозном отношении не было воспитано надлежащим образом. Новый обширный и благолепный храм Миссии был посещаем богомольцами в малом количестве, церковная проповедь была в очень слабом виде. Ревностный служитель Церкви Божией и выдающийся проповедник, молодой и энергичный епископ Иона прежде всего взялся за устроение своей паствы в религиозно-нравственном отношении. В своем храме он ввел уставное богослужение, завел прекрасный хор, неустанно проповедовал. Храм постепенно наполнялся богомольцами и, наконец, сделался тесен. Однако для энергичного епископа Ионы это показалось недостаточным. Он стал преподавать в местной гимназии Закон Божий. Ученики так п о люби ли его, что, узнав, что сдача экзамена по Закону Божию необязательна, тем не менее заявили о своем желании сдавать его и в итоге все обнаружили хорошие познания».

Владыка духовно окормлял русскую молодежь, заботился о русских детях-сиротах.

В своей епархии он основал для них приют и лично принимал участие в воспитании детей.

Владыка издавал духовно-нравственные листки и выступал с чтением лекций на богословско-философских курсах в Харбине.

Архиеп. Харбинский Мелетий так описывает последние минуты жизни еп. Ионы:

«Прощаясь с болящим, я настойчиво сказал ему несколько раз, что нужно исповедоваться, завтра же я приду к нему с чашей Св. Даров. Тут же стоял врач, дежуривший у постели больного, который на мое предложение сделал утвердительный знак Тотчас же по моем отбытии был приглашен духовник Увидев его, Владыка понял, что наступает уже последний момент, и спросил врача: “Неужели уже так скоро мой конец?» Получив утвердительный ответ, Владыка стал готовиться к Исповеди и Св. Причастию. Надевая мантию, он сказал: “Пора собираться». Исповедавшись и приобщившись Святых Таин, он разоблачился, сел и напечатал на пишущей машинке свое духовное завещание. Изложив свою последнюю волю, он встал, взял требник и сам прочитал себе канон на исход души.

Я стоял позади и вместе с ним молился. Врач только слегка поддерживал его сзади. Прочитав канон, он стал прощаться с присутствующими. Прося прощения, он поклонился всем в ноги и, благословив всех, лег на кровать и сказал: “Я умираю». Ему дали в руки крест и свечу. Я стал читать отходную. Когда я прочитал кондак “Душе моя», внезапно у меня к глазам подступили слезы. В этот момент умирающий испустил последний вздох и отошел ко Господу».

Блаженная кончина Владыки Иона последовала 7/20 октября 1925 г.

Погребли Владыку за алтарем храма свт. Иннокентия в городе Маньчжурия.

Литература

Ипатова А.С. Российская духовная миссия в Китае: век двадцатый // История Российской духовной миссии в Китае. М., 1997.

История Российской духовной миссии в Китае. М., 1997.

Позднеев Д.М. Православие в Китае. М., 1998.

Православие на Дальнем Востоке. СПб., 1993.

Таасина Е. Неизвестный Харбин. М., 1994. (Рус. Харбин на рубеже XX в. и в 20-е гг.)

Хисамутдинов А.А. Российская эмиграция в Китае: Опыт энциклопедии. Владивосток, 2002.

Иосиф, епископ Ставропольский, апостол Осетии (Иван Чепиговский) (+1889)

В 1894 г. Владикавказская епархия стала независима от подчинения Грузинскому экзархату. Ее первым архипастырем был преосв. Иосиф, названный апостолом Осетии.

Будучи еще архимандритом и управляющим осетинскими приходами Владикавказского округа (1857 – 1879), он стяжал добрую славу своей плодотворной миссионерской работой среди осетин.

Владыка Иосиф был потомком первого кошевого атамана Черноморского войска Захара Чепиги, внесшего большой вклад в церковное строительство Черномории. Он окончил Киевскую духовную академию. В 1857 г., будучи еще архимандритом, он начал свою миссионерскую деятельность среди осетин с местопребыванием в Алагире – центре

Северной Осетии. В то время в Осетии служил только один священник-осетин с семинарским образованием (А Колиев). Остальные, в большинстве необразованные священники, были грузины, служившие на своем родном, непонятном осетинам языке. Лишь впоследствии к Колиеву присоединилось несколько священников-осетин, окончивших курс духовной семинарии. Материальное положение духовенства в Осетии было очень тяжелым: священникам платили лишь 400 рублей в год. Этого хватало только, чтобы не умереть с голода. Благодаря содействию «Общества восстановления православного христианства на Кавказе» было построено свыше десяти новых храмов, для которых Общество присылало облачения, иконы и утварь. Сотни рублей рассылались осетинским церквам на свечи, масло, вино, ладан и пр.

В 1858 г. миссионерскими трудами лучших осетинских священников при содействии окружного военного начальства за один месяц в Дигории было окрещено свыше

1000 человек Такие выдающиеся осетинские священники, как Гатуев, Токаев, Хетагуров и др., самоотверженно боролись с языческими культами, поклонением дзуарам, деревьям и камням, народными суевериями и предрассудками, с разорительными поминками и конскими скачками по умершим, с многоженством и кровосмешением. Не без влияния осетинского духовенства в 1880 г. стариками селений Владикавказского Осетинского округа был принят общественный приговор об искоренении и ограничении многих вредных народных обычаев – выкуп за невесту, разорительные поминки по умершим и их оплакивание, кровосмешение и пр. В крупном центре православия Северной

Осетии, в селе Вольно-Христианском, в 1856 г. свящ. И. Мревлов открыл церковноприходскую школу, отдав свою квартиру под приют для учеников. На свои скудные средства он содержал оба эти учреждения и подготовил 8 мальчиков-осетин для поступления в духовное училище. В селе Ардон благодаря заботливости священника М. Сухиева также была открыта такая школа.

В 1863 г. в Северной Осетии на 48 тысяч человек ее тогдашнего населения действовало 13 школ с 250 учениками, а в 1867 г. – 30 школ с 542 учащимися.

В 1866 г. в Алагире архим. Иосиф преобразовал частную школу для девочек-осетинок, созданную протоиереем Колиевым во Владикавказе и ютившуюся в квартире самого Колиева, в Ольгинское трехклассное училище. Несмотря на многие недостатки преподавания и плохие учебные условия, все же эти первые школы оказали положительное влияние на возвышение нравственного уровня осетинского народа в духе христианского учения. Архим. Иосиф был также смотрителем основанного в 1836 г. во Владикавказе

Осетинского духовного училища. В его стенах преподавал учитель-осетин Григорий

Мжедлов, занимавшийся переводом церковных книг на осетинский язык, в которых он впервые применил русские буквы. До него осетинский язык изучался по книгам И. Ялгузидзе, напечатанных грузинскими буквами.

В 1885 г. была учреждена Владикавказская епархия, включавшая в свой состав Северную Осетию и Терскую область и подчинявшаяся синодальной конторе Грузинского экзархата. От Кавказской епархии в подчинение еп. Иосифу отошло 93 церкви и 2 монастыря (в Кизляре и станице Государственной). В епархию также вошли 24 церкви Северной Осетии. Новая епархия быстро наладила свою деятельность. Для внутренней миссии среди православных в епархии было учреждено отделение Тифлисского братства во имя Пресвятой Богородицы. Оно развернуло широкую деятельность среди русского и осетинского населения.

Много труда владыка Иосиф вложил в дело перевода священных и богослужебных книг на осетинский язык. Эта сторона деятельности преосвященного Иосифа увековечила его имя в истории просвещения Северной Осетии. Он упростил на 11 букв составленный академиком Шегреном на основе русской графики осетинский алфавит и в 1878 г. в виде опыта отпечатал первые осетинские книги. Применение букв русского алфавита оказалось очень удобным, позволяя печатать книги на осетинском языке в любой русской типографии.

Следующий год оказался наиболее плодотворным в издательской деятельности владыки Иосифа: он перевел и за свой счет отпечатал краткую параллельную грамматику русского и осетинского языков, Священную историю Ветхого и Нового Заветов и русско-осетинский словарь. Помогали ему передовые осетинские священники А Аладжиков, А. Колиев, М. Сухиев и Токаев. Какого труда стоила преосвященному Иосифу его издательская деятельность, видно из того, что только над составлением русско-осетинского словаря он проработал около 25 лет. По поводу вышедшего тогда издания Священной истории он с горечью писал: «Выпустить второе издание вряд ли хватит сил: два года египетского труда стоило мне это издание, по 3 и 4 раза приходилось исправлять одну и ту же корректуру; наборщики русские осетинского языка не знают, в месяц едва набирали по 8 страниц... Труды мои совершались в одиночестве, в уединении кабинета, никто не знает, как они тяжелы. Но не в моем характере взяться за какое-либо дело и, не докончивши, бросить». Выдающийся многолетний труд – русско-осетинский словарь – укрепил за владыкой Иосифом репутацию ученого. Профессор В. Миллер, специалист по осетинской лингвистике, восторженно писал: «Удивляюсь искусству, которого вы достигли в осетинском слоге».

В просветительской деятельности Владыке помогало не только Общество восстановления православного христианства на Кавказе, открывшее в Северной Осетии ряд школ, но и группировавшиеся вокруг него просвещенные и передовые осетинские священники. Они перевели на осетинский язык многие церковно-богослужебные книги –

Евангелие (Мжедлов), апостольские послания (Цораев), пасхальную службу (Жускаев), литургию Иоанна Златоуста (Колиев), Часослов (Сухиев). Священник А. Колиев написал в стихах на осетинском языке акафисты Пресвятой Богородице и Сладчайшему Иисусу.

Они написаны стихом, близким к народному, и благодаря этому сразу приобрели широкую популярность. О своих помощниках владыка Иосиф говорил: «Они готовы потрудиться на пользу своих соотечественников в деле распространения между ними национальной грамотности!»

Миссионерские труды апостола Осетии определили дальнейшее развитие христианства на Северном Кавказе. Имя свт. Иосифа с уважением вспоминает каждый образованный осетин, ценя его вклад в осетинскую национальную культуру.

Литература

Альбом церквей и школ на Кавказе и народностей Кавказа. Тифлис, 1910.

Отчет Общества восстановления православного христианства на Кавказе за 1862–1866,1868–1875,1892, 1906–1909 гг. Тифлис, 1864–1910.

Строев П.М. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Цыпин В.А., протоиерей. История Русской Церкви, 1917–1997. М., 1997.

Ириней, архиепископ Иркутский, Нерчинский и Якутский (Несторович Иоанн Гаврилович) (1783– 1864)

Родился 25 января 1783 г. в молдавском селе Старые Дмитрушки Уманского уезда в семье священника. В 1805 г. он окончил курс Киевской духовной академии и был оставлен в ней учителем. В 1810 г. направлен в Яссы учителем в главное Молдовлахийское духовное училище, а в 1812 г. – в Кишинев. В 1813 г. пострижен в монашество и рукоположен во иеромонаха.

С 25 мая 1817 г. возведен в сан архимандрита и назначен настоятелем Курковского Рождество-Богородицкого монастыря Кишиневской епархии. С 1820 г. – ректор Кишиневской духовной семинарии и член консистории.

В 1824 г. был вызван в Петербург на чреду служения и проповеди. Здесь получил должность законоучителя 1-го кадетского корпуса.

Первые печатные воспоминания о Владыке относятся ко времени, когда он преподавал Закон Божий в 1 -м кадетском корпусе. Н.С. Лесков почти дословно передает стенографически записанные воспоминания бывшего кадета (впоследствии основателя издательства «Общественная польза») ГД Похитонова. «Он был очень уважаем Перским (директором) и всеми офицерами, а кадетами был любим удивительно... Он навеки меня облагодетельствовал, образовав мое религиозное чувство. Да и для многих он был таким благодетелем. Он учил в классе и проповедовал в церкви, но мы никогда не могли его вволю наслушаться. Когда нас выпускали в сад, он тоже приходил туда, чтобы с нами разговаривать... и он ходил, окруженный целою толпою кадет, которые теснились вокруг него... Каждое слово его ловили... Мы перед ним все были открыты; выбалтывали ему все наши горести».

Здесь, в кадетском корпусе у него произошло столкновение с директором Пажеского и Сухопутного корпусов и членом совета о военных училищах, генерал-адъютантом Н.И. Демидовым. В результате этого столкновения архим. Иринея уволили из корпуса и назначили епископом Пензенским. Это была почетная ссылка.

31 января 1826 г. архим. Ириней был хиротонисан во епископа Пензенского и Саратовского (позднее Пензенского и Саранского). Здесь, как и в Пензе, Владыка лично наставлял в вере и заботился о просвещении инородцев. Неграмотных священников он заставлял учиться чтению, письму и правильному совершению богослужения. Его требовательность и строгость многим не нравились.

В 1828 г. он получил назначение на Иркутскую кафедру. 26 июля 1830 г. возведен в сан архиепископа Иркутского, Нерчинского и Якутского. Владыка открыто обличал п о роки светского общества и поэтому не мог найти понимания и согласия с генерал- губернатором. В результате на него стали писать жалобы обер-прокурору и в Св. Синод.

28 июня 1831 г. указом Св. Синода он был удален от управления епархией и послан в

Вологодский Спасо-Прилуцкий монастырь. Здесь он вел строгую подвижническую жизнь. Писал статьи для духовных журналов и другие сочинения. По указанию Св. Синода к нему стали присылать раскольников для увещания.

Некоторое время правящим епископом в Вологде был Иннокентий (Борисов), который с любовью относился к ссыльному архиерею, а последний в свою очередь питал к нему чувство глубокой благодарности. Вскоре архиеп. Иринею было разрешено совершать архиерейское служение и выход из обители. Он перезнакомился чуть ли не со всеми жителями Вологды, много помогал бедным. Народ любил и уважал Владыку, считая его мучеником, безвинно пострадавшим от своих врагов, прозорливым и юродивым.

Известие о его переводе на новое место жители встретили с грустью. 17 апреля 1848 г.

Владыка получил в управление Толгский монастырь Ярославской епархии.

Скончался он 18 мая 1864 г. и был погребен в ископанной им самим могиле около

Спасской церкви в Толгском монастыре.

Рукописное наследие архиепископа Иркутского Иринея содержит труды:

«Инструкция миссионеру среди бурят», «О происхождении двуперстного, троеперстного и имясловного крестного сложения», а также письма к епископу Иннокентию Херсонскому.

Литература

Воспоминания архим. Пимена, настоятеля Никольского монастыря, что на Угреше. М., 1877.

Лакомова Н. Свято-Введенскому Толгскому монастырю 680 лет // Ярославские епархиальные ведомости, 1994, № 9.

Лесков Н. С. Собрание сочинений. М., 1957. Т. VI. С. 342–344, 346–347, 350,657.

Савва, архиеп. Хроника моей жизни (автобиограф, записки). Св.-Троицкая Сергиева Лавра, 1901. Т. II. С. 632.

Свт. Исаия, епископ Ростовский (+ 1090)

Апостол земли Ростовской, как его называли в народе, родом из Киевской области.

Монашество принял в Киево-Печерской Лавре от рук прп. Феодосия Печерского. Усердно подвизался в посте, молитве и иных добродетелях. В 1062 г. за свою высокую духовную жизнь поставлен игуменом Дмитровского Изяславова монастыря в Киеве.

В 1077 или 1078 г. хиротонисан во епископа Ростовского. О деятельности свт. Исаии сохранилось очень мало сведений. Он отличался ревностью в деле просвещения язычников. С проповедью о Христе прошел Ростовскую и Суздальскую области. Даже самые закоренелые язычники не могли устоять перед силой его слова. Святитель мужественно ниспровергал идолов, где только находил их, а на их месте строил храмы.

Большую радость испытал свт. Исаия, когда св. князь Владимир Мономах на свои средства построил храм в Ростове и прислал в него одну из чудесных икон, написанную прп. Алипием.

Еще при жизни Святитель прославился чудотворениями, и его житие повествует о том, что он чудесно был перенесен Ангелом в Киев для участия в освящении великой церкви Печерской 14 августа 1089 г.

15 мая 1090 г. Святитель почил в Ростове. Мощи его были обретены в 1160 г.

Литература

История русской святости. М., 1996.

Нечволодов АД. Сказания о русской земле: В 4 кн. М., 1991–1992.

ПротопоповД. И. Жития святых, чтимых Православною Российскою Церковью, а также чтимых Греческою

Церковью, южнославянских, грузинских и местночтимых в России. М., 1884–1885.

Толстой МВ. Святыни и древности Ростова Великого. М., 1866.

Федотов Г. Святые Древней Руси. Париж, 1989.

Филарет (Гумилевский), архиеп, Черниговский. История Русской Церкви. Т. 1–5. М., 1888.

Кассиан, епископ Катанский (Безобразов Сергей Сергеевич) (1892–1965)

Родился в Петербурге 29 февраля 1892 г. В 1914 г. окончил историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета. В 1917 г. защитил диссертацию на степень магистра богословия. С 1918 по 1920 г. был профессором Туркестанского университета. В 1921–1922 гг. преподавал в Свято-Сергиевском православном богословском институте в Петрограде. В 1922 г. переехал сначала в Белград, где преподавал в 1923–1924 гг., а затем в Париж, где с 1925 по 1965 г. был профессором Свято-Сергиевского богословского института и преподавал Св. Писание Нового Завета и греческий язык В 1932 г. принял монашество на Афоне. В 1947 г. защитил докторскую диссертацию по церковным наукам и был избран ректором Православного богословского института. В том же году посвящен в сан епископа Катанского.

Еп. Кассиан был редактором нового перевода на русский язык Нового Завета, который издан во многих странах Европы, а в 1985 г. и в России.

Во время Второй мировой войны жил в Свято-Пантелеимоновом монастыре на Афоне. Владыка был видным участником Русского студенческого христианского движения (РСХД), членом Содружества св. Албания и прп. Сергия Радонежского.

Скончался в Париже 4 февраля 1965 г. и похоронен в Париже на кладбище Сент-

Женевьев-де-Буа.

Труды

Евангелие от Матфея и Марка. Париж, 1931 (новый перевод).

Евангелие от Луки. Париж, 1932 (новый перевод).

Евангелие от Иоанна. Париж, 1932 (новый перевод).

Живое предание: Православие и современность: Труды Правосл. богосл. ин-та в Париже // Православная мысль, вып. 3. Париж, 1937.

Христос и первое христианское поколение. М., 2001.

Литература

Носик Б. М. На пороге XX века. СПб., 2001. С. 209–210.

Двадцатипятилетний юбилей Православного богословского института в Париже: 1925–1950. Париж, 1950.

Русский пастырь, 2000, № 36.

Свт. Кирилл (Столпник), епископ Туровский ( 1139? – 1183)

Родился не позже 1139 г. в семье богатых родителей, в г. Турове. Отказавшись от родительского наследства, принял монашество в Борисоглебском монастыре.

Возведение св. Кирилла во епископский сан, как считают, произошло между 1147 и

1169 г. По словам проф. Пономарева, св. Кирилл был «человек, христиански просвещенный, ученый и образованный богослов, погруженный в изучение Св. Писания и отцов Церкви и вместе аскет-отшельник, не ищущий ничего в этом земном мире и еже от мира». Находясь в монастыре, св. Кирилл не ограничился обычными монашескими подвигами, а по примеру некоторых восточных подвижников первый на Руси стал подвизаться на столпе. В условиях сурового северного климата такой подвиг был еще тяжелее, чем на Востоке.

Кроме подвигов благочестия, завоевавших ему общую любовь и уважение, свт. Кирилл был известен и своими поучениями, которые говорил в храме, будучи епископом. За эти поучения он получил название «Российского Златоуста». Обладая большим литературным талантом, написал много поучительных посланий св. блгв. кн. Андрею Боголюбскому и ряд статей. Таким образом, посвятив свою жизнь Богу, он, как говорит проф. Пономарев, «тем не менее не порывает связей и с этим миром, напротив, живет в нем, находится в постоянном общении и взаимообщении с людьми и обществом... (О н ) действует как мудрый пастырь и архипастырь, участвуя в важнейших церковных и церковно-политических событиях своего времени».

В 1182 г. Святитель, чувствуя приближение кончины, решил остаток дней провести в полном уединении и оставил кафедру. Скончался 28 апреля 1183 г. После смерти святителя осталось большое количество его сочинений. Некоторые из них напечатаны в книге «Памятники Российской словесности XII в.», целый ряд сочинений потерян, и есть сочинения сомнительные, приписываемые ему без достаточных оснований. Имеется полное собрание сочинений свт. Кирилла, изд. преосвящ. Евгением в Киеве в 1880 г.

Среди известных трудов – «9 слов, произнесенных в храме перед иноками», три статьи в форме посланий к инокам, более двадцати молитв и канон молебный.

Литература

Голубинский ЕЛ. История Русской Церкви. В 4 т. М., 1997–1998.

Евгений (Болховитинов),митрополит. Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина

Греко-Российской Церкви. М., 1995.

Еремин И. П. Литературное наследие Кирилла Туровского. Труды Отдела древнерусской литературы. М.-Л.,

1955. Т. 11; 1956. Т. 12; 1957. Т. 13; 1958. Т. 15.

История русской святости. М., 1996.

Краткие сведения о святом Кирилле, епископе Туровском // Христианское чтение, 1832, ч. 46. С. 49–52.

Макарий (Булгаков), митрополит. История Русской Церкви. В 12 т. М., 1994–1998.

Толстой МВ. История Русской Церкви. Рассказы из истории русской Церкви. Издание Спасо-Преображен- ского Валаамского Ставропигиального монастыря, 1991.

Лука (Конашевич), епископ Белгородский и Обоянский (+1758)

Еп. Лука знаменит не только в истории казанских иерархов, но и в истории Русской Церкви как ревнитель духовного просвещения и распространения христианства среди язычников и магометан, реформатор Казанской семинарии, ставшей местом подготовки миссионеров, которых направляли для просвещения магометан и язычников

Поволжья, Сибири, Средней Азии.

