Азбука веры Православная библиотека Жития святых Отцы-пустынники. Сборник христианских притч и сказаний
Распечатать

О.П. Клюкина

Отцы-пустынники. Сборник христианских притч и сказаний

Содержание

Предисловие О смирении и гордости О мудрости О терпении О милосердии и нестяжании О вере и неверии Об учителях и учениках О молитве  

 

Серия «101 притча»

Притча – это короткий иносказательный, поучительный рассказ.

В сборник вошла сто одна притча о древних отцах-пустынниках, живших, начиная с IV века, в пустынях Египта, Палестины и других уединенных местах. Этот таинственный, малознакомый нам мир подвижников открывается в их мудрых поступках и высказываниях.

Предисловие

Отцы-пустынники и жены непорочны,

Чтоб сердцем возлетать во области

заочны,

Чтоб укреплять его средь дольних бурь

и битв,

Сложили множество божественных

молитв... –

писал Пушкин. Но не только молитвы складывали великие старцы, искавшие путь к Богу в пустынях, но и мудрые изречения. Мало того, иногда даже их молчаливые поступки превращались в достопамятные (достойные памяти) сказания, которые люди передавали из уст в уста, и эти сказания и наставления подвижников становились притчами.

Отцы-пустынники не стремились к славе и почету – наоборот, они бежали от людей, чтобы в уединении предаваться своим подвигам. Но даже короткие высказывания старцев сохранились на многие века – так Господь прославляет смирение. Древние подвижники жили в нищете и лишениях, но богатство их смиренномудрия до сих пор щедро изливается на всех нас.

Старцы вовсе не считались образованными людьми своего времени, как некоторые книжники или философы, – они были просвещены Духом Святым и любовью к Богу. И свет этой любви непостижимым образом дошел до наших дней, преображая человеческие сердца.

«Но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное. И незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее...» (1Кор.1:27–28).

Древние притчи и теперь учат нас самому главному: смирению, мудрости, доброте и терпению, но без назидания, а как-то иначе. Иногда – ярким, запоминающимся образом, порой – неожиданным вопросом или еще более неожиданным ответом, а иногда – тихой улыбкой над человеческой немощью. Почему же слова отцов-пустынников до сих пор звучат так современно, как будто они обращены лично к каждому из нас?

На этот вопрос лучше ответить словами святого апостола Иакова: «Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены» (Иак.1: 17).

О смирении и гордости

ОДИН ОТШЕЛЬНИК пришел жаловаться старцу, что каждый день с девяти утра он в своем уединении чувствует странный голод. Хотя в монастыре, где он жил раньше, ему удавалось без труда по нескольку дней проводить без еды.

– Не удивляйся этому, сын мой, – ответил ему старец. – В пустыне нет никого, кто был бы свидетелем твоих постов и кто поддерживал бы и питал тебя похвалами. Прежде тщеславие служило тебе пищей в монастыре, и удовольствие, которое ты испытывал, выделяясь среди других своим воздержанием, для тебя было еще слаще обеда.

ОДНОГО ОТЦА-пустынника спросили:

– Хорошо ли это – хвалить ближнего?

– А молчать еще лучше, – ответил старец.

КАК-ТО ОДИН СТАРЕЦ изрек, что лошадь, вращающая колесо мельницы, съела бы зерно, которое туда кладут, если ей не завязывать глаза.

Так же и Господь нередко скрывает от нас по своему милосердию то добро, которое мы делаем. Иначе мы, видя свои добрые дела, стали бы считать себя лучшими, чем мы есть на самом деле, и наше самолюбие уничтожило бы цену всех добрых дел.

ПРИГЛАСИЛИ ОДНАЖДЫ святого старца на совет, чтобы решить, как наказать согрешившего монаха. Но старен отказался идти на совет. Спорили-спорили братья, но, так и не придумав достойного наказания, решили сами пойти к старцу.

Провидел это старец, взвалил на плечо дырявый мешок с песком и вышел им навстречу.

Куда ты идешь? – спрашивает старца братия.

– К вам иду на совет.

– А мешок с песком зачем с собой взял?

– Откуда вы знаете, что в мешке песок?

Так погляди назад. У тебя мешок прохудился, и из него песок сыплется.

Это не песок, это грехи мои сыплются позади меня, – сказал им старец. – Но я на них даже не оглядываюсь, зато иду судить чужие грехи.

Поняли монахи, что имел в виду старец, и простили своего брата.

СРЕДИ ИНОКОВ одного монастыря никто не имел пресвитерского сана. Настоятель любил повторять: – Помысел гордости в своем начале подобен огню на гумне, который, если не поспешить погасить, погубит труд всего года.

ПОВСТРЕЧАЛИСЬ КАК-ТО настоятель большого, многолюдного монастыря с подвижником, который сорок лет провел в пустыне.

– Какой подвиг совершил ты в своем уединении, где тебя никто не тревожил? – спросил игумен.

– С тех пор, как я уединился, солнце никогда не видело меня за трапезой, ответил пустынник.

Игумен подумал и сказал:

А меня оно никогда не видело в гневе.

ОДИН СВЯТОЙ старец неоднократно сподоблялся видений и откровений от Бога. Однажды братия попросила его рассказать о каком-нибудь из его видений. Предостерегая от превозношения людей, которых Господь награждал особыми духовными дарованиями, старец сказал:

Вы желаете иметь замечательное видение, и я укажу вам на одно из них. Если вы увидите человека благочестивого, скромного сердцем, чистого вот прекраснейшее из видений. Ведь в этом человеке вы можете видеть невидимого Бога. И не спрашивайте меня о других видениях, которые были бы выше этого.

ОДНОМУ СТАРЦУ в его келье был голос:

Иди, я покажу тебе дела человеческие.

Старец встал и пошел. Голос привел его в незнакомое место и показал человека, который рубил дрова и складывал их в большую охапку. Ее уже нельзя было поднять с земли и сдвинуть с места, но человек продолжал усердно рубить дрова и все больше увеличивал неподъемную груду.

Затем голос показал ему человека, который стоял возле колодца и черпал воду разбитым кувшином, из-за чего вся вода выливалась обратно.

Потом голос сказал ему:

– Пойдем, покажу тебе еще что-то.

Старец увидел храм и двух людей на конях. Всадники держали бревно с двух сторон и пытались въехать в ворота. Но так как ни один из них не хотел пропустить вперед другого, то бревно перегородило вход, и оба они оставались за дверьми.

– Вот люди, которые как будто несут иго правды, но с гордостью, и не хотят смириться, чтобы исправиться и идти путем смирения. Поэтому они остаются за дверьми вне Царствия Божия, – пояснил голос. – Рубящий дрова означает человека, обремененного беззакониями, который, вместо того чтобы покаяться, все время прилагает к прежним свои новые грехи. А черпающий воду разбитым кувшином означает того, кто хотя и делает добрые дела, но примешивает к ним худые и через это губит все хорошее.

Нужно внимательно следить за собой, чтобы не напрасно трудиться.

ОДИН ОТШЕЛЬНИК достиг такой святости, что спокойно жил среди зверей и они его не трогали. Он даже кормил их детенышей, и звери не причиняли ему вреда. Когда его увидел один из отцов монастыря, он посоветовал:

– Если ты хочешь достичь еще большего совершенства, иди в монастырь и попробуй ужиться с братьями.

ОДНОГО СТАРЦА попросили объяснить, зачем люди избирают отшельническую жизнь. Он так ответил:

Пока девица живет в доме своего отца, многие желают иметь ее своей невестой. Но когда она выйдет замуж, то не всем уже нравится. Одни хвалят ее, а другие унижают, но нет ей уже такой чести, как прежде, когда жила она сокровенно. Так же бывает и с душой: как скоро она становится открытой для всех – не может всем угождать, и ей лучше смиренно прятаться.

ОДНОГО ПУСТЫННИКА выбрали архиереем. Он долго отказывался, но братия настояла, так что пришлось согласиться. Вот он и подумал про себя:

Не знал я, что достоин такой чести. Наверное, во мне все же есть немало хорошего.

А ночью явился ему ангел и говорит: Зачем ты превозносишься? Люди нагрешили и тебя выбрали себе в наказание. Во всей пустыне хуже тебя не нашлось.

ОДИН ЧЕЛОВЕК спросил старца:

– Что мне делать? Меня все время давит какая-то тяжесть.

Старец ответил ему притчей:

– И на малых, и на больших кораблях пловцы имеют пояса. Если нет попутного ветра, то они спускают канат, а пояса берут себе на плечи и тащат понемногу судно, пока Бог не пошлет ветра. Когда же путники видят, что наступила темнота, они пристают к берегу и вбивают кол, чтобы судно не унесло. Этот кол для человека есть самоосуждение.

