Источник

ОСНОВНЫЕ ДОБРОДЕТЕЛИ И ИХ СТЯЖАНИЕ

Добродетель покаяния

Определение добродетели

Общеславянское слово «каяться» имеет несколько значений: наказывать себя, сознавать вину, сожалеть о содеянном. На греческом языке это слово имеет следующее значение: перемена мыслей, раскаяние, возрождение, полное изменение существа. Само это слово на греческом – metanoia (читается как метаноия) состоит из двух греческих слов. Первое – meta, что в данном слове имеет значение перехода из одного состояния в другое. Второе – noia, которое образовалось от слова nooz – (ум, разум, мысль, образ мыслей) † суффикс – ia, который имеет значение качества. Соответственно получившееся слово означает переход на качественно иной образ мыслей.

По учению святых отцов добродетель покаяния является краеугольным камнем в деле спасения.

Священное Писание о добродетели

Первым о покаянии в Новом Завете возвещает Иоанн Креститель: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф.3:2).

Ему вторит Сам Спаситель теми же словами после того, как выходит на проповедь: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф.4:17).

Когда Господь посылает на проповедь своих учеников, они также говорят о покаянии: «Они пошли и проповедовали покаяние» (Мк.6:12).

После Пятидесятницы проповедует покаяние св. ап. Петр: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа» (Деян.2:38).

Проповедует покаяние и апостол Павел: «Возвещая Иудеям и Еллинам покаяние пред Богом и веру в Господа нашего Иисуса Христа» (Деян.20:21).

Таким образом, просматривая Новый Завет, мы видим, как покаяние красной нитью, главным стержнем проходит через весь текст Нового Завета.

Святые Отцы о покаянии

Певцом покаяния является прп. Иоанн Лествичник: «Покаяние есть возобновление крещения. Покаяние есть завет с Богом об исправлении жизни. Покаяние есть купля смирения. Покаяние есть всегдашнее отвержение телесного утешения. Покаяние есть помысел самоосуждения и попечения о себе, свободное от внешних попечений. Покаяние есть дщерь надежды и отвержение отчаяния. Покаяние есть примирение с Господом чрез совершение благих дел, противных прежним грехам. Покаяние есть очищение совести. Покаяние есть добровольное терпение всего скорбного. Кающийся есть изобретатель наказаний для себя самого. Покаяние есть крепкое утеснение чрева, уязвление души в глубоком чувстве» (Леств.5:1).

Один из современных подвижников святитель и исповедник Василий Кинешемский пишет о покаянии следующее: «Мы знаем, что покаяние в глубоком смысле этого слова не есть простое сокрушение о грехах или отвращение к своему греховному прошлому, еще менее означает оно формальную исповедь: смысл слова гораздо глубже. Это решительный перевод жизни на новые рельсы, полная перестановка всех ценностей в душе и сердце, где при обычных условиях на первом месте стоят мирские заботы и цели временной, преимущественно материальной жизни, а все высокое и святое, все, что связано с верой в Бога и служением Ему, оттеснено на задний план. Человек не отказывается совсем от этих высоких идеалов, но вспоминает о них и служит им украдкой, боязливо, в редкие минуты духовного просветления. Покаяние предполагает коренную перестановку: на первом плане всегда, везде, во всем – Бог; позади, после всего – мир и его требования, если только их нельзя совершенно выбросить вон из сердца. Говоря иначе, покаяние требует создания нового, единого центра в человеке, и этим центром, куда сходятся все нити жизни, должен быть Бог. Когда человек сумеет спаять все свои мысли, чувства и решения с этим единым центром, тогда из этого и создастся та цельность, монолитность души, которая дает громадную духовную силу. Кроме того, человек с таким устроением ищет исполнения только воли Божьей и в конце концов может достигнуть полного подчинения или слияния своей слабой человеческой воли с всемогущей волей Творца, и тогда сила его вырастает до божественной силы чудотворений, ибо тогда действует не он, но в нем действует Бог»78.

Покаяние как добродетель

Таким образом, мы видим, что в покаянии самое главное – вектор, направление жизни. Если у плотского человека вектором жизни является его «Я», то у человека покаявшегося вектор жизни направлен к Господу.

