Азбука веры Православная библиотека протоиерей Петр Смирнов Слово в день столетнего юбилея блаженной памяти Императора Александра Благословенного
Распечатать

протоиерей Петр Смирнов

Слово в день столетнего юбилея блаженной памяти Императора Александра Благословенного

Говорено протоиереем Петропавловской в Басманной церкви П. Смирновым заимствовано из «Московских Ведомостей».

«Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему даждь славу» (Пс. 113:9).

Из этой молитвы Псалмопевца избраны известный каждому Россиянину священные слова, которыми блаженной памяти Император Александр Благословенный запечатлел самое великое событие своего царствования и вместе один из славнейших своих подвигов.

Где вы теперь, сподвижники его славных дел, которые эти молитвенные слова носили на своей груди? Много ли вас осталось на лице земли?...

Не мог, однако же, град укрыться вверху горы стоя (Мф. 11:14). Горящий светильник ставят на высоте, чтобы светил всем. Вся Россия, как один человек, единодушно поднимается и торжествует память Александра Благословенного, как великого своего царственного благотворителя. Все сословия, все учреждения готовятся прославить его подвиги, его заслуги. Печатное слово быстро разнесет эти искренние хвалы ему по всем странам земли, особенно родной, и соединить их в один торжественный гимн, которым благодарный народ возвеличит этого благословенного Царя своего. Вслух всего мира скажется, сколько добра он сделал для родной страны, для всей Европы, и сколько еще предполагал, желал он сделать в сердце своем, преисполненном любви к человечеству; как он боролся с этим страшным исполином и победил его, и спас отечество в труднейшее для него время, и умиротворил мятущиеся народы, и как в то же время под не умолкавшим громом браней вникал он, до самых мелких подробностей, во все уставы и действия государственного управления, чтобы согласить их с желаниями души своей, жаждавшей одного: „возвести Россию на верх славы и утвердить ненарушимое блаженство всех верных подданных“1 Припомнятся привлекательные черты его дивного сердца, его благороднейшего характера, которые обаятельно действовали на всех окружающих, которые покоряли своему влиянию чужеземцев и врагов, так что они делались вернейшими из его слуг, силе которых поддавалось даже сердце того человека, который не знал никаких увлечений, кроме своего непомерного властолюбия. Но, как бы полно и широко не проявилась к Императору Александру любовь народная, ей далеко еще не исчерпать всего, что можно сказать в похвалу его. Пройдут еще многие столетия, и всегда будут с любовью и благодарностью вспоминать Россияне этот знаменательный для них день, и всегда найдется новый и новый венок на главу Благословенного.

И представляя себе всю эту богатую сокровищницу добра, сделанного и посеянного им, не можем не воскликнуть: Господи Боже, какое же бесценное сокровище эта душа человеческая, которую Ты благоволил создать по Твоему образу и подобию! Как прекрасно это сердце человеческое, когда оно живет и дышит Тобою заповеданною любовью? Какой источник света, радостей, счастья от жизни одного человека на многие и многие поколения!

Но здесь опять сретают нас священные слова надписания Александрова: „Не нам, не нам, но имени Твоему“. Оставим благодарной памяти народа оценить подвиги и труды Александра: пусть история, и гражданская, и военная, и просвещения, и церкви Божией на земле, скажут о нем свое правдивое слово, пусть лира поет песнь, сотканную во хвалу ему. Величие царя, это достояние России, это сокровище верных сынов ее, это неумолкающее назидание потомства. Служителю же слова Божия всего дороже эти слова благодарной молитвы в устах великого Царя... Не случайно, не искусственно придуманы они. В них сказалась душа Императора Александра, выразилось сердечное его убеждение, отпечатлелся его характер, и вместе, в назидание веков и поколений, обнаружилась тайна его достопамятной жизни, его славных подвигов. В них заключается и церковное значение настоящего праздника.

Возблагодарим и прославим Господа, ибо в руце Его власть земли, и потребнаго воздвигнет во время на ней (Сир. 10:4). Явление великих на земле – один из явных путей Божественного Провидения. Действие промыслительной силы Божией необходимо и в вещественном мире, но преимущественно в нравственном, где поврежденная свобода разумных тварей, направляемая против определений и законов Вышнего, вносит в мир беспорядок, расстройство, напасти, бедствия, и где только десница Вышнего может уврачевать зло, внесенное людьми, к добру их. Так некогда, для избавления от зол и наказаний, которые сами люди призывали на себя своими грехами, воздвигаемы были иные от чрева матери: Моисей, Гедеон, Сампсон, Самуил, Давид и другие.

