Азбука верыПравославная библиотекаБогослужениеПоследование ночных часов («Чин 12-ти псалмов»)


Е.П. Диаковский

Последование ночных часов («Чин 12-ти псалмов»)

I Чин II. Состав III. Взаимоотношение келейных и церковных служб

 

 

I. Чин

В древних Часословах, на ряду с изложением последования дневных часов и иных суточных служб, встречается также иногда и изложение особого «последования ночи» (ἀκολουθία της νοκτὸς), или «ночных часов», число которых доходит до 12-ти.

Следовательно, часы могут обнимать не только дневные, но и ночные службы, образуя свой особый круг суточного богослужения. Естественно возникает, поэтому вопросы какие же отношения существуют вообще между часами и остальными суточными службами, и, в частности, в каком взаимоотношении с этими службами должны находиться ночные часы?

1. Круг суточных служб. Историко-литургическое понятие «часа» по объему своему гораздо шире обычного круга часовых служб. Как показывают древние литургические памятники, название «час» нередко обозначало всякую вообще службу, приуроченную к определенному времени или часу дня и ночи, т. е. всякую вообще суточную службу. Отсюда и книга, содержащая последование суточного богослужения, получила название – «Часослов», Ωρολόγιον; а по-эфиопски (в издании Б. А. Тураева) она называется «книга молитвы часов» (мацхафа цапота [?] саатат).1

В греческих памятниках уже с 8-го века, т. е. почти со времени составления, книги суточных служб, ей усвояется название Ωρολόρον2 Это название иногда заменяется более полными названиями, еще выразительнее свидетельствующими о единстве суточного круга; каковы, например: «Ἀρχὴ σὺν Θεῷ τῶν προσευχῶν ἡμερονυκτιῶν»,3 или– «Ἀρχὴ σὺν Θεῷ τοῦ Ὡρολογίον, περιέχων τὴν ἀκολουθίαν τοῦ νυχθημέρου».4 Круг суточных служб начинается при этом или первым часом, или утреней, или же полунощницей. Первый час поставлен во главе суточных служб в древнейших и, по-видимому, наиболее типичных Часословах, как-то; в Син. № 863, в Афоно-Ватопед. № 350/984 (XII в.) и в эфиопском Часослове. «Чин коуросоглашения», или «чин заоутрени», предваряемой утренними молитвами, стоит первым в древнеславянских Часословах типа Син. № 12 (XII–XIII в.); причем первый час в них непосредственно примыкает к утрене, а остальные часы вместе с изобразительными объединяются в особый «чин часов», или «чин обедни», «обедници»; повечерие обычно называется «мефимоном», а полунощница или совершенно опускается, или же помещается в ряду ночных часов. Наконец, Часословы обычного типа начинают круг суточных служб с полунощницы.

Таким образом в древности под «часами» разумелись все вообще суточные службы, вошедшие в состав «Часослова». Правда, с давних пор за некоторыми суточными службами утвердились особые названия, как например: вечерня, повечерие, полунощница, петлоглашение, утреня. Однако и эти названия в древности являлись точно такими же техническими определениями суточного времени, как и часы, почему и заменялись иногда определенными часовыми указаниями; так, вечерня в некоторых памятниках относится к 10-му или 11-му часу, по церковному счету: повечерие в Син. № 863 прямо называется службою «εἰς τὴν πρώτην (ὥραν) ὀψὲ». А такие наименования, как «полунощница», «петлоглашение», и сами по себе служат достаточно ясными и точными определениями известных часов ночи.

Общность названия суточных служб вполне оправдывается и единством их построения, определенно засвидетельствованным многочисленными памятниками, начиная с древнейших, соборно-песненных, и кончая более поздними, монастырскими. Так, уже паломница IV века, Сильвия Аквитанка, весьма определенно и с особенной настойчивостью указывает на однородность построения иерусалимского суточного богослужения её времени. Сказавши предварительно о полночно-утреннем богослужении, она непосредственно продолжает: «в шестой час все подобным образом сходят в Воскресение, поют псалмы и антифоны, пока не известят епископа; он так же (similiter) сходит –– затем так же прежде всего читает молитву ––, все подобным же образом подходят к его руке. То же делается и на девятом часе. –– В десятый же час (что зовется здесь licinicon, а мы называем вечерня) подобным же образом все собираются в Воскресение –– поются песни и антифоны –– произносит молитву епископ –– и благословляет (оглашенных и) верных. –– И все начинают подходить к руке епископа».5 «В третий час (во дни 40-цы) –– совершается все, что во весь год совершается в шестой час».6 «Такая служба правится ежедневно в течении шести дней у Креста и в Воскресении».7 Воскресное ночное бдение (служба «петлоглашения») отличается от повседневных служб лишь чтением евангелия о воскресении Господнем и большей торжественностью обстановки. Даже литургия, заменяющая по воскресениям службу часов, под конец переходит в богослужение обычного повседневного строя.8 Об особой службе «повечерия» паломница вовсе не говорит, а полунощницу описывает, как частную службу, совершавшуюся без епископа, при главном участии монашествующих.

Позднейшие соборно-песненные памятники вполне подтверждают свидетельство Паломничества об однородности построения суточных служб.

С полной убедительностью говорят об этом и представители монастырского многопсалмия.

Общая схема 12-типсалмных суточных служб по эфиопскому Часослову наглядно до очевидности показывает, насколько сходны между собой все эфиопские суточные службы.9 На это сходство указывает и их заглавие: оно читается так: «Во имя Св. Троицы начинаем с помощью Божиею и благостию дарования Его, пишуще седмь молитв часов дне и нощи». Таким образом в эфиопском Часослове все суточные службы, как дневные, так и ночные, объединяются, под общим наименованием «часов», и тем самым предопределяется их взаимное сродство. Между прочим здесь повечерие, или по-эфиопски «молитва сна», вместе с вечерней причисляется к дневным службам; а к ночным службам, кроме полунощницы, отнесены еще: «молитва в 3-й час ночи» и «молитва при пении петуха», в своей совокупности соответствующие нашей утрени.

Еще больше бросается в глаза сходство построения, суточных служб в Син. № 863. Чин службы εἰς τὰ ἐσπερινὰ (вечерня) и εἰς τὴν πρώτην (ὥραν) ὀψὲ (повечерие), по этому памятнику, вполне совпадает с чином часов; причем вечерняя песнь «Свете тихий» занимает место тропаря и находятся в соответствии с такими тропарями-молитвами часов, как «Христе свете», «Господи, иже пресвятаго Твоего Духа» и т. под.; а «Сподоби, Господи, в вечер сей», с троекратным «Благословен еси, Господи, научи мя оправданием Твоим», в свою очередь, соответствует избранным стихам-тропарям из псалмов, каковы на первом часе стихи – «Стопы моя направи». На повечерии тропарем службы является, по-видимому, стих «С нами Бог»; а в качестве избранных стихов приведены: Пс. 54:18 (повторяется трижды), и Пс. 73:19.10

2. Многочисленность суточных служб. При переходе от монастырских многопсалмий к трипсалмиям с их разновидностями, мысль об однородности суточных служб начинает несколько колебаться, не смотря на видимое взаимное сходство монастырских трипсалмных последований. Колебание эго вызывается, главным образом, крайней сложностью монастырской трипсалмной системы, включающей в свой объем слишком много отдельных суточных служб. Невольно зарождается сомнение в единстве их происхождения.

Отличительную особенность монастырских трипсалмных служб составляет система почасий, нашедшая в них широкое применение. Каждая служба монастырского трипсалмного строя (допускающего, впрочем, и шестопсалмие, как соединение двух трипсалмий) подразделяется на две, а иногда на три и даже на четыре части, благодаря чему количество суточных последований значительно возрастает и доходит до 24-х последований, в соответствие 24-м суточным часам.

Впрочем бывают и исключения. Так, древнеславянские Часословы знакомят нас с монастырским суточным богослужением трипсалмного строя, состоящим только из трех последований, с тремя отдельными службами в каждом. Получается всего девять суточных служб, из которых первые три относятся к утреннему богослужению, или «чину заоутрени» (служба «воставше от сна», утреня и первый час), следующие три – к «чину обедни», или «чину часов» (часы: третий, шестой и девятый с изобразительными), и, наконец, три последние – к вечернему богослужению («чин вечерни», «чин мефимона» и вечерние молитвы). О ночных службах вообще и, в частности, о полунощнице Часословы данной редакции (Типогр. №№ 46, 47, 48 и Синод. № 431) совершенно умалчивают, несмотря на то, что им хорошо известны все суточные молитвы (за исключением полунощной) св. Василия, поставляющие суточное богослужение в связь со служением девяти чинов ангельских,11 причем молитва полунощницы говорит о «святых ангелах последней иерархии и украшении». Некоторые из этих Часословов (№ 47) опускают также утренние и вечерние молитвы. По-видимому, мы имеем дело с Часословами, приспособленными преимущественно для церковно-приходского употребления.

Совершенно иным характером отличаются родственные им древнеславянские Часословы Синайский (№ 12) и Софийский (№ 1052). Это Часословы, предназначавшиеся для монастырского обихода. Здесь кроме дневных утренних, полуденных и вечерних – служб есть и ночные службы. Дневные службы распределяются так же, как и в упомянутых выше Часословах, разделяясь на три последования. Но последования эти значительно усложняются. Утренние молитвы по Соф. 1052 являются в виде вполне развитой в законченной службы. После предварительных молитвословий и Символа веры полагается четыре псалма (107, 126, 127, 121), говорящих о сердечной готовности к молитвенному подвигу. Далее – Трисвятое, и – по «Отче наш» – три тропаря: после них – семь молитв; и затем уже следует утреня и первый час с почасием. Все остальные часы также имеют почасия. А после вечерни и повечерия, соответствующего одной первой части обычного великого повечерия, излагается «Чин како подобает пети нощныя часы», тожественный с нынешним «Чином, како подобает пети 12 псалмов особь, ихже пояху преподобнии отцы пустыннии, во дни и в нощи»

Чин ночных часов точно так же, как и чин 12 псалмов, распадается на четыре части, или на четыре «часа ночи». Каждая из этих частей, или каждый час, точно так же состоит из трех псалмов и трех тропарей (после «Отче наш»). Но кроме того здесь после тропарей положено еще по одной молитве, чего нет в чине 12-ти псалмов. На четвертом часе, после молитвы, следует «Слава в вышних Богу, –– таж: Господи прибежище был еси, –– и Сподоби Господи сию нощь без греха, –– таж поканьна наставшаго гласа» со стихами: «Се ныне благословите Господа» и «В нощех въздежете рукы ваша», – и со «Слава и ныне·. Далее опять – Трисвятое, и – по «Отче наш» – тропари Спасителю, Богородице, Архистратигу, Иоанну Крестителю и всем святым; всего 15 тропарей. После тропарей идут молитвы: «И даждь нам, Владыко» (см. на повечерии), «Величая величаю Тя» (см. на субб. полунощнице), особое троекратное молитвенное обращение – «Господи, помилуй оскверньшюся страстьми житья сего дшю мою» – и, наконец, «молитва за вся крестьяны», которою чин оканчивается.