Год рождения Владыки неизвестен. По окончании Киевской духовной академии в

1727 г. он был назначен учителем в Московскую Славяно-греко-латинскую академию.

В 1732 г. перемещен в С.-Петербург законоучителем кадетского корпуса.

20 октября 1735 г. назначен настоятелем Московского Симонова монастыря с возведением в сан архимандрита. 28 сентября 1737 г. хиротонисан во епископа Устюжского. Несмотря на кратковременное пребывание в Вел. Устюге, основал там семинарию. 9 марта 1738 г. перемещен на Казанскую кафедру. Казанскую семинарию Владыка перестроил по образцу Киевской и Московской академий, передав ей личную библиотеку, которую он собирал всю жизнь.

9 октября 1755 г. переведен в Белгород.

Скончался 1 января 1758 г. Погребен в соборной Белгородской церкви.

Из трудов епископа Луки Белгородского известно «Слово к новопросвещенному калмыку в Ставрополе и прочих там жилизах имеющемуся собранию».

Литература

ВишневскийД. Киевская Академия в первой половине XVIII в. Киев, 1903. С. 308–309.

Лебедев А С. Белгородские архиереи и среда их архипастырской деятельности. Харьков, 1902. С. 116–123.

Никанор, архиеп. Казанский. Сборник статей. Казань, 1909. С. 119, 481.

Пассек ВВ. Историческое описание московского Симонова монастыря. М., 1843.

Русская старина, 1883, ноябрь. С. 355.

Свт. Лука, архиепископ Симферопольский и Крымский (Войно-Ясенецкий Валентин Феликсович) (1877–1961)

Родился 27 апреля 1877 г. в г. Керчи в семье провизора. Мать его была благочестивой православной христианкой, а отец исповедовал католическую веру. Вскоре семья переехала в Киев. В молодости Валентин пытался стать юристом, потом заинтересовался живописью, почитая Нестерова и Васнецова. В 1896 г. он одновременно окончил 2-ю Киевскую гимназию и Киевское художественное училище.

Валентин мечтал стать фельдшером или учителем, чтобы заботиться о крестьянах в какой-нибудь глуши, но его уговорили получить медицинское образование.

Началась русско-японская война, и Валентин Феликсович был назначен в госпиталь в Читу. Там он женился на сестре милосердия Анне, замечательной девушке, которую все называли святой сестрой. С 1905 по 1917 г. работал земским врачом в больницах Симбирской, Курской, Саратовской и Владимирской губерний и проходил практику в московских клиниках, сделал множество операций и внес много нового в технику операций. Во время Первой мировой войны в нем пробудилось религиозное чувство, забытое было за множеством научной работы, и он начал постоянно ходить в церковь.

В 1916 г. он защитил в Москве диссертацию на тему «Регионарная анестезия» и получил степень доктора медицины. Варшавский университет удостоил его диссертацию крупной премии имени Хайницкого. В 1917 г. он получил по конкурсу место главного врача и хирурга Ташкентской больницы.

В 1919 г. его жена скончалась от туберкулеза, оставив четверых детей.

Войно-Ясенецкий был одним из инициаторов организации Ташкентского университета, и в 1920 г. избран профессором топографической анатомии и оперативной хирургии этого университета. Сам он, однако, все больше находил утешение в вере. Посещал местное православное религиозное общество, изучал богословие, ближе сошелся с духовенством, принимал участие в церковных делах. После съезда Ташкентский епископ Иннокентий

(Пустынский) (известный миссионер и епископ в Америке) сказал ему: «Доктор, вам нужно быть священником». «Я принял это, как Божий призыв, – писал свт. Лука, – и ни минуты не раздумывая ответил: «Хорошо, Владыко! Буду священником, если это угодно

Богу!» В 1921 г. в день Сретения Господня он был рукоположен во диакона, а 12 февраля – во иерея и назначен младшим священником Ташкентского кафедрального собора, оставаясь и профессором университета.

В 1923 г. власти нашли сильное средство для борьбы с Церковью. Под их давлением большая часть священников Ташкента перешла в обновленческий раскол.

Владыка Иннокентий (Пустынский) попытался организовать сопротивление, но безуспешно. Нареченный им епископ был арестован. Сам правящий архиерей не выдержал и уехал на Русский Север. Немногие в те дни сохранили мужество. Протоиерей Михаил

Андреев и отец Валентин объединили вокруг себя всех оставшихся верными священников и мирян. На помощь им прибыл владыка Андрей (Ухтомский), князь по происхождению и настоящий аристократ духа.

Он и совершил постриг святого Луки. Причем сначала хотел дать ему имя Пантелеймона, но когда услышал, как отец Валентин читает проповедь, и узнал, что тот любит писать иконы, то решил, что ему гораздо более подходит имя апостола-евангелиста, врача и иконописца Луки. Св. патриарх Тихон лично благословил его заниматься в священном сане врачебной деятельностью. Это решение Патриарха спасло жизнь многим тысячам раненых и больных.

12 мая 1923 г. в Пенджикенте он был тайно хиротонисан во епископа Ташкентского и Туркестанского.

«Много людей недоумевает, – говорил свт. Лука в день своего восьмидесятилетия

27 апреля 1957 г., – как я мог, достигнув славы ученого и весьма крупного хирурга, стать проповедником Евангелия Христова... Думающие так глубоко ошибаются, что невозможно совместить науку и религию... Знаю я, что и среди нынешних профессоров есть очень много верующих, просящих у меня благословения».

10 июня 1923 г. еп. Лука был арестован как сторонник Патриарха Тихона. В тюрьме ташкентского ГПУ Владыка Лука закончил свои, впоследствии ставшие знаменитыми,

«Очерки гнойной хирургии». В августе его отправили в московское ГПУ. В Москве Владыка получил разрешение жить на частной квартире. Служил с Патриархом Тихоном литургию в церкви Воскресения Христова в Кадашах. Святейший подтвердил право епископа Туркестанского Луки продолжать заниматься хирургией. В Москве Владыку снова арестовали и поместили в Бутырскую, а затем в Таганскую тюрьму, где Владыка перенес тяжелый грипп. В декабре его отправили в ссылку на Енисей. Путь лежал через Тюмень, Омск, Ново-Николаевск (нынешний Новосибирск), Красноярск. В Енисейске все церкви принадлежали «живоцерковникам», и епископ служил на квартире. Ему разрешили оперировать. В начале 1924 г., по свидетельству жительниды Енисейска, Владыка Лука пересадил почки теленка умирающему мужчине, после чего больному стало легче. В марте 1924 г. еп. Луку вновь арестовали и отправили под конвоем в Енисейскую область, в деревню Хая на реке Чуне, а затем последовала ссылка в Туруханск, в январе 1925 г. – в Плахино, глухое село на Енисее за Полярным Кругом.

В апреле его снова переводят в Туруханск. Местные жители возили Владыку в храм на санях, покрытых коврами. Летом дорога устилалась цветами. У сотрудников ГПУ это вызывало приступы бешенства. Решено было выслать его в безлюдное место. Владыка вспоминал: «Я только спросил спокойно: куда же именно высылают меня? И получил раздраженный ответ: «На Ледовитый океан»». К большому удивлению Владыки, ссыльные социал-революционеры снабдили его деньгами, енотовой шубой и меховым одеялом. Сопровождал Владыку молодой революционер, который воскликнул однажды: «Я чувствую себя в положении Мал юты Скуратова, везущего митрополита Филиппа в Отрочь монастырь».

«У меня не было ничего: ни облачения, ни требника, и за неимением последнего я сам сочинил молитвы, а из полотенца сделал подобие епитрахили, – вспоминал Владыка.

– Убогое человеческое жилье было так низко, что я мог стоять только согнувшись.

Купелью служила деревянная кадка, а все время совершения Таинства мне мешал теленок, вертевшийся возле купели». В туруханской больнице умер крестьянин, нуждавшийся в неотложной операции. Это так возмутило крестьян, что они вооружились вилами, косами и топорами и решили устроить погром ГПУ и сельсовета. Власти, испугавшись, немедленно вызвали Владыку обратно. Уполномоченный ГПУ, ненавидевший владыку Луку, встретил его очень вежливо и стерпел даже то, что в его присутствии целая вереница тунгусов со сложенными руками подошла к св. Луке под благословение. Он благословил. Уполномоченный сделал вид, что ничего не заметил.

Спустя несколько лет эвенки и тунгусы создали о Владыке легенду: «Большой шаман с белой бородой пришел на нашу реку, поп-шаман. Скажет поп-шаман слово – слепой сразу зрячим становится. Потом уехал поп-шаман, опять глаза у всех болят».

Из Москвы в Туруханск пришло письмо от великого академика Ивана Павлова:

«Ваше Преосвященство и дорогой товарищ! Глубоко тронут Вашим теплым приветом и приношу за него сердечную благодарность. В тяжелое время, полное неотступной скорби для думающих и чувствующих, остается одна жизненная опора – исполнение по мере сил принятого на себя долга. Всей душой сочувствую Вам в Вашем мученичестве. Искренне преданный Вам Иван Павлов».

Популярность Владыки росла, срывая все планы по антирелигиозной работе. Его пытались обвинить в том, что он имеет нетрудовые доходы, но выяснилось, что за свою работу он не берет ни копейки.

С 25 января 1925 г. по сентябрь 1927 г. еп. Лука переводится в Ташкент.

С 5 октября по 11 ноября 1927 г. – епископ Елецкий, викарий Орловской епархии.

С ноября 1927 г. Владыка был арестован и проживал в Красноярском крае, затем в

Красноярске, где служил в местном храме и работал врачом в городской больнице.

В 1934 г. вышли его «Очерки гнойной хирургии», ставшие настольной книгой хирургов. «Пожалуй, нет другой такой книги, – писал кандидат медицинских наук В А Поляков, – которая была бы написана с таким литературным мастерством, с таким знанием хирургического дела, с такой любовью к страдающему человеку».

В своей биографии и в упомянутом ранее слове в день 80-летия свт. Лука приводит интересный факт: когда в 1915 г. он только задумал книгу по гнойной хирургии и написал предисловие, ему пришла неожиданная мысль: «На этой книге будет стоять имя епископа».

«И действительно, – продолжает он, – я предполагал издать ее двумя выпусками и, когда закончил первый выпуск, написал на заглавном листе: «Епископ Лука. Очерки гнойной хирургии». Ибо тогда я уже был епископом». Сам еп. Лука определяет свое отношение к больным краткой, но выразительной формулой: «Для хирурга не должно быть «случаев», а только живой, страдающий человек».

Наступил 37-й год. Впервые владыка узнал, что такое пытки, допрос конвейером, когда сутками следователи сменяли друг друга, били ногами, озверело кричали... Профессор из Ташкента А Аковбян, оказавшийся в одной камере с Владыкой, отмечал, что пережитые еп. Лукой скорби нисколько не подавили его, а, напротив, утвердили и закалили его душу. Владыка дважды в день вставал на колени, обратившись к востоку, и молился, не замечая ничего вокруг себя. В камере, до отказа наполненной измученными, озлобленными людьми, неожиданно становилось тихо.

Позже, в начале 1939 г., по окончании ежовщины, были разрешены передачи. Посылки Владыка все до крохи раздавал сокамерникам.

В 1941 г., когда началась война, Владыке было предложено стать главным хирургом эвакогоспиталя в Красноярске. Жил он там впроголодь, но спас тысячи жизней.

Осенью 1942 г. был возведен в сан архиепископа с назначением на Красноярскую кафедру. 8 сентября 1943 г. он был участником Собора, единогласно избравшего митрополита Сергия Патриархом Московским и всея Руси. Этот же Собор постановил отлучить от Церкви всех епископов и священнослужителей, изменивших Родине и перешедших в лагерь фашистов, и лишить их сана. В конце

1943 г. архиеп. Лука переехал в Тамбов, и хотя зрение его начало заметно ухудшаться, но он ведет активную работу в эвакогоспиталях, выступает с докладами, читает лекции для врачей, учит их и словом и делом. В январе

1944 г. его назначают архиепископом Тамбовским и Мичуринским.

В 1945–1947 гг. он работал над большим богословским трудом «Дух, душа и тело», в котором рассматривает вопрос о душе и духе человека, а также учение Св. Писания о сердце как органе богопознания. Много времени уделял он и укреплению приходской жизни. В 1945 г. высказывал мысль о необходимости избрания патриарха по жребию. Слава архиеп. Луки становилась всемирной. В 1946 г. за «Очерки о гнойной хирургии» он получил Сталинскую премию. Его фотографии в архиерейском облачении передавались по каналам ТАСС за рубеж Владыку все это радовало лишь с одной точки зрения. Свою научную деятельность, публикации книг и статей он рассматривал как средство поднятия авторитета Церкви. Жил он, как всегда, в бедности. Всякий раз, когда племянница Вера предлагала ему сшить новую рясу, она слышала в ответ: «Латай, латай, Вера, бедных много».

Он считал, что православное священническое одеяние – это «не лоскутная, ничего не объясняющая одежда римско-католических священников. Она имеет смысл, она по образу той одежды, которую носил Сам Спаситель».

В 1956 г. архиеп. Лука совсем ослеп. Практическую врачебную деятельность он оставил еще в 1946 г., но продолжал помогать больным советами. Епархией же управлял до самого конца с помощью доверенных лиц. В последние годы своей жизни он только слушал, что ему читают, и диктовал свои работы и письма.

Скончался он утром 11 июня 1961 г., в воскресенье, когда празднуется память всех святых, в земле Российской просиявших. Панихиды следовали одна за другой, люди заполнили весь двор, внизу стояла громадная очередь. Народ съезжался отовсюду, рыдали со словами: «Ушел наш святой». Вспоминали, кого он вылечил, кого утешил. Шли люди, далекие от Церкви, и даже иудеи, которые несколько лет молились у себя в синагоге о его здравии.

18 марта 1996 г. состоялось обретение святых останков архиепископа Луки, которые 20 марта были перенесены в Свято-Троицкий кафедральный собор Симферополя. Здесь 25 мая состоялся торжественный акт канонизации свт. Луки.

2 июля 1997 г. в Симферополе, где Святитель жил в 1946–1961 гг., ему был открыт памятник.

Труды

Основные медицинские труды

Наш опыт лечения огнестрельного остеомиелита в госпиталях глубокого тыла. М., 1943.

Поздние резекции при инфицированных огнестрельных ранениях суставов. М., 1944.

Очерки гнойной хирургии. 3-е изд., М., 1956.

Всего трудов по медицине – печатных и машинописных, в том числе докладов в научных обществах и годовых отчетов по хирургической работе, – около 60.

Богословские труды, печатные и рукописные

Дух, душа, тело. М., 2002.

Беседы в дни Великого поста. М., 2003.

Днесь Слово воплощается. М., 2002.

Спешите идти за Христом!: Проповеди в Симферополе (1946 –1948 гг.) Изд. 2., испр. М., 2000.

Я полюбил страдание.: Автобиография. М., 2001.

10 томов проповедей, в общей сложности около 4500 страниц машинописи.

Литература

Автобиография архиепископа Луки. М., 1947.

Большая Медицинская Энциклопедия. М., 1959. Т. 5. С. 988–989.

Глущенков Вл. Панагия и белая мантия: Святитель Лука. Взгляд в будущее. М., 2001.

Лисичкин В А Крестный путь Святителя Луки: подлинные документы из архивов КГБ. М., 2001.

Мартиниан, архиепископ Таврический и Симферопольский (Муратовский Михаил Семенович) (1820– 1898)

Управлявший Иркутской епархией с 1877 по 1885 г. епископ Мартиниан Муратовский, известный своей миссионерской и просветительской деятельностью среди инородцев (им были переведены на корейский и гольдский языки Евангелие, избранные псалмы, Литургия и Священная история), родился в семье причетника Казанской епархии Свияжского уезда в с. Муратовке. По окончании в 1842 г. Казанской духовной семинарии определен учителем в Свияжское духовное училище. В возрасте 25 лет пострижен в монашество и 3 марта 1846 г. рукоположен во иеромонаха.

25 июля 1856 г. назначен настоятелем Свияжской Макарьевской пустыни, а 19 июля 1861 г. – настоятелем Иркутского Вознесенского монастыря в сане архимандрита.

9 февраля 1869 г. хиротонисан во епископа Селенгинского, викария Иркутской епархии.

С 17 октября 1877 г. – епископ Камчатский, Курильский и Благовещенский. С 11 мая

1885 г. – епископ Таврический и Симферопольский.

14 мая 1896 г. возведен в сан архиепископа.

С 19 января 1897 г. уволен на покой с местожительством в Херсонском монастыре.

Скончался 5 июля 1898 г. в Симферополе.

Литература

Нестор (Анисимов), иеромонах. Православие в Сибири: Исторический очерк: В память основания Камчатского православного братства во имя Нерукотворного Образа Всемилостивого Спаса... СПб., 1910.

Никольский А. Забайкальская духовная миссия (1681–1903): Очерк из истории православной миссии в Восточной Сибири. М., 1904.

Парфений, архиеп. Иркутская духовная миссия в 1867 г. М, 1868.

Мелетий, архиепископ Харьковский и Ахтырский (Леонтович Михаил Иванович) (1784– 1840)

Известный своей миссионерской деятельностью на Иркутской кафедре как просветитель малых народов России – тунгусов, бурят, камчадалов на Курильских и Алеутских островах, строитель церквей в Восточной Сибири, от Якутска до Охотска, и на Камчатке, архиеп. Мелетий родился 6 ноября 1784 г. в селе Старые Санжары Полтавской обл. В 1808 г. Михаил Леонтович успешно окончил Екатеринославскую духовную семинарию и как лучший ученик был направлен в Санкт-Петербургскую духовную академию, которую окончил в 1814 г. со степенью магистра, и оставлен профессором греческого языка. С 1817 г. – инспектор Киевской духовной семинарии, профессор церковной истории и греческого языка, а после открытия Киевской духовной академии 28 сентября 1819 г. стал ее первым инспектором. 11 февраля 1820 г. был пострижен в монашество с именем Мелетий. 22 февраля посвящен во иеродиакона, а 25 февраля – во иеромонаха. В 1821 г. иером. Мелетий получил назначение ректора Могилевской духовной семинарии и настоятеля Кутеинского Оршанского монастыря с возведением в сан архимандрита. В августе 1823 г. переведен на должность ректора Псковской духовной семинарии, а 24 января 1824 г. архим. Мелетий назначен ректором Киевской духовной академии.

В октябре 1826 г. хиротонисан во епископа Чигиринского, викария Киевской епархии. Здесь он прославился заботой о бедных, вдовах и сиротах. Часто посещал заключенных и для их утешения совершал Богослужения в тюремных церквах. В апреле 1828 г. получил назначение на Пермскую кафедру. В августе 1831 г. был переведен на Иркутскую кафедру с возведением в сан архиепископа.

Здесь, на бескрайних просторах Восточной Сибири, Владыка побывал на севере

Камчатки, в северо-восточной части Иркутской епархии вдоль реки Алдан, на тракте от

Якутска до Охотска, основывая церкви и открывая новые приходы. С миссионерскими поездками объехал всю свою обширную епархию. Побывал на побережье Охотского моря и Ледовитого океана, в пределах Северной Америки, где тогда трудился знаменитый апостол Сибири и Америки, свящ. Иоанн Вениаминов, впоследствии свт. Иннокентий, митрополит Московский. Путешествуя по Сибири и берегам Тихого океана, свт. Мелетий нередко общался с населением, исповедовавшим ламаизм. Он проповедовал язычникам – тунгусам, бурятам, камчадалам, а также жителям Курильских и Алеутских островов.

В 1835 г., когда здоровье Святителя ухудшилось, его перевели на Слободско-Украинскую кафедру (впоследствии Харьковская и Ахтырская). Здесь он уделял большое внимание духовным учебным заведениям, много заботился о быте и образовании духовенства.

29 февраля 1840 г. со словами «Ныне отпущаеши» мирно отошел ко Господу. Похоронен в усыпальнице под Крестовой церковью Покровского монастыря в Харькове.

В 1948 г. по благословению Патриарха Алексия I гробница с мощами свт. Мелетия была перенесена в Благовещенский кафедральный собор.

Литература

Вениамин (Благонравов), архиепископ Иркутский. Забайкальская миссия: Письма из Посольского монастыря. СПб., 1865.

Догуревич Т.А Свет Азии: Распространение христианства в Сибири в связи с описанием быта, нравов, обычаев и религиозных верований инородцев этого края: На основании миссионерских отчетов, записок путешественников и лучших исследований по данному вопросу. СПб., 1897.

Миссионерское общество. 1. Список членов; 2. Списки единовременных пожертвований деньгами и вещами; 3. Отчет о деятельности Общества; 4. Сведения о действиях Совета; 5. Сведения об Иркутской и Алтайской миссиях. Б. м., 1866.

Нестор (Анисимов), иеромонах. Православие в Сибири: Исторический очерк В память основания Камчатского Православного братства во имя Нерукотворного Образа Всемилостивого Спаса. СПб., 1910.

Никольский А. Забайкальская духовная миссия (1681 –1903): Очерк из истории православной миссии в Восточной Сибири. М., 1904.

Религия и церковь в Сибири // Сб. науч. статей и докум. материалов, вып. 6: Тобольской духовной семинарии – 250 лет. Тюмень, 1994.

Строев П.М. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Труды православных миссий Восточной Сибири // Иркутский комитет Православного миссионерского общества. Т. 1 ,3 – 4. Иркутск, 1883 – 1886.

