Азбука веры Православная библиотека святитель Василий (Богдашевский), исповедник Архипастырская деятельность архиепископа Василия (Богдашевского) в 1920-1930 гг.


С.И.Казьмирук

Архипастырская деятельность архиепископа Василия (Богдашевского) в 1920–1930 гг.

Вниманию читатетлей портала предлагается апробационная статья студента Киевской духовной академии С. И. Казьмирука, посвященная жизненному пути последнего ректора дореволюционной КДА, выдающегося библеиста, педагога и церковного деятеля архиепископа Василия (Богдашевского).

XX столетие со свойственной ему динамикой исторического процесса во многом стало яркой эпохой в контексте мировой истории. Длительное время исследователи этого периода по объективным причинам были лишены возможности работать с первоисточниками, хранившимися под грифом «секретно». Одной из выдающихся личностей ХХ столетия был последний ректор дореволюционной Императорской Киевской духовной академии (1914–1923 гг.) – архиепископ Василий (Богдашевский).

Относительно архипастырской деятельности архиеп. Василия (Богдашевского), после установления советской власти в Киеве, очень мало сведений и она менее освещена. Ситуация с рассмотрением биографии владыки этого периода осложнена еще и тем, что по замечанию И. Н. Преловской, «никто из исследователей еще не выявил архивного фонда, который компактно содержал бы документы Украинского экзархата 1920-х – 1930-х гг.»1. Известно, что в это время еп. Василий (Богдашевский) принимает активное участие в благотворительных мероприятиях по оказанию помощи нуждающимся и бедствующим, естественно, насколько это было возможно в это трудное время. 24 мая 1920 г. он становится основателем ипочетным членом Братства «Всех святых» при Киево-Подольской Щекавицкой Церкви, что засвидетельствовано дипломом этого братства. Задачей этого общества была «забота о нуждах приходской школы, попечении о бедных и нуждающихся в материальной помощи прихожан»2.

В 1920-е гг. религиозная ситуация в Украине все более осложнялась. Наряду с притеснениями со стороны советской власти, набирали силу раскольнические движения «обновленчества» и националистической автокефалии, также поддерживаемые властью. Еп. Василий (Богдашевский) среди современников имел репутацию верного и последовательного «тихоновца»3, и его деятельность, как викарного епископа, была связана с назначенным экзархом митр. Михаилом (Ермаковым). Они были знакомы еще со времен обучения в КДА, которую еп. Василий (Богдашевский) окончил в 1886 г., а митр. Михаил (Ермаков) в 1887 г.

Экзарх митр. Михаил (Ермаков), прибывший на Украину для умиротворения церковной жизни, однако националистически настроенные раскольники, во главе с В. Липковским не хотели идти ни на какие соглашения и твердо держали курс на раскол, – провозглашение «Украинской Автокефальной Православной Церкви», что и было осуществлено на скандальном «самосвятском соборе» в октябре 1921 г. Вскоре, в конце 1922 г., помимо автокефалисткого раскола, на Украину начинает проникать обновленчество, активно поддерживаемое советской властью, как альтернатива «тихоновской» Церкви. Видя, как нелегко уже немолодому еп. Василию (Богдашевскому) в сложившейся ситуации, друзья и ученики предлагали выехать ему за границу. Свящ. Г. Олейник, бывший настоятель Турновицкого прихода на Холмщине (служивший в то время в Киевской епархии), находясь в Польше у Варшавского митрополита патриаршего экзарха Георгия (Ярошевского), сообщил ему о просьбе еп. Василия (Богдашевского) о предоставлении соответствующего места в пределах Польши.

