профессор Николай Фёдорович Каптерев

Приложение

№1

Перевод з грамоты, что писал к государю царю и великому князю Михаилу Феодоровичу всеа Русии и ко отцу ево государеву блаженных памяти к великому государю святейшему патриарху Филарету Никитичу Московскому и всеа Русии Цареградский патриарх Кирилл своею рукою греческим письмом в нынешнем во 142 году, Декабря в 8 день, з государевыми послы Офонасъем Прончищевым да з дьяком с Тихоном Бормосовым.

«Во имя Отца и Сына и Св. Духа самаго единаго истиннаго Бога, Того слава во веки. Аминь. Кирил Вселенский патриарх.

Благочестивому и Богом венчанному, христианскому, самодержавному, милостию Божиею великому государю, царю и великому князю Михаилу Феодоровичу всеа Русии, самодержцу владимирскому – (следует полный титул) – и преблаженнейшему и святейшему патриарху и великому государю кир Филарету Никитичу Московскому и всеа Русии, о Святом Дусе возлюбленному брату и сослужебнику нашего емирения. Молю Отца, Сына и Св. Духа, да покрыет и сохранит великое твое царствие и преблаженство твое во благом здравии и во спасении, и вашего царскаго величества сына и великаго князя Алексея Михаиловича такожде да сохранит во многолетном здравии, и да покорит все враги ваша в подножие ногам вашим. Великий государь, царь и великий князь Михаил Феодорович всеа Русии и преблаженный великий государь и святейший патриарх Филарет Никитич Московский и всеа Русии – пришли послы великаго вашего царствия Офонасей Осипович Прончищев да Тихон Васильевич Бормосов, разумные и достойные люди во всех делех великаго твоего царствия и преблаженства твоего, и в тех во всех ваших государевых делех неусыпные и спешные, перед великим царем Салтан Муратом говорили сколько было пригоже, и великому царю Салтан Мурату и началному ево пресветлому везирю Магмет-паше полюбилося, и почтили их и говорили с ними сколько было надобно. А как те ваши царские послы похотели поехати, и великий царь Салтан Мурат ото уст началника везиря Магмет-паши велел им дать ответ любительной и доброй, что он с вами, великим государем царем и великим князем Михаилом Феодоровичем и с преблаженством твоим, великим государем святейшим патриархом господином Филаретом Никитичем Московским и всеа Русии, хочет быти в дружбе и любви, другу вашему хочет быти другом, а недругу недругом, и хочет послать войною на недругов ваших на проклятых ляхов за то, что они не спят и промышляют на всякое зло. Да они ж литовские ляхи послали к крымскому и посулили ему великие дары, чтоб ево подняти супротив великаго твоего царствия, и в том им Бог не помогает. Был у ляхов полонен некоторой крымской царевич и освободил ево Владислав на то, чтоб ему собрати много татар, чтоб приехать им на великое твое царствие на украинные города – и я имею надежду на всемилостиваго Бога, яко да пошлет ангела своего с небеси и потребит их и погубит их, и да познает всякий, что десная рука всесильнаго Бога во всем мощна великому твоему царствию, как опознали есмя от знамения явна чудеси, и хощу писати те знамения болшия и буди ведомо и внятно великому твоему царствию и преблаженству твоему. Первое знамение: некий Мирон Бурновский воевода был некогда в волоской земле воеводою, и как ево от воеводства отставили и он отъехал в Литву и купил себе город и стал с Литвою заодно, и после того опять похотел быти в волоской же земле воеводою, и литовские люди его не отпустили, и он посулил Владиславу за то, чтоб ево отпустили назад в Царьград, чтоб ему взять по-прежнему в волоской земле воеводство, на помочь против вашего царствия тысячю конных, а другую тысячю пеших и послати их под Смоленск. И Владислав для того ево в Царьград отпустил. И как приехал во Царьград и с приезду его на четвертый день отсекли ему голову, и от того разу рушилась вся мысль ево, а Владислав потерял тое помощь и надежду свою, на что было он надеялся у того Борновскаго воеводы от волоские страны. И то есть явно, что то сделалось Божиим повелением и помощью великаго твоего царствия. Потом второе знамение: литва послали к крымскому хану и посулили ему давати по-прежнему дань, что давали велми много, чтоб наступили пленити великое твое царствие украинные города и места. И великий Бог сотворил по промыслу Офонасья Осиповича да Тихона Васильевича, что они говорили и сходилися почасту с везирем и дали ему ведати литовские лукавства и поспешили и написали грамоты к крымскому царю и к Кантемирю, и надеемся, что они по ся места вступили в Литовскую землю и будут и разорять. И то есть от Бога ж, что восхотели было они сотворити над вашими украйнами, и то им Бог воздал самим. Третие знамение, что здеся прислали ляхи меншово посла и Офонасей Осипович да Тихон Васильевич были у везиря у Магмет-паши и говорили ему, что б он им и их лукавым речам веры не давал, и он, везирь, того литовсково посла принял нечестно, и то есть Божие же изволение и многие то узнали, что Божия сила есть с великим твоим царствием и преблаженством твоего святительства. И ныне поехали к вам Офонасей Осипович да Тихон Васильевич с добрыми ответы, да им же, послом вашим, говорил везирь Магмет-паша, как учинял войну против литовскаго короля, и в те поры вам, великому государю Михаилу Феодоровичу всеа Руси, и вам, пресвятейшему патриарху Филарету Никитичу Московскому и всеа Руси, с Литвою не помириться, а только вы с Литвою помиритеся и их отставити прочь и с Литвою б их не ссорили. И послы великаго твоего царствия Офонасей и Тихон говорили везирю, что тому не быти, в том они заложат головы свои и на том постановили и имеем упование на силу всесильнаго Бога и на молитву и счастье великаго твоего царствия и преблаженства твоего, да будут дела ваша все во благом счастьи. А здесь во Царьграде вести из Литвы что большие паны меж собою в великом колеблении и в непостоянстве, не хотят Владиславу помогати супротив твоего великаго царствия, и спустил Бог на них великое межусобство и пролил на них свой праведный гнев, про то мы ведаем подлинно. А послы великаго твоего царствия Офонасей да Тихон исправили добрые дела, да с ними ж труды полагал толмач Анастасей и много тружался о делех великаго твоего царствия. А ныне они поехали к вашему царствию, а с ними вместе Мурат Салтаново величество послал посла своего, единаго агу везирьаземова капучиларке хаясы, а имя ему Алей-ага, мы его знаем добрым человеком. А как Ахмет-ага, что приехал с послы великаго твоего царствия с Офонасьем Осиповичем да с Тихоном Васильевичем, а тот Ахмет-ага, приехав, здесь говорил и вознес вас и царствие твое и преблаженство твое и благодарил милость вашу и от того Ахмет-аги во многих окрестных государствах ваши царские имена и царствие ваше возношается и славится к вашей царской чести и повышенью. А как во Цареграде видели пречестные и пресвятые иконы великаго твоего царствия и преблаженства твоего и великие люди у нас того просили, чтоб им тех святых образов послати посмотрети, и я к ним не посылывал, а имею их паче великаго сокровища и поставил и устроил есми их в тайных моих кельях, в которых я сам пребываю и почитаю их и прикладываюся к ним, а когда молюся и я прошу в молитве своей, чтоб ваша царская молитва восходила к Богу с моей молитвою вкупе до моей смерти, что есми аз древний. Да великие ж люди, которые пребывают во Цареграде, християне ото всего народу и многие турки приходили в мою келию видети те святые ваши иконы и те честные иконы они видели, только турки к ним не прикладывалися, потому что на то я им не поволил и прикоснутися им к тем честным иконам не дал. А которые в то же время прилучилися греческие власти, и те к тем честным иконам прикладывались, а франкам и инаго народу никому не дал есми ни рукою прикоснутися, и благодарю много великое твое царствие и преблаженство твое, что есте мне учинили сию благодать, что мне имети те святые иконы, и да будет со мною Господь наш Иисус Христос и да сподобит нам стати пред лицем своим в царствии небесном. Да мы ж восприяли есмя, что прислал преблаженствие твое Минею общую, да Псалтырь со возследованием, да мы ж восприяли есмя милостынею великаго твоего царствия и преблаженства твоего все сполна, как писано было в ваших государских грамотах. Да мы ж приняли есмя сто рублев денег, а то все предали нам послы великаго твоего царствия Офонасей Осипович да Тихон Васильевич да Амфилохей-архимандрит верной наш слуга, что сколько есмя его не посылали к великому твоему царствию и к преблаженству твоему, и он к нам приходил и послужил разумно и верно, яко прямой, добрый и святый, и правда в нем пред Богом и пред великим твоим царствием и пред блаженством твоим великая, и тем от вашего государскаго жалованья и подаянья сподобился в великих надобьях и нужах. И то имеем и со слезами благодарим великую милость великаго твоего царствия и преблаженства твоего и воздев руце молим всемилостиваго Бога о многолетнем здравии и счастливом пребывании вас великаго государя и великаго вашего царствия и преблаженства твоего, великаго государя царевича князя Алексея Михайловича и благочестивой царицы и великой княгини Евдокеи Лукьяновны и царевны Ирины Михайловны и царевны Анны Михайловны, и за все ваше царствие моление наше пред Богом в день и нощь, да сохранит и покрыет ваше царствие мирно и безмятежно и да покорит враги ваша в подножие ногам вашим, аминь. Еще объявляю, благочестивый великий царю Михаило Феодорович всеа Русии и великий государь святейший патриарх Филарет Никитич Московский и всеа Русии: послы великаго твоего царствия и преблаженства твоего Офонасей да Тихон будут к вам со всякими добрыми делы с послом великаго царя султан Мурата и преславнаго везиря Магмет-паши с Алеем-агою и есть с ними царские грамоты. И да будет ведомо великому твоему царствию и преблаженству твоему, что пришли и другие послы великаго твоего