преподобный Максим Грек

Слово 3. Прение о твердом иноческом жительстве, где лица спорящие суть: Филоктимон и Актимон, то есть, любостяжательный и нестяжательный.

Начинает любостяжательный. Скажи мне ты, который хвалишь нестяжание, и в то же время не перестаешь обходить все города и страны для того, чтобы собирать милостыню, испрашивая ее у начальствующих и князей, что лучше: имея достаточное стяжание, жить всегда внутри обители и упражняться в пении, молитвословии и молении; или, ради стяжания необходимой потребности, всегда скитаться вне своей обители, обходить все города и страны, и, приняв милостыню, радоваться и ублажать всякими похвалами подавшего, а не получив ее, сетовать и скорбеть, охуждать непомиловавшего, осуждать и укорять его, как немилосердого?

Нестяжательный. Не спеши, возлюбленный, злословить доброту нестяжания, составляющего евангельскую и отеческую заповедь и повеление; ибо ты никак не можешь никакими боговдохновенными Писаниями доказать, чтобы многостяжание было полезно для посвятивших себя иноческой жизни, а напротив, везде найдешь, что это возбранено боговдохновенными Писаниями, как служащее для иноков причиною бесчисленных зол, если беспристрастно и без самолюбия захочешь относиться к боговдохновенным Писаниям. Многостяжание далеко устраняет нас от иноческого завета, делает преступниками своих обетов и, говоря словами Апостола, созидающими опять то, что прежде разорили.

Любостяжатель. Этого ты никак не можешь ничем доказать, ибо Господь ясно в Евангелии говорит: Всяк иже оставит отца, или матерь, или жену, или чада, или села, Мене ради и Евангелия, сторицею приимет в нынешнем веце, и в веке грядущем живот вечный наследует (Мф.19:29, ср. Лк. 18:29–30). Слышишь ли: сторицею примет, говорит, в нынешнем веке?

Нестяжатель. Что это так было сказано Спасителем, и я исповедую и покланяюсь божественному сему обещанию. Но что это не так должно понимать, как тебе кажется, о том услышь Самого Спасителя, Который ясно говорит так: Никтоже возложь руку свою на рало и зря вспять, управлен есть в царствии Божии (Лк. 9:62). Что скажешь ты об этом? Неужели Он Сам себе противоречит? Да удалится прочь от нас далеко такая хула! Но, желая утвердить нас, чтобы мы бодрственно всегда пребывали в делании Его спасительных заповедей, Он притчею поощряет нас к творение их. Рукою же называет Владыка собственное каждого из нас самовластное произволение и стремление; ралом же называет святые свои заповеди, так как ими очищается нива нашего сердца, и истребляются произрастающия в нем и чрез него, от долгого нашего лукавого обычая, разумные терния, то есть, лукавые помыслы и плотские похотения, а вместо их насаждаются спасительные семена благочестия, то есть, твердая и непоколебимая вера, чистая и нелицемерная любовь и непостыдная надежда, от которых произрастает любовь Божественная, пылающая ненасытно, ненавидящая всегда от всей души всякое земное стяжание и пристрастие, как отлучающие ее от божественной любви и дерзновения (к Богу); вместе с тем произрастает и правда совершенная, которая произволяет лучше быть обиженным и терпеть лишения и всякие скорби, ради уповаемого на небе наслаждения вечных благ. Возвращением же вспять что иное хочет Он назвать, как не возвращенье опять к обычаям и делам мирской жизни, которые суть многоболезненные попеченья и молвы, богатство и всякого рода стяжанья, с которыми неразлучны неправда и всякое лихоимство, непрестанное желание и ненасытное любление золота и серебра, и большего всегда умножения стяжаний, которыми, как некоторыми терниями, семя благочестия подавляется и не приносит плода своему Владыке, а по этой причине, как плевел сожигается огнем вечным, по божественному изречению: Плевелы же сожжет огнем негасающим (Мф.3:12). Поэтому таковой и не может быть принят в царство небесное, где живет лишь правда и преподобие. Многостяжание же всегда сопряжено с лихоимством и неправдою, и по большей части найдешь в нем большое бесчеловечье, если захочешь со мною об этом рассмотреть по воле Божьей и по истине.

Любостяжатель. Никогда я этого не скажу, и не соглашусь с тобой в этом, пока слышу, что Авраам и праведное его потомство, употреблявшие праведно богатство и стяжание, угодили Богу. Ибо богатство не есть зло для тех, которые хорошо им распоряжаются, как сказали боговдохновенные отцы.

Нестяжатель. Слава Богу и Владыке всяческих, что и нехотя, ты подтвердил мои истинные слова, приведя тех праведников в подтвержденье своих слов, и таким образом то, что надлежало бы мне доказывать многими словами, ты сам доказал в коротких словах, и, думая ими ниспровергнуть меня, ты самого себя ими окончательно низложил.

