профессор Василий Васильевич Болотов

К вопросу об Ареопагитских творениях

(Письмо архиепископу финлядскому Антонию)

Поводом к написанию В. В. Болотовым († 1900 апреля 5) печатаемого письма от 18/19 ноября 1897 г. к архиепископу финляндскому Антонию (с 1898 митрополиту с. петербургскому, † 1912 ноября 2) было обращение к высокопреосв. Антонию в 1897 г. англичанина Джона Паркера с изданным им переводом на английский язык ареопагитских произведений и особым письмом от 4 июня (н. с.). Книга и письмо Паркера сначала были переданы проф. А. П. Лопухину († 1904 августа 22), бывшему тогда редактором „Церковного Вестника” и „Христианского Чтения“, и письмо Паркера было переведено им для высокопреосв. Антония на русский язык; затем они были пересланы А. П. Лопухиным к В. В. Болотову для отзыва. Письмо В. В. Болотова, написанное тогда, также сделанный А. П. Лопухиным перевод письма Паркера, впоследствии самим высокопреосв. Антонием были переданы вместе с разными другими документами, относящимися частью к старокатолическому вопросу, частью к пребыванию высокопреосв. Антония в Англии, председателю (1903–1909) Комиссии по старокатолическому вопросу, ректору с.-петербургской духовной Академии, епископу Сергию (ныне архиепископу финляндскому) и присланы им в прошедшем 1913 году для напечатания и для передачи затем в библиотеку с.-петербургской духовной Академии. Издаваемое письмо В. В. Болотова написано на 15 сшитых вместе листках почтовой бумаги обычного размера (57 страниц); на отдельном листке нарисована «диаграмма».

Написанный рукою А. П. Лопухина на почтовом листке перевод письма Паркера, давшего, вместе с книгой, повод к появлению письма В. В. Болотова, имеет следующий вид.

„Перевод письма Джона Паркера.

77 Boul[e]vard Mariette

Boulogne sur Unes [= Mer ?]

Pas de Calais.

Франция.

4 июля 1897 г.

Высокопреосвященнейший Архиепископ,

Я имел смелость препроводить Вашему Высокопреосвященству мой перевод Дионисия Ареопагита, изданный мною с целью дать членам англиканской церкви возможность понимать греческую православную церковь и содержимое ею апостольское учение.

Ничто так полно не могло бы привести англиканскую церковь в соприкосновение с греческой православной церковью и так успешно восстановить некоторые апостольские предания, ныне забытые, как признание подлинности творений Дионисия.

Могу ли я просить Ваше Высокопреосвященство о том, чтобы Вы познакомили англиканских епископов с преданиями восточных церквей и особенно с определениями греческой церкви касательно этих творений? В Германии быстро возрастает школа, которая допускает их подлинность, и во Франции также выдающиеся ученые возвращаются к этому древнему воззрению.

Не сообщите ли мне любезно, можно ли литургию, которую я перевел с латинского, найти или в греческом подлиннике, или в сирском переводе?

Имею честь оставаться Вашего Высокопреосвященства преданнейшим слугою

Джон Паркер“.

Книжка Джона Паркера: The Works of Dionysius the Areopagite, now first translated into English from the original Greek, bу the Rev. John ParkerΜ. A. London 1897 (она находитcя теперь в библиотеке с.-петербургской духовной Академии) содержит перевод сочинений о божественных именах и о таинственном богословии, 11 писем (11-е – Аполлофану) и литургии Дионисия. Раньше им были переведены сочинения о небесной и о церковной иерархиях (1894). Кроме того, им были изданы брошюры: Dionysius the Areopagite.А Sermon preached in Paris (1893), Are the wrightings of Dionysius the Areopagite genuine? (1897), Dionysius the Areopagite and the Alexandrine School (1899). В брошюре „Are the wrightings“ etc. (p. 4) он сообщает, что к твердому убеждению в подлинности ареопагитских сочинений он пришел „после пятилетнего непрерывного исследования“ и теперь, со своим результатом, апеллирует „к исторической критике и здравому смыслу“ (to historical criticism, and to common sense); Как единомышленники, между немецкими учеными указываются у него Schneider, проф. Schwarz в Люттихе и проф. Schmid в Бриксене (р. 19). Замечания относительно Паркера и его аргументации ср. в статье Hugo Koch, Zur Arеоpagitischen Frage, в Römische Quartalschrift für christliche Alterthumskunde und für Kirchengeschichte. XII. (1898), S. 361 – 2.Признание подлинности ареопагитских творений, по мысли Паркера, не только могло бы быть положено в основу сближения церквей англиканской и православной восточной, но могло бы, при возвышенном характере этих творений, – содействовать и обращению Индии в христианство (Koch, 362).

В действительности, в настоящее время всякие попытки отстоять подлинность ареопагитских сочинений должны быть признаны с научно-исторической точки зрения совершенным анахронизмом. У нас в России мыслью доказать эту подлинность увлекся некогда известный ученый епископ Порфирий Успенский (в Чтениях в обществе любителей дух. просвещения, 1878 II, перепечатано в его книге: Первое путешествие в афонские монастыри и скиты. Ч. II. Приложение ко второму отделению сей части. М. 1881). На западе в качестве упорного защитника подлинности, не внимающего никаким разумным доводам, доселе нередко выступает в разных статьях капуцинский патер Joseph von Leonissa.

Обстоятельному научному исследованию вопрос об ареопагитских творениях в новейшее время подвергли два католические ученые, Hugo Koch, в ряде статей и в особом сочинении Pseudo-Dionysius Areopagita in seinen Beziehungen zum Neuplatonismus und Mysterienwesen. Eine litterarhistorische Untersuchung. Mainz 1900, и иезуит J. Stiglmayr, также в многочисленных статьях и в трактатеDas Aufkommen der Pseudo-Dionysischen Schriften und ihr Eindringen in die christliche Literatur bis zum Laterancoucil 649. Gymn.-Programm. Feldkirch 1895. Ими устанавливается факт зависимости автора ареопагитик от сочинений неоплатонического философа Прокла († 485) и происхождение их относится к последней четверти V века (не ранее 476 г., вероятно уже после 482, нужно думать – в Сирии). Сжатое изложение доказательств позднего происхождения ареопагитик см. в статье о Дионисии Ареопагите проф. И. В. Попова, в Правосл. богословской энциклопедии, изд. под ред. А. П. Лопухина, т. IV (1903), 1078–9. Все усилия разных ученых открыть действительного автора произведений, имевших столь важное значение в истории христианского богословия и особенно в истории христианской мистики, и определить с точностью дату и место их появления, доселе однако не увенчались успехом.

В. В. Болотов в своем письме с особою подробностью рассматривает рассказ автора ареопагитик (в 7 послании): о том, как он, будто бы, наблюдал вместе с философом Аполлофаном солнечное затмение, бывшее во время распятия Господа, и в этом рассказе видит одно из самых решительных доказательств неподлинности ареопагитских сочинений. Но он не считает нужным непременно признавать автора их фальсификатором в обычном смысле, допустившим подлог именно с прямою целью ввести читателей в заблуждение, и. в его своеобразном способе писательства – от имени Дионисия Ареопагита – находит возможным видеть лишь особую литературную форму. Несомненно, этот взгляд, как отмечает это сам В. В. Болотов, заслуживает особого внимания.

А. Бриллиантов

Ваше Высокопреосвященство

Высокопреосвященнейший Владыко,

Александр Павлович переслал мне книжку и письмо Rev. Джона Паркера, адресованные Вашему Высокопреосвященству. Я предполагаю, что не пойду против намерений Вашего Высокопреосвященства, если эти строки препровожу к Вам, Владыко, непосредственно, не «viâ Редакция Х Чт. и ЦВ».

