Азбука веры Православная библиотека История Церкви Духовное Запорожье на Афоне. Малоизвестный казачий скит Черный Выр на Святой Горе



С.В. Шумило

Духовное Запорожье на Афоне. Малоизвестный казачий скит Черный Выр на Святой Горе

Содержание

Роль Афона в истории культуры и духовности Украины. (вместо предисловия)

Малоизвестный запорожский скит «Черный Выр» на Афоне: по материалам украинских архивов Статус Афонских обителей Афонский Зографский монастырь и его связи с Украиной Положение русского монашества на Афоне и основание скита «Черный Выр» в XVIII в. Афонский скит «Черный Выр» и его связи с запорожской сечью Ктиторство запорожских казаков на Афоне Насельники «Черного Выра» и их отношения с прп. Паисием Величковским «Знатный запорожец» на Афоне «Казацкий епископ» Анатолий (Мелесь) и Афон Водным путем «Из Запорожья на Афон» Дикеи и некоторые иноки «Черного Выра» Сохранившиеся описания «Черного Выра» Греческая революция и запустение «Черного Выра» и других обитателей Афона «Малороссийский» Ильинский скит и другие обитатели на Афоне в XIX в. Памятник присутствия запорожских казаков на Афоне Сокращения  

К 1000-летию древнерусского монашества на Святой Горе Афон

Международный институт афонского наследия в Украине

 
Роль Афона в истории культуры и духовности Украины1. (вместо предисловия)

Афон c его многовековым наследием в течение многих столетий играл исключительно важную роль в развитии отечественной духовности и культуры как в эпоху Киевской Руси, так и в период национально-освободительной борьбы украинского народа в XVII в., и в более поздние времена, влияя при этом на самобытность национальных религиозных традиций в Украине. Особенно важным было основание и становление под влиянием Афона Киево-Печерского монастыря, который стал своего рода «рассадником» и центром монашества, духовности, книжности, культуры и просветительства в Киевской Руси.

Первое известное письменное упоминание о киеворусском монашестве на Афоне относится к 1016 г. Под этой датой в одном из святогорских документов, которые хранятся в библиотеке Великой Лавры на Афоне, зафиксированы подписи игуменов всех монастырей Святой Горы. Среди них такая надпись: «Герасим монах, милостию Божией пресвитер и игумен обители Роса, свидетельствуя, собственноручно подписал»2.

Из житийных списков известно, что в 1013 г. прп. Антоний Печерский впервые вернулся в Киев со Святой Горы Афон, где несколько лет трудился в духовных подвигах и науке. Побыв немного в Киеве, он опять отправился на Афон, откуда позже снова возвратился в Киев3.Следовательно, родоначальник древнерусского монашества и основатель Киево-Печерского монастыря вместе с братией «обители Роса» начинает подвизаться на Святой Горе до 1013 г. Скорее всего, именно они, прп. Антоний и его соотечественники, и составили в 1016 г. братию первого древнерусского монастыря на Афоне, игуменом которого был вышеупомянутый Герасим4.

По преданию, этим первым древнерусским монастырем на Афоне была Свято-Успенская Богородичная обитель «Ксилургу» (греч.. ξυλουργός – плотник, или древодел)5, к 1030 г. имевшая статус Игуменария (акт 1)6, а в Императорском указе от 1048 г. именовавшаяся Лаврой (акт 3)7. Ныне она является общежительным скитом при Афонском Свято-Пантелеимоновом монастыре. В подражание этой «материнской» обители, по всей видимости, прп. Антонием и был основан на Киевских горах Печерский монастырь, также названный в честь Успения Божией Матери8.