В письме от 15 января 1922 г., переданном через профессора Познанского университета В. П. Клингера, митр. Георгий (Ярошевский) выражал согласие на просьбу еп. Василия (Богдашевского): «Зная Вас, как своего профессора, по кафедре которого я получил магистерскую степень, и, почитая Вас как ученого, я с удовольствием готов исполнить Ваше желание, – и, тем более что знаю, как тяжело теперь живется на Украине, где и по различным бедам прибавилось еще несчастье – церковные смуты. Здесь Вы могли бы стать или во главе проектируемого богословского православного факультета или получить епархию»4. Так же митр. Георгий (Ярошевский) просил передать информацию о себе через посланных им поверенных людей.

На чистой странице этого же письма сохранился ответ еп. Василия (Богдашевского) в виде черновика. В нем он пишет: «Ваше Высокопреосвященство, досточтимый Владыка, сердечно благодарю Вас за Вашу заботливость о мне в нынешнее время. Передвигаться мне куда-нибудь, я думаю, не следует, ибо я всеми силами сросся с Академией и Киево-Братским монастырем, желаю сложит здесь свои кости. Молю Господа, чтоб Он укрепил меня и я мог сказать с Апостолом: “мне, еже жити – Христос, а еже умрете – приобретение ”. Теперь, только, тот пережить это может, кто решился на всякое мучение»5.

С началом 1923 г. на митр. Михаила (Ермакова) и киевское духовенство отказывавшееся «присоединиться к ”Живой Церкви”»6, начало оказываться очень сильное давление со стороны властей. В одной из сводок ГПУ этого времени имеется следующая характеристика деятельности патриаршего экзарха и его окружения: «Заняв с первых же шагов обновленческого церковного движения в Киевской губернии и на Правобережной Украине явно непримиримую и упорно-враждебную позицию, благодаря своему влиянию и авторитету среди духовенства, способствовал организации крепкого контр-революционно-тихоновского фронта»7. Одним из участников «тихоновского фронта» был и еп. Василий (Богдашевский). В одном из донесений осведомителя ГПУ от 16 января 1923г. имеется следующее свидетельство: «Необходимо всех Епископов г. Киева обязать, чтобы они, кроме своих церквей, монастырей, не служили нигде, а то, получается, от их службы летучие митинги, где они имеют возможность собираться и решать дела; так было в Покровском монастыре, где кроме Епископа Василия собралось до 20 попов и получилось сборище, где они решали дальнейшую тактику»8.

5 февраля 1923 г. был арестован митр. Михаил (Ермаков). Незадолго до этого, 22 января 1923 г. он составляет «Послание Киевским викарным епископам о порядке управления Киевской епархией в случае своего ареста»9. Еп. Василий (Богдашевский) в этом Послании указан последним из всех викариев. Вскоре, – «в ночь на Великий четверг, 4 апреля 1923 г. отделение Секретно-оперативной части киевского губернского ГПУ провело в Киеве новую серию арестов. Киевская епархия была полностью обезглавлена. Митрополит сидел, – теперь чекисты подобрали викариев»10. Накануне, своего ареста еп. Василию (Богдашевскому) был прислан указ Всеукраинского Высшего Церковного Управления (ВУВЦУ), – высшего руководящего органа обновленческого движения, датированный 3 апреля 1923 г., следующего содержания: «Согласно постановлению Президиума ВУВЦУ от 15 января, Вы,за непризнание ВУВЦУ, противодействие церковно-обновленческому движению и церковную контрреволюцию, уволены на покой. При этом ВУВЦУ предупреждает Вас, что оно снимает перед гражданской властью всякую ответственность за дальнейшую Вашу деятельность. Председатель ВУВЦУ митрополит Тихомир»11.