Любостяжатель. Почему ты так говоришь? Разве не написано, что Авраам, и Исаак, и Иаков, также Иов, Давид и Самуил, которые хорошо, праведно и преподобно распорядились своим богатством и именьем, угодили этим Всевышнему?

Нестяжатель. Что об этих блаженных мужах так написано и что они таким способом угодили Вышнему, это и я также утверждаю, как и всякий благоверный любитель истины. Но одни из них, о добрейший, были прежде писанного закона и заповедей, а другие были после закона и заповедей, и вели себя праведно, как повелевал закон Божьи, без всякой неправды и лихоимства; всякому нищему и убогому они щедро предлагали свой хлеб и своим серебром без скупости восполняли недостатки терпевших лишенье потребностей к жизни, и, короче сказать, всем скорбящим и обиженным всячески помогали, вдов и сирот милостиво заступали и пеклись о них, согласно боговдохновенного Писания, которое, как слышим о том во многих местах, иногда вопиет к Вышнему на обидящих, говоря: Вдовицу и сира умориша и пришельца убиша (Пс. 93:6); а иногда предвозвещает скорое отмщенье за них и помощь от Вышнего и говорит им: Сира и вдову приимет (заступит) и путь грешных погубит (Пс. 145:9). И опять в другом месте: Судите сиру и убогу, смиренна и нища оправдайте (Пс. 81:3). Также и блаженный Иов говорит о себе, что он был отцом для сирот и заступником вдовиц, и никогда, говорит, не отпускал от себя нищего с пустыми руками. Всем этим ясно доказывается, какое те праведники имели о нищих и об обиженных примышленье и попеченье. К тому же, почтеннейший, они жили с женами и детьми, имели дома и рабов служащих, согласно данного закона, и им нисколько не возбранялось заповедями закона проводить жизнь согласно требованьям человеческой природы и владеть именьями и рабами. Поэтому они, как исполнившие заповеди Божьи, угодили Вышнему. Мы же иноки, как устраиваем свою жизнь, или лучше, как смеем мы приравнивать свою жизнь к добродетели тех праведников? Где об них написано, чтобы они, вопреки заповеди закона, давали свое серебро в долг с процентами, или требовали бы от бедных проценты на проценты, и чтобы у тех, которые не в состоянья заплатить взятое в долг, по причине увеличенья оного многолетними процентами, они отнимали оставшееся у них последнее нищенское ничтожное имущество, как это ныне осмеливаемся делать мы с бедными сельчанами, обременяя их большими процентами и разоряя их, если не могут отдать взятое, и это поступаем мы так с теми, которые непрестанно трудятся и страдают в наших селах и во всех наших потребах внутри и вне монастыря? где писано, чтобы какое-нибудь подобное бесчеловечие дерзнули допустить те праведники? Никак нигде не найдешь. И еще тем более они достойны удивления, что они оказались точными исполнителями евангельских заповедей, которые тогда еще не были узаконены. Мы же, называясь последователями Евангелия и предприняв достигнуть совершенства в жительстве по Богу, ради чего добровольно отрекаемся всех удовольствий этого суетного мира, когда даем обеты Богу пред избранными Его Ангелами проводить остальное время своей жизни по Его святым заповедям, со всяким смиренномудрием, в Христоподражательной нищете и кротости, а затем, забыв свои обеты и вменив их ни во что, опять стараемся всегда приобретать, как и в прежней нашей мирской жизни, различные стяжания и стада всяких скотов и скопить себе на земле, посредством всяких неправд, лихоимств и беззаконных процентов, множество золота и серебра, тогда как евангельские заповеди строго запрещают такие богомерзкие прибытки? Всем этим мы опять ввергаем себя в бесчисленные попечения и житейские молвы, в тяжбы и ссоры, наравне с преданными мирской жизни. И что всего более достойно слез, это то, что, дерзая поступать так вопреки божественным заповедям и нашим обетам, мы не только не сознаем своей преступности, но еще и хвалимся, как бы совершающее добродетель! Следовало бы нам, напротив, каяться пред страшным Судьею, и отстать от нашей греховности, и зле собранное расточить добре, чтобы и нам сподобиться услышать: Днесь спасение дому сему бысть (Лк. 19:9), как и тот, который прежде был немилосердым лихоимцем, а потом сделался усердным и человеколюбивым плательщиком; и чтобы не быть нам осужденными вместе с тем немилосердым и ненавистником нищих – богачом, который понуждался в малой капле воды, когда горел в пламени огня неугасимого, и не получил ее от праведного Авраама, который всех людей прикрыл своим страннолюбием.

Любостяжатель. Грубо ты понимаешь божественное Писание, а потому грубо оное и толкуешь. Не прииде бо Сын человеческий душ человеческих погубити, но спасти (Лк. 9:56), и дати душу свою избавление за многих (Мф. 20:28), как возвестил нам Господь святыми Своими устами.

