Азбука веры Православная библиотека Инославие Папство и его борьба с православием
Распечатать

сост. С. Носов

Папство и его борьба с православием

Содержание

1. Догмат о главенстве и непогрешимости папы – главное заблуждение латинства 1.1. Критический разбор римского учения о папской власти 1.2. Римо-католическое учение о церкви и папстве 1.3. И. Ю. Штроссмайер и его речь на Ватиканском Соборе 1870 года о главенстве и непогрешимости римских пап 2. Подвижники православной Церкви о католицизме 2.1. Св. Праведный отец Иоанн Кронштадтский и Римско-католический папизм 2.2. Ответ Преподобного Амвросия старца Оптинского благосклонным к латинской церкви о несправедливом величании папистов мнимым достоинством их церкви 2.3. Завещание Преподобного Феодосия 2.4. Иеромонах Иоанн (Максимович) о догмате Непорочного зачатия” Пресвятой Богородицы 3. Ватикан против православия 3.1. Западное миссионерство на востоке 3.2. Миссия в России после революции 3.3. Ватикан и Россия 3.4. Новомученики сербские 4. Современный Ватикан и иудаизм 4.1. Молитва о прощении католическому миру за преследование евреев (Всемирный Ватиканский Собор. Ватикан 1966) 4.2. Папство и иудаизм  

 

Данный сборник состоит из статей, раскрывающих сущность католицизма с точки зрения Православного вероучения, т.е. учения Единой Святой Соборной и Апостольской церкви. Основной отличительный признак римо-католицизма – догмат о примате и непогрешимости папы: этому уделено особое внимание. Недавно вышла в свет книга А. Григоренко «Уния в истории Украины – Руси», в которой рассмотрена экспансия папизма на Украине, поэтому в данном сборнике освещаются взаимоотношения Ватикана и России и роль католицизма в событиях в Сербии. (Актуальность темы папства и католической миссии в нынешнее время подтверждается, например, возобновлением (впервые с начала XIX в.) деятельности ордена иезуитов в России, откровенной экспансией католицизма на канонической территории Русской Православной Церкви.) Главная цель сборника – предостеречь православных от мысли, что между Православием и римо-католицизмом нет принципиальных различий в догматическом плане; что воссоединение необходимо более Церкви Православной (например, В. А. Никитин «Русская мысль» от 14.11.92.) Поэтому в сборник включены суждения подвижников Православия о еретической сущности папизма. Существует и опасность проникновения каталитических идей в виде книг издательства «Жизнь с Богом», публикаций, предлагающих ревизию Истории Православной Церкви (В. Никитин, например, призывает пересмотреть «застарелый» взгляд на митрополита Исидора, изменника Православия на Флорентийском Соборе 1439 г.: «Делу митрополита Исидора суждено историческое бессмертие...»). Искажение в католицизме догматов Святой Церкви неизбежно повлекло за собой извращение духовной жизни и ложный мистицизм. Эта важнейшая тема взаимосвязи догмата и мистики раскрыта в писаниях Св. Игнатия (Брянчанинова), а также в книге М. В. Лодыженского «Свет незримый» (Пг., 1915 г.), поэтому она не включена в сборник.

1. Догмат о главенстве и непогрешимости папы – главное заблуждение латинства

Особое значение римские богословы придают учению о папе и о папской власти, в котором с особой силой выражено законническое, юридическое понимание благодати и сущности Церкви. Учение о папской власти, о видимом главе Церкви, «заместителе и наместнике Христа», подчас заслоняющем невидимого главу – Христа, является фундаментом всего учения, всей догматики римского католицизма. Но это учение противоречит основам евангельского и апостольского учения и о Церкви, и о познании Истины.

Незаконное притязание на главенство в Церкви папы римского было главнейшей причиной разделения Церквей. Все вероучительные уклонения от Единой Вселенской Истины, делающие Латинскую церковь в специальном смысле таковой, в отличие от Православной, имеют своим источником папство, через которое католическая церковь отпала от Непогрешимой Церкви.

Ниже мы специально обращаем внимание читателя на это учение католической церкви, подвергнув папство, как краеугольную догму её, оценке со стороны Слова Божия и голоса Церкви, и показываем ту внутреннюю зависимость, в которой находятся от него главнейшие вероучительные уклонения, наложившие сильный отпечаток на религиозно-моральную жизнь католического мира.

1.1. Критический разбор римского учения о папской власти1

Основания, заимствуемые из Евангелия

Главнейшее отличие римско-католического вероучения от православного заключается в догмате о папе как видимом, верховном и непогрешимом главе Церкви – Божьем Наместнике на земле.

Учение это, развивавшееся в Западной церкви во все продолжение средних веков, окончательно провозглашено папою Пием IX на Ватиканском Соборе 1870-го года.

Странность и неверность этого догмата для здравого христианского рассуждения очевидна из самых простых соображений. Для Церкви, имеющей своей главою Самого Иисуса Христа, всегда пребывающего с нею до скончания века, очевидно нет надобности ни в какой другой главе. У Церкви, божественного тела Христова, не может быть человеческая глава. Никто из людей смертных не может быть главою великого тела, имеющего пребывать «во все роды от века до века»(Еф.З,21), обнимающего собою не только бесчисленные ряды поколений, живущих на земле, но и бесчисленные сонмы верующих, отошедших от мира. Все самые высокие, самые святые христиане не более, как члены Церкви; сами апостолы называли себя служителями Церкви (Кол. 1,24–25).

Равным образом и высокое свойство непогрешимости, очевидно, не может быть приписано никому из смертных людей. Римские католики, называя папу главою Церкви и непогрешимым, приписывают ему власть и свойства, приличествующие одному Богу, т.е. как бы обоготворяют смертного человека.

На чем основывается римское учение о папе как верховной и непогрешимой видимой главе Церкви?

Римско-католические богословы утверждают, что сам Иисус Христос, бывши во время Своей земной жизни главой, основанной Им Церкви, после Себя оставил верховную власть над Церковью апостолу Петру, дав ему особенные преимущества пред другими апостолами, высокое свойство непогрешимости, ключи от Царствия Небесного, сделав его как бы князем апостолов – монархом всего христианского мира.

В доказательство этой мысли римские богословы указывают преимущественно на три места из Евангелия;

I. Когда Иисус Христос, пришедши в страны Кесарии Филипповой, спрашивал учеников Своих, за кого иудеи и сами апостолы почитают Его, Симон Петр, первый из всех апостолов, сказал Ему: «Ты – Христос, Сын Бога Живаго. Тогда Иисус сказал ему в ответ, блажен ты Симон, сын Ионии; потому что не плоть и кровь открыли тебе это; но Отец Мой сущий на Небесах; и Я говорю тебе; ты Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах» (Мф.16,14–19).

Из смысла приведенного отрывка видно, что высокие обетования, высказанные здесь апостолу Петру, относятся собственно не к личности Петра, а к его исповеданию – к самой вере христианской, первым исповедником которой здесь явился апостол Петр, но которую разделяли в то же время и все другие апостолы и которая сделалась достоянием всего христианского мира. Петр первым исповедал Христа Сыном Бога Живаго. Это было высокое и святое убеждение, поистине не плотию и не кровию, т.е. не обыкновенным человеческим соображением, а Самим Отцем Небесным открытое людям. Это высокое исповедание, эта вера во Христа как Сына Божия стала в человечестве твердым камнем, на котором основалась Церковь христианская и стоит до сего времени и будет стоять до скончания века Симон первым исповедал эту веру и потому первый назван камнем (Петром), взятым от Господа в созидание Церкви. Но эта вера не была только личным убеждением Симона.