Следующий затем «чин полунощный» приближается к обычной полунощнице, хотя и сохраняет значительные особенности. По субботам и воскресениям он, как и обычная полунощница, видоизменяется, но не настолько, как нынешняя полунощница: меняется только одна из молитв и часть тропарей; остальной состав и весь вообще строй остается при этом без изменений.

Полунощница заключает круг суточных служб. Судя по характеру и строю, все эти службы предназначались преимущественно для совершения в общих собраниях. Даже служба «по возстании от ложа» и «нощныя часы» не исключают возможности церковного употребления; в их чинопоследованиях на ряду с молитвословиями келейного характера стоят и молитвы общецерковного содержания. Вместе с тем они тесно примыкают к таким бесспорно общецерковным последованиям, как утреня или полунощница, в совершении которой (в субботу), по свидетельству рассматриваемого памятника, участвуют «поп» и «людие». Следовательно, здесь мы имеем проникнутую одним характером и вполне законченную систему богослужения, обнимающую в общей сложности не менее 18-ти служб (с почасиями включительно); причем ночные службы находятся в непосредственной связи с остальными службами – утренними, дневными и вечерними.

В такой же тесной взаимной связи находится последование дневных и ночных служб, излагаемое в греческом Типиконе Ватикан. № 1877 (1292 г.) и в Часословах Афоно-Ватопед. 350 и Синайском 865.

Ватикан. 1877 излагает любопытный состав и порядок великопостных суточных служб. Изложение начинается с полунощницы, состоящей из 17-й кафизмы, трех тропарей после «Отче наш», Господи помилуй 40 и молитвы «Иже на всякое время», после которой бывает отпуст. За полунощницей следует утреня, далее – однопсалмные часы песненного трех-антифонного строя,12 затем вечерня и повечерие. О междочасиях нет речи; но зато повечерие разрастается здесь в сложное бдение, по составу своему соответствующее повечерию с «нощными часами», изложенному в Соф. 1052. После псалма 50-го полагается канон, а затем – Трисвятое, по Отче наш – отпустительный тропарь, Господи помилуй 12 и молитва «Вседержителю Владыко» с коленопреклонением. Далее – «Приидите поклонимся» 2, – «и начинают читать 12 псалмов». Последование 12 псалмов не имеет ни тропарей, ни молитв и распадается на два шестопсалмия, между которыми положено Трисвятое, Отче наш, Господи помилуй 12 и Приидите поклонимся 2. В свою очередь каждое шестопсалмие чтением «Слава и ныне» и троекратным Аллилуйя подразделяется на два трипсалмия. После 12-го псалма непосредственно следует «Слава в вышних Богу», «Господи, прибежище», Трисвятое, Отче наш, тропарь и богородичен, Господи помилуй 12, молитва «Господи Вседержителю» и отпуст: «Сый благословен», которым повечерие оканчивается.13 – Таким образом общий строй повечерия здесь тот же, что и в Соф. 1052.

Афоно-Ватопедский Часослов должен бы начинаться первыми часом, но, за утратой начальных листов, начинается концом тропаря третьего часа («благий не отыми от нас»...) и оканчивается утреней. Все часы имеют по одному почасию и заключаются изобразительными, от которых уцелело только начало. Вечерня совершенно утрачена. Повечерие, или – по памятнику – «обычные молитвы преднощных пений» (τῶν προνυκτίων ὕμνων), состоит из трех частей; из них вторая и третья части имеют значительные особенности. За повечерием следуют две ночные службы – αἱ λιταὶ τῆς εὐφρόνης. После этих служб, по составу молитвословий и по чину родственных «ночным часам», идет особая полунощница, кроме пс. 118-го не имеющая ничего общего с нынешней. К полунощнице, в виде её почасия, примыкает четвертая ночная служба, или четвертый ночной час, в свою очередь соединяющийся с кратким последованием об усопших, отчасти напоминающим вторую часть обычной полунощницы, и – с молитвословиями «о всех согрешениях». Затем положена имеющая связь с ночными часами служба «возставше от сна» и, наконец, утреня. – В общей сложности получается около 20-ти дневных и ночных служб, представляющих связанную систему. При этом полунощница совершенно сливается с так называемыми ночными часами.

Напротив, Синайский Часослов № 865 знакомит нас с полунощницей, заключающей в себе едва ли не полную систему ночных часов. Он излагает две полунощницы – вседневную и «иную, поемую в субботу и воскресение». Эти две полунощницы стоять в начале Часослова. Каждая из них распадается на четыре части; в каждой части – по три тропаря и по две, а во второй полунощнице – по одной молитве; кроме того, в начале каждой службы положено по три тропаря. Таким образом, обе полунощницы заключают в себе 30 тропарей, из которых только два повторяются, и – 12 молитв. Подобного обилия и разнообразия молитвословий не имеют даже специальные последования ночных часов. Надо думать, поэтому, что рассматриваемые полунощницы являются в сущности особыми последованиями ночных часов, и что самое подразделение их на два вида допущено, прежде всего, с целью возможно полнее использовать молитвенный материал ночных часов. По крайней мере, большая часть тропарей и молитв, входящих в состав этих полунощниц, входит и в состав ночных часов. После полунощниц следует утреня, а за нею – «чин дневных молитв», или часов с почасиями. Вследствие утраты листов, не достает почасия девятого часа, изобразительных, вечерни и начала повечерия. Повечерие отличается обилием тропарей и молитв. Оканчивается Часослов особым «почасием ночи (μεσώριον τῆς νοκτὸς), поемым в третий час ночи». Это – один из ночных часов. Положенные на нем тропари встречаются также в начале второй полунощницы.

3 Выделение междочасий и ночных часов. На основании рассмотренных памятников можно бы, пожалуй, прийти к выводу, что т. н. «последования ночи», или ночные часы находятся в самой близкой родственной связи с остальными суточными службами и составляют с ними одно неразрывное целое. Но против такого вывода говорит уже самое количество дневных и ночных служб, взятых вместе. Круг суточного богослужения заключал бы тогда в себе до 24 служб; причем некоторые из них, требуя для своего совершения более одного часа, делали бы чрез это невозможным самое выполнение суточного богослужебного круга, состоящего из 24 служб.

Итак, самая невозможность осуществить во всей полноте подобный круг богослужения свидетельствует, что в данном случае мы имеем дело не с цельной и неразрывной богослужебной системой, а с кругом сводным, составным, образовавшимся из двух или нескольких систем.

Наглядное подтверждение этой мысли мы находим в Син. № 868 (XIII–XIV в.). Общее количество дневных и ночных служб, по этому памятнику, простирается до 34-х. Конечно, не может быть и речи о рядовом исполнении их. Очевидно, здесь соединены разные системы. И памятник дает ключ к их разграничению.

За утратой первых листов, Часослов начинается заключительной молитвой почасия 1-го часа. Каждый час кончается отпустом, и затем следует трехчастное почасие, представляющее соединение трех однопсалмных последований. Изобразительные примыкают к почасию 6-го часа и после «чина о панагии» (без обряда «возвышения»), подобно часам, имеют отпуст. Далее идут: девятый час и его почасие, вечерня, повечерие в составе одной первой части, с отпустом, и почасие повечерия (μεσώριον τῶν ἀποδείπνων), по своему составу соответствующее второй части обычного повечерия, или малому повечерию; а затем начинается «последование ночи» (ἀκολουθία τῆς νυκτὸς), состоящее из 12-ти однопсалмных, часов и полунощницы (τῶν μεσονυκτινῶν ὕμνων).

Здесь вполне ясно обозначаются два типа служб – службы однопсалмные и службы трипсалмные или шестопсалмные. К первым относятся дневные почасия и ночные часы, ко вторым – дневные часы с изобразительными, «почасие повечерия» и полунощница, а также службы шестопсалмные, т. е. утреня, вечерня и повечерие (первая часть) Трипсалмные и шестопсалмные службы сами по себе составляют полную и совершенно законченную суточную систему. Однопсалмные службы являются уже усугублением этой системы, применимым, конечно, только в келейном обиходе. И, несомненно, рассматриваемые однопсалмные службы предназначались, если не исключительно, то главным образом для келейного употребления; а потому каждая, из трипсалмных и шестопсалмных служб, имеющих церковный характер и назначение, и отграничивается от служб однопсалмных особым отпустом (καί ἀπόλυσις, – καὶ ἀπολύει).

Как ночные часы, так и дневные междочасия состоят из 12-ти однопсалмных служб; причем междочасия, в соответствие четырем дневным часам, делятся на четыре части, по три службы в каждой части. Таким образом в Син. 868 излагается последование, состоящее из 24-х однопсалмных служб. Последование это представляет совершенно самостоятельную и вполне законченную систему. Самостоятельность её с полной очевидностью устанавливается в Афин. 7/67 (X в.), где соответствующая система изложена отдельно, вне всякой связи с другими суточными службами.

Памятник указывает одни только псалмы, которые подразделяются на κανόνες ἡμερινῶν ψαλμῶν, куда отнесены три особых «утренних» псалма (ὀρθρινοί) и псалмы 12 дневных часов, и на κανόνες νυκτερινῶν ψαλμῶν, подразделяющихся на «светильничные», или вечерние псалмы (λυχνικοὶ) и на псалмы 12-ти ночных часов.14 Почти все псалмы дневных часов и большая часть ночных совпадает с псалмами дневных почасий и ночных часов, указанными в Син. 868. Отсюда с несомненностью следует тот вывод, что почасия и ночные часы в Син. 868 представляют такую же однородную и связанную систему, как и «каноны дневных и ночных псалмов» в Афин. 7, и что как последние, так и первые принадлежат к особой, келлиотской системе суточных служб и могли употребляться самостоятельно и независимо от обычных церковных служб (в келлиотском обиходе), или же составлять особое домашнее добавление к ним.

4. Чин 12-ти псалмов. Обращает на себя внимание ясно и последовательно проведенное в них двенадцатичасовое и, за немногими исключениями, двенадцатипсалмное деление. Оно указывает на близкую родственную связь рассматриваемой системы с известным анахоретским чином 12-ти псалмов, который, по древнему преданию, чудесно сообщен был ангелом. – В виду этого, отмеченное выше совпадение чина ночных часов, по Соф. 1052, с нынешним чином 12-ти псалмов не должно казаться случайностью: оно – явление вполне естественное и обусловливается взаимной органической связью между обоими чинами. Их можно даже отожествить. А близкое родство ночных часов с дневными почасиями заставляет присоединить и почасия к системе 12-ти псалмов. Чин 12-ти псалмов лежит в основе и тех, и других последований – и ночных часов, и дневных почасий.

В противоположность трипсалмным и шестопсалмным последованиям, развившимся на общецерковной соборно-песненной почве, чин 12-ти псалмов возник и развился в условиях келлиотской жизни. По свидетельству преп. И. Кассиана, он зародился в Египте и оттуда постепенно распространился по всему христианскому Востоку и Западу, где вошел в близкое соприкосновение с общецерковными последованиями, и в особенности – с часами. Близость эта не прошла бесследно ни для келейных, ни для соборных служб, и породила бесконечное разнообразие смешанных последований монастырского строя.