Архимандрит Платон (Игумнов), рассуждая о покаянии, пишет: «Смысл нравственного самоопределения человека заключается в свободном преодолении греха и в обращении к добродетели. Поскольку обычно человек постоянно находится во власти страстей, всякое эпизодическое раскаяние в совершенных грехах еще не является вполне адекватным понятию покаяния. Человек должен стремиться сбросить с себя ненавистный и чуждый его природе грех и непрерывно обращать силы своего ума к Богу, чтобы его покаяние стало новым самоопределением в свободе и увенчалось торжеством благодати в личной жизни»79.

Отсюда следует, что покаяние не только вектор жизни, но и постоянный процесс, который должен совершаться в человеке непрестанно, как непрестанно действуют в нем страсти.

Необходимость покаяния

Нет такого предела совершенства человеческого, при котором покаяние было бы уже излишним. Новоначальные через покаяние приобретают начатки благочестия, преуспевающие через покаяние укрепляют его, совершенные через покаяние утверждаются в нем.

Авва Сисой, будучи святым и находясь на смертном одре, просил о времени для покаяния: Рассказывали об авве Сисое. Когда он болел, сидели у него старцы и с некоторыми он разговаривал. Старцы спрашивали его: «Что ты видишь, авва?» – «Вижу, – отвечал он, – что идут за мной, и прошу их, чтобы дали мне несколько времени на покаяние». Один из старцев говорит ему: «Если и дадут тебе некоторое время, можешь ли теперь принести спасительное покаяние?» – «Я не могу этого сделать, – отвечал старец, – но хотя бы поплачу о своей душе, и этого довольно для меня»80.

Всемогущество покаяния

Святитель Игнатий пишет: «Сила покаяния основана на силе Божьей: Врач Всемогущ, – и врачество, подаваемое Им, всемогуще»81.

Нам достаточно вспомнить равноангельную Марию Египетскую, бывшую блудницу. Можно вспомнить святых мужей Моисея, Давида, Флавиана, которые были разбойниками, а потом взошли на вершины добродетельной жизни.

Свидетельством прощения согрешившего диакона явилось то, что только после его молитвы пошел дождь: Брат спросил одного старца: «Если случится человеку по действию диавола впасть в искушение, бывает ли польза для соблазняющихся через него?» На это старец рассказал ему следующее. В киновии Египетской был один именитый диакон. Некий должностной гражданин, гонимый архонтом, пришел в киновию со всем своим домом. Диакон, по действию диавола, пал с его женой и положил срам на всех. Пошел он к одному любимому им старцу и рассказал ему о случившемся. У старца внутри его келии было одно темное, потаенное место. Диакон начал упрашивать его, говоря: «Погреби меня здесь живого и никому не открывай это». Он вошел во мрак и принес истинное покаяние. Через год наступила засуха. При совершении общей молитвы было открыто одному из святых: «Если не выйдет и не помолится диакон, скрытый таким-то старцем, то не будет дождя». Слышавшие подивились и вывели диакона из места, где он был. Он помолился, и пошел дождь. И соблазнившиеся прежде получили гораздо большую пользу от его покаяния и прославили Бога»82.

Причины покаяния

Самая главная причина покаяния – действие на сердце человека благодати Божьей: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр.3:20).

Вторая причина покаяния – наши личные усилия как отклик на призыв благодати Божьей. Наши усилия в первую очередь должны быть направлены на вражду с грехом, самоукорение, тщательное исполнение заповедей Божьих и отказ от осуждения.

Плоды покаяния

Искреннее исповедание грехов. Человек начинает замечать даже тонкие греховные помыслы. Появляется доверие духовнику, желание служить ближним. Получают развитие добродетели покорности и послушания. Нрав человека становится простым, непритворным, нелицемерным. Появляются умилительные, покаянные слезы, приносящие успокоение и радость душе.

Главное свидетельство того, что грехи нам отпущены – ненависть ко греху.

Добродетель послушания

Определение добродетели

Прп. Иоанн Лествичник пишет: «Послушание есть совершенное отречение от своей души, действиями телесными показуемое; или, наоборот, послушание есть умерщвление членов телесных при живом уме. Послушание есть гроб собственной воли и воскресение смирения... Послушный, как мертвый, не противоречит и не рассуждает ни в добром, ни во мнимо худом; ибо за все должен отвечать тот, кто благочестиво умертвил душу его (т.е. наставник). Послушание есть отложение рассуждения и при богатстве рассуждения» (Леств.4:3).