Это общее убеждение всех других апостолов и всех верующих христиан. Поэтому и другие апостолы, как содействовавшие распространению и утверждению веры во Христа, называются в Священном Писании основаниями, на которых зиждется Церковь (Еф. 2.20; Апок. 21,14), и все верующие христиане также называются камнями, из которых составляется великое здание Церкви (1Пет. 2,5). Но самым первым основанием – краеугольным камнем, на котором утверждается это здание, равно как и единою главою, венчающею его, может быть назван только Сам Иисус Христос (Еф.2,20–22; 1Пет. 2,6–7; 1Кор.3,11; Еф. 1,22).

Вера во Христа открыла людям доступ – дала ключи в Царство Небесное.

Петр, первый исповедавший веру во Христа, первый и получил высокую власть вязать и разрешать грехи. Но затем и другим апостолам, имевшим одну веру с Петром, также сказано от Господа: «что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18,18). Апостолы передали эту власть пастырям Церкви, и она всегда неизменно сохраняется в Церкви, как сохраняется самая вера во Христа.

II. В последней беседе с учениками на Тайной Вечери Иисус Христос, прекратив возникший между учениками спор о первенстве и обещав им за терпение и преданность Ему высокую награду в будущем Небесном Царстве, обратился с особенными словами к апостолу Петру: «Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас, как пшеницу. Но Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя, и ты некогда, обратившись, утверди братьев твоих» (Лк. 22, 31–32).

В этих словах римские богословы также видят указания на особенные преимущества Петра перед другими апостолами. По их мнению, Иисус Христос высказывает здесь ту мысль, что Петр, оставшись после Него главою Его последователей и наделенный свыше высоким даром непогрешимости в вере, должен быть руководителем в вере и для других апостолов и для всех христиан. Но из самого смысла и связи речи очевидно, что здесь нет и речи о каких-либо преимуществах, обещаемых апостолу Петру, а есть только печальное предостережение и предсказание о предстоящем ему искушении и падении. Смысл всей речи таков: доселе «вы пребывали со Мною в напастях Моих» (Лк. 22, 28–29). Но вот теперь вам предстоит великое искушение. Сатана желал бы рассеять вас от Меня, как пшеницу. И ты, Петр, готовый более всех других уверять Меня в своей преданности, особенно поддашься искушению, первый изменив Мне. Но Я молился, чтобы Господь подкрепил вас в искушении, чтобы ваша поколебавшаяся вера не оскудела до конца. Пройдет время искушения, и вы опять обратитесь ко Мне. Помни это, Петр! Ты более всех поддашься искушению; сам изведав человеческую слабость и восстав (обратившись) от падения, будь внимателен к другим, утверждай в вере братьев твоих.

Петр так и принял эти слова, не как обещание преимущества, а как предостережение от падения – ибо вслед за тем, как повествует далее Евангелист Лука (Лк. 22,33), усиленно начал уверять Господа, что готов идти за Ним в темницу и на смерть. А Господь в ответ на это еще яснее сказал, что он в эту ночь трижды отречется от Него, и затем ещё раз всем апостолам подтвердил, чтобы они были готовы к искушению (Лк. 22,34–38). Нужно принять еще во внимание, что Господь пред этой речью только что обличил в учениках своих стремление к преимуществам (Лк. 22,25–27). Можно ли думать, чтобы вслед за этим обличением Он стал ввиду всех давать одному из учеников преимущество перед другими?

III. В 21-й главе Евангелия от Иоанна рассказывается, как однажды Иисус Христос, по воскресении из мертвых, явился семи ученикам, ловившим рыбу на озере Тивериадском. Давши им чудесный улов рыбы, Он пригласил их обедать и во время трапезы обратился к Петру с такими словами: «Симон Ионин! Любишь ли ты Меня больше, нежели они?» Петр отвечал: «так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя». Иисус сказал: «паси агнцев Моих». Затем опять спросил его: «Симон Ионин! Любишь ли ты Меня?» Петр сказал: «так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя». И Господь опять сказал: «паси овец Моих».

Наконец, в третий раз спросил: «Симон Ионин! Любишь ли ты Меня?» Петр опечалился, что его в третий раз спрашивает: «Любишь ли ты Меня?» – и с волнением отвечал: «Господи! Ты все знаешь, Ты знаешь, что я люблю Тебя». Господь еще раз сказал: «паси овец Моих», и затем предсказал Петру о предстоящей ему в старости мученической кончине (Ин.21,15–18).

В этой беседе Спасителя с апостолом Петром римские богословы также видят указания на особенные преимущества, данные Петру, – будто Господь вверил ему здесь особенную верховную власть над всей Церковью, как над простыми верующими – агнцами, так и над самими пастырями – овцами. Обыкновенный же здравый человеческий смысл и древние учители Церкви признают, что Христос в этой беседе хотел только растрогать совесть апостола Петра, смущенную бывшим падением, возбудить его к покаянию и затем утешить его и в присутствии других апостолов восставить в апостольском достоинстве. Троекратным вопрошанием: «Любишь ли ты Меня?» Христос, видимо, хотел напомнить Петру о его троекратном отречении.

В первый раз Христос спрашивает не просто: «Любишь ли ты Меня?», но: «Любишь ли ты Меня больше, нежели они?» Это – напоминание Петру о том, как он когда-то уверял, что, если и все ученики соблазнятся и оставят Господа, он пойдет с Ним в темницу и на смерть. Так и подействовали эти слова на Петра: ибо, когда Господь спросил его в третий раз, Петр опечалился, конечно, от того, что вспомнил о своем падении. Троекратным повторением: паси агнцев и овец Моих, Господь восстановил Петра в его апостольском звании.

Здесь нет никаких особенных преимуществ, а только та власть, которая дана и всем другим апостолам и от них передана пастырям Церковным: пасти стадо Божие (1Петр 5, 2–3), и, конечно, только произвольное схоластическое толкование могло утверждать, что под агнцами Христос разумел здесь простых верующих, а под овцами самих пастырей.

Наконец, в заключение беседы предсказание о мученической смерти Петра, видимо, имеет близкое отношение к прежней беседе о троекратном отречении. На Тайной Вечери Петр самонадеянно уверял Господа, что готов идти с Ним в темницу и на смерть, хотя бы и все оставили Его. И Господь отвечал, что самонадеянность его в ту же ночь будет постыжена троекратным искушением. Теперь на вопрос Господа Петр не осмеливается утверждать, что он любит Его более всех и готов идти на смерть за Него, но смиренно со скорбью о своем падении отвечает: «Господи, Ты все знаешь, Ты знаешь, что я люблю Тебя». И Господь, уверив его в восстановлении прежнего апостольского достоинства, предсказывает, что он и завершит свою апостольскую жизнь достойною мученическою смертью.

Таким образом, ни в одном из указываемых римскими богословами мест Евангелия не находится подтверждение той мысли, будто Иисус Христос дал апостолу Петру преимущественную власть над другими апостолами.

Вообще нужно сказать, что эта мысль противоречит всему духу, всему смыслу Евангельских повествований. Ни в чем не обличал Иисус Христос своих учеников так сильно, ни против чего не предостерегал так ревностно, как именно против духа превозношения, против стремления к преимуществам. Он постоянно внушал им ту мысль, что подобные стремления не должны иметь место в христианском обществе, что между ними не должно быть первых и последних, что между ними никто даже не должен называться отцом, учителем или господином, – но все они должны считаться братьями и искренне услуживать друг другу, как Сам Он, их Божественный учитель, показал им высочайший образец в этом (см. Мф. 20,25–28; Лк. 22,25–27; Мк.10,42–45; Ин.13,13–15).