Мне неизвестно, какие сведения имеются в распоряжении Вашего Высокопреосвященства о личности Rev. Паркера. Судя по тому, что его книжка посвящена французскому l'abbé D'Анвье; что регенсбургский Dr. Ceslaus Maria Schneider состоит в дружеской переписке с Паркером и что сам Паркер писал и след. «творения»:

«Священное Писание в Римской Церкви» и"Апостольские предания по учению тридентинского собора», приходится, кажется, заключить, что Паркер – папист.

Его книжку я скорее пробежал, чем рассмотрел. Вещь совершенно заурядная, с типическими особенностями плохих произведений, «выходящих из-под пера англичан. Прежде всего наскок, сближающий англичанина с жидом: положения, нуждающийся в доказательствах, предъявляются словно бесспорные (напр., р. 128: «Игнатий пострадал в 107 г., Дионисий в 119»); автор не брезгует и «истинами» давно опровергнутыми (рр, 139. 140: «затмение во время распятия – упоминаемое Флегонтом»); типичен его «ключ к церковной истории первого века» (р. xv): из Деян. 1:8; Колос. 1:23 выводится заключение, что уже при апостолах христианство существовало во всем мире [и в Австралии, и в Патагонии, и в Китае, Reverend Sir?] и что к концу первого века христианин сделался бы римским императором, если бы только его не убил жестокий Домитиан [странные понятия о Провидении, если взбалмошный тиран может перечеркнуть пути Промысла и отсрочить их осуществление слишком на 200 лет!]. Ко всему этому Rev. Паркер – муж самого столпообразного легендоверия. Он полагает, что дело делает, ополчаясь на защиту парижского епископства Дионисия Ареопагита, – тогда как ученые французы не считают возможным и чернила тратить на подобные рассказы.

Англичан обыкновенно хвалят за их common sense. У Rev. Parker, напротив, какая-то трещина в sensorium commune (ракой-то знакомый М. О. Кояловича1 характеризовал кого-то: «у него мозги взболтаны»), и уже это одно делает его непригодным в качестве исследователя вопроса об Areopagiticä Паркер воображает, что этот вопрос можно решить дешевенькою парою страничек, направленных против одного argumentum e silentio, – да торжественным указанием на разногласия во взглядах противников, да похвальными красными словесами Еразма Роттердамскаго. Как легендовер, он – так сказать – (р. vij) упивается тем, что в Areopagitica есть самого невероятного, Паркер полагает, что он со своим ратоборствованием одерживает триумфы: ведь Dr. Schneider (р. xvj) уведомил его, что «в Германии теперь допускают, что внешние доказательства – в пользу подлинности Дионисия».

Чтобы оценить «важность» этого сообщения, стоит лишь припомнить, как ставится вопрос, об Areopagitica. Писатель этих произведений или был сам Дионисий Ареопагит или намеренно выдавал себя за Дионисия Ареопагита.

Но в 1861 г. объявился Dr. Нipler и прельстил многих2. Хиплер утверждал, что этот писатель и не был Дионисий Ареопагит и не выдавал себя за Дионисия Ареопагита, а по ошибке был другими принят за Дионисия Ареопагита. Автор этих творений был монах Дионисий ринокурурский, живший во второй половине IV в. – «Но позвольте, – возражают хиплерианам: – а epistola 10 «Иоанну, Богослову Апостолу и Евангелисту, заточенному на острове Патмосе»?! – Ах, нет, нет! это надписание по ошибке дали невежественные переписчики. – «А Иаков ἀδελφόθεος»?! – Ах, нет, нет! Нужно читать просто ἀδελφός. Сперва, видите ли, было АΔЕΛΦΟC, а потом кто-то поправил на АΔЕΛФΘС, что затем и прочитано как АΔЕΛФОФЕОС. – «А присутствие при погребении, или – согласимся – созерцании «живоначального и богоприемного тела, σώματος» Богоматери»?! – Ах, нет, нет! Нужно читать не σώματος, а «σήματος»: речь идёт о созерцании гроба Господня. – «А наконец »τῆς ἐν τῷ σωτηρίῷ σταύρῷ γεγονυίας έχλείψεως«?! – Ах, нет, нет! Нужно читать ἐχλάμψεω;: речь не о затмении, а о воссиянии, о знамении креста на небеси в IV в.

И все остроумные люди в Germania docta признали, что Dr. Hipler доказал свой тезис блестяще, glänzend. А когда дело дошло до справки с древними рукописями и древним сирским переводом, то все эти «нужно читать» блистательно провалились. «Внешние доказательства» уничтожили хиплерианскую паутину.

А Rev. Parker воображает, что они уничтожили вторую половину вышеприведенной дилеммы. Но ее «внешние доказательства» не поколебали нисколько. Ее теперь лишь формулируют отчетливее: Под именем Ароопагита пишетили обманщикили литературная маска

(В наши дни Жюль Верн совершает путешествия и на луну и к центру земли: человек V – IV в. попытался поместить себя в I веке и от имени Дионисия Ареопагита завязать переписку с мужами апостольского века. Areopagitica, следовательно, – не подлог, а только литературная форма).

И на последней половине этой альтернативы сто́ит сосредоточить свое внимание всем, решающим этот вопрос; потому что эта гипотеза, освобождая автора этих творений от позорного клейма фальсификатора, хорошо объясняет анахронизмы, неприемлемые в подлинных писаниях I в. Конечно, и эта гипотеза Areopagitica развенчивает; но даже и у нас в России указание Филарета на «напряженный слог» этих творений, в статье проф. И. Смирнова в «Правосл. Обозрении», разъяснено достаточно подробно: вместо глубокомыслия – ходульность и напыщенность, и ни один отдел догматики не пострадает от того, что Areopagitica будут объявлены неподлинными3.

В самом деле, вместо юношески здоровой силы, – какою естественно представлять мужей апостольского века, – в Areopagitica чувствуется надрывающийся неоплатоник, который «словечка в простоте не скажет» и без превосходной степени шага ступить не умеет. Напр. pag. 120 Паркера, он хотел бы и «Κύριος» возвести в превосходную степень (τὸ κύροςκαὶ τὸ κύριον καὶ τὸ κύριστον).4 Известное выражение «прииде Иисус пребожественный» ведет свое начало из Areopagitica, и смысл его в славянском переводе затушеван: в подлинном «Ἰησοῦς ὁ ὑπερθεος», Пребог,Вышебог, – излюбленное словечко псевдо-ареопагита, Парк рр. 16, 7. 24,20. 26, 7. 130, : the Super-God. – Я сильно сомневаюсь, чтобы церковь апостольского века позволила кому-либо из верующих употреблять такое философски нелепое выражение, как «ὑπέρθεος». Для всех семитов, называющих Бога

Бог есть по преимуществу «желаний край»

(евр. «El» Бог и «el» к тождественны по корню: след. для сомита Бог есть «Тот к Кому» [человек протягивает руки, тяготеет всем существом своим], т. е. – на языке философов – последняя цель).