Священное Писание о добродетели

Удивительное послушание оказывает Исаак Аврааму: «И пришли на место, о котором сказал ему Бог; и устроил там Авраам жертвенник, разложил дрова и, связав сына своего Исаака, положил его на жертвенник поверх дров» (Быт.22:9).

«Спроси отца твоего, и он возвестит тебе старцев твоих, и они скажут тебе» (Втор.32:7).

"И Он (Иисус) пошел с ними и пришел в Назарет; и был в повиновении у них (родителей). И Матерь Его сохраняла все слова сии в сердце Своем» (Лк.2:51).

«Ибо Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца» (Ин.6:38).

«И, отойдя немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем, не как Я хочу, но как Ты» (Мф.26:39).

«Он, будучи образом Божьим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп.2:6–8).

«Но Петр и Иоанн сказали им в ответ: судите, справедливо ли пред Богом слушать вас более, нежели Бога?» (Деян.4:19).

Важность послушания

В «Древнем Патерике» повествуется, что Бог ничего не требует от новоначального, кроме послушания. Всем известны такие высказывания: «Послушание – корень смирения. Послушание выше поста и молитвы. Послушание – добровольное мученичество». Почему это так? Приведем несколько примеров.

Добродетель послушания выше других добродетелей: Пришли однажды к Великому Памво из скита четыре брата, одетые в кожу, и каждый из них рассказывал ему о добродетели другого. Один много постился, другой был нестяжателен, третий стяжал великую любовь, о четвертом они говорили, что он уже двадцать два года прожил в повиновении старцу. Авва Памво отвечал им: «Скажу вам, что выше всех добродетель четвертого. Каждый из вас по своей воле приобрел ту добродетель, которую имеет, а тот, отвергшись своей воли, исполняет волю другого. Такие люди подобны исповедникам, если они до самого конца пребудут в послушании»83.

Блаженная мать Синклитикия говорила: «Живя в монастыре, мы должны предпочитать послушание подвижничеству: ибо последнее научает высокомерию, а первое смиренномудрию»84.

Епископ Варнава (Беляев) пишет: «Без руководства и послушания невозможно простираться вглубь таинственной духовной жизни так же, как невозможно не умеющему плавать заходить в глубину морскую или слепому ходить по стремнинам и вьющимся над пропастями горным тропинкам.

Если святые день и ночь трепетали за потерю своего спасения и подвигов, то безумны те люди, которые думают, что они собственным разумом плотским войдут во святая святых духовной жизни. Да и кто их пустит туда? Ибо Начальник последних – Бог, а Он отметает гордых.

Но безумцы эти были всегда, довольно их и теперь, ибо диавол себе ищет таковых, а человеки «возлюбили более тьму, нежели свет», как сказал Сам Господь Никодиму в ночной беседе (Ин.3:19).

Кто читал в подлиннике Рабле, тот, конечно, помнит его язвительное осмеяние жизни неких монахов, которые постановили проводить ее «не по закону, уставам или правилам, но по их собственному хотению и свободной воле». И на фронтоне монастыря телемитов – так назывался этот монашеский орден – был начертан следующий девиз: «Делай все, что хочешь»85.

Авва Дорофей пишет: «Я не знаю другого падения монаху, кроме того, когда он верит своему сердцу. Некоторые говорят: от того падает человек, или от того; а я, как уже сказал, не знаю другого падения, кроме сего, когда человек последует самому себе. – Видел ли ты падшего, – знай, что он последовал самому себе. Нет ничего опаснее, нет ничего губительнее сего»86.

А как быть человеку, возле которого нет боговдохновенного наставника, как спасаться ему? Тот же авва Дорофей советует таковым: «Правда, если кто хочет истинно, всем сердцем, исполнять волю Божью, то Бог никогда его не оставит, но всячески наставит по воле Своей. Поистине, если кто направит сердце свое по воле Божьей, то Бог просветит и малое дитя сказать ему волю Свою»87.