царствия Яков Оксентьевич Дашков да Матвей Михаилович Сомов, а лица великаго царя Султана Мурата еще не видали, и для того и с нами еще не видалися ж до тех мест, покаместа поехали первые послы, и мы и ныне потому ж не отлучимся работати великому твоему царствию и преблаженству твоему всем добрым делом и словом и поспешеньем и верою, сколько будет нам возможно. Да много, много молю и прошу великаго твоего царствия и преблаженства твоего, да простите нас, что если не возмогли изготовити и прислати человека своего поклонитися великому твоему царствию и преблаженству твоему, от великих наших недоволов и от агарянских насильств не имеем себе покою ни в день, ни в ночь, только надежны есмя на то, что молитва великаго твоего царствия и преблаженства твоего да покрыет весь християнский народ и меня, грешнаго, и сохранит во всяком благочестии. Еще пишем и ведомо даем, что смерть свейскаго Густава Адольфа короля, что он приинял от цесаря, принесла нам велию печаль, потому что он был вельми надобен в нынешних временах, только еще великосильный Бог не оставляет дел своих без промыслу. Ведомо нам учинилось, что после его, Густава Адольфа короля, смерти советовали меж собою все вельможи и владетели и уставили бой великий с цезарем и побили цесарских многих воинских людей многажды. И ныне цесарь в великой тесноте, а имя, честь и слава бывшего Густава Адольфа короля везде славитца всегда. А ныне в его королевское место против цесаря войну ведет и во всем справу чинит канцлер свейской именем Ок-сенстер, разумной и великой человек, о том буди ведомо великому твоему царствию и преблаженству твоему, да имеете совет и любовь с тем канцлером свейским Оксенстерном, потому что он ныне вельми надобен. Да послали есмя к преблаженству твоему одну книгу Варинос, да Схолария, да Енодия, то есть три библеи супротив латин, да другие три ж библеи господина Мелентия патриарха Александрейскаго, и их увидит преподобный протосингел господин Иосиф, он уже учинил разумно и свято, что остался на имя ваше великаго государя и преблаженства твоего, а мы его здеся всегда почитали яко учительнаго и чтимаго мужа, и како покажет желание свое те книги перевесть на русский язык. А я ныне хотел было прислати к вам, великим государем, учителя Кирьяка от святыя Афонския горы, и тот Кирьяк ехати не возмог, потому что он стар и безсилен. А сказывал мне архимандрит Амфилохей, чтоб прислати к вам, великим государем, инаго учителя, и я учну вперед сыскивать, а ныне бы протосингел Иосиф с тех книг перевод писал, сколько он может, как я писал от себя к нему в грамоте моей, да и великосильный Бог яко да сподобит и достальные те книги перевести. Да и над Аверкием, бывшим верейским, праведный суд вы, великий государь царь и великий князь Михаило Феодорович всеа Русии и великий государь святейший патриарх Филарет Никитич Московский и всеа Русии, и указ свой учинили и видели есми о том грамоту, рукописание преблаженства твоего, и нам про то стало ведомо и то все учинилося вправду и свято, и праведно. А у Анфиноге-на отрочника видели есмя ложную его ставленую и по правде он в запрещении и смирении, а прошал будто он прощения от иной власти. Да сказывали вам, великим государем, некоторые князья, будто прислали ко мне для ради его некую вещь, чтоб мне просити об нем, чтоб вы, великие государи, его простили, и то не буди тако: ко мне от них ни слова, ни вести не бывало, и ведомо буди преблаженству твоему, что те речи все о том Анфиногена не истинны суть. Такожде некоторой толмач ту тошной, говоря много с послом с Ахмет-агою, которой посол пришел с послом великаго твоего царствия и преблаженства твоего с Офонасьем Осиповичем да Тихоном Васильевичем, и сказал тот толмач ему, Ахмет-аге, что Царегородский патриарх посылает к Москве тайно человека своего именем Андрея, да пишет о всем, что в Цареграде ни деетца, а именем тот толмач Петр Красников. И таких слов и речей тому толмачу не надобно было говорить, и о том вам, великим государем, надобно заказати накрепко, чтоб впредь с такими людьми, что ни деетца, таких слов и речей не говорили, и то все разум великаго твоего царствия и преблаженства твоего исправить. Потом у вас, великих государей, прошу и молю, да учините единую мзду велию в едином деле боголюбном, как видим и мы, что достойно сотворит милость: к великому твоему царствию и преблаженству твоему в некоторое время приехал един человек именем Дмитрий Палеолог, лихой и злой человек и имел с собою некоторых безумных людей гречан, да с ним же был некоторый греченин же Юрьи от Варны, и за вину они сосланы, и то сделано праведно и свято. И того Юрьи мать и жена достойны всякой милости и плачутца день и ночь, как войду в святую церковь и из церкви, и они падаютца у ног моих безпрестанно, дабы я отписал о том к великому твоему царствию и к преблаженству твоему, чтоб вы, великие государи, простили его и прийти ему к матери, и к жене, и к детям своим, и в том будет ваша государская великая милость над бедною его матерью, и над женою, и над детьми. И о сем молю и прошу, да простите того Юрья от Варны, а потом как пожалует великое твое царствие и преблаженство твое. Также приходят ко мне многие люди и прошают у меня грамот о милостинах, иные добром и челобитьем, а иные всякими статьями от иноплеменных, и нельзя им от докук грамот не дать, и над ними призренье и милость великаго твоего царствия и преблаженства твоего великая и неизреченная, а о сем Юрье, как положит Бог в сердцах ваших, тако и сотворите. Посем извещаю великому твоему царствию и преблаженству твоему, чтоб было ведомо, что Офонасей Осипович и Тихон Васильевич, говоря с везирем азем Магмет-пашею про ваши государские дела, и потом говорили ему накрепко, чтоб послати войною на недругов ваших, и везирь Аззем Магмет-паша о том докладывал султан Мурату, и Мурат Салтан велел послати и позвать к себе стряпчево крымскаго царя, который живет в Цареграде за делы, и велел ему послати гонцы в Крым к царю, чтоб он не помыслил послати войною в ваше Московское царство и однолично б поднялся сам и ехал в Литовскую землю, или ж послал сына своего. Крымскаго царя стряпчей с теми салтан Муратовыми грозными грамотами послал в Крым к царю товарища своего и поехал он из Цареграда мая во 2 число. Да в тех же днях везирь Магмет-паша велел Кантемир-паше и запороскому Абазе-паше и Будайскому паше и Мутьянскому воеводе и Волоскому воеводе ж, чтоб они все были готовы войною на недругов ваших на польских и литовских людей, по ся место еще не поехали, только один Кантемир-паша выехал в литовскую землю, о том к нам писано, что июня в 3 день Кантемир-паша в литовскую землю вшол, а про Абаза-пашу еще подлинные вести нет, только он на готове ж. Как поехал к крымскому царю гонец, и после того велели в Царьграде кликати биричем с повелением царевым, чтоб все ратные служилые люди западные страны, которые живут здеся и все б воинские люди ехали за Абаз-пашею, а хто не поедет, у него жалованье отнято и ис списку выкинуто будет, и тако вси текут. Еще буди ведомо великому твоему царствию и преблаженству твоему, что послы царствия твоего, Яков Оксентьевич да Матвей Михаилович, приехали в Константинополь июня в 8 день с Фомою Чукиным, а в 13 день июня ж месяца были и виделися с визирем с Магмет-пашею, а июня ж 26 слышали, что крымский царь послал сына своего в литовскую землю войною. Потом я, убогой патриарх Константинопольский Кирилл, имею надежду на великое твое царствие и на преблаженство твое и вспоминаю о едином деле и молюся, да приклоните ухо в том, что я прошаю у вас, государей: король и все князья франские и цесарские земли, хотя и не нашея веры, а все нас чтят, и многие к нам писали с прошением, чтоб нам отписати к великому твоему царствию и к преблаженству твоему для сосланнаго Каролоса Тарерандуса, за что он сослан, да ко мне ж особно писали мать ево, да мне ж здеся во Цареграде били челом об нем посол францужской, посол английской, посол лифлянской, посол веницейской, чтоб мне о том отписати к великому твоему царствию и к преблаженству твоему, чтоб велети ево свободити и отпустити, чтоб ему приехати к матери своей. И потом молю и прошу великаго твоего царствия и преблаженства твоего, да почтите патриаршеское достоинство во иноплеменных местах и странах, и объявится то, что нашего ради моления и прошения то сталось, о том я вам, великим государем, поклоняюся и для ради того сосланного Каролоса францужскаго мое прошение и моление. Посем поклоняюся, пад на колена своя пред распятым Господем нашим, Исусом Христом, и молю великую его милость, что сотворил в роде христианском и нас ради распят бысть, Он же распятый да сотворит милость свою в жизни великаго твоего царствия, великий царю Михайло Феодорович всеа Русии, и преблаженству твоему, великий государь святейший патриарх Филарет Никитич Московский и всеа Русии, и да будете мнголетны в мирном пребывании и в велии радости, на исправление всего царствия вашего и всего народа христианскаго, и да покорятца все враги ваша в подножие ногам вашим и слава великаго Бога и Господа нашего, Исуса Христа, да будет и сияет и всегда пребывает над вами, и пресвятые и преблагословенные владычицы нашея Богородицы и приснодевы Марии молитва и моление да будет в помощь вашу, и святии архангели и ангели да будут хранители ваши, и всех святых молитвы да будут с вами, и да будут благочестивая и христолюбивая царица и великая княгиня Евдокея и великий государь и великий князь Алексей Михайлович и царевна и великая княжна Ирина Михаиловна и царевна и великая княжна Анна Михаиловна многолетны, и да пошлет великосильный Бог с небес благое получение во всем великому вашему царствию, да благословляет и освящает вас и отгонит от вас всякаго супротивнаго и дарует вам благодать свою во веки. Аминь.

