Азбука веры Православная библиотека иеромонахи Кирилл и Мефодий (Зинковские) Значение христианской культуры в воспитании личности в контексте святоотеческого учения о Логосе и логосах
Распечатать

иеромонах Кирилл (Зинковский), иеромонах Мефодий (Зинковский)

Значение христианской культуры в воспитании личности в контексте святоотеческого учения о Логосе и логосах

Содержание

Абстракт Религиозность как свойство культуры Место и задачи культуры в жизни человека Логосность культуры как произведения личности Символы как отражатели и носители логосов и ценности как ядро культуры Псевдокультуры как результат неудачной реализации логосов О синергии культур Человек как творец культуры и со-творец логосов и тропосов Гениальность, героизм и святость в контексте учения о логосах Заключение Использованная литература:  

 

Абстракт

В статье в контексте святоотеческого учения о Логосе и логосах осмысляется значение христианской культуры для развития человеческой личности. Культура, как связующее и преображающее звено между духовным и телесным уровнями бытия человека, своим основным назначением имеет приоткровение реалий духовного мира и вечных ценностей христианства. Определяющими факторами развития личности и культуры являются логосно-смысловая ориетация и степень соответствия смысловых векторов личностей и культур предвечным замыслам Творца. Героизм, гениальность и святость, как феномены личностно-природного человеческого бытия, зависят от степени понимания нетварных логосов и соответствущих тропосов их реализаций. Развитие культур в их синергийном взаимодействии также напрямую зависит от их глубинного содержания и степени соответствия нетварным логосам. Примерами ошибочной логосной ориетации являются псевдо- и суб-культуры. Православная культура глубоко связана со Христом, Логосом Бога Отца, и является плодоносной почвой для личностного развития человека. Божественное задание для каждой личности состоит в призвании к осмысленному творчеству и подготовке к переходу к радости и гармонии вечной жизни, где всякая культура есть всецелая культура Духа.

«Я, высочайшая и огненная сила, зажег каждую живую

искорку, и ничто из того, что выдохнуто Мною, не может

умереть. Я... блистаю над красою полей; Я сияю в водах;

Я пылаю в солнце, луне и звездах… Я привожу все в движение некоей невидимой жизнью... Корни всего живого – во Мне»1.

Религиозность как свойство культуры

Слово «культура» (лат. «cultura») ведет свое происхождение из словесности древнего Рима2, означая в переводе с латинского «возделывание», «разведение растений», позже «воспитание», «образование», «развитие» [18, с. 449–450]. В русский обиход слово пришло из европейских языков в середине XIX века3.

Рассмативая культуру, как образ бытия человеческих личностей, характеризующий их жизненную деятельность и деятельность общества в целом [13, с. 268], отметим, что, как правило, состояние культуры является показателем состояния породившего ее общества [14]. И если понятие личности в своем высшем смысле напоминает о высоком человеческом призвании носить в себе образ Бога и уподобляться Ему в целях и действиях, то культура, как плод соборного личностного творчества, призвана возводить к идеалам и ценностям подлинной, вечной жизни. По слову прот. Василия Зеньковского, культура религиозна «в своем основном смысле», как имеющая предназначение синтезировать красоту и добро, и будучи, одновременно, несравненно глубже этих двух начал [2]. Всякая культура религиозна даже если «ее эмпирическое содержание» стоит «вне религии» [3, с. 27].

В нашем рассмотрении идеалом и высшей формой культуры является культура православная, возводящая в сферу личных отношений человека и Бога и основанная на сообразности человеческой личности Абсолютной Личности Творца [13, с. 269]. Именно христианское учение и искусство дали возможность понимать и «изображать людей не как произведения природы и не как видовые экземпляры человеческого рода, а как личности, как существа не только одушевленные, но и одухотворенные по образу и подобию Божию» [17, с. 175].