Еп. Василий (Богдашевский) проходил по одному делу с арестованными 4 апреля 1923 г. викарными епископами: Дмитрием (Вербицким), еп. Белоцерковским, Назарием (Блиновым), еп. Черкасским, а также архим. Ермогеном (Голубевым) (сыном профессора КДА С. Т. Голубева), прот. В. Словачевским и прот. А. Жураковским12. Всем обвиняемым вменялась «антисоветская агитация»13. Еп. Василию (Богдашевскому) инкриминировалась, что он «агитировал против советской власти, путем проповедей»14. Следует отметить, что по воспоминаниям В. П. Рыбинского, еп. Василий (Богдашевский) «свои пастырские обязанности он до конца дней своих исполнял добросовестно. Безупречный в обычном житейском смысле, он был ревностен к служению и за каждой службой проповедовал»15. Сам еп. Василий (Богдашевский) своей вины не признал и в показаниях указывал, что «в своих проповедях никогда не касался политических тем, никогда не был контрреволюционером»16.

С 14 апреля 1923г. еп. Василий (Богдашевский), вместе с другими обвиняемыми, был переведен в Москву и содержался в Бутырской тюрьме17. В соответствии с приговором, вынесенным Комиссией НКВД по административным высылкам 16 мая 1923 г., еп. Василий (Богдашевский) (а также еп. Дмитрий (Вербицкий) и прот. В. Словачевский) подлежали «высылке в Зырянский край сроком на 2 (два) года»18. Местом ссылки было с. Ижма19. По ходатайству членов ВЦС (Высшего Церковного Совета) РПЦ при патриархе и Священном Синоде, 24 августа 1923 г., по докладу начальника 6-го отделения СО ГПУ (в компетенцию которого входила борьба с религиозными организациями в СССР) Е. А. Тучкова, Комиссия НКВД по административным высылкам приняла постановление: «гр. Богдашевского, высланного в Зырянский край сроком на два года, во изменение постановления Комиссии НКВД от 16.5.23г. от ссылки освободить»20. Следует отметить, что митр. Мануил (Лемешевский), пользуясь данными своего архива, приводит данные о том, что по поводу ареста и высылки еп. Василия (Богдашевского) подавала протест Французская Академия наук21, однако в следственном деле владыки таких данных нет.

Трагические события 1923 г., связанные с архипастырской деятельностью еп. Василия (Богдашевского), самым негативным образом сказались на деятельности возглавляемой им Киевской Академии. В частности, как полагает М. Л. Ткачук, «арест епископа Василия 4 апреля 1923 г., в ночь разгрома Киевского епархиального управления, не принявшего обновленчества, его последующее осуждение и ссылка в с. Ижму сыграли роковую роль в судьбе КПБА, прекратившей свое существование, по свидетельству историков, в 1924 г.»22.

О дальнейшей деятельности еп. Василия (Богдашевского), после возвращения из ссылки, известно очень мало. Согласно В. П. Рыбинскому, «последние годы жизни архиеп. Василия, конечно, были тяжелы. Невозможность заниматься научно-литературной работой, к которой он привык и которую любил, скудость средств, т. к. община Братского монастыря платила ему, кажется, только 100 рублей, бесправие, органическая неспособность приятия нового порядка – все это сильно его тяготило»23. Наряду с этим, и В. П. Рыбинский, и осведомители ГПУ24 отмечали существенные проблемы со здоровьем у еп. Василия (Богдашевского). Следует отметить, что эти проблемы начались у него еще до революции. Об этом свидетельствует сохранившийся архивный документ, – счет санатория «Крюково», датированный 6 августа 1915г., в котором говорится, что «курс лечения в санатории составил 114 р. 50 коп.»25. После возвращения в Киев в 1924г., здоровье владыки, очевидно, еще более ухудшилось, т. к. он «практически не выходил из дома»26.

Митр. Мануил (Лемешевский) приводит данные о том, что Василий (Богдашевский) «в 1925г. возведен в сан архиепископа с правом ношения креста на клобуке»27. Точную дату возведения владыки Василия в сан архиепископа нам пока выявить не удалось. Митр. Феодосий (Процюк) приводит данные о Соборном осуждении раскольничьей деятельности Феофила (Булдовского) и Сергия (Лабунцевского) 25 марта 1925 г., где в числе подписавших епископов указан и «Епископ Каневский Василий (Богдашевский)»28. Декабрем 1925 г. датируется «Решение православных епископов автономной Украинской Православной Церкви об епитимии главарям «Лубенского раскола» в Полтавской епархии, распространяющегося и по другим епархиям», под которым стоит подпись: «Смиренный Василий, архиепископ Каневский, г. Киев»29.

