Источник

3. О соборном исправлении церковно-богослужебных книг15

Именуемые старообрядцы, по своему незнанию священного Писания, обыкли не различать догматов веры, преданных словом Божиим и проповеданных Вселенскими Соборами в их определениях, от предметов, имущих только обрядовое значение, не составляющих догматов веры, принятых во употребление местными церквами, а иногда и случайно взошедших во обычай местных церквей и употребляемых в разных церквах различно, зависящих же в своем употреблении, или неупотреблении иногда от распоряжения властей поместной Церкви, как это доказывается одиннадцатым и девятнадцатым правилами Лаодикийского Собора16. Не зная и не полагая сего различия между догматами веры и обрядами, именуемые старообрядцы, во время исправления книжного при патриархе Никоне, во исправлении некоторых обрядов, и даже во исправлении грамматических ошибок в старопечатных книгах (хотя некоторые из сих исправлены сделаны согласно прежним старопечатным и письменным харатейным книгам17 усмотрены изменение веры, догматическую порчу книг, и стали проповедовать, что церкви уже не церкви, архиереи не архиереи и совершаемые ими таинства не таинства, – стали удаляться от Церкви и произвели раскол. И это учинили они, т. е. сами осудили Церковь за исправление книг, не только ранее Собора 1667 года, но и прежде Собора 1666 года.

Что так действительно было, т. е., что не вследствие положенных Собором 1667 г. клятв старообрядцы отделились от Церкви, но предварили соборное о них определение своим отделением от Церкви хулениями не нее, о том ясно свидетельствует самый Собор 1667 года, ибо в его определении, прежде самого изречения на хулителей книжного исправления, говорится: «Понеже грех ради наших, Божиим попущением, сопостата же нашего христианского рода и ненавистника диавола ратованием, мнози невежды не точию от простых, но и от священных и монахов... ови убо устно, ови же и письменно, глаголюще и пишуще... нарнцаху книги печатные новоисправленные и новопреведенные при Никоне, бывшем патриархе, быти еретические, и растленны, и чины церковные, яже исправишася со греческих и древних российских книг, злословиша, имены хулными нарицаху ложно, и весь архиерейский чин и сан уничижиша, и возмутиша народ буйством своим, и глаголаша церкви быти не церкви, архиереи не архиереи, священники не священники, и прочая таковая блядения... От чего мнози христиане отлучишася церковного входа, зане во многих от народа мнение вниде, яко ересми многими и антихристовою скверною осквернены церкви, и чины и таинства... Сих ради вин сошедшеся мы, великороссийского государства вси архиереи, митрополиты, архиепископы и прочие от духовных чинов... испытовахом подробну чрез многое время новоисправленные и новопреведенные печатные книги» и т. д. Из сих слов соборного свитка ясно и неопровержимо доказывается не только то, что похуление новопечатных книг именуемыми старообрядцами и их отпадение от Церкви совершилось прежде Собора 1667 года, но что и самый Собор этот собран был вследствие сих хулений старообрядцев на Святую Церковь и произведенного ими раскола. Мало этого, – именуемые старообрядцы опередили своим отделением от Церкви даже и Собор 1666 года, на который были уже приводимы многие расколоучители и на котором сам царь Алексей Михаилович засвидетельствовал о распространении их злохулительств на Святую Церковь. Вот что говорил царь: «Уже бо богохульная их плодоношения не точию по различных царствия, Богом нам врученного, странах, градех же и весех обносится, но и в самый сей град престола нашего вомчеся, даже и нашима в свитцех рукама, в словесех же ушесома прикоснутися, яже услышавше мы и прочетше, абие богонаставлением познахом дияволе быти семя, сицевыя хулы содержащее, яко нынешняя церковь несть церковь, тайны божественные не тайны, крещение не крещение, архиереи не архиереи, писания лестна, учение неправедное, и вся скверна и неблагочестива, имже убийственным злоплодием мнози скудоумнии повреждьшеся, аки вне ума бывше, заблудиша от Церкве в новопрозябшая сонмища, крещение отложиша, грехов своих иереом Божиим не исповедаша, тайнам животворящим не причащахуся, весма от Церкве и от Бога отчуждишася». Из сей речи, сказанной самим царем Алексеем Михаиловичем в присутствии всего освященного Собора, ясно открывается, что не только различные хуления на Святую Церковь предками старообрядцев тогда уже изрыгнуты были, но и отступление и отделение их от Церкви тогда, т. е. прежде Собора 1666 года, уже совершилось: ибо царь Алексей Михаилович при всем освященном Соборе говорить о том не мог бы, если бы того не было на самом деле. Итак, из самых достоверных и несомненных источников открывается, что не соборными определениями 1666 и 1667 годов вызвано, или вынуждено отделение от Церкви именуемых старообрядцев, как они несправедливо утверждают, стараясь оправдать это свое отделение от нее, а, напротив, их собственными хулами на Церковь и их отделением от Церкви вызваны были и самые о них определения Соборов 1666 и 166.7 годов.