А раз человек мыслит Бога как Абсолют, как Всесовершенное, то «Выше-абсолют», «Выше-всесовершенное», будет уже contradictio in adjecto, логическое недомыслие, попытка – прыгнуть выше своей собственной головы. – Древняя церковь слишком серьезно противополагала свой монотеизм языческому политеизму (Кор. 8:4-6), слишком последовательно отрицала богов языческих, чтобы – вместо Единого Бога – позволить говорить о Вышебоге. Термин «οπέρθεος» зародился в голове неоплатоника, который не стряхнул с своих плеч своего рокового политеистического прошедшего. Там, где вместо Бога получились боги, не замедлили появиться и божишки: semidei, rustica numina, fauni, И слово θεός было до того опошлено (припомним лишь лакейские ἀποθεώσει; римских императоров!), что казалось неудобным применять его и к Единому Истинному Богу, и («голь на выдумки хитра») сочинили «πέρθεος»5

Это – один из цветочков Areopagitica. – Но для критики их подлинности, по моему мнению, имеет чрезвычайную важность послание 7-е, где автор утверждает, что он был очевидцем затмения во время распятия Господа. Раз ἐκλείψεως здесь установлено твердо, – никакой Дионисий ринокурурский этого послания написать не мог. Здесь говорит или Ареопагит – современник распятия Господа или лицо, подделывающееся под Ареопагита. Tertium non datur. Какова бы ни была цель подделки («подлог» или только «литературная маска»), в главном и существенном вопрос стоит так: в epistola 7 мы читаем или свидетельство (и следовательно нечто ценное) или сочинительство (и следовательно пустопорожнюю трату чернил). – Которая из этих альтернатив надлежащая? Вот вопрос!

Чтобы оценить по достоинству epist. 7 глаголемого Ареопагита, позвольте, Ваше Высокопреосвященство, затронуть общий вопрос о том, что такое чудо.

Я думаю, всякий понимающий дело (вдумчивый) богослов допустит, что, творя чудеса, Творец не входит в конфликт с законами созданной Им же природы. Т. е., чудо не есть нарушение законов природы: оно есть специальный случай их высшего применения. Если явление природы есть «- а», то чудо есть не «- а», а «+ а3», respective «+ ах».

Самая высшая область отношений Бога к человеку на богословском языке называется «домостроительством», οἰκονομία. И чудеса совершаются – так сказать – «хозяйственным способом»: maximum действия с точки зрения запросов человека при minimum расхода: никакой «непроизводительной» затраты (ср. Иоанн. 6:12).

Конечно, всемогущий Бог мог бы при самой тихой погоде послать проливной дождь и этим ливнем осушить Чермное море; однако, «возгна Господь море ветром южным сильным всю нощь [= продолжительное интенсивное действие естественной силы], и – разступися вода» (Исх. 14:21). И в пустыне Син Он мог бы послать Израилю поле со спелою пшеницею, и однако Он дает манну, – явление, для этой местности естественное (хотя и в микроскопических размерах). Он мог бы по воздуху перенести в Рафидин целое геннисаретское озеро, однако, вместо того, Он источает воду из камня (аналогия: естественное бурение артезианских колодцев). Чтобы «плакавших» накормить мясом, Он мог бы, по воздуху же, перенести в пустыню целые стада волов, овец или серн (Числ. II:22: это ближайшим образом приходит на мысль и Моисею); однако ветер приносит «крастели из моря».

И Сам Христос мог бы повелеть наполнить водоносы песком, и этот песок – превратить в вино. Однако, Он в вино претворяет воду, которую и лоза – медленно естественною своею силою – превращает в вино. И в пустыне Христос мог бы взять горсть песку и каждую песчинку претворить в хлеб. Однако, по повелению Его, у мальчика берут пять хлебов и две рыбы, и чудо сводится к моменту необычайной дробимости этой естественной пищи, получает характер количественный (необыкновенная интенсивность естественного действия).

Таким образом и чудеса опираются на естественные силы природы и. представляют известное экономизированье в пользовании ими, а не бесцельную расточительность.

Еще Ориген заметил, что «тьма» во время распятия Господа была явлением местным, а не всемирным. Ея очевидная цель – поразить ужасом свидетелей голгофского события – достижима была только в Иерусалиме и в Иудее (не бывшие в Иерусалиме из рассказов очевидцев распятия Господа могли уяснить себе значение этой тьмы, от шестого часа до часа девятого). Но в Лапландии, в Японии, в Патагонии, эта «тма» не достигала бы своей цели, так как очевидцы события не имели – по историческим условиям – возможности уразуметь смысл этого явления.

Евангелие (Лук. 23:45 «и померче солнце» και ἐσκοτίσθη ὁ λιος ACbD против τοῦ ἡλίου ἘΚΛΙΠΟ᾿ΝΤΟΣ в אBC*L)6 во всяком случае не принуждает понимать это явление в смысле солнечного затмения (τοῦ ἡλίου ἔχλειψις в смысле астрономического термина).

а) Солнечное затмение было излишне в смысле цели. Требовалось произвести известное впечатление на людей. Тьма среди белого дня (от чего бы ни зависело это бессилие солнечных лучей) производить впечатление не только на людей, но и на животных. И даже астрономически образованный свидетель голгофских ужасов испытал бы психологическое действие этого помрачения солнечного света не менее, чем и самый заурядный иудей: раз эта тьма по интенсивности своей или была равна полному солнечному затмению иди превосходила это последнее, а астроном был глубоко уверен, что в этот день солнечное затмение было физически невозможно,

Солнечные затмения возможны лишь во время новолуний, когда луна стоит между солнцем и землею (порядок:☉ ☾ ♁), не во время полнолуний, когда земля стоить между лупою и солнцем (☉ ♁ ☾)  и притом тьма длится совсем необычно;

Полное солнечное затмение (закрытие всего диска солнца диском Луны; длится «лишь около 8 минут». Правда, полному затмению неизбежно предшествует частное затмение, равно и кончается полное затмение переходом в частное, – так что с обоими частными вместе – такое затмение длится более 2 часов; но «тьма» при начале и конце его бывает так ничтожна, что ее даже и совсем не замечают не предуведомленные зрители.

то и он поддался бы чувству ужаса, обостренному тем, что оставалась бы неизвестна физическая причина омрачения солнца.

Если нельзя утверждать, что для достижения ближайшей цели (тьма – ужас) требовалось именно затмение (в смысле астрономического термина); то, быть может, следует допустить, что эта цель наилучшим образом достигалась именно при посредстве ἔχλειψις.

Даже и с такою ratio theologica я не могу согласиться: затмение при данных обстоятельствах создавало бы скорее minus, чем, plus, в общем впечатлении от омрачения солнца. В Иерусалиме присутствовали α) люди совсем необразованные (и таких, конечно, было большинство), β) люди образованные, respective полуобразованные (и таких было немало) и γ) люди высокообразованные, respectivë, люди с специально астрономическими сведениями (и таких было чрезвычайно мало). Но для людей необразованных и всякое солнечное затмение страшно, и затмение 14. нисана было бы не страшнее прочих – Лица полуобразованные «знали» – сиречь: «от людей они слыхали)» – что во время полнолуний затмений солнечных не бывает; но это «знание» («levis haustus» Бэкона) было слишком поверхностно для того, чтобы стать ясным, не поколебимым ученым «убеждением» в безусловной невозможности солнечного затмения в этот день. Выше всего царила фраза: «затмение – естественное астрономическое явление». Тьма 14 нисана была для таких людей страшна, пока ее «причина» была неизвестна. Но раз произнесена фраза: «да это – просто затмение!», и для грамотной шушеры «все» стало «ясно», и всполохнувшиеся сердца их ужо бились ровно. – Наконец лица образованные в специально астрономичфском смысле, в роде членов «комиссии календаря» («sôd ha-ibbûr»), – но это были сподвижники Анны и Каиафы, и у них было на душе слишком темно для того, чтобы обращать, внимание па небо. Да и недосужно!