Давно уже люди не видели такого разрушительного и страшного бедствия, какое в конце прошедшего века обрушилось на одну из самых просвещенных стран Европы.

Эта страшная буря собиралась веками, и много причин ей в заблуждениях, страстях и грехах человеческих. Изображать ли дальнейшее течение зла?... Кто не знает, до малых подробностей, в особенности бедствий 1812 года? И где еще яснее можно представить и восчувствовать эту скорбь России, как не в стенах этого священного Кремля, этого святого храма, поруганного дерзким врагом? Что было бы с нашим любезным отечеством, со всею Европой, если бы опустошительному течению зла не был положен предел?... Кто же был здесь орудием Божьего Провидения? Назовите это дорогое для человечества имя!... Это был Александр – Благословенный Россией и всеми народами. Не напрасно современники удивлялись многим обстоятельствам в его рождении и жизни, которые как бы предзнаменовали его особенное призвание. Рождение его (12 декабря 1777 года) совпало с началом приближения солнца к земле, а воцарение (12 марта 1800 г.) с началом живительной весны и вместе с началом Века2: то и другое было встречено особенными взрывами народной любви. Придавали значение тому, что на этом внуке своем Великая Екатерина лелеяла свои надежды, и что это был первенец не менее великой по милосердию и благотворительности Марии. В сердце юного Александра были сеяны в изобилии семена добра, и они обещали всем богатые всходы... Любовь народная и то принимала в свое внимание, что, как некогда Давид, Александр был добр очима и благ взором Господеви (1Цар. ХVI, 16). Красота телесная, как некогда у младенца Моисея (Евр. XXIII, 11), была для веры „знамением особенной красоты душевной и Божиего благословения“.3 И действительно, в духе Александра сочетались редкие качества: величие природных дарований с самым разносторонним и утонченным образованием, необыкновенная твердость духа с пленявшею всех мягкостью и нежностью сердца, настойчивость в достижении предположенных целей с уступчивостью и миролюбием, пламенная любовь к человечеству с забвением своих личных целей и выгод... Смиренно вступал он на прародительский престол, сознавая всю важность и тяжесть поднимаемого бремени – черта истинного величия! Смелей, смелей! взывало к нему чувство народной любви. Господь за тебя, и мы все с тобою... Последствия показали, что это были верные предчувствия и предзнаменования, что в Александре воздвигнут России и другим народам воистину избранник Провидения, что ему определено было Богом противостать напору зла, защищать народы от притеснения, торжественно утешить и возвысить христианство там, где оно было целым народом явно отвергнуто и поругано... И кто же мог живее и яснее чувствовать это небесное призвание, как не сам избранник Божий, и вот из глубины его сердца изливаются священные слова: „не нам, Господи, не нам, но имени Твоему даждь славу!“

Возблагодарим и прославим Господа, ибо Им „ цари царствуют“ (Притч. 8:15), и Он возносит избранного от людей своих (Пс. 88:20). Некогда в первенствующем, храме Москвы раздавалось сильное слово. Приснопамятный святитель Платон, помазавший священным муром Александра I на царство, изображал ему обязанности великого его служения и утешал и укреплял его помощью свыше. В словах старца архипастыря слышится нечто пророчественное: „Духа Господня ношение в сей день“, говорить он, „осенило и освятило главу твою. С такою небесною помощью подвиг твой будет удобен, бремя легко, и шествие твое будет победительно и торжественно. С нами Бог!“ заключает он дивную речь свою, „разумейте язы́цы и покоряйтесь! Могущие покоряйтесь! Аще бо паки возможете и паки побеждены будете, яко с нами Бог!“ События оправдали это святое упование веры. Только сила Божия могла укрепить этот и в самых избранных скудельный сосуд – сердце человеческое, что оно не дрогнуло ни против громады два-десяти языков, предводимых величайшим гением войны, ни от первоначальных громких успехов врага, ни от неудержимого никакими преградами течения опустошительной лавы войск его, ни, наконец, от пожара Москвы... „Лучше соглашусь питаться хлебом в недрах Сибири, нежели подписать стыд моего отечества“. Эти приснопамятные слова Императора Александра – слова царственного помазания: они дышат неземным величием! И при помощи Вождей, он, один он, несмотря на все колебания его союзников-недавних врагов, довел дело до конца. Только у стен вражеской столицы он сказал: „тяжба человечества выиграна“, и остановил победоносные войска. Париж трепетал, ожидая участи Москвы, но Александр принес ко врагам благодеяния мира, любви, и сам более всех заботился об участи покоренных. Ибо Господь, давний ему силу против несметных вражеских полчищ, есть Бог мира и любви и заповедал в своем Евангелии-щадить и любить врага. Александр был вполне преданным орудием силы Господней, и ничего так не желал как быть верным Господу. „Пожар Москвы“, писал он, „осветил мою душу, и суд Божий на ледяных полях наполнил мое сердце теплотой веры, какой я до тех пор не чувствовал: тогда я познал Бога“... И вот, из глубины этого Богу преданного и сильного Его силой сердца изливаются эти чудные священные слова: „не нам, не нам, но имени Твоему!“ Ему казалось мало изобразить их на хрупком металле: он хотел начертать их на твердынях мрамора я гранита, и вот, воздвигнутый вблизи священного Кремля величественный храм Христа Спасителя скоро будет немолчно возвещать грядущим поколениям, что сила Господня поразила грозного врага и спасла народ в годину испытаний. И до конца жизни Император Александр Благословенный сохранил живое чувство веры и преданности Провидению. И кончина его была подобна кончине праведника. „Наш ангел на небе“, – эти слова скорбной Елизаветы, помнят наши старцы, долгое время были на устах и в сердце всех оплакивавших его преждевременную кончину, – были гласом народа о царе своем. Да приимет же Благословенный от людей и в царствии Отца Небесного высокий венец благословенных (Мф. 15:84).