ОДНАЖДЫ МОНАХИ говорили о смирении и о том, что чем больше приближается человек к Богу, тем яснее осознает свою греховность.

Услышал случайно их разговор один паломник – богатый горожанин – и удивился:

– Как такое может быть?

Тогда один из монахов сказал ему:

– Господин, скажи мне, кем ты считаешь себя в своем городе?

– В своем городе я самый богатый, знатный и именитый.

– Если же ты пойдешь в соседний богатый торговый город, то кем будешь считать себя там?

– В соседнем городе я был бы последним из богачей.

А если пойдешь в Константинополь и приблизишься к царю, то кем ты тогда будешь считать себя?

– Рядом с царем я бы казался себе почти нищим.

– Вот так и святые, – сказал монах, – чем больше приближаются к Богу, тем яснее видят свою греховность.

ШЛИ ЧЕРЕЗ ПУСТЫНЮ старец с послушником, увидели дракона, и оба побежали от него прочь.

– Неужели и ты, отец, тоже испугался дракона? – спросил ученик.

– Нет, сын мой, я мог бы победить дракона молитвой. Но после этого мне пришлось бы биться с духом тщеславия. И мне полезней было убежать.

ПРИШЕЛ ОДИН ЧЕЛОВЕК в монастырь и, увидев, что братия работает, заметил настоятелю словами из Писания:

– Старайтесь не о пище тленной. «Мария же избрала благую часть» (Лк.10:42).

Настоятель велел дать ему книгу и отвести в пустую келью.

Когда наступил девятый час, гость стал прислушиваться у дверей, не посылают ли за ним к трапезе. Но так как его никто не звал, то он сам поднялся, пошел к настоятелю и спросил:

– Авва, разве братия сегодня не ела?

– Ела, – отвечает настоятель.

– Почему же меня не позвали?

– Потому что, – ответил ему настоятель, – ты человек духовный и не имеешь нужды в пище. А мы, плотские, хотим есть и потому работаем. Ты избрал благую часть, читая целый день, для чего же тебе пища?

Человек все понял, поклонился старцу и попросил прощения.

Так и Мария имеет нужду в Марфе, – сказал ему настоятель. – Ибо и Марию восхваляют из-за Марфы.

ОДИН ВОЕНАЧАЛЬНИК, восхищенный беседой со святым старцем, хотел задержать его, когда тот уходил. Но старец ему сказал:

– Как рыбы гибнут, когда находятся слишком долго без воды, так и отшельники, если остаются без достаточной причины довольно долго с мирянами, чувствуют, как никнет их благочестие в подобной беседе. Мы должны так же поспешно возвращаться в наше уединение, как спешит рыба нырнуть в воду.

Такой ответ привел военачальника в восхищение, и он ушел очень довольный.

ОДИН ЧЕЛОВЕК проделал долгий путь по суше и по морю и явился в пустыню, чтобы увидеть прославленного старца.

– Скажи, какие чудеса творит ваш авва? – спросил он у молодого монаха.

– Смотря что называть чудом, – ответил тот. – У вас принято считать чудом, если Бог исполнит чью-то волю. У нас же считают чудом, если кто-то исполнит волю Бога.

КАК-ТО ОДИН ФИЛОСОФ решил испытать силу ума отца-пустынника и задал ему три вопроса.

– Кто был тот, кто никогда не рождался, но умер? Кто был тот, кто родился, но никогда не умирал? Кто был тот, кто родился, кто умер, но чье тело продолжало существовать в преображенном виде?

– Первый – это Адам, – сказал ему авва. – Потому что он никогда не рождался, но был создан руками Божьими и кончил жизнь смертью. Второй это Енох, который родился, как прочие люди, но не умирал, потому что был взят на небо живым. Третий – это жена Лота, тело которой было превращено в соляной столб.

Скорее всего, философ ожидал других ответов, но возразить ему на это было нечего.

КОГДА ОДНОГО СТАРЦА спросили, почему он ушел из мира, тот ответил так:

– Пока слово не произнесено, оно узник того, кто собирался его сказать. Когда же слово сказано, его пленником становится тот, кто произнес его. Я часто раскаивался в том, что говорил, но ни разу не сожалел о том, что молчал.

ОДИН БРАТ, обиженный другим, пришел к старцу и говорит:

– Этот человек оскорбил меня, но я за себя отомщу.

Старец ему сказал:

Не надо этого делать, сын мой. Лучше предоставь Богу дело отмщения.

Нет, я все равно не успокоюсь, пока за себя не отомщу, – ответил монах. Тогда старец сказал:

– Давай-ка помолимся, брат.

Они встали на молитву, и старец начал так:

– Боже! Мы не имеем более нужды о Твоем попечении о нас: мы сами хотим мстить за себя...

Услышал это обиженный монах, бросился в ноги старцу и воскликнул:

Прости меня, авва! Больше я не хочу судиться с моим братом.

ОДИН СТАРЕЦ и его ученик пришли в монастырь, где монахи упросили их немного вкусить пищи, чтобы подкрепиться на дорогу.

Когда же они вышли из стен монастыря, ученик достал недоеденный сухарь и стал его грызть.

Что ты делаешь? – заметил старец. – Сейчас время поста.

– Разве мы только что не ели? – удивился ученик.

– Ели, но это было дело любви, – ответил старец. – А теперь, сын мой, мы должны соблюсти свой пост.

О мудрости

МУДРОСТЬ ДРЕВНИХ египетских монахов проистекала не от их ученых занятий или образованности, но были среди них и исключения.

Один старец как-то признался:

Много трудов я положил, читая книги. Но то, что я в них нашел, не так уж много и стоит...

– Что ж, многие отправляются удить рыбу, но домой приносят только боль в спине, – заметил на это другой авва.

ЭТО БЫЛО в те давние времена, когда епископы выполняли также и роль судьи. Одному епископу привели на суд женщину, которая обвинялась в грехе прелюбодеяния.

Посмотрев на нее, святой сказал:

– Ты зачала ребенка, и роды твои будут трудными.

Затем он обратился к своим служителям:

– Дайте ей десять аршин полотна. Если она умрет во время родов, то это полотно будет ей саваном, а если родится ребенок, то оно пригодится для младенца.

И с этими словами он отпустил женщину, не наказав ее. Тогда кто-то из присутствующих на суде и жаждавших, чтобы порок был наказан, закричал:

Этот епископ, наверное, безумный! На что святой спокойно ответил: – Долгие годы я молился в безмолвии в пустыне, чтобы стяжать такое безумие, и теперь не променяю его ни на какую мудрость мира.

ОДНАЖДЫ ПУСТЫННИК встретился со слепцом, который, потеряв зрение в раннем возрасте, однако, сделался глубоким ученым в области различных наук. К тому же этого ученого весьма уважало православное духовенство за чистоту его веры.

В задушевной беседе он признался старцу, что иногда сожалеет о потере зрения и страдает от слепоты.

Старец на это заметил:

Удивляюсь, что ты, человек настолько рассудительный, жалеешь глаза, которые мы имеем наравне с мухами и муравьями. И не радуешься тому, что обладаешь светом апостолов и святых. Гораздо лучше иметь зрение духовное, чем телесное: ведь один нечистый взгляд плотских очей может повергнуть человека в ад.

ОДИН СТАРЕЦ так говорил:

– Кузнец, взяв кусок железа, сначала смотрит, что ему делать: косу, меч или топор. Так и мы наперед должны помышлять, к какой нам приступить добродетели, чтобы не напрасно трудиться.

ПРИШЛИ КАК-ТО к старцу два греческих философа. Они знали, что тот не изучал ни философии, ни мирских наук, и явились с намерением его посрамить.

Но старец увидел их издали, вышел навстречу и спросил:

– Зачем, мудрецы, вы приняли на себя столько труда, чтобы увидеть безумца?

Они отвечали ему, что вовсе не считают его безумцем, а, наоборот, уверены в его мудрости.

На это старец им сказал:

– Если вы уверены, что я мудр, то вы должны подражать моей мудрости, потому что принято подражать тому, кого уважаешь. Если бы я пришел к вам, вы сочли бы себя вправе требовать, чтобы я последовал вашему примеру. А так как вы пришли ко мне как к мудрому человеку, то вы должны последовать моему примеру и стать христианами.

Неизвестно, приняли ли философы этот спасительный совет, но они чрезвычайно удивились тонкому уму подвижника.

ОДНАЖДЫ два инока отправились проведать прославленного старца. Взошедши на корабль, они нашли там одного пустынника, которому было с ними по пути. Всю дорогу этот пустынник молчал, а иноки говорили вслух изречения Отцов и из Писания или рассказывали друг другу о своих рукоделиях. Когда корабль причалил, оказалось, что пустынник идет туда же, куда и они.