Каким образом научиться послушанию

1) Необходима исповедь помыслов, т.е. полное доверие наставнику. Как пишет об этом авва Исаия: «Не скрывайте никаких помыслов, смущающих вас, ни скорбей, ни подозрений относительно ближних, но все открывайте авве своему и принимайте с верою то, что от него услышите»88. Открывать нужно все, каждую мелочь, без утайки, без умаления греха, без самооправдания. Ведь по слову Василия Великого: «Умолчанный грех – гной в душе».

Прп. Иоанн Лествичник пишет: «Без самопосрамления невозможно избавиться от вечного стыда. Обнажай струп твой врачу сему, и не стыдись сказать ему: «Отче, моя язва сия, моя рана сия; она произошла не от иного кого-нибудь, но от моей собственной лености; никто не виноват в ней, ни человек, ни злой дух, ни плоть, ни другое что-либо, но только мое нерадение» (Леств.4:61).

2) Обязательно необходимо отсечение своей воли. Прп. Иоанн Кассиан Римлянин пишет: «Что касается послушания, то младшие без ведома или позволения старца не только не смеют выходить из кельи, но не решаются самостоятельно удовлетворять и общую естественную нужду»89.

Затем далее он продолжает: «Итак, сидя в кельях своих и занимаясь рукоделием и размышлением, как только услышат звук ударяющего в дверь, который зовет их на молитву или к какому-либо делу, каждый тотчас выходит из своей кельи, так что занимавшийся письмом бросает писать на том месте, где застанет его призыв, не смея даже докончить начатой буквы, потому что они не столько заботятся о совершении дела и своей пользе, сколько о том, чтобы доказать свое послушание, которое они предпочитают не только рукоделию, чтению, молчанию, покою в келье, но даже всем добродетелям. Они готовы терпеть все невыгоды, только бы ни в чем не нарушить доброго послушания»90.

Усердное повиновение: У прп.Иоанна Фиваидского было необыкновенное повиновение. Старец, призвав его, приказал скорее прикатить огромный камень, который и несколько человек не смогли сдвинуть с места. Иоанн с таким усердием стал напирать на камень, что от пота не только одежда его промокла, но и камень смочился»91.

Плод послушания: Рассказывали об авве Иоанне Колове. Удалившись в скит к одному фивскому старцу, он жил в пустыне. Его авва (то есть фивский старец), взяв сухое дерево, посадил его и сказал: «Каждый день поливай это дерево кружкой воды, пока не принесет плода». Вода же была далеко от них, так что Иоанн ходил за ней подолгу. После трех лет дерево принесло плод. И старец, взяв этот плод, принес в собрание братии и сказал: «Возьмите, вкусите плод послушания»92.

Капуста корешками вверх. Одному брату старец повелел посадить капусту корешками вверх. Брат не послушался и посадил так, как положено. Когда старец увидел это, то сказал: «Сейчас из корешков вырастет капуста, а если бы послушал меня, то выросло бы послушание».

Добродетель смирения

Определение добродетели

Прп. Иоанн Лествичник пишет, что когда отцы рассуждали о том, что такое смирение, вышло следующее: «Тогда один сказал, что смирение есть всегдашнее забвение своих исправлений. Другой сказал: смирение состоит в том, чтобы считать себя последнейшим и грешнейшим всех. Иной говорил, что смирение есть сознание умом своей немощи и бессилия. Иной говорил, что признак смирения состоит в том, чтобы в случае оскорбления предварять ближнего примирением и разрушать оным пребывающую вражду. Иной говорил, что смирение есть познание благодати и милосердия Божия. Другой же говорил, что смирение есть чувство сокрушенной души и отречение от своей воли.

Все это выслушав и с великою точностью и вниманием рассмотрев и сообразив, не мог я слухом познать блаженное чувство смирения; и потому, будучи последним из всех как пес, собрав крупицы, падавшие со стола мудрых и блаженных мужей, т.е. слова их уст, определяя добродетель оную, говорю так: смиренномудрие есть безымянная благодать души, имя которой тем только известно, кто познал ее собственным опытом; оно есть несказанное богатство; Божие именование; ибо Господь говорит: "научитеся не от Ангела, не от человека, не от книги, но от Меня, т.е. от Моего в вас вселения и осияния и действия, яко кроток есмь и смирен сердцем и помыслами, и образом мыслей, и обрящете покой душам вашим от браней, и облегчение от искусительных помыслов» (Мф.11:2993 (Леств.25:3–4).