Основания, заимствованные из истории апостольской и Церкви вселенской

1.2. Римо-католическое учение о церкви и папстве2

Учение о Церкви как о благодатном Теле Христовом под единым Главою Христом затемнено у римо-католиков учением о папе как едином монархе, в котором концентрируется вся Церковь. Папа – не первый среди равных ему по благодати епископов, братьев, он – источник епископской власти, епископы – его делегаты, представители папы. Папа заменил все Тело церковное, и критерием Истины, по их учению, является не Дух Святой, живущий во всей Церкви, а голос на римском престоле восседающего епископа. На личность паны переносится то, что принадлежит Церкви, и более того: переносится на него и то, что принадлежит только Христу. Почему? Потому что папская власть воспринимается ими мистически; отнятое у Церкви, как живого мистического организма, переносится на папу, а са-ма Церковь воспринимается как юридический организм, деспотически управляемое церковное государство.

Грех папства в посягательстве на то, что принадлежит только Богу, что принадлежит Духу Святому, живущему в Церкви.

Так, в книге епископа Буго (Bougaud) «Церковь», изданной в 1922 году, папа приравнивается к Таинству Евхаристии; как в Таинстве Евхаристии присутствует под покровом хлеба и вина реально Христос, так и в папе реально присутствует Христос.

«В таинстве Евхаристии, – говорит еп. Буго, – имеем, так сказать, лишь «половину» Христа, ибо Он «нем» в Таинстве Евхаристии. Где же искать другую «половину» Иисуса Христа, реально пребывающего в Церкви? – Она в Ватикане: она в папе. Папа есть второй способ реального присутствия Иисуса Христа в Церкви. Иисус Христос создал Себе два способа реального присутствия, совершенно различных, оба неизъяснимых и которые, соединенные вместе, образуют полноту его вочеловечения» О, великая тайна двух покрывал, под которыми скрывается Иисус Христос в Своей целости! Идите к Иисусу глаголющему: идите к папе. В этом и состоит тайна христианства: это чудо реального присутствия Воплощения, предложенного и распространенного под двумя покровами. То, что Иисус Христос не положил под один из этих двух покровов, Он положил под другой; и в полноте можно обладать Им только, если уметь в горячем порыве сердца переходить от Евхаристии к папе и от папы к Евхаристии. Вне этих двух тайн, которые собственно образуют одну тайну, мы имеем лишь уменьшенного Иисуса Христа (Он Сам так установил), который недостаточен для нужд как отдельных душ, так и общества, который не в состоянии даже Сам Себя защитить». «Тайна веры! Вот слово, которое нужно сказать о папе после того, как мы сказали его о св. Евхаристии, ибо папа – это Иисус Христос, скрытый под покровом и продолжающий через посредство человеческого органа свое общественное служение среди людей». – «Поэтому Церковь, более чуткая чем мы к вещам Божественным, не знает, как и говорить про папу. Никакое выражение не представляется ей слишком сильным для того, чтобы выразить это взаимное проникновение, которое делает из Иисуса Христа и из папы её Главу, одновременно видимого и невидимого, и её единого Супруга. Она относит к нему всю любовь, которую она питает к Господу. Она окружает его тем же благоговением». «О сладость чувств, которые испытываешь перед Дарохранительницей и у ног папы», в котором Иисус Христос – «собрал, сконденсировал всю Церковь», и более того: – Он «раньше создал папу». «Это великая тайна: Церковь есть непрестанное и постоянное творение папы». – «Итак все исходит от папы. Он творит Церковь; и в ней и через неё он просвещает и освящает души.»

Нет никаких сомнений в том, что еп. Буго отразил в своем труде официальное учение Римской церкви о папе. Оповещая мир об избрании Папы Пия XI, Ватикан в 1922 году писал: – «Счастливый Рим: ибо он один обладает обеими дарохранительницами: дарохранительницей евхаристической, в которой Иисус Христос преподает Себя всем сердцам, и Ватиканом, где Иисус устами папы преподает Слово Истины, неизменное и непогрешимое».

Так выглядит ров, которым Римская церковь отделила себя от Кафолической Церкви Православной, хранящей верность учению Христа и Апостолов. Это учение о Церкви и о папе абсолютно неприемлемо для нас православных. От него веет духом не христианским. В римо-католичестве произошла замена Христа – человеком, замена Церкви, этого великого живого организма, папой.

Характерным в развитии Ватиканом теории главенства папы является введение в римский Требник (около 1600 года) слов, согласно которым Христос, якобы, передал ап. Петру царства всего мира: – «Ты еси пастырь овец, тебе Бог передал все царства мира». Евангелие НЕ ЗНАЕТ таких слов Христа Петру, эти слова были сказаны Христу искусителем: «Тебе дам власть над всеми сиими царствами...» (Лк. 4,6).

Ужасом веет от римской теории о главенстве римского епископа.

С вопросом о главенстве папы неразрывно связан другой вопрос о его непогрешимости. В 1870 году католическая церковь признала непогрешимость римского первосвященника за догмат (Ниже приводится гуляющий в сети подложный текст католического догмата о непогрешимости Римского папы. По ссылке3 приводим правильный текст догмата, который сам говорит за себя без ненужных искажений. – Ред. «Азбуки веры»). Вот его текст4.

«Папа (римский) есть божественный человек и человеческий Бог. Посему никто не может судить его или о нем. Папа имеет божескую власть, и власть его не ограничена. Ему возможно на земле то же самое, что на небесах Богу. Что сделано папою, то все равно, что сделано Богом. Заповеди его должно исполнять, как заповеди Божии. Только один Бог подобен папе; папа повелевает небесными и земными вещами. Папа в мире то же, что Бог в мире или душа в теле. Власть папы выше всякой сотворенной власти, ибо она некоторым образом распространяется на предметы небесные, земные и преисподние, да оправдываются в нем слова Писания: «вся покорил еси под нозе его».

Во власть и волю папы отдано все, и никто и ничто не может ему противиться. Если бы папа увлек за собою в ад миллионы людей, то никто бы из них не имел права спросить его: отец святой, зачем ты это делаешь? ПАПА НЕПОГРЕШИМ КАК БОГ, И МОЖЕТ ДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТО БОГ ДЕЛАЕТ.

Воля Бога, а, следовательно, и папы, который есть НАМЕСТНИК БОГА, – имеет верховную власть повсюду. Он опоясан двумя мечами, то есть властвует над духовными и мирскими: над патриархами и епископами, над императорами и королями. Все люди на свете – его подданные. Он – все, выше всего и содержит в себе все. Что он хвалит или порождает, то должны все хвалить или порицать.