Когда они пришли, старец сказал монахам:

Хорошего вы нашли спутника в этом старце!

Потом обратился к их спутнику: Хороших и ты, авва, нашел братьев!

На что пустынник ответил:

– Они хороши, но двор у них без ворот. Кто хочет, подходит к стойлу и отвязывает осла.

Он имел в виду, что они говорили обо всем, что приходило им в голову.

В ОДНОМ МОНАСТЫРЕ наставник советовал инокам пребывать в молчании, видя в этом одну из важнейших добродетелей и проявление мудрости. Однажды после богослужения он сказал им: – Бегите, братья.

– Но куда мы можем бежать? – спросил один из них. – Разве есть где-нибудь место более уединенное, чем эта пустыня?

Тогда авва приложил палец к устам и сказал:

– Сюда надо бежать.

После чего вошел в свою келью и запер за собой дверь.

ОДИН УЧЕНЫЙ человек, богослов, пришел к старцу. Увиден, что у того нет ничего, кроме Библии, он подарил ему свой собственный библейский комментарий. Через год богослов снова пришел к старцу и спросил:

– Отче, помогает ли тебе моя книга лучше понимать Библию?

– Напротив, – отвечал старец, – мне пришлось все время обращаться к Библии, чтобы понять, что у тебя написано.

ОДИН СТАРЕЦ так говорил:

Жизнь без слова приносит больше пользы, чем слово без жизни. Ибо жизнь учит и молча, а слова без жизни, несмотря на звуки, служат только в тягость. Если же соединяются вместе слово и жизнь, то они составляют красоту всего любомудрия.

ЖИЛ НА СВЕТЕ один прославленный мудрец, который очень гордился своей мудростью. И вот он узнал, что где-то в пустыне живет старец, который знает что-то такое, чего даже он не знает. Пришел мудрец к пустыннику, чтобы узнать, почему все вокруг только о нем и говорят. А так как дорога была длинной, путника измучила жажда и первым делом он попросил напиться воды.

Стал пустынник наливать ему воду в глиняную кружку. Вода уже через край переливается, а старец все льет и льет.

– Что ты делаешь? – воскликнул мудрец. – Кружка не может больше вместить воды.

Так и ты, исполненный гордыни, не сможешь сейчас впитать то, что я тебе скажу, – ответил пустынник. – Гордость делает человека глухим.

О терпении

У ОДНОГО СТАРЦА спросили:

– Как у тебя хватает терпения пребывать в одиночестве в этом заброшенном уголке земли? Он ответил:

Я никогда не нахожусь в одиночестве. У меня всегда есть собеседник – Господь. Когда я хочу, чтобы Он говорил со мной, я читаю Святое Писание. А когда хочу сам поговорить с Ним – молюсь.

КОГДА К ОДНОМУ старцу ученик приходил с признанием в грехах, тот всегда говорил ему:

– Вставай!

– Но я много раз уже вставал и падал.

– Опять вставай!

– Доколе же я буду падать и вставать?

– Пока тебя не настигнет смерть – павшим или поднявшимся, ответил ему старец.

ГОВОРЯ О ТЕРПЕНИИ, один старец приводил такую притчу.

В одном городе жил искусный цирюльник, который получал по три медные монеты за бритье бороды. И так как он брил ежедневно многих, то, откладывая на свое пропитание, брадобрей ежедневно сверх того сберегал по сто медных монет. Имея вполне определенный заработок, он как-то узнал, что в другом городе за бритье платят гораздо дороже.

– Увы, – сказал он тогда, – зачем я буду тут терять свое время? Сколько я работаю тут за три медные монеты. А там я могу обогатиться!

Недолго думая, он распродал свое имущество и отправился в тот город, где ожидал более выгодного заработка. Он нашел там все, о чем ему рассказывали. На новом месте брадобрей действительно получил гораздо больше за точно такую же работу. Вечером с большими деньгами цирюльник, очень довольный, отправился на базар, чтобы купить себе что-то на ужин. Но там все было настолько дорого, что он истратил все, что заработал за день. От большого заработка в кармане не осталось ни гроша.

Заметив, что каждый день происходит то же самое, цирюльник призадумался. Теперь он не только не мог ничего скопить, но еле-еле сводил концы с концами. – Мне надо вернуться на прежнее место, чтобы хоть что-то отложить себе на старость, – понял он. – Теперь я по опыту вижу, что там медными грошами я зарабатывал больше, чем в большом городе крупными монетами. Здесь я не только не могу ничего сберечь, но и просто пропитаться.

ПРИШЛИ КАК-ТО к одному прославленному старцу несколько иноков, прося его дать совет для спасения души. Он им сказал:

– Вы ведь знаете, чему учит Христос в Евангелии. Этого для вас достаточно.

Но так как они продолжали просить о том, чтобы он дал им какое-нибудь наставление, старен им сказал:

– Исполняйте, что заповедал Спаситель: «Кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Мф.5:39).

Они ответили, что не имеют для этого достаточно сил.

Если, у вас не хватает мужества подставить им другую щеку, то выносите терпеливо, когда вас ударят.

Они ответили, что не могут и этого. Если и этого вы не можете сделать, – сказал авва, – то, по крайней мере, не воздавайте злом за зло.

Они объявили, что и это сверх их сил.

Тогда, обернувшись к своему ученику, старец сказал:

– Пойди приготовь им немного кашицы, чтобы они подкрепились: я вижу, что они весьма слабы. Если вы одного не можете, а другого не хотите, то что я вам могу сделать? Нужно молиться!

ОДИН БРАТ спросил старца:

– Если я предаюсь гневу, но принуждаю свою душу терпеть плохое обращение и быть доброй один раз, что я должен делать, когда меня оскорбляют во второй, в третий и в четвертый раз?

Старец сказал ему на это:

– Заповеди Божий следует исполнять не раз, а всегда.

И сравнил человека, исполняющего заповедь лишь однажды, а потом отказывающегося от ее исполнения, с безумным, который один раз принимает принесенный ему хлеб, а потом с грубостью отталкивает руку дающего и грозится убить всякого, кто будет его кормить.

ЭТО БЫЛО в страшное время, когда в пустыню пришли варвары и разорили многие монастыри.

Некоторым старцам все же удалось бежать, и в поисках безопасного места им пришлось несколько дней провести в древнем храме.

– Пусть каждый из нас поживет здесь отдельно и в безмолвии, не будем встречаться друг с другом целую неделю, предложил один из старцев.

Так они и сделали. А этот старец, вставая поутру, всякий раз бросал камень в лицо статуи, бывшей в храме, а вечером говорил ей: «Прости меня». И так он делал целую неделю.

Наконец, сойдясь все вместе, монахи его спросили:

– Каждый день ты бросал камни в лицо статуи, а под вечер ей кланялся. Делает ли так человек правоверующий?

– Я делал это для вас, – пояснил им старец. – Когда я бросал камни в лицо статуи, то не говорила ли она чего и не сердилась ли? И когда я кланялся ей и просил прощения, трогалась ли она с места и говорила: «Не прощу!»?

– Мы ничего такого не видели и не слышали.

Тогда старец сказал:

Нас здесь семь братьев. Если хотите, чтобы нам друг с другом жить вместе, будем подражать этой статуе, которая одинаково равнодушна и к обидам, и к почестям. Если же не хотите вести себя так, то вот четверо ворот в храме и пусть каждый идет куда хочет.

– Мы все сделаем, как ты говоришь, и будем послушны твоим словам, – сказали монахи и все оставшееся время провели вместе в мире и согласии.

– КОГДА в ногу вонзится шип, который нельзя вытащить, не вызвав сильного кровотечения и боли, его не дергают с силой, – говорил один отец-пустынник. – Сначала нужно наложить на него вытяжной пластырь и другое смягчающее средство, которое вытягивает шип наружу. Точно так же и наставник, который имеет дело с человеком, отличающимся злым характером, сможет привести его к долгу кротостью и терпением.

Нелегкое это дело – мудро управлять людьми. Если ты увидишь, что кто-то впадает в лень, вызови его и наедине терпеливо убеждай вернуть его прежнюю ревность. Если же ученик отвергнет все твои убеждения, оставь его на некоторое время, выжидая, чтобы Бог коснулся его сердца.

ОДИН СТАРЕЦ нес в город продавать глиняные сосуды и нашел на дороге прокаженного.

Куда ты идешь, авва? – спросил прокаженный.

В город продавать сосуды, – ответил старец.

Сделай милость, авва, снеси и меня туда же!

Старец поднял его и понес в город. Больной сказал:

– Положи меня там, где будешь продавать сосуды.