Припомним, что в это самое время они вели переговоры о «титле» на кресте и получили в ответ бесповоротное: ὃ γέγραϕαγέγραϕα. А вопрос о «титле» для них был важнее, чем десять тысяч затмений. Эти человечки зарвались страшно. Когда Пилат противопоставил им грозное «omen» (Иоанн. 19, 14.15b), они имели низость отречься от мессианских идеалов своего народа (Иоанн. 19, 15ас) и затем испортили свои отношения к Пилату по-видимому навсегда, когда позволили себе наглость – угрожать ему или шантажом или совершенно подлою «kalumniâ» («диффамация» – «клевета» ), Иоанн. 19, 12. Они «аукнулись», а теперь Пилат по-видимому на их «дедукцию» «откликнулся»: это «титло» ведь могло быть «протоколом» для длинного – предлинного дела о «политической неблагонадежности» иудеев, с секретными дознаниями и «пристрастными» допросами, и законоположников израилевых брал каинский страх за целость собственной кожи.

Т. е. я полагаю, что творить чудо столь «сверхъестественное» было – при данных обстоятельствах – не для кого.

б) Солнечное затмение в этот день было физически невозможно (это показано выше: ☉ ♁ ☾ . Но если бы – по неисследимым предначертаниям Высшего Разума – требовалось именно это физически невозможное, оно совершилось бы «сверхъестественным», но не «противоестественным» образом, – supra naturam в смысле ultra naturam (= как «+ ах»), но не contra naturam (как « – а»).

Что я разумею под «ultra naturam», я объясняю на прилагаемой диаграмме: солнечное затмение осуществилось бы так, как показывают красные стрелки [b] при красном круге [В]. Луна, которую еще утром (с 13-го на 14-е нисана) видели на западном горизонте (в «оппозиции» восходящему солнцу), понеслась бы с чрезвычайною быстротой по своему естественному пути и в шесть часов [от первого до шестого, по нашему: от 6 часов утра до 12] прошла тот полукруг, который, по естественному порядку, ей предстояло пройти в 16 дней (15 – 30 нисана). Затем в течение трех часов (VI – IX =1 – 3 часы по полудни) луна почти стояла, закрывая своим диском диск солица. Наконец в три часа (IX – XII = 4 – 6 по-полудни) луна с еще большею быстротой, чем утром, понеслась по своему пути и к моменту захода солнца была уже видима – в «оппозиции» ему – на восточном горизонте, – на том месте, где ей и следовало быть в ночь с 14-го на 15-е нисана. – Таким образом все сводилось бы к моменту чисто количественному: к чрезвычайной быстроте движения луны: за эти 12 часов (утро – день – вечер) она «пережила» бы целый синодический месяц.

Диаграмма. Верхний край солнечного диска

S ­ Солнце. T ­ Земля. 

Круг черными чернилами [А] = нормальное течение луны (по указанию черной стрелки [а]), с отметою мест луны 7-го, 13-го, 14-го [полнолуние, день распятия, пятница], 15-го, 16-го, 22-го и 30-го нисана.

Круг красными чернилами [В] = нормальное течение луны при солнечных затмениях Сдвижение луны чрез диск солнца по указанию красной стрелки [b]).

Круг синим карандашом [C] ·­· течение луны по псевдо-Ареопагиту (по направлению, указываемому зеленою стрелкой [с])7.

Стрелка [b] везде имеет тоже самое направление, что и стрелка [а], и порядку: 14-е, 15-е, 16-е, 22-е, 30-е число месяца, 1-e, 7-е, 14-е, 15-е число следующего месяца, соответствует порядок часов I-XII по иудейскому счислению.

Но глаголемый Ареопагит на том именно и стоит, что εχλειψις было contra naturam.

На диаграмме это представлено синим кругом [С], и Зеленая стрелка [с] на всех пунктах имеет противоположное направление относительно черной [а] и красной [b] стрелки.

«Дионисий» лично знает языческого философа Аполлофана, который не верует во Христа – и просит «Поликарпа» (видимо епископа смирнского) предложить этому Аполлофану некоторые вопросы.

«Что́ ты скажешь (λέγεις) о затмении (τῆς ἐκλείψεως), бывшем в [день] спасительного креста? Ведь мы были тогда вместе в Илиополе, вместе (с тобою) стояли и видели, как луна странно (παραδόξως) надвигается (ἐμπίπτουσαν) на солнце, [странно] потому, что тогда было не время конъюнкции (συνόδου καιρός), – и затем сверхъестественно (ὑπερφυώς) от девятого часа до вечера стала в диаметрально противоположное солнцу место (εἰς τὸ τοῦ ὑλίου διάμετρον ἀντικαταστσαν). Напомни ему и другую подробность: он знает, что мы видели (тогда), что и ἔμπτωσις ее [первое соприкосновение диска луны с западною (при естественных затмениях) точкою солнечного диска] началось с востока (έξ ανατολών), и она дошла до [противоположного] края солнца

[= произошло покрытие солнечного диска диском луны, т. о. затмение стало полным = № 3],

потом отступила (άναποδίσασαν)

[т. е. затмение опять сделалось частным = «№ 4], И притом как ἔμπτωσις, так иἀνακάθαρσις

[= последнее соприкосновение дисков = № 5, конец затмения]

последовало но на том пункте (на котором это бывает всегда), а па пункте диаметрально противоположном

[= т. е., первое соприкосновение дисков произошло на восточной точке солнечного диска, а последнее – на западной].

Толикие произошли (ἐστι) в то время сверхестественные (τὰ ὑπερϕυῆ) явления, возможные (лишь) для единого всевиновника, Христа». «Дионисий» напоминает, что тогда и сам Аполлофан сказал: «Здесь, любезный Дионисий, усматривается вмешательство божественных факторов (в явления природы)»,ταῦτα, ὦ καλὲ Διονύσιεθείων ἀμοιβαί πραγμάτων8.

Движение диска луны (№№1, 2, 3, 4, 5) при естественном солнечном затмении

И только. Спрашивается: для чего же, cui bono, Господь сотворил столько «сверхъестественного» – вернее: противоестественного? Чтобы два человека в Илиополе поглядели, почудились и – не пришли ни к какому нравственно ценному результату? Ведь Аполлофан, сделав вывод в виде «общего места», остался язычником, а Дионисий – предполагается – обратился только благодаря проповеди апостола Павла. Два свидетеля очевидца не умели огласить это событие так, чтобы оно занесено было в александрийские астрономические анналы и сделалось известно, кому следовало о том знать. Достаточно заметить, что уже Юлий Африкан († ок. 240 г.) ничего не знает о том, что во время распятия произошло солнечное затмение: он, как и Ориген, это прямо оспаривает9.

А чудеса, между тем, описаны великие. В ночь с 13-го на 14-е нисана луна движется еще по направлению черной стрелки [а], но с утра 14-го нисана она уже летит по направлению зеленой стрелки [с], диаметрально противоположному. Для того, чтобы это стало физически выполнимо, требуется, чтобы кинетическая энергия луны превратилась прежде всего в нуль, а потом луна зарядилась новою энергией для движения в противоположном направлении, а к заходу солнца 14-го нисана и эта энергия должна перейти в нуль, а лупа – еще раз – зарядиться энергией для продолжения своего движения в нормальном, но диаметрально противоположном описанному Дионисием направлении (на диагр. [круг С у 15 нисана]).

Но когда кинетическая энергия приводится к нулю, она в сущности переходит в теплоту. Лупа – игрушечка весом 1/80 всего земного шара, следовательно в 4.687 с четвертью триллионов пудов (число это состоит из 22 цифр), – несется со среднею скоростью в 1022 метра в секунду.