Итак, оправдание именуемых старообрядцев, к которому они прибегают, не зная, чем другим оправдать себя, и которое состоит в том, что будто бы они отделились от Церкви вследствие определений Собора 1667 г., совершенно несправедливо, ибо опровергается самой историей, – подлинными актами самых Соборов 1666 и 1667 годов, несомненно свидетельствующими, что раскол существовал уже ранее составления сих Соборов, что его существованием и распространением вызвано и самое составление сих Соборов. Притом именуемые старообрядцы в оправдание своего отделения от Церкви не имеют права ссылаться на определение Собора 1667 года и потому еще, что в определениях сего Собора не сделано никаких повреждений, или нарушений догматов веры, преданных словом Божиим и утвержденных седмию Вселенскими Соборами, ибо и сами старообрядцы по сие время, в течение более 200 лет, никаких догматических погрешностей указать в них не могли. А если никакого повреждения догматов веры в определениях Собора 1667 года не имеется, то их отделение от Церкви, как они говорят, из-за сих соборных определений есть не что иное, как только грех раскола.

А что на Соборе 1667 г. Церковь утвердила совершенное при п. Никоне исправление обрядов, хотя бы даже с положением клятвы на не приемлющих сие исправление, то сделать это она имела полное право, и православие ее нимало тем не повреждается. Ибо и в древлеправославной Церкви по обрядовому вопросу, напр., о времени празднования Пасхи, налагалась клятва на тех, кто не послушает церковного о сем определения; но церковь чрез то не потеряла православие, о чем свидетельствует Кормчая в предисловии, в сказании о Первом Вселенском Соборе, и в толковании на 1-е правило Антиохийского Собора18.

Именуемые старообрядцы всегда твердят, что аки бы на Соборе 1667 г. древлепечатные книги похулены и запрещены, т. е. отринуты из церковного употребления, что употребляющие их даже преданы анафеме. Но и это их мнение несправедливо. Несправедливость его обличается опять определением самого Собора 1667 г., положенным в Служебнике, напечатанном в том же году по соборному определению. Вот что именно говорится здесь:

«Повелением благочестивейшего великого государя нашего царя и великого князя Алексея Михаиловича... советом же и благословением великих архиереев Святой Великой Восточный Церкви: господина святейшего кир Паисия, папы и патриарха великого града Александрии... и великого господина святейшего кир Макария патриарха великого града Божия Антиохии... и великого господина святейшего кир Иоасафа патриарха Московского и всея России, и всего собравшегося настоящего лета освященного Собора...»

«Не хощем не ведети о сем, православно-кафолическия Церкве сынове... яко всякое дело, тако рук, якоже и ума человеческого, не абие совершенно обыче бывати (единого бо пресовершенного Бога вся дела суть абие совершенна), но помалу в совершенство приводится: темже убо яко во греческих книгах не абие бысть конечное совершение во всех странах единогласно, ибо и доныне всякие страны Церковь по обычаю си чины утверждает и в совершенство возводит: тако и наша православно-российская Церковь от многих из переводов един хотящи совершенный сотворити, не весьма своей страны чин и обычай отставляющи, паче прелюбезно благолепая содержащи, что дивно есть, аще в новом сем Служебника издании, совершеннейшего исправления ради, ово по лучшим греческим переводам, ово по благохвальным своим и Греческой Церкве обычаем, мало нечто изменяет? Не обхуждаются сим и прежняя исправления, но на вящший совершения степень возводятся».