Старец так и сделал. Когда он продал один сосуд, прокаженный спросил:

– За сколько ты его продал?

А когда старец назвал цену, сказал:

Купи мне пирог. Старец купил ему еды, а когда он продал второй сосуд, больной опять попросил:

– Купи мне еше пирога.

И он опять получил угощение. Наконец, когда старец продал все сосуды и собирался возвращаться в пустыню, прокаженный сказал:

– Сделай милость, отнеси меня опять туда, где взял.

Старец поднял его и отнес туда же.

– Благословен ты от Господа на Небе и на земле! – сказал ему прокаженный.

Старец оглянулся, но никого не увидел, так как это был ангел Господень, приходивший испытать его терпение.

РАССКАЗЫВАЮТ об одном монахе, которому старец дал необычное послушание. Он посадил в пустыне сухое дерево и велел каждый день поливать это дерево кружкой воды, пока оно не принесет плода. Вода же от них была так далеко, что ученик уходил за ней с вечера и возвращался только к утру. После трех лет дерево ожило и принесло плод.

Старец его сорвал, принес в монастырь и сказал братии:

– Вот попробуйте плод послушания.

ЖИЛ ОДИН МОНАХ в египетской пустыне. И так его измучили соблазны, что решил он отказаться от монашеской жизни и пойти куда глаза глядят.

Натягивая сандалии, он увидел неподалеку другого инока, который тоже торопливо обувался.

– Ты кто? – спросил монах незнакомца.

– Твое собственное «я», – услышал он в ответ. – Знай же, куда бы ты ни отправился, я все равно пойду с тобой.

ОДНОГО СТАРЦА спросили:

Что значит изречение апостола Павла: «Дорожите временем, ибо дни лукавы» (Еф.5:16)?

Он ответил:

Слова апостола учат, как извлекать из времени прибыль. Тебе, например, пришло время терпеть поношения? А ты искупи время поношения смирением и долготерпением. Предстоит пережить время бесчестия? Искупи это время терпением – и получишь прибыль. Таким образом, самое трудное время в нашей жизни будет служить нам на пользу.

ОДИН ЧЕЛОВЕК, придя к старцу, стал рассуждать о таких делах, которые он еще не совершил.

Старец послушал его, послушал и говорит:

– Ты еще не приобрел корабля, не положил на него своих пожитков и прежде плавания уже прибыл в город. Не так надо: наберись терпения и, когда сделаешь дело, только тогда приходи ко мне и рассказывай.

ЖИЛИ ТРИ трудолюбивых монаха. Один из них избрал для себя дело примирять ссорящихся между собой людей, другой посещал больных, а третий удалился безмолвствовать в пустыню.

Первый, стараясь примирить людей, никак не мог всех их избавить от ссор между собой и вскоре впал в уныние. Придя ко второму брату, посещавшему больных, он тоже нашел его смущенным и ослабевшим. Тогда оба они пошли к пустыннику, поведали ему свои печали и просили объяснить, почему ему так хорошо живется в пустыне.

Помолчав, пустынник влил воду в чашу и говорит:

– Смотрите на воду.

Но вода была мутная, в ней ничего не было видно. Спустя немного времени он опять говорит:

– Смотрите теперь, вода устоялась.

Монахи посмотрели в воду, и увидели свои лица, как в зеркале. Тогда пустынник сказал им:

– Так бывает и с монахами. Когда они живут среди людей, то от постоянного смущения и волнения им трудно увидеть свои грехи. А когда они безмолвствуют в пустыне, то хорошо видят, что нужно исправить в самих себе.

ОДНА ЗНАТНАЯ женщина отправилась на поклонение святым местам и решила, что после этого будет благочестиво проводить свою жизнь.

– Дай мне в служанки такую хорошую девицу, чтобы она научила меня жить по-новому, – попросила она епископа.

Епископ приставил ей в служанки самую тихую и добрую девушку, какую только мог отыскать.

Спустя некоторое время он встретил госпожу в городе и стал расспрашивать ее о служанке.

Она прекрасно себя ведет, но позволяет мне делать все, что я хочу. Она слишком скромна, а мне нужно, чтобы кто-то не позволял мне исполнять любые мои прихоти.

Тогда епископ приставил к ней девушку крутого нрава, которая не церемонилась с хозяйкой и называла ее не иначе как «дура богатая».

Вскоре епископ опять увидел госпожу и спросил:

– Какова девица?

Вот эта поистине приносит пользу моей душе, – сказала она, – через нее учусь я кротости и смирению.

О милосердии и нестяжании

КАК-ТО ОДИН СТАРЕЦ шел по пустыне в сопровождении ученика, которому он велел идти впереди себя, чтобы избегать в пути лишних разговоров.

И вот ученик встретил жреца-идолопоклонника с большой палкой в руках. Жрец бежал в каком-то безумии.

– Куда бежишь ты, демон? – крикнул ему ученик.

Идолопоклонник, разъяренный подобным обращением, поколотил его палкой и побежал дальше.

Когда он приблизился к старцу, тот кротко поздоровался и сказал:

– Вижу, что ты много трудишься и, должно быть, сильно устал.

Жрец, удивленный таким приветствием, остановился и спросил:

Почему ты меня приветствуешь?

– Я поступаю так, – отвечал святой, – потому что вижу, как ты изнурен усталостью. И, стараясь напрасно, не обращаешь внимания на то, что это ничему не служит.

– Я тронут твоим милосердием, – ответил идолопоклонник. И вижу, что ты человек Божий. Не то что тот, другой монах, которого я прежде встретил...

И, бросившись к ногам старца по внушению благодати, жрец тоже захотел стать христианином.

ОДИН ДОБРЫЙ СТАРЕЦ славился своей мягкостью и милосердием к грешникам.

Однажды, придя к больному выслушать исповедь, он увидел, что тот в нерешительности.

Я не настаиваю, чтобы ты исповедался, – сказал старец. – И вовсе не хочу, чтобы под влиянием страха ты принял поспешное решение. Засыпай спокойно, ну а если завтра утром проснешься, тогда позови меня.

ОДНАЖДЫ ОДИН прославленный авва пожелал съесть винограда, и ему принесли великолепную, свежую кисть. Но, увидев ее, старец захотел отдать ее другому брату, которому она, по его мнению, была более нужна по состоянию здоровья. И был очень доволен, что сумел соединить воздержание с милосердием.

Брат этот очень обрадовался подарку, присланному от святого человека. И хотя ему очень хотелось съесть этот виноград, он, в свою очередь, тоже решил принести жертву воздержания. Возблагодарив Бога, он отнес виноград третьему брату. Третий брат тоже к нему не прикоснулся, а передал ее другому в обители, который поступил точно так же.

Наконец, виноградная кисть обошла из рук в руки все кельи, которые были весьма многочисленны и удалены друг от друга. И последний монах с радостью передал виноград настоятелю монастыря, который, по его мнению, был больше всех достоин такого подарка.

Святой старец тотчас узнал эту кисть винограда. А когда удостоверился, что это она и есть и никто до нее не дотронулся, являя пример воздержания и милости, возблагодарил Бога за столь щедрый подарок для его души.

ОДИН ЧЕЛОВЕК спросил однажды старца, дарует ли Бог прощение грешникам.

И старец ответил:

– Скажи мне, если ты порежешь руку или сломаешь ногу, ты отрежешь их и выкинешь как непригодные?

Человек ответил:

– Ну уж нет. Я буду лечить их, пока не выздоровею.

Старец заключил:

– Если ты так заботишься о своем теле, неужели же Бог не будет милосердным к Своему собственному образу?

ПРИШЛИ К ОДНОМУ подвижнику четыре брата и каждый стал рассказывать о милосердии другого.

Один из них много постился, другой был нестяжателен, третий снискал великую любовь, а о четвертом говорили, что он уже двадцать два года прожил в повиновении учителю.

Скажу вам, что выше всего подвиги последнего, – сказал, выслушав их, старец.

– Ведь каждый из вас сам, по своей воле выбрал ту добродетель, которую имеет. А этот брат, отказавшись от своей воли, исполняет волю другого. Такие люди уподобятся исповедникам, если смогут до конца пребывать в послушании.

К ОДНОМУ МОНАХУ-отшельнику ночью пробрался вор. Не найдя у него ничего ценного, вор удивленно спросил:

– Где же все твое имущество?

– Я все припрятал в верхнем доме, – сказал монах, показывая на небо.

КАК-ТО ОДИН СТАРЕЦ заболел, и пресвитер перенес его в церковную больницу, положил на постель и подложил ему под голову небольшую подушку.