В марте 1926 г. 6 епископов Украинской Православной Церкви подписали общее сообщение экзарху Украины митр. Михаилу (Ермакову) против григорианского раскола в РПЦ. Вскоре после этого, 12 марта 1926 г. было принято общее обращение украинских православных иерархов к Заместителю Патриаршего Местоблюстителя в Москве митр. Сергию (Страгородскому) по вопросу осуждения организаторов нового церковного раскола ВВЦУ. Среди подписавших эти два документа, был и архиеп. Каневский Василий (Богдашевский)30.

Имеющиеся архивные материалы, а также современник, – В. П. Рыбинский, свидетельствуют о том, что архиеп. Василий (Богдашевский) не до конца разделял позицию митр. Михаила (Ермакова) по вопросу церковно-государственных взаимоотношений. В еженедельной сводке ОГПУ за 21–28 января 1927 г., приводятся данные из письма архиеп. Василия (Богдашевского) сестре, согласно которому, при встрече с митр. Михаилом (Ермаковым) в Малом Софийском соборе архиеп. Василий (Богдашевский) так резко его отчитал за соглашательскую позицию в церковных вопросах, что с экзархом случился сердечный приступ. В своем письме архиеп. Василий (Богдашевский) говорит, что «такие попытки улучшения положения Церкви безуспешны», а «дальнейшие компромиссы умножаться и задушат всех». По поводу своего разговора с митр. Михаилом (Ермаковым) он сообщает следующее: «Не стесняясь, я ему все сказал, но он, видно, неисправим и намерен следовать Сергиевской программе, которая его погубит»31.

В свою очередь В. П. Рыбинский о взаимоотношениях архиеп. Василия (Богдашевского) и митр. Михаила (Ермакова) говорит, что «официально заявлял ему, вместе с другими Киевскими епископами, о своей лояльности, но неофициально бранил его, что называется последними словами, и считал себя от него независимым»32. Очевидно конфликт между двумя иерархами, все же носил какой-то личностный характер, о причинах которого, ввиду скудости информации судить сложно.

Митр. Феодосий (Процюк), со ссылкой на воспоминания очевидца, – архим. Спиридона (Лукича), пишет о том, что на похоронах митр. Михаила (Ермакова) 30 марта 1929 г., «из числа Киевских викариев был Василий (Богдашевский), архиепископ Каневский, который произносил и слово над гробом почившего»33. Современные киевские исследователи (А. В. Стародуб, И. Н. Преловская), персонально не упоминают архиеп. Василия (Богдашевского) на похоронах экзарха Украины, отмечая при этом многочисленность духовенства и мирян34.

Имеются данные об архипастырской деятельности архиеп. Василия (Богдашевского) в конце 1932 г. Так 30 октября 1932 г. он участвовал в епископской хиротонии сщмч. Александра (Петровского) во епископа Уманского в малом Софийском кафедральном соборе, совместно с архиепископом Киевским Сергием (Гришиным) и схиархиепископом Антонием (Абашидзе)35. 3 ноября 1932 г. архиеп. Василий (Богдашевский), там же, в малом Софийском соборе, участвовал в епископской хиротонии Вячеслава (Шурко) во епископа Новоград-Волынского (как викария Киевской епархии с назначением управлять Житомирской епархией). Помимо архиеп. Василия (Богдашевского) в хиротонии участвовали: архиепископ Киевский Сергий (Гришин), архиепископ-схимонах прп. Антоний (Абашидзе) и епископ Уманский сщмч. Александр (Петровский)36.