Писал в Константинополе, в нашем в патриаршем дворе, лета от Рождества Христова 1633 года, а от сотворения миру 7141 года, июня в 30 день».

Кирил Констянтинопольский патриарх (Греческие дела 7142 г. № 1)

№2

Перевод з греческие грамоты, что писал к великому государю, царю и великому князю Алексею Михайловичу всеа Русии самодержцу, Царегородской патриарх Парфений в нынешнем в 157 году, апреля в 16 день.

Парфений милостию Божию архиепископ Констянтинополя нового Рима и Вселенский патриарх.

Благочестивому, Богом венчанному, Богом хранимому, християнскому, милостивому, непобедимому, милостию Божию великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичу всеа Русии самодержцу, о Святом Духе сыну возлюбленному нашего смирения, молили Господа Бога датися великому святому вашему царствию здравие, мир, благоденствие, державу, победу на врагов видимых и невидимых и всякое благое и спасение от Бога вседержителя Господа нашего Исуса Христа, от нашего смирения молитва и благословение и прощение. Смирение наше сею нашею патриаршескою грамотою объявляем великому вашему царствию, что в 1647 году от Рождества Христова, в месяце в апреле, пришли послы от вас, великаго государя, царя и великаго князя Алексея Михайловича всеа Русии и блаженные памяти по плоти отца вашего великаго государя, царя и великаго князя Михаила Феодоровича всеа Русии, сюда во Царьгород к державному царю Салтан Ибрагиму – преславный вельможа Степан Васильевич Телепнев и честный Олферей Кузовлев с любительными царскими грамотами царствия вашего, и их приняли с подобною честию и царским чином, яко великих царских послов, по прежнему обычаю. И будучи у царя у Султана Ибрагима, а спустя после тово немногие дни пришли на наш патриаршеский двор к великие церкви и к нам, богомольцам вашим, благословения ради, и они нам подали две грамоты царские, блаженные памяти по плоти отца вашего великаго государя царя и великаго князя Михаила Феодоровича всеа Русии, и милостыню великаго его царствия и вашего царскаго величества пять сороков соболей, и в тех царских грамотах писано к нам его царскаго величества, чтоб нам с великим раденьем и любовию промыслити и добыти единаго дохтура зело досужа и искусна лекарскому мастерству, и чтоб он был достоин и разумел лечити немочь камчюжную и послати б к великому его царствию с послами царствия вашего, а посулити ему и здеся великое жалованье царствия вашего, а что мы ему посулим здеся, и то он будет имети безпрестанно от великаго вашего царствия, как приедет в царствующий град Москву. А в другой грамоте нам объявлял конечную дружбу и любовь, что имел великое его царствие к брату своему Салтан Ибрагиму и как подобает великим царем всегда держати любовь и дружбу накрепко, непоколебимо и соблюдати царские договоры и укрепленье до конца и умножати их по подобию, чтоб быти строению и мирное поставление царством их. И еще писал к нам великое его царствие, что приказано его царским послам, чтоб им думати с нами и спрашиватца у нас почасту ко всяким притчам и делам царствия вашего, чтоб быти царским делам наипаки утвержденным и добрым. И потом, великий государь, послы великаго вашего царствия, как были у Султана Ибрагима и у нас, учали делать всякие добрые дела, и, по повеленью блаженные памяти отца вашего великаго государя, послы царствия вашего всегда почасту нас спрашивали о всяких притчах и царских делех, и мы, для любви царствия вашего, учили их и ответ им держали, наставляя их и елико сила наша могла, отставя наши патриаршеские дела и раденье при том нашем небольшом времени. Благочестивый великий государь, послы царствия вашего были зело почтенны, и в благоденствии со всеми государевыми людьми, и были благодарственны от здешнего царя, и в тишине и в радости. И зря их, аз богомолец царствия вашего, был в радости и в веселии, что сподобил мя Бог видети во дни патриаршества моего таковых царских послов и царские грамоты блаженные памяти отца вашего, и я имел многое раденье и великую любовь послужити великому вашему царствию словом и делом – по силе своей, и объявлюся пред Богом и царствием вашим верной ваш богомолец боле бывших прежних Вселенских патриархов, для природы православные нашие веры и для душевнаго спасения соверши-ти все ваши царские дела чистым сердцем, по повелению блаженные памяти по плоти отца вашего великаго государя. А ненавистник лукавой диявол, видя радение мое и по Бозе благоговение, что имел и имею во блаженные памяти, ко благочестивому отцу вашему великому государю и к великому вашему царствию, не возмог зрети те божественные дела, что совершали во дни наши к послом царствия вашего, учинилася великая смута от некоторых злых людей. После приезду послов царствия вашего осмь месяцев пребывал есми мирно и непоколебимо со преосвященными архиереи, с клирики, и с вельможи, и со всем Христовым стадом на патриаршеском престоле, и те злые люди, которых преж сего рек, благочестивый великий государь, безо всякие архиерейские думы и клириков, и вельможей, месяца ноября в 11 день, пришли на патриарший двор насильством султановым повелением и взяли меня наскоро с великим насильством сослати меня в Кипрской остров, и ссадили меня с патриаршево престола без вины, напрасно и посреди многих великих печалей, что имел оставление престола своиво и от сылке, но и боле тово печаль имел, что есми отстал от дел царствия вашего и от товарищей послов царствия вашего. А преблагий Бог наказал и паки милует благоволил надо мною, над богомольцем вашего царствия, великую свою милость, и молитвою иже во святых отца нашего великаго чудотворца Николы, вскоре мне он даровал освобождение и не дал мне видети дальнее мое сослание, но как есми доехали до места, иже во святых отца нашего Николы город Мир Ликейский морем в судне, и тут пристали для небольшово опочиву, и я просился от солтановых людей, чтоб меня пустили шед поклонитися в церковь великаго Николы, и они меня отпустили, и я, шед со многою великою радостию, поклонился, и в тот день заставил священника тое церкви служить святую литоргию, а после литоргеи пели молебен преж о многолетном здравии царствия вашего, потом и о себе. А как есмя пришли на берег сести в судно, ехати в ссылку, пребывал я зело в печали и в кручине, куды меня отвезут, и где буду получити отдохновение и пожити остальное мое бедное житие. О превелие чудо! Абие в тот час пришол один человек от врагов моих злейших всех, и тот меня от всех берег дорогою накрепко с великим радением и многим мученьем железным, аки осужденнаго, и боле от солтановых людей, и он, изыскав время, наедине тайным обычаем пал на землю, плачющи и рыдающи, прося от нас прощения для той великие вины, что учинил над нами, и поговорил с товарищи для напрасные нашей ссылки, и он язнулся нам чистым сердцем, что учинити промысл и освободити нас от тое великие погибели, что пребывали. И тако, благочестивый великий царю, узнал ся истинно, что той, иже во святых отец наш Николае великий чудо-творед и теплый заступник, что освободил трех мужей от напрасной смерти, освободил и меня, грешнаго, от великия ссылочныя погибели. И той человек, что есми рек царствию вашему, сговоря с корабельщиками и изыскав доброе время добрым промыслом, посадили меня на струг, оставя султановых людей на берегу, отпустилися в море. И так приехали назад во Царь-город в тайне с великою радостию со исполнением Божиею помощию и молитвами святаго Николы, а где аз был в сокровенне, и слух мне дошел, что преставился посол царствия вашего Степан Васильевич и стали все ваши царские дела у Олферья Кузовлева. И слышал еще великую печаль и утеснение, что имел Олферей, посол великаго вашего царствия со всеми государевыми людьми, и пребывал и яз богомолец ваш в великой кручине и в печали, но не возмогох им никакой помочи воздати, потому что есми был в сокровенном тайном месте от врагов своих. А посол царствия вашего, Олферей Кузовлев, он есть муж зело смышлен и досуж, исправлял добре и чинно в таких непостоянных и смутных временах, полагая великие труды с великим радением о титле царствия вашего, вместе с переводчики и с толмачи, и стояли мужественно с великою надежею перед прежними везирями и при нынешнем преславном везирем Мегмет-пашею, друга нашего, и говорил о всяких притчах и царских делех, чтоб совершити повеление царствия вашего, когда смиренным обычаем, когда же образом кручинным – по времени смотря, только его не слушали ни в чем, потому что здесь было непостоянство и великие смуты. А мы, благочестивый великий государь, здесь пребывали в сокровенном месте, в великой кручине и в печали от супротивных недругов наших, а благочестивый и пресветлыи государь всеа Молдавские земли, Кир Иоан Василий воивода, о Дусе сын возлюбленный нашего смирения и верный друг царствия вашего, проведал о освобождении нашем и приезд наш во Царьгород, еще нужи и утеснение, что есми имели, прислал к нам свое рукописанное письмо, и пишет к нам с великою любовию и благоговением, чтоб ехать нам к пресветлости его с великим упованием и надежею, получить покой нужам нашим. И видя мы то, богомольцы царствия вашего, великое благочестие и великую любовь, что он показал нам, и по его прошении учинили и пришли к его государской милости, и он, яко благочестивый и милостивый, восприял нас с великою радостию и со многим благоговением, и проведав беды и мучения, что учинились надо мною от сопротивных, и он зело о том печален был, и яз пребывал близ его пресветлой милости некое время с великою радостию, и веселием, и с великою честию, и покоем. Посем, великий благочестивый государь, приехали из Царя-города к нам первые соборные два архиереи, преосвященный митрополит Никомидийский господин Кирил, да Халкидонский господин Пахомий, присланы повелением и думою всех архиереев, и клириков, и вельможей, и ото всего миру к пресветлости его и ко мне богомольцу вашему, и привезли две грамоты, единую ко благочестивому и многолетному государю Иоане Василью воиводе, а другую ко мне, богомольцу вашему, проша меня со слезами и многим молением, чтоб поставити меня опять патриархом по-прежнему на высочайшем престоле. И сего ради, пресветлый государь, видя грамоту преосвященных архиереев собору и слыша изустно тех двух архиереев, что просят нас со слезами, и Василей воивода зело нас понуждал с великим раденьем и помощию исполнити нам хотение архиерейское, клириков и вельможей, и яз, богомолец царствия вашего, видя великое радение государя Василья воиводы и слезы тех двух архиереев, язнулся всею радостью, да будет повеление пресветлаго государя и освященнаго собору архиерейскаго, и тако приехал есми во Царьгород милостию Божию и счастьем вашего царскаго величества с великою надежею, безо всякаго опасения. И паки обрели есми посла великаго вашего царствия Олферья Кузовлева и всех государевых людей в кручине и в тесноте и вельми в печали, боле прежнего, от многих великих непостоянств и налог здешних сторон чинятца, и от частаго переменения везирем, что чинятца грех ради наших, и того ради не возмогли никакого дела царскаго сделать, не токмо что сия, но и указной корм боле полутора года не давали, и они питалися собою, то же Богдан Лыков и Николай Сидоров и все переводчики и толмачи питалися вашим царским жалованьем, а от Султана корму им не было, а се здесь всякой харч дорог. Да сверх того было на них великое поветрие и померло большая половина. А как учинился новой царь Салтан Махмет и новой везирь, друг наш, Махмет-паша, и посол царствия вашего просил кончево отпуску, чтоб ему быти у новаго царя, и везирь Махмет-паша перед царем иво не ставил и подлиннаго отпуску ему не учинил, и посол царствия вашего о том промышлял вельможными людьми бусурманьями и гречанами, говорите везирю, чтоб ему быти у салтана у руки, да никто не мог ничево учинити никаким промыслом, а помешка им чинитца от издешних многих великих непостоянств и от частых перемен везиревых. И о всем о том слышал яз, богомолец царствия вашего, как приехал во Царьгород от верных, честных мужей наших друзей, и потужил вельми, что не прилучился в те нужные времена учинити, и порадети, и помочь подати послом великаго вашего царствия, и подумал есми с Божиею помощиею и осмелитца сходить самому к другу нашему к везирю Магмет-паше поговорити и побить челом, всяким промыслом учинити, чтоб освободить послов царствия вашего. И призвал я ночью тайным обычаем нашего преподобнаго архимандрита, господина Амфилохия, о Дусе сына возлюбленнаго нашего смирения, и вернаго раба царствия вашего, и разспросил его подлинно обо всяких царских делех, и что учинилося во время, как меня не было в Царь-городе и про посла царствия вашего, как пребывает и что иво прошение послово от везиря, и он мне обо всем разсказал, и потом иво послал к послу царствия вашего, ко Олферью Кузовлеву распросити иво, что есть прошение от везиря. А посол царствия вашего прислал к нам тово ж архимандрита Амфилохия, и он сказал нам, что первое прошение есть о вашем царском титле, чтоб было написано в грамотах султановых по-прежнему извычею бывших царей Констянтинопольских, как писали к великим государем царем и великим князем всеа Русии, а второе, чтоб ему быти у Салтана Махмета у руки, третье, чтоб иво со всеми делами отпустили. Сии три прошения сказал мне архимандрит от уст послов царствия вашего, и аз был готов, благочестивый великий государь, Божию милостию сходити к везирю, другу нашему, совершити, что есмы думал, и только было итти к везирю, изнела меня большая немочь грех ради моих, лежал тридцать пять дней, и о том раскажет вам изустно посол царствия вашего, и тако стало дело посла царствия вашего несовершено. А месяца октября в 28 день Божею милостию и вашим царским счастием обмогся и пришел на прежней свой патриаршеский престол, и, не по многих днех, ходил есмы к другу ко везирю к Махмет-паше для дела царствия вашего и, говоря, бил челом ему о том прошении, что объявил посол ваш с нашим архимандритом Амфилохием, и везирь нам говорил, что царские грамоты написаны до моего визеревства во дни Агмет-паши, бывшего везиря, и переписать изнова не уметь. А что быти у новаго у салтана Махмета у руки, и то сказал не возможно, потому что султан лежит с оспою, а ныне и иные послы есть, а у руки султана не бывали, для того, что он не домогает. Только везирь, любви ради и для прошения моего, язнулся отпустить, и в тот час взял их к себе на двор с честию и надел на них кафтаны по извычею, и дал ему посла от нынешнего новаго царя к великому вашему царствию досужего человека Мустафу-агу. И после того как был у везиря, друга нашего, месяца ноября в 12 день, был посол царствия вашего на нашем патриаршем дворе и нас, богомольца твоего, благословения ради,и пели молебен в Великой Церкви для многолетнего здравия царствия вашего. Еще говорили есми с послом царствия вашего с Олферьем Кузовлевым, чтоб ему рассказать подлинно изустно царствию вашему, елико было налоги и мучение в прошлых временах надо мною, богомольцем вашим, и то он видел оковидно, как был здесь во Царьгороде, я елико терпим по вся дни для Великие ради Церкви Христовы, да сотворити ему от нас земное поклонение великому вашему царствию благочестивому, Богом венчанному государю, новому царю нашему, Божиим повелением теплому защитнику в нужных временах. А посол царствия вашего, как возвратился от нашего патриаршескаго двора, в тот же день, по повелению цареву и друга нашего визиря Махмет-паши, сел на корабль вместе с турским послом с Мустафою-агою и поехали в добрый путь. Сие писали есми и объявляем на скоро и посылаем тайным обычаем к великому вашему царствию, яко верный ваш богомолец и о Бозе радетельной благочестию, запечатано нашею патриаршескою печатью. А иные тайны, что невозможно было писать к великому вашему царствию, и то услышите изустно от вашего царскаго посла, а потом паки, как Бог благоволит, будем промышлять послами к тебе, великому государю, наших патриаршеских людей, воздати подобное благодарение и от нас поклонение, якож есть подобно последствовати и должное нашего апостольскаго и святаго Вселенскаго патриаршескаго престола, якоже и преж святейшие патриархи чинили должное ко благочестивым, блаженные памяти бывшим царем Московским и всеа Русии, но и паки во время блаженные памяти бывшему по плоти отца вашего великаго государя царя и великаго князя Михаила Федоровича всеа Русии и блаженные памяти деда вашего великаго государя святейшего патриарха, кир Филарета Никитича Московскаго и всеа Русии, о них же молим Господа Бога, да упокоит души их в месте праведных, в недрах Авраама, и Исаака, и Якова в лице ангелском, пищи райские в месте светле, в месте прохладне, в месте покойне, иде же нет печали, ни воздыхания – во Царствии Небесном. Тебе же, новому великому государю, царю и великому князю, Алексею Михайловичу всеа Русии, великодарный и венчанный Христос Бог наш одарит вам победу, державу, многолетное здравие, благоденствие, душевное спасение и телесное здравие, да сотворит вас превыше всех лукавых супостат, да и покорит враги ваша подножие ног ваших, якоже инаго о Бозе помощника и защитителя не имам в великих наших бедах и нуждах, только великое и святое и державное ваше царствие, яже одарит вам Господь Бог в нынешнем веце в глубокой старости и посему земному временному сподобит вас и небесному его царствию. Аминь.