Священное Писание о добродетели

«Ибо так говорит Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, – Святый имя Его: Я живу на высоте небес и во святилище, и также с сокрушенными и смиренными духом, чтобы оживлять дух смиренных и оживлять сердца сокрушенных» (Ис.57:15).

«Также и младшие, повинуйтесь пастырям; все же, подчиняясь друг другу, облекитесь смиренномудрием, потому что Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (1Пет.5:5).

«Близок Господь к сокрушенным сердцем и смиренных духом спасет»(Пс.33:19).

«Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф.11:29).

«Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп.2:6–8).

Важность смирения

Наверное, лучше всего о важности смирения сказал авва Дорофей: «Некто из старцев сказал: «Прежде всего нужно нам смирение». Почему он не сказал о другой какой добродетели? Старец показывает нам сим, что ни страх Божий, ни милостыня, ни вера, ни воздержание, ни другая какая-либо добродетель не может быть совершена без смиренномудрия.

Вот почему говорит он: «Прежде всего, нужно нам смиренномудрие, – чтобы быть готовыми на каждое слово, которое слышим, сказать: прости; ибо смиренномудрием сокрушаются все стрелы врага и противника». Вот видите, братия, как велика сила смиренномудрия; видите, какое имеет действие слово: прости.

Смиренномудрием же сокрушаются и все стрелы врага и противника. Все святые шествовали сим путем его и трудом. «Виждь смирение мое и труд мой, и остави вся грехи моя», – взывает Давид и еще: «Смирихся, и спасе мя Господь» (Пс.24:18; Пс.114:5).

Тот же старец сказал: «Смирение ни на кого не гневается и никого не прогневляет. Смирение привлекает на душу благодать Божью. Благодать же Божия пришедши, избавляет душу от сих двух тяжких страстей. Ибо что может быть более тяжким, как гневаться на ближнего и прогневлять его? Оно избавляет душу и от всякой страсти, и от всякого искушения».

Когда св. Антоний увидел распростертыми все сети диавола и, вздохнув, вопросил Бога: «Кто же избегает их?» – то Бог ответил ему: «Смирение избегает их»; и, что еще более удивительно, присовокупил: «Они даже не прикасаются ему». Поистине, нет ничего крепче смиренномудрия, ничто не побеждает его. Если со смиренным случится что скорбное, он тотчас себя осуждает, что достоин того, – и не станет укорять никого, не будет на другого возлагать вину. Таким образом, переносит он случившееся без смущения, без скорби, с совершенным спокойствием, а потому и не гневается ни на кого и никого не прогневляет. Смирения два. Первое состоит в том, чтобы почитать брата своего разумнее и по всему превосходнее себя или почитать себя ниже всех. Второе же – чтобы свои подвиги приписывать Богу. И это есть совершенное смирение святости. Совершенное смирение рождается от исполнения заповедей. Святые, чем более приближаются к Богу, тем более видят себя грешными. Так, Авраам, когда увидел Господа, назвал себя землею и пеплом (Быт, 18. 27), Исаия, увидев Бога превознесенного, воззвал: «Окаянный... и нечистый есмь аз» (Ис.6:5).

Когда авва Агафон приближался к кончине и братия сказали ему: «И ты ли боишься, отче?» – то он ответил: «Сколько могу, я понуждал себя сохранять заповеди, но я человек и почему могу знать, угодно ли Богу дело мое? Ибо иной суд Божий, и иной – человеческий». Старец, быв спрошен: «Что главного из найденного тобою на пути сем, отче?» – ответил: «То, чтобы во всем укорять себя». Так и авва Пимен сказал со стенанием: «Все добродетели вошли в дом сей, но без одной добродетели трудно устоять человеку». – «Какая же это добродетель?», – спросили его. Он ответил: «Та, чтобы человек укорял себя». И св. Антоний сказал: «Велико делание – возлагать пред лицо Бога согрешения свои на себя и до последнего издыхания ожидать искушения». И везде находим, что отцы наши обретали покой оттого, что, возложив на Бога все, даже и самое малое, они всегда соблюдали правило – себя во всем укорять.