Создание в Киеве Свято-Успенской обители и строительство величественного Успенского храма, осуществленные с благословения прп. Антония, по всей видимости, были как бы символическими проекциями своего первообраза – Свято-Успенской древнерусской святогорской обители «Ксилургу» и ее соборного храма на Святой Горе Афон, где, по преданию, принимал постриг и духовно возрастал будущий авва и «начальник русского монашества»9. Таким образом, преподобный Антоний попытался перенести идею сакрализации пространства и на новообращенную Киевскую землю, создать, так сказать, «русскую икону» Святого Афона как Удела Божией Матери на Руси. Поэтому не случайно именно Киево-Печерский монастырь еще на заре его становления стали называть «Третьим Уделом Божией Матери» и «Русским Афоном». Как писал по этому поводу православный богослов протоиерей Лев Лебедев, «согласно православному учению, образ посредством своего символического подобия первообразу становится обладателем тех же благодатных энергий, что и первообраз, таинственно, но реально содержит в себе присутствие первообраза. Это относится и к образу архитектурному. В нем могут также действовать энергии первообразного... Развитие и воплощение этого представления в зримых архитектурных образах и названиях различных мест – может быть самая поразительная особенность церковно-богословского и народного сознания Руси»10.

Не случайно в Киево-Печерском Патерике в контексте рассказа о строительстве монастырского Успенского собора отмечается как наследование Афонской традиции передача основанной прп. Антонием Киево-Печерской обители и стольного Киева под непосредственный патронат Божией Матери: «Хощу церковь възградити Себѣ в Руси, в Киеве... Прииду же и Сама видѣте церкве и в ней хощу жити»11. Благодаря такомупосвящению Божией Матери, считает проф. В. Ричка, столица Руси воспринималась средневековым общественным сознанием как богоизбранный и богохранимый град – Дом Богородицы, как сакральный символ и сердце Святой Киевской Руси, чем и обеспечивалось ее духовное единство12.

Позднее на Руси основываются и другие обители, тоже посвященные Успению Богородицы: Елецкий монастырь в Чернигове, Зимненский Святогорский монастырь на Волыни, Почаевская и Святогорская Лавры и другие древнерусские обители, также служившие символами сакрализации киеворусской земли и через духовное единство и наследование «первообраза» выступавшие своего рода «русскими иконами» Святого Афона как Удела Божией Матери13.

После опустошения Киевской Руси монголо-татарскими ордами духовно-культурные связи с Афоном, хотя и ослабли, но не прервались окончательно14. С избавлением от монгольского ига начинается новый период активного общения в среде древнерусского, балканского, синайского и афонского ученого монашества, что связано с периодом так называемого церковного возрождения и усилившегося интереса к исихазму, охватившего весь Православный Восток. Главным центром и источником этого учения и литературы о нем являлась тогда Святая Гора. Монахи и церковные деятели Руси в это время совершают частые поездки на Афон, подвизаются там в книжных мастерских, привозят с собой на Русь вновь переведенные святоотеческие творения. Так, в XIV-XV вв. выдающимся афонитом, внесшим большой вклад в развитие отечественной духовности и культуры, был свт. Киприан (Цамблак), митрополит Киевский (1375–1406 гг.), участвовавший в распространении учения исихастов, исихастской литературы и новой эстетики, связанной с этим учением. Под их влиянием на Руси начинается период «исихастского возрождения», глубоко отразившийся на формировании самобытной и глубоко духовной культуры Руси. Другим выдающимся подвижником-исихастом, который внес весомый вклад в развитие отечественной духовности, культуры и письменности, был ученик афонских старцев – митрополит Григорий (Цамблак, †1452), оставивший после себя больше трех десятков ценных литературно-богословских произведений15.

Важную роль Афон и его подвижники сыграли в духовно-культурном возрождении Украины в XVII в. Под их влиянием в Украине пишутся новые полемичные произведения, открываются школы (Острожская и Киево-Братская), учреждаются братства, печатаются книги, осуществляется воцерковление запорожского казачества и привлечение его к борьбе за религиозное и национальное освобождение украинского народа16.