Место и задачи культуры в жизни человека

По образу человеческой личности, синтетически включающей в себя дух, душу и тело, человеческое бытие имеет духовную, душевную и телесную сферы, состоящие в определенной иерархии. Задача культуры, как соответствующей душевной сфере жизни, состоит в том, чтобы способствовать возведению телесного существования личностей к светлому душевному состоянию, а душевного – к просвещенному духовному. Рождаясь беспомощным младенцем и изначально пребывая в основном в сфере телесного бытия, человек не способен сразу приобщиться высокой духовной жизни. Постепенно возрастая, он взращивает душевное через телесное, а духовное – через душевное. Воспринимая благовестие Христа на определенном жизненном этапе, человек усваивает строки Евангелия через культурные и мировоззренческие установки, предварительно сформированные в личном опыте.

Человеческая история хранит множество свидетельств, как через обращение к шедеврам мировой христианской культуры, например, произведениям Ф. М. Достоевского, И. С. Баха, памятникам церковной культуры, словесности, музыки, живописи, архитектуры, люди приходили к глубокому восприятию Евангелия и живой вере. Преодолевая законы искаженного грехом земного бытия и приоткрывая реалии мира духовного, культура призвана стать посредником в общении личностей, разделенных веками и пространствами, а также другими информационными преградами, в этой исторической передаче изменяясь и сама.

Логосность культуры как произведения личности

Рождение культуры в древнем язычестве большей частью было связано с поисками преодоления смерти. Наши предки «боялись смерти, безвестности, исчезновения и насыпали курганы. Курганы труднее всего разрушить… они бессмертны, как земля» [7, с. 194–195].

С пришествием в мир Христа новым призванием культуры стало вносить в мир бессмертие высших смыслов, непрерывность гибкой упорядоченности в соответствии с Божественными замыслами. В своих произведениях христианская культура борется «с бесформенностью и бессодержательностью мира… Памятники искусства это… попытки внесения системы в бессистемный мир» [там же, с. 195]. Понимаемая в Православии как творение личного Бога, Вселенная призвана к упорядоченной красоте в соответствии с замыслом Творца. Реализация этой разумной красоты зависит не от прометеевской борьбы человека за обладание стихиями, а от состояния и действий человеческих личностей. Любое творение Божие и особенно человеческая личность имеют от Бога свое предназначение и определенное жизненное задание – логос (греч. ὁ λόγος), предназначенный к актуализации в нашем земном бытии.

Для нас важно, что Логосом (греч. ὁ Λόγος) в православном богословии в первую очередь именуется ипостасное Слово Божие, Второе Лицо Святой Троицы. Словом премудрости, «Которое есть Бог, рожденный от Отца», называют Бога Сына святые отцы [4, с. 247].

Бог Отец через Свое ипостасное Слово творит мир и промышляет о нем. Особенным творческим действием Отца через Сына Духом Святым создан и человек, задуманный как хозяин всего сотворенного. Христианство впервые отождествило «Логос с самой личностью Бога, чья связь с сотворенными существами должна определяться в соответствии с Его собственным произволением по отношению к ним, чтобы они существовали не только вне Его, но… и в Нем… как объекты, в чье бытие Он вовлечен лично» [12, с. 201]. Отношения Логоса к миру выражаются при посредстве и в форме множества малых логосов (λόγοι) [11, 257 А; см.: 1, с. 48–51], которые, как идеи-воления Бога о мире, относятся к сфере Божественной воли, находятся не в Сущности Бога, а в Божественных энергиях, и преподаются творению посредством Божественного Логоса.

Христос, как творческое Слово Отца, «вложил во всякую вещь особенный логос, то есть “мысль” или “слово”, представляющее собой божественное присутствие в этой вещи или намерение Бога относительно нее, являющее внутреннюю сущность этой вещи, то самое, что делает вещь собою и в то же время влечет ее к Богу» [5, с. 10].