Свт. Митрофан, епископ Воронежский (1623– 1703)

Родился в ноябре 1623 г. во Владимирском крае, в семье потомственного священника Василия и Марии (или Мавры). До 40 лет жил в миру: был женат, имел сына Иоанна и служил приходским священником в селе Сидоровском. Лишившись супруги, священник Михаил в 1663 г. принял постриг с именем Митрофан в Золотниковской Успенской пустыни недалеко от Суздаля. Через три года иером. Митрофан был избран настоятелем Успенского Яхромского Космина монастыря. Как игумен свт. Митрофан пользовался уважением и духовных, и светских лиц. Монастырем он управлял 10 лет. Его заботами воздвигнут храм в честь Нерукотворного Образа Спасителя. Патриарх Иоаким, узнав о святой жизни игум. Митрофана, возвел его в 1675 г. в сан архимандрита знаменитого Макариево-Унженского монастыря во имя Живоначальной Троицы. Там попечением нового настоятеля был сооружен храм в честь Благовещения Пресвятой Богородицы.

На Московском Соборе 1681 –1682 гг. в числе мер для борьбы с расколом и в целях улучшения просвещения среди православных было решено увеличить число епархий. Во время венчания на царство императора Петра св. Митрофану пришлось быть свидетелем крупных раскольничьих беспорядков, которые произвели на него удручающее впечатление. Святитель увидел, как велико зло, порождаемое расколом, и поэтому всю свою жизнь он выступал активным борцом против разделения.

Когда в 1682 г. была образована Воронежская епархия, свт. Митрофан, лично известный царю Феодору Алексеевичу, был назначен Воронежским епископом. Хиротонию совершил Патриарх Иоаким и 16 архипастырей. По прибытии в Воронеж 2 апреля 1682 г. Святитель прежде всего разослал Окружное послание, в котором обратился к пастырям: «Честные иереи Бога Вышнего! Вожди стада Христова! Вы должны иметь светлые умные очи, просвещенные светом разумения, чтобы вести других по правому пути. По слову Господа, вы должны быть самим светом: «вы есте свет миру» (Мф. 5, 14)... Христос Спаситель, вручая паству апостолу Своему, трижды сказал ему: паси, как бы внушая тем, что есть три различные образа пасения: слово учения, молитва при пособии Святых Тайн и пример жизни. Действуйте и вы всеми тремя способами: подавайте пример доброй жизни, учите людей своих и молитесь о них, укрепляя их Святыми Тайнами; наипаче же неверных просвещайте святым Крещением и согрешивших приводите к покаянию. Будьте внимательны к болящим, чтобы не отошли от сей жизни без причащения Святых Тайн и помазания святым елеем».

Занимая высокое положение архипастыря, свт. Митрофан был доступен всякому. Его архиерейский дом служил местом пристанища скорбящих, гостиницей для странников, врачебницей для болящих. Святитель и сам нередко приходил в дома болящих и утешал страдальцев, посещал тюрьмы. Он пользовался особой любовью императора Петра. При своих частых посещениях Воронежа, где на реке Дон строилась верфь и сооружался флот, Петр Великий наделял Святителя деньгами и угодьями на пользу нуждавшихся. Приезжая в Воронеж, император Петр прежде других навещал свт. Митрофана и, побеседовав с ним, неизменно отходил от него со светлым и бодрым настроением.

Однажды, отправляясь к царю, свт. Митрофан увидел изваяния языческих богов в его дворце и вернулся назад. Оскорбившись этим поступком епископа, царь опять послал за ним. «Пока государь не велит низвергнуть идолов, которые соблазняют народ, не могу явиться во дворец-перед его царские очи», – отвечал посланному свт. Митрофан. Царь посылал за ним еще три раза, но ответ оставался прежним. Разгневанный этим, император велел передать архиерею, что если тот немедленно не явится во дворец, то, как ослушник царской воли, будет казнен.

«Жизнь моя во власти царя, – отвечал Владыка, – но для меня лучше умереть, чем нарушить долг святительского сана. Лучше мне умереть, чем своим присутствием или боязливым молчанием изъявить согласие на поставление языческих болванов, соблазняющих простые сердца народа». На эти слова ответа не последовало, и свт. Митрофан стал готовиться к смерти. Петр I послал успокоить Святителя и приказал убрать изваяния языческих богов. За время 20-летнего епископства свт. Митрофана количество храмов в епархии возросло с 182 до 239– Были основаны два монастыря.

Скончался свт. Митрофан 23 ноября 1703 г., приняв перед смертью схиму с именем Макарий, в честь прп. Макария Унженского, с которым духовно сроднился во время настоятельства над Макариево-Унженской Троицкой обителью. Прибывший в то время в Воронеж император Петр пришел к умирающему Святителю, припал к его одру и оставался неотлучно при нем до самой его кончины, а потом сам нес гроб с его телом. Похоронили свт. Митрофана в Воронежском кафедральном соборе. В 1718 г. его св. мощи были обретены нетленными.

Литература

Житие святителя Митрофана, Воронежского чудотворца. М., 1895.

Зверев С, священник. О духовном завещании святителя Митрофана, епископа Воронежского // Журнал Московской Патриархии, 1983, № 6. С. 8 – 9.

Никодим (Кононов), архим. Жизнеописание отечественных подвижников благочестия. СПб., 1908.

Поликарпов Н. И. Очерк жизни и деятельности святителя Митрофана, первого епископа Воронежского.

Воронеж, 1904.

Святитель и чудотворец Митрофан, первый епископ Воронежский. М., 1900.

Смолин И К Русское монашество. 988–1917. М., 1997.

Филарет, архиепископ Черниговский. Жития святых, чтимых Православной Церковью. М., 2000.

Митрофан, епископ Бостонский (Зноско-Боровский Митрофан Константинович), (1909– 2002)

Родился 4/17 августа 1909 г. в Брест-Литовске в семье священника. В годы Первой мировой войны его отец был полковым священником в 8-м Финляндском стрелковом полку и за доблесть был награжден рядом орденов, а также золотым наперсным крестом на георгиевской ленте. Мать Владыки умерла от тифа, когда ему было девять лет, и дальнейшее его воспитание взяла на себя старшая сестра Ольга. Двое из его братьев – Арсений и Алексей – также послужили Богу в сане священника; старший, Арсений, был расстрелян коммунистами в 1925 г., младший, Алексей, служил в Польской Православной Церкви и также немало потерпел от богоборцев за свою церковную деятельность, проведя в советском концлагере восемь лет.

Окончив гимназию в Брест-Литовске и решив стать на путь служения Церкви, студент Зноско поступил на богословский факультет Варшавского университета. В то время Православная Церковь в Польше переживала тяжелый период в связи с насильственной полонизацией Церкви, проводимой польским правительством. Молодому Митрофану, отстаивавшему русские интересы на богословском факультете, пришлось вынести немалую борьбу, которая окончилась его переводом на богословский факультет Белградского университета в качестве личного стипенданта Патриарха Варнавы. Помимо прохождения богословских наук Митрофан Константинович за послушание ежедневно посещал блаженнейшего митрополита Антония во все время своего пребывания в Белграде. Эти назидательные встречи с великим иерархом дали юному Митрофану едва ли не больше, чем формальное изучение наук В этот же белградский период своего бытия молодой студент сблизился с иеромонахом Иоанном (Максимовичем), бывал в доме его родителей и присутствовал на его хиротонии во епископа Шанхайского. Духовная и дружеская связь отца Митрофана и святителя Иоанна продолжалась до блаженной кончины последнего.

Окончив Белградский богословский факультет в 1934 г., Митрофан вернулся в Польшу и, сдав соответствующие экзамены и удовлетворив все требования богословского факультета Варшавского университета, был удостоен ученой степени магистра богословия.

Вступив в брак с дочерью протоиерея г. Вельска Александрой Семеновой Цибрук,

Митрофан Константинович был рукоположен 1 сентября 1935 г. во диакона в г. Пинске, а 12/25 июня 1936 г., в день преподобного Онуфрия Великого, в Яблочинском монастыре архиепископ Александр Пинский и Полесский рукоположил отца Митрофана в сан пресвитера.

54 года в священническом сане – период наиболее напряженной и сосредоточенной пастырской работы о. Митрофана. Скупые даты отмечают эти вехи: 1) 1936–1938 гг., Успенский приход села Омеленец в Белоруссии. 2) 1938–1944 гг., Свято-Николаевский храм в Брест-Литовске. 3) 1944–1948 гг., скитания военного времени по Германии и Австрии. Лагерь Менхегоф. 4) 1948–1959 гг., Успенский храм в Касабланке (Марокко). 5) 1959–2002 гг., Свято-Серафимовский храм в Си-Клифе, штат Нью-Йорк (США).

Особенно плодотворный период пастырской деятельности о. Митрофана – марокканский, когда он был назначен Архиерейским Синодом на должность администратора церквей Северной Африки. Здесь батюшке пришлось окормлять многотысячную эмигрантскую паству в разных точках ее североафриканского рассеяния. Кроме душепопечения, отец протоиерей занимался и храмостроительством, а также духовным окормлением всех местных русских общественных организаций. За выдающиеся заслуги перед Церковью указом Архиерейского Синода от 17 декабря 1954 г. за № 1991 протоиерей Митрофан Зноско был награжден митрой. В этот период ближайшим к Африке иерархом был архиеп. Иоанн (Максимович), проживавший в Париже, с которым о. Митрофан поддерживал постоянную связь. К этому времени относится чудо исцеления от полиомиелита старшей дочери о. Митрофана Анны, по молитвам святителя Иоанна.

Последний и самый длительный – 42 года – период служения о. Митрофана протекал в

Си-Клифе, предместье Нью-Йорка. Приехав в Америку в 50-летнем возрасте, умудренный уже богатым пастырским опытом и суровой жизненной школой – ранняя потеря матери, голод, преследования за Православие и русскость от польских властей, допросы с пристрастием в НКВД во время советской окупации Бреста – закаленный житейскими трудностями, но еще полный сил и энергии, о. Митрофан находился «в личном ведении митрополита Анастасия», который вменил ему в послушание являться ежемесячно для беседы. Владыка митрополит ценил способности и личные качества о. Митрофана и возлагал немалые надежды на его помощь по церковной администрации.

Пастырский облик владыки отличался целостностью и целеустремленностью. Сознание того, что он воин Христов, стоящий на божественной страже в Церкви Воинствующей, никогда его не оставляло. В решении того или иного вопроса он руководствовался своей пастырской совестью и тем, какой ответ он даст Пастыреначальнику Христу.

Строгий к себе, ласковый и снисходительный к окружающим, он был поистине пастырем добрым, душу свою полагавшим за овцы. Многих он буквально спас от смерти в застенках НКВД при советской окупации Белоруссии. Спасал он и евреев, укрывая их от фашистских палачей, подвергая себя при этом смертельной опасности. Жил батюшка жизнью своих пасомых, радуясь их радостями и скорбя их скорбями. Своих прихожан – «овец», он знал и глашал их по имени, и они за ним шли, потому что знали глас его. Поучительно было его отношение к больным. По возможности часто, а когда он еще управлял автомобилем – ежедневно, навещал он своих больных на дому и в больницах. Неоднократно слышали от него слова: «надо мне съездить туда-то, но сейчас не могу, потому что у меня в приходе столько-то тяжело больных или умирающих». В связи с этим он никогда не пользовался отпуском, пока не был назначен ему в помощь второй священник, да и тогда уезжал он очень редко. Особенно ярко проявлялась его забота о пасомых на проскомидии. С какой тщательностью и любовью поминал он каждое имя, приходя в храм за много часов до начала Божественной литургии. Пасомые о. Митрофана платили ему ответной любовью: на его отпевание съехались прихожане из Марокко, Германии и даже Бреста.

Из воспоминаний семинариста: «Помимо приходской деятельности владыка Митрофан явился наставником многих пастырей нашей Церкви. В память своего старшего брата священномученика Арсения, владыка многие годы безвозмездно преподавал в Свято-Троицкой семинарии и при болезни архиепископа Аверкия некоторое время был ее проректором. Помнится, что в период его проректорства в быте семинарского общежития произошли некоторые положительные изменения. Были приобретены и установлены стиральные машины для семинаристов, и при этом отпала необходимость поездок в соседний городок, каковые всегда были связаны с получением разрешения от семинарского начальства. Да и сам порядок получения разрешения для отлучки из семинарии значительно упростился, что избавило семинаристов от многих ненужных осложнений с нашей инспекцией. Свой обычай посещения больных владыка практиковал и здесь. Помню, я лежал с высокой температурой и несколько дней не мог посещать занятия. Вдруг открывается дверь и входит отец Митрофан, приехавший на свои лекции из Нью-Йорка. Пододвинув стул поближе к постели, он сел и больше часа провел со мной, проявляя участие и живой интерес к моим занятиям и лично ко мне. Такие посещения не забываются.

На протяжении ряда лет владыка вел разные предметы в семинарии. В годы моего обучения он преподавал апологетику и сравнительное богословие. Лекции его были чужды сухости и в то же время глубоко содержательны. Формулировки бывали меткими и точными. Запомнилось его высказывание об экуменизме, – «если и произойдет экуменическое соединение церквей, то действительно такая церковь будет единой, но ни

Святой, ни Соборной, ни Апостольской она от этого не станет». Свои лекции владыка восполнял многими примерами из своего богатого жизненного опыта, например, когда он говорил о католицизме, то его суждения были основаны не на чем-то вычитанном из учебника, а на личном опыте общения с католической церковью в Польше».

Отцом Митрофаном составлен учебник по сравнительному богословию, которым сейчас широко пользуются в Российских духовных академиях и семинариях. Его перу также принадлежат: «В защиту Правды», сборник статей на церковно-общественные темы, сборник проповедей по годовому кругу богослужений. (М., 1995), «Хроника одной жизни» – автобиографические очерки.

Многие духовные лица пользовались отеческими советами владыки Митрофана в своей пастырской практике. Многим помог он избежать неприятностей служебного порядка, и, сам пройдя горнило подобных испытаний, неоднократно успешно защищал своих собратий от грозивших им административных взысканий.

В 1989 г. ушла в иной мир верная спутница жизни о. Митрофана матушка Александра Семеновна. Приняв эту утрату с глубоким христианским смирением, о. Митрофан уже в следующем 1990 г. призывается к архиерейскому служению. Несколько раз отказывался он от этого жребия, ссылаясь на свой преклонный возраст, но в конце принял его как волю Божию о себе.

Хиротония отца Митрофана во епископа состоялась в Монреале 11 /24 ноября 1990 г., в день Обретения Иверской мироточивой иконы Божией Матери. Последние 11 лет своей жизни владыка был викарием Восточно-Американской епархии с титулом епископа

Бостонского, до последнего времени совершая богослужения и активно участвуя в церковной жизни.

К нему за советом шли многие архиереи и священники, как проживающие за границей, так и из России. Для всех он являлся живой связью с иерархами: митрополитом

Антонием, митрополитом Анастасием, святителем Иоанном Шанхайским и другими столпами нашей Церкви. Положительное отношение владыки к происходящим в России переменам выразилось в его последнем Рождественском послании: «Наблюдая происходящее на родине нашей, чувствую и вижу приближение дня торжества Солнца Правды, дня, когда, огнем испытанная, Православная Россия займет ее положенное в семье народов место, восстановит и политическое, и нравственное равновесие во всем мире». Вера в лучшее будущее России у владыки не ограничивалась словами. Не один десяток тысяч долларов пожертвовал он на разные благотворительные цели в возраждающейся ныне России. Вообще же владыка занимался широкой благотворительностью, и кто бы к нему ни приходил за материальной помощью, не уходил с пустыми руками.

2/15 февраля 2002 г., в праздник Сретения Господня, ровно в 10 ч. утра, в момент начала Божественной литургии, после краткой болезни ушел в иной мир владыка епископ

Митрофан.

Труды

Православие. Римо-католичество. Протестантизм. Сектантство: Сравнительное богословие. Сергиев Посад, 1998.

Михаил (Бурдуков), архиепископ Иркутский и Нерчинский (+ 1830)

Основатель Забайкальской миссии. Год его рождения неизвестен.

С 1799 г. он был назначен архимандритом Знаменского монастыря в Тобольске и ректором Тобольской семинарии. В 1810 г. – ректор Тверской семинарии и архимандрит

Троицкого Макариева Колязина монастыря Тверской епархии.

18 октября 1814 г. состоялась его хиротония во епископа Иркутского и Нерчинского.

22 августа 1826 г. был возведен в сан архиепископа.

Скончался 5 июля 1830 г.

Владыка, будучи человеком высокообразованным, отличался апостольской ревностью» к просвещению язычников и присоединению раскольников-старообрядцев. Он был организатором миссионерской деятельности в Забайкалье и на Алеутских островах. Владыка сам часто совершал поездки по епархии, посещая самые отдаленные районы. Святитель вел постоянную переписку с духовным старцем Зосимой Верховским и прислушивался к его советам. Он был истинным монахом, смиренным, кротким и незлобивым. Скончался во время одной из поездок по епархии.

Литература

Нестор (Анисимов), иеромонах Православие в Сибири: Исторический очерк: В память основания Камчатского

Православного братства во имя Нерукотворного Образа Всемилостивого Спаса. СПб., 1910.

Никольский А Забайкальская духовная миссия (1681–1903): Очерк из истории православной миссии в Восточной Сибири. М., 1904.

Нафанаил, архиепископ Венский и Австрийский (Львов Василий Владимирович) (1906– 1986)

Родился 17 (30) августа 1906 г. в Москве в семье члена Государственной думы. Учился в гимназии Санкт-Петербурга, в реальных училищах Бугуруслана и Томска. В 1922 г. окончил Харбинское реальное училище. Работал на Китайской Восточной железной дороге. В 1928 по 1931 г. учился на вечерних богословских курсах. После пострижения в монашество в 1929 г. рукоположен во иеромонаха. С 1936 г. нес служение в детском приюте при Доме милосердия в Харбине. В 1936 г. возведен в сан архимандрита. Вместе с митр. Нестором (Анисимовым) участвовал в православной миссии в Керале (Индия, 1935–1936). В 1937–1939 гг. – начальник православной миссии на Цейлоне. Вторую мировую войну провел в Словакии. Был помощником настоятеля монастыря прп. Иова Почаевского.

В 1939–1944 гг. редактировал журнал «Детство во Христе». В 1945 г. назначен настоятелем Воскресенского собора в Берлине. В 1946 г. хиротонисан во епископа Брюссельского и Западноевропейского. В 1952 г. служил в Тунисе. В 1953–1956 гг. преподавал Ветхий и Новый Завет в монастыре прп. Иова Почаевского. С 1966 по 1980 г. был настоятелем обители прп. Иова в Мюнхене.

Владыка Нафанаил принимал активное участие в литературной жизни русского зарубежья. Он был редактором следующих периодических изданий: «Православный голос» в Маньчжурии (1934–1937), «Православная Русь» на Карпатах (1939–1945), «Православные сборники» в Париже (1947–1949), «Церковный го ло с » в Германии (1955–1964), «Вестник православного дела» в Германии (1959–1963). Он автор многочисленных статей в журналах «Хлеб небесный», «Рубеж», «1ун-бао» (Харбин), в европейских и американских русских печатных изданиях. Печатался также под псевдонимом А. Нельский. С 1971 г. – епископ Венский и Австрийский. В 1981 г. возведен в сан архиепископа.

Скончался 26 октября (8 ноября) 1986 г.

Труды

Краткая священная история. Владимирово, 1941.

Семь святых таинств (Апологетическая повесть) // За веру. Вып. 7. Владимирово (Ладомирова), 1944. (под псевдонимом А. Нельский). 2-е изд. Монреаль, 1972.

О судьбах Русской Церкви заграницей. Мюнхен, 1949.

Жития святых. Мюнхен, 1969–1972.

Отец архимандрит Корнилий. Мюнхен, 1971.

Путешествие в космос. Мюнхен, 1972.

Нестор, епископ Алеутский и Аляскинский (Засс Николай Павлович) (1826–1882)

Родился в семье дворянина. 20 мая 1832 г. определен в морскую роту Александровского кадетского корпуса. 31 января 1836 г. переведен в морской кадетский корпус. 10 января 1842 г. произведен в гардемарина. С 9 августа 1844 г. – мичман, с 6 декабря 1849 г. – лейтенант. 15 ноября 1850 г. по болезни уволен со службы.

26 ноября 1853 г. поступил послушником в Бахчисарайский Успенский монастырь.

В 1854 г. пострижен в монашество и 22 июня рукоположен во иеродиакона, а 3 июля

1855 г. – во иеромонаха. С 1857 по 1864 г. плавал на судах наших эскадр в Средиземном море и к берегам Америки.

18 ноября 1866 г. назначен настоятелем православной церкви в г. По (Франция). 29 октября 1878 г. возведен в сан архимандрита. 17 декабря 1878 г. хиротонисан во епископа Алеутского и Аляскинского. В 1879 г. прибыл в Сан-Франциско. 30 июня 1882 г., возвращаясь на пароходе из Сан-Франциско, упал с пароходной палубы в море и утонул.

Тело его было найдено и погребено на острове Уналашка (Алеутские острова) близ церкви.

Литература

Анатолий, архим. Американский очерк. Одесса, 1907.

Григорий (Афонский), еп. Ситкинский и Аляскинский, История Русской Православной Церкви на Аляске //

Официальная хроника, 1994, спецвып. № 9/10.

Кроткое А Краткий исторический очерк СПб., 1901. С. 174,227.

Никандр, архиепископ Ростовский (Викторов Леонид Николаевич) (1891– 1961)

Родился в семье священника Ярославской епархии Николая Николаевича Викторова и Марии Николаевны (в девичестве Воскресенской), происходящей также из потомственной семьи священнослужителей. В 1911 г. окончил Ярославскую духовную семинарию и был направлен в Киевскую духовную академию, которую блестяще окончил со степенью кандидата богословия в 1915 г. и получил направление в Пермскую епархию, где правящим епископом был Андроник (Никольский), также выпускник Ярославской семинарии. Он стал для Леонида добрым наставником. В день Преображения Господня он был рукоположен во иерея с назначением в Спасо-Преображенский собор и определен законоучителем в трех учебных заведениях Перми.