Самым выдающимся из украинских афонитов того времени был старец Иоанн Вишенский, а также его единомышленники прп. Иов Княгиницкий, блаженный Киприан Острожанин, Исаакий Борискевич, прп. Иов Почаевский (Железо), Афанасий Межигорский, Иоасаф Густинский, Исайя Копинский, Иосиф Кориатович-Курцевич, прп. Феодосий Манявский и другие.

Тесные духовно-культурные связи с Афоном в это время поддерживали Киево-Печерский, Киево-Братский, Межигорский, Трахтемировский, Самарский, Манявский, Почаевский, Густинский, Мгарский, Святогорский, Мотронинский, Краснокутский и многие другие казачьи монастыри. Влияние Афона на духовно-культурное возрождение в Украине было таким значительным, что на Киевском Поместном Соборе 1621 г. в специальном постановлении, известном под названием «Советование о благочестии», предлагалось «посылать русинов, склонных к благочестию, на Афон, как в школу духовную»17.

Украинское казачество также поддерживало тесные связи с Афоном: казаки приглашали оттуда опытных наставников и старцев, делали щедрые пожертвования на монастыри Афона, совершали паломничества, а нередко и сами принимали на Афоне монашеский постриг и подвизались в монастырях Святой Горы18.

Не исчезла эта традиция и после ликвидации Запорожской Сечи в 1775 г. Так, казаки из Задунайской Сечи и Кубани по старой казацкой традиции продолжали заботиться о монастырях Афона, а особенно – о казачьем Свято-Ильинским ските19. Как писал еще в середине ХХ в. об этой обители проф. И. Огиенко, «это воистину украинский уголок на Афоне, словно чудом перенесенный сюда из Украины»20. Свято-Ильинский скит был учрежден выходцем из семьи украинских казацких священников прп. Паисием Величковским (1722–1794), основавшим на Святой Горе собственную исихастскую школу (так называемое «паисианство»), которой принадлежала честь нового возрождения и распространения в ХІХ в. афонского исихазма и старчества в Молдавии, Румынии, Украине, России, Белоруссии и даже Греции21.

Еще одним центром украинской духовности на Афоне был основанный запорожскими казаками в 1747 г. скит Рождества Богородицы «Черный Выр» (известный также как «Мавровыр»), существовавший в XVIII–XIX вв. при Афонском Зографском монастыре.

Эта, совершенно забытая ныне в Украине казачья обитель в пределах единственной в мире автономной монашеской республики являлась долгое время важным связующим звеном между центром православного аскетизма и исихазма на Афоне и Запорожской Сечью. Основа нный бывшим запорожским казаком и афонским старцем иеросхимонахом Григорием (Голубенко), скит «Черный Выр» был прибежищем для склонных к благочестию и молитвенному сосредоточению запорожцев. Связь с обителью, в качестве ктитора, поддерживал последний кошевой атаман св. прав. Петр Калнышевский, а многие запорожцы с любовью именовали свой святогорский скит «Духовным Запорожьем»22.

К сожалению, до сих пор не было ни одного исследования об этой украинской казачьей афонской святыне. Обнаруженные в украинских архивах документальные свидетельства о ней – это, по сути, новая страница в истории Святой Горы и ее взаимоотношений с Украиной и славянским миром.

Предпринятые поиски в украинских архивах и обнаруженные там материалы, до сих пор еще не публиковавшиеся, позволили заново открыть этот малоизвестный центр украинской духовности на далеком Афоне. В данной работе остались вне поля зрения документы архива Зографского монастыря на Афоне, которые могли бы существенно дополнить имеющиеся сведения о «Черном Выре». На данный момент Международным институтом афонского наследия в Украине ведутся переговоры с Зографской обителью об изучении и обнародовании материалов, хранящихся в монастырском архиве.

Оставаясь в полном забвении и запустении, «Духовное Запорожье» как бы символизирует внутреннее состояние нашего общества, забывшего и отвергнувшего в ХХ в. собственные духовные истоки.