Среди этого разнообразия отчетливо выделяются как часовые последования, окончательно сложившиеся под влиянием 12-типсалмия, так и последования 12 псалмов, принявшие форму часовых служб.

К последованиям первого рода относятся, прежде всего, службы египетского копто-эфиопского Часослова, из которых каждая содержит в себе по 12-ти псалмов, затем – многопсалмные службы древнего палестино-саввинского Часослова (Син. № 863) и, наконец, западные «канонические часы» – horae canonicae. В этих памятниках проявилось внутреннее органическое слияние правила псалмопения с часами.

В других случаях, напротив, замечается лишь простое внешне-механическое, чисто-формальное соединение 12-типсалмия с часовыми последованиями. А так как в египетских монастырях чин 12-ти псалмов приурочивался или к вечернему, или же к ночному времени, то и в системе часовых служб он – с одной стороны – приурочивается к ночи, образуя особое «последование ночи», или «ночные часы», – с другой стороны – примыкает к дневным часам, в виде особых «почасий», или междочасий. При этом 12-типсалмие первоначально ставится в полное соответствие с 12-ю часами дня в ночи, и таким образом получается система 24-х суточных однопсалмных служб. Но с течением времени, под влиянием трипсалмных часов, чин 12-ти псалмов точно так же подразделяется на трипсалмия, из которых каждое приурочивается к определенному часу дня или ночи.

Однако, вследствие соединения чина 12 псалмов с системой часовых служб, число дневных и особенно ночных последований возросло настолько, что выполнение их становилось доступным разве только обителям неусыпающих. Явилась необходимость сократить количество служб. С этою целью 12 дневных псалмов, образовавших почасия, отнесены были к одиночным, келейным службам; ночной «чин 12 псалмов» в свою очередь выделился в особое келейное последование, а избыток тропарей, нашел себе место на утрене в качестве «седальных» и «троичных».

Так перерождался и частью вырождался чин 12-ти псалмов, в свое время несомненно оказавший громадное влияние на выработку суточных служб, а теперь превратившийся в малоизвестное келейное правило.15

II. Состав

Чтобы глубже понять и нагляднее представить судьбу келлиотского чина 12 псалмов в связи с общецерковными последованиями, рассмотрим, каков был его состав, т. е. какие псалмы, тропари и молитвы входили в него, по древним литургическим памятникам.

5. Псалмы. Наиболее древнее, хотя и недостаточно определенное указание на чин 12 псалмов мы находим в Синайском Часослове VIII–IX в. № 864. Рукопись сохранилась лишь в отрывке и начинается псалмами 9-го часа; причем ряд псалмов прерывается особым знаком деления (=SSSSS=), после которого следует 12 псалмов, тремя «Слава"-ми разделенных на 4 части, по три псалма в каждой. Далее приводятся два богородичных тропаря; непосредственно за ними идут два «канона полунощных», с особыми покаянными припевами и тропарями, по содержанию своему приуроченными к полночному времени; а затем излагается особое «последование полунощницы».

Из сопоставления с другими памятниками оказывается, что 9-й час соединился здесь с чином 12-ти псалмов. В самом деле, остановимся на псалмах 9-го часа. По Син. № 864, псалмы эти следующие: 83, 84, 85, 68, 112, 110, 120 =SSSSS= 74, 29, 54 + 5, 7, 40 + 31, 80, 81 + 93, 104, 56.

Все эти псалмы, за исключением обычных псалмов 9-го часа и псалма 93-го, встречаются и в несомненных чинах 12 псалмов. А именно, они с самыми незначительными изменениями перечисляются, как «κανόνες νυκτερινῶν ψαλμῶν», в Афинской Псалтири X в., № 7/67, где приводится наиболее наглядно и отчетливо выраженная система келейного псалмопения, приуроченного к 12 часам дня и ночи. Псалмы расположены в следующем порядке.

Κανόνες ἡμερινῶν ψαλμῶν.

Утренних три; 60, 141, 61.

Часы: I, 8; II, 29; III, 30; IV, 41; V, 50; VI, 6; VII, 65, 69; VIII, 84, 81; IX, 114, 111; X, 150; XI, 110; XII, 120.

Κανόνες νυκτερινῶν ψαλμῶν.

Вечерних («светильничных») три: 120, 140, 112.

Часы: I. 74, 14; II. 29; III. 54; IV. 5; V. 7; VI. 40; VII. 31; VIII. 8; IX. 51; X. 95; XI. 104; XII. 55.16

По сравнению с предыдущим памятником здесь лишь та разница, что вместо пс. 110 поставлен пс. 140, вм. 80–8. вм. 81–51, вм. 93–95 и вм. 56–55; причем порядок остается неизменным. Очевидно, перед нами последования совершенно однородные, и только неполнота синайской рукописи лишает нас возможности установить ближайшее родство между рассматриваемыми памятниками.

Заслуживает внимания выражение «κανόνες ψαλμῶν» равнозначащее выражению «κανὼν τῆς ψαλμωδίας» в свою очередь вызывающему на сопоставление с употребительным ныне в церковно-богослужебном языке наименованием «канон».

Изложенная в Афинской Псалтири схема псалмопения находит живое воплощение в последовании дневных и ночных часов, находящемся в Синайском Часослове № 868. Здесь каждому псалму предшествует «Приидите поклонимся» 3, а после псалма произносится «Слава и ныне», Трисвятое, «Отче наш», затем следует тропарь, «Слава и ныне» – богородичен, Господи помилуй 40, поклоны и молитва. Таким образом, каждый в отдельности псалом является средоточием особой службы, сходной по чину с однопсалмными почасиями. И, в частности, правило дневного псалмопения является здесь именно в виде особых трехчастных почасий. Однако истинная природа этих почасий легко обнаружится, если мы рассмотрим состав их псалмов.

За утратой первого часа в рукописи, начнем с почасия третьего часа. На почасии третьего часа положены псалмы: 41, 39, 6, на почасии шестого часа: 65, 76, 114; и на почасии девятого часа: 150, 110, 111. Из них только пс. 39 и 76 не встречают себе соответствия в приведенных выше «правилах» (κανόνες) дневных псалмов», все же остальные псалмы не отступают даже от порядка, указанного в этих правилах.

Точно также и псалмы ночных часов, входящих в состав «последования ночи», находятся в полном соответствии с вышеприведенными «канонами ночных псалмов», а равно с псалмами 9-го часа по Син. 864. Для двенадцати ночных часов Син. 868 последовательно указывает псалмы. 74, 26, 55, 101, 7, 40, 31, 80, 91, 6, 95 и 56 с 69-м. Из этих 13 псалмов только 5 псалмов не находят себе соответствия в упомянутых памятниках. – «Последование полунощных пений» входит в «последование ночи», как его неотъемлемая часть, но вместо одного псалма имеет пс. 118-й и молитвы царей Езекии и Манассии.

Чин 12-ти псалмов, вошедший, как составная часть в великопостное повечерие – по Ватик. 1877, – заключает в себе псалмы: 29, 30, 31: 34, 39, 40; 43, 60, 69, 70, 76, 139. Сходство этого последования с трипсалмными и шестопсалмными службами состоит лишь в том, что оно Трисвятым и молитвой Господней делится на два шестопсалмия, которые в свою очередь краткими славословиями подразделяются на трипсалмии, без тропарей и молитв. Из перечисленных в нем псалмов только псалмы 34 и 43 не встречаются в других 12-типсалмиях.

Дальнейший шаг по пути сближения правила псалмопения с чином часов представляет Синайский Часослов № 870 (XIII в.). Здесь чин дневного псалмопения в виде почасий делится на однопсалмные, двупсалмные и трипсалмные последования. Первый час имеет одно трипсалмное почасие. Остальные часы имеют по два почасия; из них почасия 1-го часа оба двупсалмные; двупсалмным же является и первое почасие 6-го часа, тогда как второе имеет только один псалом: наконец, из двух почасий 9-го часа первое имеет два псалма, а второе представляет соединение двух двупсалмий. Всего получается восемь более или менее различных по форме почасий. Псалмы указываются следующие: I. 91, 93, 94; III а) 10, 11; б) 26, 27; VI а) 40, 41; б) 42; IX а) 14, 15: б) 55, 114; бб) 122, 123. Из этих 16 псалмов 6 псалмов (91, 93, 26, 40, 14 и 55) мы встречали выше в правилах ночного псалмопения, а два (41 и 114) – в «канонах дневных псалмов», по Афин. 7 и Син. 868. Родство рассматриваемых почасий с правилами дневного и ночного псалмопения, кроме совпадения псалмов, подтверждается еще, как увидим ниже, и совпадением тропарей. – За утратой последних листов, Часослов обрывается на повечерии, и мы не можем судить о составе ночных последований. Между тем состав их, судя по составу Часослова, не говорящего даже о вечерне, мог бы оказаться весьма любопытным. Возможно даже, что повечерием и заканчивался круг суточных служб по этому Часослову, и здесь, таким образом, опускалась не только вечерня, но и утреня, а равно и полунощница.

В других известных нам памятниках чин дневного и ночного псалмопения окончательно усвояет себе форму трипсалмных почасий и нередко даже совсем с ними сливается; а иногда выделяет еще и особые ночные последования того же типа почасий. При слиянии келейного правила с почасиями, избыток молитвословий переуступается часам, повечерию, полунощнице или утрене.

Кроме рассмотренных случаев, особые ночные последования встречаются еще, как мы знаем, в Часословах: Афоно-Ватопедском № 350, в Синайском № 865, и в слав. Часослове Соф. б-ки (при Спб. Дух. Акад.) № 1052.

Ватопед. 350/984 для сохранившихся трех почасий (за исключением первого) указывает псалмы: III. 27, 50, 142; VI. 34, 60, 63: IX. 21, 68, 69; а для «молитв ночи» назначает: 55, 139, 140, – 40, 101, 138, – 6, 31, 76, – 86, 41. Из дневных псалмов раньше встречались только 27 (Син. 868), 50, 60 и 69 (Афин. 7); из ночных 55, 40, 101, 6 и 31 (Син. 868 и Афин. 7); пс. 41 и 76, а также 6 в Син. 868 помещены в числе дневных (на междочасиях).

В Син. 865 для всех почасий указаны обычные псалмы (I. 45, 91, 92; III. 29, 31, 60; VI. 55, 56, 69); почасие 9-го часа (с псалмами 112, 137, 139) утрачено в рукописи. К псалмам почасий первого и третьего часа прибавляется еще пс. 50. Из этих псалмов только два (60 и 69), а с 50-м три псалма встречались нам среди дневных псалмов (в Ватопед. 350); из остальных псалмов семь, а с пс. 69 даже восемь псалмов (91, 29, 31, 55, 56, 69, 112 и 139) мы находим в ночных последованиях. Что касается ночных служб, то памятник излагает две полунощницы – вседневную и субботнюю, с обычными кафизмами (17-й и 9-й), но с особым составом тропарей и молитв, среди которых находится шесть молитв, по Син. 868 читавшихся на ночных часах. Кроме полунощниц, памятник приводит еще особое «почасие ночи, поемое в 3-й час ночи», с тремя псалмами, положенными в Син. 868 на первых трех ночных часах (74, 26 и 55).