Лета от Рождества Христова 1648 год, месяца ноября в 19 день, Индикта 8.

Константинопольский Вселенский патриарх Парфений и богомолец державнаго вашего царствия безпрестанный. (Греческие дела 7157 г. №19)

№3

Перевод з греческие грамоты, что писая к государю царю и великому князю Алексею Михайловичу всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, бывшей Цареградской патриарх Паисей, з греченином Юрьем Ивановым в нынешнем во 164 году Декабря в 5 день.

Благочестивому, християнскому, православному, Богом венчанному, Богом соблюденному, превысочайшему, тихомирному, державному, милостью Божиею великому государю, царю и великому князю Алексею Михаиловичу всеа Русии, самодержцу Владимерскому (полный титул)... сыну о Дусе возлюбленному и желательному нашего смирения – молю Господа, всесильнаго Бога, да соблюдет и сохранит державное и святое ваше царствие во здравии и в соблюдении и долго-жизненном и долгоденственном пребывании, в державе и в победе на врагов видимых и невидимых, и со всею вашею православною, преславною палатою и со благословенным воинством. Сею нашею грамотою преже благословляем и молим святое ваше царствие и благодарим Отца и Сына и Святаго Духа о радостех, и веселиях, и победе, и о одолениях, что сподобил нас Господь слышати, что делаете над сопротивными. И о том буди славно имя Господне, и сила его святая да будет покрывати и исправляти все твое благословенное воинство на победу врагом твоим храбрством. Посеем, самодержавный царю, только произволит святое ваше царствие ведати о нас, богомольцах твоих, и скажу от начала, что великая церковь в разорении от убойства и убытков, что учинилось патриаршеством Иоанникиевым и дошло до того, что всем погинути. И собрався во дни те архиереи, и клирики, и вельможи, и прочие люди, нас выбрали, и нарекли сильно преж сего, и нас подняли, и взяли от престола нашего ларийскаго, и посадили нас на патриаршеской престол и не для инаго чего, и проведали нас, что любим мир и смиренное исправление, и такими обычаи, и хотя и не хотя, приняли такую тяготу патриаршескую, и пребывали преж, как изволил Господь, в мире с малыми и с великими. Потом тот Иоаникей, не хотя ни на котором месте опочинути, да плачет о прегрешении своем по-иночески и по старости своей христианской, да оставит церковь, да будет в тишине, только преминуло не великое время и, шед, посулил денег туркам, и учинился опять патриархом и нас отженул от того места. И мы просили у него, чтоб нам дал опочилное место, да отбудем от мирские суеты и от колыбления. И не похотел нам того учинити, только смотрел того, чтоб нас погубили до конца и не слышно б было про нас, и никаково добра в воспомяновении своем не имел. А мы стояли в смирении, и смотрели, и ожидали милости Божий, а на патриаршество, во уме и в помышлении моем того не было. И невеликим временем привели опять за прегрешение наше некоторого Безбородаго от Тырнова Кирила наважника, сына сатанинскаго, и сверг Аникея, который был прежде сего, и хотел быти патриархом по-мучительски, без выбору соборнаго. А на того Безбородаго востали архиереи, и отгонили, и послали в заточение в Кипрской остров, а Оаникея не похотели учинить опять патриархом, только нарекли опять нас. И мы, ведая то патриаршество, будем держати десять дней от места до места – свидетель тому Господь, да не впаду опять в смущение мирское, и все архиереи всем собором нас просили и понуждали, и я нехотеньем своим, что от них отбитца не мог, принял опять Вселенский престол. И потом тотчас послали и привели Иоаникея от заточенья, что было заточил его Безбородый, и привели его на патриаршество с честью и славою, и как собрался весь Собор и он возопил, что в патриархех не хочю быть, и хотением своим попросил, и к нему принесли Великие Церкви правильную книгу и подписал отставление свое своею рукою. Потом патриарх Иоанникей и весь народ пошли в Великую Церковь, и певши молебная и облачась в патрахель и амофор, и наперед проклял сам себя, только-де буду воспоминати и просите патриаршества, и о том он клялся и потом просил божественнаго и освященнаго Евангелья и принял клятву евангельскую, да не буду просити до живота своего патриаршества никаким помышлением. Потом учинились со мною братцки и тотчас повелел есми написати грамоту и отпустили ево с честью и со всякою радостью, да пойдет в митрополию жити тамо в покое, и в той митрополии есть монастырь крестотворный великой, там пребывает зовомый Фотодотов, которой дали ему на пищу владети. Он же, окаянный, не разуме, в какую сеть впаде, и не похотел николи в смирении быти и не пошол в митрополию, что ему дали, только шед и стал жити в Хие-городе. И оттоле учал писать письма к друзьям своим, чтоб ево взяли оттоле опять назад, и такое учинили, и возвратили, и привели иво во Царь-град, и потом не великое время шед опять и послали много безчетно денег, и вниде опять аки сле-пый на патриаршество посулом и силою, а не хотеньем ничьим, и не воспомянул проклятия своего, и клятвы, и оставления своего, и евангельской клятвы, и страха Божия, и срамоты человеческие, тако все то попрал и посрамил весь род християнской и получил себе безчеловечие. И стали все архиереи со мною с одной стороны за едино, и не хотел нихто выйти к нему по-клонитися, только я опять понаказал людем, чтоб шли к нему, не впасти бы им во зло от повеления салтанова, и тако прииде внутрь патриархия з бранию и с позором от малых и великих, и не вем, как будет пребывать. Посем християне все востали на него, аки зверие дивии за его божбу и за беззаконное клятвенное преступление, что он учинил. А я, бедной, живу во едином месте в великом страхованье от злаго таковаго помысла его и еще от долгу нашего великаго, что нас гонят должники наши, и остались пусты и бедны, и пребываем в великих теснотах. Потом Господь весть и размышляю единым делом, да обрящу едино место жити в покое и молити Бога за душу свою, и мне всякая нужа терпети, и не имею чем питатися, и о долгу своем стесняюся, только день и нощь молю Господа со слезами, да получю божественное его промышление, в одном месте, да сподобит мя Бог отлучитеся от суеты мирские. Сего ради державный и Богом венчанный царю великую надежду яко по Дусе сына имею святому вашему царствию, объявляю тесноту свою к милосердому и святому вашему царствию. Сего ради инаго упованья не имею, опричь Бога и царскаго вашего милосердия, и прошу да помилуеши меня и вспомянеши меня, что я ныне в нужу такую впадши пребываю, учинишь мне, богомольцу твоему, помощь некую, часть от святой твоей милости, как тебе известит живо-начальная Троица, да мя утешишь от всех нахожений, что имею, и подаси мне радость от всех тех безчетных нужах и печалей, да мя исправишь святою своею милостью, да исправлюся от нуж своих, что имею и облегчуся и обрящу место покойно молить Бога всегда день и ночь о многолетном здоровье, и о пребывании, и на врагов победе святаго вашего царствия. А только будет повеление святаго вашего царствия да помилуешь и подашь тое милостыню в руки верному вашему рабу Мануйлу Костянтинову, да Фоме Иванову, и я им о том приказал бити челом о нас святому вашему царствию, и они к нам привезут и отдадут в руки наша, где я ни буду, и они меня сыщут, и не потеряетца от них. А святое ваше царствие будет в воспомяновении всегда от богомольца своего, и да подаст тебе Господь стократное благое в будущем веце во царствии своем небесном, а меня нужа великая заставила прибегнути с надежею к милосердому святому вашему царствию – Бог тому весть, и челом бью вельми, да не оставиши нашего прошения для ради душ блаженные памяти роду своего. А посем более того будет сказати изустно сей комист Юрьи Иванов, сродич Исайи Остафьева, который истинно словом и делом есть верен и теплый раб святаго вашего царствия, как есми его познали, да будет молитва наша с ним, потому что искушен и видитца добродетель ево без свидетелей, яж ево видел и разумели мы, должно поведать, что видели: прибегает с великим страхом Божиим и благоговением и верностью чистою к службе святому вашему царствию, во всяких делех есть добр и от верности ево имеет получити всякое святой вашей милости, яко верный раб в нынешнем времени, да воспоможетца святым вашим царствием. Посем покориши в подножие ног всех врагов борющих вас, да умножит державу и превознесет святое ваше царствие выше всех царств царствовать в доброй славе и крепости великой в род и род, молитвами всечистые и преблагословенные, всеславные владычицы нашей Богородицы и присно Девы Марии и всех святых.