Пришел навестить его брат, но, увидев старца на постели, соблазнился и сказал: Так вот он на чем почивает, тогда как все мы терпим нужду.

Пресвитер отвел монаха в сторону и спросил:

Какая у тебя была работа, когда ты прежде жил в деревне?

Он ответил:

– Я был пастухом.

– Как ты жил?

– В больших трудностях.

А теперь как ты живешь в своей келье?

– Гораздо спокойней.

Тогда пресвитер показал на старца и сказал:

– А вот этот авва в мире был воспитателем царей. Тысячи слуг, опоясанных золотом, все в ожерельях и шелку, предстояли ему, и драгоценные ковры лежали под его ногами. Ты, будучи пастухом, не имел в мире того, что теперь имеешь, а он имел все удовольствия и добровольно от них отказался. Получается, что это ты теперь покоишься, а он терпит нужду.

ЖИЛ ОДИН старец, отличавшийся нестяжанием и крайней бедностью, но при этом он всем подавал милостыню. Однажды подошел к его келье бедняк, прося подаяние. Старец ничего не имел, кроме хлеба, и тут же с радостью протянул его нищему.

– Не нужно мне хлеба. Дай мне одежду, – сказал нищий.

Желая услужить бедняку, старец взял его за руку и привел в свою келью, чтобы он сам выбрал все, что найдет. Нищий ничего не нашел в келье, убедившись, что у пустынника не было другого платья, кроме той ветхой одежды, которую он носил на себе.

Глубоко тронутый добротой старца, нищий развязал свой мешок, вынул из него все, что имел, сложил посередине кельи и сказал:

– Возьми это себе, добрая душа! А я все, что мне нужно, добуду где-нибудь в другом месте.

ОДИН БРАТ сказал святому старцу:

– Я совершил великий грех и хочу каяться три года.

Старец отвечал ему:

– Много.

– Или хотя бы один год.

– И то много.

– Не довольно ли сорока дней?

– И это много, – сказал старец. – Думаю, что если человек покается от всего сердца и уже более не будет грешить, то милосердный Бог и в три дня его простит.

ПРИШЕЛ КАК-ТО к старцам один благочестивый мирянин, и они попросили его сказать что-нибудь в наставление. Мирянин долго отказывался, говоря:

– Простите меня, я сам пришел у вас учиться и не умею говорить от Писания.

Но так как они уговаривали, рассказал такую притчу.

Один человек сказал своему другу: «Я желаю видеть царя, пойдем со мной». Друг отвечал ему: «Пройду с тобой половину пути». Сказал он другому: «Пойди проводи меня к царю». Он отвечал: «Доведу тебя до царского дворца». Он сказал и третьему: «Пойдем со мной к царю». – «Пойдем, – отвечал третий друг, – я доведу тебя до дворца, введу в него, скажу о тебе царю и представлю тебя ему».

Братия спросила мирянина:

– Что означает эта притча?

И он ответил:

– Первый друг – это подвижничество, которое доводит до истинного пути. Второй друг – чистота, которая достигает небес. А третий друг – милостыня, которая с дерзновением приводит человека к Самому Царю – Богу.

У СТАРЦА СПРОСИЛИ об одном человеке, богат ли он.

– Не знаю, – ответил тот. – Мне лишь известно, что у него много денег.

– Значит, он богат?

– Быть богатым и иметь много денег – не одно и то же, – ответил старец. – По-настоящему богат лишь тот, кто вполне удовлетворен тем, что имеет. Тот же, кто старается иметь больше того, что имеет, беднее того, кто ничего не имеет, но при этом доволен своей участью.

ОДНАЖДЫ ОДИН очень богатый человек пригласил старца посетить его дом. Дворец был необычайно роскошен, наполнен всевозможными ценностями: коврами, картинами, дорогой посудой и мебелью.

Много часов богач водил гостя из одной залы в другую, хвастаясь своими сокровищами и испытывая все больше гордости и удовлетворения собой.

Наконец, показав весь дворец, он спросил:

Что же ты молчишь? Ну как впечатление?

Старец улыбнулся и ответил: – О да! То, что Творец создал мир настолько прочным, что он выносит тяжесть такого огромного дворца, да еще и тебя вместе с ним, и все твое хвастовство, произвело на меня большое впечатление.

ОДИН БРАТ впал в грех и, когда братия слишком сурово его осудила, отправился к старцу. Другие последовали за ним и с жаром выставляли перед старцем вину брата. В обвинителях было в ту минуту меньше чувства сострадания, чем гордости и самовосхваления.

Среди иноков нашелся один, который, видя ожесточение обвинителей, сказал:

– Я видел на берегу реки одного человека, который стоял в грязи по колено, но благодаря людям, которые хотели протянуть ему руку, чтобы вытащить его, он увяз в грязи по шею.

Старец с радостью выслушал эту притчу и воскликнул:

– Вот человек, который судит по истине и способен наставлять людей ко спасению.

Эти слова заставили опомниться не в меру усердных монахов.

О вере и неверии

НЕСКОЛЬКО СТАРЦЕВ-пустынников собрались вместе и стали рассуждать о будущем. Они ясно видели, что в монашеские обители пустыни стала прокрадываться слабость нравов и что нет уже в иноках верности первых старцев.

Один из них сказал:

– Мы стараемся теперь исполнять все то, что заповедал нам Бог. Те, которые последуют за нами, будут это исполнять лишь наполовину. А за ними пойдут другие, из которых большинство уже ничего не будут исполнять. Но те, которые среди этих последних пребудут верными своим обетам, они, как испытанные великими искушениями, будут выше нас и наших отцов.

ОДНАЖДЫ ОТЦУ-пустыннику пришлось зайти в монастырь, где иноки были заражены еретическими воззрениями. Они сказали, что их начальник предлагает прославленному авве вместе с ним перейти по воде через реку, чтобы показать, кто из них прав и кто более угоден Богу. Старец на это ответил: – Еретик может перейти через реку по воде, как проходят по суше, по попущению Божию и при помощи Сатаны, желающего утвердить его в нечестивом веровании и других склонить к этому верованию. Но мои молитвы, труды и заботы направлены вовсе не к тому, чтобы перейти реку как по суше. А к тому, чтобы избежать наказаний Божиих и перейти через ту огненную реку, через которую всем нам предстоит пройти перед Престолом Господа нашего Иисуса Христа.

ОДИН СТАРЕЦ хранил книгу из кожи, стоящую восемнадцать златниц, в которой был написан весь Ветхий и Новый Завет. Книга лежала в церкви, чтобы ее мог читать любой из монахов.

Один странник пришел посетить старца, увидел книгу и украл ее.

Затем он отправился в город и стал искать, кому бы продать краденое. Не так-то просто оказалось найти покупателя на такую дорогую книгу, но все-таки один купец согласился приобрести книгу.

– Только дай мне ее прежде, – сказал купец. – Я должен узнать, стоит ли она этой цены.

Купец принес книгу в монастырь, показал настоятелю, и тот ему сказал:

– Купи эту книгу. Она хороша и стоит назначенной цены.

Но купец решил схитрить и сказал па следующий день продавцу:

– Я показал книгу настоятелю монастыря, и он сказал, что она не стоит назначенной тобой цены.

Услышав это, продавец спросил:

– А больше ничего тебе не сказал старец?

– Ничего, – ответил купец.

– Я больше не хочу продавать эту книгу, – сказал воришка, которого уже и без того мучила совесть.

Он побежал в монастырь, во всем признался настоятелю, но тот не хотел брать назад книгу.

Иначе я не буду иметь покоя! – взмолился странник.

Если не можешь быть спокойным, то я беру эту книгу, – наконец согласился старец.

А этот человек остался в монастыре и до конца своих дней читал драгоценную книгу.

ОДИН ЯЗЫЧЕСКИЙ ЦАРЬ призвал к себе христианского епископа и потребовал, чтобы тот отказался от своей веры:

– Разве ты не знаешь, что жизнь твоя в моей власти?

Знаю, знаю это, отвечал епископ, – но позволь мне, царь, предложить тебе один вопрос. Представь, государь, что вернейший твой слуга попал в руки твоих врагов. Враги всячески старались заставить раба изменить тебе. Но он оказался непоколебим в своей преданности тебе. Тогда враги, сняв одежды со слуги, прогнали его с посмеянием. Теперь скажи, государь: когда тот раб, обнаженный и поруганный за верность, вернется к тебе, не вознаградишь ли ты его честью и славой? Разве ты не дашь ему лучшие одежды для прикрытия его наготы?

– Конечно, я сделаю это, – ответил царь, – но к чему ты это говоришь?

Тогда епископ сказал: – Царь, ты можешь снять с меня эту земную одежду, то есть лишить жизни. Но Господь – Господин мой – облечет меня в новые, лучшие одежды.