Сведения о последнем годе жизни и кончине архиеп. Василия (Богдашевского) содержатся в воспоминаниях В. П. Рыбинского. Он сообщает о бедственном материальном положении Владыки, его подорванном здоровье, однако, наряду с этим он свидетельствует, что «методичность свою он сохранил до старости. И в последние годы жизни он гулял в свои определенные часы. Но, конечно, ученой работы вести уже не мог»37. Согласно В. П. Рыбинскому смерть архипастыря датируется 10 марта 1933 г., но некоторые исследователи указывают иную дату – 25 февраля38, возможно данное разногласие обусловлено разностью между старым и новым стилем.

О смерти, архиеп. Василия (Богдашевского) В. П. Рыбинский говорит в следующих словах: «Кончина его была трогательна и такая, которая, по мнению верующих людей, посылается только праведникам: будучи тяжело больным, несмотря на запрещение врача, он все-таки пошел служить всенощную, сказав, будто бы: “хочу умереть в церкви”. И, действительно, по дороге в церковь, около Успенского собора упал и моментально скончался. Сейчас же его перенесли в Братский монастырь, облачили, и всенощную, которую он хотел служить, ему пришлось слушать уже во гробе. П. П. Кудрявцев писал мне, что кончина арх. Василия произвела сильное впечатление и воспринята была подолянами именно как кончина праведника. Последнее место упокоения он нашел в церкви Братского монастыря, у ближайшего ко входу столба с правой стороны»39. Известно, что позднее, в виду уничтожения церкви Киево-Братского монастыря в 1935 г., останки архиеп. Василия (Богдашевского) были перенесены на Лукьяновское кладбище.

Из рассмотрения жизни и церковного служения архиеп. Василия (Богдашевского) периода – 1920–1930-х гг., связанного со многими трагическими событиями отечественной истории, можно видеть, что в годы «лихолетья» для Церкви, он стойко выдержал все испытания и невзгоды. И был Пастырем который непоколебимо следовал учению Православной канонической Церкви. Все эти позиции характеризуют владыку как мужественного человека и твердого в вере архипастыря.

* * *

1

Преловська И. Документи органив безпеки УСРР щодо життя та дияльности Екзарха України митрополита Михаїла (Єрмакова) (1862–1929) // Український археографичний щоричник (далее – УАЩ). Вип. 15. К., 2010. С. 44.

2

Институт Рукописей национальной Библиотеки Украины им. Вернадского (далее – ИР НБУВ). Ф. 191. Д. 132. Л. 1.

3

Василь Липкивський, митр. История Української Православної Церкви. Роздил VII: Видродження Української Церкви. Виннипег, 1961. С. 22; Рыбинский В. П. К истории Киевской Духовной Академии. Машинопись. Б/м., б/ г. С. 31.

4

ИР НБУВ. Ф. 191. Д. 551. Л. 1–2.

5

ИР НБУВ. Ф. 191. Д. 551. Л. 2 об.

6

Никодимов И. Н.Воспоминание о Киево-Печерской Лавре (1918–1943 гг.). К, 1999. С. 168.

7

Центральный государственный архив общественных объединений Украины (далее – ЦГАООУ). Ф. 263. Оп. 1. Д. 45504. Л. 39.

8

Там же. Л. 14.

9

Отраслевой государственный архив Службы безопасности Украины (далее – ОГА СБУ). Ф. 6. Д. 38183. Л. 7.

10

Билокинь С. О. Анатолий Жураковський и київськи йосифляни: Документальне дослидження. К., 2008. С. 37.

11

ИР НБУВ. Ф. 191. Д. 21. Л. 18.

12

ОГА СБУ. Ф. 6. Д. 38183. Л. 3.

13

Там же. Л. 47.

14

Там же. Л. 30.

15

Рыбинский В. П. К истории Киевской Духовной Академии. Машинопись. Б/м., б/ г. С. 34–35.