Большой интерес представляет Соф. 1052 (XIV–XV в.). Изложивши почасия особого состава и с особыми псалмами (I. 91, 112, 45; III. 18, 32, 60; VI. 2, 58, 21; IX. 98, 115, 68), памятник вместе с тем излагает и особый, почти тожественный с известным у нас «Чином 12-ти псалмов». «Чин, како подобает пети нощныя часы». Здесь указаны следующие псалмы: I. 26, 31, 56; II. 37, 38, 40; III. 69, 70, 76; IV. 101, молитва Манассии и пс. 50; затем – после тропарей и молитвы – великое славословие, а в самом конце – молитва Евстратия. – По сравнению с нашим чином 12-ти псалмов здесь разница лишь в том, что вместо пс. 33 стоит пс. 37 и прибавлен пс. 50. Несомненно, оба чина представляют одно и то же последование; чем неопровержимо доказывается тожество «ночных часов» с «Чином 12 псалмов». В свою очередь, близкая связь ночных часов с почасиями заставляет видеть в последних «Чин 12 дневных псалмов». Судя по всем данным, чин дневных почасий мог совпадать с «Чином» ночных часов, и свидетельство об этом нашего обычного «Чина 12 псалмов» («ихже пояху во дни и в нощи») имеет полное историческое основание. Хотя, несомненно, бывали и разные чины как дневного, так и ночного псалмопения; это подтверждается всеми теми памятниками, где на ряду положены почасия и ночные часы.

Такие выводы находят для себя подтверждение не только в составе келейных псалмов, но и в составе тропарей и молитв.

6. Тропари. Син. 864 после 19 псалмов девятого часа приводит только два богородичных Тропаря («Во чреве яко невместимыя Троицы, богоотроковице Марие» и «Яже во чреве Слово вместившая») непосредственно за ними идут два полунощных канона, являющихся, по-видимому, продолжением одного и того же последования. За недостатком данных, мы пока лишены возможности установить подлинное отношение этих канонов к известным нам последованиям ночи, или ночным часам, иначе – «канону псалмопения»; тем не менее указанные «каноны» несомненно состоят в близкой связи с ним. Тропари полунощных канонов сопровождаются особыми припевами и по содержанию своему приурочены к полночному времени. После канонов положены особые стихиры, по смыслу соответствующие молитвословиям перед отходом ко сну. Далее следует особая полунощница. Начинается она молитвами царей Езекии и Манассии и псалмом 90-м, свойственными более повечерию, затем – Аллилуйя с обычными утренними стихами из Исаии (26:9, 11, 15), и – «троичный гимн» «Се жених грядет»; потом пс. 118 (17-я кафизма), а после него – особые седальны и богородичны, с тропарями, очень напоминающие тропари ночных часов.

Итак, начиная 19-ю псалмами девятого часа и кончая упомянутыми седальными, богородичными и иными тропарями полунощницы, идет как бы одно непрерывное последование ночи, находящееся в связи с известными уже нам «канонами ночных псалмов», которым вполне соответствует состав псалмов данного последования.

В частности, присутствие седальных является здесь вполне уместным. Нужно заметить, что название «седален» – κάθισμα вовсе не указывает на обычай сидеть при исполнении песнопений этого рода. Седальны своим названием естественно обращают нашу мысль к египетскому псалмопению, во время которого обычно сидели, поднимаясь лишь для совершения кратких молитвословий Этим-то кратким неседальным молитвословиям и соответствуют наши седальны и тропари ночных часов Следовательно, седальными называются тропари, приуроченные к псалмам-кафизмам; и название их указывает на эту именно связь. Содержание седальных вполне подтверждает такое толкование: «умилительные» по своему характеру, они нередко говорят о покаянных коленопреклонениях,17 что совершенно несовместимо с седальным исполнением в буквальном смысле. А потому скорее можно видеть в них первичное зерно «акафистного пения» с его кондаками и икосами, с которыми иные седальны сходны даже и по форме.18

Син. 868 представляет правильное чередование псалмов с тропарями и молитвами; причем каждому из первых шести псалмов сопутствуют тропарь с богородичным и – молитва, а для остальных шести псалмов указываются только молитвы. Тропари приведены следующие: I. глас 1, «В беззакониях зачат есмь аз блудный» (почасие 1 ч. Син. 870; ныне сед. понед) и «Твое предстательство имуще пречистая» (поч. 9 ч. Син. 868; ныне богородичен отпуст.); II. гл. 1, «Аще праведник едва спасается» (поч. 9 ч. Син. 868; сед. понед.) и «Заченши неопально огнь божества» (богород. отпуст.); III. гл. 1, «Объятия отча отверсти ми потщися» (сед. вторн.) и «Чудо чудес благодатная» (богород. отпуст.); IV. гл. 1, «Егда приидеши, Боже, на землю со славою» (служба по вся дни, кондак; сн. чин 12 псс.) и «Пречистая Богородице, на небесех благословенная» (богород. отп.); V. гл. 2, «Аз есмь древо неплодное Господи» (почасие 1 ч. Син. 870; сед. понед.) и «Божественнаго быхом общницы естества» (почасие 6 ч. Син. 868, богород. отп.); VI. гл. 3, «Живущи на земли душе моя покайся» (сед. вторн.) и «Прибежище и сила наша Богородице» (повечерие Син. 865; богор. отп.). – Полунощница, (гл. 8) «Яко судии предстоящу, попецыся душе» (сед. понед.) и «Се жених грядет». – Остальные шесть часов (VII–XII) тропарей не имеют.

Ватопед. 350 для каждого из ночных последований указывает по три тропаря в следующем порядке: I. гл. 2, «Яко волны морския восташа на мя беззакония моя» (почасие 1 ч. Син. 870; сед. понед), «Аз есмь древо неплодное Господи» (там же) и «Беззаконий моих, Христе Боже, видя множество, враг победити уповает ими благость твою» (пол-ца Син. 865); II. гл. 5, «Тебе седящу на судилищи и человеческая испытующу», «Аз есмь овча заблудшее, Господи» и «На одре лежа грехов многих» (сед. вторн.); III. гл. 6, «Во юдоли плачевне» (чин 12 пс., сед. понед.), «Мудрых дев бодрственное даруй ми Господи (пол-ца Соф. 1052; сед. вторн ) и «Всесвятая Богородице, во время живота моего не остави мене» (повечерие); IV. гл. 6, «Помысливши душе страшному предстояше судищу», «Грехов болезнью разслабленный» и «Многая множества моих, Богородице, прегрешений» (повеч.); V. полунощница, гл. 4, «Всю мою жизнь поработих греху», «Ослаблен есмь сном уныния"и «Помрачение тяжкаго греха»; VI. гл. 2 «Помяни, Господи, яко благ, рабы твои» (полун-ца), «Возвесели, Господи, со набранными рабами твоими», гл. 8 – «Со святыми упокой» (пол-ца) и «Тебе и стену и пристанище имамы» (почасие 3 ч. Син. 868); VII. гл. 7, «Имущи душе моя врачевство покаяния» (почасие 9 ч. Син. 870; сед. понед.) и «Мытареву покаянию не поревновах» (сед. понед.); VIII. гл. 8, «Яко судии предстоящу» (пол-ца Син. 868; сед. понед), «Оком благоутробным» (почасие 9 ч. Син. 870; сед. понед.) и «Владычице, приими молитвы раб твоих».

Ватикан. 1877 для великопостной полунощницы назначает всего три тропаря: «Помилуй нас, Господи, помилуй нас», «Милосердия» и «Многая множества», а в заключении повечерия, после 12-ти псалмов, приводит тропарь «Боже отец наших» и богородичен «Не умолчим».

В «Чине, како подобает пети нощные часы», по Соф. 1052, – согласно с обычным «Чином, како подобает пети 12 псалмов особь», – указываются следующие тропари: I. гл. 1, «Объятия отча», «Егда приидеши, Боже» и «Матерь тя Божию»; II. гл. 4, «Смиренную мою душу» (почасие 3 ч. Син. 870), «Все житие мое» и «К Богородице прилежно» (почасие 6 ч. Син. 865); III. гл. 6, «Помышляю день страшный» (3 час Син. 863; сед. понед.), «Во юдоли плачевне» (см. выше Ватоп. 350) и «Милосердия двери» (почасие 1 ч. и друг.); IV. гл. 8, «Оком блогоутробным» (почасие 9 ч. Син. 870), «Век мой скончавается» и «Иже нас ради рождейся от Девы» (9 час; повеч.; богор. отпуст.). Но кроме этих тропарей в Соф. 1052 на четвертом часе полагаются еще «поканьна наставшаго гласа», по пяти тропарей каждого гласа, затем – Трисвятое и тропари Спасителю, Богородице, Архистратигу и всем святым, а после них – тропарь «Помяни, Господи, яко благ рабы своя» (пол-ца; 6 ч. Соф. 1052) и богородычен «Тя град и станище имам» (см. выше Ватоп. 350). – «Чин полунощный» отличается от нынешней полунощницы лишь несколькими тропарями и молитвами и, подобно ей, подразделяется на три чина: повседневный, субботний и воскресный, различающиеся между собою некоторыми тропарями и молитвами. Вседневный чин, за исключением одного случая, имеет обычные тропари; в первой части: «Се жених», «День он страшный» и «Тебе неразоримаго града», а во второй: «Ослаблен есмь сном уныния» (см. выше Ватоп. 350), «Глубиною мудрости» и «Блажим тя вси роди». Субботний чин наоборот, за исключением одного случая, имеет особые тропари; в первой части: «Бодрым смыслом к Богу возрим», «Леностьный сон оттрясем, жених приближаеться» и «Наша молитвы Богородительнице донеси»; во второй части; «Яко судии пришедшю, попецися душе моя» (см. выше Син. 868, Ватоп. 350), «Глубиною мудрости» и «Тя град и станище» (см. выше Ватоп. 350). В воскресном чине, в первой части, положены тропари; «Въскрсе от мртвых живот всех», «День он страшный» и «Тебе неразоримаго града»; во второй части: «Гробу отверсту, аду плачущюся», «Мудрых дев бденье дажь ми» (см. выше Ватопед. 350) и «Наша млтвы Божия Родительнице».

Во всех рассмотренных нами памятниках полунощница находится в более или менее близкой связи с ночными часами. В некоторых из памятников, – как, напр., в Син. 868 и Ватопед. 350, – она как бы совсем растворяется в системе ночных часов, усвояя вполне их характер: причем в Ватопед. 350 теряет даже свои наиболее типичные признаки – пс. 118 и тропарь «Се жених» – и узнается лишь по названию. Наоборот, в Син. 865 излагается полунощница, включившая в свой состав целое последование ночных часов, за исключением псалмов; самостоятельность сохранило только одно «почасие ночи».