Папа может ИЗМЕНИТЬ ПРИРОДУ ВЕЩЕЙ, ДЕЛАТЬ ИЗ НИЧЕГО ЧТО-ЛИБО. ОН ВЛАСТЕН ИЗ НЕПРАВДЫ СОТВОРИТЬ ПРАВДУ, ВЛАСТЕН ПРОТИВ ПРАВДЫ, БЕЗ ПРАВДЫ И ВОПРЕКИ ПРАВДЕ ДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТО ЕМУ УГОДНО. ОН МОЖЕТ ВОЗРАЖАТЬ ПРОТИВ АПОСТОЛОВ И ПРОТИВ ЗАПОВЕДЕЙ ПЕРЕДАННЫХ АПОСТОЛАМИ. ОН ВЛАСТЕН ИСПРАВЛЯТЬ ВСЕ, ЧТО ПРИЗНАЕТ НУЖНЫМ В НОВОМ ЗАВЕТЕ, МОЖЕТ ИЗМЕНЯТЬ САМЫЕ ТАИНСТВА, УСТАНОВЛЕННЫЕ VIСУСОМ ХРИСТОМ. ОН ИМЕЕТ ТАКУЮ СИЛУ НА НЕБЕСАХ, ЧТО ИЗ УМЕРШИХ ЛЮДЕЙ ВЛАСТЕН ВОЗВОДИТЬ В СВЯТЫЕ, КОГО ЗАХОЧЕТ, ДАЖЕ ПРОТИВ ВСЕХ ПОСТОРОННИХ УБЕЖДЕНИЙ И ВОПРЕКИ ВСЕМ КАРДИНАЛАМ И ЕПИСКОПАМ, КОТОРЫЕ ВЗДУМАЛИ БЫ ТОМУ ВОСПРОТИВИТЬСЯ.

Папа имеет власть над чистилищем и адом. Он – Владыка Вселенной. Неограниченною своей властью он делает все единственно ПО СВОЕМУ ПРОИЗВОЛУ, МОЖЕТ ДЕЛАТЬ ДАЖЕ БОЛЕЕ, ЧЕМ НАМ ИЛИ ЕМУ ИЗВЕСТНО. Сомневаться в его могуществе – святотатство. Власть его выше и обширнее власти всех святых и ангелов. Никто не имеет права даже мысленно протестовать против его приговора или суда.

Власть папы не имеет меры и пределов. Кто отрицает верховную власть и главенство папы, тот грешит против Святого Духа, разделяет Христа и есть еретик. Только папе предоставлена власть отнимать чтобы то ни было у кого бы то ни было и отдавать другому. Папа имеет власть отнимать и раздавать империи, королевства, княжества и всякое имущество. Власть свою папа получает прямо от Бога, а императоры и короли от папы.

ПАПА ЕСТЬ НАМЕСТНИК БОГА, и кто отрицает это, тот лжец. Папа есть вместоправитель Бога над добрыми и злыми ангелами; что совершается властью папы, то совершается властью Бога.

Кто не повинуется папе, тот не повинуется Богу. Все, что папа делает, угодно Богу.

Папу не может судить никто, потому что сказано: «духовный судит о всем, а о нем судить никто не может» (1Кор. 2,15). Власть его распространяется на небесное, земное и преисподнее. ОН ЕСТЬ ПОДОБИЕ ХРИСТА, и в теле его живет Святой Дух.

Папа есть государь всех, царь и причина всех причин. Папа есть жених и глава Вселенской Церкви. Папа не может заблуждаться, он – всемогущ, в нем вся полнота власти. Он выше апостола Павла, ибо по призванию своему стоит наравне с апостолом Петром. Он может поэтому возражать против посланий апостола Павла и отдавать приказания, противоположные его посланиям.

Обвинять папу все равно, что грешить против Духа Святого, что не прощается ни в этом веке, ни в грядущем.

Тройственная корона папы означает тройственность его власти: над ангелами на небесах, над людьми на земле и над бесами в аду. Бог предоставил во власть папы все законы, а САМ ПАПА ВЫШЕ ВСЕХ ЗАКОНОВ.

ЕСЛИ ПАПА ИЗРЕК ПРИГОВОР ПРОТИВ СУДА БОЖИЯ. ТО СУД БОЖИИ ДОЛЖЕН БЫТЬ ИСПРАВЛЕН И ИЗМЕНЕН? Папа – СВЕТ ВЕРЫ И ОТРАЖЕНИЕ ИСТИНЫ. ПАПА ЕСТЬ ВСЕ НАД ВСЕМ И МОЖЕТ ВСЕ-.»

Таково дословное постановление Первого Ватиканского Собора, сделанное при римском папе Пии IX в 1870 году! Не в какие-либо отдаленные времена средневековья, а всего лишь в прошлом веке – около ста лет тому назад!

Знают ли о таком постановлении все православные христиане? Знают ли полный текст его даже сами римо-католики?

Едва ли! Ибо совесть и здоровое нравственное чувство честного человека не могут мириться с таким кощунственным догматом, приписывающем смертному человеку, сколь бы высоко ни стоял он на лестнице церковной иерархии, свойства, могущие принадлежать одному только Богу!

А если знают, то этим доказывают свою нечестивость и беспринципность, признавая такую «Церковь», допустившую провозглашение такого «догмата», благодатной Христовой Церковью, в лоне которой можно получить вечное спасение.

Это кощунственное постановление остается в силе и до сего времени, ибо оно никаким другим актом не было объявлено лишенным силы и значения, хотя и заседал недавно полномочный для этого второй Ватиканский Собор (1962 г.).

И это понятно, потому что отменить такое постановление значило бы в корне подорвать свой престиж в глазах всего мира и уничтожить вековой духовный фундамент, на котором была воздвигнута эта латинская «Церковь», отелившаяся от святого Православия формально в 1054 г., именно вследствие утвердившегося в ней уже тогда ложного учения о главенстве и непогрешимости папы Римского как мнимого «наместника Христова».

Постановление 1-го Ватиканского Собора 1870 года в частности определяет5, «что, когда римский первосвященник говорит со своей кафедры, т.е. когда исполняя свое служение как пастырь и учитель всех христиан он, в силу своей высшей апостольской власти, определяет учение о вере или нравственности, которое должна содержать вся Церковь, он, через Божественную помощь, обещанную ему в лице блаженного Петра, обладает той непогрешимостью, которой Божественный Спаситель благоволил наделить Свою Церковь...»

Но каким мерилом можно установить, «с кафедры» или не «с кафедры» действовал папа в таких, например, случаях6:

1. Папа Сикст V (1585–1590) собственноручно исправил перевод Библии, ввел его в употребление вместо прежнего и, под угрозой анафемы, обязал считать его наравне с подлинником… Однако, с течением времени перевод оказался и был признан ошибочным, изъят из обращения и заменен другим. Очевидно действие Сикста, как ошибочное, не могло быть «кафедральным», между тем анафема состоялась, конечно, «с кафедры».

2. Учение о Филиокве, т.е. об исхождении Духа Святого «и от Сына» (Filioque) возникло в Испании в IV в., отсюда проникло в Германию и привилось там, но не сразу. Карл Великий настаивал на внесении (Filioque) в текст Символа веры, но встретил энергичное сопротивление со стороны папы Льва III. В целях предохранить на будущее время старую редакцию (с признанием исхождения Духа Святого только от одного Бога Отца) от новых посягательств на нее, папа распорядился вычеканить текст Символа веды на двух металлических таблицах и прибить последние к дверям храма. Эго, однако, не помогло: другой папа, Бенедикт VIII, по настоянию другого императора, Генриха II, ввел «филиоквэ» в текст (1015), и с тех пор новая редакция Символа веды вошла во всеобщее употребление в католической церкви, стала для нее обязательной. Спрашивается, из этих двух пал кто прав, кто ошибался, потому что, очевидно, тот или другой читал и исповедовал 8-й член Символа веры неправильно?

3. Папа Евгений IV признал постановление Констанцского Собора о верховенстве соборов над папами, но позже стал утверждать, что папы выше соборов – в котором из этих двух случаев он был «кафедрален», иными словами, в каком случае его «кафедральный» акт был совершен не «с кафедры»?