Лета от Рождества Христова 1655 года, месяца мая 1 дня, индикта 8. Паисей, бывший Костянтинополя патриарх и богомолец святаго вашего царствия (Греческие дела 7164 г. №8)

№4

Грамота Иерусалимского патриарха Досифея от 15 ноября 1703 года к рязанскому митрополиту Стефану Яворскому с обличением его в латинстве, ненависти к грекам и пр.

Преосвященный и благочестивейший митрополите Резанский, кир Стефане, и пречестный о Христе Бозе возлюбленный, благодать Всесвятаго Духа да будет архиерейству твоему, Который и сохранит тя во здравии и спасении и во всякой радости.

Писание твое принес к нам иеромонах твой, Илия именем, которое писано января 25 нынешнего года от страны архиерейства твоего. Но понеже иногда неприяхом письма вашего, отвещающе о назначенных в нем, глаголем с братскою любовию, что естьли бы мы не хранили о архиерействе твоем духовную и братскую благую мысль, нужда была давно бы писать против тебя с гневом, неприлепивше наипаче и других Кафолические Церкви наставников, которые, Божиею ревностию подвижни, имели неотменное намерение, чтобы писать также против тебя полезная, но тех убо препяли есмы, также и доныне мы умолчахом. Сие убо яко со слезами приклонихом колена наша к Богу и Отцу Господу нашему Иисусу Христу, да избавит тя от всякаго порока строптиваго и да благоволит слышать нам о добром твоем правлении. Сие же яко святая Христова Соборная и Апостольская Церковь имеет многих врагов и стрегут время, чтобы сыскати им вину и оболгати сущая Восточныя Церкве непщеванием, зане в нынешней установленной главе всех христианнейших градов отступили нецыи от праваго пути, их же вина архиерей словесный и мудрый, а наипаче доверенный. Того ради да не радуются таковые и неволнии молчания друзи учинихомся, неукоряюще тобою новоуставленая. А ныне, получив ваше письмо и почаяв происшествие архиерейства твоего, откуда изыде, возрадовахомся, и хотя в письме твоем и есть нечто оскудеваемо, понеже не исповедует прегрешения, но отрицается слуху на тебя, обаче мы отрицание приятно и с любовию приявше, возвращение и исправление совершеннаго Православия к древней красоте чаем. Но дабы слово по чину прежде бывших святых и избранных предуспевало, глаголем пространнее о том, что доведется сказати. Пишет архиерейство твое, яко предстоит Восточной Церкве, но обаче сие не токмо имать, зане на некоторой трапезе со многими прохлаждаяся, на котором были и некоторые греки, опорочил архиерейство твое Восточную Церковь о совершении святейшия тайны благодарения, говорил еси явно, что греки говорят тое и другое. Но однакож блаженный Павел порочит начинание, сего убо отговаривался от тех, которые говорят, аз есмь Аполло, аз же Павла, аз же Кифа, сие же глаголя о иных, о Христе бо Иисусе несть ниже Эллин, ниже обрезание, ниже скиф, ниже варвар. И понеже отлагает братская твоя любовь греков, что может предстояти Восточной Церкви, понеже греков порицает, от какаго роду вера есть, какою же верою спасаются даже доныне множества православных россиян, и каким исповеданием и правами освятилися толиции у россиян поклоняемые святые, которых и святые мощи и честные у вас и суть и почитаются и славятся по всей Восточной Церкви? Пишешь, что ты знаешь латинский язык и только Восточной Церкве предстоишь. Но ниже сие есть истино, занеже знати кому латинский язык, то не худо, а наипаче приятно, ибо многие Восточные Церкве словесницы научилися и учатся латинскому языку, обаче употребляют его во обличение латинских басней, а не кзащищению. Архиерейство ж твое всесмело и дерзостно писал еси начинания некая против Восточные Церкви и наипаче в разных своих списаниях и, будто протязаяся к Кавасилу и иных неких иерофинкторов, несешися против всея Восточные Церкве, претолковав и самотворив латинская начинания иумудрения. Авоспомянув архиерейство твое тое, что пишешь в них, не можешь рещи, что предстоишь догматам Восточные Церкви, но яво излагавши их, елика сила; не можеши отрещися от списаний своих, потому что пришли и до рук наших, которыя и некоторый от здешних учителей переведены на латинский язык. И видевши сия хульныя и противная отцем нашим, разрушили доводами противореченных гнилая твоя употребления, целую книгу издивиче, которая ныне и в печать отдана, в которой о вышереченных причинах препяхом, чтобы пощажено было имя архиерейства твоего, благоговействующе наипаче врагов клеветы, яко же обыкше награждати сия чрез неких изменения во всей Восточной Церкве. Не можеши убо рещи, яко не суть погрешения сия великая и ереси виновная, которая сиречь утверждаются чрез вышереченные твоя списания, понеже отцы наши, сущие на Флорентийском Соборе и прежде его, тех, которые таковая умышляют, еретиками их нарекоша, и святейший патриарх Константинопольский Тарасий, пред лицем всего святаго Седьмаго Вселенскаго Собора, глагол аше, якоже видится в первом его деянии: в догматех бо аще мало, аще велико погрешати, едино есть, от обоих бо закон Божий разрушается. Пишет архиерейство твое, яко ты еси ученик преосвященнейшаго и в Святом Дусе брата нашего и сослужителя кир Варлаама, митрополита святейшия митрополии Киевския, и буде сие есть правда, надобно наипаче быти тебе ученику его и в образе веры, понеже он мудрствовал и мудрствует и поучает без порока отечественная. А твое архиерейство ввел еси в Церковь от себя многажды та, яже суть отвергнута и осуждена. И убо прежде бывшу тебе в Киевской школе, в богословских науках, и положения общая издал еси противная явно совершению святыя тайны божественности благодаренья и иных неких. И ныне в царствующем и православнейшем граде обретающуся тебе и в церковных пребывающу, в конец Эллинское училище стерл еси и токмо о латинских стараешися, поставив учителей во иных убо едва благоговейных и честных, обаче в догматах строптивых, якоже от тебя научившеся не мудрствовать право о мнозех. Пишешь, что писали к нам некоторые оттуда, быти тебе рачителю тамошняго святейшаго патриаршаго престола, однакож никто не писал к нам тако о тебе, но ниже мы писахом, что свойственно или о тебе, или против тебя, слышавше же о архиереистве твоем, что ты такой словесен и учителей, но имееши образом неким мысль отсечену в строительных и что и помудрствителен в церковных. Понеже от юно-шескаго возраста есми служители нелестнии, диаконы чистые, богомольцы бодрые и едва не ревнители несравнимыя святыя тоя земля, в которой обретается архиерейство твое, писахом от любве и благоговения, и благовенчанному и благо-хранимому, крайнему защитителю, ревнителю, оборонителю и предстателю добрейшему святые Восточные Церкви, глаголем – к великой и тишайшей верховности, чтобы в патриарха не был выбран грек, или иные какая породы человек, сиречь или от Малыя или Белыя России, которые вскормилися и учатся в странах и школах латинских или полонских, хотя бы и (был) православнейший, но точию человек из Великия России, честный сиречь и не лестный москвитянен. Грек убо, зане овии полезни, сидят в том же озлобляющеся народу Божию и ожидающе конца, и приявше неизглаголанными стенаниями свободу чад Божиих, и наипаче подлинное – что иноязычни будучи, како могут такое великое настоятельство устроити? А те, которое волочатся туда и сюда и наипаче в тамошних странах, хотя егда и честнии, однакож, как наивящие мужики (т.е. необразованные) и несть не един, который бы возшел на такую степень, а прочие – зане совокуплени с латинами и приемлют многая нравы и догматы оных. О сем не надобно нам инаго образца, довлеет то архиерейству твоему, которое отшедши к латинским градом для возвращения мудрости и обратившеся, приведе в дар воспитавшей и почтившей тя Восточной Церкви списания исполнь хулы. Того ради молим, чтоб не пришло никогда такое лицо к святейшему патриаршескому престолу великия Москвы, но всегда б Москвитянин, понеже святейшие патриархи москвитяне всегда были православнии, и аще когда последовало изменение какое, от чистоты бе и простоты прегрешение, а не вольно зло-действенно и от страны мирские премудрости и умудреней папежства, обаче паки сия попечения имеша и о исправлении и в малых. Отнележе тамо (Богу благоволяющу) пребывал пречестный престол великия Москвы, все святейшие патриарси вступали в путь церковныя правости, неуклоняющеся ниже на право, ниже на лево. А отнележе архиерейство твое токмо учинился блюститель, объявилися ваяния, которая Восточная Церковь, сиречь Кафолическая Церковь, всегда отметала и отгоняла. Вопрошаем тя, брат, чесо ради напечатал книгу против отеческих догматов, а потом, опасаясь обличить тех, которые приносят ваяние: в царствующий град, чесо ради блаженный святейший патриарх кир Иоаким, видя сия в Церкви, и с великим тщанием разрушил, а архиерейство ваше молчишь учинижающияся, а наипаче имеет Церкви заступителя и оборонителя святейшаго и православнейшаго, бодрствующаго и труждающагося и, по Павле, умирающаго по ней? И паки начинающе глаголем сего ради, и таких ради причин нужда есть, дабы в царствующем граде патриарх был москаль, и аще не мудрый есть в церковных делах, довольно есть и то, чтоб был разумен и смиренный и жития святолюбиваго, имея окрест себя мудрых, сиречь ведомых церковных правое и догматов, понеже глаголет Епифаний во ересех Валентинов, ниже зело сильный словом тех, иже в церквах председателей, речет кроме сих – понеже никто паче учителя, ниже слабый во слове умалит предание, понеже единой и тойжде веры сущие, ниже иже много о ней возмогающии прибавил, ниже иже малое убавил; а яже глаголет Епифаний, сия суть: ниже премудрейший патриарх глаголяй много, обаче не без пороку, пользует Церкви, но наипаче вредит; яко имеем приклад многих из патриархов Востока и Запада, ниже патриарх не сущ премудрейший и словеснейший, но православнейший и добраго жития, глаголет и действует нечто меныни потребных, ниже повреждает Церкви, наипаче ее пользует, творяй благая и учаяй прост сущи словом, а не разумом. Сего ради блаженный и приснопамятный князь Александр, который владел в России в лето 7605-е, прост будучи внешнею мудростию, отвещал по учительству духовному к посланным к нему кардиналам от ветхаго Рима: апостол и яко научиша, отцы яко претолковаша; соборы яко догмагичествовавше и утвердиша, так веруем, и иных собеседств о вере не приемлем. Сице преосвященный святый рязанской: подобает быти Московскому патриарху москалю, дабы сохранил отеческие дела непорочные, делами свидетельствует, а не словесами церковную истину, яко же сущую не в льстивых мудростях и прелестию, но силою и истиною. Прочая и братская твоя любовь, аще воистину исправлен будеши, и познано будет благочестивое твое мудрствование во всей Восточной Кафолической Церкви и отметати будеши явно, яже от себя зло новоузаконенные и списанная, и известное будет истинное твое исповедание к православным догматом и явно творити будеши и словесами и делами, яко мудрствуешь сердцем и проповедуешь устами, яже исповедует вся Восточная Церковь – будешь и от нас и от прочих братии искренний архиерей и прелюбезнейший брат, последующе, сиречь и удовольствуяся токмо тем чином, который ныне получил еси, ничего инаго больше (да не) желаешь, понеже на святем патриаршеском престоле предвозвыситися, без всеявнаго и многовременнаго каяния и к тому многих лет расстоянием, аще и православнейший показатись будешь во всем – ниже мы, ниже прочий святейшие патриархи, без церковнаго негодования и полезной епитимий будем терпети во пристойном времени. Буди здрав ваша братская честность.