Логос является и реализуется через тропос, понимаемый как образ существования (греч. ὁ τρόπος ὑπάρξεως) личности, предмета или любого феномена тварного мира. Любая природа имеет свои энергии и соответствующие им модусы функционирования или тропосы. И если логосы неизменны, как предзаданные Творцом, то тропосы существования человеческих личностей зависят от их личного произволения (греч. προαίρεσις) и могут получать направленность, неконгруэнтную с логосами, постепенно искажая феноменально-энергийное бытие произволяющего субъекта [21, p. 94, 119].

Символы как отражатели и носители логосов и ценности как ядро культуры

Культура передает свое смысловое содержание через комплекс символов. Символы, порождаемые культурой, несут в себе эти смыслы. Так, например, в центре языческих культур находятся курганы или пирамиды, как попытка преодолеть смерть, а в центре христианской культуры находится крест, символ победы над смертью и движения к воскресению. Через символы творцы культуры более или менее осознанно передают идео-логию культуры. Задача человека, создающего символы, как смысловые векторы, состоит в том, чтобы эти векторы были конгруэнтны с изначальными логосами Творца.

Культура формирует логосные ценности, задающие ей дальнейшую динамику. Христианские ценности призваны направлять человека к идеалам Евангелия и призывают преображать жизнь на земле, будучи основаны на заповедях Христа о любви к Богу и ближнему. Идеалы христианского совершенства – Личность Христа и Его жертвенная, смиренная Любовь – находятся в основе христианской культуры. Человеческая личность по образу Христа призвана объять всех людей, их судьбы и бытие, приняв их в сферу своих забот и внимания в жертвенном служении всему человечеству.

Псевдокультуры как результат неудачной реализации логосов

Рассматривая православную культуру как наиболее плодородную почву для развития человеческой личности в ее движении к обожению и актуализации единства с себе подобными, проанализируем в контексте учения о логосах явление псевдо- и суб-культур.

Человек поврежден грехом, и это отражается на его часто неосознанно ошибочной смысловой ориетации, выраженной в неверных ментальных и поведенченских тропосах. Псевдокультуры являются результатом этой искаженной реализации логосов, основываясь на негармонично сформированных личных и общественно опосредованных тропосах. Псевдокультуры часто скрывают под мнимым добром глубочайшие ценностные и идеологические ошибки. Они подобны зараженным почвам, на которых вырастают личности со стремлениями, не реализующими Божественные логосы, разрушающими своих адептов.

Впрочем, надо признать и наличие парадоксальных тенденций внутри порождаемых социумами псевдокультур. Это похоже на то, когда сквозь загрязненную почву, из глубинных слоев, не успевших пропитаться мертвящими агентами, прорастают здоровые семена, когда-то ранее попавшие в эту почву. Они могут сращиваться с поврежденными семенами и постепенно брать верх над их поврежденностью за счет тех здоровых начал, которые несут в себе. Примером таких парадоксальных тенденций стали процессы, имевшие место в советском обществе после Великой Отечественной Войны, когда происходило постепенное прорастание гонимого христианства в различных культурных явлениях СССР, высокая мораль которых стала антиподом агрессии 20–30-х годов ХХ-го века против «врагов народа» и «буржуазного наследия». Парадокс советской культуры третьей четверти ХХ-го века состоял в том, что в ней, вопреки официальному атеизму, все более прорисовывались христианские идеалы личности человека.

О синергии культур

Сохраняя в своих стенах и пределах произведения искусства, «музеи, города, страны, народы должны ясно осознавать, что культура и ее ценности принадлежат всему человечеству… Культура как воздух, как вода в океане, – слава Богу, не знает границ» [8, с. 238]. Приобщение к различным национальным или древним культурам имеет своим глубоким результатом не столько «внешние заимствования», сколько «общий подъем уровня собственной культуры, развитие ее познавательных способностей, “познавательной гибкости”, увеличение диапазона возможностей, диапазона творческого выбора» [там же], как плода синергического обмена культур.