Но грянула революция и началась гражданская война, а с нею вместе – путь военного священника. Первой жертвой развязанной кампании «красного террора» стал архиеп. Андроник, зверски замученный 20 июня 1918 г. Летом 1919 г. о. Леониду стало ясно, что в Перми ему оставаться невозможно. В начале июля он получает благословение на отъезд в Сибирь. П осле недолгого пребывания и служения в Омске, в сентябре 1919 г. о. Леонид перебирается в Томск, где оставляет на попечение знакомых матушку Марию

Арсеньевну (в 1920 г. она умерла от тифа) и поступает военным священником в войска, подчиненные Верховному правителю адмиралу А. В. Колчаку. В январе-феврале 1920 г. священник Л. Викторов участвует в легендарном «Ледяном походе» – броске Белой армии под командованием генерала В. О. Каппеля из Нижнеудинска на Иркутск с целью освобождения из-под ареста адмирала Колчака. К началу 1921 г. он оказывается на Дальнем Востоке.

10 августа 1922 г. правителем Приамурского края стал генерал М. К Дитерихс. Верные ему войска получили наименование Земской Приамурской Рати, а протоиерей

Леонид Викторов был назначен их главным военным священником.

22 сентября 1922 г. в Никольск-Уссурийске состоялось совещание епископов, на котором обсуждался вопрос о созыве Дальневосточного Поместного Церковного Собора. В совещании приняли участие назначенный на временную Харбинскую кафедру архиепископ Оренбургский и Тургайский Мефодий, а также епископы Мелетий (Забайкальский и Нерчинский) и Нестор (Камчатский и Петропавловский). В конце октября Земская Рать вынуждена была прекратить сопротивление и отступить на территорию Китая и Кореи. Для беженцев были организованы богослужения в китайских городах Хунь-Чуне, Янцюане, Гирине и корейском городе Гензане. Особой заслугой о. Леонида и его сподвижников было сохранение в условиях военного лихолетья

Антиминсов (они имелись у каждого военного священника), без которых невозможно совершение

Божественной Литургии. Архиеп. Харбинский и Маньчжурский Мефодий радушно принял священников-беженцев. В 1923 г. прот. Л. Викторов был назначен на должность проповедника Градо-Харбинского кафедрального собора. В середине 30-х гг., после кончины о. Леонтия Пекарского, он становится настоятелем собора и членом Епархиального Совета.

С момента открытия в Харбине Богословско-пастырских курсов в 1927 г. о. Леонид ведет там активную лекторскую работу. В 1934 г. в Харбинском институте св. Владимира открылся богословский факультет, где он читал курс Священной истории Ветхого Завета.

Годы японской оккупации Маньчжурии (1932–1945) были для ее обитателей особенно тревожными. Оккупационные японские власти пытались выставить в Харбине для всеобщего поклонения языческую богиню Аматерасу. Летом 1945 г. епархия вышла из-под юрисдикции Зарубежного Синода и вошла в юрисдикцию Московского Патриархата. По Харбину прокатилась волна арестов.

Управляющим Харбинской епархией был назначен митрополит Нестор, получивший титул Экзарха Восточной Азии. В делах епархии и Экзархата ему требовался деятельный помощник – викарный архиерей. Зная вдового протоиерея о. Л. Викторова со времен гражданской войны и всецело доверяя ему, Владыка Нестор остановил свой выбор на нем. 14 сентября 1946 г. в Скорбященском храме Дома Милосердия митр. Нестор совершил пострижение в монашество о. Л. Викторова с именем Никандр, на следующий день Никандр был возведен в сан архимандрита, а 21 сентября, в день празднования Рождества Пресвятыя Богородицы, в Свято-Николаевском кафедральном соборе хиротонисан во епископа Цицикарского, викария Харбинской епархии.

В 1948 г. митр. Нестор был внезапно арестован. Временное управление Харбинской епархией перешло к владыке Никандру.

В октябре 1949 г. в Китае завершилась гражданская война. Правящим епископом был назначен молодой энергичный архиерей, специально присланный из СССР. Экзархом Восточной Азии и начальником Русской духовной миссии в КНР стал архиепископ Китайский и Пекинский Виктор (Святин), а его заместителем – епископ Цицикарский Никандр (Викторов). С 18 августа 1950 г. еп. Никандр получил назначение на Харбинскую кафедру. Владыка Никандр не препятствовал политике «китаизации», поскольку она была поддержана Московским Патриархом.

Вместе с тем он предпринимал меры для оживления миссионерской работы. Стало очевидным, что следует готовить к отъезду из Китая всех русских клириков.

Для себя Владыка Никандр заявил о послушании и преданности Патриарху Московскому

Алексию. Тем священникам, что откликнулись на призыв из Москвы, еп. Никандр оказал всяческое содействие и в сентябре 1955 г. отправил большую группу репатриантов, гарантируя им иерейские и диаконские места в Отечестве.

В Москве еп. Никандру было предложено остановиться в Переделкине, в гостевом корпусе Патриаршего подворья. Вечером у ворот подворья его встретил митр. Нестор, только что освобожденный из мест заключения. Встреча двух старцев была умилительной. Оба не могли сдержать слез.

Потом были аудиенции у Патриарха, официальные приемы в Патриархии и, наконец,

8 марта 1956 г. последовало назначение на кафедру Архангельской епархии.

В 1957 г. Владыка был возведен в сан архиепископа.

16 августа 1961 г., будучи архиепископом Ростовским и Новочеркасским, архиеп. Никандр почил в Бозе в Ростове-на-Дону и был похоронен у алтаря кафедрального собора Рождества Пресвятой Богородицы.

Литература

Дамаскин (Орловский), иеромонах. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Кн. 2. Тверь, 1996. С. 82–112.

Попов А В. Из истории Русской Православной Церкви на Дальнем Востоке // Христианство на Дальнем Востоке.

Материалы международной научной конференции. Владивосток, 2000. С. 149–154.

Хиротония Никандра, епископа Цицикарского // Хлеб Небесный, Харбин, 1946, № 9,10. С. 49.

Никанор (Каменский),архиепископ Казанский и Свияжский (1848–1910)

Окончил Казанскую духовную академию и был хиротонисан во епископа Чебоксарского, викария Казанской епархии с 1891 по 1896 г. В 1896–1899 гг. поставлен епископом Смоленским и Дорогобужским, с 1899 по 1902 г. – епископом Орловским и Севским, с 1902 по 1903 г. – епископом Екатеринбургским и Ирбитским.

С 1903 по 1905 г. – епископ Гродненский и Брестский. В 1905 г. возведен в сан архиепископа Варшавского и Привислинского. С 1908 по 1910 г. – архиепископ Казанский и Свияжский.

Архиеп. Никанор оставил труды, среди которых: «Изображение Мессии в Псалтири»,

«Экзегетико-критическое исследование мессианских псалмов с кратким очерком учения о Мессии до пророка Давида», «Объяснение послания Апостола Павла» и др.

Литература

Мануил (Лемешевский), митрополит. Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 г. В 6 т. Ирланген, 1979–1989.

Николай, епископ Оренбургский и Уральский (Адоратский Петр Степанович) (1849–1896)

Родился 15 сентября 1849 г. в Казани в семье протоиерея. В 1874 г. окончил Казанскую духовную академию со степенью кандидата богословия. С 2 декабря 1874 г. служил псаломщиком при посольской церкви в Вене.

В 1880 г. вернулся в Казань и 23 ноября 1881 г. был зачислен в состав Пекинской духовной миссии, 10 января 1882 г. пострижен в монашество, 24 января рукоположен во иеродиакона, а 28 января – во иеромонаха. 16 августа 1886 г. вернулся в Россию и был назначен смотрителем Херсонского духовного училища, в следующем году – ректором

Ставропольской духовной семинарии и возведен в сан архимандрита. 7 января 1888 г. защитил диссертацию в Казани по истории Пекинской духовной миссии и 22 февраля удостоен научной степени магистра богословия.

11 марта 1890 г. хиротонисан во епископа Новомиргородского, викария Херсонской епархии. Чин хиротонии состоялся в Санкт-Петербурге.

С 8 июня 1891г. стал епископом Алеутским и Аляскинским, а 7 сентября 1891 г. – епископом Балтским, викарием Подольской епархии. За год до своей кончины был поставлен епископом Оренбургским и Уральским.

Владыка Николай был духовным писателем. Он вел подвижническую жизнь, был кроток, незлобив, милостив, за что верующие любили и почитали его. Плодовитый автор многих компиляций духовного содержания, он составил каталог библиотеки Пекинской миссии. Усердно занимался собиранием и проверкой переводов богослужебных книг, а когда ознакомился с языком, то сам предпринял перевод воскресных служб Октоиха.

Труды

Исторический очерк вопроса о свободе вероисповеданий в современной Испании // Православный собеседник, 1876, июнь-июль. С. 181–215, 264–270.

Заметка о покойном архиепископе Палладии, начальнике Православной миссии в Пекине (перевод) // Православный собеседник, 1884, июнь. С. 248–252.

Настоящее положение и современная деятельность Православной духовной миссии в Китае // Православный собеседник, 1884, авг.-сент., стр. 373–390; Православный собеседник, 1884, сент. С. 103–108.

Положение миссионерства в Китае // Православный собеседник, 1885, май. С. 68–96.

Исторический очерк католической пропаганды в Китае // Православный собеседник, 1885, май. С. 24–69.

Отец Иакинф Бичурин: Исторический этюд // Православный собеседник, 1886, февр., март, май.

Протестантская пропаганда в Китае и современные гонения на ее миссии // Православное обозрение, 1886, август.

Православие и православная миссия в Китае // Современные известия, 1886, № 355, 25 дек.

Православный храм в Ханькоу в Китае // Нива, 1887, № 1; Воскресный День, 1887, № 4 (с рисунком).

Православная миссия в Китае за 200 лет ее существования: история Пекинской духовной миссии в первый и второй периоды ее деятельности // Православный собеседник, 1887, февр.-ноябрь; Странник, 1887, апр.-май (первые четыре главы).

Об источниках истории Пекинской духовной миссии. Речь на коллоквиуме 7 января 1888 года // Православный собеседник, 1888, янв.

Литература

Библиографический указатель русских духовных писателей из монашествующих за 18-й, 19-й века и половину 20-го столетия / Сост. В. Волков. Загорск, 1961. Ч. 1.

История Российской духовной миссии в Китае. М., 1997.

ПозднеевДМ. Православие в Китае. М., 1998.

Самойлов НА Пекинская духовная миссия во 2-й половине XIX в. // Православие на Дальнем Востоке. СПб., 1993.

Никон, архиепископ Вологодский (Рождественский Николай Иванович) (1851– 1918)

Родился 4 апреля 1851 г. в с. Чашникове Верейского уезда Московской епархии в семье дьячка. Его отец, Иван Андреевич, был скромным сельским дьячком, мать, Ольга

Ивановна, как говорил впоследствии сам Владыка, «Христова крестоносица», она несла большой и тяжелый крест по воспитанию 22 своих детей. Семья жила в чрезвычайно бедных, стесненных условиях. От природы слабый здоровьем, мальчик в 5-летнем возрасте ослеп на один глаз, однако к восьми годам он уже три раза прочел славянскую

Библию, несколько томов Четьих-Миней и другие церковные творения. По окончании церковно-приходской школы Николай поступил в Московское духовное училище, где был первым учеником. Окончив несколько духовных училищ, он все-таки не смог поступить в Духовную академию, поскольку надо было помогать семье. В 1874 г. он стал послушником Ново-Иерусалимского монастыря. Отсюда он вместе с настоятелем о. Леонидом (Кавелиным) перешел в Троице-Сергиеву Лавру, куда последний был назначен наместником. В 1880 г. Николай принял монашеский постриг с именем Никон. Еще будучи послушником в Лавре, он в 1879 г. начал выпускать «Троицкие листки». Лаврская типография напечатала их более миллиона экземпляров. Листки продавали по копейке, а иногда давали даром. Для народа они были любимым чтением. Возвращаясь из Лавры в родное село, паломник собирал богомольных людей и читал им этц листки. За «Троицкие листки» Никон получил в 1900 г. Макариевскую премию.

В 1893 г. он становится казначеем Лавры, а в 1901 г. – председателем епархиального училища иконописания. Помимо «Троицких листков» он издает журналы «Троицкая библиотека», «Божия нива», «Троицкие цветки», «Троицкая народная беседа» и «Троицкое слово». Он является автором книги «Житие и подвиги преподобного Сергия, игумена Радонежского и всея России чудотворца» (1885), которая написана ярким, образным языком и выдержала пять изданий. В 1904 г. он был хиротонисан во епископа Муромского, позже переведен на Серпуховскую кафедру и назначен настоятелем Свято-Данилова монастыря. Активная общественная деятельность еп. Никона в связи с революционными событиями 1905 г., когда он открыто выступил против разрушения российской государственности, вызвала письма со стороны его противников, которые обвиняли его в реакционности. Св. Синод своим указом в 1906 г. перевел еп. Никона на Вологодскую кафедру, подальше от Москвы. В действительности это была ссылка.

В 1907 г. он становится членом Государственного Совета, а в 1912 – членом Св. Синода. В 1912 г. еп. Никон обратился с прошением об увольнении с занимаемой им Вологодской кафедры. Его прошение удовлетворили, и он поселился в Лавре.

В 1913 г. он был возведен в сан архиепископа и назначен председателем Издательского совета при Св. Синоде. В типографии Лавры он начал выпускать «Троицкое слово». В каждом номере журнала были статьи самого Владыки. Его заслугой нужно признать твердое и последовательное обличение ересей и антицерковных сочинений Л.Н. Толстого. В эти годы в Церкви оставалось все меньше людей, которые твердо защищали позиции Церкви и чистоту Православия. В российской печати звучали лишь голоса св. прав. Иоанна Кронштадтского, прот. Иоанна Восторгова и архиеп. Никона, которые обличали и предостерегали о грядущем социальном бедствии.

В начале XX в. наблюдалось оживление сектантства, учения пашковцев, толстовцев, духоборов, молокан, хлыстов и т.п. Стали приобретать популярность спиритизм и теософия. В 1913 г. поднялась так называемая «Афонская смута». В среде афонских монахов (в русских монастырях на Афоне проживало 1700 монахов из России) возникло движение «имябожников», которые утверждали, что в имени Бога присутствует Сам Бог. После обличения этого учения со стороны церковной иерархии в русских монастырях на Афоне возникли беспорядки. Св. Синод направил туда архиеп. Никона, чтобы умиротворить бунтующих монахов-имябожников, откровенно терроризировавших всех, не согласных с их лжеучением. Когда Владыка прибыл на Афон, он увидел ужасную картину. С одной стороны, греческое церковное начальство грозило русским монастырям выселением, с другой – никак не удавалось смирить бунтующих. Среди них оказались даже революционеры, которые скрывались там от полиции. У них были типографии, которые печатали возмутительные листовки. Бунтовщики угрожали архиепископу расправой. Тогда на Афон ввели войска, которые находились на вспомогательных судах.

Двести матросов выселили со Святой Горы около тысячи бунтовщиков. Их вывезли и разместили по разным монастырям внутри России (в основном на Новый Афон). Когда произошла революция, монахи-имябожники пострадали вместе с другими. Их предводитель – Антоний Булатович – был убит в 1919 г. Об этой истории рассказывается в книге архиеп. Никона «Меч обоюдоострый».

Голос владыки Никона был слышен по всей России. Его статьи и публицистическая полемика звучали на страницах «Троицкого слова». Он был назначен председателем издательского отдела Св. Синода, в подчинении которого находились многие церковные издательства.

В конце своей жизни, накануне Февральской революции, архиеп. Никон издает книгу

Сергея Нилуса «Близ есть, при дверех». Временное правительство отдало приказ уничтожить тираж этой книги, ликвидировать и другие тиражи в типографиях Троицкой лавры. Сам владыка Никон за год до переворота 1917 г. ушел на покой. Он предчувствовал грядущие времена смуты и бедствий. Особенно наглядно это видно из его переписки со свт. Николаем Японским, с которым он был близок узами духовной дружбы.

Скончался архиепископ Никон 30 декабря 1918 г. (12 января 1919 г.). Его похоронили в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре.

Проповедь Евангелия всем народам

«Еще ветхозаветный пророк сказал: «Во всю землю изыде вещание их и в концы вселенныя глаголы их», – и эти слова сами св. Апостолы применяют к себе. Мы, люди позднейших времен, воочию видим поразительное исполнение этих словес пророческих. Перенеситесь мыслию за две почти тысячи лет: вот рыбаки с озера Галилейского уверенно говорят, что их проповедь распространится до пределов известного и даже неизвестного тогда мира: что думали тогда, слушая их, гордые фарисеи, а потом греческие мудрецы-философы, могли ли они принять и вместить сии глаголы рыбаков? Наверное, признавали сих благовестников или невеждами, мечтателями или же прямо помешанными на идее величия. Но пронеслись положенные Богом времена и сроки, и немыслимое стало делом: есть ли теперь хоть один город, который не слышал вовсе о Христе, Спасителе мира? Есть ли уголок земли, куда не донеслось бы Слово Евангелия? Правда, далеко не все народы обратились ко Христу, хотя и слышали о Нем, но о таком обращении пророчества Христовы прямо и не говорят: сказано только, что будет проповедано Евангелие всем народам. Но следует прислушаться и к голосу тех, кто, несомненно, ближе нас к Богу, кто не только любит Церковь Божию, но и сам участвует в ее жизни, сам является орудием промысла ее Главы и другом ее Жениха Небесного.

Более 30 лет я имел счастие быть в дружественной переписке с почившим в Бозе равноапостольным мужем нашего времени архиепископом Николаем Японским. В своих письмах поведал я ему свои скорби о положении Православия на Руси, об опасностях, ему угрожающих, словом, о всем том, чем болит наше пастырское сердце. И вот что писал он мне от 10 ноября 1909 г.:

«Опечалился я очень, прочитавши теневую часть Вашего письма: «Грозные тучи ходят над бедною Россией. Не без причины многие думают, что близок конец мира» – и т. д. Но не устояла во всей силе печаль моя против дальнейших размышлений. В пылу битвы воин видит кровь, много крови; но не прав будет он, если скажет: «Вот только и есть кровь, нет больше мира, рушится мир!» Вы в самом центре разгоревшейся битвы и сами получаете раны. Как не страдать Вам, не исходить кровью Вашему сердцу и как удержаться от крика боли! Но окиньте взором пространство мировой истории от Адама до ныне: когда же были времена вполне утешительные? Дохристианский мир задыхался в беспросветной атмосфере зла до того, что лучшие тогдашние люди прибегали, как к последнему утешению, к самоубийству. Лишь только блеснул на земле небесный свет, подана людям чаша утешения, люди, вошедшие в полосу этого света и принявшие чашу, тем не менее, видя окружавший их внешний мрак, страдали до того, что свое время считали концом мира. Вспомните, как апостол Павел убеждал Солунян «о пришествии Господа не спешить колебаться умом», что хотя тайна беззакония уже деется, но кончина не теперь. А когда? «Проповестся сие Евангелие Царствия по всей вселенной, во свидетельство всем языком, и тогда придет кончина». На что яснее и вернее, а также и утешительнее сего указания! Еще большая половина языков вселенной не слышала Евангелия Царствия. А и слышавшая разве достодолжно усвоила его? Разве у европейских народов Евангелие проникло до глубины сердца? Нет, оно еще на поверхности их душ. И это потому, что западные народы слушают Евангелие, затемненное извращениями католичества и протестантства; Россия слушает всесветлое Евангелие непросветленным, невежественным, неразвитым умом и неуглубленным сердцем. Разве для того Бог сходил на землю и Сам изрек людям учение, чтобы оно вскорости же явилось в потемненном виде католичества и протестантства, а там, где сияет полным своим светом, только немногие до дна их умов и сердец были просвещены и претворены им, – каков сонм святых Православной

Церкви, масса же более по влечению сердца шла в сем свете, ясно не давая себе отчета, каким сокровищем она обладает?.. Жизнь и отдельного человека, тем более каждого народа и, несомненно, всего человечества проходит периоды, назначенные ей Творцом. В каком же возрасте теперь человечество со времени рождения его в новую жизнь? О, конечно, еще в юном! Две тысячи лет для такого большого организма совсем небольшие годы. Пройдут еще многие тысячи лет, пока истинное Христово учение и оживотворяющая Благодать Святого Духа проникнут во все члены этого организма, пока все народы и в них все отдельные личности усвоят Христово учение и подвергнутся благодатному действию его: правда Божия сего требует. Истина Христова и Благодать Святого Духа всею своею силою должны войти в человечество и произвести полное свое действие. Тогда только настанет зрелый возраст человечества: этот великий организм станет во весь свой рост и станет столько добра творить, насколько способна созданная Богом Творцом и оплодотворенная Богом Спасителем природа человеческая. Еще древние пророки провидели и в восхитительных чертах изображали это время, когда «не будет пути нечистого и не заблудят люди, и не будет льва и никакого зверя лютого, а волки и агнцы будут пастись вместе»; тогда «будет едино стадо и един пастырь», по вожделенному слову Самой воплощенной Истины. Далеко-далеко еще человечеству до этой вершины! А потом оно пойдет вниз и опустится до таких глубин зла, до которых и пред потопом не достигало; жизненные силы света и добра почти вконец иссякнут в одряхлевшем человечестве, – тогда-то, и не раньше как тогда, настанет конец мира. Вот мысли, успокоившие мое, взволнованное Вашим письмом сердце. Они не больше мои, чем Ваши; но да перельются они из Вашей головы в сердце, и да послужат облегчением и Вашей душевной боли, которой я вполне сочувствую и которую сам, вероятно, так же остро чувствовал бы, если бы не стоял несколько в стороне от поля битвы».