Нестяжатель. Пусть будет так, что я грубо и разумею и толкую божественное Писание. Ты же, разумеющий правильно, скажи нам: почему отсылаются от таинственного чертога те пять юродивых дев, а мудрые входят в него с бессмертным Женихом? Также, скажи, если можешь: зачем, связанный, увы, по рукам и ногам, изгоняется Ангелами из числа божественных участников брака Возлюбленного во тьму кромешную, нестяжавший достойного их одеяния? Научи также: по какой причин лишаются божественной вечери те, которые были званы на брак, и вкупе все отказались и не пошли? Кому же, скажи, будет сказано с гневом: Идите от Мене, проклятии, во огнь вечный (Мф. 25:41) и прочее из того горького приговора? Кто же суть (объясни также) те гнилые рыбы, которые, как негодные, выбрасываются вон? Что же, не слышишь ли, что только четвертая часть посеянного семени приносить плод в 100, или 60, или 30. И что всего страшнее, это то, что и некоторые из сотворивших здесь чудеса и многие силы и изгонявших бесов именем Господним, отсылаются тогда с гневом, и называются делателями беззакония. Неужели не поймешь из всего этого, что не всяк глаголяй Ему: Господи, Господи, внидет в царство небесное, а только тот, кто с правою верою в Него, творить волю Отца Его. Ибо вера без добрых дел мертва, говорит божественный Иаков, брат Божий, равно как и эти без той мертвы. Кто же творит волю Отца Его, разве только тот, кто любит Единородного Сына Его? Кто же истинно любит Его (Сына)? Слушай, как Сам Он явственно говорит об этом так: Имеяй заповеди Моя и творяй я, той есть любяй Мя; не любяй Мя, словес Моих не соблюдает (Ин.14:21, 24). И опять: Вы друзи Мои есте, аще творите, елика Аз заповедую вам (Ин. 15:14). Ясно, что кто преступает Его святые заповеди, тот Ему не друг, а враг и ложь, как говорит божественный Иоанн: Глаголяй, яко познах Его, и заповеди Его не соблюдает, ложь есть, и в сем истины несть (1Ин. 2:4). Мы же, бесстыдно преступая священную Его заповедь о нищелюбии, которая есть глава всех божественных Его заповедей и союз совершенства, как говорит св. Апостол Павел, – бесчеловечно притесняем подручную нам нищую Христову братью, изнуряя их постоянно требованьем обременительнейших процентов, и всякими монастырскими работами внутри и вне монастыря соделываем жизнь их горчайшею, не проявляя к ним никакой милости. Поступая так, как думаем благоугодить Богу? Напротив, как избежим страшного оного суда, когда не за великое пощение, не за бденья и продолжительные песнопенья, но за одно человеколюбие и за милость к нищим будут увенчаны стоящие одесную Его? Что вы сделали, говорит, одному из меньших Моих братий, то сделали Мне. Также и стоящие ошуюю не за то будут поносимы, что не исправили великих пощений и бдений, или что не восхвалили Его продолжительными пениями, но за то, что никогда никакого человеколюбья не оказали нищим, которых Он не стыдится называть Своею братьею. И это так будет, и так написано, и изменить этого никто не может и не смеет. Ты же какими помыслами обманываешь себя, будучи одолеваем, как всем известно, страстью сребролюбья и самолюбья? Ты считаешь за великое человеколюбье дать в долг с процентами свое серебро бедным сельчанам; таким образом, говоришь, утешаешь их в их бедности. Воистину, брат, и я утверждаю, что получаемое ими от тебя взаймы серебро было бы для них не малым утешением, если бы, по заповеди Божьей, ты давал им взаймы без процентов, и от того, кто не может уплатить по причине крайней нищеты, не требовал бы ни процентов, ни самого долга, но довольствовался бы тем воздаянием, которое обещано тебе за это от богатого Мздовоздаятеля в будущем веке, а также счел бы воздаянием те непрестанные потовые труды бедного человека, какие он несет зиму и лето, работая на тебя. А теперь ты вымогаешь у него насильно и расхищаешь бедное его стяжаньице, и его самого – о бесчеловечье! – или выгоняешь вместе с женой и детьми далеко из сел твоих с пустыми руками, или порабощаешь его навеки, как древний мучитель Фараон сынов Израилевых. Что может быть мерзостнее и безчеловечнее этого, брат мой? Лучше было бы, если бы ты с самого начала ничего не дал ему в долг, нежели давши, так бесчеловечно морить его за это горькое одолжение. Или не знаешь, возлюбленный, что давать убогим взаймы заповедано Спасителем не для скверных прибытков, а ради милосердья и человеколюбья, и чтобы помочь в скудости убогим, а не в конец их разорять, и что которые не с таким благим произволеньем дают взаем, те углие огненное собирают на главу свою. Проклят, – говорит божественное Писание, – кто с лихвою дает сребро свое в заем брату своему. Куда же проклятые тогда отошлются праведным Судьей, сам знаешь, если бы я и захотел умолчать о страшной той муке. Как же не страшимся и той неложной угрозы, которая говорит: страсти ради нищих и воздыхания убогих ныне воскресну, глаголет Господь, и следующее за тем (Пс. 11:6). И опять в другом месте: Познах, яко сотворит Господь суд нищим и месть убогим (Пс.139:13). И опять: Терпение убогих не погибнет до конца (Пс.9:19). Сколько и ныне убогих и нищих, вдов и сирот, различным способом обиженных и оскорбленных нами, которые вопиют на нас с воздыханием и из глубины души проливают горькие слезы пред Отцем сирот, Судией вдовиц и Заступником убогих! А мы нисколько не преклоняемся к их скорби и слезам, хотя и ежедневно слышим, что суд без милости не сотворшим милости (Иак. 2:13). Воистину мы уподобились аспиду глухому и затыкающему уши свои (Пс.57:5), и, как говорит Исаия о древнем непокорном народ Израильском, одебеле сердце наше и ушима тяжко слышим (Ис. 6:10).