Как и каждая человеческая личность, культура человечества в целом и национальные культуры имеют в Божественном замысле свои логосы, реализуемые соборным усилием людей. Культуры различаются по смысловой глубине в зависимости от усвоения их представителями нетварных логосов и соответствия этим логосам культурных идеологий и методологий. В синергическом культурном обмене богатые смыслами культуры, как более близкие к духовному миру, редко заимствуют что-то от культур, менеее глубоких, одновременно будучи готовы делиться с последними. А если и заимствуют, то производят переформатирование и возвышение усвояемых идей и тропосов их реализации.

Человек как творец культуры и со-творец логосов и тропосов

«Мы же все… – подмастерья Творца» [5, с. 25].

Творческие способности, как часть образа Бога-Творца, присущи только личностным существам, людям и ангелам, которые в замысле Бога имеют свои логосы творчества. Через логосы творчества Бог Слово посылает человеческим личностям нетварные энергии Святого Духа, отблески Света, которые поэтами именуются вдохновением. Церковные богословы «зачастую делали акцент на безмерной малости творческой способности человека по сравнению с творческой силой Бога… но, тем не менее, созидающий человек… подражает своему Творцу, как… своему Первообразу» [6, с. 20].

Человек наделяет свои произведения определенными смыслами. Но если Бог творит «из ничего», логосы Бога неизменны и нетварны, то человек творит из уже созданного Богом, и логосы человека – тварны, как и их тропосы. Согласно книге Бытия, Господь доверил Адаму нарекать имена животным (Быт 2. 19–20), и задачей Адама было прозреть логос каждого живого существа и тропосно отразить это прозрение в слове. Адам понимал смыслы всех созданных Богом существ и давал им имена, то есть озвучивал, приоткрывал логосы, заложенные Богом.

В раю язык проникал к сущностям вещей [10, с. 154], но с грехопадением исказились творческие способности человека. Обладая свободной волей, мы теперь «можем использовать свою творческую способность не только на благо, но и во зло» [5, с. 26]. Направляя наше творчество на благо, мы вновь открываем «нетварную… и всегда творящую силу Единого Логоса в мире и снова даем ей действовать» через нас [12, с. 200].

Гениальность, героизм и святость в контексте учения о логосах

В культуре любого общества всегда играют ключевую роль выдающиеся личности. Задумываясь о значении отдельных личностей в развитии культуры, рассмотрим в контексте учения о логосах такие явления, как героизм, генильность и святость. Герои, гении и святые – это люди, одаренные богатым природным потенциалом, реализация которого зависит от их личностного устроения и произволения. Если герои отличаются большим потенциалом личного, скоординированного произволения, то гении носят в себе больше природного запаса, не всегда отличаясь высокими личными качествами. Будучи связаны с культурой как почвой, на которой выросли, герои и гении воплощают идеалы, порожденные ценностями своей культуры. При этом гении имеют больше соблазнов к отклонению от накопленных культурных ценностей, поскольку богатое природное дарование склоняет их к индивидуализму.

Природно одаренные люди на уровне душевной жизни проявляют себя как гениальные творцы и ученые, они оставляют последующим поколениям шедевры культуры и научные открытия. Природно одаренные люди на уровне телесной жизни – это удачливые хозяйственники, предприниматели, спортсмены. Они меньше способны влиять на историю в положительном ключе, но могут принести пользу культуре и обществу примером благотворительности и труда над собой.

Плодом сочетания гениальности и героизма, природного и личного на уровне духовной жизни являются святые, светочи каждой эпохи, достигающие обожения и оставляющие ярчайший след в истории, вопреки своему смиренному желанию оставаться «в тени». И если гении ищут истину, но, как правило, в полноте ее не находят, оставляя открытым вопрос о реализации своего логоса, то святые обретают Истину, распознавая свой логос и выстраивая тропосы его актуализации. Действие творчества гениев зависит от внутреннего соответствия их эвристических идей идеям Творца. Слово мрачных гениев действует разрушительно, классическое искусство будит души в поисках Бога и вечных ценностей, а целительными плодами жизни святых, их словами и молитвами пользуется все человечество.