4. Аналогичный вопрос возникает и по поводу ордена иезуитов. Папа Климент XIV в 1773 г. закрыл его «с кафедры», а папа Пий VII, действуя тоже «с кафедры», восстановил его действие в 1814 г. В одном случае существование Ордена признавалось вредным, в другом – восстановление его полезным и необходимым.

1.3. И. Ю. Штроссмайер и его речь на Ватиканском Соборе 1870 года о главенстве и непогрешимости римских пап7

Редкий иерарх Римско-католической церкви, Иосиф Юрий Штроссмайер, архиепископ боснийско-дьяковский и сремский – замечательный человек нашего времени, а в частности – великий общеславянский патриот и деятель. Много пользы он принес всему славянскому миру, особенно же много добра он сделал у себя на родине – в так называемом триедином королевстве (Хорватии, Славонии и Далмации), где он епископствовал 55 лет. Здесь его имя пользовалось такой известностью и почитанием, какие выпадают на долю очень и очень немногих. В юго-славянских землях триединого королевства нет дома, в котором бы не красовался на почетном месте портрет дьяковского епископа. Почти в каждом городе находится гимназия, школа, музеи, общества и читальни его имени. Им самим даны и изысканы большие денежные средства на устройство разного рода просветительных и благотворительных учреждений для своей родины и хорватского народа.

Трогательной любовью проникнуты были отношения этого редкого римско-католического пастыря к России. Как любящий брат-славянин, он близко принимал к своему сердцу горести и радости России. На Россию он смотрел как на очаг живой веры и громадных, но ещё не раскрывшихся сил, которые обновят Запад и соединят все христианские Церкви. В частности, известен случай, когда Штроссмайер послал в Киев поздравительное приветствие по случаю 900-летия крещения Руси в православную веру. За это приветствие он даже попал в немилость у австрийского императора Франца-Иосифа. Всем памятно также и следующее проявление преданности славянского епископа интересам России. Во время польского мятежа ксендзы, как известно, выступали в качестве деятельных соучастников мятежа и слугами польщизны. Ватикан, с его «непогрешимым» папой во главе, тоже принимал тайное участие в польском восстании, как и в последнюю русско-турецкую войну, благословлял магометан-турок против русских «схизматиков» (так обычно называют православных христиан папы и ксендзы). Польско-католические ксенцзы западного края после издания закона 17 апреля о веротерпимости снова начали проявлять себя пропагандой латинизма и нетерпимостью к православию и русской народности. Внимательно следил покойный дьяковский епископ и за русско-японской войной. Русские неудачи в войне и ликования врагов России, в том числе и Ватикана, глубоко огорчали его, быть может ускорили и самую смерть его.

Пользовался Штроссмайер благоволением и со стороны римских пап. Они не могли не уважать архиепископа за его высокие дарования, ум и честность, плодотворную и широкую общественную деятельность. Да и не «выгодно» было бы для пап «гневаться» на пользовавшегося общим уважением и любовью высокого христианского пастыря и общественного деятеля. Папы побаивались его, и потому всячески ласкали, и награждали. Папа Пий IX, например, величал его «апостолом славянских народов». Но Штроссмайер держал себя по отношению к папству свободно и независимо и в потребных случаях сильно обличал его и осуждал за злоупотребления.

В 1870 году он присутствовал в Риме на так называемом Ватиканском Соборе, признаваемом римской церковью за Вселенский. На Собор съехалось множество прелатов из всех римско-католических стран (свыше 700 с безместными и итальянскими епископами). Папа Пий IX хотел с возможно большей торжественностью объявить на этом соборе свою непогрешимость. Находясь в Риме и участвуя в заседаниях собора, Штроссмайер сильно боролся против провозглашения пап «непогрешимыми» и решительно отказался признать папскую непогрешимость8.

На Соборе он произнес речь, в которой смело и убедительно разъяснял ложность и неосновательность папских притязаний на главенство в Церкви Христовой и личную непогрешимость9.

Вот что говорил Штроссмайерр бывшим на соборе римско-католическим «князьям церкви» и самому папе Пию IX.

О наместничестве и непогрешимости пап

С самого начала, как я получил право заседать с вами, я внимательно следил за речами, произносимыми в этом собрании, надеясь, с великим желанием, что со временем и на меня сойдет свыше луч божественного света, просветит очи моего разумения и позволит мне согласиться с определением этого святого Вселенского Собора при полном уяснении дела. Проникнутый чувством ответственности, которую должен буду дать Богу, я принялся за изучение Священного Писания Ветхого и Нового Завета с самым серьезным вниманием, и я искал в той неоцененной сокровищнице истины ответа на вопрос, действительно ли святой первосвященник, председательствующий здесь, есть преемник святого Петра, наместник Иисуса Христа, и непогрешимый учитель Церкви?

Для решения этого важного вопроса я был принужден с светочем Евангельским в руке переноситься к тем дням, когда не было ни ультрамонтанизма, ни галликанизма10, и когда учителями Церкви были святые Павел, Петр, Иаков и Иоанн, такими учителями, которым никто не может отказать в Божественном авторитете. Итак, я открыл эти священные страницы (Библии). Что же! Как осмелюсь я выразить это? Я не нашел в них ничего, что подтверждало бы мнения ультрамонтанов. Ещё более, к моему величайшему изумлению: при обозрении этих апостольских дней, я не нашел ни малейшего намека на папу как преемника святого Петра и наместника Иисуса Христа, точно также, как не нашел никакого намека на Магомета, который в то время не существовал...

Итак, прочитавши священные книги с тем вниманием, которым наградил меня Господь, я не нашел ни одной главы, ни одного стиха, в котором. Иисус Христос давал бы святому Петру первенство над апостолами. Если Симон, сын Ионин, был тем, чем по нашему верованию, в настоящее время есть его святейшество Пий IX, то удивительно, как Господь не сказал ему: «когда Я взойду к Моему Отцу, то все апостолы должны повиноваться тебе, как повинуются Мне; Я поставлю тебя Своим наместником на земле». И не только Иисус Христос ничего не сказал об этом, но даже, когда Он обещал престолы Своим апостолам судить двенадцать колен израилевых, Он обещал им всем одинаково, не упоминая, что между этими престолами – престол, принадлежащий святому Петру, будет выше, чем прочие (Мф. 19,28). По всей вероятности, если бы это было благоугодно Ему, Он так и сказал бы. Что мы должны заключить из этого молчания? То, что Христос не желал сделать Петра главой апостолов. Когда Христос посылал апостолов на Евангельскую проповедь, Он всем им дал одинаковую власть вязать и решить, и всем дал обетование Святого Духа (Ин. 20,21–23). Позвольте мне повторить: если бы Он благоволил поставить Петра Своим наместником, Он вручил бы ему главное начальство над Своим духовным воинством.

Христос, так говорит Священное Писание, запретил Петру и прочим апостолам господствовать и стремиться к господству, или иметь власть над верующими подобно царям язычникам (Лк. 22,25). Если бы святой Петр был избран папой, то Господь Иисус не сказал бы так, потому, что по нашему преданию, папство держит в своих руках два меча – символы духовной и светской власти.

Одно чрезвычайно изумило меня. Раздумывая об этом, я сказал себе: если бы апостол Петр был избран папой, то неужели могло быть дозволено прочим апостолам послать его вместе с Иоанном в Самарию для проповедывания Евангелия Сына Божия? (Деян. 8,14). Что подумали бы вы, достопочтенные братья, если бы в эту минуту нам было дозволено послать его святейшество Пия IX и его преосвященство монсиньора Плантье к патриарху Константинопольскому просить его положить конец восточной схизме?