Вместе с тем Афонский казачий скит «Черный Выр» остается важной составляющей истории, духовной культуры, традиции и наследия запорожского казачества, бесценным памятником, оставленным нам на Афоне нашими предками и имеющим огромную духовно-культурную и научно-историческую ценность.

В предлагаемой читателю работе предпринята первая попытка изучения и систематизации имеющейся информации об этом уникальном памятнике присутствия запорожцев на Афоне. Надеемся, в дальнейшем появятся новые, более полные исследования, проливающие свет на эту малоизвестную страницу отечественной истории.

Несмотря на то что все годы советского богоборчества в Украине старательно уничтожались любые намеки на роль Афона в становлении духовности и культуры нашего народа, память об этом окончательно так и не была стерта.

Влияние Святой Горы Афон, ее традиций и ее последователей на духовно-культурные процессы в истории Руси-Украины всегда имели очень большое значение. А само афонское наследие по праву является одной из составляющих украинской духовной культуры и традиции, хотя и неоправданно забытой сегодня.

В 2016 г. исполняется 1000 лет с первого письменного упоминания о существовании и деятельности на Святой Горе древнерусского монастыря, а по сути – с начала древнерусского монашества на Афоне и духовно-культурного влияния Святой Горы на Киевскую Русь.

Надеемся, этот юбилей послужит толчком к пробуждению в обществе интереса к собственному духовно-историческому наследию, на протяжении вот уже 1000 лет тесно связанному со Святой Горой Афон. А вместе с тем – и к такой твердыне украинской духовности на Афоне, как «Черный Выр», небезосновательно названной нашими далекими предками «Духовным Запорожьем».

* * *

1

Сокращенный вариант этой статьи представлен в публикации: Шумило С. В. «Посылать русинов, склонных к благочестию, на Афон»: Роль Святой Горы в истории культуры и духовности Украины // День. Ежедневная всеукраинская газета. 2014. № 164–165 (4287–4288). 5–6 сентября. С. 13.

2

Actes de Lavra, ed. par G. Rouillard et P. Collomp, vol. I. Paris, 1937. No 18. Р. 51–52; Мошин В. В. Русские на Афоне и русско-византийские отношения в XI-XII вв. // Byzantinoslavica. Ročn. XI. 1950. N 1. C. 32–40; Тахиаос А.-Э. Русское присутствие на Афоне. XI-XX вв. / Гора Афон. Образы Святой Земли. М.: Индрик, 2011. С. 45; История Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне с древнейших времен до 1735 года. Серия: «Русский Афон ХIХ-ХХ веков». Афон: Русский Пантелеимонов монастырь, 2015. Т. 4. С. 70–71

3

Патерик Киево-Печерский. К.: Киево-Печерская Лавра, 2004. Т. 1. С. 21.

4

Тахиаос А.-Э. Указ. соч. С. 44–46; Мошин В. В.Указ. соч. C. 32–40; История Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне с древнейших времен... С. 70–71.

5

Акты Русского на Святом Афоне монастыря св. великомученика и целителя Пантелеимона. К.: Тип. КПЛ, 1873. С. VI; Путеводитель по Св. Афонской Горе. М., 1895. С. 211; Мошин В. В. Указ. соч. C. 32–40.

6

Акты Русского на Святом Афоне монастыря св. великомученика и целителя Пантелеимона. С. 3–10.

7

Там же. С. 21.

8

Порфирий (Успенский), архим. Указатель актов, хранящихся в обителях Святой Горы Афонской. СПб., 1847. С. 142.

9

Макарий (Макиенко), иером. Русская Лампада на Святой Горе. Русский Монастырь на Афоне как фактор духовно-мистического влияния на Русь // Православное книжное обозрение. 2012. No 2 (15). Февраль. С. 18; Шумило С. В. Основатель Киево-Печерской Лавры и древнерусский Афон // Русский Афон. Православный портал. [Электрон-ный ресурс]. Режим доступа: http://www.afonit.info/biblioteka/istoriyarusskogo-monastyrya/osnovatel-kievo-pecherskoj-lavry-i-drevnerusskij-afon.