Царь отпустил епископа и больше никогда не требовал от него отречения от христианской веры.

ОДИН МОЛОДОЙ МОНАХ спросил старца:

– Отче, должен ли я теперь полностью отречься от мира?

– Не беспокойся об этом, – отвечал старец, – если твоя жизнь действительно будет христианской, мир немедленно сам от тебя отречется.

ОДНОГО СТАРЦА спросили:

– Отче, а что такое грусть?

– Быть грустным – это значит все время думать о самом себе, – ответил он кратко.

ОДИН ПОДВИЖНИК подвизался в отшельничестве, и однажды ему понадобилось пойти в другую часть пустыни, где был большой монастырь.

Монахи услышали, что к ним идет великий старец, и вышли ему навстречу. Лицо прославленного аввы сияло, подобно лику ангелов, а его босые ноги не чувствовали раскаленного песка.

Кто-то бросился подстилать под ноги старца свои одежды и протягивать накидки, чтобы он мог укрыться от палящего солнца. Но подвижник молча отвергал дары, не желал говорить наставлений и лишь начертал на песке два слова, указывая путь к спасению: «нестяжание» и «молчание».

И все поняли, почему старец все время молчал и даже временно не захотел воспользовался чужой одеждой.

ОДИН ПОДВИЖНИК, обходя пустыню, столкнулся с кочевым племенем, которое справляло пышные похороны. Посреди стойбища, на огромном костре, лежало тело вождя племени в богатых одеждах.

– Какой веры был ваш вождь? – спросил старец.

– Увы, – отвечали ему, – он был неверующим.

– Поистине великое несчастье, – сказал пустынник, – быть так роскошно одетым и не иметь куда пойти!

ОДИН СТАРЕЦ спросил Бога:

– Господи! Почему одни люди умирают в молодости, а другие живут до глубокой старости? Для чего одни бедны, а другие богаты? Почему нечестивые богаты, а благочестивые бедны?

И услышал голос с неба:

– Себе внимай! А это – суды Божий, и тебе нет никакой пользы в них вникать.

НЕКИЙ ПАСТУХ вел такую чистую жизнь, что стал пастырем людей: в одном большом городе он был избран епископом. И по своему великому смирению даже в своем высоком сане этот старец продолжал пасти овец.

Однажды в полночь к его овчарне подкрались воры, чтобы украсть овец. Но Бог, хранящий пастыря, сохранил и овец. Какой-то невидимой силой воры были связаны возле овчарни.

На рассвете к ним подошел епископ и, увидев воров со связанными руками, догадался обо всем, что случилось. Сотворив молитву, он развязал воров, после чего долго убеждал их, чтобы они впредь старались жить честными трудами.

А на прощанье подарил им одну овцу и сказал с любовью:

– Чтобы не подумали, будто вы даром всю ночь стерегли мою овчарню.

РАССКАЗЫВАЮТ об одном старце, что на его лице никогда не было улыбки. И вот однажды демоны, желая его попусту рассмешить, привязали к древку перо и пронесли его с большим шумом и веселыми восклицаниями.

Видя их, старец рассмеялся.

Демоны начали торжествовать, крича:

– Э! Да ты смеешься!

– Не смеялся я, – ответил им старец, – а осмеивал ваше бессилие. Вон вас сколько, а несете всего одно перо.

ЖИЛ ОДИН пустынник-монах. И вот бес, после многолетней борьбы с ним, пообещал ему, что не будет его больше угнетать никакими искушениями, если он совершит какой-нибудь грех из трех: убийство, блуд или пьянство.

Пустынник стал размышлять про себя: «Человека убить – самое большое зло, и оно заслуживает смертной казни как по Божьему суду, так и по гражданскому. Совершить блуд и погубить хранимую до того чистоту тела – жаль. Упиться же один раз, кажется, небольшой грех, ведь после этого человек быстро протрезвляется сном. Пойду я и выпью вина, чтобы бес больше не угнетал меня, и буду дальше мирно жить в пустыне». Взяв свое рукоделие, этот человек продал его в городе, пошел в корчму и напился.

По сатанинскому действию случилось ему в трактире беседовать с бесстыдной женщиной, которая его обольстила. Когда он совершал с ней грех, неожиданно явился муж этой женщины и затеял драку. Монах, одолев его, нечаянно убил.

Таким образом, он совершил сразу все три греха: убийство, блуд и пьянство. То, чего трезвым монах больше всего боялся, он смело совершил в пьяном виде, и через это погубил свои многолетние труды.

ПРИШЛИ КАК-ТО к одному отцу-пустыннику из города архиепископ и знатный горожанин. И стали просить они старца, чтобы тот поделился с ними мудростью.

Старец спросил:

– А вы исполните то, что я скажу? Они оба обещали все в точности исполнить.

– Если вы где-нибудь услышите обо мне, не верьте похвалам и не приходите ко мне больше, – сказал пустынник.

РАССКАЗЫВАЮТ об одном старце, который служил в монастыре писцом.

Однажды пришел к нему брат и попросил написать ему книгу. Старец, углубившись умом в созерцание, пропустил несколько строк и не везде поставил точки.

Взяв книгу, брат рассмотрел ее и заметил:

– Авва, тут есть пропуски. На что старец ему сказал:

– Пойди исполни сначала то, что написано, и тогда приходи снова – я напишу тебе и остальное.

ОДНАЖДЫ НЕКОТОРЫЕ из братьев пришли к старцу, который никогда не позволял своему уму развлекаться и не любил говорить о делах житейских.

Они ему сказали:

– Слава Богу! Нынешним летом было много дождя: пальмы напоены и пускают отростки. Значит, мы снова будем иметь рукоделие.

На что старец ответил:

Точно так же, когда Дух Святой входит в сердца человеческие, они обновляются и возрастают в страхе Божием.

ОДИН СТАРЕЦ рассказывал такую притчу о душе, желающей покаяться.

В одном городе жила женщина – красивая, но бесчестная. Градоправитель полюбил ее и предложил ей руку и сердце, но с тем условием, чтобы впредь она вела себя непорочно.

Женщина дала клятвенное обещание и вскоре сделалась супругой правителя. Прежние ее любимцы, узнав об этом, опечалились и однажды решили выманить ее из дома.

Подадим ей знак свистом, она к нам выйдет, и правитель ничего не узнает, – сказали они.

Как задумали, так и сделали.

Но женщина, услышав знакомый условный свист, убежала во внутренние покои, заткнув уши.

А вот и толкование этой притчи: красивая, но потерявшая честь женщина душа, любимцы ее страсти, правитель – Христос, супружество – покаяние, свист – соблазны мира, внутренний покой – жизнь по заповедям Господним.

Так и кающаяся душа должна прибегать к Богу.

В ОДНОМ СЕЛЕНИИ священником был старец, великий перед Богом. Но однажды жители этого селения пришли к епископу и стали на него жаловаться:

– Возьми от нас этого старца, мы с ним больше не можем. В воскресный день он совершает литургию слишком поздно и не соблюдает установленного чина Божественной службы.

Епископ, призвав старца, спросил его:

– Почему ты так поступаешь? Разве ты не знаешь устава святой Церкви?

Поистине так, владыко, – отвечал старец. – Ты все справедливо говоришь. Но я не знаю, что мне делать. В воскресные дни от самой полунощницы я нахожусь у святого престола и не начинаю литургии, пока не увижу Святого Духа, нисходящего на престол. Когда же увижу наитие Святого Духа, я немедленно начинаю службу.

Подивился епископ добродетели старца и вразумил жителей селения, что им необычайно повезло.

ОДИН МОНАХ занимался своим рукоделием и вдруг сделал ошибку. Он очень сердился и горевал, что никак не может ее найти, и целый день раздумывал, что же ему дальше делать.

И вдруг через окно к нему влетел незнакомый юноша и говорит:

– Ты ошибся. Дай-ка мне, я исправлю. Монах испугался видения и отвечает:

– Ступай вон! Прочь от меня...

Но ведь ты даром потеряешь свой труд. Так уж и быть, я тебе помогу.

– Прочь от меня! Какое зло принесло тебя сюда?

– Да ведь ты сам заставил меня прийти сюда, и ты – мой.

Почему это?

– Да потому что ты три воскресенья подряд причащаешься, тая злобу на своего соседа.

– Лжешь ты.

Нет, не лгу. Я все знаю. Ты злишься на него из-за чечевицы. А я – дух злопамятства, и потому отныне – мы всегда вместе.

Услышав это, монах выбежал из кельи, бросив свое рукоделие, и поспешил скорее примириться с братом.