Син. 865 излагает две полунощницы – вседневную и субботнюю, или воскресную; и каждая из этих полунощниц состоит из четырех, а с предварительными, или предначинательными молитвословиями – даже из пяти частей с тремя тропарями в каждой части. I. В начале первой полунощницы положены обычные «троичны»: глас 1 – «Воставше от сна», гл. 2 – «От одра и сна», и гл. 3 – «Напрасно судия». II. Далее следуют обычные тропари, гл. 8. «Се жених», «День он» и «Тебе необоримую». Затем идут по «стятиям» 17-ой кафизмы тропари-"седальны» и богородичны-"отпустительны», большею частью встречавшиеся уже на ночных часах. III. – «Егда воспомяну множество содеянных мною зол», «Слезы ми даждь Боже» (повечерие), и «Небесная воспевают тя благодатная». IV. – гл. 8, «Оком благоутробным» (см. выше Соф. 1052), «Яко судии предстоящу» (там же) и «Мысленная врата жизни». V. – «Царю небесный» (пол-ца Эфиоп.), «Скорое и известное даждь утешение» (3-й час) и «Блажим тя» (пол-ца). – «Иная полунощница, поемая в субботу и воскресение» имеет другой составь тропарей: I. «Воставше от сна», «Помилуй мя, Боже, помилуй мя, о двою греху плакаше Давид» (сед. 2 гл., вторн.) и «Беззаконий наших, Христе Боже, видя множество» (см. выше Ватоп. 350); II. «Се жених», «Мудрых дев» (см. выше Соф. 1052) и «Упование мира благая Богородице Дево» (богород. отпуст. гл. 6); III. (гл. 4) «Помяни душе, како предстанем судии» (сед. вторн.), (гл. 2) «Яко волны морския» (см. выше Ватоп. 350) и «Яко заченшая нам соприсносущнаго Отцу»; IV. (гл. 5) «Судии седящу и ангелом стоящим» (сед. понед.), (гл. 4) «Преплавая пучину настоящаго жития» (почасие 3 ч. Син. 870; сед. понед.) и «Страшное таинство и чудо преславное»; V. три тропаря первой пол-цы и тропари: «Помяни Господи, яко благ» (см. выше Соф. 1052), «Со святыми упокой» (полун-ца) и «Тебе и стену и пристанище имамы” (см выше Соф. 1052).

«Почасие ночи, поемое в 3-й час ночи», имеет два тропаря, положенных в начале второй полунощницы, а именно: «Помилуй мя Боже, помилуй мя» и «Беззаконий моих, Христе Боже, видя множество».

Ночные службы, как известно, есть и в эфиопском Часослове; к ним относятся: «молитва полунощи», «молитва в 3-й час нощи» и «молитва при пении петуха». При ближайшем знакомстве с этими службами, можно найти в них некоторые черты сходства с рассмотренными выше ночными последованиями. В частности, оказывается, что некоторые молитвословия, встречавшиеся там вместе на одной службе, здесь рассеяны по разным местам и распределяются между всеми тремя последованиями. А именно, здесь мы находим все тропари (за исключением предварительных), положенные в Син. 865 на вседневной полунощнице; причем они размещаются следующим образом: первые шесть (II–III) и «Царю небесный» исполняются на полунощнице, следующие три (IV) – на 3-м часе ночи, а два последние – на петлоглашении. Очевидно, все три службы находятся в тесной связи с последованиями типа полунощницы Син. 865, а, чрез её посредство, и с чином 12 псалмов.

7. Молитвы. Перейдем к молитвам ночных последований.

Син. 868 для всех ночных часов назначает по одной молитве, за исключение последнего, 12-го часа, для которого указывается две молитвы; полунощница не имеет молитв. 13 ночных молитв расположены в такой последовательности: I. «Господи Боже наш, Отче истиннаго Света, день просветивый небесным светом и ночь украсивый (уяснивый) зарями огненными», II. «Благословен еси Господи, единый обновляяй творение дел твоих на всяк день», III. «Паки запят бых, окаянный, умом, злому обычаю греха работая», IV. «Вседержителю Слово Отчее, самосовершенный Боже, Иисусе Христе» (см. после 3-й каф.), V. «Господи Иисусе Христе Боже наш, Бога и Отца образ и мудрость и сила, со безначальным твоим Отцем и всесвятым и животворящим твоим Духом», VI. «(Иже) на всякое время и на всякий час», VII. «Господи Боже наш, милостив буди нам грешным, согрешихом и беззаконовахом и несмы достойны», VIII. «Владыко, Сыне человеколюбнаго Отца, согрешихом на небо и пред Тобою и несмы достойны нарещися сыново твои», IX. «Господи Иисусе Христе Боже наш, Отца единородный Сыне и Слове, всякия видимыя и невидимыя твари содетелю», X. «Тя и ныне благословим, Христе мой, Слово Божие, Свет от Света безначального, и Духа управитель (ταμία)», XI. «Боже вечный, к Нему же привержен есмь от чрева матери моея, Его же возлюби душа моя», XII. «Господи, Твой есть день и Твоя есть нощь, Ты совершил зарю и солнце, Ты сотворил еси вся красная земли” (Goar. Ευχολ. 56) и «Господи Иисусе Христе Боже мой, на Тя уповах, спаси мя от всех гонящих мя и избави мя, да не когда похитит яко лев душу мою».

Афоно-Ватопед. 350 указывает следующие ночные молитвы: «молитва св. Василия» – «Господи Боже наш, Отче истиннаго Света» (та же, что и в Син. 868); II «Владыко Боже, святый и непостижимый»: III «молитва Златоуста» – «Господи Боже наш, иже Духом твоим Святым Давида наставивый», IV – полунощница – «Паки запят бых» (см. выше), V «Помяни, Господи, в вере скончавшихся», VI неразборчиво написана, VII «От сна востав благодарю Тя, Святая Троице» (молитва утренняя) и «Благодарим Тя, Господи Боже наш, воставившаго нас от ложей наших и вложившаго в уста моя слово хваления».

«Нощныя часы» по Соф. 1052 также имеют по одной молитве. I «Ги Бе наш Оче истиньнаго света» (см. выше), II «Благодарим Тя Ги Бе наш о всех благых твоих» (см по. 6-й каф.), III «Господи мой Спасе мой, въскую мя еси оставил, помилуй мя и оущедри мя и оуслыши молитву мою» (сн. поч. 3 ч. Син. 868), IV «Господи, видиши беду мою, принуди мя Господи, любо хощю, любо не хощю спаси мя». После молитвы 4-го часа следует «Слава в вышних Богу» (в. славословие), затем – «поканьна наставшаго гласа», Трисвятое, и по Отче наш – тропари, а потом молитвы: «И даждь нам, Владыко» (см. повечерие), «молитва св. Евстратия» – «Величая величаю Тя» (пол-ца субб. и чин 12 псалмов), молитвословие – «Господи помилуй оскверньшюся страстьми житья сего душю мою, и чисту приими ю, яко блгсвен еси в вкы, аминь» (трижды) и, наконец, «молитва за вся крестьяны» – «Влко Ги Бе наш, приклони ухо твое ко мне, услыши мя припадающа имени твоему».

Далее идет «чин полунощный», заключающий три молитвы общие для всех трех полунощниц, а именно: 1) «молитву св. И. Златоустого к святой Госпоже Бци» – «Многих и великих даров насладився от создавшаго мя Бога», 2) «Иже на всякое время» и 3) заключительную – «Помяни Господи всего мира, помилуй всех, заступи вся, с плавающими по морю плавай». Кроме того, на каждой из трех полунощниц, после «Иже на всякое время», положено по одной особой молитве; на повседневной – «Владыко Господи И. Христе, Отче щедрот и Боже всего утешения, и мене недостойнаго раба твоего ущедри», на субботней – «Вседержителю Боже, вышнии и нижнии твари Сдетелю, поставлии солнце на просвещение дни, и луну же и звезды на просвещение нощи, рекий Господи ис тьмы свету восияти», на воскресной – «Господи Боже наш, истиньное сиянье Отчее» (сн. Дмитриевский, Ευχολ. 1007).

Две полунощницы Син. 865, состоящие из целой системы ночных последований – часов, заключают в себе 13 молитв, которые, по большей части, встречались уже выше, особенно – в «последовании ночи» Син. 368. Каждая из четырех частей первой полунощницы содержит по две молитвы, а второй – по одной, за исключением третьей её, части, имеющей две молитвы. Первая, вступительная часть как первой, так и второй полунощницы молитв не имеет. Из восьми молитв первой полунощницы 2-я, 4-я и 7-я молитвы соответствуют 1-й, 8-й и 2-й молитвам ночных часов по Син. 868; 1-я молитва («Тя благословим»), 5-я («Господи Вседержителю»), 6-я («Владыко Боже Отче») и 8 я («Величая величаю Тя») читаются на нынешней полунощнице; наконец, 3-ей поставлена молитва; «Господи Боже наш, сонную леность отгнавый от нас и призвавый нас званием святым». Из пяти молитв второй полунощницы 1-я, 3-я и 5-я молитвы соответствуют молитвам 9-го, 10-го и 11-го часа по Син. 868; 4-я совпадает с 6-й молитвой предыдущей полун-цы, а 2-я – особенная: «Согреших на небо и пред Тобою, Владыко, прости ми многая моя прегрешения».

На «почасии ночи» положена молитва 3-го часа ночи по Син. 868.

8. Тропари и молитвы после кафизм. Изучая состав чина 12-ти псалмов, нельзя не обратить внимания на совпадение входящих в этот состав тропарей и молитв с известными нам тропарями и молитвами после кафизм. Достаточно сказать, что в нашей печатной Псалтири среди тропарей и молитв после кафизм оказывается не менее 25 тропарей, вполне совпадающих с тропарями чина 12 псалмов в широком смысле. Рукописные славянские и греческие Псалтири могут значительно увеличить это число.19 И нужно заметить, что здесь мы имеем дело не с какими-либо случайными совпадениями. Тропари и молитвы келейного правила псалмопения – с одной стороны, и тропари и молитвы после кафизм – с другой, не только допускают простые совпадения, но нередко сохраняют и одинаковую последовательность, располагаясь в одинаковом порядке. Так, напр., тропари; «В беззакониих зачався», «Аще праведник едва спасается» и «Объятия отча», будучи последовательно расположенными тропарями 1-го, 2-го и 3-го часа в «последовании ночи», по Син. 868, вместе с тем являются и первыми тремя последовательно идущими тропарями 1-й кафизмы; тропари: «Помышляю день страшный” и «Во юдоли плачевне» встречаются рядом как в нынешнем чине 12 псалмов (и в чине ночных часов по Соф. 1052), так равно и после 9-й кафизмы. Такая устойчивая последовательность простирается и на молитвы. Сопоставим, напр., молитвы ночных часов, по Син. 868, и совпадающие с ними молитвы после кафизм в Афоно-Афанасиевской Псалтири № 145. Между теми и другими наблюдается следующее соответствие: молитва 1-го часа соответствует молитве после 5-й кафизмы, молитвы 3-го, 4-го и 5-го часов – молитвам после 7-й, 8-й и 9-й кафизм, м-ва 8-го часа – м-ве по 11-й кафизме, м-ва 9-го часа – м-ве по 10-й кафизме, и, наконец, м-ва 11-го часа – м-ве по 12-й кафизме. Следовательно, только молитвы 8-го и 9-го часа здесь обменялись местами; все же остальные молитвы движутся параллельно в обоих памятниках.