10

Лебедев Л., прот. Богословие земли Русской как образа Обетованной земли Царства Небесного // Тысячелетие Крещения Руси. Международная церковно-научная конференция «Богословие и духовность». М., 1989. С. 140–175.

11

Києво-Печерський Патерик / Вступ. текст, примітки Д. Абрамович. К., 1931. С. 6.

12

Ричка В. «Київ – другий Єрусалим» (з історії політичної думки та ідеології середньовічної Русі). К.: Інститут історії України НАНУ, 2005. С. 140

13

Шумило С. В. Основатель Киево-Печерской Лавры и древнерусский Афон; Шумило С. В. Уявлення про Київ як «Другий Єрусалим» в цер-ковно-суспільній думці Русі-України // Із Києва по всій Русі: Збірник матеріалів наукової конференції, присвяченої 1025-літтю Хрещення Київської Руси, 15 травня 2013. К., 2013. С. 198–205.

14

Августин (Никитин), архим. Афон и Русская Православная Церковь (обзор церковно-литературныхсвязей) // Богословские труды. 1997. No 33. С. 76–109.

15

Порфирий (Успенский), еп. Первое путешествие в Афонские монастыри и скиты архимандрита, ныне епископа Порфирия (Успенского) в 1845 г. К., 1877. Ч. 1. С. 418–461; Пелешенко Ю. Українська література пізнього середньовіччя (друга половина XIII-XV ст.): Джерела. Система жанрів. Духовні інтенції. К., 2004. С. 207–229.

16

Шумило С. В. Влияние Святой Горы Афон на духовную, культурную и политическую жизнь Украины XVIII в. // Афон и славянский мир. Сборник 1. Материалы международной научной конференции, посвященной 1000-летию присутствия русских на Святой Горе. Белград, 16–18 мая 2013 г. Афон: Изд. Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне, 2014. С. 115–117.

17

Шумило С. В. Там же. С. 115–117.

18

Шумило С. В. Преподобный Паисий Величковский и Запорожская Сечь. Киев–Серпухов: Международный институт афонского наследия в Украине; Наследие Православного Востока, 2015. С. 34–41; Шумило С. В. Православна духовність та релігійні традиції Запорозького козацтва // Православ’я в Україні: Збірник матеріалів наукової конференції. К., 2013. Ч. 2. С. 371, 377.

19

Дабижа А., кн. Малороссийская обитель на Афоне // Киевская Старина. 1893. Т. LХ. С. 34–40; Феннел Н., Троицкий П., Талалай М. Ильинский скит на Афоне. М., 2011. С. 84–88, 93–94; Огієнко І. Український Запорозький скит на Афоні // Життєписи великих українців. К., 1999. С. 226–232; Шумило С. В. Влияние Святой Горы Афон на духовную, культурную и политическую жизнь Украины XVIII в. С. 130.

20

Огієнко І. Указ. соч. С. 232.

21

Тахиаос А.-Э. Возрождение православной духовности старцем Паисием Величковским (1722–1794) // Тысячелетие крещения Руси. Международная церковная научная конференция «Богословие и духовность», Москва, 11–18 мая 1987 г. М., 1987. С. 266.

22

Две поездки в Запорожскую Сечь Яценка-Зеленского, монаха Полтавского монастыря, в 1750–1751 г. / Публ. Д. И. Эварницкого. Екатеринослав, 1915. С. 88, 92, 94–95.


Источник: Шумило С. В. «Духовное Запорожье» на Афоне. Малоизвестный казачий скит «Черный Выр» на Святой Горе. — К. : Издательский отдел УПЦ, 2015. — 116 с.

Комментарии для сайта Cackle