Любостяжатель. Не сказал ли я уже раньше этого, что ты грубо объясняешь божественное Писание и не имеешь правильного рассуждения? Скажи мне: в ветхом завет священникам и левитам не были ли законом отделены города и достаточно сел для прокормления и не назначено ли было им брать десятины из всего съестного, предлагаемого на торгу, как и Спаситель в Евангелии объяснил, укоряя книжников и фарисеев – не просто за то, что они одесятствуют мятву и кимин и пиган (Мф. 23:23), но за то, что, оставив важнейшие заповеди закона – суд и милость и веру, в незначительных и ничтожных повелениях закона показывали все свое тщание? Поэтому Спаситель и прибавил: Сих подобаше творити. Каких же сих? то есть суд и милость и веру, и онех не оставляти. Каких онех? то есть, чтобы, одесятствовать все предлагаемое на торгу снедное. Итак, если тем были отделены законом на прокормление и города и села, и повелено было одесятствовать все продаваемое в пищу: тем более нам, не подзаконным, а находящимся под благодатью, следует иметь стяжание и брать десятины и оброки, установленные бывшими прежде нас отцами; ты же напрасно и попусту говоришь глупости.

Нестяжатель. Вот ты опять своими словами, которыми надеялся опровергнуть справедливо сказанное мною, против своего желания, обличил свою прелесть, и случилось с тобою то же, что и с Голиафом, которому его же мечем была отрублена голова. Если бы ты позаботился правильно понять значение сказанного: Аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не войти вам в царство небесное (Мф.5:20); также и слова блаженного Апостола Павла, который говорит: Аще кто во Христе, нова тварь: древняя мимоидоша, се Быша вся нова (2Кор. 5:17). И опять: Сие же глаголю, братие, яко плоть и кровь царствия Божия наследити не могут, ниже тление нетление наследует (1Кор. 15:50). Если бы все это ты правильно понял, и если бы в простоте и незлобии принял эти слова, то воздержался бы произнести сказанное тобою, и никак не приравнивал бы себя книжникам и фарисеям, служащим сени и образам законным; но, оставив всякое препирательство, постарался бы превзойти правду их, по евангельской заповеди, чтобы и тебе сподобиться войти в царство небесное, вместе с Павлом Фивейским, Антонием, Пахомием, Евфимием, Саввою Освященным и с прочими преподобными наставниками иноческого божественного жития, которые всею душою и всею мыслью старались превзойти правду фарисеев, по заповеди Спасителя. В чем же заключается та правда фарисеев, превзойти которую строго нам заповедано, о том выслушай внимательно самого фарисея, который хвалился, говоря: Боже, хвалу Тебе воздаю, яко несмь, якоже прочии человецы, хищницы, неправедницы, прелюбодее, или якоже сей мытарь: пощуся двакраты в субботу, десятину даю всего елико притяжу (Лк. 18:11–12). Рассмотрим же со всякою справедливостью, может ли сравниться наша иноческая жизнь и наше пребывание с правдою тех, хотя и в таком случае, если найдем ее равною той, царство небесное для нас недоступно, по божественному определению, которое говорит: Не внидете в царство небесное. А что наша жизнь и наше пребывание не только не равняется с их правдою, но и далеко ниже ее, – это очевидно. Тот не только не обижал и не похищал чужие труды, но еще и из всего своего имения десятую часть отдавал нищим, хотя и не имел о том повеленья, а только слушал божественное Писанье, которое говорит: Расточи, даде убогим, правда его пребывает во веки (Пс. 111:9). Мы же не только не уделяем десятой части своих имений нищим, хотя имеем повеленье – не десятую часть, а все вполне раздать нищим, если желаем быть совершенными, но еще и не перестаем обижать и похищать именья бедных поселян посредством богоненавистных ростов. Или не считаешь ты крайнею неправдою и хищничеством – то, чтобы не только скопить себе на земле, вопреки заповеди Божией, при посредстве всякого лихоимства, серебро и золото, но еще и огромные проценты ежегодно брать с бедных поселян и никогда не прощать им данное взаймы, хотя посредством взимаемых с них в течение многих лет процентов и получили уже свое в несколько раз? К тому же, тем не запрещено было законом жить с женами, воспитывать детей, иметь стяжания и правильным способом наживать серебро и всякое потребное именье. Нам же, инокам, избравшим евангельское житье и имеющим повеленье идти вслед Спасителя, все