Итак, вот, сам Собор 1667 г. свидетельствует, что как наши прежние московские патриархи, исправляя книги один после другого, тем не охуждали и не порицали прежде бывших патриархов исправления, но только каждый, по силе и мере своего достижения, тщался возводить книги на лучшее совершенство, так и одобренным на Соборе последним соборным исправлением книг не охуждаются прежние книжные исправления, или, что то же, прежде изданные книги, а только «на вящший совершения степень возводятся». И как чрез исправление богослужебных книг патриархом Иосифом не возбранялось употребление изданных первыми четырьмя патриархами книг, так же и чрез соборное исправление книг и чрез одобрение оных Собором 1667 г. не возбраняется употребление книг прежде напечатанных. Посему именуемые старообрядцы несправедливо возводят обвинение на Собор 1667 года, что аки бы он укорил и от употребления отставил старопечатный книги. Посему же и Святая Российская Церковь имеет полное право благословлять отправление богослужения по старопечатным книгам, не охужденным на Соборе 1667 года, как благословила, действительно, единоверцам.

Несмотря на приведенное сейчас свидетельство самих патриархов, присутствовавших на Соборе 1667 г., что утвержденным на сем Соборе исправлением богослужебных книг не охуждаются и первые исправления, но точию на вящший совершения степень возводятся, глаголемые старообрядцы упорно утверждают, что аки бы Собор 1667 года, в своем определении 13-го мая, безусловно возбранил употреблять первых московских патриархов печатные книги. Напрасно говорят это именуемые старообрядцы. Такого возбранения в определении Собора 1667 г. не обретается, и они сами указать его здесь не могут. Вся мысль и вся сущность определения Собора 1667 года о книгах новоисправленных состоит в том, что предки нынешних именуемых старообрядцев (как именно говорится в определении Собора) «нарицаху книги печатные новоисправленные и новопреведенные при Никоне бывшем патриархе быти еретические и растленны» (см. Деян. Соб. л. 1 об.) и что Собору надлежало отвергнуть такое дерзкое и несправедливое суждение расколоучителей о новоисправленных книгах, почему он и определяет; «книги, яже за повелением благочестивейшего великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича... исправишася и переведошася и напечаташася при Никоне, бывшем патриархе, и после его отшествия благословением освященного Собора книги, Служебники и Требники и прочие (зане суть право исправлены) приимати». Вот вся сущность определения Собора 1667 года о книгах служебных: речь в нем идет о книгах точию исправленных, и к определению о них Собор вызван был именно приведенными хульными отзывами о них со стороны расколоучителей. Расколоучители проповедовали народу, что книги новоисправленные еретические и растленны, и что поэтому нельзя принимать их в церковное употребление; а Собор 1667 года, рассмотрев эти новоисправленные книги, одобрил их, как право исправленные, и повелел отправлять по ним церковные службы. Затем, не покоряющихся сему соборному определению, что новоисправленные книги право исправлены и не содержат ничего еретического, упорно отметающих употребление сих книг за их будто бы еретичество, подверг запрещению и анафеме. О старых же книгах, чтобы их изъять из церковного употребления, Собор в своем определении не говорит ничего. Собору надлежало дать определение собственно о новоисправленных книгах и об их употреблении: посему старопечатных книг и их употребления, или неупотребления, Собор и не касается в своем определении, – предоставляет сие воле и власти епархиальных архиереев, которые, взирая по обстоятельствам, должны принять в сем отношении то, что служит более к пользе церковной. Древние рукописные и харатейные богослужебные книги никто и никогда не возбранял к употреблению в церквах и всеми они уважаются; но они не употребляются при службах по своему старому наречию и трудности к чтению; а если бы явилась когда потребность употребить в церкви старописьменную книгу, никакого особого на то разрешения не требуется, ибо и запрещения церковного на то не было19. Так должно рассуждать и относительно старопечатных книг: поскольку в соборном определении 1667 года воспрещения употреблять старопечатные книги не сделано и о книгах сих даже нет упоминания, то, ради нужды и пользы церковной, дозволить их частное употребление (как дозволено в единоверческих церквах) церковная власть имеет право без нового соборного о сем распоряжения. Утверждать, что яко бы Собор 1667 года сделал определение о совершенном изъятии старопечатных книг из употребления, значило бы навязывать Собору определения, каких он не делал.