Улавливая свой логос и достигая обожения посредством здравых тропосов логосной реализации, святые являют «предел творческих усилий человека, его кропотливой работы над своей душой… реального духовного подвига, осуществляемого с помощью Божьей» [14]. Святые в земной жизни начинают преодолевать законы поврежденного бытия, задействуя в этом преодолении «два личностных плана: 1) личность... как принцип, как смысл всего становления… и 2) саму историю этой личности, реальное ее протекание и становление» [9, с. 143–144], которые в образе святости становятся едиными: «личность... выражает и выполняет свой первообраз целиком, достигает предела совпадения обоих планов, становится тем, что сразу оказывается и веществом, и идеальным первообразом» [там же, с. 146].

Синергийный процесс реализации Божественных логосов в человеке сопряжен с его добровольным и чутким к веяниям Духа включением в поток Божественных идей, направляющий, подсказывающий, но не подавляющий человеческую личность в ее творческих усилиях. Преподобный Силуан Афонский писал о блаженном состоянии души, которая «знает Бога» [16, с. 156] и, «хотя бы отчасти, волю Его» [там же, с. 367]. Троичный Бог, находясь вне пространства и времени, имеет первую и последнюю мысль о каждом человеке и каждой вещи. Святые, находящиеся в русле личного усвоения «плана» Божия, познают этот с-мысл, логос жизни не только о себе, но и о ближних, и об окружающем мире.

Заключение

Завершая размышления о роли христианской культуры в личностном развитии человека, вспомним, что основным назначением культуры как «прослойки» между духовным и телесным уровнями бытия, является приоткровение реалий духовного мира и вечных ценностей христианства. Как преображающее звено нашего многоуровнего бытия, культура призвана облегчать синтез духовного и телесного, который практиковали святые отцы и о котором говорили христианские философы. Определяющими факторами развития человеческой личности и культуры в контексте святоотеческого учения о Логосе и логосах являются логосно-смысловая ориетация и степень соответствия смысловых векторов отдельных личностей и культур предвечным идеям-замыслам Творца.

Взаимодействие и синергия культур напрямую зависят от глубинного содержания самих взаимодействующих культур и от степени их соответствия Божественным идеям-замыслам. Яркими примерами несоответствия творческой смысловой матрице и ошибочной логосной ориетации личностей и культурных сообществ являются псевдокультуры и субкультуры. Героизм, гениальность и святость в своих различных проявлениях также зависят от степени понимания или интуитивного нащупывания человеком бесконечно плодоносных нетварных логосов и соотвествущих им тропосов их реализаций.

Будучи плодом чуткого уловления многими лучшими человеческими личностями как самих матриц нетварных логосов, так и методов их воплощения, за счет соответствующих этим матрицам здравых тропосов, православная культура глубоко связана со Христом, Логосом Бога Отца и потому является плодоносной почвой для личностного развития.

Божественное задание для каждой человеческой личности в этой системе координат состоит в призвании к осмысленному творчеству. Наделяя свои земные труды и личное общение определенными смыслами и символами, мы призваны распознать нетварные логосы и воплотить их в земном бытии, включая и его бытовую составляющую. В процессе выполнения этого задания, мы постепенно выстраиваем личную связь со Христом, Источником логосов и Подателем дара их динамического усвоения. Наша жизнь во Христе, Логосе Отца, при посредничестве Духа Святого, становится тогда непрестанным личностным движением и «встречей в любви», своеобразным продолжением Боговоплощения, выражающимся в гармоничных созвездиях культурных форм. Это подготавливает, вопреки и благодаря земным трудностям, наш переход к непрестанной радости и гармонии вечной жизни, где всякая культура есть всецелая культура Духа.

Использованная литература:

1. Епифанович С. Л. Преподобный Максим Исповедник и византийское богословие. Москва: Издательство Мартис, 1996.