16

ОГА СБУ. Ф. 6. Д. 38183. Л. 29.

17

Там же. Ф. 6. Д. 38183. Л. 45.

18

Там же. Л. 47.

19

Рыбинский В. П. К истории Киевской Духовной Академии. Машинопись. Б/м., б/ г. С. 31.

20

ОГА СБУ. Ф. 6. Д. 38183. Л. 49.

21

Мануил (Лемешевский), митр. Русские православные иерархи 992–1892. Т. I. М. 2002. С. 62.

22

Ткачук М. Л. «Академию бесконечно люблю…»: архиепископ Василий (Богдашевский) как студент, профессор и ректор Киевской духовной академии // ТКДА. № 16. К., 2012. С. 55.

23

Рыбинский В. П. К истории Киевской Духовной Академии. Машинопись. Б/м., б/ г. С. 32.

24

Преловська И. Документи органив безпеки УСРР щодо життя та дияльности Екзарха України митрополита Михаїла (Єрмакова) (1862–1929) // УАЩ. Вип. 15. К., 2010. С. 75.

25

ИР НБУВ. Ф. 191. Д. 13. Л. 1.

26

Преловська И. Документи органив безпеки УСРР щодо життя та дияльности Екзарха України митрополита Михаїла (Єрмакова) (1862–1929) // УАЩ. Вип. 15. К., 2010. С. 74.

27

Мануил (Лемешевский), митр. Русские православные иерархи 992–1892. Т. I. М. 2002. С. 62.

28

Феодосий (Процюк), митр. Обособленческие движения в Православной Церкви на Украине (1917–1943). М., 2004. С. 369.

29

Цит. по.: Лубенский раскол и «иоанникиевщина» в документах Патриаршей канцелярии // Вестник церковной истории. №1 (9). М., 2008. С. 67.

30

Преловська И. Документи органив безпеки УСРР щодо життя та дияльности Екзарха України митрополита Михаїла (Єрмакова) (1862–1929) // УАЩ. Вип. 15. К., 2010. С. 63.

31

ОГА СБУ. Ф. 13. Д. 370. Ч. 1: 1927 р. Т. 5. Л. 96 об-97.

32

Рыбинский В. П. К истории Киевской Духовной Академии. Машинопись. Б/м., б/ г. С. 31.

33

Феодосий (Процюк), митр. Обособленческие движения в Православной Церкви на Украине (1917–1943). М., 2004. С. 393–394.

34

Стародуб А. Митрополит Михаїл (Єрмаков) (1862–1929): деяки аспекти останнього периоду дияльности та обставини смерти // Наукови записки. Збирник праць молодих вчених Институту української археографиї та джерелознавства им. М. С. Грушевського НАНУ. Т. 9. Тематичний випуск «Биографична некрополистика в контексти сучасної историчної науки. Джерела та результати дослиджень». К., 2002. С. 472; Преловська И. Документи органив безпеки УСРР щодо життя та дияльности Екзарха України митрополита Михаїла (Єрмакова) (1862–1929) // УАЩ. Вип. 15. К., 2010. С. 81.

35

Хроника церковной жизни. Журнал Московской Патриархии (далее – ЖМП) № 13. 1933 г. // Журнал Московской Патриархии в 1931–1935 годы. М., 2001. С. 155.

36

Хроника церковной жизни. ЖМП № 13. 1933 г. // Журнал Московской Патриархии в 1931–1935 годы. М., 2001. С. 156.

37

Рыбинский В. П. К истории Киевской Духовной Академии. Машинопись. Б/м., б/ г. С. 31.

38

Бiлокiнь С. О. Анатолий Жураковський и київськи йосифляни. Документальне дослидження. К., 2008. С. 91.

39

Рыбинский В. П. К истории Киевской Духовной Академии. Машинопись. Б/м., б/ г. С. 33.


Источник: Портал Богослов.Ru

Комментарии для сайта Cackle