Из Константинополя, ноября 15 дня, 1703 году. Внизу приписано патриаршескою рукою: «Досифей милостию Божией патриарх святаго града Иерусалима». (Греческие дела 1703 г. №1)

№5

Грамота царя Алексея Михайловича к Волошскому воеводе Иоанну Дуке с просьбою, чтобы он похлопотал у восточных патриархов о разрешении Паисия Лигарида. 1671 г. 14 августа.

Божиею милостию от великаго государя, царя и великаго князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя России самодержца Московскаго... (полный царский титул) Иоане Дуке, воеводе и владетелю Молдавские земли.

Бил челом нам, великому государю, нашему царскому величеству, богомолец наш преосвященный

Паисий Лигарид, митрополит Газский: по заступлению-де и прошению нашего царскаго величества святейший кир Досифей, патриарх Иерусалимский, ево, Лигаридия, совершенно разрешил и от всякаго юза и эпитимии свободил, и за то мы, великий государь, наше царское величество, благодарствовали Бога всеблагаго. И едва месяц прошол, паки обновишася жалобы и слова нечувственными против того ж помянутаго Лигаридия Газскаго. И тому мы, великий государь, наше царское величество, удивилися: откуду взачашася сия плевелы паки и к какому концу пришло наше царскаго величества предстательство и прошение, когда данное ему решение и к нам, великому государю, присланное у него паки отнято, о чем и архиереи государства нашего царскаго величества имеют не мало жали (жалости), которой прежде сего явно и с великою честию сослужение и священно-действование с ними имел? И того ради он, митрополит, просит у нас, великаго государя, у нашего царскаго величества вольные свободы, отити во страны своя для оправдания души своей и чина. Мы же, великий государь, наше царское величество, для нужных дел и тяготы ради старости евю не отпущаем, но всегда чаем в деле его полезнаго исцеления и утешения, и чтоб нам, великому государю, нашему царскому величеству, его митрополита пожаловать велеть с посланцом твоим, с Алексеем Васильевым, послать к тебе, Иоане Дуке, воеводе, нашу царскаго величества грамоту, чтобы ты, Иоан Дук, воевода, приложил старание и службу свою о деле его истинным и благословенным сердцем, чтоб дан был ему прежней ево сан и полное решение, понеже нам, великому государю, нашему царскому величеству, в другорядь ко святейшим патриархом притещи о прошении его митрополитове не к чести показася. И тебе б, Иоан Дука, воевода, для нас, великаго государя, нашего царскаго величества, о том его митрополитове деле порадеть, понеже ты вяшщую и частую имеешь со блаженнейшими патриархи ссылку и дружбу. Также да напишеши от себя особую грамоту о том же митрополитове деле к Поенатакию, салтанову переводчику, чтоб он также блаженнейших патриархов наговаривал и ко прощению ево митрополитову подвигнул. И сие мы, великий государь, наше царское величество, тебе, Иоан Дука, воевода, объявя, желаем в том скораго и приятнаго ответу и последнего гаскому митрополиту прощения. А мы, великий государь, наше царское величество, в твоих делех, буде какие прилучатся, укажем такими ж мерами воздавать.

Писан в государствия нашего дворе, в царствующем велицем граде Москве, лета от создания миру 7179, месяца августа 14 дня. (Греческие статейные списки, №7, л. 125–129)

№6

Грамота государя Петра Великого от 4 июля 1715 года к Константинопольскому патриарху Косьме с просьбою разрешить ему, государю, на мясоястие во все посты

Всесвятейшему, премудрейшему и словеснейшему Новаго Рима и Вселенскому патриарху, господину, господину – кир Козме, нашему во Христе отцу, подобающее благоговение, еже радоватися, братски приветствуем.

Кийждо немощный желает врачевской помощи, дабы избегнути и изцелитися от своей немощи, которой целитель, наипаче в науке искусный, признав растворение природы, всякими способами тщится ускорить такому своими лекарствы, чтоб болезнь не застарела и не вредила более здравию. Мы, яко православной ваш во Святом Духе сын и святыя Восточныя Церкве уд, должен есмь от всего моего сердца охранять все догматы святые нашея матери Восточныя Церкви и чиню то, елико в силах моих есть со всяким тщанием. Обаче чистою совестию исповедую вашему Всесвятейшеству, что растворением природы моей есмь вельми слаб и часто впадаю в превеликие болезни, наипаче стражду феброю и скорбутиною, которые болезни мне приключаются больше от всяких суровых еств, а особливо понеже принужден быть непрестанно для обороны Святыя Церкви и государства и подданных моих в воинских трудных и отдаленных походах и путешествиях, в которых трудно что удобное от постных ядей к пропитанию получить. И такое растворение моей слабой природы признав, также и для объявленных путешествий, рассудили медики наши телесные нам советуют и принуждают от выше помянутых мне вредительных еств удерживатись, объявляя, что аще ли их совет преслушав, невоздержусь от таких ядей, то оные сумневаются в моем здравии и опасают, дабы не приключилося от того со временем какое внезапное бедство. Коея ради вины прибегаю к духовному врачу, еже есть к святой нашей матери, Восточной Церкви, и к вашему святейшеству, яко главнейшему оной во вселенной управителю, объявляя о оных превеликих и тяжких болезнях, часто мне приключающихся и моему здравию вредящих, и прошу смиренно, дабы ваше всесвятейшество, благоразумно рассуждая (яко преемник Христа Спасителя и святых апостолов власть решити и вязати), вышепомянутую по моей природе мне тягость за слабостию здравия моего, мне подала в том свою духовную цельбу, решения – снисхождение в пище, да нисподоблюсь быть участником слов Спасителя нашего Иисуса Христа, глаголющаго: приидите ко мне обремененнии, да аз упокою вы, яко иго мое благо и бремя мое легко есть. Обаче паки истиною и чистым сердцем исповедую, что не яко б не хотяй соблюсти церковных правил и святых постов, по церковному преданию точию прошу сего – не буди то, но воистину ради вышереченных и неудобстерпимых моих и с того повсевременно приключающихся болезней. На сие уповаю получить от вашего все-святейшества отческаго и нисходительнаго письменнаго ответа и разрешения. И при сем да будут присно со мною святыя ваши молитвы и архипастырское благословение, пребывая вашего все-святейшества неотменный по Святому Духу сын и слуга, усердный Петр.

№7

Грамота государя Петра Великого от 4 июля 1715 года к Константинопольскому патриарху Косъме с просьбою разрешить на мясоястие во все посты всему русскому войску во время воинских походов.

Всесвятейшему, премудрейшему и словеснейшему, Новаго Рима Вселенскому патриарху, господину, господину – кир Козьме, нашему во Христе отцу, подобающее благоговение, еже радоватися, братски приветствуем.

Сим моим (писанием) принужден предложить на мудрое ваше рассуждение и надеюся, что ваше всесвятеишество, яко добрый пастырь, не отринет моего просительнаго предложения, которое последствует сице: понеже православные наши войска, которые воюют против супостат креста Христова и еретиков, ревностию Божественною изливающе кровь за мать свою святую Восточную, Соборную и Апостольскую Церковь и защищающе православную веру к вящей Божией славе бывают в тяжких и дальних походах и отдаленных и неудобных и пустых местах, идеже мало, а иногда и ничего не обретается никаких рыб, ниже иных каких постных яств, а по часту и самаго хлеба к нужнейшему пропитанию. К тому ж на такое множество воинов рыб и иных еств постных получить трудно, и тако принуждены оные единым сухим хлебом, и почасту же от мочи поврежденным, питатись, хотя бы и могли скота себе на пропитание получить. От сего часто случается, что во время постов большая часть помянутых войск различными болезнями страждут, и многие тысячи из оных и помирают, и в том не малая есть опасность (аще имеем во всем надежду на всемогущаго Бога), да не каво обрящемся бессильны на отпор неприятелем, и да не нападут на нас в такое время супостаты противные, как то случилось при Нарве в 1700 году в пост пред Рождеством Христовым, которое – храни десница Вышняго – может причинить величайший вред не только нашим войскам, но, и следовательно, и напасть православному нашему царству, и святей Восточной Церкве. Того ради молю ваше всесвятеишество, да благоволите по данной вам благодати и власти, разсуждая к тому нужду ко охранению Апостольской Церкви, оным не токмо нашим, но и Христовым войскам, изливающим кровь свою за благочестие, разрешение подать, дабы они могли во время нужды разрешати на мясные и прочие в пост запрещенные яда. И есть благонадежен, что ваше всесвятейшество сицевое снисхождение, Православию полезное, учинить соизволит, понеже и первый в пророцех и паче всех человек постник и пустынножитель Иоанн Креститель, пришедшим к нему воином, не точию верным, но яко мнится римскаго идолослужительнаго тогда рода воином, желающим живот вечный наследовать, отвечал, инаго возможнаго не рассудил кроме того: да буду довольни оброки своими и никого не обидят. И понеже ваше всесвятейшество христианскою совестию уверяю, что сие не ради отвержения канонов и преданий церковных, что да не будет, но оные истинно и ненарушимо содержим, но и паче ради крайней нужды и пользы христианскаго воинства требую. Того ради не сумневаюсь, что всесвятейшество ваше, не презря наше лепотственное и нужное прошение, велие сердце православному воинству чрез моление и благословение вашего всесвятейшества подать. Пребывая впрочем вашего всесвятейшества неотменный по Святому Духу сын и усердный слуга Петр. (Греческие дела 1715 г. № 23)

№8

Жалованная грамота государя Петра Великого Константинопольскому патриаршему престолу с назначением ему ежегодной дачи в три тысячи соболями.