Так утешал меня святитель Японский. Нарисованная им художественным словом картина грядущих судеб рода человеческого давала надежду видеть в будущем еще отрадное: дело Христово еще не завершено на земле: еще немало народов ждут своей очереди, когда придет к ним Царствие Божие и Благодать Божия заложит в них свою закваску. А чтобы закваска возымела свое действие, нужно время; если она сделала свое дело среди народов, уже покончивших свое историческое призвание, то в нас это призвание еще не исполнено, а такие великие народы, как Китай и Индия, еще ждут своего, Богом предназначенного дела в Царстве Божием, где нет разницы между иудеем и эллином, между европейцем и азиатом.

Я написал свои мысли святителю Николаю, и от него получил такой ответ:

«Я не говорю и не думаю, что «каждый народ должен достигнуть высшей степени христианизации». Моя мысль и твердое мое убеждение, основанное на Слове Божием, то, что все народы в мире и каждый народ в отдельности непременно должны услышать Евангелие: а какой степени христианизации достигнет каждый народ, это зависит от свойств его, от того, широко или узко он отверзает свое сердце д ля принятия Благодати Божией. Но отдельных святых личностей, «достигших высшей степени христианизации», непременно должен дать каждый народ, хотя бы он в массе не был высоко достоин пред Богом. Так мы имеем почти недостижимых по обилию благодатных даров Ефрема из Сирии, Антония из Египта, Павла Фивейского из Африки и под. Что до родимого нашего русского народа, к которому мы имеем честь и счастье принадлежать, то я тоже твердо убежден, что он еще на пороге своей исторической жизни и что сомневаться в его будущем, и тем более отчаиваться за него – просто грех. Разные болезни нападают на юное тело: корь, оспа, скарлатина, но если оно не хило от природы, то благополучно переносит их и продолжает расти и развиваться. И насекомые любят нападать на мягкое юное тело, – тоже временная и переходящая напасть, пока тело окрепнет, мускулы сделаются более твердыми. В Японию, например, не сунутся евреи, потому что японскому народу от роду более 25 столетий – это не юный и мягкий организм, а взросший и окрепший; японцы сами могут поучить евреев деловитости и практичности во всем мирском обиходе, а не наоборот: скорее сами могут сделать натиск на евреев, а не терпеть от них натиска. Ну а русский народ на 15 столетий моложе японского, оттого отношение к нему евреев иное. И это весьма понятно и едва ли устранимо до более зрелого возраста русского организма. И много-много других еще насекомых точит и будет точить мягкое и рыхлое тело (инородцы, иноверцы, сектанты, атеисты); но по течению времени они будут сбрасываться, тело очищаться, и оно заживет, наконец, всеми своими силами, и Бог весть потом сколько веков пройдет, пока страшный червь могильный нападет на великий, уже одряхлевший, русский организм и свалит его в могилу. Таковы мои искренние убеждения, немало одушевляющие и ободряющие меня. Если Ваше Преосвященство в письмах моих найдет что-либо пригодным для «Троицкого слова», то я могу быть только благодарен Вам за эту честь». (Письмо от 2 апреля 1910 г. Я просил разрешения некоторыми местами из его писем воспользоваться для своего издания.)

В письме от 10 июня 1911 г. он говорит: «Примите сердечную благодарность за

«Троицкое слово». Ваши дневники писаны кровью Вашего сердца и вызывают скорбь и боль сердца, когда читаешь их; они точно анатомическим ножом вскрывают нагноения, которыми страдает наше бедное отечество. Весьма желательно, чтобы они изданы были отдельною книгою и получили возможно широкое распространение. Польза будет великая: благочестивых они будут возбуждать к подобным же иеремиадам, каждого в своем кругу, колеблющихся утверждать, отчаянных, наподобие юноши 8 номера, спасать от гибели, равнодушных возбуждать и научать ратованию. Хотелось бы одного, именно, чтобы Вы, нисколько не умаляя силы Ваших обличений, растворяли их некоторым утешением. Такой пример подают пророки.

Они свои грозные и громовые прещения всегда оканчивают утешениями. Правда, им, за нависшими тучами современных им пороков, всегда виделся Свет Христов, и на него именно они указывали как на утешение. А нам разве не видится вдали или, по крайней мере, не грезится светлое будущее России? Ужели Господь создал такой многочисленный народ и вместе такое необъятное тело Церкви только для того, чтобы отдать его на съедение червям? Разве Россия развила все свои силы и таланты, заложенные в ее организме, и изжила их? Нет: по всем признакам она молодое историческое тело, возрастающее на смену стареющих организмов. Думать иначе было бы хулою на Промысел Божий. Тогда отчего же и мрачно смотреть? Молодому организму свойственны разные болезни: и корь, и оспа, и расстройство желудка от незрелых или несвежих плодов, и ушибы, и поранения, и разное другое. Все это и есть ныне с Россиею. А прежде этого не было? Или было меньше? Полноте! Несколько в другом роде, но, пожалуй, было и побольше. Припомните так близкие к нам еще времена барщины, с ее жестокостями, ее безнравственностью, ее бесшабашным произволом; бросьте взор дальше, когда собак называли именем патриарха, и дальше – до беспросветной татарщины и беспрерывной эгоистической распри князей. Когда же было лучше? Никогда. Если сложить сумму добра, теперь, под лучами Божией Благодати разлитого по всему миру России, и сравнить с сумою такого же добра какого хотите периода прежних времен, то, наверное, окажется теперь значительный перевес, как и подобает в возрастающем организме. Я отнюдь не веду речь к тому, чтобы теперь не следовало обличать пороки. Напротив, непременно нужно строго обличать, беспощадно греметь прещениями, вот так, как Ваше Преосвященство делаете, и нужно, чтобы во всех концах России явились такие строгие обличители с огненными речами и прещениями. Пусть иеремиады гремят неумолчно и по всей России, но пусть они, как у Иеремии, Исайи и иных, растворяются и словом утешения. Пусть каждое прочтение этих иеремиад сопровождается не поникновением головы с печалью и унынием, а бодрым поднятием ее и решимостью при Божией помощи исправиться, обновиться, выйти на полный свет Божий...»

Имя архиепископа Никона было широко известно в России прежде всего благодаря его выступлениям в «Троицком слове» – самом популярном церковном издании тех лет. Пятьдесят его статей, опубликованных в «Троицком слове», составили цикл сборников

«Мои дневники».

Архиепископ Никон активно занимался издательской деятельностью, он издавал для православных читателей журналы: «Богословский вестник», «Божия нива», «Троицкая библиотека», «Троицкие листки», «Троицкая народная беседа», «Троицкое слово»,

«Троицкий собеседник для церковно-приходских школ» (1901–1905), «Троицкий собеседник для православной школы и семьи» (1906–1917 гг.), «Троицкий собеседник для церковно-приходских школ» (1901–1905), «Троицкие цветки».

Труды

Православие и грядущие судьбы России / Сост. священник Я. Шипов. М., 1995.

Литература

Библиографический указатель русских духовных писателей из монашествующих за 18-й, 19-й века и половину

20-го столетия / Сост. В. Волков. Загорск, 1961.4.1.

Митрополит Мануил (Лемешевский). Русские православные иерархи периода с 1893 по 1965 г. В 6 т. Ирланген, 1979–1989.

Нил, архиепископ Ярославский и Ростовский (Исакович Николай Феодорович) (1799– 1874)

Родился в Могилеве в семье священника. Первоначально обучался в Могилевской семинарии. В 1821 г. поступил в Петербургскую духовную академию.

22 августа 1825 г., по окончании курса академии, пострижен в монашество, 27 августа рукоположен во иеродиакона, 29 августа – но иеромонаха, а 5 сентября того же года назначен инспектором Черниговской семинарии. С 8 мая 1828 г. – бакалавр и инспектор Киевской академии. 2 сентября 1830 г. назначен ректором Ярославской семинарии, 12 октября возведен в сан архимандрита.

Владыка Нил был выдающимся миссионером. Уже в годы ректорства в центре его богословских и церковно-практических интересов были проблемы преодоления раскола старообрядчества и христианской проповеди среди языческих народностей России.

С возведением в архиерейский сан он стал претворять в жизнь эти планы. За два года архипастырского служения в Вятской епархии он возвратил в лоно Православной

Церкви свыше 6 тысяч старообрядцев, а всего за период своей миссионерской деятельности обратил в Православие до 40 тысяч человек. 8 декабря 1835 г. хиротонисан во епископа Вятского и Слободского. 23 апреля 1838 г. переведен епископом Иркутским и

Нерчинским.

С назначением на Иркутскую кафедру миссионерская деятельность Святителя достигла еще больших размеров, чем в Вятке. Иркутская епархия охватывала почти всю Сибирь, Дальний Восток, Якутию, Камчатку и Алеутские острова – огромный край, населенный чукчами, камчадалами, нанайцами, коряками, якутами, бурят-монголами и другими народностями, большая часть которых не имела письменности. Церковная жизнь русского населения страдала от недостатка храмов и священнослужителей. Владыка начал с улучшения постановки учебного дела в местной семинарии, потом вызвал многих образованных священников из центральных епархий и наиболее способных из них поставил начальниками вновь организованных миссионерских станов. За 15 лет им было сооружено более 70 церквей, в том числе в тундре Якутии и в северо-западной части Камчатки.

Высокую оценку заслуживает и его деятельность в деле обращения старообрядцев.

В основных очагах старообрядчества он создавал православные приходы. Среди языческих народностей края больше всего внимания он уделил бурят-монголам. Он сам занялся изучением бурят-монгольского языка и побуждал к тому своих наиболее способных сотрудников. Он непосредственно участвовал в подготовке священнослужителей из самих бурят. Близ Кяхты архиеп. Нил устроил Чикайский скит, а в южном предгорье Саянского хребта (в центре бурятских поселений) в 1851 г. была создана и приступила к миссионерской работе Нило-Столбенская пустынь. 13 апреля 1840 г. возведен в сан архиепископа.

При архиеп. Ниле были открыты мощи св. Софрония Иркутского.

Изучив местные диалекты, преосвящ. Нил вместе с несколькими сотрудниками приступил к переводам священных и богослужебных книг. Несмотря на огромные трудности предпринятого дела, к 1854 г. были выпущены в свет переводы на монгольский язык Евангелия (частично), служебника, часослова, чинопоследований литургии, вечерни, утрени, крещения, обручения, венчания, водоосвящения и молитв ко св. причащению.

Переводческую и редакторскую деятельность архиеп. Нил продолжал и после перевода его на Ярославскую кафедру. Уже после отъезда из Иркутска преосвящ. Нил закончил большой труд «О буддизме».

С 24 декабря 1853 г. – архиеп. Ярославский и Ростовский. Трудолюбивый владыка и в Ярославле главное внимание сосредоточил на подвиге миссионерства и много потрудился над возвращением в лоно православной церкви раскольников-старообрядцев.

Петербургский университет высоко оценил научные заслуги архиеп. Нила, избрав его своим почетным членом. Этому университету он завещал свою редкую по объему и ценности минералогическую коллекцию.

За несколько лет до кончины преосвящ. Нил приготовил себе гроб и могилу и вчерне устроил над ней храм при Ярославском архиерейском доме (в бывшем Спасском монастыре) с правой стороны при церкви Печерской Богоматери.

Скончался 21 июня 1874 г.

Труды

Путевые записки о путешествии по Сибири. В 2 ч. Ярославль, 1874 (реч. см. в Чтении в обществе любителей духовного просвещения М., 1891, август-сентябрь. С. 383–385).

Замечания на перевод Евангелия от Матфея на монг. язык в 1867 г. (рукопись Синод, арх. № 2129).

Буддизм, рассматриваемый в отношении к последователям его, обитающим в Сибири. СПб., 1858.

Ярославский Спасо-Преображенский монастырь, что ныне архиерейский дом, с присовокуплением жития святых блг. кн. Феодора, Давида и Константина Ярославских чудотворцев. Ярославль, 1869.

Летопись Иркутской Крестовоздвиженской церкви 1717–1771 // Иркутские епархиальные ведомости, 1875.

Литература

Самбикин Димитрий. Месяцеслов святых, всею Русскою Церковию или местночтимых, и указатель празднеств в честь икон Божией Матери и святых угодников Божиих в нашем отечестве. Вып. 1 –4 (сентябрь-декабрь). Каменец-Подольск, 1892–1895,2-е изд., вып. 7, с. 191, прим.

Лесковы. С. Собрание сочинений. Т. 5, с. 552–573; т. 6, с. 89. М., 1957.

Обозрение епархии преосвящ. Ионафаном, еп. Ярославским и Ростовским. Ярославль, 1881. С. 76.

Павел, епископ Камчатский и Благовещенский (Попов Петр) (1813– 1877)

Родился в Енисейской губернии в семье священника. 14 июля 1834 г. окончил курс

Иркутской духовной семинарии и 7 октября рукоположен во священника при Нерчинском заводе. В 1837 г. переведен в Красноярский собор. 2 марта 1860 г. пострижен в монашество; возведен в сан архимандрита, а 6 марта того же года хиротонисан во епископа Якутского, викария Иркутской епархии.

13 марта 1866 г. освятил каменный храм в честь Нерукотворного Спаса в Якутском Спасском монастыре.

С 9 ноября 1866 г. – епископ Новоархангельский.

С 10 июня 1870 г. – епископ Енисейский.

С 31 марта 1873 г. – епископ Камчатский, Курильский и Благовещенский.

Скончался 25 мая 1877 г. в Благовещенске-на-Амуре.

Еп. Павел много потрудился на миссионерском поприще – он часто объезжал все епархии, на которых служил, и даже посещал Японию, куда впервые назначил православных священников и диаконов (в его ведении была Японская миссия). Он был «простой, смиренный, всем доступный, всякого готовый принять, все выслушать, но при этом точный, исполнительный, благочестивый, молитвенный и вполне самоотверженный... живущий только для других...» – так отзывался о нем свт. Николай Японский.

Литература

Вениамин (Благонравов), архиеп. Иркутский. Амурская духовная миссия в 1870 г. Б. м. Б. г.

Вениамин (Благонравов), архиеп. Иркутский. Забайкальская миссия. СПб., 1864.

Вениамин( Благонравов), архиеп. Иркутский. Забайкальская миссия: Письма из Посольского монастыря. СПб, 1865.

Якутские архипастыри: Краткий перечень их назначения, служения и проч. Иркутск, 1902.

Павел, епископ Никольск-Уссурийский (Николай Ивановский) (1874– 1919)

Миссионер-проповедник, архипастырь, ученый и общественный деятель, еп. Павел хорошо известен на Дальнем Востоке и в странах Азиатско-Тихоокеанского региона: он был начальником Сеульской миссии и почитается как православный просветитель Кореи.

Родился в семье священника в с. Сергиевском Крапивенского уезда Тульской губ.

Отличался тихим и кротким нравом. После окончания Тульской духовной семинарии преподавал в народной школе. В 1896 г. Николай был пострижен в монашество с именем Павел, после чего рукоположен во иеромонаха и назначен миссионером-священником в Ир- генский стан Забайкальской епархии.

В 1900 г. переведен на служение во Владивостокский архиерейский дом Владивостокско-Камчатской епархии и зачислен в Восточный Институт на китайско-корейское отделение. По окончании обучения в 1904 г. о. Павел был возведен в сан архимандрита и назначен начальником Корейской духовной миссии в Сеуле. Прекрасное знание корейского языка, истории и культуры Кореи позволило ему организовать миссионерскую проповедь на корейском языке. Он продолжил дело своего предшественника архим. Хрисанфа по переводу богослужебных книг на корейский язык Вместе с корейским переводчиком И.Каном он перевел богослужебные книги, краткую историю Ветхого и Нового Заветов, Катехизис и др. По благословению Владыки, послушник Феодор Перевалов положил на ноты песнопения на корейском языке, сохранив основы русских церковных мелодий.

За 6 лет пребывания в Корее архим. Павел развернул проповедническую деятельность и создал 5 миссионерских станов, 7 школ на 220 мест для корейских детей, а также ряд молитвенных домов. В 1905 г. в отчете о деятельности Православной миссии в Корее, который приведен в его книге «Корейцы-христиане», он писал: «Дай Боже, чтобы над Кореей скорее воссияло солнце Православия, воссияло уже светом невечереющим...»

Во время русско-японской войны 1904–1905 гг. деятельность миссии подверглась серьезным испытаниям. Ее сотрудники были высланы из Сеула японской военной администрацией и нашли временный приют в Шанхае, в отделении Пекинской духовной миссии.

Деятельными помощниками владыки Павла были его ученики-катехизаторы, ставшие впоследствии священниками-миссионерами, корейцы по национальности Роман Ким, Василий Огай, Василий Лян, Мефодий Хван, Николай Цой и др. Об успехах миссионерской деятельности Владыки Павла сохранилось свидетельство в журнале «Владивостокские епархиальные ведомости»: «...Присоединен к Православию глава местных корейцев-пресвитериан г-н Цой с наречением имени Иннокентия. Результатом его деятельности (до принятия крещения. – Ред.) стало основание в крае общины пресвитериан. Здесь он встретился с молодым, энергичным православным катехизатором, ныне миссионером-священником о. Василием Огай. Встреча их и беседы привели к полной перемене религиозных воззрений пресвитера Цоя. Посещение богослужения Православной Церкви в Светлое Воскресенье произвело на него такое впечатление, что он решил перейти в Православие. Чин присоединения к Православию совершал Преосвященный епископ Павел. Цой почти не говорил по-русски, и Владыка задавал ему вопросы и читал положенные молитвы на корейском языке».

В 1911 г. во Владивостокско-Камчатской епархии проживало до 100 тысяч корейцев, и только во Владивостоке их насчитывалось более 10 тысяч. В епархии действовали 30 миссионерских приходов и школ. После окончания русско-японской войны под видом книгонош на территорию епархии все чаще стали приезжать пресвитерианские проповедники, вследствие чего архиеп. Владивостокский и Камчатский Евсевий ходатайствовал перед Св. Синодом о назначении викарного епископа для Миссии среди корейцев. В 1912 г. Св. Синод учредил новое викариатство во Владивостокско-Камчатской епархии с титулом Никольск-Уссурийский.

С 1913 г. в здании Свято-Никольского кафедрального собора г. Владивостока начала действовать школа Духовной миссии и Катехизаторское училище.

В 1913 г. по инициативе еп. Павла был создан переводческий комитет, усилиями которого был сделан перевод и издание Служебника и Тфебника, а также составлены и изданы духовные листки с проповедями. Большое внимание Владыка уделял развитию школьного образования. По данным Хабаровской выставки, в 1913 г. в епархии обучалось до 438 детей корейцев, принявших русское подданство. Общее их число составляло 1492 человека, или 92,2 процента. В 1914 г. в Приамурском крае насчитывалось 168 миссионерских школ, где обучалось 8193 ребенка, в том числе 4934 мальчика и 3259 девочек. Из них русских школ – 107, молдаванских – 3, корейских – 29, камчадальских – 24, корякских – 2. К 1917 г. на территории Приморья насчитывалось 182 корейские школы. В 1914 г. по его инициативе был учрежден епархиальный Миссионерский совет, и он стал его председателем.

Начальник Русской духовной миссии в Корее, архим. Павел в годы русско-японской войны не только неустанно молился за победу русского оружия, но и посетил театр военных действий. А по возвращении предложил, дабы увековечить память о русских воинах, живот свой на поле брани положивших, выстроить во Владивостоке храм-памятник, который бы соединил в себе церковь и школу, и чтобы средства на него собирали всем миром. Добровольные пожертвования поступали от разных лиц и учреждений, но более других жертвовали военнослужащие и духовенство.

Архим. Павел лично принял участие в сборе пожертвований и сам много личных средств вложил в строительство. 9 декабря 1907 г. правящий архиерей архиеп. Евсевий освятил двухэтажное здание с домовым храмом, над главным входом которого по предложению о. Павла была сделана надпись: «Памяти убиенных русских воинов 1904–1905 гг.». Престол нового храма был освящен в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радости».

Стремясь увековечить память героев Русско-японской войны, Владыка договорился с японской администрацией о перенесении из Кореи во Владивосток праха погибших моряков со знаменитого крейсера «Варяг».

Скончался Владыка от сыпного тифа в 1919 г. по дороге в Новочеркасск, где и был погребен.

Литература

Августин (Никитин), архимандрит. Русская православная миссия в Корее // Православие на Дальнем Востоке. Вып. 1.СП6., 1993.

Анисимов Л. Православная миссия в Корее // Журнал Московской Патриархии, 1991, № 5. С.57–59.

Архангелов С А Наши заграничные миссии. СПб., 1989.

Волохова А Из истории российской политики на Дальнем Востоке: МИД министерство финансов и учреждение

Российской духовной миссии в Корее // Проблемы Дальнего Востока. 1998, № 4. С. 112–122.

Гарин Н. По Корее, Маньчжурии и Ляодунскому полуострову. М., 1958.

История Российской духовной миссии в Корее: Сб. статей. М., 1999.

Мефодий, архиепископ. Каноническое существование Харбинской епархии. Харбин, 1929–

Симбирцева ТМ. Из истории христианства в Корее: к 1000-летию Православия // Российское корееведение.

Альманах. Вып. 2. М., 2001.

Феодосий Перевалов, архим. Российская духовная миссия в Корее за первое 25-летие ее существования

(1900–1925 гг.). Харбин, 1926.

Хрисанф, епископ. От Сеула до Владивостока (путевые записки миссионера) // История Российской духовной миссии в Корее. М., 1999.

Парфений, архиепископ Иркутский и Нерчинский (Попов Петр Тихонович)

(1811–1873)

Один из основателей Забайкальской миссии в Восточной Сибири родился в Задонском уезде Воронежской губ., в семье священника. Учился в Воронежской семинарии, затем в Киевской духовной академии, которую окончил в 1835 г. со степенью магистра. В том же году 7 октября назначен профессором Орловской семинарии.