это божественною заповедию строго воспрещено, исключая того, чтобы праведным трудом добывать себе необходимое. Поэтому нам следует всею душою и всею мыслью, до последнего своего издыхания, удаляться от этого, если, действительно, желаем достигнуть совершенства, по заповеди, которая говорит: Будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть (Мф. 5:48), и если хотим с мудрыми девами войти за бессмертным Женихом в небесный чертог Его. Итак, вступившим в священное иноческое общество, или, что то же, посвятившим себя ангельскому и апостольскому житию, несправедливо приравнивать себя к служащим сени и предызображениям закона. Ибо ветхое миновало и настало все новое. Царствие небесное нудится, и нуждницы, а не слабые и преступники заповеди, восхищают е (Мф.11:12). Чем же и отличимся от мирских, если мы опять окружили себя молвами житейскими и множеством имений и стяжаний, как и в прежней нашей жизни, и бедных, подвластных нам убогих, постоянно морим всякими своими работами и требованьем обременительнейших ростов? И если кто-либо из них не может заплатить, мы, расхитив его убогое стяжание, увы, гоним его из своих владений с пустыми руками. Такие лукавые поступки свойственны лихоимцам, живущим в мире, которые нисколько не памятуют будущего страшного суда и ожидающего таковых неугасимого огня, а не инокам, избравшим нестяжательное и нищенское евангельское житие. Аще кто во Христе, – вопиет Божественный Павел, – нова тварь, то есть, кто поистине, а не лицемерно, думает пребывать в вере во Христа, тот должен соделаться новым твореньем, удалив от себя все дела ветхого человека, которые суть: всякого рода блуд, неправда, лихоимство, отнятие чужого, воровство, пьянство, всякое бесчиние и бесстыдство, их же ради грядет гнев Божий на сыны противления, как говорит опять тот же Павел (Кол. 3:5–6); вместо этого пусть усвоит себе всякую правду и преподобие и святыню, без которых никто не узрит Господа (Евр.12:14). И опять он же: И якоже облекохомся во образ перстного, да облецемся и во образ небесного (1Кор. 15:49). В чем же заключается образ перстного, – услышим от самого Павла, который ясно объясняет это вкратце: Сие же глаголю, братие, яко кровь и плоть царствия Божия наследити не могут, ниже тление нетление наследствует (1Кор. 15:50). Здесь плотью он вкратце обозначает всякое плотское студодеяние и нечистоту; кровью же вообще, по толкованию святых отцов, назвал всякие неправды и лихоимство, отнятье чужого, воровство и скверные прибытки. Ясно, что кто вращается в этих делах, тот еще не совлекся ветхого человека, и не соделался новою тварью во Христе; ибо он носит еще в себе все свойства ветхого человека. Нам же, которым заповедано не по плоти, но по духу жительствовать, следует ходить по следам преподобных Отцев, просиявших в посте, и, взяв на себя крест Христов, препровождать эту временную жизнь в безмолвии, беспопечительно, во всякой правде, услаждаясь священными песнопениями и беспрестанными чистыми молитвами к Спасителю. А где житейские попечения, молвы, ругань и брань, и частые тяжбы из-за сел и имений, – оттуда удалились слезы, и чистая молитва, и повержение себя на землю, и память смертная. Ибо не можете, – сказали неложные уста Христовы, – Богу работати и мамоне. Что же такое «мамона», как не богатство, собираемое всякими неправдами, то есть, посредством процентов, присвоения чужого и всякого рода насилия, по самолюбии и жидовскому сребролюбию, как толкуют святые Отцы? Ради этого спасительного Господня повеления, бесчисленное множество преподобных иноков, по всей вселенной, оставив все, что есть прекрасного в этом суетном мире, безвозвратно бежали в отдаленнейшие пустыни, желая достигнуть ангельского жительства. Их-то божественной ревности и желанию следует и нам подражать, о любезнейший, чтобы и нам обогатиться духовными дарованиями, как они. Какими же это? – Смиренномудрием сердца, кротостью и незлобием, целомудрием, разумом духовным, совершенною любовью, которая есть союз совершенства и исполнение всего закона, как говорит божественный Апостол; не имея же ее, не получаем никакой пользы для души, хотя бы мы и ангельскими говорили языками, и горы переставляли, и все тайны пророчеств знали, – хотя бы и самые свои тела предали на сожжение за благоверие, как говорит тот же Апостол (1Кор.13:1–3).