ОДНАЖДЫ ОДИН старец сильно заболел. Иноки пригласили к нему опытного врача, но врач отказался лечить подвижника, сказав, что ему прежде всего необходимо улучшить питание. Братия стала убеждать старца послушаться врача.

Авва согласился принимать пищу, назначенную врачом. А когда после этого не выздоровел, убежденно сказал ученикам:

Не думайте, что здоровье происходит от пищи. Сила и здоровье приходят от Христа. Ведь мученики Христовы давали отсекать себе члены, терпели огонь и все виды мучений. А я! Я не могу вынести легкой болезни, просил врача заботиться обо мне, пользовался лекарствами. Но, согласившись на это, я не получил никакой пользы. Мне остается одно снова начать свои подвиги. Это лучшее лекарство, и Тот, по Чьему пути я иду, конечно, будет знать мое намерение, будет заботиться обо мне больше, чем я сам мог бы это сделать.

Он с прежним усердием предался иноческим подвигам, и Господь восстановил

ЖИЛ ОДИН СТАРЕЦ – великий подвижник. Когда он совершал литургию, то видел ангелов, стоявших по правую и левую руку. Но он был не силен в догматах и по простоте душевной усвоил у еретиков чин службы, которого и придерживался, не сознавая своей ошибки.

Как-то на службу к нему пришел человек в сане диакона, сведущий в догматах, и старец при нем совершал литургию.

– Отче, то, что ты сказал во время священнодействия, не согласно с православной верой, но взято у еретиков, – сказал диакон после службы.

Но старец, который снова видел во время службы ангелов, не обратил на его слова внимания.

Ошибаешься, отче, не принимает этого Церковь, – твердил диакон.

После всех этих укоризн и обличений старец, увидев на следующий день, по своему обыкновению, ангелов, спросил их:

Вот что говорил мне диакон. Правда ли это?

Послушайся его, он правильно говорит, – сказали ему ангелы.

– Почему же вы сами не сказали мне этого?

– Бог так устроил, чтобы люди были исправляемы людьми же.

Об учителях и учениках

КАК-ТО ДВА ИНОКА пришли к старцу с просьбой объяснить, принимать ли им с радостью посещающих их братьев или лучше не выражать своей радости.

Они еще не успели открыть рта, чтобы изложить свое затруднение, как старец предупредил их вопрос. Он посадил их одного слева, а другого справа, затем вошел в свою келью, покрылся старым рубищем и прошелся между ними в таком одеянии, не говоря ни слова. Затем старец снял с себя это рубище, надел хорошую одежду, которую он употреблял в праздничные дни, и снова прошелся между ними. Наконец он оделся, как одевался постоянно, сел с ними и спросил:

– Хорошо ли заметили вы, что я сделал?

– Да, – ответили они.

Но заметили ли вы, чтобы перемена в платье изменила что-нибудь и во мне?

Стал ли я хуже, надев рубище? Стал ли лучше, надев лучшую одежду? – Конечно, нет! Поймите же, что все созданное, даже и люди, ничего не должно изменять своим появлением в нашем внутреннем мире. Принимайте с радостью и с христианской любовью братьев, которые вас посетят. А если никто не придет к вам, храните себя в сосредоточии духа.

ОДИН БРАТ пришел к святому старцу и говорит ему:

– Авва, дай мне наставление. Старец ему ответил:

– В дни наших отцов были три любимые добродетели: нестяжание, кротость и воздержание. А ныне между людьми преобладают любостяжание, дерзость и обжорство. Выбирай сам, что тебе больше нравится.

НЕКИЙ ОТЕЦ-пустынник без всякого сожаления менял место своего пребывания, никогда не унося с собой ни утвари, ни провизии. Как-то, поработав долго над постройкой новой кельи, он сказал своим ученикам:

– Встаньте, пойдем отсюда.

Они, весьма удивленные таким решением, спросили его:

– Зачем же ты употребил столько времени на постройку этой кельи, если собираешься тотчас ее покинуть? Не боишься ли ты, что другие скажут на это: «Посмотрите на этих непостоянных людей. Они опять уходят. Они не могут нигде утвердиться».

Есть люди, которых смутит наш уход, – ответил им авва. – Но найдутся и другие, которые будут судить о нас иначе и скажут: «Вот люди истинно счастливые, которые покидают свое жилище, чтобы исполнить волю Божию, не заботясь о том, что у них есть». Вы свободны следовать за мной или остаться. Что касается меня, то я ухожу.

Ученики бросились к ногам старца и просили позволения сопровождать его.

ОДИН СТАРЕЦ спросил учеников:

– Кто продал святого Иосифа в Египет?

Братья его, – ответили ученики. – Вовсе не братья, – сказал старец, – но его смирение его продало. Ведь Иосиф мог сказать, что он брат их, мог им противоречить, но он молчал, и по смирению продал себя. И смирение поставило его правителем в Египте.

ОДИН АВВА наставлял своего ученика такой притчей:

– Нельзя заниматься ремеслом ювелира, пользуясь орудиями земледельца, или ремеслом плотника при помощи орудий портного: для каждого ремесла – свои орудия. Даже если кто-то знает все ремесла, а собирается заняться одним из них, то он должен взять орудие, соответствующее этому ремеслу. Так же и тот, кто хочет делать добро, должен отвергнуть орудия зла и неведения, то есть вожделение к тому, что есть в мире. А потом взять орудия добра и приступать к делу.

ОДНАЖДЫ СТАРЕЦ и его ученик вошли в ворота большого города, чтобы рассказать о христианской вере. Один христианин, житель этого города, подошел к старцу и сказал:

– Отче, вряд ли нужны жителям этого города твои проповеди. Жители эти тяжелы сердцем и сопротивляются слову истины. Они совсем не хотят учиться. Не трать на них зря свое время.

Старец посмотрел на него и сказал:

– Ты прав.

Несколько минут спустя подошел к старцу другой христианин и сказал:

– Отче, не сомневайся: ты будешь радушно принят в этом прекрасном городе. Люди ждут тебя и надеются услышать драгоценные слова Евангельского учения, исходящие из твоих уст. Они истосковались по знанию и готовы к служению. Их сердца и умы открыты для тебя.

Старец посмотрел на него и сказал:

– Ты прав.

Ученик не выдержал и спросил старца:

– Отче, объясни мне, как ты и одному, и другому сказал одни и те же слова, хотя они говорили тебе совершенно противоположные вещи.

Старец сказал ученику:

– Оба этих человека изрекали истину, соответствующую их пониманию мира. Первый во всем видит только плохое, второй ищет хорошее. Каждый из них исходит из своего опыта понимания этого мира. Ни один из них не солгал. Они оба сказали правду. Только не всю, потому что всю правду знает только Бог.

БЫЛ У ОДНОГО аввы ученик, который имел великое послушание и при этом был хорошим писцом. Старец любил его за послушание. Кроме него, у старца было одиннадцать других учеников, и они уже стали скорбеть о том, что наставник любит писца больше всех остальных.

Услыхав их ропот, другие старцы стали укорять авву. Тогда он повел их к кельям своих учеников.

– Брат! Пойди скорее сюда! Ты мне нужен, – повторял авва, стучась по очереди в каждую из дверей.

Но никто из учеников не спешил ему открывать: кто-то в этот момент пел псалмы и не хотел прерываться, другой плел веревки и боялся из-за поспешности испортить все рукоделие.

Наконец очередь дошла до писца.

Авва лишь тихонько постучался в дверь и назвал его имя. В тот же миг дверь распахнулась, и на пороге появился монах с пером в руке.

– Скажите, отцы, где вы видите других моих учеников? – спросил авва.

Потом он вошел в келью, взял тетрадь и увидел, что ученик только что начал выводить новую букву, но побежал открывать учителю, даже не докончив ее.

Тогда старцы сказали:

– Справедливо ты любишь его, авва. И мы его все любим, и Бог его любит.

ОДИН СТАРЕЦ однажды прохаживался по горе, на которой он десять месяцев никого не видел, и встретил охотника.

Старец его спросил, давно ли он здесь.

– Уже одиннадцать месяцев я хожу по этой горе, – ответил охотник, – но не встречал никого, кроме тебя.

Тогда подвижник пошел в свою келью и, ударяя себя в грудь, воскликнул:

– О, неразумный, ты полагал, что хранил строгое уединение, пробыв немного один. А вот мирянин, который пробыл в уединении дольше тебя и при этом не считает себя подвижником.

ОДИН ЧЕЛОВЕК спросил старца:

– Какое бы доброе дело мне делать? Авва отвечал ему:

– Не все ли дела равны? Писание говорит: Авраам был страннолюбив, и Бог был с ним. Илия любил безмолвие, и Бог был с ним. Давид был кроток, и Бог был с ним. Так что чего желает душа твоя, то и делай, главное – береги свое сердце в чистоте.