(Наша верста­1066, 70 метр. Пушечное ядро пролетает только 632 метра в секунду).

Если бы луна вдруг остановилась, то ее температура (допуская, что масса, из которой луна состоят, обладает теплоемкостью даже железа) повысилась бы на 1142°! Но, после затмения, луна в три часа (а по «Дионисию» чуть не во мгновение ока) пролетает то пространство, на которое она по естественному порядку затрачивает около полмесяца, т. е. она в это время летит со скоростью приблизительно в 112.444 метров в секунду (- со скоростью 105 верст в секунду). И вся эта кинетическая энергия должна была опять превратиться в тепло, т. о. температура луны должна возвыситься на 13.823.000°! И всех этих чудес не заметил никто, – Дионисий и не подозревал о них!

Библейские чудеса такою расточительностью не отличаются.

Если бы кто, при объяснении подобных невероятных диковин, стал на ту точку зрения, что в них выразилось объективное сострадание неразумной природы с Создателем (Не только субъективное, умопредставляемое только человеком); то как ответить на вопрос: да почему же эти ужасы терпит только лупа, а царь неодушевленной природы – солнце – не принимает в них никакого участия? Ведь, если мы и говорим о затмении солнца, то говорим с точки зрения чисто субъективной: нам так кажется, что диск луны затмевает солнце; па деле же тень от лупы покрывает только землю. Следовательно, никаких солнечных затмений объективно не бывает, и потому и эта ratio theologica («çoстрадание твари») в данном научном вопросе не разъясняет ничего.

Из всего сказанного видно, что для земли совершенно безразлично, какая тень ее покрывает, и нет ни малейших оснований настаивать, что омрачение солнца в часы распятия Господа было явление астрономическое (фактор – луна), а не метеорологическое (фактор – особое состояние воздуха, нечто в роде египетской тьмы или пресловутых лондонских туманов).

Итак из-за epistola «Dionysii» septima богословы не имеют побуждения объявлять войну астрономии. Вместо всякого храбрствования на супостаты лучше признать факт, что это послание – неумный подлог слишком захитрившего ученого V-VI в.10

Rev. J. Parker пропагандирует между «членами английской церкви» творения Дионисия в уповании, что это поможет англичанам уразуметь «греческую православную церковь и содержимое ею апостольское учение».

В этих словах – признаюсь – для меня много неясного. Во-первых, для англичан, способных составить свое суждение о «греческой православной церкви», переводы на английский язык пожалуй и не нужны, так как для этого класса общества понятен и греческий подлинник. Во-вторых, это как будто отзывает и лавочкой: «пожалуйте»! пожалуйте! у нас покупали!» Ведь Rev. J. Parker еще в 1894 г. перевел на английский язык обе «Иерархии» Дионисия.

«Ничто не может привести англиканскую церковь столь полно в соприкосновение с греческою православною церковью – как признание подлинности творений Дионисия».

Вот вам и здравствуйте! Эта логика для меня совсем «сапоги всмятку». Предполагается, что нравы русского мужика удивительно как облагородятся, если заставить его по воскресеньям слушать симфонии Бетховена. Ну и прекрасно! Действуйте, музицируйте! – Ах, нет! Предварительно требуется, чтобы мужик исповедал, что эти симфонии – подлинные творения Бетховена. – Ну а без этого исповедания? – Да ведь если Arеоpagitica, по вашему, – такой отличный источник для ознакомления с духом греческой церкви, то из них англикане во всяком случае с духом греческой церкви ознакомятся, совершенно независимо от того, кому принадлежат эти сочинения. 

Rev. J. Parker ожидает, что Ваше Высокопреосвященство «сделаете известным англиканским епископам предания восточных церквей и – в частности – заявления (the déclarations) греческой церкви относительно этих творений» и – вероятно – чтобы побудить Ваше Высокопреосвященство не медлить этим сообщением английским епископам – прибавляет:

«В Германии быстро возрастает школа, которая допускает их подлинность; и во Франции выдающиеся ученые возвращаются к древнему воззрению».

Прежде всего о школах. Я не знаю, кого Rev. J.. Parker разумеет под «выдающимися учеными», по сильно подозреваю, что это какие-нибудь «маленькие аббатики, что в гостиных бить привыкли маленькие набатики» насчет обновления католицизма, насчет лурдских чудес да еще великой любви св. отца к Франции и – пожалуй – к этой бедной схизматической Russie, которая так нуждается в единении с «центром единства». Словом, под сенью Ватикана во Франции наука богословская далеко но в авантаже обретается, и мнения этих «distinguished scholars» можно пожалуй и совсем игнорировать. – Германия – другое дело, и Dr. Schneiderвероятно является здесь первоисточником для Паркера. В таком случае не излишне припомнить, что известная статья проф. Лянгена в Revue Intern, de Theologie 1893 (I том), 591 о «Школе Иерофея» начинается словами:

«Что Ареопагит, ученик ап. Павла, не писал известных творений, это для разумеющих дело не подлежит «никакому сомнению. Об этом не стоило бы и слов терять, «если бы в наше время, когда, для известных церковных «целей стараются затемнить (а если возможно, то и совсем «заглушить) даже самые бесспорные научные истины, – не «осмелились сделать попытку – и Ареопагита ввести во владение творениями, на авторство которых он, как увидим далее, никогда не заявлял своих претензий. Знамением времени являются: «Àreopagitica. Творения св. Дионисия Ареопагита. Защита их подлинности von Dr. Ceslaus М. Schneider, «Regensburg, Manz 1884». И Штокль в своей «Истории «философии христианской патристического времени (Mainz «1891)» уже пытается эксплуатировать этот литературный «подвиг (Leistung) Шнейдера на том соломоновски премудром основании, что он хотел бы пустить в ход 11 «вопрос о принадлежности этих творений Ареопагиту».

Следовательно почему удивляться, если Шнейдеры и К° ревут: «препрехом! победихом»! А Паркеры им верят.

И конечно Паркерам было бы приятно одним камнем трех зайцев убить. Как было бы это хорошо и для св. престола пользительно, если бы в авторитетном письме к англиканским епископам из России

а) подтвердили воззрения на Areopagitica Паркеров, Шнейдеров и К°, а затем

б) из-за Areopagitica пробежала черная кошка между русскою церковью и англиканами и

в) между русскою церковью и немецкими старокатоликами! А добрые люди – немецкие протестанты и без всякого злого, умысла эту искорку пораздули бы! Еще бы! Ведь они уже преподавали этим немецким (хотя и в Бонне и Мюнхене) профессорам совет – не лезть к этим «Orientalen»: поразят-де вас своим обскурантизмом.

В заключительных строках Rev. J. Parker просит Ваше Высокопреосвященство известить его, та литургия Дионисия Ареопагита, которую он, Паркер, перевел с латинского [и замечу: перевел ни единым словом не обмолвившись, что эта литургия употребляется у сирских монофизитов, – напротив в своем предисловии, pag. 185, выражая свое «мнение», что эта литургия написана св. Дионисием Ареопагитом «для ферапевтов близ Александрии,» – «написана не ранее кончины Иакова, апостола и мученика, в 42 г., и вероятно не позже 67 г., когда Дионисий, по требованию св. Павла, оставил Афины для того, чтобы сойтись с апостолом в Риме, откуда апостол и послал его в Галлию"] «может ли быть найдена или в подлинном греческом [тексте] или в сирском переводе».