13 октября 1836 г. принял сан священства.

С 1 октября 1840 г. – протоиерей Елецкого собора.

16 ноября 1841 г. пострижен в монашество.

24 октября 1842 г. определен инспектором Орловской семинарии.

20 апреля 1844 г. назначен ректором Орловской семинарии, а 20 мая возведен в сан архимандрита.

С 22 октября 1845 г. – ректор Харьковской семинарии и настоятель Старо-Харьковского Куряжского монастыря.

С 12 апреля 1848 г. – ректор Херсонской семинарии и настоятель Одесского Успенского монастыря.

29 февраля 1852 г. назначен ректором Казанской академии.

14 марта 1854 г. хиротонисан во епископа Томского и Енисейского.

13 сентября 1860 г. назначен епископом Иркутским и Нерчинским.

31 марта 1863 г. возведен в сан архиепископа.

Избран почетным членом Киевской духовной академии.

Скончался 21 января 1873 г.

Архиеп. Парфений открыл комитет Миссионерского общества и сам непосредственно руководил одной из Иркутских православных миссий.

Составил акафист свт. Иннокентию, еп. Иркутскому.

Литература

Вениамин (Благонравов), архиеп. Иркутский. Забайкальская миссия. СПб., 1864.

Вениамин (Благонравов), архиеп. Иркутский. Забайкальская миссия: Письма из Посольского монастыря. СПб., 1865.

Вениамин (Благонравов), архиеп. Иркутский. Письма к Казанскому архиепископу. М., 1913.

Никольский А. Забайкальская духовная миссия (1681–1903): Очерк из истории православной миссии в Восточной Сибири. М., 1904.

Парфений, архиеп. Иркутская духовная миссия в 1867 г. М., 1868.

Савва, архиеп. Хроника моей жизни. Св.-Троицкая Сергиева Лавра, 1901. Т. 2. С. 419.

Свт. Питирим, епископ Тамбовский, чудотворец (1644– 1697)

Родился на древней Смоленской земле, в г. Вязьме. Эти пограничные земли Русского государства часто подвергались набегам чужеземных недругов. Кто были родители

Святителя – неизвестно (одно из преданий связывает имена их с дописанными на иконе

Тамбовской Богоматери предстоящими – прпмц. Евдокией и прп. Алексием, человеком

Божиим). Особое почитание мч. Прокопия Декаполита дает основание считать, что в крещении мальчик был назван Прокопием. Родители сумели воспитать Прокопия и его сестру (будущую монахиню Екатерину) в строгих традициях Православия. Помимо школьного образования Прокопий изучал иконописание. С детских лет имел навык и любовь к церковной службе и уединенной молитве.

Характер и наклонности юноши пробудили в нем желание поступить в монастырь.

Монашеская жизнь Прокопия началась в Вяземском Предтеченском монастыре.

Пройдя испытательный срок, Прокопий на 21-м году жизни был пострижен в монашество с именем Питирим. Молодой инок усердно исполнял все монашеские правила, постоянно восходя к духовному совершенству. Вскоре он был рукоположен в сан иеродиакона, а затем – в иеромонаха. За строгую жизнь братия избрала его игуменом монастыря. Для иноков он был образцом в исполнении послушаний.

30 января 1677 г. он был возведен в сан архимандрита.

Высокие достоинства архим. Питирима обратили внимание высшего духовного начальства. В это время для устроения и приведения в порядок вновь открытой в 1682 г.

Тамбовской епархии требовался умный, деятельный и отличающийся благочестием и богоугодной жизнью епископ. Выбор патриарха Иоакима пал на архим. Питирима, которого он знал и ценил. 15 февраля 1685 г. архим. Питирим был хиротонисан в Москве во епископа Тамбовского.

Наступило время напряженных святительских трудов в Тамбовской епархии, которая находилась в особо тяжелом положении. Тамбовский край считался отдаленной окраиной России. Здесь жили и православные, и мусульмане, и язычники. В Тамбовском крае поселилось много представителей старообрядческих согласий. Храмов было мало, и они были очень бедны. Даже кафедральный собор поражал своей бедностью. Монастырская жизнь в епархии также находилась в упадке. Почти все монастыри были не благоустроены. В самое короткое время новый епископ завоевал всеобщую любовь и признание. Его внешний вид, ласковость и приветливость внушали доверие и уважение. За время епископства свт. Питирима число церквей в Тамбовском крае достигло 168. Средства на строительство церквей свт. Питирим находил только за счет благотворителей и собственных сбережений. Наглядным свидетельством храмостроительства стало возведение нового каменного кафедрального собора.

Большое внимание он уделял монастырям как центрам благочестия и просвещения народа. Они стали в епархии местами, где развивались письменность и книжное дело.

Отсюда распространялись среди народа различные поучения и книжные писания.

В 8-ми километрах от Тамбова, в лесу, было излюбленное место уединения и молитв свт. Питирима. Это место для монастыря было выбрано свт. Митрофаном Воронежским.

В 1688 г. свт. Питирим на собственные средства построил мужской монастырь в честь Предтечи и Крестителя Иоанна. В самом Тамбове в 1690 г. он основал женскую обитель, первой настоятельницей которой была родная сестра Святителя Екатерина. Он ввел крестные ходы в городе, а на городских стенах при въезде в город установил иконы.

Святитель уделял большое внимание просвещению многочисленных народностей, которые населяли Тамбовский край. Во время своих поездок по епархии он всегда проповедовал слово Божие. То же делал и у себя дома, и особенно в храме, который считал главным источником народного благочестия. Епископ учил верных и неверных, заблуждающихся и сомневающихся, давал наставления и самому духовенству, которое очень нуждалось в них. Святитель учил любви и сам показывал пример истинной любви ко всем. Он был доступен для всех, со всеми обращался как брат и друг. Никто не уходил от него без ласки и доброго слова.

Заслугой свт. Питирима была его активная борьба против раскола.

Чувствуя, что дни его сочтены и закончить строительство кафедрального собора он не сможет, Святитель приложил все усилия, чтобы завершить строительство и отделку одного из его приделов, который он сам и освятил в честь свт. Николая.

В этом соборе он и завещал похоронить его.

Кончина Святителя последовала 28 июля 1697 г. (по другим источникам – 1698 г.), в день празднования чтимой им иконы Смоленской Богоматери.

В 1832 г. был канонизирован свт. Митрофан Воронежский, который в духовном видении свидетельствовал о святости своего «друга и собеседника», свт. Питирима.

Другой великий русский святой – прп. Серафим Саровский – посылал паломников в Тамбов, к гробнице свт. Питирима. Так он поступил с больным НА Мотовиловым, который получил исцеление на подъезде к городу.

28 июля 1914 г. по ходатайству Тамбовского архиеп. Кирилла свт. Питирим был причислен к лику святых.

Литература

Жизнеописание святителя Питирима, еп. Тамбовского. Тамбов, 1914.

Лебедев В. Питирим, св. еп. Тамбовский. М., 1913.

Новочадов М. И. Великий светильник церкви Тамбовской святитель Питирим. Тамбов, 1913.

Питирим, святитель, Тамбовский епископ. Шамордино, 1914.

Самбикин, свящ. Святитель Питирим, второй еп. Тамбовский. Воронеж, 1872.

Святитель Божий Питирим, еп. Тамбовский и чудотворец. Тула, 1914.

Порфирий, епископ Чигиринский (Успенский Константин Александрович) (1804– 1885)

Инициатор и организатор первой русской духовной миссии в Иерусалиме родился в Костроме в семье причетника. В 1824 г. окончил курс Костромской семинарии.

В 1825 г. поступил в Петербургскую духовную академию. В 1829 г. окончил академию со степенью кандидата богословия и в том же году 15 сентября был пострижен в монашество, 20 сентября рукоположен во иеродиакона, а 25 сентября – во иеромонаха.

1 июля 1831 г. получил степень магистра и 2 июля назначен законоучителем Одесского Ришельского лицея.

20 мая 1833 г. возведен в сан архимандрита.

С 1 мая 1834 г. – настоятель Успенского монастыря в Одессе, с 20 мая – архимандрит.

18 июля 1838 г. назначен ректором Херсонской семинарии, 15 ноября 1840 г. – настоятелем посольской церкви в Вене. 14 ноября 1842 г. отправлен в Иерусалим.

2 января 1845 г. с научными целями отправился на Афон и Синай. С 31 июля 1847 г. – начальник миссии в Иерусалиме. 14 февраля 1865 г. состоялась хиротония архим. Пор- фирия во епископа Чигиринского, викария Киевской митрополии и назначение его настоятелем Киево-Михайловского монастыря. 31 декабря 1877 г. переведен в Москву членом Московской Синодальной конторы с пребыванием в Московском Новоспасском монастыре. В 1878 г. уволен на покой. Скончался 19 апреля 1885 г. в Москве. Погребен в

Московском Новоспасском монастыре.

Еп. Порфирий, человек широко образованный, хорошо знал языки, обладал пытливым умом и неутомимой энергией, горячо любил науку для самой науки.

Путешествуя в течение 15 лет по Востоку, он написал много ценных научных трудов о его святынях и древностях.

«Для чего я странствую так долго? – писал Святитель о своих научных изысканиях и путешествиях. – Для того, чтобы подобно пчеле принести прекрасный мед в родной улей. Я пчела Божия, а Россия – мой улей».

Его труды отличаются многосторонностью, широким кругозором и энциклопедизмом. Девизом к своему научному труду он избрал изречение Лафатера: «Отыскивать истину в путанице понятий, предощущать ее, находить ее, исправлять свои ошибки – вот моя утеха, мое старанье». Он не раз высказывал мысль о необходимости восстановления патриаршества и упразднении Св. Синода, о радикальном изменении епархиального управления. Владыка находил крайне неудовлетворительным уровень преподавания в наших духовных заведениях. Он высказывался за то, чтобы отменить духовное сословие как некую касту. Владыка был человеком искренним, правдивым, настойчивым в достижении цели и вместе с тем добрым, живым и впечатлительным. Он не терпел неправды, резко и бесстрашно обличал сильных мира сего, что доставило ему много неприятностей. Будучи патриотом, еп. Порфирий не пользовался расположением церковных властей.

Владыка Порфирий имел степень доктора греческой философии, которой удостоен в 1869 г. Советом Московского университета. Он был членом Одесского общества истории и Новороссийского университета.

Труды

Афон языческий. Киев, 1847.

Синайская обитель // Журнал мин. народи, просвещ.,1847. Ч. 55.

Синайский полуостров // Журнал мин. народи, просвещ.,1847. Ч. 60.

Указатель актов, хранящихся в обители св. горы Афонской //Журнал мин. народи, просвещ., 1847. Ч. 55.

Описание монастырей Афонских в 1845–1846 гг. // Журнал мин. народи, просвещ., 1848. Ч. 55, 58.

Сирийская церковь // Журнал мин. народи, просвещ., 1850. Ч. 56.

Вероучение, богослужение, чиноположение и правила церковного благочиния египетских христиан (коптов).

СПб., 1856. (Книга издана под инициалами А.П.У.)

Второе путешествие в Синайский монастырь в 1850 г. СПб., 1856.

Путешествие по Египту и в м-рь в 1845 г. СПб., 1856.

Восток христианский: Египет и Синай. СПб., 1857.

Письмена Кинея Манафы на Синайских утесах. СПб, 1857.

Извлечение из письма с Афона: о греческих и славянских старинных рукописях //Дух. беседа, 1859. Т. VII, № 33.

Взгляд на плавание наших пароходов к берегам Афона // Листок рус. общества пароходства и торговли, 1860, № 7 8 и 77.

Священное писание у христианских женщин и библейская редкость у имп. Марии Феодоровны. СПб, 1864.

Четыре беседы Фотия, святейшего архиепископа Константинопольского и рассуждение о них. СПб, 1864.

Абиссинцы, их церковь и религиозные обряды // Труды Киевской духовной академии, 1866. Кн. 3 –5,7 и 8.

Послание иерусалимских патриархов в Грузию // Труды Киевской духовной академии, 1866. Кн. 1.

История Афона // Труды Киевской духовной академии, 1871. Кн. 8.

Сказание о Сирийской унии // Труды Киевской духовной академии, 1874. Кн. 9.

Восток христианский. Афон, Киев, 1877.

Исповедь кающегося грешника. СПб, 1878.

Новое слово об Афоно-Иверской иконе Богоматери // Чтен. в общ. любит, дух. проев, 1879.

Святый Дионисий Ареопагит и творения его // Чтен. в общ. любит, дух. проев, 1879.

Афонские книжники: греческие писатели, переводчики и издатели // Чтен. в общ. любит, дух. проев, 1883. Кн. 2 и 3.

Восток христианский: Путешествие в Метеорские и Особолимпийские монастыри в Фессалии в 1859 г. СПб, 1896.

Восток христианский: а) История Афона (в 3-х книгах); б ) Первое и второе путешествие в Афонские скиты и монастыри и описание скитов Афонских (в 6-ти книгах). СПБ, 1896.

Восток христианский: Александрийская патриархия. Сб. материалов, исследований и записок, относящихся до истории Александрийской епархии, т. I. СПб, 1898.

Книга бытия моего (Дневник и автобиографические записки) в 8-ми частях (извлечение из книги, изданной имп. Палестинским общ.). СПб, 1894,1895,1896 (В 2 ч.), 1899, 1900, 1901.

Литература

БолдыревМ, врач. Замечательная кончина //Душеполезное чтение. 1909. С. 685–688.

Дмитриевский А. Еп. Порфирий Успенский как инициатор и организатор первой русской духовной миссии в Иерусалиме. СПб, 1906.

Дмитриевский А Еп. Порфирий (Успенский): по поводу 100-летия со дня его рождения. СПб, 1906.

Корюльков, прот. Суждение еп. Порфирия о переводе свящ Писания на рус. язык // Тфуды К. Д А, 1915, сентябрь.

Костров В. Еп. Порфирий (Успенский), его деятельность и ученые труды по изучению христианского Востока (кандидатское сочинение) // Православный собеседник. 1914, январь. С. 28. (Отзыв о б этом сочинении проф. Протасова В. И. // Православный собеседник, 1916, май-июнь. С. 170.)

Лебедев А. Преосвящ. Порфирий (Успенский). Сергиев Посад, 1904.

Лесков Н. С. Мелочи архиерейской жизни (Собр. соч. М, 1957. Т. 6. С. 440–446).

Материалы для биогр. еп. Порфирия (Успенского). Офиц. документы. В 2 т. Переписка. Изд. Имп. Акад. Наук под ред. П. В. Безобразова. СПб, 1910.

Мацеевич Л. Письма архим. (впоследствии еп.) Порфирия (Успенского) к Александру Скорлатовичу (1842–1844 гг.) // Православный собеседник, 1916, январь. С. 365.

Письма Филарета, митр. Московского, к высоч. Особам и др. лицам. Тверь, 1888. Ч. I. С. 84, прим. 1; Ч. II. С. 160, прим. 2; С. 187, прим. 4 и 5; прим. 1; С. 271, прим. 4.

Селиванов Н. Ф. Монашеская республика (письма с Афона). СПб, 1900. С. 4.

Сырку П. Описание бумаг еп. Порфирия (Успенского), пожертвованных Имп. Акад. Наук по завещанию. СПб, 1890.

Чистович И. История Санкт-Петербургской духовной семинарии. СПб, 1857. С. 381, 382,447.

Серафим, архиепископ (Соболев Николай Борисович) (1881– 1950)

Родился в Рязани 1 декабря 1881г. Его мать, Мария Николаевна, была женщиной глубоко верующей и усердной молитвенницей. У нее было 11 детей, большинство из которых умерли в раннем возрасте. Особенно любила она свою маленькую дочь Верочку, которая отличалась от своих сверстников удивительными духовными качествами: любила Бога, часто молилась и проявляла необыкновенную доброту ко всем людям. Когда ей было три года, ее старший брат Вася смертельно заболел. В семье все тяжело переживали это печальное событие. Вдруг маленькая Верочка неожиданно сказала: «Мама, дай мне попить чайку». Она выпила чай, перевернула чашечку, поставила на блюдечко и задумчиво произнесла:

«Мама, Вася выздоровеет, а я заражусь и умру». Так и случилось. И когда над умирающей

Верочкой горячо плакали родные, трехлетняя девочка нежно их успокаивала: «Зачем же плакать? Надо Богу молиться!» – и, как ангел, тихо отошла ко Господу. Скорбь матери была беспредельной. Она горячо молила Бога даровать ей в утешение другое дитя, которое бы напоминало ей Верочку. И через несколько лет родился Коля, одаренный Богом редкой по чуткости и любви к людям душой. Он не походил на сверстников. Ласковый и отзывчивый на чужую боль, мальчик обладал не свойственной детям серьезностью. Однажды в церковно-приходской школе, где учился 12-летний Николай, учитель по арифметике объяснял у доски очень трудную задачу. Объяснив, он спросил класс: «Поняли?» Все молчали. «Ах, какие бестолковые, – сказал учитель, – слушайте, еще раз объясню». И после вторичного объяснения опять спросил: «Поняли?» Опять последовало молчание. «Вот глупые, ничего не понимают. В третий раз объясню». После объяснения учитель спросил: «Поняли?» В ответ опять последовало молчание. Учитель очень рассердился и в раздражении крикнул: «Ну, кто из вас дурак, выходи на середину». Николай тотчас вышел и стал перед ним. «Разве ты, Соболев, дурак?» – спросил изумленный учитель. «Да, дурак». – «Какой же ты дурак, ты умный, хороший мальчик. Ступай на место». Учитель развеселился, перестал объяснять задачу и стал читать детям какой-то рассказ. Поступок мальчика поразил его, потому что Николай отлично учился и окончил училище первым учеником. Так еще в детстве проявлялось то дивное смирение, которым всю жизнь обладал Владыка. С юных лет ему была присуща любовь к людям. Будучи в семинарии, Николай со слезами молился Богу и дал обет: «Спаситель мой! Дай мне хорошо писать сочинения, а я даю обет быть монахом и принадлежать Тебе всеми атомами своего существа». С этого момента его сочинения были всегда самыми лучшими в классе.

Когда Николай окончил духовную семинарию, мать постаралась устроить, чтобы он стал священником. Для этого надо было найти невесту. Любя мать и никогда ни в чем ей не прекословя, Николай подчинился, но умолчал о своем обете быть монахом. Ничего не подозревавшая мать начала сватать его. Но каждый раз сватовство расстраивалось совершенно непонятным образом. В августе 1904 г. его мать сказала: «Все наши с тобою хлопоты касательно твоей женитьбы и устроения на должность священника не привели ни к чему. Теперь ты сам устраивай свою судьбу». Получив трогательное благословение матери, Николай поехал в Петербургскую духовную академию. Живя в академии,

Николай каждое утро ходил к ранней литургии в Александро-Невскую Лавру, а потом читал творения святых отцов и жития святых. С особенным старанием он писал свои сочинения. По воскресеньям, когда студенты расходились кто в театр, кто в гости, он оставался один в академии, шел в огромный зал и там играл на рояле и пел песню-молитву, которую сам сочинил.

Николай несколько раз посещал о. Иоанна Кронштадтского и впоследствии с благоговением рассказывал об этом: «Прощаясь с нами, о. Иоанн сначала благословил Витю Раева, а затем меня. Витя, обойдя престол, направлялся уже к арке для выхода в центральный алтарь, а я подошел к горнему месту за престолом алтаря. Вдруг о. Иоанн как молния бросился ко мне. Я остановился на горнем месте. Батюшка возложил на мою голову крестообразно руки, поднял очи свои к небу и трогательным голосом произнес: «Да почиет над вами благословение Божие». Я тут же почувствовал, будто огненная искра ниспала на мою голову и прошла до пят. Особенная великая радость наполнила мое сердце и все мое существо. Я стал как бы опьянелым и начал шататься, боясь, как бы не упасть. Весь этот день я испытывал благодатную, особенную радость, чувствовал себя окрыленным и как бы носился в воздухе».

Когда Николай перешел на шестой курс академии, то инспектор архимандрит Феофан спросил его: будет ли он монахом? За разрешением он письменно обратился к о. Иоанну Кронштадтскому, но тот ничего не ответил. Тогда он спросил о том же старца Анатолия Оптинского (Потапова), но старец написал ему, что заочно не может дать ответа на его вопрос. Когда Николай получил письмо о. Анатолия Оптинского, то заскорбел еще больше, ибо ниоткуда не мог получить на свой вопрос прямого ответа, который указал бы ему волю Божию. В это время он читал житие святого Серафима Саровского; раскрытая книга лежала у него на столе. В грустном раздумье Николай стал ходить по комнате. Но вдруг его озарила мысль: «Какой же я неверующий! Ведь святой Серафим Саровский и сейчас жив. Он у Престола Святой Троицы, он и сейчас может разрешить все недоумения и вопросы, если мы с верой будем обращаться к нему в своих молитвах. Подойду я сейчас к столу, на котором лежит книга с жизнеописанием святого Серафима Саровского, обращусь к нему, как к живому, упаду на колени, буду умолять его решить мой жизненный вопрос: жениться ли мне и быть священником или же принять монашество?» Так Николай и сделал. Положив земной поклон, с молитвой раскрыл книгу и прочел то место, которое ему попалось. Там было написано: «В 1830 году один послушник Глинской пустыни, чрезвычайно колебавшийся в вопросе о своем призвании, нарочно прибыл в Саров, чтобы спросить совета у о. Серафима. Упав в ноги Преподобному, он молил его разрешить мучивший его жизненный вопрос: «Есть ли воля Божия поступить ему и брату его Николаю в монастырь?» Святой старец отвечал послушнику: «Сам спасайся и брата своего спасай»». Эти слова преподобного Серафима Саровского Николай принял как волю Божию.