Но здесь есть другой, ещё более важный факт. В Иерусалиме собирается Вселенский Собор решить вопрос, разъединяющий верующих. Кто созвал бы этот собор, если бы святой Петр был папой? Святой Петр. Кто председательствовал бы на нем? Святой Петр или его легаты. Кто составлял бы и обнародовал определения собора? Святой Петр. Так; а на самом деле ничего этого не было. Апостол Петр присутствовал на Соборе, как и другие, и не он созвал Собор, но святой Иаков; и когда были обнародованы определения, то они были обнародованы от лица апостолов, старейших братьев (Деян. 15). Так ли мы поступаем в нашей Церкви? Чем более я исследую Священное Писание, достопочтенные братья, тем более я убежден в том, что в Священном Писании сын Ионии не представляется первым. Теперь, когда мы учим, что Церковь основана на святом Петре, святой Павел, в авторитете которого нельзя сомневаться, в послании к Ефесянам говорит (Еф.2,20), что она основана на основании апостолов н пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем. И тот же самый апостол так мало верует в главенство святого Петра, что открыто порицает тех, которые говорят, мы Павловы, мы Аполлосовы (1, Кор. 12,12); равно как и тех, которые скажут: мы Петровы. Потому, если бы этот последний апостол был наместником Господа Иисуса Христа, то святой Павел не решился бы так сильно порицать тех, которые принадлежали к его собственным приверженцам. Тот же самый апостол, перечисляя служения в Церкви, упоминает об апостолах, пророках, Евангелистах, учителях и пастырях. Неужели должно думать, достопочтенные братья, что святой Павел, великий апостол языков, забыл упомянуть о первом из этих служений, о папстве, если бы папство было Божественного установления? Он, по всей вероятности, написал бы длинное послание об этом важнейшем вопросе.

Я не нашел ни малейшего следа или намека на папскую власть ни в одном из посланий святых Павла, Иоанна и Иакова. Святой Лука, историк миссионерских подвигов апостолов, также молчит касательно этого важнейшего вопроса. Молчание этих святых мужей всегда представлялось мне сомнительным и невозможным, если бы Петр был папой. Но что меня изумило в высшей степени, то это – молчание святого Петра. Если бы апостол был тем, чем мы называем его теперь, т.е. наместником Иисуса Христа па земле, то он, вероятно, знал бы это; если же он знал это, то почему же он ни единожды не действовал, как папа? Он мог бы действовать, как в день Пятидесятницы, когда произнес свою первую речь, – и не действовал; равно также он не выставляет себя палой ни в первом, ни во втором своем послании, написанных к Церкви.

Обратимся к началу. Я говорю: при жизни апостолов Церковь никогда не думала, что должен быть какой-либо папа. Если желаем доказать противное, то мы должны бросить в огонь все Священные Писания, или всецело их игнорировать. Но я слышу со всех сторон: не был ли святой Петр в Риме? Не был ли он распят в нем головой вниз? Не в этом ли вечном городе находится кафедра, с которой он учил, и алтари, при которых он совершал Божественную литургию?

Достопочтенные братья! Что святой Петр был в Риме – это единственно основывается на предании; но если бы он и действительно был епископом римским, то как из этого епископства вы можете заключить об его главенстве?

Не нашедши никаких следов папства во времена апостольские, я сказал себе: я найду то, чего ищу, в летописях Церкви. Да, говорю откровенно, я искал папу в первые четыре столетия, и не нашел его. Надеюсь, никто из вас не сомневается в великом авторитете святого епископа Иппонийского, великого и блаженного Августина. Этот благочестивый учитель, честь и слава католической церкви, был секретарем на Соборе Меливийском (Melive). В определениях этого достопочтенного собрания находятся следующие замечательные слова: «кто захочет апеллировать к тем, которые находятся по ту сторону моря, тот нигде не будет принят в общение в Африке». Африканские епископы признавали римского епископа таким незначительным, что даже наказывали отлучением тех, которые пожелали бы жаловаться ему. Те же самые епископы, на шестом Карфагенском Соборе, под председательством Аврелия, епископа этого города, писали к Целестину, римскому епископу, для предостережения его, не принимать апелляций ни от африканских епископов, ни от священников или клириков; и что он не должен более присылать своих легатов или уполномоченных, и что он не должен водворять в Церкви человеческую гордость.

Что римский патриарх с самых первых времен старался сосредоточить в себе всевозможную власть, это очевидный факт; но равно также очевидный факт, что он не имел того главенства, которое приписывают ему ультрамонтаны. Если бы он владел им, то как африканские епископы и блаженный Августин – первый в числе их, могли осмелиться воспретить апелляцию на их определения к его верховному трибуналу? Я без затруднения сознаюсь, что римский патриарх занимал первое место. В одном из законов Юстиниана говорится: «согласно с определением четырех Соборов, мы постановляем, чтобы святой папа древнего Рима был первым из епископов, а чтобы святейший архиепископ Константинопольский, Нового Рима, был вторым». Итак, склонись перед главенством папы – скажете вы мне. Не будьте так поспешны, достопочтенные братья, в своих умозаключениях, что будто бы закон Юстиниана был написан в пользу защищаемого вами учения. Первенство есть одно, а власть юрисдикции – другое дело. Представим себе, например, что во Флоренции составился собор всех епископов королевства, – первенство, конечно, было бы отдано примасу Флоренции, как между восточными оно было бы предоставлено Патриарху Константинопольскому, а в Англии – архиепископу Кентерберийскому. Но ни тот, ни другой, ни третий из занятого ими положения не могут рассчитывать на юрисдикцию касательно своих собратий. Важность римских епископов проистекала не от какой-либо Божественной силы, но от важности того города, в котором находилась их кафедра.

Я сказал, что с самых первых столетий, римский патриарх стремился к Вселенскому господству над Церковью. К несчастью, он почти достиг этого, но не успел всецело в своих притязаниях потому, что император Феодосий II постановил законом, чтобы Константинопольский Патриарх имел одинаковую власть с Римским. Отцы Халкидонского Собора поставили епископов нового и древнего Рима в то же самое положение относительно всех дел, даже церковных (Глав. 28). Шестой Карфагенский Собор запретил всем епископам принимать на себя титул князя епископов или верховного епископа.

Что касается до титула Вселенского епископа, который приняли на себя папы позднее, то святой Григорий I, полагая, что его преемники никогда не подумают украсить себя им, написал следующие слова: «да не пожелает ни один из моих преемников принять на себя это нечестивое имя, потому, что когда какой-либо Патриарх присваивает себе название Вселенского, то титул Патриарха не заслуживает доверия. Итак, пусть христиане чуждаются желания присваивать себе такой титул, который поселяет недоверие к их собратиям». Эти авторитетные свидетельства, а я могу представить более сотни подобных, не доказывают ли яснее солнечного света в полдень, что первые римские епископы никогда не были признаваемы за Вселенских епископов и глав Церквей?

Кто не знает, что Вселенские Соборы созывались императорами без оповещения, а иногда помимо желания римского епископа?

Перехожу теперь к сильному доказательству, на которое вы сослались прежде для подтверждения главенства римского епископа.