Правда, некоторые обрядовые предметы, обретающиеся в старопечатных книгах, перечисляются в соборном определении 1667 года и повелено относительно их держаться новоисправленных книг. Но когда Собором не изъяты старопечатные книги из употребления и сказано, что они не охуждаются, но точию к лучшему возводятся совершенству, и когда сам же Собор засвидетельствовал, что «не весьма своея страны чин и обычай отставляет», то и о сих обрядовых предметах, как не имеющих значения догматов веры, должно сказать, что употребление их оставлено на рассуждение церковной власти, которая удобно может дозволить сие употребление в нуждных и полезных для Церкви целях. Если св. Василий Великий и св. Григорий Богослов, в своих местных церквах, для пользы церковной, без соборных определений, делали снисхождение присоединяющимся к Церкви даже относительно недостаточных богословских понятий, как именно от обращающихся в православие из духоборцев не требовали во исповедании Святого Духа употреблять слово Бог, что составляет общее исповедание Вселенской Церкви о Святом Духе, а требовали только, чтобы они не называли Святого духа тварью20: то кольми паче всероссийский святейший Синод имел и имеет право благословлять к употреблению, кому и где потребует нужда и польза церковная, старопечатные книги, которые не изъяты из употребления и Собором 1667 года.

* * *

15

Статья эта была напечатана в Братском Слове в виде предисловия к там же напечатанному из Служебника 1667 г. приложению, известному под заглавием: «От свитка освященнейшего Собора о исправлении книги сея Служебника».

16

Лаодикийского Собора правило 11-е. Яко не подобает глаголемых стариц, рекше председящих церкви, поставляти.

Толкование. Бяху в древних неции обычаи в церквах бываемии, от нихже убо временем ови забвени быша, инии же отнюд престаша, другия же правила отсекоша, от нихже есть един и сей обычай, еже старыя жены в церквах поставляти, и сия первоседници именовати, и да имеют старейшивство в женах входящих в церковь, яко же учителницам им поставленным сущым на благочиние, и како и где подобает им стояти наказующе их. Таковым убо женам не подобает быти, ни нарицатися тако, правило повелевает.

Правило 19-е. Яко подобает своея прежде беседы епископом о оглашенных молитву творити, о иже в покаянии сущих, и тем изшедшим под рукою и отступльшим, тако верным молитвам трем быти: единой убо первее с молчанием, вторую же и третию с возглашением исполните, и потом мир подати епископу попом: тогда и простым людем мир подати, и такое святое приношение совершити. И единем подобно есть святителем входити во алтарь и приобщатися.

Толкование. Особь преже поучив оглашения, и молитву о них сотворив, егда изыдут оглашении из церкве, о сущих в покаянии молитву сотворити, и тем приступльшим под руку его, и тако отшедшим, бывают о верных три молитвы: первая втайне, вторая и третия согласом совершается. И тако мир дается. Егда же презвитери мир дадут епископу, тогда и мирстии человецы дают мир, и тако святую службу совершают. Единем же священником достойно входити в жертвенник, и причащатися.

Ино толкование. Прежде епископи оглашенныя поучаху, беседующе и глаголюще к ним, и потом глаголаху молитву о оглашенных, и тем излезшим из церкве, о сущих в покаянии, рекше в припадании, вторую молитву творит. Прочая же правило глаголют, но ни о сущих в покаянии молитвы не бывают: неведе, како оставлени быша. И потом мир епископам презвитери даяху, еже есть целование, любве бо образ целование есть. Любви же последует смирение. И потом мирстии людие презвитером мир даяху, рекше целовахуся с ними, еже ныне не бывает, упразднибося, яко и иная многа творимая прежде. И посем приношения совершение бываше и освящашася. Скончане же бывши таковей службе, причащахуся от нее достойнии. Внутрь же жертвенника единем священником достойно причащатися велит правило (Кормчая, прав. Поместн. Собора в Лаодикии 11 и 19-е, лист. 73).