Ибо в Отечнике написано: один брат спросил старца: «Что есть смирение?» Старец отвечал: «Смирение есть дело великое и Божественное; путём же к смирению служат телесные труды, совершаемые разумно; также, чтобы считать себя ниже всех и постоянно молиться Богу – это путь к смирению; самое же смирение Божественно и непостижимо»94.

Пример ложного смирения

Схиигумен Савва приводит в своей книге следующий пример95. Есть такой рассказ, как мнимо смиренный инок пожелал вериги носить. Без благословения духовного отца стал просить кузнеца отковать ему вериги. Кузнец отказался, но инок в другой раз пришел. Тогда кузнец спрашивает у наместника обители: «Что делать?»

– А ты испытай его, – сказал наместник, – ударь по щеке. Если он смолчит, исполни просьбу, а если возмутится, обличи его.

Приходит инок в третий раз со своей просьбой. Кузнец сделал вид, что разгневался на него и ударил но щеке. Оскорбленный инок ответил ему тем же... Тогда кузнец сказал:

– Прости меня, брат. Наместник так повелел испытать тебя.

Примеры истинного смирения

В «Отечнике» святителя Игнатия Брянчанинова описан такой случай: «Прибыв в скит, святой Арсений объяснил пресвитерам о своем намерении принять монашество. Они отвели его к старцу, исполненному Святого Духа, Иоанну Колову. Старец захотел подвергнуть Арсения испытанию. Когда они сели за трапезу, чтоб вкусить хлеба, старец не пригласил Арсения, но оставил его стоять. Он стоял, устремив глаза в землю и помышляя, что стоит в присутствии Бога перед Его Ангелами. Когда начали есть, старец взял сухарь и кинул Арсению. Арсений, увидя это, подумал о поступке старца так: «Старец, подобный Ангелу Божию, познал, что я подобен псу, даже хуже пса, и потому подал мне хлеб так, как подают псу. Съем же и я хлеб так, как едят его псы». После этого размышления Арсений встал на четвереньки, в этом положении подполз к сухарю, взял его ртом, отнес в угол и там съел. Старец, увидев его великое смирение, сказал пресвитерам: «Из него будет искусный инок». По прошествии непродолжительного времени Иоанн дал ему келью близ себя и научил его подвизаться о своем спасении»96.

Прп. Иоанн Лествичник описывает в своей книге следующий случай, произошедший с подвижником Исидором: «Некоторый муж, по имени Исидор, из князей города Александрии, за несколько лет перед сим отрекшись от мира, удалился в сию обитель. Всепреподобный пастырь наш, приняв его, заметил, что он весьма коварен, суров, зол и горд; посему премудрейший этот отец покушается человеческим вымыслом преодолеть бесовское коварство и говорит Исидору: «Если ты истинно решился взять на себя иго Христово, то хочу, чтобы ты прежде всего обучался послушанию». Исидор отвечал ему: «Как железо кузнецу, предаю себя тебе, святейший отче, в повиновение». Тогда великий отец, утешенный этим уподоблением, немедленно назначает обучительный подвиг этому железному Исидору, и говорит: «Хочу, чтобы ты, истинный брат, стоял у ворот обители и всякому входящему и исходящему человеку кланялся до земли, говоря: помолись обо мне, отче, я одержим злым духом». Исидор так послушался своего отца, как Ангел Господа. Когда же провел семь лет в этом подвиге и пришел в глубочайшее смирение и умиление; тогда приснопамятный отец, после семилетнего законного искуса и беспримерного Исидорова терпения, пожелал его, как достойнейшего, причислить к братии и сподобить рукоположения. Но он много умолял пастыря, как через других, так и чрез меня, немощного, чтобы ему позволили там же и тем же образом оканчивать подвиг, не ясно намекая этими словами на то, что кончина его приближается, и что Господь призывает его к Себе; что и сбылось. Ибо когда учитель оный оставил его в том же состоянии, он, по прошествии десяти дней, чрез бесславие свое со славою отошел ко Господу; а в седьмой день после успения своего взял ко Господу и привратника обители. Блаженный говорил ему при жизни: «Если я получу дерзновение ко Господу, то ты вскоре и там не разлучен со мною будешь». Так и случилось, в достовернейшее доказательство непостыдного сего послушания и Богоподражательного смирения. Спросил я великого сего Исидора, когда он еще был в живых: «Какое, во время пребывания его у ворот, ум его имел делание?». Достопамятный сей, желая оказать мне пользу, не скрыл от меня этого. «Вначале, – говорил он, – я помышлял, что продал сам себя в рабство за грехи мои и потому со всякою горестию, самонасилием и кровавым понуждением делал поклоны. По прошествии же года сердце мое уже не ощущало скорби, ожидая от самого Господа награды за терпение. Когда минул еще один год, я уже в чувстве сердца стал считать себя недостойным и пребывания в обители, и видения отцов, и зрения на лица их, и причащения Св. Таин и поникши очами долу, а мыслию еще ниже, уже искренно просил входящих и исходящих помолиться обо мне» (Леств.4:23–24).