26 января 1908 г. Николай был пострижен в монашество с именем Серафим.

Окончив академию с ученой степенью магистра богословия в разряде лучших студентов, о. Серафим 18 марта 1908 г. был рукоположен в сан иеромонаха и назначен преподавателем пастырского училища в Житомире. Через некоторое время по болезни он был переведен на должность помощника смотрителя духовного училища в Калугу.

Здесь о. Серафима полюбили, особенно малыши первых классов, которые заливались слезами от разлуки с матерями. Отсюда он часто ездил в Оптину Пустынь для встреч и духовной беседы со старцами Анатолием, Варсонофием и Иосифом. Отец Анатолий относился к нему с особенной любовью и был его духовником.

В 1911 г. иеромонах Серафим был назначен в Кострому инспектором духовной семинарии. Там он пробыл один год и уже в сане архимандрита назначен ректором Воронежской духовной семинарии. Здесь он стал свидетелем революции и гражданской войны, сопровождавшихся страшным и кровавым братоубийством и истреблением лучшей части российского общества. В эти годы Владыка жил в Воронеже. За городом в хибарке подвизался праведный старец Аарон. Он был разбит параличом, и только правая его рука, по милости Божией, двигалась, так что он мог осенять себя крестом. Архим. Серафим при посещении старца спросил у него, покидать ли ему Воронеж или оставаться.

Старец ответил:

– Не беспокойся, ты попадешь в хорошую сторонушку.

– Как же мне понимать ваши слова?

– Попадешь – узнаешь.

Осенью 1919 г. последним поездом покинув Воронеж, Владыка вместе с братом стали изгнанниками. Сначала они обосновались в Екатеринодаре (ныне Краснодар), где о. Серафим был назначен ректором семинарии, а позднее в Симферополе, где он был ректором Таврической духовной семинарии. В Симферополе, в кафедральном соборе, в праздник Покрова Божией Матери 1 /14 октября 1920 г. архим. Серафим был хиротонисан во епископа Лубенского.

Вскоре после хиротонии Владыке пришлось покинуть Родину и он оказался в Константинополе, получил место преподавателя догматики в Высшей духовной школе Константинопольской Патриархии на острове Халки, где читал лекции на греческом языке. Краткое спокойное пребывание на острове Халки, среди упоительной южной природы, вдали от пережитых ужасов, дало повод одному близкому владыке русскому священнослужителю сказать: «Вот и попали мы, ваше преосвященство, в хорошую сторонушку!» – «Постой, здесь же турки, мусульмане, какая же это хорошая сторонушка? Погоди, даст Бог, увидим еще хорошую сторонушку».

В столице Болгарии Софии русские беженцы образовали церковную общину, центром которой стал русский посольский храм свт. Николая Чудотворца. Учитывая необходимость устройства русского прихода в Софии, Зарубежный Синод Русской Православной Церкви назначил в Болгарию епископа Лубенского Серафима. Владыка вместе со своим братом прибыл в Болгарию как предстоятель русского посольского храма и как управляющий русским Ямбольским монастырем святого Александра Невского. В августе того же года указом свт. Тихона, Патриарха Всероссийского, он был утвержден и управляющим русскими общинами в Болгарии.

Вся дальнейшая архипастырская деятельность еп. Серафима была связана с Болгарией, которую он полюбил как свою вторую родину. Однако политические потрясения не миновали и болгарское общество. До 1925 г. Болгария была на грани гражданской войны: убийства, взрывы стали привычным явлением. Религиозность во многом носила внешний, формальный характер. Большую опасность для духовной жизни народа представляли антихристианские секты. Интеллигенция попадалась в сети теософии. А для простодушного народа профанировалось христианство в виде хилиастической ереси добросамарянства. Неустроенным было каноническое положение

Болгарской Православной Церкви, которая после разрыва отношений с Константинопольским патриархатом в 1872 г. находилась в состоянии изоляции среди православного мира. Часть духовенства и богословов, получив образование в бо го словских школах Западной Европы, становились проводниками протестантского и экуменического духа в болгарском духовном образовании.

По личному докладу еп. Серафима и с благословения Синода Русской Православной

Церкви заграницей он явился первым православным архиереем, вступившим в евхаристическое общение с Болгарской Экзархией в период схизмы, чем подчеркнул ее безосновательность.

В 1934 г. еп. Серафим был возведен Зарубежным Синодом в архиепископское достоинство с титулом Богучарский. У Владыки был редкий духовный дар – усматривать самые тонкие отклонения от православной истины и проникать в глубины духовного ведения и богословия. Его самым значительным богословским трудом стала книга «Новое учение о Софии, Премудрости Божией». Разбирая учение о. Сергия Булгакова о Софии, Владыка показал его связь с гностицизмом первых веков христианства, а также с каббалистической мистикой. За этот научно-богословский труд в 1937 г. архиепископ Серафим был удостоен звания магистра богословия.

В 1939 г. владыка Серафим написал книги «Русская идеология» и «Об истинном монархическом миросозерцании», в которых обосновывал основы самодержавия в России.

В 1943 г. он опубликовал свое сочинение «Искажение православной истины в русской богословской мысли». В этой книге Владыка анализирует богословские взгляды митрополита Антония (Храповицкого) и митрополита Сергия, будущего Патриарха Московского и всея Руси.

16 июня 1945 г. архиеп. Серафим вместе с паствой присоединился к Московской Патриархии, а в 1946 г. принял советское гражданство и получил паспорт под номером один советского гражданина в Болгарии. Этим он спас русских эмигрантов от репрессий.

За год до своей кончины он стал часто говорить о ней, а перед смертью предсказал день своего ухода в вечность.

Скончался архиеп. Серафим (Соболев) в день Торжества Православия – 13/26 февраля 1950 г.

Труды

Проповеди (1945–1949 гг.). София, 1998.

Русская идеология. СПб., 1992.

Православное учение о благодати в творениях архиепископа Серафима // Архиепископ Серафим (Соболев).

Православное учение о благодати. Свято-Троицкий Ново-Голутвин монастырь, 1992.

Литература

Вспоминательное слово архимандрита Пантелеймона в первую годовщину после кончины архиепископа Серафима //Архиепископ Серафим (Соболев). Православное учение о благодати. Свято-Троицкий Ново-Голутвин монастырь, 1992.

Краткое жизнеописание архимандрита Серафима (Соболева). Фессалоники, 1991.

Некоторые посмертные чудеса архиепископа Серафима //Архиепископ Серафим (Соболев). Православное учение о благодати. Свято-Троицкий Ново-Голутвин монастырь, 1992.

Русский Свято-Николаевский храм в Софии. София, 1995.

Сергий, бывший епископ Семиреченский (Алексей Лавров, он же Петров) (род. 1878-?)

Родился 2 февраля 1878 г. в Орловской епархии. В 1898 г. поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию. В начале 1902 г. пострижен в монашество и рукоположен во иеромонаха.

В этом же году окончил академию со степенью кандидата богословия и был назначен членом Урмийской миссии. В 1903 г. возведен в сан игумена.

В 1904 г. назначен начальником Миссии с возведением в сан архимандрита.

1 декабря 1913 г. хиротонисан во епископа Салмасского в Урмии.

С 1 июля 1916 г. – епископ Соликамский, викарий Пермской епархии.

С 21 января 1917 г. по 1918 г. и с 1923 г. по 6 февраля 1927 г. был епископом Семиреченским, викарием Туркестанской епархии.

С 1923 по 1926 г. временно управлял Ташкентской епархией.

6 февраля 1927 г. перешел в обновленческий раскол.

Дальнейшая его судьба неизвестна.

Труды

Начало православия в Салмасе (в Персии) // Прибавление к Церковным Ведомостям, 1914, № 10. С. 544–548.

Речь при наречении архимандрита Сергия во епископа //Приб. к ЦВ, 1913, №50. С. 2311.

Урмийская Духовная миссия в 1915 году // Приб. к ЦВ, 1916, № 30. С. 754; № 31. С. 780.

Литература

Красносельцев В. И. Христианство и христианские миссии в Персии // Православный собеседник, 1872.

Православная Урмия: Русское издание Урмийской православной миссии в Персии. Урмия, 1905–1914. Ежемес. Ред. разновременно: Сергий (Лавров), архим., Рубин Н., свящ., Пимен (Белоликов), архим., [предположительно

Антоний (Марценко), иером.]. Выходило также отдельное изд. на ассирийском яз.

Сергий, архиепископ Черноморский и Новороссийский (Петров Стефан Алексеевич) ( 1864– 1935)

Родился 30 января 1864 г. в станице Аксайской, Донской области.

Поступил в Донскую духовную семинарию, которую окончил в 1886 г.

Переехал в г. Томск, где жил его родной дядя – Макарий, еп. Томский.

В это время сюда приехали миссионеры из знаменитой Алтайской миссии. Своими рассказами они заронили в душу Стефана желание самому потрудиться в проповеди слова Божия среди жителей Алтая. Он переехал в Москву и поступил в Московский университет на историко-филологический факультет, который окончил в 1890 г.

В этом же году Стефан прослушал несколько лекций на миссионерских курсах при

Казанской духовной академии, после чего поступил сотрудником в Алтайскую миссию.

В 1892 г. был пострижен в монашество с именем Сергий. 7 ноября того же года рукоположен во иеромонаха и назначен помощником начальника Киргизской миссии.

12 февраля 1899 г. состоялась его хиротония во епископа Бийского, викария Томской епархии. Чин хиротонии совершали: еп. Томский и Барнаульский Макарий, еп. Забайкальский и Нерчинский Мефодий и еп. Приамурский и Благовещенский Иннокентий.

С 20 января 1901 г. – епископ Омский и Семипалатинский. В 1903 г. награжден значком «За содействие просвещению Сибири».

С 6 сентября 1903 г. – епископ Ковенский, викарий Литовской епархии.

С 25 января 1907 г. – епископ Новомиргородский, викарий Херсонской епархии.

С 22 декабря 1913 г. – епископ Сухумский.

С 1917 по 1935 г. сведений о нем не имеется.

Скончался 11 января 1935 г.

Труды

Отчет об Алтайской духовной миссии за 1900 г. на русском языке. Томск, 1901.

Речь при наречении его во епископа Бийского 11 февраля 1899 года // Приб. к ЦВ, 1899, № 13. С. 538–540.

Литература

Макарова-МирскаяА Апостолы Алтая: Сб. рассказов из жизни алтайских миссионеров (с 39 портретами,

72 видами Алтая и виньетками). М., 1997.

Пивоваров Б. И. Издательская деятельность Алтайской духовной миссии // Книга в автономных республиках, областях и округах Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1990.

Симеон, епископ Шанхайский (Феодор Ду) (1886– 1950)

Родился 11 февраля 1886 г. в Китае в семье псаломщика. Его предки были русские казаки-албазинцы, поселившиеся в Пекине в 1685 г. В 1900 г. во время боксерского восстания его отец, близкие родственники и он чудом избежали смерти. Окончив в 1904 г. курс духовной семинарии при Духовной миссии в Пекине, он несколько лет исполнял обязанности псаломщика и катехизатора. В 1908 г. был рукоположен свт. Иннокентием (Фигуровским) во диакона и назначен в Благовещенскую церковь подворья миссии в г. Харбине, где кроме диаконского служения исполнял обязанности миссионера, эконома и заведующего канцелярией. В 1919 г. много потрудился над изданием русских учебников для

Харбинских школ.

В последующие годы миссионерствовал в Шанхае, Кайфыне, Баодинфу, Калгане,

Мукдене, Цицикане и Маньчжурии.

С 1932 г. проживал в Тяньцзине, где в 1934 г. был возведен в сан протодиакона, а 16 сентября 1941 г. рукоположен во иерея с назначением на должность настоятеля Свято-

Иннокентиевского миссионерского храма. В 1943 г. возведен в сан протоиерея.

После пострижения в монашество 25 июля 1950 г. был возведен в сан архимандрита. 30 июля в Москве в Патриаршем Богоявленском соборе состоялась его хиротония во епископа Тяньцзинского.

С 26 сентября 1950 г. – епископ Шанхайский.

Умер в 1950 г.

Труды

Речь при наречении его во епископа // ЖМП, 1950, № 9– С. 57.

Литература

Ипатова АС. Российская духовная миссия в Китае: век двадцатый // История Российской духовной миссии в Китае. М., 1997.

Корсаков ВВ. Пекинские события. СПб., 1901.

ПозднеевДМ. Православие в Китае. М., 1998.

Православие на Дальнем Востоке. СПб., 1993.

Хисамутдинов А А Российская эмиграция в Китае: Опыт энциклопедии. Владивосток, 2002.

Свт. Софроний (Кристалевский), епископ Иркутский (1704– 1771)

Родился в день Рождества Христова в 1704 г. в Малороссии, где отец его служил в Черниговском полку. В крещении назвали Стефаном в честь первомученика архидиакона

Стефана. После ухода отца в отставку семья поселилась в местечке Березань Переяславского уезда Полтавской губ., где прошли его детские годы. Родители будущего Святителя были людьми благочестивыми и заботились о воспитании детей. Сестра Стефана стала монахиней Корабиевского монастыря Переяславской епархии; старший брат так же принял монашество и стал наместником Спасского Золотоношского монастыря. Стефан проходил обучение в Киевской духовной академии, которая позволяла получить начальное, среднее и высшее образование и славилась на всю Россию своими учеными. В 1727 г. по окончании курса академии он стал послушником Киево-Печерского монастыря. 23 апреля 1730 г. принял постриг с именем Софроний в честь св. Софрония, Патриарха Иерусалимского. В 1732 г. в киевском Софийском соборе состоялась его хиротония во иеродиакона, а через несколько дней – во иеромонаха. После этого он был назначен казначеем монастыря, а через два года владыка Арсений (Берло), еп. Переяславский, назначил его экономом в архиерейский дом. В 1735 г. еп. Арсений направил его по делам в Петербург. Во время пребывания в Петербурге Св. Синод обратил на него внимание и избрал в число братии Александро-Невского монастыря. 1 января 1743 г. он был назначен казначеем Александро-Невского монастыря, а через два года – его наместником. Почти семь лет о. Софроний самоотверженно трудился над благоустройством обители и улучшением преподавания в находившейся здесь семинарии. Он заботился о комплектовании монастырской библиотеки. Была построена двухэтажная церковь: верхняя – во имя св. Феодора Ярославина, старшего брата св. Александра Невского, а нижняя – во имя свт. Иоанна Златоуста. Монастырь благоустраивался и процветал. Императрица Елизавета в знак своего уважения к о. Софронию собственноручно вышила для него епитрахиль, пояс и поручи. Позднее она вышила белый саккос (шитый золотом и серебром, весь изукрашенный Серафимами) и подарила его Софронию во время его хиротонии во епископа Иркутского и Нерчинского.

В ночь после пострижения в монашество св. Софроний услышал голос: «Когда станешь епископом, построй храм во имя Всех святых». В Санкт-Петербурге он понял, что голос тот был от Бога.

В 1747 г. скончался еп. Иркутский Иннокентий II (Нерунович). Шесть лет Иркутская кафедра вдовствовала. Наконец, императрица Елизавета Петровна, высоко ценя духовные и организаторские качества наместника Александро-Невского монастыря архим. Софрония, 23 февраля 1753 г. предложила Св. Синоду назначить его на Иркутскую кафедру. 18 апреля 1753 г. в присутствии императрицы и всего двора в Успенском соборе Московского Кремля состоялась хиротония архим. Софрония во епископа Иркутского и Нерчинского. Ему предстояло продолжить святительское и миссионерское служение его предшественника, первого епископа Иркутского свт. Иннокентия (Кульчицкого). Призванный на апостольское служение в Сибири, свт. Софроний неустанно потрудился для просвещения язычников.

По приезде в Иркутск он обнаружил, что многие приходы не имели священнослужителей. Храмы были закрыты, так что даже в великие церковные праздники служб не было. Среди духовенства было распространено пьянство и другие пороки. Святителю пришлось применять к таковым строгие меры: пьющих клириков Владыка запрещал в служении.

Школу, основанную в 20-е гг. XVIII в. архим. Антонием (Платковским) в Вознесенском монастыре, Святитель повелел переместить в архиерейский дом и потребовал от благочинных, чтобы они направляли туда всех малограмотных клириков и их детей для воспитания и обучения. Кадры священнослужителей необходимо было готовить на месте, для чего требовались не только время и средства, но и преподаватели. Первым таким учителем стал сам архиерей, взявший на себя преподавание церковнославянского и русского языков. Уже через год в школе преподавались латинский язык и риторика, а школьная программа была приближена к программе духовных семинарий. В результате выпускники школы становились образованными священнослужителями.

Строго спрашивая со священников исполнения их обязанностей, свт. Софроний в то же время проявлял к ним отеческую заботу. В результате его ходатайства перед императрицей Елизаветой был издан указ, которым по отношению к духовенству были отменены унизительные телесные наказания с заменой их умеренными епитимиями или штрафами, и священнослужители стали неподсудны со стороны светской власти. Тем же указом иркутское духовенство наделялось землей, что избавило многих из них от нищеты.

Свт. Софроний ревностно заботился о нуждах своей паствы. Чтобы ближе узнать их, он совершал многомесячные поездки по епархии – в Нерчинск, Шилку, Якутск вплоть до Камчатки. Видя распространенные в народе пороки – пьянство, разбой, маловерие, возврат к язычеству, безграмотность и отсутствие школ, он сам служит на приходах, произносит проповеди, призывая к борьбе с пороками и исполнению христианских заповедей. За годы его правления епархией число храмов возросло в три-четыре раза, были подготовлены образованные и ревностные священнослужители, создана сеть приходских школ.

Святитель вел обширную миссионерскую деятельность. Он посещал язычников, населявших Иркутск, Якутск, Камчатку, Забайкалье. Если не мог сам, то посылал к ним миссионеров, которым давал подробные инструкции, написанные им же самим. Просвещая язычников светом православной веры, свт. Софроний заботился и об устройстве их быта, привитии им оседлого образа жизни, знаний, земледелия и культуры хозяйствования. Принявших святое крещение он поселял на монастырских землях, стараясь изолировать от влияния языческого окружения. Святитель подарил новокрещеным бурятам усадьбу с мельницей, покосами, пашнями и полным хозяйством. Позднее здесь возникло село Архиерейское, жители которого из поколения в поколение почитали свт. Софрония. При такой бурной деятельности Владыка вел аскетическую жизнь: спал на полу, постелив овечью или звериную шкуру; большую часть ночи проводил в молитве; питался строго по-монашески.

В 1770 г., предчувствуя скорую кончину, свт. Софроний попросил Св. Синод об увольнении его на покой. Однако ответа на прошение не получил. 30 марта 1771 г., во второй день Пасхи, на 67 г. жизни он мирно отошел ко Господу. Тело почившего, облаченное в священные одежды, находилось в Казанском приделе иркутского Богоявленского собора до 8 октября – шесть месяцев и десять дней, пока не получено было распоряжение Святейшего Синода о предании его земле. Все это время тело Святителя оставалось нетленным.

В 1909 г., когда были открыты нетленные мощи Святителя, от них исходило благоухание.

Поместным Собором Русской Православной Церкви празднование свт. Софронию было установлено 10–23 апреля 1918 г.

Литература

Нестор (Анисимов), иеромонах. Православие в Сибири: Исторический очерк В память основания Камчатского

Православного братства во имя Нерукотворного Образа Всемилостивого Спаса. СПб., 1910.

Никольский А Забайкальская духовная миссия (1681–1903): Очерк из истории православной миссии в

Восточной Сибири. М., 1904.

Протоиерей Милий Чефранов. Блаженный Софроний, третий епископ Иркутский. М., 1907.

Священник Анатолий Просвирнин. Святитель Софроний, епископ Иркутский, всея Сибири Чудотворец //

Журнал Московской Патриархии, 1971, № 9.

Журнал Московской Патриархии, 1996, № 4–5.

Соколов Николай, протоиерей; Пивоваров Борис, протодиакон. Краткий очерк истории Иркутской епархии

// Журнал Московской Патриархии, 1977, № 12.

Строев ПМ. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Якутские архипастыри: Краткий перечень их назначения, служения и проч. Иркутск, 1902.

Свт. Тихон, епископ Воронежский, Задонский чудотворец (Соколов Тимофей Савельевич) (1724–1783)

Свт. Тихона называют российским Златоустом. Он был не только выдающимся учителем Церкви, но и просветителем народа, собирая в своих поучительных книгах духовные сокровища, ставшие благодатной почвой для религиозного образования и духовного просвещения многих поколений российского общества. Родился в селе Короцке

Валдайского уезда Новгородской губ. Его отец, бедный причетник, умер рано, и семья жила в страшной нищете. «Бывало, – вспоминал Святитель,– как в доме есть нечего, так целый день бороню пашню у богатого мужика, чтобы только хлебом меня накормили

». В 1738 г. Тимофея отдали в духовное училище в Новгороде, где брат его получил место псаломщика. Нужда и здесь не покидала его. Первые два года он жил на средства своего брата, а потом в числе лучших учеников был принят на казенное содержание, бесплатно получал хлеб и кипяток. «Бывало, как получу хлеб, – вспоминал он, – половину оставлю для себя, а другую продам и куплю свечу, с ней сяду за печку и читаю книжку.

Товарищи мои, богатых отцов дети, найдут отопки лаптей моих и начнут смеяться надо мною и лаптями махать на меня, говоря: «Величаем тя, Святителю!»

Успехи его были столь значительны, что в 1750 г., еще до окончания семинарии, он был назначен в этой же семинарии преподавателем греческого языка. По окончании же семинарии в 1754 г. получил кафедру риторики, одновременно преподавал греческий язык и богословие.