Очевидно, ночные часы, дневные почасия, псалтирь с покаянными тропарями и молитвами, а также нынешний чин 12 псалмов являются лишь разновидностями, или особыми редакциями одной и той же системы, одного и того же «привила псалмопения».

Особенность последования тропарей и молитв после кафизм состоит лишь в том, что вместо избранных псалмов здесь полагается рядовое чтение целой кафизмы, и таким образом каждая кафизма со своими тропарями и молитвами соответствует отдельному последованию из круга почасий. А что, действительно, в данном случае мы имеем дело с одним из видов древнего правила псалмопения, об этом ясно свидетельствует «устав» псалмопения печатаемый в наших Псалтирях впереди «тропарей и молитв по кафизмах». Здесь мы читаем: «Богоноснии –– отцы наши, –– исперва от Святаго Духа предания иночествовати навыкше, –– нам оставиша устав Богом преданнаго пения их, и умиленныя молитвы, ими же Бога милостива себе сотвориша: ови бо их часы с междочасием пояху, составивше избранныя псалмы, с тропари и с молитвами, и нарекоша сия часословец; друзии един псалтирь пояху; инии же, подвижнейшии суще, по всякой кафисме трисвятое с поклоны, и с тропари покаянны, и с молитвами псалтирь пояху». Таким образом, по свидетельству этого устава, псалмопение с тропарями и молитвами после кафизм является одним из основных видов древнеиноческого молитвенного правила.

III. Взаимоотношение келейных и церковных служб

9. Круг междочасий. Келейный чин 12-ти псалмов вошел в богослужебное употребление при господстве древней системы трипсалмных, или – точнее – трех-антифонных суточных служб церковно-песненного строя: часов, вечерни, повечерия и утрени с полунощницей. Существуя рядом, чин 12 псалмов, как младший, естественно должен был стать в зависимое, подчиненное отношение к старшим, соборно-песненным службам. И вот на ряду с главными суточными службами, или часами, появляются службы второстепенные, или междочасия, иначе – почасия. Кроме дневных и ночных почасий, в древних памятниках встречаются и «почасия повечерия». Есть основания полагать, что были также почасия вечерни и утрени, по крайней мере, лежащие в основе почасий «каноны дневных и ночных псалмов» по Афин. 7 – различают особые псалмы утренние (ὀρθρινοί) и вечерние (λυχνικοί). – Таким образом все без исключения основные суточные службы имеют соответствующие почасия, развившиеся на основе чина 12 псалмов и образовавшие особый параллельный круг суточных служб келейного характера.

На первом месте в круге почасий следует поставить междочасия, или почасия дневных часов·, эти почасия как по форме, так и по содержанию ближе других последований находятся к чину 12 псалмов, составляя в сущности одну из его редакций.

Что касается формы, то она совершенно тожественна как в чине ночных часов, или 12-ти псалмов в тесном смысле, так и в чине дневных почасий, являющихся ближайшим выражением того же чина 12 псалмов. В свою очередь и содержание ночных часов и дневных почасий, или их состав настолько совпадает в обоих чинах, что может быть сведен к полному тожеству.

Так, в чине ночных псалмов и дневных почасий мы находим 14 псалмов, общих тем и другим последованиям; это, именно, псалмы: 6, 8, 14, 26, 29, 31, 40, 50, 55, 56, 69, 76, 91 и 139. – Не мало оказывается и общих тропарей, как-то: 1 «В беззакониях», 2 «Твое предстательство», 3 «Аще праведник. 4 «Аз есмь древо», 5 «Божественного быхом общницы», 6 «Живущи на земли», 7 «Яко волны», 8 «Имущи душе моя», 9 «Оком благоутробным», 10 «Смиренную мою душу», 11 «К Богородице прилежно», 12 «Милосердия двери». Сюда же можно причислить: 13 «Преплавая пучину», 14 «Тебе и стену», 15 «Помышляю день страшный», 16 «Иже нас ради рождейся». 17 «Помяни Господи, яко благ». – На ряду с бросающимся в глаза совпадением псалмов и тропарей, мы почти не встречаем молитв, которые бы совпадали в ночных часах и дневных почасиях; только «молитва Манассии, царя Иудейского», затем – «Иже на всякое время» и, судя по началу, молитва «Господи (мой) Спасе мой, вскую мя еси оставил», оказываются общими как для ночных часов, так и для дневных почасий. И это отнюдь не случайное явление.

Молитвы, по-видимому, не были необходимой принадлежностью чина 12 псалмов; по крайней мере, нам известны такого рода чины (напр. нынешний) и почасия (напр. Син. 870) без молитв. А если припомнить свидетельство преп. И. Кассиана, то окажется, что и египетские монахи, при исполнении 12 псалмов, краткие, но частые молитвенные обращение (= тропари) предпочитали длинным молитвам.

Большое количество совпадающих псалмов и тропарей показывает, что как ночные часы, так и дневные почасия являются различными ветвями одного и того же корня и что в основе тех и других лежит одно общее последование 12 псалмов. Указанных псалмов и тропарей больше, чем достаточно для восстановления соответствующего последования. Таким же общим последованием, судя по заглавию, является и наш обычный «чин 12 псалмов, ихже пояху преподобнии отцы пустыннии во дни и в нощи».

Мы пока не встречали полного почасия вечерни. Нам известны только «светильничные» псалмы, входившие в состав правила, или чина (κανόνες) ночных псалмов, по Афин. 7, это псалмы: 120, 140, 112. Соответствующие псалмы есть и в Син. 864; только вместо пс. 140 там положен пс. 110. Все указанные псалмы, за исключением 140, встречаются и на почасиях девятого часа. В виду этого возможно предположить, что почасие вечерни, не получив самостоятельного и законченного развития слилось с почасием 9-го часа, приобретающим иной раз довольно сложный состав (напр. в Син. 870)

В противоположность вечерни, повечерие всегда почти сопровождается почасиями, число которых простирается от одного до трех, а иногда разрастается даже в целую систему ночных часов.

Наше обычное повечерие состоит из трех частей, совершенно разных как по объему, так и по строю; кроме того, различается еще «малое» повечерие, довольно близко стоящее к последней, третьей части «великого» повечерия и являющееся как бы особой редакцией её. Эти четыре последования, различные по форме и по содержанию, имели и разную судьбу. Наибольшей устойчивостью отличается первая часть, которая может быть названа повечерием в собственном и ближайшем смысле; остальные части имели весьма изменчивую судьбу. Между отдельными частями повечерия нет прямой зависимости. Это не части одного связанного последования, а ряд совершенно самостоятельных последований, чисто внешним образом, механически соединенных вместе. Каждое из них могло существовать независимо от прочих, вне всякой связи с ними. Так в действительности и бывало.

В древнейшем Часослове, Син. 863, мы находим повечерие в составе одной только первой части, хотя и со значительными особенностями. В Син. 868 точно также повечерие состоит только из одной первой части обычного «великого» повечерия. Оба повечерия молитв не имеют.

Повечерие Син. 868 оканчивается отпустом. а затем излагается особое «почасие повечерия», как отдельная служба. Это почасие и по форме, и по содержанию довольно близко стоит ко второй части обычного повечерия; но есть и особенности. Прежде всего, из трех псалмов только один пс. 50 совпадает в обоих последованиях; остальные два особые – 66 и 69. Из тропарей указаны два – первый и последний: кроме того, в числе молитв приводится тропарь «Боже отец наших». Молитвы особые: «Величая величаю Тя» (св. Евстратия на пол-це) и «Господи, Господи, избавлей нас от всякия стрелы, летящии во дни» (св. Василия в первой части повечерия). – Почасие повечерия непосредственно примыкает к «последованию ночи», состоящему из 12-ти ночных часов и полунощницы.

Ватопед. 350 совсем не употребляет названия «повечерие». Соответствующее повечерию последование излагается, как «обычныя молитвы преднощных пений» (τῶν προνυκτίων ὕμνων), и состоит из трех частей. Первая часть соответствует первой части нынешнего повечерия в несколько сокращенном виде. Недостающие в ней тропари; «Просвети очи мои», «Заступник души моей» и – вместо «Яко не имамы» – «Преславная приснодево», а также молитва «Господи, Господи, избавлей нас», выделившись из состава первой части, в соединении с псалмами предыдущего (Син. 868) «почасия повечерия» (50, 66, 69), образуют вторую часть. Третья часть составляется из великого славословия, молитв царей Езекии и Манассии, трех особых тропарей (гл. 2, «Архистратизи Божии», «Память праведного» и «Апостоли, мученицы и пророцы») с богородичным («Милосердия сущи источник») и трех молитв – двух обычных («Иже на всякое время» и «И даждь нам») и одной особенной («Господи Боже небесе и земли, прости ми вся елика согреших»). Таким образом, в изложенное последование вошла вся обычная первая часть повечерия и лишь немногие молитвословия из второй и третьей его части; причем особенно мало уцелело от второй части (пс. 50 и м-ва Манассии).

Интересен Син. 866. в нем устанавливается близкая связь между повечериями – великим и малым. Следует заметить, что в древних памятниках мы нигде не встречали подразделения повечерий на великое и малое; там нет даже этих названий.

По Син. 866, наше «малое» повечерие в течение всего года, за исключением великого поста, заменяет третью часть великого повечерия; а нынешняя третья часть занимает свое место лишь во время 40-цы, и тогда «на отпусте (εἰς τὴν ἀπόλυσιν вместо отпуста) читается обычная молитва «Владыко многомилостиве». Отсюда ясно, что малое повечерие является собственно одной из составных частей великого повечерия, наравне с прочими частями. Но можно сказать и наоборот; отдельные части великого повечерия являются такими же самостоятельными и независимыми друг от друга службами, как и малое повечерие.

Мы видели, как способны видоизменяться все составные части повечерия, за исключением первой, основной: они – то сокращаются и даже совершенно исчезают, – то наоборот, более или менее осложняются, – то, наконец, почти совершенно перерождаются и заменяются последованиями иного, нового состава. Однако доселе мы не имели случая наблюдать непосредственной связи повечерия с чином 12-ти псалмов. Связь эта устанавливается в Соф. 1052 и Ватикан. 1877.

В Соф. 1052 повечерие ограничивается собственно одной первой частью; вторая его часть состоит только из одного псалма и одной молитвы после Отче наш, а вместо третьей части к нему примыкает целое последование «нощных часов». Более или менее сильное тяготение ночных часов к повечерию замечается и в других памятниках; но в Соф. 1052 оно получает законченное выражение.

Правда, ночные часы выданы здесь в самостоятельное последование; но вместе с тем их кольцом окружают молитвословия повечерия, так что конец часов совершенно сливается с концом повечерия.

А что ночные часы, как чин 12-ти псалмов, могут не только внешне соприкасаться с повечерием, но и действительно входить в его состав, это, как мы знаем, наглядно засвидетельствовано в Ватикан. 1877. Да и вообще можно сказать, что ночные часы и чин 12 псалмов, изложенные в Соф. 1052 и Ватикан. 1877, гораздо ближе стоят к обычному повечерию, т. е. собственно ко второй и третьей части его, чем, напр., вторая и третья часть «преднощных пений», по Ватопед. 350, и даже «почасие повечерия», по Син. 868.