Под камнем (petra), на котором основана святая Церковь, вы разумеете Петра (Petra). Если бы это было истинно, то спор прекратился бы; но наши предки, – а они, конечно, что-нибудь да знали, – думали не так, как мы. Святой Кирилл (в IV кн. о Св. Троице) говорит: «я думаю, что под камнем мы должны разуметь непоколебимую веру апостолов. Святой Иларий, епископ Пуатьесский (во II кн. о Св. Троице), говорит: «камень (petra) есть благословенный и единственный камень веры, исповеданной устами святого Петра; на сем камне исповедания веры основана Церковь» (VI кн.). «Бог», по слову святого Иеронима (в VI кн. на св. Матфея), «основал Свою Церковь на этом камне, и от сего камня апостол Петр получил свое название». После него святой Златоуст (в 53 беседе на Матфея) говорит: «на сем камне Я создам Церковь Мою, т.е. на вере исповедания». Теперь каково было исповедание апостола? Вот оно: Ты Христос, Сын Бога Живаго. Амвросий, святой архиепископ Медиоланский (в толковании II гл. к Ефесянам), святой Василий Селевкийский и отцы собора Халкидонского учат точно так же.

Из всех учителей христианской древности святой Августин занимает одно из первых мест по учености и святости; итак, прислушайтесь к тому, что он пишет в своем втором трактате на первое послание святого Иоанна: «что означают слова: созижду Церковь Мою на сем камне? они означают – на сей вере, – на тех словах: Ты Христос, Сын Бога Живаго». В 124-й его беседе на святого Иоанна мы находим следующее знаменательное выражение: «на сем камени твоего исповедания Я создам Церковь Мою. Камень же был Христос». Великий епископ так мало верил, что Церковь была основана на святом Петре, что в своей тринадцатой беседе к пасомым сказал следующее: «ты Петр, и на сем камне (petra) твоего исповедания, на сем камне слов твоих: Ты Христос, Сын Бога Живаго, Я создам Церковь Мою»...

Мнение Августина об этом знаменитом месте было мнением всего христианства в его время. Посему для краткости я высказываю следующие положения:

1. Иисус Христос дал Своим апостолам ту же самую власть, какую и святому Петру.

2. Апостолы никогда не признавали в святом Петре наместника Иисуса Христа и непогрешимого учителя Церкви.

3. Святой Петр никогда не думал быть папой и никогда не действовал, как действуют папы.

4. Соборы четырех первых столетий, признавая высокое положение, занимаемое римскими епископами в Церкви ради важности Рима, приписывали ему только первенство чести, но никогда первенство власти, или юрисдикции.

5. Святые отцы в знаменитом месте: «ты Петр, и на сем камне создам Церковь Мою», никогда не думали находить тот смысл, что Церковь основана на Петре (super Petrum), но на камне (super petram), и, на исповедании веры апостола.

Я торжественно заключаю на основании данных, разума, логики, здравого смысла и христианской совести, что Иисус Христос не дал никакого главенства святому Петру, и что римские епископы сделались владыками церкви не иначе, как подавляя постепенно один за другим все права епископства.

Если мы признаем Пия IX непогрешимым, то обязаны признавать равно непогрешимыми всех его предшественников. Хорошо! Но здесь, достопочтенные братья, история возвышает свой авторитетный голос в доказательство, что некоторые папы погрешали. Вы можете протестовать против этого, или отрицать это, как вам угодно, но я докажу это. Папа Виктор (192) сначала одобрил монтанизм (ересь II в), а потом осудил его. Марцеллин (296– 303) был идолопоклонником: он вошел в храм Весты и принес жертву богине. Вы скажете, что это было дело слабости, но я отвечаю: наместник Иисуса Христа умирает, но не делается отступником. Либерий (358) согласился на осуждение Афанасия и решился принять арианство, для того чтобы его освободили из ссылки и возвратили прежнюю кафедру. Гонорий (625) придерживался монофелитизма, отец Гратри основательно доказал это. Григорий I (578–90) называет того антихристом, кто берет на себя титул Вселенского епископа, и несмотря на то, Бонифаций III (607–608) понудил отцеубийцу императора Фоку дать себе означенный титул. Пасхалий II (1088–1099) и Евгений III (1145) одобряли дуэли; Юлий II (1609) и Пий IV (1560) воспрещали оные. Евгений IV (1431–1439) признавал Базельский Собор и восстановление употребления святые чаши в церкви богемской. Пий П (1458) уничтожил эту привилегию, Адриан II (867–872) объявил гражданские браки действительными; Пий VII (1800–1823) осуждал их, Сикст V (1585–1590) обнародовал издание Библии и известной буллой одобрил чтение оной. Пий VII осуждал читающих оную. Климент XTV (1769–1774) уничтожил орден иезуитов, дозволенный Павлом III; Пий VII восстановил оный.

Но к чему обращаться к столь отдаленным доказательствам? Святейший отец наш, присутствующий здесь, в своей булле, заключающей в себе правила для настоящего собора, не уничтожил ли, на случай своей смерти во время заседаний оного, то, что в прошлом могло противоречить ему, – даже решения своих предшественников? Я никогда не кончил бы, достопочтенные братья, если бы хотел предложить вашему вниманию все противоречия пап в их учении. Итак, если вы провозглашаете непогрешимость теперешнего папы, то вы должны доказать невозможное, то есть, что папы никогда не противоречили один другому, или, иначе, заявить, что по откровению Святого Духа, вам бывшему, непогрешимость папства имеет свое начало только с 1870 г. Осмелитесь ли вы сделать это?

Простой народ весьма легко может относиться безразлично и пропускать без внимания те богословские вопросы, которых не понимает и которые считает маловажными; но как бы безразлично не относился он к религиозным вопросам, касательно фактов он держит себя иначе. Теперь не обольщайте себя. Если вы подпишите догмат папской непогрешимости, то наши враги – протестанты тем смелее войдут в протест, что имеют на своей стороне историю, тогда как мы имеем против них только наше собственное отрицание. Что мы скажем им, когда они выставят перед нами всех римских епископов – до его святейшества Пия IX?

Папа Виталий (538) купил папство у Велизария, полководца императора Юстиниана. Конечно, верно и то, что он нарушил свое обещание и ничего не заплатил за него. Согласно ли с постановлениями апостольскими покупать тиару? Второй Халкидонский Собор положительно запретил это. В одном из постановлений мы читаем следующее: «епископ, получающий свой сан за деньги, да лишится оного и да отлучится». Папа Евгений III (1145) подражал Вигилию. Святой Бернард, блестящая звезда своего века, порицал папу следующими словами: «можешь ли ты показать мне в этом великом городе Риме какое-либо лицо, знающее тебя за папу, если только оно не было подкуплено золотом и серебром?»

Достопочтеннейшие братья? Будет ли вдохновенен Святым Духом тот папа, который производит куплю при вратах храма? Имеет ли он какое-либо право учить Церковь непогрешимо?

Вы очень хорошо знаете историю Формоза, чтобы прибавлять к ней что-либо. Папа Стефан приказал вырыть его тело, одеть в папское облачение, персты, которые он слагал для благословения, отсечь; и потом бросил его в Тибр, объявивши клятвопреступником и беззаконным. За это Стефан был впоследствии заключен в темницу, отравлен и удавлен. Но смотрите, как велось дело впоследствии. Роман, преемник Стефана, и после него Иоанн X, восстановили память Формоза.