Божиею поспешествующею милостию, мы, пресветлейший и державнейший Великий Государь, Царь и Великий Князь Петр Алексеевич, всея Великия, и Малыя, и Белыя России, Самодержец Московский (и протчее большое титло), Наше царское величество, пожаловали, повелели дать сию нашу Царскаго Величества жалованную грамоту Иеремии архиепископу Константинопольскому новаго Рима и святейшему Вселенскому патриарху, за подписанием собственные нашея руки и за нашею государственною большою печатью для того: понеже нам, великому государю, нашему царскому величеству, он, святейший патриарх Иеремия, чрез грамоту свою с нарочно присланным своим доносил, что Церкви Божия, обретающияся в Константинополе, а особливая нареченная великая, где его патриаршей престол, от тяжких налогов от турок и частых и несносных поборов великое оскудение имеет и в несносныя и неоплатныя долги впала, от чего опасаетца крайнего бедства; чего ради просит нас, чтобы мы, яко сын православный Кафолическия Церкви, подражая о содержании православныя веры, в тех их нуждах некоторое вспоможение, чрез присылки к ним погодной милостыни и нашего жалованья учинить соизволили и о том бы нашею жалованною грамотою их обнадежили. И мы, из вышеупомянутая доношения святейшего патриарха Иеремия, нам учиненнаго, усмотри благочестивыя кафолическия веры Церквей утеснение и что оные под игом турецким (зачеркнуто: бусурманским) страждуще, а особливо его святейшаго патриарха кафедральная Великая Церковь в немалое оскудение впала, того ради, яко Православия любящий и сын тоя Восточныя Церкви, соболезнуя об оной, определяем повсягодное воспоможение великие Константинопольские Церкви, к нему, святейшему патриарху Иеремие, и будущим по нем святейшим Вселенским Константинопольским патриархом из нашей царской казны посылать на каждой год на три тысячи рублев соболей, которое имеют отдавано быть без умедления присылаемым от него, святейшаго патриарха, которых, а имянно персоны две или три, и имеет он и сукцесоры его на том патриаршем престоле, будущим присылать по то наше жалованье повсягодно, которым присланным в нашем Российском государстве надлежащей и достойной, по чину и сану, прием и отпуск учинен быть имеет, и нашим монаршеским жалованьем оные, по примеру других, награждены будут, и в пути не токмо в государство наше едущим и назад возвращающимся свободной пропуск, но и в даче подвод и в других нуждах надлежащее воспоможение показано будет, а особливо когда имеют возвращатца из нашего российскаго государства с вышеписанною определенною годовою милостынею, то отныне будут даны подводы ради отвезения той определенной милостыни, которая пропущена будет в наших Царскаго величества городех безо всякаго удержания, не требуя никаких пошлинных и других платежей, якоже и ныне, с присланным от него, святей-шаго патриарха, Григорием Ватацием, отправить повелели мы на три тысячи рублев соболей, дав под оные и тому присланному подводы. И то все впредь содержать сею нашею Царскаго Величества милостивою жалованною грамотою обнадеживаем, определяя и узаконяя и нашим будущим наследником нашего Всероссийскаго царскаго престола, по сей нашей данной жалованной грамоте безо всякаго прекословия исполнять. И пребываем в надежде, что за такую нашу показанную милость и обнадеживание и впредь оною, он, святейший патриарх Иеремия, и его сукцесоры, святейшия Констан-тинопольския Вселенския патриархи, будут как за наше и наследников наших и весь наш царский дом многолетное здравие Бога молити, так и поминовение по наших царских прародителях и родителях завсегда творити и всякаго добра нам и государству нашему желати. При сем же повелеваем нашим генералом-губернатором, вице-губернатором, комендантом, лантратом и всякаго чина воинскаго и гражданскаго управителем, також в городех инспектором, бургомистром и таможенным служителем, по вышеозначенному нашему всемилостивейшему соизволению присланных от него, святейшаго патриарха, и по нем будущих святейших Константинопольских патриархов, пропущать как в наше государство едущих, так и назад с тем по нашей милости определенным жалованьем возвращающихся, везде без всякаго задержания, и давать потребное число подвод, и нигде мостовщина и за перевоз чрез реки, також пошлина никакая, отправленных с ними соболей или протчей мяхкой рухляди, взята быть не имеет.

Дадеся сия наша Царскаго Величества жалованная грамота в Москве, 1718 генваря 3 дня, государствования Нашего 36 году.

У оригинальной приписано его царскаго величества собственною рукою: «По сему Петр».

Писана сия грамота на александрийских листах в тетрати и оболочена штофом с золотом, запечатана болшою печатью в ковчеге серебряном и отдана оная присланному от патриарха Доместику Ватацию.

Граф Головкин (Греческие дела 1718 г. №2)

№9

Две грамоты: одна государя Петра Великого и одна государыни Екатерины I Константинопольскому патриарху Иеремии в ответ на присланное им поздравление по поводу священного коронования государыни Екатерины Алексеевны.

От Его Императорскаго Величества к Константинопольскому патриарху кир Иеремии.

Всесвятейшему, премудрейшему и словеснейшему новаго Рима и Вселенскому патриарху, господину, господину кир Иеремию, вашему во Христе отцу, подобающее благоговение еже радоватися, братски приветствуем.

Почтенное братское вашего все-святейшества писание, от 25 дня месяца июня сего году писанное, мы здесь исправно получили, и выразумев из оного спасаемое ваше пребывание, возрадовалися, благодарив Господу Богу. При сем вашему всесвятейшеству за теплое ваше к Богу о нас моление, також и за благопоздравительное приветствие коронациею нашей прелюбезной супруги императрицы Екатерины Алексеевны достойное благодарение посылаем, уповая, что обоих нас и впредь в святых молитвах своих не оставите. Жалование же Константинопольской при вас Церкви, из казны нашей определенное, по требованию вашему выдать присланному от вас доместику Григорию Ватацию повелели. В протчем вашего всесвятейшества по духу отца и верховнаго Вселенскаго архипастыря пребываем всегда по духу сын и готовый... (заключительных слов нет).

Сентября – 1724 года

От ея Величества государыни императрицы Екатерины Алексеевны к Константинопольскому патриарху кир Иеремию.

Всесвятейшему, премудрейшему и словеснейшему, новаго Рима Вселенскому патриарху, господину, господину Иеремию, нашему во Христе отцу с подобающим благоговением поздравление посылаем.

С немалым почитанием мы вашего всесвятейшества молитву и благословение чрез почтенное ваше писание от 25 дня месяца июня писанное, благоприемлем, за что, а особливо за ваше усердно отеческое поздравление коронования, которым, Богу благоволившу, его императорское величество, государь мой супруг удостоити меня соизволил, вашему всесвятейшеству достодолжное отдаем благодарение и уповаем, что и впредь, якоже и просим, в святых молитвах своих нас не препомните. В протчем взаимно желая вам всякаго благополучия, пребываю вашего всесвятейшества доброжелательная Екатерина.

Сентября 21,1724 года (Греческие дела 1724 г. №1)

№10

Четыре грамоты государя Петра Великого к Иерусалимскому патриарху Досифею.

Грамота первая 1701 года

К Еросалимскому патриарху

Донесена нам, великому государю, нашему царскому величеству с архимандритом вашим Хрисанфом вашего блаженства грамота, в которой, слыша о нашем царскаго величества намерении, писали есте вы, что изволяем мы в завоеванном нашем граде Азове быти митрополии, а ваше к тому всесвятейшество требуете и того, дабы к приналежащим той митрополии во градех были подвластные епископии, которых бы благонравие было по древнему Кафолической Церкви обычаю смиренное, а наипаче, чтоб и житие их было якоже и ваше. И мы, великий государь, наше царское величество, по прежнему намерению своему и вашего блаженства по предложению, требуем того, чтоб был в том нашем граде Азове престол митрополитанской и к тому подвластные епископии из области вашего архипастырства из архиереев или священномонахов, которые б словенскаго языка и речения знали и могли бы в тамошней стране не только что живущих христиан ко спасению приводить, но и пограничных бы народов из поганства в благочестивую православную кафолическую веру греческаго закона навращать и в оной утверждати были довольни суть, и под властию своею по градом, где належати будет с нашего повеления, те епископии учением утверждали; и сего бы ради ваше блаженство, восприяв сею нашего царскаго величества грамотою известие в тамошних ваших странах, избрав житием искусных и в свободных науках ученых и в словенском речении знаемых из архиереев или архимандритов или из священномонахов, епископскаго сана достойных, на тую именованную азовскую митрополию и для иных епископии российских к нам, великому государю, к нашему царскому величеству, отпустили б двух или трех человек, а мы, великий государь наше царское величество, таких архиереев или архиерейскаго сана достойных особ и постояннаго жития всеисполненных, когда присланы будут с премногою нашею милостью восприяти и по достоинству удоволити их будем. Засим предав ваше блаженство в Божие сохранение, а наше величество святых ваших молитв требуем и из тамошних краев всесовершеннаго известия поведения чрез ваше блаженство впредь слышати желаем.

Грамота послана со старцем Григорием 10 сентября 1701 года.

Грамота вторая 1701 года

От царскаго величества к блаженнейшему патриарху Иерусалимскому (после обоих титулов).

Хотя и прежде сего чрез архимандрита вашего блаженства Хрисанфа писали и отвещали на те письма, что к нам писаны чрез посланника нашего Емельяна Украинцова, и на те письма чрез тогож вашего архимандрита Хрисанфа писаны, и не токмо на письме, но и на словах чрез тогож, о всяких делах к нам писанных приказали объявити блаженству вашему, да и чрез великаго посла нашего, что належало блаженству вашему к делам обо всем ему прилежно наказано, о которых делех чаем, что по се число чрез тогож посла нашего вашей святости ведомость подлинная учинена; однакожде и ныне будучи благополучный случай через посланнаго владетеля мунтянскаго Петра, паки подвижны есмы писати к блаженству вашему, аще и краткое, понеже мы блаженство ваше имеем паче протчих всех о Христе возлюбленнаго отца, и пастыря, и великодушнаго мужа, и тем паки призываем блаженство ваше, дабы как прежде сего в богоугодных молитвах своих нас никогда запомнил и в делах наших приключающихся всегда пособника имели есмы, так и ныне по то-муж от блаженства вашего желаем, аки от возлюбленнаго отца и пастыря, яко да во всяких делех наших, покамест наш великий посол в тех краях пребудет, был бы ему блаженство ваше советник истинный, а мы, великий государь, наше царское величество, к тебе, возлюбленному отцу и пастырю нашему, поелико возможно не токмо словом, но и делом и во всех богопроходимых местах святых склонны есмы щедрою рукою способляти, токмо и блаженство ваше, как и прежде сего, и всегда честными грамотами своими нас посещать благоволиши и молитвою не оставляй. Засим поручаем себе богоугодным отеческим молитвам вашим, желая вам от Господа Бога крайнее спасение и совершенное здравие на многия и глубочайшия лета улучити.

Писано 3 сентября 1701 года. (Греческие дела 1701 г. № 1)

Грамота третья 1702 года

Блаженнейший и премудрейший пастырь и патриарше святаго града Иерусалима и всея Палестины кир Досифее, во Святом Дусе пречестный и любезнейший отче, вашего блаженства возлюбленная и духовная чада о Христе, лобызаем пречестную главу вашу, желая от Господа Бога вашему блаженству спасение душевное и телесное здравие на множество лет, во еже пасти стадо от Бога вам врученное на пажитве спасительном и богоугодном во славу Божию и в похвалу православнаго христианскаго исполнения.