Нисколько неудивительно, после этого, если между так сказать, второстепенными частями повечерия – второй и третьей, а равно и малым повечерием, составляющими как бы почасия великого повечерия, и между чином 12 псалмов, куда входят также дневные почасия, можно находить не мало точек соприкосновения, свидетельствующих о взаимном родстве между теми и другими. Обратим внимание на псалмы. Оба псалма второй части (50 и 101) и молитва Манассии положены на 4-м часе нощи по Соф. 1052; там же мы находим и великое славословие в третьей части; пс. 69 встречается раньше, на 3-м часе нощи, а псалмы 142 и 150 входят в состав почасий третьего и девятого часа, по Ватопед. 350 и Син. 868, – Тропари повечерия, по преимуществу, совпадают с тропарями дневных почасий. Так, здесь мы встречаем все тропари второй части обычного повечерия (см. обычное почасие 1-го часа), а также тропари третьей части: «Многая множества» (3-й час Син. 865), «Все упование» (поч. 1 ч. Син. 865), «Преславная приснодево» (поч. 1 ч. Син. 870 и др.); тропарь «Упование мое Отец» положен на обычной полунощнице. Из тропарей малого повечерия тропарь «Боже отец наших» встречается на почасиях 1-го, 3-го и 6-го часа (Син. 865 и друг), «Молитвами, Господи, всех святых и Богородицы» – на обычном почасии 6-го часа, «Со святыми упокой» – на обычной полунощнице, «Иже во всем мире» – в числе седальных-мученичных 4-го гласа. – Наконец, и среди молитв в дополнительных частях повечерия немного найдется таких, которые были бы свойственны только повечерию. Молитва второй части – «Владыко Боже Отче вседержителю» – читается на обычном 3-м часе и обычной полунощнице, а равно и на почасиях (напр. 1 ч. Син. 12); из молитв третьей части и общих с ними молитв малого повечерия м-ва «Иже на всякое время» является обычной молитвой всех часов и полунощницы, встречается она и на почасиях (1 ч. Син. 865); м-ва «Нескверная, неблазная» читается на 1 часе (Син. 865), а м-ва «И даждь нам, Владыко» положена на 4-м часе нощи, по Соф. 1052. Не оспариваются пока у повечерия лишь две последние молитвы: «Владыко многомилостиве» и «Ненавидящих и обидящих нас».

В ряду обычных суточных служб за повечерием следует полунощница. При изучении состава ночных часов была установлена несомненная органическая связь их с полунощницей; было выяснено, что полунощница служить средоточием ночных часов, и нет никакой возможности выделить её из их состава. По временам она почти совсем сливается с ночными часами, то как бы растворяясь в их последовании, то, наоборот, усвояя себе весь их составь за исключением псалмов. Поэтому было бы затруднительно говорить о самостоятельности полунощницы в ряду суточных служб. Находясь по своему содержанию в неразрывном союзе с ночными часами, а при их посредстве – с чином 12 псалмов, полунощница и по форме своей ближе всего подходит к дневным почасиям. Насколько полунощница лишена самостоятельности и самобытности, можно судить хотя бы уже по тому, что из всего состава обычной полунощницы только один пс. 118 является более или менее устойчивым: но между тем и его нельзя признать существенным её элементом, так как в субботней полунощнице он заменяется 9-ой кафизмой, а в воскресной – каноном. И в том, и в другом случае замена весьма знаменательная, обнаруживающая истинную природу полунощницы, тем более, что и вся воскресная полунощница сводится в сущности к одному канону. Эта замена указывает на связь полунощницы с древним «каноном псалмопения (κανὼν τῆς ψαλμωδίας)» вообще и – в частности – с египетским чином 12 псалмов, выслушивавшимся сидя, как «кафизма».

Совершенно особое место в ряду суточных служб занимает утреня; и с первого взгляда может показаться, что для неё так же, как и для вечерни, трудно найти соответствие в системе чина 12 псалмов и среди родственных ему почасий. Но мы не напрасно всюду, при рассмотрении состава ночных часов и полунощницы, да и всех вообще родственных чину 12 псалмов последований, с особенной настойчивостью подчеркивали и отмечали совпадение их тропарей с троичными, седальными и богородичными тропарями утрени. Эго совпадение говорит о близком и живом взаимодействии между утреней и ночными часами.

Утреня распадается на две довольно резко отличающиеся одна от другой части. Однако между ними нет соотношения, существующего, напр., между часами и их почасиями, т. е. соотношения службы главной основной и – службы второстепенной. Обе части утрени равноценны, равнозначущи, но различаются по форме и содержанию. Первая часть может находить себе соответствие в латинских «ноктурнах» и обнаруживает явное тяготение к ночным службам, в частности, к полунощнице; вторая часть, подобно латинским «laudes», хвалебного характера и ближе стоит к дневным службам. Первая часть по форме напоминает первую часть великого повечерия с её шестопсалмием; построение второй части похоже скорее на строй вечерни и, пожалуй, еще третьей части повечерия. Первая часть утрени, подобно повечерию, может находить себе и соответствующее почасие; таким почасием следует считать полунощницу, имеющую много точек соприкосновения с первой частью утрени. Вторая часть так же, как и вечерня, с обеих сторон близко соприкасаясь и даже сливаясь с соседними службами (первой частью утрени – с одной стороны, и первым часом – с другой), естественно, не могла найти по смежности места для особого почасия и должна была, по-видимому, довольствоваться сообща почасием первого часа, которое, в виду этого, приобретает иногда довольно сложный состав молитвословий (напр. Син. 870). Почасиями утрени являются, очевидно, и те утренние молитвы – «воставше от сна», которые теперь помещаются перед полунощницей, а в древне-славянских Часословах предшествуют утрене, в виде особых последований (напр. Соф. 1052, сн. Ватопед. 350). Наконец, к особому почасию утрени, несомненно, относятся и три «утренних» псалма (60, 141 и 61), указываемых Афин. 7 в своих келейных «канонах».

10. Келейный элемент в церковных службах. Обзор почасий показывает, что они, развившись на основе чина 12 псалмов, под влиянием общецерковных суточных служб, образовали полную систему параллельных им последований частного, келейного характера. – Существуя рядом, те и другие службы не переставали взаимно влиять друг на друга. И если чин 12 псалмов, под влиянием общецерковного трипсалмия, получил форму трипсалмных почасий, то в свою очередь и общецерковные последования не мало позаимствовали из состава 12-типсалмных последований. Пока трудно еще вполне точно установить степень зависимости и количество заимствований. Но, несомненно, они были весьма значительны. Мы видим, что общецерковные суточные службы даже целиком воспринимают в свой состав отдельные последования из ряда почасий. Такими заимствованиеми следует признать вторую и третью часть великого повечерия, затем малое повечерие и, наконец, полунощницу. Но, помимо этого, все основные суточные службы и сами в большей или меньшей мере подверглись воздействию чина 12 псалмов через посредство почасий или же непосредственно. Такого рода воздействие можно наблюдать на дневных часах, заключительной своей частью – с тропарями и молитвами по Отче наш – всецело примыкающих к почасиям. То же можно проследить и на прочих суточных службах.

Вечерня, как мы заметили и раньше, меньше других служб связана с чином 12 псалмов, не смотря на то, что по природе своей она родственна часам и повечерию (см. напр. Син. 863 и особенно эфиоп. Ч.). Лишь несколько спутанное окончание великопостной вечерни – с тропарями и молитвами по Отче наш – может до некоторой степени говорить о влиянии на вечерню последований 12-типсалмного происхождения. Известным показателем такого влияния может служить еще и то, что в эфиопском Часослове на «Господи воззвах» и «на стиховне» положены умилительные стихиры, напоминающие «седальны» и тропари 12-типсалмных последований; причем две стихиры из числа «стиховных» совпадают с нынешними тропарями по 17-й кафизме, имеющими, как известно, близкое отношение к 12-типсалмным последованиям. Молитва «Всесвятая Троице» читается и на изобразительных, а «Благословен еси Владыко вседержителю» встречается на повечерии, по Ватопед. 350. Из псалмов вечерни только псалмы 122 и 140 встречаются в 12-типсалмных последованиях; первый – на третьем почасии 9-го часа, по Син. 870, а второй – в числе «светильничных» псалмов в Афин. 7 и в первом ночном последовании, по Ватопед. 350. Кроме того из числа псалмов вечерней по преимуществу кафизмы 18-ой (пс. 119–133) на дневных почасиях можно находить, помимо псалма 122-го, еще псалом 123-й (поч. 9 ч. Син. 870) а на ночных часах – пс. 120 (Син. 864; Афин. 7; обычная пол-ца); пс. 133 положен на обычной полунощнице.

Вот и все точки соприкосновения вечерни с чином 12-ти псалмов или с правилом египетского псалмопения.

Гораздо ближе подходит к этому правилу обычное повечерие. Связь между ними видна, главным образом, из того, что повечерие усвояет себе, как мы видели, целые последования с характером почасий, и даже полные последования 12-ти псалмов (Ватикан. 1877; Соф. 1052). Но и, помимо этого, даже в первой, основной части повечерия есть черты общие с правилом псалмопения. Так, из псалмов, составляющих шестопсалмие повечерия, пс. 6 можно встретить и в дневных почасиях (Афин. 7; Син. 868), и в ночных часах (там же), пс. 30 находится в «канонах» дневных псалмов, по Афин. 7; кроме того, пс. 24 читается обычно на 3-м часе, а 90-й – на 6-м. Только пс. 4 и 12 вовсе не встречают себе соответствия в других службах. Тропари: «Просвети очи мои» и «Заступник души моя», а также молитва «Господи, Господи, избавлей нас» в Ватопед. 350 отнесены ко второй части повечерия, псалмы и молитва которой, в свою очередь, совпадают с «почасием повечерия» в Син. 868. Тропарь «Слезы ми даждь, Боже» в Син. 865 положен на повседневной полунощнице; «Яко не имамы» – богородичен 6-го часа.