Приобретение добродетели

Преп. Филофей Синайский: «Потребно нам великое смирение, если искреннее имеем попечение о хранении ума в Господе: во-первых, в отношении к Богу и, во-вторых, в отношении к людям. Всячески должны мы сокрушать свое сердце, изыскивая и в дело вводя все, могущее смирять его. Сокрушает же и смиряет сердце, как известно, о прежней нашей в мире жизни память, если она припоминается нами как следует, также память о всех грехах от юности; когда кто пересматривает их умом по частям, обыкновенно и смиряет, и слезы рождает, и ко всесердечному благодарению Бога подвигает нас, как всегдашняя действенная (до чувства доводимая) память о смерти, которая притом рождает и плач радостный со сладостию, и трезвение ума. Преимущественно же смиряет мудрование наше и располагает потуплять очи в землю воспоминание о страстях Господа нашего Иисуса Христа, когда кто проходит их в памяти и все подробно воспоминает. Это подает также и слезы. Сверх того, истинно смиряют душу великие Божии благодеяния, именно к нам, когда кто подробно перечисляет их и пересматривает: ибо мы имеем брань с гордыми, неблагодарными демонами»97.

Св. Григорий Синаит: «Есть семь разных деланий и расположений, вводящих и руководящих к этому богоданному смирению, кои взаимно входят в состав друг друга и друг от друга происходят: 1) молчание, 2) смиренное о себе думание, 3) смиренное говорение, 4) смиренное одеяние, 5) самоуничижение, 6) сокрушение, 7) последность – иметь себя во всем последним. Молчание с разумом рождает смиренное о себе думание; от смиренного же о себе думания рождаются три вида смирения: смиренное говорение, смиренное и бедных одеяний ношение и самоуничижение. Эти же три вида рождают сокрушение, бывающее от попущения искушений и именуемое промыслительным обучением и от бесов смирением. Сокрушение же заставляет душу чувствовать себя сущею ниже всех и всех последнейшею, всеми превосходимую. Два же эти вида приносят совершенное и богоданное смирение, которое именуется силой и совершенством всех добродетелей, и оно-то Богу приписывает добрые наши дела. Итак: первое из всех руководств к смирению есть молчание; из него рождается смиренное о себе думание; а это рождает три вида смирения. Три эти рождают один – сокрушение; а сокрушение рождает седьмой вид – почитание себя низшим всех, что и называется промыслительным смирением. Это смирение приносит богоданное, совершенное, непритворное, истинное смирение. Промыслительное смирение так приходит: когда человек, будучи оставлен самому себе, побежден бывает, порабощен и возгосподствован всякой страстью и помыслом, тогда, будучи побеждаем духом вражеским и не находя помощи ни от дел, ни от Бога, и ни от чего совсем, и готов будучи даже впасть в отчаяние, смиряется он во всем, сокрушается, низшим всех себя имеет, последнейшим и рабом всех, худшим даже самих бесов, как тиранству подлежащий и ими побеждаемый. Все это и есть промыслительное смирение, в силу которого от Бога дается второе, высшее, которое есть Божественная сила, вседейственная и всетворная. Его ради, видя себя органом Божественной силы, человек ею совершает дивные Божьи дела»98.