17

Что действительно некоторые исправления сделаны согласно старопечатным и харатейным книгам, зри о том в книге Озерского и игумена Филарета: «О различии Потребников».

18

Устави же сей (Первый) Святый Вселенский Собор, и святую пасху праздновати вам, якоже и ныне по обычаю держим. Неции бо от прежних в четвертойнадесять мартовы луны праздноваху пасху (Кормч. предисл. Всел. Соб. лист 6-й).

Антиохийского собора правило 1-е. Иже узаконеное о пасце предание преложити покусится: аще есть мирский человек, да изринется, аще ли причетник, да извержется.

Толкование. О сем речено есть и в седмом правиле святых апостол: яко аще со июдеи сотворит пасху презвитер, да извержется, тоже убо и се правило повелевает: яко аще кто мирский человек, преступает взаконеное пасхи предание, и со иудеи или о себе един во ино время восхощет сотворити пасху, да есть не причастен, и изриновен от Церкве; аще же есть причетник таковое творя, да извержется, и да будет лишен отнюд святительския чести и имене; и причетницы еликоже их приобщаются ему по извержении, и тии да извержени будут.

19

Бывали и примеры такого употребления древлеписьменных книг. Мы помним, что при установлении нарочитого празднования первоучителям словенским Кириллу и Мефодию, в академической церкви, за литургией, Евангелие читано было по Остромирову списку. Ред. Брат. Сл.

20

В слове на Пятидесятницу св. Григорий Богослов пишет: «Но вы (духоборцы) на слоги негодуете и претыкаетесь о слово Бог, и сие бывает вам каменем претыкания и каменем соблазна. (Ниже Уступите Святому Духу силу Божества, то и мы вам уступим слово Бог. Признайте божественное естество ноне в иных глаголех, яже почитаете больше, и мы яко немощных вас уврачуем, нечто и во удовольствие ваше ухищряюще: срамно бо, поистине, срамно и зело безумно то, что вы, здравствуя душою, малодушествуете в рассуждении звука слов и скрываете сокровище, аки бы завидуя другим, или устрашаяся, да не освятите и языка. Срамнее же нам страдати тем, чем вас порицаем, и обвиняющим малодушие ваше, самим малодушствовати в рассуждении писмен... И да реку сице яснее и сокращеннее: ниже вы обвиняйте нас в вышшем слове никая же бо зависть да участвует в таковом восхождении; ниже мы вас осудим в понятиях ваших, дóндеже достигнете к тому же обиталищу, аще и иным путем: не бо победити ищем, но прияти братию, ихже разлучением терзаемся».

Св. Василий Великий в послании 110-м к тарсским пресвитерам: «Сколько нужно великое рачение и попечение, чтоб в нынешнее время какое-нибудь оказать благодеяние Церквам. Благодеяние же состоит в том, дабы члены, прежде расторженные, соединить; но соединение тогда последует, если мы захотим в том, в чем не повреждаем душ, сообразоваться с немощнейшими. Того ради когда многих уста отверсты против Св. Духа и многих языки на хулу его изострились, то просим вас, чтоб сколько можете уменьшить число богохульников, и не утверждающих, что Дух Святой есть тварь, принять в общение, дабы одни хулители остались и, усрамившись от стыда, возвратились к истине, или, пребывая во грехе, ничего не значили по своей малости. Из сего видно, что мы более ничего не должны требовать, а предлагать желающим с вами общения братии Никейский Символ веры: когда с ним они согласны, то надобно требовать, чтоб Духа Святого не именовать тварью, и не сообщаться с теми, которые то утверждают. Более сего я прошу ничего не спрашивать».


Источник: Полное собрание сочинений Никольского единоверческого монастыря настоятеля архимандрита Павла. - 1-е изд., посмерт. Братство св. Петра митрополита - Т. 1, 2, 4. - Москва: Тип. Г. Лиссера и А. Гешеля, 1897-1899. / Т. 4. - 1899. - 605 с.

Комментарии для сайта Cackle