Поищем же с трудом, о возлюбленный, того, чтобы и нам сподобиться такой благодати и благословения помянутых божественных дарований. Они-то, о добрейший, и составляют то сторичное воздаяние в нынешнем веке, которое обещал Спаситель отрицающимся всех своих имений и хотений ради ожидаемого в будущем веке непоколебимого царства; а не приобретение опять имений, не обогащение и изобильное богатство, как ты мечтаешь. Какая польза, скажи мне, для отрекшихся от своих имений и стяжаний ради безмолвия и беспопечительности, – опять стараться приобретать другие, больше первых, и большими против прежнего окружать себя попечениями и молвами? Пользы духовной нет никакой, а напротив – лишение и бесплодие души. Ибо семя, падшее в терние и подавляемое им, не принесло небесному Делателю плода. Что же такое терние, – услышь внимательно самую Божию Премудрость, которая ясно говорит так: А сеянное в терние, се есть слышай слово, и печаль века сего и лесть богатства подавляет слово, и без плода бывает (Мф. 13:22). Итак, весьма неполезно и очень вредно для иноков опять собирать себе имение и богатство, как много раз мы это доказывали. К тому же и нечто другое, ни с чем несообразное, вытекает по необходимости из твоего толкования. Ибо, если сказанное нашим Законодавцем о сторичном восприятии в сем веке, относится к умножению имений и стяжаний: то и за одну жену, оставленную кем-либо, он получит множество других жен и народит детей больше прежнего. Понимаешь ли, к какой хуле и к какой несообразности приводит твое толкование приведенного изречения? Духовно, о возлюбленный, следует понимать и толковать обетования и наставления Святого Духа, а не по плотскому и по житейскому. Дух есть Бог, – сказано, – и иже кланяется Ему, духом и истиною достоит кланятися (Ин. 4:24). А собирающие себе богатство при посредстве неправды и богомерзких ростов, и из-за сел и земель ходящие по судам и ссорящиеся с соперниками, – таковые не в духе и истине покланяются Вышнему. Хваление Его, – сказано, – в церкви преподобных (Пс.149:1), а не в церкви преступающих святые заповеди Вышняго, о которых в другом месте сказано: Преступающия непщевах вся грешные земли (Пс.118:119). И опять: Возненавидех церковь лукавнующих, и с нечестивыми не сяду (Пс.25:5). И в другом месте: Творящия преступление возненавидех (Пс. 100:3). Если же Бог ненавидит нас за преступленье святых Его заповедей, то кто в состоянии избавить нас от Его божественного гнева? И далее опять говорит: Гордым оком и несытым сердцем, с сим не ядях (ст. 5). У кого же око так гордо, как у имеющего несытое сердце – обидчика и лихоимца? И хорошо сказано: несытое сердце прегордого ока. Ибо собиранье серебра и золота никогда не может насытиться. Ужасное, воистину, ужасное дело – желанье золота, и оно, по Апостолу, служит причиною всех зол. Оно никогда не перестает, но чем более удовлетворяется, тем более разжигается у лихоимца. Страсть сребролюбья и лихоимства подобна огню: как огонь чем более найдет вещества, тем сильнее разгорается; так и желание золота всегда более и более разгорается в ненасытном сердце любителя богатства. Поэтому Дух Святый и предостерегает нас боговдохновенным языком блаженного Давида, говоря: Не уповайте на неправду и на восхищение не желайте: богатство аще течет, не прилагайте сердца (Пс.61:11). Почему? Потому что сребролюбие есть корень всем злым (1Тим. 6:10). Им многие пришли в непомерное бесчеловечье и в такое зверство, что не только не останавливались похищать неправедно именья других, но и самых владельцев имений тягчайшими муками лишили этой жизни. Некоторые и от веры отступили, отказавшись ради серебра, чтобы не лишиться своего богатства, от правой веры; другие в отчаянии лишили себя жизни удавлением.