Но постигаю, зачем ставится этот вопрос. Кому бы, кажется, как не англичанину, и знать, что в Лондоне, в British Museum в двух сирских рукописях Add. 14,690 fol. 66b – fol. 69аи (частью) Add. 17,128, fol. 23b – f. 28b читается сирский текст «Анафора святого мар-Дионисия, епископа града Афин»?

С риском – перешагнуть тот предел, в котором Вашему Высокопреосвященству было благоугодно выслушать мое мнение – я все же выскажу и краткий смысл моей длинной речи.

Если имеются и другие сведения, не оставляющие возможности сомневаться в том, что Rev. Джон Паркер – римско-католик: то его письмо не заслуживает никакого ответа. Слишком нахальна эта братия. Кажется, русскому с высоким положением и шага сделать нельзя в заграничном направлении, – чтобы около него не завертелся кубарем какой-нибудь ватиканский челядинец: какой-нибудь padre Vаnutelli или Tondini de’ Quarenghi, или père Jonquet. «Никакого ответа» единому от них было бы полезным уроком для этих ватиканских рептилий.

Но если ответ Джону Паркеру признан будет Вашим Высокопреосвященством неизбежным, то вопрошателю, быть может, будет достаточно услышать, что наиболее авторитетный между всеми русскими богословами, митрополит Филарет московский, еще в начале нынешнего столетия Аrеоpagitica отнес к разряду Dubia. – А затем, по второму вопросу, Rev. J. Parker может удовольствоваться ссылкой на Brit. Mus. Add. 14,690 и Add. 17,128.

Испрашивая Вашего Святительского благословения

имею честь быть

Вашего Высокопреосвященства

всепокорнейший послушникВ. Болотов.

18/19 ноября 1897.

P.S. Письмо и книжку возвращу Александру Павловичу.


1

Профессор Спб. духовной Академии, † 23 августа 1891 г. А. Б.

2

Fr. Нipler, Dionysius der Areopagite. Untersuchungen über Ächtliert und Glaubwürdigkeit der unter diesem Namen vorhandenen Schriften. Regensburg 1861. На сторону Хиплера стал, напр., W. Möller; особенно усердно отстаивал гипотезу Хиплера J. Draseke. Сам Хиплер, однако, в конце концов, под влиянием доводов Коха и Штигльмайра, отказался (в письме) от высказанного им некогда мнения, как сообщает Н. Коch , Zur Areopagitischen Fragé (1898), S. 367; Pseudo-Dionysius Areopagita (1900), S. 4.

3

И. Смирнов, свящ. Русская литература о сочинениях с именем Дионисия Ареопагита. Правосл. Обозрение, 1872, I, 842–876. А. Б.

4

В действительности, греческий текст здесь (Dе div. nomm. XII, 2) приведен Паркером, очевидно, в искаженном виде и перевод дан неверный: „Wherefore Lordschip is parallel, to τὸ Κῦρος καὶ τὸ κύριoνκαὶ τὸ καριστον“ [sie]; в примечании: „The rendering of which may be, the lordly, and the lordlier, and the lordliest“. В издании Кордерия читается (Мigne, s. gr. t. 3, с. 969C): διὸ καὶ κυριότης παρὰ τὸ κῦρος* (варианты в примечании: παρὰ τὸ κυρῶ – cod. Saliguaci major, παρὰ τὸ κῦρος καὶ το κορῶ – cod. Dionysianus, καὶ τὸ κύριονκαὶ τὸ κυριεῦον; латинский перевод (С. 970С): quapropter dominatio Graece a κῦρος derivato nomine, idem est quod firmatio, firmamentum et firmum, ae firmans seu ratificans. В переводе Эригены (Migno, s. 1. t. 122, с, 1168В): propter quod et dominatus a Domino] Эригéпa как будто бы читал τὸ κύριος вместо τὸ κῦρος], et dominabile, et dominari. А. Б.

5

Нужно, однако, в данном случае заметить, что выражение «ὑπέρθεος» в ареопагитских творениях – несомненно неоплатонического характера и происхождения – имеет особое значение и вне того или другого отношения к языческому политеизму. Именно, и это выражение должно служить у автора этих творений для обозначения так называемого «апофатического» момента в учении о Боге, подобно другим прилагаемым к Божеству наименованиям и эпитетам с предлогом ὑπέρ– (ὑπεράγαθοςὑπερούσιοςὑπέρηνωμένη ἑνάς), должно указывать, что Божество Само по Себе всегда выше всякого человеческого о Нем представления или понятия с каким бы то ни было положительным качественным содержанием, каким бы именем оно ни выражалось (ὑπερώνυμος). С этой стороны термин ύπέρθεος имеет так сказать субъективно-гносеологическое значение. Cp. De myst. theol. с. V (Migne, s. gr. t. 3, c. 1048A): οὐδέ νοὐδὲ ἑνότηςοὐδὲ θεότης, ἢ ἁγαθότηςοὐδὲ πνεθμά ἐστιν ς ἡμς εἰδέναι. Древний комментатор по этому поводу замечает (Migne, 8. gr. t. 4, с. 429 B): Καὶ τὸ ς ἡμς εἰδέναι ἐπὶ πάσης τῆς ἐν προκειμένοις  ποφάσεως λαβέ δηλοῖ δὲ τὸ κατὰ τὴν ἡμετέραν sἴδησιν.С другой стороны, нужно иметь в виду, что самое слово θεός употреблялось в широком смысле и в христианской литературе еще зaдолго до появления ареопагитских сочинений; широкий объем понятие „Бог“ имело уже напр. у Климента александрийского. Cp. В. В. Болотов, Учение Оригена о Св. Троице. Спб. 1879, стр. 84. Автор ареопагитик указывает, что и СВ. Писание прилагает иногда название θεός к ангелам и людям. Do сael. hier. XII, 2. (Ср. Дан. IV:5, Исх. VII, 1; По. LXXXI, 6; Иоан. X; 34). Сам он, как известно, развивает, в духе неоплатонизма, но в то же время согласно и с преданиями во сточного богословия предшествовавшего времени, учение о «θέωσίς» человека. Ср. Н. Koch, Pseudo- Dionysius Areopagita, 1900, S. 190 – 7. Вообще о восточном учении о θέωσις ср. И. В. Попов, Идея обожения в древневосточной церкви, в Вопросах психологии и философии, 1909. № 97, 165 – 213. Специально дается ответ, с точки зрения учения о θέωσις, на вопрос: Πῶς ὁ πάντων ἐπέκεινα καὶ ὑπὲρ θταρχίαν [= θεὸς в ареопагитских сочинениях] ἐστὶ καὶ ὑπὲρ ἀγαθαρχίαν, во втором письме Ареопагита. Суждение В. В. Болотова в данном случае является, таким образом, слишком резким. – Относительно значения семитских EI, Elоah, В. В. Болотов принимает здесь объяснение де-Лагарда. По другому, традиционному пониманию, отстаиваемому и ныне разными учеными, אִל производится от אול быть сильным. Ср. различные мнения об этих именах и их оценку у архим. (ныне епископа полтавского) Феофана, Тетраграмма или ветхозаветное божественное имя יהיה. Спб. 1905, стр. 228–237, 237–242. Об употреблении и семитского El в Библии в приложении к людям ср. стр. 232 (указываются в особенности Иезек. ХХXI, 11 и ХХХII, 21). Что касается слова θεός, то у автора ареопагитик, De div. nom. XII, 2, оно сопоставляется о θεσθαι и περιθέειν (θέειν = τρέχειν). У древних это слово производилось еще от τίθημι, αἴθω. Но K. Brugmann, Griechische Grammatik. 3 Aufl. München 1900, S. 43, θεός из *θFεσος: средне-верхне-нем. ge-twäs, „Gespenst“, лит. dvȃsé, „Geist“, [слав. дух]. А. Б.