2. Зеньковский. В., прот. Гоголь. Пророк православной культуры. URL: https://omiliya.org/article/prorok-pravoslavnoi-kultury-protvasilii-zenkovskii.html (дата обращения 04.06.2020).

3. Зеньковский. В., прот. Идея православной культуры // Правослааие и культура. Сборник религиозно-философских статей. Берлин: Издательство Русская книга, 1923. С. 25–46.

4. Иустин Философ, мч. Разговор с Трифоном Иудеем // Преображенский П., прот. Памятники древней христианской письменности. В 6-ти т. М.: Тип. Каткова и Ко, 1860–1866. Т. 3. С. 141–378.

5. Каллист (Уэр), еп. Через творение к Творцу. М.: Отдел религиозного образования и катехизации Московского Патриархата, 1998.

6. Кирилл (Зинковский), иером. Творчество в духе и материи в перспективе теологии образования // Вестник Русской Христианской Гуманитарной Академии. 2015. Т. 16. Вып. 3. С. 19–28.

7. Лихачев Д. С. Непрофессионально об искусстве. Заметки о происхождении искусства // Он же. Время сближения. М.: Издательство АСТ, 2019. С. 194–206.

8. Лихачев Д. С. О культуре // Он же. Время сближения. М.: Издательство АСТ, 2019. С. 224–247.

9. Лосев А. Ф. Философия. Мифология. Культура. М.: Издательство Политическая литература, 1991.

10. Лосский В. Н. Догматическое богословие // Богословские труды. № 8. М., 1972. С. 131–183.

11. Максим Исповедник, преп. Opuscula Theologica et Polemica // J.-P. Migne (ed.). Patrologiae cursus completus (series Graeca). In 161 t. Paris, 1857–1866. Vol. 91: 9–286.

12. Мейендорф И ., прот. Христос как Слово. Евангелие и культура // Он же. Пасхальная тайна. Статьи по богословию. М.: Издательство ЭКСМО, ПСТГУ, 2013. С. 194–207.

13. Мефодий (Зинковский), иером. Динамика человеческой личности в ее культурном аспекте // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2011. Т. 12. Вып. 2. С. 267–274.

14. Николаева О. А. Современная культура и православие. М.: Издательство Московского подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1999. URL: https://www.pravmir.ru/olesya-nikolaeva-chto-to-strashnoe-proishodit-s-chelovekom/ (дата обращения 07.06.2020).

15. Ренофанц И. Карманная книжка для любителя чтения русских книг, газет и журналов. СПб.: Б. и., 1837.

16. Софроний (Сахаров), схиархим. Преподобный Силуан Афонский. 5-е изд. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2017.

17. Спекторский Е. В. Христианство и культура. М.: Центр стратегической конъюнктуры, 2013.

18. Черных П. Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка. В 2-х т. М.: Издательство Русский язык, 1993. Т. 1.

19. Шапошников А. К. Этимологический словарь современного русского языка. В 2-х т. М.: Издательство Наука, Флинта, 2010. Т. 1.

20. Davies Fiona and Oliver (eds.). Hildegard of Bingen. An Antology. London: Crossroad Pub Co, 1990.

21. Loudovikos N. A Eucharistic Ontology. Brookline: Holy Cross Orthodox Press, 2010.

* * *

1

Преподобная Хильдегарда Бингенская [20, p. 91–92].

2

Впервые слово «культура» встречается в трактате De Agri Cultura древнеримского писателя Марка Порция Катона Старшего (ок. 160 г. до Р. Х.), его употреблял Марк Туллий Цицерон (106–43 г. до Р. Х.), в Тускуланских беседах именуя философию «культурой души» (cultura animae).

3

Из латинского слово перешло в европейские языки, а в русский обиход проникло вероятнее всего из французского (culture), немецкого (kultur) или английского (culture). Появление слова «культура» в русской речи зафиксировано впервые в 1837 году в значениях «хлебопашество, земледелие», «образованность» [15, с. 139; 18, с. 453].

Комментарии для сайта Cackle