Что касается утрени, то первая её часть через посредство троичных и седальных входит в довольно близкую связь с канонами келейного псалмопения. Здесь мы находим поразительное совпадение, свидетельствующее о прямом и непосредственном взаимодействии. В одних только ночных последованиях, без дневных часов и почасий, оказывается до 24 тропарей и богородичных совпадающих с седальными, и сверх того – три тропаря троичных. На утрене троичны и седальны являются как бы придаточной прикладной частью. В виду этого можно предполагать, что они заимствованы сюда из ночных часов или вообще из правила псалмопения, в которое они входят в качестве, неотъемлемой составной части. На такое заимствование указывает и самое название. Они называются «седальными» и положены на кафизмах и после 3-й песни канона. И название, и положение ясно указывает, что седальны по своей природе принадлежат к известному правилу египетского псалмопения, во время которого обычно сидели; да и вся та часть утрени, с которой связываются седальны, развилась, по-видимому, не без влияния указанного правила. О таком влиянии свидетельствуют названия: «кафизмы», «каноны». Кроме названий, и самый характер кафизм и канонов указывает на их чисто внешнюю связь с утреней. Они не находятся в неразрывном единстве с ней и легко соединяются с другими службами. Так, кафизмы читаются и на вечерне, и на часах, и на полунощнице. Каноны точно также исполняются не только на утрене, но и на повечерии и на полунощнице; сверх того, исполняются они еще и отдельно, в виде особых благодарственных, «молебных» и «покаянно-умилительных» последований частного характера, предназначенных для частного домашнего богослужения, для частных потреб, или «треб». Тем не менее надо согласиться, что и кафизмы, и каноны, а особенно – седальны преимущественно тяготеют к утрене, и что даже в тех случаях, когда каноны [занима]ют место отдельного самостоятельного последования, – и тогда кажется, будто они являются оторванными от своей естественной почвы. Объясняется это довольно просто. Дело в том, что не только кафизмы, седальны и каноны, но и утреня сама по себе находится в известной связи с правилом псалмопения; а именно, утреня, по составу псалмов и песней, является заключительной частью псалмопения. Так, здесь, начиная с «Бог Господь», являющегося антифонным припевом к стихам последнего псалма 16-й кафизмы, последовательно идут псалмы антифоны: 118-й, или 17-й кафизма («непорочны»), песни степеней, или «степенны-антифоны», песни канона и, наконец, хвалитные псалмы, заключающие псалтирь. Таким образом в состав утрени входит весь конец псалтири с примыкающими к ней издревле песнями канона включительно. Такого обилия псалмопения нет ни в одной из суточных служб. Естественно было, поэтому, и тропарям древнего чина псалмопения примкнуть к утрене с её кафизмами и канонами. Утреня являлась вполне законной наследницей молитвенного достояния чинов псалмопения, так как она допускала наиболее широкое и свободное развитие псалмопения. По этому поводу припоминается всенощное бдение в монастыре преп. Нила Синайского, где на утрене под воскресение исполнялась вся псалтирь, от начала до конца.

Вторая, хвалебная часть утрени (αίνοι) имеет очень мало общего с правилом псалмопения. Лишь окончание её может до некоторой степени свидетельствовать о взаимодействии её с этим правилом. Так, в конце утрени читаются первые два стиха псалма 91-го, положенного на почасии 1-го часа, и последние стихи псалма 89-го, входящего в состав псалмов 1-го часа. Кроме того, «в конец утрени» читаются «богородичны отпустительнии» совпадающие иногда с богородичными чинов псалмопения, таковы, например: богородичен 1 гласа – «Пречистая Богородице, на небесах благословенная», положенный на 4-м часе нощи в Син. 868, – богородичен 3-го гласа – «Кийждо идеже спасается», встречающийся в третьей части повечерия, по Син. 865, – 7 гласа – «Превзошла еси силы небесныя» (там же, во второй части), – 4 гласа – «Яко всех еси» (на почасии 3 ч. в Син. 868), наконец, великопостный «В храме стояще», положенный в эфиопском Часослове на полунощнице и на 3-м часе.

11. Общие замечания. Итак, чин 12 псалмов является как бы связующим звеном между всеми суточными службами; причем далеко не все эти службы находятся в одинаковых отношениях с ним, обнаруживая тем самым различие своего происхождения. Некоторые из суточных служб можно всецело отнести к последованиям 12 псалмов, другие – лишь отчасти, иные, наконец, допускают только самое отдаленное сопоставление с ними.

Таким образом, по степени близости своей к чину 12-ти псалмов все суточные службы распадаются на три основные группы. Первая из них заключает в себе чины, развившиеся на основе «чина 12 псалмов»; сюда относятся; почасия первого, третьего, шестого и девятого часа, вторая и третья часть великого повечерия, малое повечерие и полунощница, а также нынешний «чин 12 псалмов», ночные часы и, наконец, кафизмы с тропарями и молитвами. Все это – трипсалмные последования; хотя в древности некоторые из них бывали и однопсалмными («каноны дневных и ночных псалмов»), и двупсалмными, и четырехпсалмными (отчасти те же каноны, а равно – почасия). Ко второй группе относятся дневные часы с изобразительными, первая часть великого повечерия и первая часть утрени. Часы занимают как бы середину между первой и второй группой; с одной стороны, они примыкают к 12-типсалмным последованиям и распадаются на четыре трипсалмные службы, а с другой стороны, находятся в связи с антифонными службами, благодаря посредству своих тропарей-прокимнов со стихами. Последование изобразительных имеет свое самостоятельное трех-антифонное начало. Первые части повечерия и утрени одинаково начинаются шестопсалмием, которое затем сменяется антифонами. С первой группой у них являются общими тропари-седальны. Наконец, третью группу составляют вечерня и вторая, хвалебная часть утрени. Здесь преобладает антифонное исполнение, со стихирами «на Господи воззвах», «на Хвалите» и «на стиховне». Стихиры и преобладающее антифонное исполнение являются характерной особенностью вечерни и «Хвалений» утрени; в частности, стихир вовсе не имеет ни одна из предшествующих групп, а антифоны свойственны, правда, и второй группе, но не в таких исключительных размерах.

Службы первой группы обязаны своим происхождением анахоретской практике и потому могут быть коротко названы келейными или келлиотскими службами. Службы второй группы, хотя и возникли на общецерковной почве, но в дальнейшем своем развитии и окончательной обработке испытали сильное келейное влияние, почему и являются службами смешанными, церковно-монастырскими, или просто – монастырскими. Вечерня и утреня, составляющие третью группу, менее всего подверглись воздействию келейной практики: обе эти службы всецело развились на древне-церковной песненной основе и являются службами строго церковными, соборными. Некоторые особенности монастырской практики, в виде кафизм (на вечерне), тропарей с молитвами «по Отче наш» (на вечерне и утрени), составляют искусственный чисто внешний придаток, остающийся почти без всякого влияния на строй вечерни и утрени.

По преимущественному характеру своему службы первого разряда являются покаянно-умилительными, с келейно-одиночным назначением; службы второго разряда – это молитвы просительные, с церковно-общественным назначением: наконец, службы третьего разряда имеют по преимуществу хвалебно-благодарственный характер, с торжественно-церковным, соборным назначением. Таким образом, здесь представлены все три вида заповеданных Апостолом молитв: «моления», «прошения» и «благодарения» (1Тим. 2:1).

Наш современный устав, хотя и называется уставом иерусалимским, тем не менее не представляет в чистом виде какой-либо одной, строго выдержанной и последовательно проведенной богослужебной системы. В нем отразились и нашли более или менее полное выражение разновременные и разносторонние влияния, допущены так же многократные поновления, применительно к месту, времени и обстоятельствам. Не смотря на это, и здесь можно находить довольно определенные признаки, указывающие на различный характер суточных служб, обусловливаемый отмеченным выше различием их происхождения и развития. Так, службы, примыкающие к первой группе и в нынешнем уставе предназначаются, преимущественно, для одиночного, келейного употребления и лишь в исключительных случаях совершаются в храме, да и то, большею частью, в его притворе. Службы второго разряда, наоборот, обычно совершаются в храме; хотя часы и повечерие нередко служатся и в притворе, а в исключительных случаях даже в келлиях. Вечерня и утреня, как службы торжественные и строго-церковные, совершаются всегда внутри храма. Вторичными признаками торжественности этих служб, свидетельствующими об их общественном назначении, являются такие действия, как каждение, отверзение завесы и св. врат, «вжигание свещ». Уставные замечания о завесе и вратах служат прямым указанием на храмовую обстановку известных служб (вечерни, утрени, литургии и изобразительных). «Вжигание свещ» прежде всего, конечно, говорит о ночном времени совершения тех или других церковных последований (и, главным образом, утрени – «полиелея»); но, кроме того, свидетельствует также и об их общественном характере. На такой же общественный характер богослужения указывает и каждение, совершающееся по нынешнему уставу во время вечерни и утрени.

Этими общими замечаниями и заключим свою речь о ночных часах.

* * *

1

Б. Тураев, Часослов эфиопской церкви. Спб. 1897 г. (Записки Императорский Академии Наук. VIII серия, по историко-филолог. отделению. Т. I, № 7). Отзыв о нем проф. В. В. Болотова в Христ. Чтении за 1898 г., ч. I, стр. 189. – Сн. коптский Часослов на русском языке в книге еп. Порфирия (Успенского): «Вероучение, богослужение – египетских христиан (коптов)». Спб. 1856, стр. 47–70.

2

См. Син. № 863 (VIII–IX в.), л. 1. – Сокращения: Син., Ватопед., Типограф.. Синод., Соф., Афин. и т. п. обозначают: рукопись Синайской библиотеки, ркп. Афоно-Ватопедской библиотеки и т. д.

3

Син. № 865 (XII в.), л. 1.

4

Ватопед. № 352/986 (XIV – XV в.) л. 5.

5

Паломничество (Правосл. Палест. Сборник, вып. 20. Спб. 1889), гл. 24, стр. 140–141.

6

Там же, гл. 27, стр. 148.

7

Гл. 24, стр. 141.

8

Гл. 24 и 25, стр. 142–144.

9

Схема эта излагается в моем исследовании о часах и изобразительных, стр. 91–92 (печатается).

10

Содержание Син. № 863 излагается в статье проф. А. А Дмитриевского «Что такое κανὼν τῆς ψαλμωδίας», помещенной в «Руков. для сельск. пастырей» 1889 г., № 38, стр. 69–73, – и в упомянутом выше моем исследовании, стр. 94–96 и др.

11

Между прочим здесь в числе утренних молитв сохранилась и утраченная в Париж. рукописи Coislin. 213 (А. А. Дмитриевский, Ευχολ. 1004) молитва «по восстании от ложа»: «Господи Боже наш, покоивый нас сном и подавый нам от ложа встание». Она упоминает о «серафимах первого священства» (Типогр. 46; сн. Соф. 1052).

12

Песненный чин этих часов подробно излагается в моей статье «Чин тритекти», в Трудах Киев. Дух. Академии. 1908, июль.

13

Проф А. А. Дмитриевский, Τυπικά 1, стр. 866–876. – Сн. прот. К. Кекелидзе. Литургические грузин. памятники (Тифлис, 1908), стр. 276–277.

14

Афин. 7/67, л. 11.

15

История первоиноческого устава, или правила псалмопения вообще, и – в частности – чина 12-ти псалмов подробно излагается в упоминавшемся уже моем исследовании, стр. 71 и след.

16

Афин. 7/67, л. 11.

17

«И мене во умилении припадающа ущедри Спасе» (сед. гл. 7), – «покланяющися Тебе» (сед. гл. 7). – «яко блудница «припадаю Ти» (сед гл. 8), и т. д.

18

Сн. седален гл. 6, во вторник, а также богородичен отпустительный гл 8, во вторник, и гл. 5, в понед., и мног. друг.

19

Кроме рукописей этого рода, описанных архим. Амфилохием (в Чтениях Общества любит. дух. просвещения за 1878 г., кн. III, прилож. стр. 447 и след., и за 1880 г., кн. II, прилож. стр. 131[?] и след.), можно указать еще следующие славянскую Псалтирь Киево-Михайловского монастыря № 410/1640, такую же Псалтирь Афоно-Зографского мон-ря № 60 и греческую Псалтирь Афона-Афанасиевской лавры № 145.


Источник: Труды Киевск. Дух. Акад. Т. II. 1909 г.