6

bD = Alexandrinus, Ephraemi Syri – secundus corrector, Bezae. NBC*L=­Sinaiticus, Vaticanus, Ephraenii Syri – prima scriptura, Parisinus.

7

На подлинном рисунке В. В. Болотова разные круги и стрелки, при них изображены разными цветами. На прилагаемом воспроизведении этого рисунка, за невозможностью дать цветное изображение, они вместо того отмечены буквами А, В, С – а, b, с. Солнечный диск изображен у В. В. Болотова и на этом и на следующем рисунке красными чернилами. А. Б.

8

Migne, S. gr. t. 3, c. 1081 AB: Εἰπὲ δὲ αὐτῷ [Ἀπολλοϕάνῃ]· Τί λέγεις περὶ τῆς ἐν τῷ σωτρισταυρῷ γεγονυίας ἐκλείφεωςἀμϕοτέρω γὰρ τότε κατὰ λιούπολιν ἄμα παρόντε τε καὶ συνεστῶτε παραδόξως τῷ ἡλίτὴν σελήνην ἑμπίπτουσαν ἑωρῶμεν (οὐ γὰρ ν συνόδου καιρόςαθίς τε αὐτήν ἀπὸ τῆς ἑννάτης ρας ἄχρι τῆς ἑσπέρας εἰς τὸ τοῦ ὑλίου διάμετρον ὑπερφυῶς ἀνικαταστασανἈνάμνησον δέ τι καὶ τερον αὐτόν οἴδε γὰρ, ὅτι καὶ τὴν ἔμπτωσιν αὐτήν ἐξ ἀνατολών ἑωράκαμεν ἀρξαμένηνκαὶ μέχρι τοῦ ἡλιακου πέρατος ἐλθοῦσανετα ἀναποδίσασανκαὶ αὐθις οὐκ ἐκ τοῦ αὐτού καὶτὴν ἔμπτωσιν καὶ τὴν ἀνακάθαρσινἀλλ’ ἐκ τοῦ κατὰ διάμετρον ἐναντίου γεγενημένηνΤοσαῦτά ἐστι τοῦ τότε καιροῦ τὰ ὑπερϕυῆ кαὶ μόνΧριστῷ τῷ παναιτίδυνατὰτῷ ποιοῦντι μεγάλα καὶ ἐξαίσια, ὦν οὐκ ἔστιν ἀριθμός; – - – В. В. Болотов вторую половину этого рассказа о затмении «Ἀνάμνησον  γεγενημένην· понимает как описание движения луны с востока на запад, продолжавшегося и после того, как она покрыла солнце, в том же необычном направлении, в котором она приблизилась к восточному его краю пред его покрытием; ужо приди опять в противостояние, т. е. описав в целом почти полный круг, она изменила свое необычное движение на нормальное. Это и представлено на первом рисунке В. В. Болотова (круг С). »Ἀνχποδίσασαν« (ср. № 4 на другом чертеже) здесь понимаются как указание вообще на отступление луны от того положения, когда она закрывала все солнце, т. е. на переход полного затмения в частное. Дальнейшие слова: «кαὶ αθις οὐκ ἐκ τοῦ αὐτοῦ καὶ τὴν ἔμπτωσιν кαὶ τὴν ἀνακάθαρσιν,ἀλλ’ ἐκ τοῦ κατὰ διάμετρον ἑναντίου γεγενημένην истолковываются, как противопоставление пунктов первого и второго соприкосновения луны и солнца при описываемом в ареопагитиках движении диаметрально противоположным пунктам того и другого соприкосновения при обычных затмениях. Древний комментатор ареопагитских сочинений и за ним и позднейшие понимают, однако, это место иначе, именно в смысле указания на обратное движение луны, начавшееся непосредственно после того положения, в котором она закрывала собою солнечный диск. При обычных затмениях открытие или „очищение“ (ἀνακάθαρσις) солнечного диска начинается с того же самого края его, который и покрыт был луною прежде всего. И в данном случае, хотя бы луна двигалась тогда и не с запада на восток, а в обратном направлении, сходство с обычными затмениями было бы более полным, если бы открытие солнечного диска началось с восточного же края, с которого и началось затмение. Но и этого здесь не было, а луна, дойдя до западного края солнца и покрыв весь солнечный диск, пошла потом обратно, так что прежде всего открылся западный край солнца. S. Maximi Scholia in epistolas s. Dionysii, Migne, s. gr. t. 4, с. 544B: Ἐξ ἀνατολών γὰρ ἐλθουσα ἡ σελήνη ὑπέδραμε τὸν λιονκαὶ ἔφραξεν λον τὸν δίσκον αὐτοῦΕτα οὐκέτι ἐπὶ δυσμάς παρῆλθενἀλλ’ ἀνεπόδισε πλιν ἐπὶ ἀνατολὰς, kαὶ ἐγυμνωσε πρῶτον μέρος τὸ δυτικὸν τοῦ ἡλιχκου δίσκου’ εἰς τοὐπίσω γὰρ ἀνέδραμεν ἐπὶ τὸ ἐναντιον διάμετρον τοῦ ἡλίου ἐπὶ ἀνατολάς στε μηκέτι τὴν ἔμπτωσιν καὶ τὴν ἀνακαθαрσιи ἐκ τοῦ αὐτοῦ μέρους γενέσθαι. Здесь »ἀναποδίσασαν« понимается буквально – в смысле обратного движения. В словах »οὐκ ἐк τοῦ αὐτοῦ« кτλ., по этому пониманию, противопоставляются в действительности ἔμπτωσις и ἀνακάθαρσις одного и того же описываемого в ареопагитиках затмения. Из позднейших авторов ср. об этом затмении напр. у иезуита Р. Halloix в его Vita s. Dionysii, в примечаниях, Migne, s. gr. t. 4, с. 702 – 707 (с чертежом). Соответственно этому, слова »ετα ἀναποδί σασαν« κτλ. нужно перевести: „потом пошла обратно, и при этом не на одном и том же пункте было и ἔμπτωσις и ἀνακάθαραις (покрытие и открытие), но на диаметрально противоположных (покрытие на восточной точке солнечного диска, открытие – на западной)“. Так переведено у Паркера, р. 149: „then receding back, and again, both the contact and the re-clearing, not taking place from the same point, but from that diametrically opposito“. Cp. перевод Эригены (Migne, s. 1. t. 122, с. 1180C): „deinde retrogradientem, et iterum non ex eodem et occasum et repurgationem, sed secundum diametrum econtrario factam“. Поэтому на первом рисунке В. В. Болотова правая половина круга С, начиная от западного края солнечного диска, является излишнею; на втором рисунке, применительно к представленному на нем ходу естественного солнечного затмения, »ἀναποδζει« (№ 4) должно бы означать вторичное нахождение луны в положении № 2. Такое понимание нужно признать более соответствующим тексту данного места, нежели предложенное В. В. Болотовым. Но для его аргументации то или иное толкование этого места не имеет значения, и она сохраняет вполне всю свою силу одинаково при том и другом толковании. А. Б.