Возблагодарим и прославим Господа за то, что Он продолжает милость Свою с нами и дает добрым семенам посеянным благочестивыми царями нашими возрастание и плод на пользу нашу... Было время, когда взоры всех были устремлены на двух великих деятелей, в руках которых, казалось, были судьбы народов: в одном гениальные способности соединялись с упоением славы и непомерною гордостью и властолюбием; в другом истинное величие духа и дивная красота сердца покрывались глубоким

смирением и всецелою преданностью Провидению. Чье здание устоит прочно среди водоворота жизни и не разрушится? Чье делание будет благословенно Богом?... Прошло не более двух трех десятков лет,-и обнаружилось, что одно здание строено было на зыбком песке, другое-на прочном камне (Mф. 7:24–27). Что теперь осталось там от этих славных побед, от этого блеска человеческой славы? Вспоминаются слова пророка: видьх нечестиваю превозносящаея и высящася... и мимо идох, и се не бы, и взысках его, и не обрьтеся мьсто его (Пс. 36:36). Смиряя себя, вознесется (Лук. 18:19): благословение свыше почиет на деле смиренного Александра. Говорят, в последние годы его полную любви душу часто посещала скорбь о том, что он не мог совершить столько добра, сколько хотел... Возрадуйся, благословенная душа! Мощною рукой Императора Николая сохранен утвержденный Тобою порядок и в России, и в Европе, и упрочены все Твои благие начинания, а при соименном Тебе, Благочестивейшем Императоре нашем Александре Николаевиче, исполняются самые заветные желания Твоего сердца! Широко разливается во всей стране просвещение, творится суд гласный и скорый, цепи рабства пали навсегда, единоплеменные и единоверные народы из уз четырехвекового тяжкого плена вызываются к жизни и развитию... Что же открывается теперь взору веры?... И этот последний посмертный завет Императора Александра Благословенного, утвердивший наследие престола в роде Николая, торжественно читанный некогда нашим великим святителем-не явный ли он знак милости к нам Божией? Мысль о сем, давно возникшая в душе Александра, окончательно утверждалась в ней при рождении Первенца Николаева, теперь нашего возлюбленного Царя-Освободителя: что же это? Не внушенье ли она свыше сердцу жаждавшему добра России? И это, наконец, чудное совпадете нынешнего юбилейного дня со днем всенародной радости и ликования о славной победе над вековым врагом России и всего христианства – не знамение ли и оно пекущегося о нас Провиденья?..

Утверди Боже cиe, еже содьал ecu в нас. Возвесели силою Твоею Благочестивейшего Императора нашего Александра Николаевича. Дни на дни приложи Ему и лета Его до дне рода и рода (Пс. 108:4). Аминь.

* * *

1

Слова из Всемилостивейшего манифеста Императора Александра I при вступлении на престол.

2

Предзнаменованиям сим дает значение и приснопамятный святитель Филарет в слове над гробом Императора Александра I.

3

Выражение высокопр. митр. Платона в речи на коронование Императора. Александра I.


Источник: Христианское чтение. 1878. № 1-2. С. 276-282.

Комментарии для сайта Cackle