СЕРДЦЕ ЧЕЛОВЕКА должно быть далеко от пристрастия к вещам и от суждения о делах других.

– Живи в монастыре всегда так, – дал совет один старец своему ученику, – как в первый день, когда ты в него вошел, с той же сдержанностью во всем. Не давай себе воли вмешиваться в дела, которые тебя не касаются или ты их не знаешь. И тогда ты проведешь свою жизнь в чистоте сердца.

ОДИН СТАРЕЦ посетил собрание и, услышав там споры братии, возвратился в свою келью, несколько раз обошел ее кругом и лишь затем исчез за дверью.

Когда ученики пришли к нему в следующий раз, то спросили, зачем он ходил вокруг своей кельи кругами.

Старец ответил:

– Уши у меня были полны распрями, и я ходил кругами, чтобы вытрясти из них все ваши споры, чтобы в безмолвии ума войти в келью.

ОДНАЖДЫ БРАТИЯ и несколько мирян пришли к прославленному старцу и попросили дать им наставление. Но старец молчал. Они стали упрашивать его еше больше, и авва сказал им:

– Когда прежде братия спрашивала и исполняла все, что ей говорили, тогда Сам Бог сообщал старцам дар слова. А сейчас, когда все только спрашивают, а не исполняют того, что слышат, Бог отнял у старцев благодать слова. Они не находят, что говорить, потому что некому исполнять их слова. Поэтому сегодня нет у меня для вас наставления.

Услышав это, братия и миряне сказали:

– Помолись о нас, авва!

БЫЛ ОДИН трудолюбивый брат в скиту, который утруждал себя телесно, но был рассеянным в своих помыслах.

Услышав от одного старца слова наставления, он вернулся в свою келью, но забыл, что ему только что было сказано. Брат пошел опять спросить старца, а потом вернулся в свою келью и снова все забыл.

Как-то встретившись со старцем, он ему признался:

– Знаешь, авва, я ведь опять забыл, что ты мне тогда говорил. Но чтобы не беспокоить тебя, я больше не приходил.

На это старец сказал ему: Пойди зажги светильник.

Монах зажег светильник, и тогда авва его попросил:

– А теперь принеси другие светильники и зажги от этого.

Брат сделал так, как просил учитель, и старец спросил:

Терпит ли что-нибудь светильник, когда от него зажигают другие светильники?

Забывчивый брат ответил:

– Нет.

– Так и я. Хотя бы вы все приходили ко мне, это не воспрепятствует благодати Божией, – сказал авва. – Потому приходи когда захочешь, не смущаясь своей забывчивости.

О молитве

ОДИН УЧЕНИК ПРИШЕЛ к старцу и просил разрешить вопрос: почему он даже и трех молитв не может совершить без рассеяния помыслов.

– Я узнал от некоторых людей, что они, совершая молитву, совсем не дают своему уму блуждать. И вот я тоже решил испытать свой ум с великим вниманием, но едва мог совершить три молитвы, оставаясь господином над своими помыслами. Научи меня, отец, как молиться и слушать Слово Божие без рассеяния?

Старец ему ответил:

– Когда раб видит человека свободного, хотя бы и бедного, он тоже желает получить свободу. И если бедняк видит начальника, он мечтает о должности начальника. Если же начальник видит царя, он хочет быть царем. Вот так же и Благодать Божия должна пребывать во всех наших делах, и мы должны во всякое время видеть перед собой Господа, благодарить Его, хранить в сердце Его заповеди. И тогда ты совершенно не будешь впадать в грех рассеяния.

ОДНА СТАРИЦА говорила так:

– Если я буду просить Бога, чтобы все люди были мной довольны, то должна буду стоять с поклонами у дверей каждого. Лучше я буду молиться Богу, чтобы сердце мое перед всеми было чисто.

ОДИН СТАРЕЦ так говорил ученикам: – Когда царь хочет взять неприятельский город, то прежде всего удерживает воду и съестные припасы. Неприятель, погибая от голода, вынужден покориться ему. Так бывает и с грехами. Если человек будет жить в посте и молитве, то враг, ослабев, покидает его душу.

ОДИН ПОДВИЖНИК так поддерживал своих учеников во время молитвы:

– Восстанем от сна, братия! Зажженный светильник, если будет в нем масло, не погаснет, и, пока он будет гореть, ни одна крыса не приблизится к нему, чтобы съесть фитиль. Но когда недостает масла и светильник гаснет, крысы смело приближаются к нему. Видя, что вокруг темно, они съедают фитиль, а светильник сбрасывают с места, где он горел. Если светильник глиняный, он разбивается, а если он сделан из меди, то гнется, и погнутое еще можно исправить. Так случается и с нерадивой душой, которая не питается словами Божественными. Благодать Святого Духа, которую человек получил при крещении, отступает от него, жар потухает, и этот светильник будет разбит пороками.

ОДИН ЧЕЛОВЕК пришел к прославленному старцу и спросил:

– Научи, что мне делать, чтобы угодить Богу?

Старец ответил:

– Куда бы ни пошел, всегда имей перед глазами Бога. Что бы ни делал, имей на это свидетельство в Священном Писании. В каком бы месте ни жил – не покидай его быстро. Соблюдай три эти заповеди – и спасешься.

ОДНАЖДЫ МОЛОДОЙ монах, ученик прославленного старца, шел с ним но морскому берегу.

– Авва, мне очень хочется пить, – сказал он.

Старец остановился, сотворил молитву и вдруг сказал:

– Пей из моря.

Морская вода на вкус оказалась не соленой и горькой, а сладкой, словно из родника.

Ученик стал наполнять чудесной водой сосуды на тот случай, если в пути опять захочется пить.

– Что ты делаешь? – удивился старец. – Разве не везде Бог?

ОДИН ПУСТЫННИК много лет провел в подвигах и сказал: «Я умертвил в себе блуд, сребролюбие и тщеславие».

Пришел к нему другой старец и спрашивает:

– Представь, что ты входишь в келью и видишь па своей рогоже женщину. Можешь ли ты думать, что ее перед тобой нет?

– Нет, – отвечал пустынник. – Но я борюсь с помыслом, чтобы не прикасаться к ней.

• Значит, ты не умертвил страсть. Она живет в тебе – хотя и обуздана. А если на своем пути ты видишь камни и черепки и между ними – золото, можешь ли ты думать о золоте, как о камнях и черепках?

– Нет, – ответил подвижник, – но я борюсь с помыслом, чтобы не взять золота.

Итак, и эта страсть жива, только обуздана, – сказал старец. – А если ты услышал о двух братьях, что один любит тебя, а другой ненавидит и злословит, и оба они пришли к тебе. Сможешь ли ты принять их на равных?

– Нет, – ответил подвижник, – но я борюсь, чтобы благотворить ненавидящему меня так же, как и любящему.

– Итак, страсти живут даже в святых, только они ими обуздываются, – сделал вывод старец.

ОДИН БРАТ пожаловался старцу:

– Авва, я часто прошу святых отцов, чтобы они сказали мне наставление для спасения души. Но из того, что они скажут мне, ничего потом не помню.

У старца было два кувшина, и он сказал брату:

– Пойди возьми один из этих кувшинов, налей в него воды, вымой, воду вылей, а сосуд поставь на свое место, кверху дном.

Брат так и сделал, и потом, по повелению старца, повторил это и в другой, и в третий раз.

Тогда старец сказал:

– Принеси оба сосуда сюда.

Когда же брат принес их, старец спросил:

– Какой из этих двух сосудов чище? Брат ответил:

Конечно, тот, в который я наливал воду и все время мыл.

– Так же и душа, сын мой, которая часто слышит слово Божие, хотя и не удерживает в памяти ничего из услышанного, – сказал старец. Однако она все равно более очищается, нежели та, которая никогда не вопрошает и не молится.

ЦАРЬ ОБРАТИЛСЯ к отшельнику:

– Попроси у меня все, что хочешь, и дам тебе это!

Отшельник сказал:

– Дай мне бессмертной жизни, вечной молодости, неиссякаемого богатства, радости, которую никогда не омрачит никакое горе.

Царь ответил:

– Над такими вещами я не властен.

– Тогда оставь меня в покое, – сказал отшельник. – Я буду просить это у Того, Кто в состоянии мне все это дать.


Источник: Отцы-пустынники [Текст] : сборник христианских притч и сказаний / [сост. Клюкина Ольга Петровна]. - Москва : Никея, 2016. - 101, [1] с. : ил.; 15 см. - (101 притча) (Никея о вере).; ISBN 978-5-91761-414-4

Комментарии для сайта Cackle