Две грамоты блаженства вашего с великим нашим послом, с князь Дмитрием Галицыным, приняли: одну, в которой пишете о делех св. Гроба и о после, что там ему случилося, а в другой чинишь отповедь против грамоты нашея, что мы с Георгием Кастриотом к вам писали, из которых перво выразумев здравое пребывание вашего блаженства, зело обрадовалися, которое дай Боже нам слышать и впредь, что в добром состоянии сохранил вышний и о благословении ж выну к нам молитв ваших очень и впредь просим блаженство ваше, дабы не препомнил нас всегда во своих патриаршеских и к Богу заступительных молитвах. А о делех наших, что пишешь, что послу нашему и делом и словом советами вашими елика сила способствовал, как о том и сам посол наш известил нам, зело благодарствуем, что блаженство ваше чините зело годное, что доведется такая особы превосходительныя равному своему имени, как везде блаженство ваше прославляется паче всех иных архипастырей православных. И понеже ныне мы, великий государь, наше царское величество, рассудили, что для наших великаго государя дел, которые належат меж нами, великим государем, и меж Портою Отоманскою, доведетца посылати посла нашего, который бы жил на несколько время при той Порти, как и от иных християнских государей, там живут, се посылаем тамо посла нашего, ближнего нашего стольника и наместника Алаторскаго Петра Андреевича Толстова, которому указали, чтоб будучи ему тамо, советы свои приобщил с блаженством вашим, как и прежние наши послы, будучи там, учинили; а от блаженства вашего желаем, дабы к тому послу нашему был еси во всяких приключающихся ему делах способник и словом, и делом, елико возможно. И того ради пространнее о том на письме отповеди не пишем ко блаженству вашему, понеже указали ему про всякие дела наши объявити словесно и советывати об них, как лучше мочно быти и как Бог наставит блаженство ваше, так и учинити против святаго своего прежнего обычая. А мы в том не токмо не сумневаемся, но надеемся, что блаженство ваше тому послу нашему будешь во всех делех советник и искренний помощник и о делех тамошних случающихся желаем от блаженства вашего, дабы всегда, чрез того же посла нашего, изволил к нам писати и объявляти, а у нашего царскаго величества тое радение и прилежание к нам блаженства вашего зело приятно и незабвенно будет.

Писано в 1702 году, апреля – в день. (Греческие дела 1702 г. № 1)

Грамота четвертая 1703 года

«Святейшему и всеблаженнейшему отцу и владыце, господину, господину Досифею святаго града Иерусалима и всей Палестины патриарху, мирнаго и душеспасительнаго состояния истинно желаем.

Понеже выразумели мы из доношения посла нашего, в Адрианополе пребывающаго, вашего блаженства искреннее радение и труды, которые полагаете во всяких случаях благопотребных к делам нашим, паче же ко всему православному християнству, по-прежнему вашему блаженству благодарствуем, желая, дабы и впредь, по своей к нам ревности, во всяких приключающихся делех благонаставительный свой совет подавати послу нашему и вспоможение всякими уведомлении чинити изволили, и оного блаженства вашего радение о делех наших никогда забвению предано не будет, но и всякою нашею сердешною любовью воздавати потщимся, прочее же повелели есмь словесно послу нашему вам донести. При сем и паки желаем от Господа Бога вашему блаженству мирнаго и душеполезнейшаго состояния, себя же вашим отеческим священным молитвам и благословению поручаем, и есмь вашего блаженства сын послушнейший.

Из Шлозбурка майя в 20 день 1703 году. А внизу помета: «Подчерченное писано рукою государя». (Греческие дела 1703 г. №1)

№11

Записка о начале и продолжительности разных церковных служб на Афоне, написанная жившим в Москве архимандритом афонского Иверскаго монастыря Дионисием. «Перевод с греческаго письма».

Во святой горе Афонстей обычай имеет такой: во владычних праздниках благовестят малую вечерню за два часа денных, а зимнею порою, как бдение бывает, благовестят за восемь часов ночных, а летнею порою за семь часов, и по вся воскресении за семь часов, и отпевание бывает от бдения во владычни праздники и по воскресным дням на восходе солнца, до отдачи часов, чтоб них тоне уснул после пения. А которому великому святому празнущему по уставу бывает також, как и прочие, а как бывает святому празнество, и в то время бдения не бывает, а бывает большая вечерня, и благовест бывает зимою за пол-три часа, а летнею порою за полчетыре часа, а завтреню начинают и поют за 6 часов до света, а поют в церкве пять часов, и выходят из церкви за час до света, чтобы братьи по кельям своим правило исполнить. А повсядневно зимнею порою поют вечерню за два часа, а летнею порою за три часа, а у завтрени повсядневной же зимою и летом всегда за четыре часа начинают и поем в церкве завтреню три часа и выходим за час до света, чтоб поотдохнуть небольшое время братьи и совершить бы им свои правила по кельям своим. А во обедни Ивана Златоустаго и во владычни праздники и по воскресным дням и повсядневно зимою и летом, как ударит два часа, учнут благовестить, и начнут обедню в третьем часу дни, и отпевают в четвертом часу.

А в трех постех в Рождественском, в Спожинском и в Петровском, когда поют аллилуйя, в понедельник, и в среду, и в пяток имеем иной чин потому, что на святой литоргии поем тайно в церкве предельной по чину, как ведетца в третьем часу без благовесту, и как ударит четыре часа и в пятом часу в соборной церкве благовестят и поют часы все сполна с поклонами, а после обедни роздают братье просфиры. Сей чин ныне токмо в монастырех Святые Горы совершаетца, а в мире и по градом такие чины не бывают, и невозможно быть такому чину по мирским церквам, только бывают в третьем или четвертом часу дни поют часы, а потом обедню, еслицы хотят, другие ж часы поют, кроме литоргии. А в Великом посту в Афонстей Горе благовестят и начинают завтреню за пять часов и стоят в церкве в пении заутренном четыре часа, и выходят из церкви за час до света. А часы поют как ударит три часа, в четвертом часу дни благовестят и поют третий и шестой час по чину со чтении, потом выходят из церкви. А как ударит шесть часов, на седьмом часу благовестят и поют девятый час и вечерню по обедни, а как совершается в среду и пяток преосвященная (преждеосвященная) обедня, и выходят из церкви в девятом часу, и братия пойдет за трапезу, а из трапезы выходят в девятом часу. А повечерницу поют за полтретья часа до вечера против мца (месяца), как случитца. А в субботы и в недели в Великом посту начинают обедни в третьем часу дня, а от обедни выходят в субботу в четвертом часу, а в неделю в пятом часу для Великаго Василия. А в Светлое Христово воскресение Пасхи и во всю Светлую неделю начинают обедни во втором часу дни и совершаетца в третьем часу.

Сей чин и обычаи держат монастыри все Святые Горы, только в миру и по городам небольшим бывает отставлено ис того чину монастырскаго, и то бывает в миру во втором часу дни обедня начинают и отпевают в третьем часу для мирских покоев, и всеночные бывают менши и завтрени потому ж менши для мирских покоев и для нужных времян. А в трех постах: в Рождественском, в Успенском, в Петровском, егда поют аллилуйя, тогда не поют часов после обедни, якож во Святей Горе Афонстей, потому что в миру невозможно так быть, а только в монастырях, а поют часы междочасии и поклоны с третьего часа и до четвертаго потом и обедню, а иные и без обедни только часы одни поют междочасии и поклоны. А и Великий пост по городам в миру часы начинают в шестом часу и поют вместе третий, и шестой, и девятой, и вечерню, якож и зде на Москве бывает ныне такожде, и в наших странах в миру везде так бывает. А в наших странах в мире только не большая рознь, и Афонстей горе управление ради мирских человеков, во всех прочих единогласие и един чин и обычаи и соединение обретаетца.

(Греческие дела 7174 г. №4)

№12

Синодальный указ в Коллегию иностранных дел по поводу мощей святаго мученика Христофора, привезенных из Греции 1723 года.

Указ Его Величества Императора и Самодержца Всероссийскаго из канцелярии Святейшаго правительствующего Синода в Коллегию иностранных дел.

Прошлаго 722 году, декабря 31 дня, по Его Императорскаго величества указу и по согласному Святейшаго правительствующаго Синода приговору и по некоторому в Синоде поданному доноше-нию, взять в Канцелярию Синода из дома монастырскаго приказу, секретаря Макара Беляева, ковчег серебряной, на котором изображен образ святаго мученика Христофора, а в том ковчеге явилась положенная под именем того мученика главы слоновая кость, о чем и Его Императорскому величеству сего генваря 10 дня Синодом докладывано. И по имянному его императорскаго величества указу поведено оной ковчег перелить в какой пристойно церковной сосуд, а содержавшуюся во оном под именем мощей слоновую кость положить в синодальную кунсткомору и написать на оную трактат с таким объявлением: как напредь сего, когда от духовных инквизиции не было, у потреблял ися сицевые и сим подобные супертиции, которые и от приходящих в Россию греков производимы и привозимы были, что ныне уже синодальным тщанием истребляется. И сего генваря 9 дня, по силе вышеписаннаго Его Императорскаго Величества имяннаго указу и по согласному Святейшаго Синода приговору велено о оной под именем мощей содержавшейся кости послать из Синодальной канцелярии в Коллегию иностранных дел и в приказ большего дворца и в прочие команды, где прием чужестранных вещей и награждение за те вещи напред сего было, и ныне бывает, такие указы, чтоб справленося было с записными книгами, в которых записываны греческих патриархов грамоты и привезенные в Россию из Греции и из других стран церковные и протчие вещи и учиненные за те вещи дачи, между которыми всеприлежно взыскать надлежит то, что оная кость под имянем святаго мученика Христофора главы в котором году, и от кого, и с каким письменным свидетельством прислана, и кем привезена, и где до которых лет была, и за какую вещь содержалась, и колико кому какова награждения откуда за оную дано, о чем подано б было в Синод обстоятельное известие и с письменнаго о оной свидетельства, каково где сыщется, внесена б была копия немедленно, понеже то в сочинении определеннаго выше Его Императорскаго Величества имянным указом трактата, фундаментом быть имеет и Коллегии иностранных дел о выше объявленном учинить по Его Императорскаго Величества указу.

Обер-секретарь Тимофей Палехин Семенов. Канцелярист Михаила Дудин. Генваря 25 дня 1723 года (Греческие дела 1723 г. №1)



Источник: Первое издание опубликовано: "Чтения Общества любителей духовного просвещения" М., 1885 г.; 2-е издание: Сергиев Посад: Кн. маг. М.С. Елова, 1914.

Вам может быть интересно:

1. Архидские архиепископы и подчиненные им иерархи разных кафедр, явившиеся в Москву за милостынею в XVI, XVII и в начале XVIII столетия профессор Николай Фёдорович Каптерев

2. Речь перед защитой магистерской диссертации: «Из истории древних пасхальных циклов: I. 19-летний цикл Анатолия Лаодикийского. СПб., 1912» священномученик Димитрий Лебедев

3. Отзыв о сочинении В.О. Эйнгорна: Очерки из истории Малороссии в XVII в. профессор Стефан Тимофеевич Голубев

4. Из истории сношений России с Востоком в половине XVII столетия протоиерей Павел Николаевский

5. История Греко-восточной церкви под властью турок – Протестантская смута в Греческой церкви XVII в. профессор Алексей Петрович Лебедев

6. Православие и грядущие судьбы России. Из Дневников 1910-1916 гг. – Год 1916 архимандрит Никон (Рождественский)

7. Александрийская патриархия. Сборник материалов, исследований и записок, относящихся до истории Александрийской патриархии епископ Порфирий (Успенский)

8. Быт и нравы русского народа в XVI и XVII столетиях Николай Иванович Костомаров

9. Рассказы из истории Русской Церкви. Книжка четвертая Михаил Владимирович Толстой

10. Краткий очерк истории православных церквей Болгарской, Сербской и Румынской или Молдо-Валашской – II. Краткий очерк истории Румынской или Молдо-Валашской православной церкви профессор Евгений Евсигнеевич Голубинский

Комментарии для сайта Cackle