Прп. Амвросий Оптинский в стихотворной форме дал пример того, что такое смирение и как ему научиться: «Жить – не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем мое почтение». Такой тон старцевой речи вызывал часто улыбку на устах легкомысленных слушателей. Но если посерьезнее вникнуть в это наставление, то каждый увидит в нем глубокий смысл. «Не тужить», т. е. чтобы сердце не увлекалось неизбежными для человека скорбями и неудачами, направляясь к Единому Источнику сладости вечной – Богу; через что человек, при бесчисленных и разнообразных невзгодах, может успокаивать себя, мирясь с ними, или «смиряясь». «Не осуждать», «не досаждать», – ничего нет обыкновеннее между людьми осуждения и досаждения, этих исчадий погибельной гордости. Их одних достаточно к тому, чтобы низвести душу человека во дно адово; между тем как они большею частью и за грех не считаются. «Всем мое почтение», – указывает на заповедь Апостола: «Почитайте один другого высшим себя» (Флп.2:3). Сводя все эти мысли к одной общей, мы видим, что в вышеприведенном изречении проповедовалось Старцем главным образом смирение,– эта основа жизни духовной, источник всех добродетелей, без которого, по учению Св. Иоанна Златоуста, как упомянуто прежде, невозможно спастись»99.

Таким образом, мы видим множество путей для приобретения добродетели смирения: через телесные труды; через послушание; через то, чтобы просить прощения или помощи; через молитву к Богу; через укорение себя самого; через приписывание своих добрых дел Богу; через уничижение пред братом.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ.

В чем сущность покаяния?

Как научиться послушанию?

Дайте определение добродетели смирения.

Расскажите о правилах приобретения смирения.

* * *

78

Василий, епископ Кинешемский. Беседы на Евангелие от Марка. М.: Отчий дом. 1996. с.55.

79

Платон (Игумнов), архимандрит. Православное нравственное богословие. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1994. с.151.

80

Марк (Лозинский), игумен. Отечник проповедника. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1996. с.397.

81

Игнатий Брянчанинов, епископ. Аскетические опыты. М.: Правило веры. 1993. т.1. с.95.

82

Марк (Лозинский), игумен. Отечник проповедника. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1996. с.398.

83

Марк (Лозинский), игумен. Отечник проповедника. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1996. с.567.

84

Варнава (Беляев), епископ. Основы искусства святости. Нижний Новгород: Братство во имя святого князя Александра Невского. 2002. с.462.

85

Там же, с.458.

86

Дорофей, авва. Поучения. М.: Правило веры. 1995. с.89.

87

Там же, с.93.

88

Варнава (Беляев), епископ. Основы искусства святости. Нижний Новгород: Братство во имя святого князя Александра Невского. 2002. с.466.

89

Иоанн Кассиан Римлянин, прп. Писания. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1993. с.31.

90

Иоанн Кассиан Римлянин, прп. Писания. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1993. с.32.

91

Варнава (Беляев), епископ. Основы искусства святости. Нижний Новгород: Братство во имя святого князя Александра Невского. 2002. с.470.

92

Марк (Лозинский), игумен. Отечник проповедника. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1996. с.436.

93

Иоанн Лествичник, преп. Лествица. М.: Правило веры. 1996.с.314.

94

Дорофей, авва. Поучения. М.: Правило веры. 1995. с.46–56.

95

Савва, схиигумен. О главных христианских добродетелях и гордости. Йошкар-Ола: МПИК. 1991. с.68.

96

Марк (Лозинский), игумен. Отечник проповедника. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1996. с.551.

97

Христианская жизнь по Добротолюбию. М.: Свято-Данилов монастырь. 1991. с.48.

98

Добротолюбие. Сергиев Посад: Изд. С-ТСЛ. 1992. т 5. с.207.

99

Дмитрий Ростовский, свят. Жития святых. Месяц февраль. Козельск: Введенская Оптина пустынь. 1993. с.501.


Источник: Введение в православную аскетику / Дергалев С.М., свящ.; гл. ред. Л.А. Ильюнина. - СПб. : Контраст, 2017. - 320 с. ISBN 9785983612419

Комментарии для сайта Cackle