10 апреля 1758 г. принял монашество с именем Тихон и был назначен преподавателем философии. 18 января 1759 г. определен префектом Новгородской духовной семинарии и по просьбе Тверского еп. Афанасия назначен архимандритом Желтикова монастыря. В том же году переведен архимандритом Отроча Тверского Успенского монастыря с назначением ректором Тверской семинарии, учителем богословия и присутствующим в духовной консистории.

13 мая 1761 г. в Петербургском Петропавловском соборе состоялась его хиротония во епископа Кексгольмского и Ладожского, викария Новгородской епархии с назначением управляющим Хутынским монастырем. По поводу его епископской хиротонии рассказывают, что Санкт-Петербургский митрополит Димитрий (Сеченов) предложил семь кандидатов. В первый день Пасхи митрополит с преосвященным Епифанием Смоленским должны были метать о них жребий. Епифаний просил включить в число кандидатов и Тверского ректора семинарии, архим. Тихона. «Он еще молод, время не ушло», – заметил митрополит, хотевший сделать Тихона архимандритом Сергиевой

Лавры, однако по просьбе Епифания велел записать и Тихона. В это же время архим.

Тихон служил с преосвященным Афанасием пасхальную литургию в Тверском соборе.

Во время Херувимской песни Архиерей, стоя у жертвенника, вынимал частицы просфоры о здравии. В числе прочих сослужащих к нему подошел архим. Тихон с обычным прошением: «Помяни мя, Владыка Святый!» – «Епископство твое да помянет Господь Бог во царствии Своем», – отвечал Афанасий, и, заметив свою обмолвку, с улыбкой прибавил:

«Дай Вам Бог быть епископом». В тот же день в Санкт-Петербурге трижды метали жребий и трижды выпадал жребий Тихона. Обмолвка Афанасия оказалась пророчеством.

3 февраля 1763 г. молодой еп. Тихон был назначен епископом Воронежским и Елецким.

Воронежская епархия была обширной и неблагоустроенной.

Вступив в управление епархией, Святитель прежде всего обратил внимание на ветхость кафедрального собора. На частные пожертвования он заложил новый собор. Другим неотложным делом стала подготовка достойных и образованных пастырей взамен малообразованных и недостойных. С этой целью Владыка написал краткое поучение «О седми св. тайнах» и «Прибавление к должности священноческой о тайне св. покаяния». Чтобы побудить священнослужителей к проповеданию слова Божия и приучить их к чтению душеполезных книг, свт. Тихон предписал на литургии всякий воскресный и праздничный день читать Толковое Евангелие. В кафедральном соборе он установил регулярное проповедание слова Божия.

До Святителя в епархии было всего две школы. Он предписал по всем городам открывать славянские школы, а в Острогожске и Ельце были открыты два латинских духовных училища. Вскоре после этого свт. Тихон основал в Воронеже семинарию, выписав учителей из Киева и Харькова. Будучи очень огорчен состоянием монастырей в своей епархии, он усердно принялся за их исправление и сочинил 15 статей увещания к инокам.

Не довольствуясь одной устной проповедью, которую не все могли слышать, Святитель написал и разослал по церквам особые сочинения для народа, в. которых выступил против нехристианских обычаев, распространенных в народе (празднование масленицы, празднование Ярила – пережитки языческой старины).

Святитель проводил повседневную религиозно-просветительную работу среди своей паствы. Современники единодушно свидетельствуют о его громадном нравственном влиянии на общественную и культурную жизнь и быт Воронежа и епархии.

Подорвав свое здоровье и вместе с тем испытывая тягость от мирских забот и попечений, свт. Тихон подал прошение об увольнении за штат и, получив его 17 декабря

1767 г., удалился на покой. Сначала он поселился в Толгиевском монастыре (в 40 верстах от Воронежа), а в марте 1769 г. из-за неблагоприятных климатических условий переехал в Задонский монастырь, где в молитвах и трудах провел остаток своей жизни.

За время пребывания Святителя на Воронежской кафедре (4 года и 7 месяцев) его выдающаяся деятельность как администратора, педагога и пастыря принесла свои многочисленные и богатые плоды. В Воронежской епархии действовало 13 монастырей.

Владыка тайно посещал тюрьмы и больницы, являя свою отеческую заботу к больным и заключенным. Он подолгу беседовал с ними, увещевал и утешал их, раздавал щедрые подарки к праздникам. Если его узнавали, он временно прекращал свои посещения, но милостыня его никогда не иссякала.

На покое свт. Тихон своей жизнью являл пример высокого благочестия и аскетизма. Весь день его, за исключением 4 –5 часов тревожного отдыха, проходил в богословских занятиях и молитве. Он жил в самой бедной обстановке, пищу употреблял самую скудную. Несмотря на слабость сил, он часто занимался тяжелыми работами (колол дрова, косил сено и тщ.). Будучи богословом и подвижником, Владыка смиренно брал уроки духовной мудрости и духовного утешения у простых, неграмотных, но благочестивых монастырских старцев. Келья Святителя сделалась источником духовного просвещения для всех окрестных селений. Из ближних и дальних мест сюда стекался народ, чтобы получить его наставления и благословение. Особенно любил Святитель беседовать с простыми людьми, утешал их в тяжкой доле, увещевал не роптать, помогал разоренным деньгами. Из монастырской слободы к нему ходили дети, которых он учил молитвам и приучал к церкви. Иногда он сам являлся в дома нуждающихся. Часто ему приходилось выступать миротворцем в ссорах окрестных дворян и ходатайствовать за угнетенных крестьян. На благотворительную деятельность уходила почти вся его пенсия и то, что он получал в дар от знакомых.

Каждый день он читал по несколько глав из Св. Писания (особенно пророка Исаии), а в дорогу никогда не отправлялся без маленькой Псалтири. Садясь за скудный стол, он часто вспоминал о бедняках, не имеющих такого, как он, пропитания, и начинал себя упрекать за то, что мало потрудился для Церкви. Как-то в доме знакомого он вступил в беседу с одним дворянином-вольтерьянцем и кротко, но так сильно во всем опровергал безбожника, что гордый человек не вытерпел и, забывшись, ударил Святителя по щеке. Свт. Тихон бросился к нему в ноги и начал просить прощения, чем привел его к раскаянию. Смирение Святителя так подействовало на дерзкого оскорбителя, что тот обратился к православной вере и стал добрым христианином. Однажды во время трудов над книгой «Об истинном христианстве» свт. Тихон сподобился чудного видения. Глядя на висевшее перед ним изображение Голгофы и духовными очами созерцая крестные муки

Спасителя, он вдруг увидел, что Христос, израненный и окровавленный, сходит с Голгофы и идет к нему. Святитель в трепете великой скорби и неизглаголанной радости упал к Его ногам...

Блаженная кончина свт. Тихона последовала 13 августа 1783 г.

Спустя 63 года были обретены его нетленные мощи, а в 1861 г. состоялось его прославление в лике святых.

Среди письменных трудов святителя Тихона Задонского особенно популярен сборник кратких поучений, полных примеров из жизни, называемый «Сокровище духовное, от мира собираемое».

Последнее слово святителя Тихона из духовного завещания

Слава Богу о всем!

Слава Богу, яко мене создал по образу и подобию! Слава Богу, яко мене падшего искупил! Слава Богу, яко о мне недостойном помышлял! Слава Богу, яко мене согрешавшего в покаяние призвал! Слава Богу, яко мне подал слово Свое святое, яко светильник, сияющий в темном месте, и тем мене на путь истинный наставил! Слава Богу, яко очи мои сердечные просветил! Слава Богу, яко подал мне в познание святое Имя Свое! Слава Богу, яко банею крещения грехи мои омыл! Слава Богу, яко показал мне путь к вечному блаженству!

Путь же есть Иисус Христос, Сын Божий, который о себе глаголет: «Аз есм путь, истина и живот». Слава Богу, яко согрешающего мене не погубил, но по своей благости потерпел согрешения мои! Слава Богу, яко показал мне прелесть и суету мира сего! Слава Богу, яко помогал мне в многоразличных искушениях, бедах и напастях! Слава Богу, что при бедственных и смертных случаях мене сохранял! Слава Богу, яко мене от врага диавола защищал! Слава Богу, яко мене лежащего восставлял! Слава Богу, яко мене отечески наказывал! Слава Богу, яко мене объявил страшный свой суд, да того боюся и каюся за грехи мои! Слава Богу, яко объявил мне вечную муку и вечное блаженство, да тоя убегну, а сего поищу! Слава Богу, яко мне недостойному подавал пищу, которою немощное мое тело укрепилось; подавал одежду, которою нагое мое тело покрывалось; подал дом, в котором я упокоивался! Слава Богу и о прочих его благах, которые мне к содержанию и утешению моему подавал. Столько я от Него получал благодеяний!

Слава Богу о всем!»

Труды

Собрание сочинений святителя Тихона. В 15 томах, изд. преосв. Евгением. СПб., 1825.

Литература

Благодатная помощь св. Тихона. СПб., 1874.

Гиппиус А. Святой Тихон Задонский. Париж, б. г. (ок. 1929).

Евгений (Болховитинов), митр. Описание жизни и подвигов преосв. Тихона, еп. Воронежского для любителей и почитателей памяти сего преосв. СПб., 1799.

Едлинский М. Подвижники и страдальцы за веру православную и Землю Русскую. СПб.,1903. Т. 3– С. 1 9 2 –2 1 4 .

Жизнь почившего в Задонске Тихона, еп. Воронежского. СПб., 1861.

Жизнь святителя Христова Тихона, еп. Воронежского, с присовокуплением избранных мест из его творений. М., 1961.

Житие свят. Тихона Задонского. М., 1894.

Иоанн ( Маслов), схиархим. Святитель Тихон Задонский и его учение о спасении: статьи разных лет. М., 1995.

Иоанн (Маслов), схиархим. Симфония по творениям святителя Тихона Задонского. М., 1996.

Лебедев А Св. Тихон Задонский, его жизнь, писания и прославление. М., 1890.

Лебедев А Свят. Тихон Задонский и всея России чудотворец. СПб, 1896.

Михайловский В. Святый Тихон, еп. Воронежский и Задонский. СПб., 1873. Изд. 4, 1899.

Описание жизни преосв. Тихона, епископа Воронежского и Елецкого, написанное его послушником В. П. Чеботаревым

//Тихон Задонский. Сочинения. М., 1899.Т. 5. С. 1 –1 8 (очень ценные подлинные свидетельства).

Поселянин Е. Русские подвижники 19 века. СПб., 1910. С. 392–393 .

Поселянин Е. Русские праведники последних веков. СПб, 1917. С. 120, 121, 123.

Сергий (Спасский), архиеп. Полный месяцеслов Востока. М, 1875. Т. И. Ч.П. С. 212.

Угодник Божий свят. Тихон Задонский как наставник и руководитель в делах вспомоществования бедным. СПб, 1876.

Феофилакт, архиепископ, Экзарх Грузии (Русланов Феодор Гаврилович) (+1821)

Сведений о рождении и семье его не сохранилось. Образование получил в Олонецкой, а затем в Санкт-Петербургской семинариях. 30 октября 1799 г. состоялась хиротония архим. Феофилакта во епископа на новообразованную Калужскую кафедру, где он почитался как ее первый правящий епископ.

8 января 1800 г. Преосвященный Феофилакт прибыл в Калугу, и тогда же состоялось торжественное открытие учрежденной еще 16 октября 1799 г. Калужской епархии. Первоочередной заботой новопоставленного архипастыря было устройство консистории.

Следующим важнейшим деянием Владыки было устройство семинарии. В Калуге он основал свечной завод.

Владыка входил в синодальный Комитет по реформе духовного образования.

В 1808 г. он составил «Положение о содержании бедных учеников в уездных и приходских училищах и об образе призрения остающихся духовных сирот», а в 1809 г. –

Академический устав для семинарий, уездных и приходских училищ.

11 февраля 1808 г. еп. Феофилакт был утвержден постоянным членом Св. Синода, а 25 декабря 1808 г. возведен в сан архиепископа. 5 марта 1809 г. он был переведен на Рязанскую кафедру.

В 1817 г. архиеп. Феофилакт был назначен экзархом Грузии с возведением в 1819 г. в сан митрополита.

Скончался он 12 июня 1821 г. в Сигнахе и погребен в Бодбийском Георгиевском монастыре (Грузия).

В 1811 г. кавказские военные власти обратили внимание на успех мусульманской религии среди горских народов. Командующий русскими войсками на Кавказе генерал Тормасов предложил использовать для обращения горцев в христианство иезуитов. Однако царь Александр I выразил желание, чтобы для этой цели были найдены способные православные миссионеры. В 1814 г. была возобновлена деятельность Осетинской духовной комиссии, правда теперь она находилась в Тифлисе и подчинялась учрежденному в 1811 г. Грузинскому экзархату. В его ведение были также переведены из Астраханской епархии приходы с православным осетинским населением. Их число, впрочем, к этому времени сократилось, поскольку 2272 осетина приняли ислам.

Благодаря новым формам и методам миссионерской деятельности, которые были выработаны Осетинской духовной комиссией под руководством Грузинского экзарха владыки Феофилакта, число осетин в период с 1817 по 1822 г., обращенных в христианство, достигло 47 100 человек. За этот же срок только для осетин было выстроено и восстановлено из руин 29 православных храмов. Владыка обращал внимание на упорядочение богослужения среди горцев, которое велось в разных местах по-разному: на грузинском, армянском и даже на греческом языках. Он привлек осетина И. Ялгузидзе к переводу духовных книг. Вскоре в Тифлисе вышел на осетинском языке букварь-молитвенник, а в 1820 г. были изданы в одной книге утренние молитвы, катехизис и краткий молитвенник. Владыка же составил служебник и сокращенный требник, которые были отпечатаны в Москве. Они, как и предшествующие издания, были разосланы по всем осетинским приходам, благодаря чему священники получили возможность служить Литургию на осетинском языке.

Литература

Грузинская церковь, свидетельница православия русской церкви. Соч. Мелитона Фомина-Цагарелли. СПб., 1848.

Обращение осетинцев и удов Кавказских в веру христианскую: историческое известие // Христианское чтение, 1822.4. 5.

Хицунов.П. О состоянии некогда бывшего христианства на Кавказе. // Кавказ, 1846, № 34–35.

Остаток христианства между закубанскими племенами, прошедшее и нынешнее состояние их нравов и обычаев // Кавказ, 1846, № 40,42.

Православие на Кавказе (Из записок Гавриила, епископа Имеретинского) // Православное обозрение, 1866. Т. 20.

Строев ПМ. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. СПб., 1877.

Хрисанф (Щетковский) епископ Елисаветградский (Херсонская епархия) ( 1869– 1906)

Православие в Корее ведет отсчет своей истории с 2–4 июля 1897 г., когда был принят указ Св. Синода об учреждении Русской духовной миссии в этой стране.

Первую литургию в корейской столице отслужил начальник первой (1900–1904)

Русской духовной миссии в Корее, выпускник Казанской духовной академии, доктор богословия архим. Хрисанф (ГЦетковский). Несмотря на краткость своего пребывания на корейской земле (около трех лет), о. Хрисанф оставил яркий след в истории православия в

Корее, выступив первым проповедником учения, созидателем организационных основ

Церкви.

Главной задачей Миссии, которую возглавил о. Хрисанф, стало окормление русской колонии в Корее – около 150 человек В связи с изменением внешнеполитического курса

России и резким уменьшением ее влияния на Корейском полуострове к 1898 г. русская православная община в Корее значительно уменьшилась, поэтому о. Хрисанф и его сотрудники сосредоточили свои усилия на миссионерской деятельности. Почва для этого была подготовлена многолетними трудами христиан-подвижников – как корейских, так и иностранцев. С христианством, а именно с католичеством, корейцы познакомились в XVII в. путем самостоятельного изучения христианской литературы, привезенной из Китая. Первым корейским христианином считается Ли Сынхун (Петр), сын секретаря корейского посольства, крестившийся в 1783 г. в Пекине. К концу ХЕХ в. католическая община в Корее насчитывала 40 тысяч верующих. С 1880-х гг. в стране появились первые протестанты, а начало XX в. ознаменовалось поразительным ростом влияния христианства. Это было вызвано не только прозелитизмом западных миссионеров, но возрастающим возмущением корейцев против активного проникновения в страну японцев. В отличие от Китая, куда протестантские миссионеры пришли вместе с отрядами солдат-колонизаторов, в Корее христианство не воспринималось как связанное с западным империализмом, тем более что присутствие американских и европейских компаний в корейской экономике было ничтожным.

В 1900–1904 гг. о. Хрисанф крестил всего несколько корейцев. Это объяснялось не отсутствием интереса к Православию у местного населения, а высокой ответственностью, с которой русские пастыри подходили к своему делу.

«Если бы мы стремились побольше накрестить, то за три года своего существования в Корее мы могли бы накрестить десятки тысяч, ибо желающих принять «русскую веру» являлось очень много, но по тщательным справкам и строгому испытанию всегда оказывалось, что... забота у них не о спасении души, а о том, чтобы приобрести в лице миссионера защитника для своих незаконных действий в отношении своих ближних или начальства... Все, приходившие к нам за получением крещения с нечистыми побуждениями, предсказывали нам, что если мы не будем делать так, как делают инославные миссионеры, то у нас не будет ни одного христианина, и я выражал им полную готовность лучше не иметь ни одного христианина, чем иметь много и вести их к погибели», – писал о. Хрисанф.

Одним из первых предпринятых им шагов было строительство зданий Миссии отдельно от посольства: школы, дома для сотрудников, помещения для сторожа, переводчика. В 1901 г. в школу были приняты 12 мальчиков, из которых двое сирот полностью содержались за счет о. Хрисанфа. Он предпринял поездку из Сеула во Владивосток для изучения быта и нравов корейцев, их отношения к религии и возможности открытия миссионерских станов в разных частях Кореи. Написанные им во время этого путешествия путевые записки свидетельствуют о писательском даровании о. Хрисанфа, его наблюдательности, доброжелательности, терпении, практицизме, основательности, преданности делу и энтузиазме.

Отец Хрисанф активно занимался корейским языком, стремясь «назидать свою паству живою проповедью», и, видимо, добился немалого успеха, о чем свидетельствуют его письма из Мунсанпхо, деревни «верстах в 50 от Сеула», где весной 1903 г. он открыл первый миссионерский стан и где часто бывал.

«Корейцы не оставляют меня своим посещением, и сегодня – в воскресенье – было так много, что и церковь моя не вмещала желающих молиться, – писал о. Хрисанф. –

Потребность помолиться у них, без сомнения, есть и с тем большим желанием, что здесь почти половину службы правлю я на корейском языке». Он создал группу по изучению

Библии в провинции Хванхэ, начал работу по переводу на корейский язык православной литературы. В 1904 г. Миссия подготовила на корейском языке «Краткий молитвослов», который был отпечатан во Владивостоке. Для Миссии в Корее, как и для всей культурной и общественной жизни Кореи в целом, большое значение имело издание на корейском языке Нового Завета.

Однако из-за возросшей политической напряженности и в связи с началом русско- японской войны первая Миссия была вынуждена свернуть свою деятельность. В феврале

1904 г. ее сотрудники вместе с работниками дипломатической миссии и членами их семей были эвакуированы в Шанхай.

Отцу Хрисанфу больше не пришлось вернуться в Корею. По прибытии в Россию он в 1904 г. был посвящен в сан епископа Чебоксарского, викария Казанской епархии.

В 1905 г. по болезни он был перемещен на кафедру епископа Елисаветградского,

Херсонской епархии, и 22 октября 1906 г. скончался от скоротечной чахотки в Одессе, где и был погребен.

«Православная миссия по сравнению с другими имеет дорогие и несомненные качества,

– писал о. Павел (Ивановский), глава второй (1906–1912) русской духовной миссии в Корее. – Православные миссионеры не занимаются политикой, они чужды вмешательства в дела гражданского управления, Царства Божия они не смешивают с царством мира сего... Успехи, достигнутые силой человека, не могут быть прочными и для нас желательными». Русские миссионеры неизменно следовали этому правилу. Не изменяют ему и их почтительные духовные дети – члены православной общины в Республике Корея. Ощущая свое единство с патриархами церкви, они не считают свою веру «иностранной», а воспринимают ее как свою, корейскую.

Труды

Из писем корейского миссионера. Казань, 1904.

От Сеула до Владивостока (путевые записки миссионера) // История Российской духовной миссии в Корее.

М» 1999. С. 6–114.

Литература

Августин (Никитин), архимандрит. Русская православная миссия в Корее // Православие на Дальнем

Востоке. Вып. 1. СПб., 1993.

Анисимов Л. Православная миссия в Корее (к 90-летию основания) // Журнал Московской Патриархии,

1991, № 5.

Волохова А Из истории российской политики на Дальнем Востоке: МИД, министерство финансов и учреждение Российской духовной миссии в Корее // Проблемы Дальнего Востока. 1998, № 4. С. 112–122.

Прохоренко Ф. Русская духовная миссия в Японии и в Корее. Харьков, 1906.

Симбирцева ТМ. Из истории христианства в Корее: к 1000-летию православия // Российское корееведение.

Альманах. Вып. 2. М., 2001.

Феодосий Перевалов, архимандрит. Российская духовная миссия в Корее за первое 25-летие ее существования (1900–1925 гг.). Харбин, 1926.

Христианство на Дальнем Востоке. Материалы международной научной конференции 19–21 апр. 2000 г.

Ч. I и II. Владивосток, 2000. С. 160–164.

Кim Andrew Е.A. History of Christianity in Korea: From Its Troubled Beginning to Its Contemporary Success // Korea Journal, vol. 35, № 2, 1995. P. 38.



Источник: Биографический словарь миссионеров Русской Православной Церкви / Сост. Священник Сергий Широков. – М.: «Белый Город». – 2004. – 448 С.

Комментарии для сайта Cackle