9

Юлий Африкан в пятой книге своей хроники делает замечание по поводу сообщения в хронике Фалла, самаринского (нужно думать) эллиниста и вольноотпущенника императора Тиверия (M. J. Routh, Reliquiae sacrae. Ed. 2. Vol. ll. Oxonii 1846, p. 297 – 8): τοῦτο τὸ σκότος ἔκλειφιν τοῦ ὑλίου Θαλλός ἀποκαλεῖ ἐν τρίττῶν ἱστοριῶν, ὡς ἐμοί δοκεῖ, ἄλόγως. Εβραῖοι γὰρ ἄγουσι τὸ πάσχα κατὰ σελήνης ιδ’ – - – πῶς ον ἔκλειφις νομισθείη κατὰ διάμετρον σχεδόν ὑπαρχούσης τῆς σελήνης ἡλίῳ; Находящиеся в сохранившемся тексте хроники Африкана далее слова о Флегонте представляют, очевидно, позднейшую вставку, как полагают Whiston и Routh (478 – 9): Φλέγων ἱστορεί ἐπὶ Τιβερίου Καίσαρος ἐν πανσελήνἐκλειφιν ἡλίου γεγονέναι τελείαν, ἀπὸ ρας ἔκτη; μέχρις ἐννάτης δήλον ς ταύτην. Ориген в Tract, in Matth. 35, чтение Лк. 23:45τοῦ ἡλίου ἐκλιπόντος считает позднейшим изменением первоначального текста (может быть – даже со стороны „insidiatores ecclesiae Christi“); мрак, как и землетрясение и другие события при распятии, признает местными лишь явлениями. Ему известна была и хроника Флегонта траллийскаго, вольноотпущенника Адриана; но отвечая на возражения неверующих относительно достоверности евангельского рассказа о наступившей при распятии Господа тьме в виду того, что об этом факте нет упоминания у историков, он признает, что Флегонт вообще но отметил того, что это было во время полнолуния: non significavit in luna plena hoc factum (хотя в греческому отрывке его комментария на то же евангелие имеется замечание иного рода, Routh, 11, 479). По представлению Оригена (с. Cels. Il, 59), во всяком случае, Флегонт говорил о мраке и землетрясении в связи с рассказом о смерти Христа. Но возможно, что Ориген, ссылаясь здесь на Флегонта, не имел его под руками, и сам Флегонт мог допускать произвольные и ошибочные комбинации (ср. с. Cols. И, 14: „в 13 или 14 книге хроники“ Флегонт смешивал даже Христа и ап. Петра). (Ср. (Harnack Preuschen, Geschichte der altehristl. Litteratur bis Eusebius. I, 1. Lpz. 1893, S. 867). Сообщение Флегонта о затмении и о землетрясении, бывшем в Вифинии, сохранено в хронике Евсевия (греческий текст у Синкелла): Тῷ δ’ ἔτει τῆς σβ᾿ὀλυμπιάδος ἐγένετο ἔκλειψις ἡλίου μεγίστη τῶν ἐγνωσμένων πρότερονκαὶ νύξ ρἔκττῆς ἡμέρας ἐγένετο, ὥστε καὶ ἀστέρας ἐν οὐρανῷ φανῆναι σεισμός τε μέγας κατὰ Βιθυνίαν γενόμενος τὰ πολλὰ Νικαίας κατεστρέψατο. Целый ряд особых трактатов по вопросу об упоминаемом Флегонтом затмении появился, между прочим, в XVIII в. на английском языке по поводу устанавливавшей различие между отмечаемым у Флегонта фактом и помрачением солнца при распятии диссертации А. А. Sykes, А Dissertation on the Eclipse mentioned by Phlegon. Or, An Enquiry whether that Eclipse had any Relation to the Darkness which happened at our Saviour’s Passion. London 1732. Против нее направлено рассуждение W. Whision, The Testimony of Phlegon vindicated. London 1732 (с собранием выписок о затмении из авторов первых шести веков). Ответом на него было А. А. Sykes, А Defence of the Dissertation on the Eclipse mentioned by Phlegon. London 1733. После этого появился трактат J. Chapman, Phlegon examined Critically and Impartially. In Answer to the late Dissertation and Defence of Dr. Sykes. Cambridge 1734. Sykes написал тогда А second Defence of the Dissertation upon the Eclipse mentioned by Phlegon. London 1734. Chapman издал еще Phlegon Reexamined: In Answer to Dr. Sykes’s Second Defense of his Dissertation concerning Phlegon. Cambridge 1735. Routh, II, 479, упоминает еще Whiston'a Sex Dissertationes. О показаниях Флегонта, Юлия Африкана и Оригена ср. H. F. Clinton, Fasti Romani. Vol. II. Oxford 1840, p. 279 – 280 M. J. Routh, Reliquiae sacrae. Ed. 2. Vol. II. Oxonii 1846, p. 477–480. A. Б.

10

Это 7-е письмо „Дионисия“ дало повод к появлению еще и других подлогов с именем Дионисия Ареопагита. Так, ему приписан трактат по астрономии и метеорологии, имеющийся на сирийском языке и изданный М. А· Kugener'ом, Un traité astronomique et météorologique syriaque attribué à Dcuys l'Areopagite, в Actes du XIV-c Congrès international des Orientalistes, t. II, Paris 1907, p. 137 – 198 (с введением и переводом на французский язык). Существует затем легендарная „автобиография“ Дионисия или рассказ его о своем обращении в христианство, где он сообщает и о бывших во время смерти Христа затмении солнца и землетрясении; свидетелем их он был, когда находился в Илиополе в Сирии, и свою запись о них мог потом сопоставить с рассказом апостола Павла об обстоятельствах смерти Спасителя, когда Павел пришел чрез 14 лет в Афины с проповедью евангелия; это и убедило его в истинности евангелия. Об этой автобиографии и ее содержании упоминает и Паркер, р. vij. На сирийском языке этот памятник издал также М. А. Кugener, Une autobiographie syriaque de Denys l’Aréopagitc, в Oriens Christianus, t: VII (1907), 1910, p. 292–348. Значительный отрывок коптского (саидскаго) перевода обнародовал еще ранее О. von Lemm, Eine dem Dionysius Areopagita zugeschriebеnе Schrift in koptischer Sprache, в Известиях Императорской Академии Наук, т. XII, № 3, 1900, стр. 267 – 306 (с переводом на немецкий язык). Арабский текст легенды привел P. Peeters в своей статье» в арабском журнале Al-Machriq. t. XII, 1909, p. 118–127 (Ре historia, sancti Dionysii Areopagitae hujnsquе epistola ad Apollophanem); сделанный им латинский перевод арабской редакции он напечатал в Analecta Bollandiana, t. XXIX, 1910. p. 302 – 322: La vision dе Denys l’Aréopagitc à Hеliopolis (с обстоятельным введением). Армянский перевод издал Р. N. Аkinian, в армянском журнале Hantees. 1913, t. XXVll, с. 641 – 659. Kugener считает как трактат, так и автобиографию, сирийскими произведениями (первое V – VI в., второе конца VI – начала VII). Peeters предполагает для того и другого памятника греческие оригиналы. Св. Максиму Исповеднику (†662) авто биография не была еще известна. Но аббат Гильдуин в начале IX в., может быть, уже имел ее под руками. Самого Гильдуина можно подозревать в измышлении еще особого документа – письма Дионисия к Аполлофану, которое известно лишь на латинском языке и помещено у Гильдуиия в составленной им Vita sanetissimi Dionysii и потом было издаваемо как 11 письмо Диописия. (Cp. Peeters, р. 310–313). А. Б.

11

Точнее подчеркнутое немецкоsе выражение можно перевести: «привести в колебание“. [Примечание В. В. Болотова; в немецком тексте стоит, S. 592: „in der Schwebe lassen wollen“].

Помощь в распознавании текстов