Поэтому, добрейший, во много раз лучше и спасительнее – быть нищим и вслед за Христом обходить города и страны, – и, если бы где и случилось подвергнуться поношенью и бесчестью, потерпеть с благодареньем, соблюдая заповедь Спасителя и уставы иноческого житья, нежели обливаться золотом и серебром и быть обеспеченными землями и селами, вопреки заповеди Господней. Благ мне, – говорит, – закон уст Твоих, паче тысящ злата и сребра (Пс.118:72). И в другом месте: Лучше малое праведнику, паче богатства грешных многа (Пс.36:16). И опять: Неправду возненавидех и омерзих, закон же Твой возлюбих (Пс. 118:163). Закон же Спасителя в чем ином заключается, как не в любви совершенной от чистого сердца к Самому Вышнему и к ближнему нашему, как слышим в святом Евангелии: В сию обою заповедью, – говорит, – весь закон и пророцы висят (Мф.22:40). Любостяжательный же и сребролюбивый инок боголюбцем, как следует, и нищелюбцем быть не может, потому что преступает заповедь Божью. Сам же праведный Судья говорит: Имеяй заповеди Моя и соблюдаяй их, той есть любяй Мя. Не любяй Мя словес Моих не соблюдает (Ин.14:21, 24). Следовательно, чужд любви ко Спасителю тот, кто неправедными прибытками собирает себе богатство, всячески притесняя бедных подвластных поселян требованьем от них тяжелых процентов. Ибо любы, – говорит святой Апостол Павел, – искреннему зла не творит (Рим. 13:10); напротив, она всегда ущедряет и милует всех вообще живущих в бедах и лишениях, по писанному: Весь день милует и взаим дает праведный, и семя его во благословение будет (Пс. 36:26). Взаем же дает так, как повелевает человеколюбивая заповедь праведнейшего Законоположника, Который говорит: Аще взаим даете, от них же чаете восприяти, кая вам благодать есть, ибо и грешницы грешником взаим давают, да восприимут равная. Обаче взаим дайте, ничесоже чающе: и будет мзда ваша многа на небесех. Будите убо милосерди, Отец ваш милосерд есть (Лк. 6:34, 36).

Зачем же мы, о возлюбленный, без ума преступаем столь человеколюбивое и душеполезное повеленье Господа и Спасителя нашего? Или не боимся сказанного: Прокляти уклоняющиися от заповедей Твоих (Пс.118:21). И в другом месте: Да постыдятся беззаконнующии вотще (Пс.24:3). Также: Уничижил еси вся отступающия от заповедей Твоих, яко неправедно помышление их (Пс. 118:118). Если же все это изречено Духом Святым и есть истинно, то убоимся, брат, и исправимся пред праведным Судьей, ибо страшно есть еже впасти в руце Бога живого (Евр. 10:31). Если мы считаем эти божественные словеса неистинными, то зачем и даем при своем пострижены обеты Богу проводить на будущее время жизнь по Его святым заповедям и повелениям? Ибо лучше, говорит премудрость Божья, не обещаться и исполнить, нежели обещаться и не исполнить. И опять: Помолитеся и воздадите Господеви молитвы ваши (Пс.75:12). Если воздадим Господу молитвы, то есть, исполним обеты свои, которые мы дали Ему при своем пострижении, то, воистину, мы блаженны и добро нам будет. Если же солжем Ему, то убоимся, брат, сказанного: Погубиши вся глаголющия лжу (Пс. 5:7).

Любостяжатель. Перестань уже, человече, от этого долгого твоего пустословья. Никакому мы не подлежим осужденью по причине стяжания имений и владения землями и селами, потому что ни у кого нет ничего своего, и нет возможности кому-либо взять что-нибудь из этого и отнести в другое место. Поэтому мы по справедливости можем называться настоящими нестяжателями; ибо никто ничего не приобретает своего, а все общее.

Нестяжатель. Смешное что-то ты мне говоришь, и ничем не отличающееся от того, что если бы некоторые многие беззаконно жили с одной блудницей, и, будучи в этом обличаемы, каждый из них стал бы говорить о себе: я тут ни в чем не погрешаю, ибо она одинаково составляет общую принадлежность; или, если бы кто-нибудь со многими разбойниками вышел на разбой и вместе с ними награбил бы много именья, потом по случаю был бы пойман разыскивающими разбойников и, будучи предан пыткам и допросам, отвечал бы: я ни в чем не виноват; у них все осталось, а я из награбленного имущества ничего не взял. Все это, добрейший, пустой извет и очень смешной. Во всяком случае, пред праведными судьями твой ответ окажется пустословьем, а не мой. Хотел бы я предложить тебе достоверные свидетельства и неопровержимые доказательства от многих древних боговдохновенных мужей, чем и показал бы тебе, что незаконно и ничем не может быть оправдываемо то, чтобы инокам опять окружать себя житейскими попеченьями и молвами, брать проценты и различно притеснять бедных убогих людей. Но, зная, что тебе все это известно, хотя добровольно и пропускаешь это мимо, будучи побеждаем страстью самолюбья и сребролюбья, – оставляю это, как не имеющее для тебя должного значения. Приведу же одно изречение Апостола Павла и этим закончу слово. Этот божественный проповедник и всемирный просветитель, желая, чтобы те, коих он по всей вселенной породил евангельскою проповедью в веру, всегда находились в подвиге и были бы горячими рачителями благоверия, следующим примером восставляет их к подвигам духовным. Никтоже бо, – говорит, – воин бывая, обязуется куплями житейскими, чтобы угодить тому, кто причислил их к числу воинов (2Тим. 2:4). Если же тем, живущим с женами и детьми, он не хочет, чтобы они опутывали себя излишними попеченьями настоящей жизни, но чтобы всею душой всегда держались благочестья, тем более мы иноки должны послушаться этого божественного учителя и всей душою, с горячим усердьем держаться иноческого и ангельского житья, проходя оное со всякою правдою и преподобием, устраняя себя, от всякой неправды и скверны житейского попеченья и от всякого неприличья, – чтобы и чрез нас прославлялось, а не хулилось во языцех всесвятое имя Господа нашего Иисуса Христа, Которому подобает всякая слава и великолепие, с безначальным Его Отцем и Всесвятым и Благим и Животворящим Его Духом, в бесконечные веки. Аминь.

К читателю

Никого не принуждает проповедь о благочестии к тому, к чему сам кто не имеет доброхотного произволения; но аще кто хощет, – говорит: по Мне идти, да отвержется себе, и прочее (Лк. 9:23). И опять: Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое, и прочее (Мф. 19:21). И чрез Исаию пророка: Аще хощете и послушаете Мене, благая земли снесте, и прочее (Ис.1:19). Из всего этого и многих подобных мест явствует, что царство небесное предлагается произволяющим; ибо то, что бывает по принуждению и поневоле, не заслуживает мзды пред праведным Судьей. Поэтому и настоящее слово, касающееся нестяжательной жизни, просит всех, прочитывающих оное, если по своему расположению принадлежат к нестяжательным, утверждаться им в своем добром по Богу произволении и жительстве, соблюдая со всяким прилежанием евангельской заповеди, то есть, проводить жизнь во всякой правде и преподобии, снедая хлеб свой в поте лица своего, согласно древней божественной заповеди. А которые по своему расположению суть любостяжательны, тех слово это просит не гневаться за сказанное в нем и не враждовать против написавшего по любви к истине такое слово. Ибо в нем ничего нет несогласного с евангельскими заповедями и апостольским преданием. И потому (написавший слово) просит читателей: познав силу словес, изъясняющих истину, умилиться и, как следует, укорять себя, а не оправдываться, но исповедоваться праведному Судье, и допускаемое ими по человеческой слабости преступление открывать пред общим Владыкою, и молиться Ему всею душою, чтобы даровал им перемениться на лучшее и приобрести спасительное нестяжательное произволение и соответствующее устроение мысли. Ибо не столько предосудительно то, чтобы погрешать, – это свойственно человеческой немощи, – сколько то, чтобы, согрешая, не сознавать свое согрешение и не исповедовать его. Итак, примите и вы это слово правою мыслию и с приличным христианским благоразумием и кротостью. Если же вы негодуете и смущаетесь его обличениями и сильными доказательствами – евангельскими и апостольскими – касательно настоящего иноческого жительства, то я от себя ничего не скажу, но пусть божественная Лествица говорит с дерзновением: «отвращающийся обличений, отчаялся своего спасения». Здравствуйте о Господе!


Вам может быть интересно:

1. В чем состоит истинное монашество по воззрениям преподобного Максима Грека профессор Николай Фёдорович Каптерев

2. Гимны – Гимн 19. Наставление монахам, недавно отрекшимся мира и того, что в мире; и о том, какую должно иметь веру к отцу своему (духовному) преподобный Симеон Новый Богослов

3. Ватопедские оглашения. Беседы о монашеской жизни – БЕСЕДА ДЕВЯТАЯ. О верном жительстве во Христе схимонах Иосиф Ватопедский

4. Душеполезные поучения – МОНАШЕСТВО преподобный Макарий Оптинский (Иванов)

5. Творения – Слово к отрекающимся от мира преподобный Ефрем Сирин

6. Духовные беседы – Беседа 21: Величие монашеского призвания преподобный Софроний (Сахаров)

7. Симфония по творениям святителя Феофана, Затворника Вышенского – МОНАШЕСТВУЮЩИМ святитель Феофан Затворник

8. К Евлогию монаху – Слово 1 преподобный Нил Синайский

9. Симфония по творениям преподобных Варсануфия Великого и Иоанна – Самоукорение преподобные Варсонофий Великий и Иоанн Пророк

10. Поучительное послание к некоторому князю о лживости звездочетства и утешительное для живущих в скорбях преподобный Максим Грек

Комментарии для сайта Cackle