Но вы скажете мне, – это басни, а не история. Басни! Ступайте, монсиньоры, в Ватиканскую библиотеку и прочитайте Платина, историка панства, и летописи Барония (897). Это такие факты, которые, для чести папского престола, не следовало бы обнародовать; но когда идет дело о нововведении такого догмата, который может произвести в нашей среде великий раскол, то ужели любовь к святой Церкви, кафолической, апостольской, и Римской, должна наложить на наши уста молчание?11 Я продолжаю. Ученый кардинал Бароний, говоря о папском дворе, замечает (обратите особенное внимание на эти слова), чем явилась Римская Церковь в эти дни. Как она бесславна, в Риме управляют ею всесильные придворные. Они продают, променивают и покупают епископство, и, страшно сказать, – они осмеливаются возводить на престол святого Петра своих любимцев, лжепап (Бароний, 912 г.).

Скажете ли вы, что эти лжепапы не истинны? Пусть так; но в таком случае, если в продолжение пятидесяти лет римский престол был занят анти-папами, то как вы сохраните связь епископского преемства? Могла ли Церковь, по крайней мере, в продолжение полутора столетия, существовать без главы и оставаться без вождя? Теперь смотрите; большая часть этих анти-пап занимают место в генеалогическом древе папства, и вероятно, те самые, которых описал Бароний. Можно понять, как должен был краснеть знаменитый Бароний, передавая потомству деяния этих римских епископов12.

Говоря об Иоанне XI (936), законном сыне папы Сергия и Мароции, он записал в своих летописях следующие слова: святая Церковь, т.е. римская, была дерзко попрана таким чудовищем; Иоанн XII, (955), избранный папой в восемнадцатилетнем возрасте, по влиянию придворных был нисколько не лучше своего предшественника. Мне совестно, достопочтенные братья, осквернять ваш слух такими мерзостями13.

Я умалчиваю об Александре VI, отце и любовнике Лукреции; я отвращаюсь от Иоанна ХХШII, (1316), который отвергал бессмертие души и был низложен святым Собором Констанцким14.

Я не говорю о волнениях и расколах, которые бесчестили тогда церковь. В эти несчастные дни Римский престол был занимаем двумя, а иногда и тремя соперниками. Кто из них был истинный папа? Повторяю, ещё раз: если вы определяете непогрешимость теперешнего римского епископа, то должны признать непогрешимость всех его предшественников, без всякого исключения. Но можете ли вы сделать это, когда история с ясностью солнечного света подтверждает, что папы заблуждались в своем учении? Можете ли вы сделать это и доказывать, что корыстолюбивые, кровосмесители, убийцы, святокупцы – папы были наместниками Иисуса Христа?

Монсиньоры! Истинно верующие обращают к нам свои взоры, ожидая от нас хоть какого-нибудь врачества для излечения бесчисленных зол, бесчестящих Церковь; неужели вы обманете их надежды? Какова будет наша ответственность перед Богом, если мы оставим без всякого внимания этот торжественный случай, посланный нам Богом для уврачевания истинной веры? Воспользуемся им, мои братья; вооружимся святой храбростью; сделаем сильное и благородное усилие: возвратимся к учению Апостольскому, потому, что без него мы имеем одни только заблуждения, тьму и ложные предания. Воспользуемся нашим разумом и умственными силами для того, чтобы признавать единственно непогрешимыми учителями в деле нашего спасения апостолов и пророков.

Твердые и непоколебимые на камне Боговдохновенного Священного Писания, мы с полной верой пойдем перед лицом мира, и, подобно апостолу Павлу, в присутствии вольнодумцев, мы будем знать единого Иисуса Христа, и Сего распята (1, Кор. 2,2). Мы одержим победу проповедью безумия Креста, как Павел победил ученых людей Греции и Рима, – и Римская Церковь будет иметь свой славный год».

Нет надобности что-либо прибавлять к правдивому и мужественному слову авторитетного римско-католического епископа о папстве – главнейшей ереси латинства. Только с отвержением этой ереси и возможно будет христианам римско-католического вероисповедания возвращение в лоно единой, святой, соборной и апостольской Церкви семи Вселенских соборов, от которой отпала римская Церковь по вине своих «непогрешимых» пап.

Итак, Православная Церковь не признает и не может признать ни главенства, ни непогрешимости папы в силу тех начал, какие положены в её основание:

1. Папа не может быть видимым главой Церкви, потому что Церковь сама по себе уже есть тело Христово, а потому у ней не может быть иной главы, как сам Иисус Христос.

2. Высшая духовная власть на земле принадлежит одному лишь Вселенскому Собору – ему, наравне с остальными епископами, подчинен и папа.

3. Церковь непогрешима не потому, что во главе её стоит якобы непогрешимый папа, через которого действует Дух Святой, а потому, что она сама по себе Святая, т.е. непогрешимость её покоится на собственной Святости, отнюдь не на святости папы.

2. Подвижники православной Церкви о католицизме

2.1. Св. Праведный отец Иоанн Кронштадтский и Римско-католический папизм 15

В переживаемое нами время, когда столько лживых речей слышится о так называемом «соединении церквей», когда ширится и укрепляется, вызывающее восторг многих «экуменическое движение», и периодически собирается на свою очередную «сессию» Ватиканский «Вселенский собор», благовременно будет всем истинно православным христианам вспомнить, какого мнения держался о римско-католическом папизме наш только что светло прославленный великий праведник, молитвенник и чудотворец св. Иоанн Кронштадтский.

Вот как, например, пишет он в своих «Мыслях о Церкви» (стр.13):

«Ни одно исповедание Христианской Веры, кроме Православного, не может привести христианина к совершенству христианской жизни или святости и к совершенному очищению грехов и к нетлению, потому что другие исповедания неправославные «содержат истину в неправде» (Рим. 1,18), примешали суемудрие и ложь к истине и не обладают теми богодарованными средствами к очищению, освящению, возрождению, обновлению, какими обладает Православная Церковь. Опыты веков, или история Православной Церкви и прочих церквей, показали и показывают это с поразительной очевидностью. Припомните множество святых нашей Церкви, прежних и нынешних времен, – и отсутствие их, по разделении церквей, в других, неправославных церквях, католической, лютеранской, англиканской».

А вот потрясающие мысли св. Иоанна, направленные как раз против последнего «экуменического» постановления Ватиканского собора:

«Множество существует отдельных вероисповеданий христианства, с различным устройством внешним и внутренним, с различными мнениями и учениями, нередко противными божественной истине Евангелия и учению свв. Апостолов, Вселенских и поместных соборов и свв. отцов. Нельзя считать их все за истинные и спасительные: безразличие в вере, или признание всякой веры за одинаково спасительную, ведет к безверию или охлаждению к вере, к нерадению об исполнении правил и уставов веры, к охлаждению христиан друг к другу. «Симоне, Симоне, се, сатана просит вас, дабы сеял, яко пшеницу» (Лук. 22:31) Это он, сатана, и сделал и делает, то есть породил расколы и ереси. Строго держись Единой, Истинной Веры и Церкви: «Едина вера, едино крещение, един Бог и Отец всех» (Ефес. 4,5) (стр. 31).

В чем безмерное превосходство нашей св. Православной Церкви?

«Православная Церковь превосходит все церкви неправославные, во-первых, своей истиной, своим православием, соблюденным и завоеванным кровью апостолов, иерархов, мучеников, преподобных и всех святых; во-вторых, тем, что вернейшим образом руководит ко спасению (ровным, прямым и верным путем); что верным образом очищает, освящает, обновляет посредством иерархии, Богослужения, таинств, постов; в-третьих, что наилучшим образом научает угождать Богу и спасать душу свою, наилучшим образом руководствует к покаянию, исправлению, молитве, благодарению, славословию – Где есть такие молитвы, славословия, благодарения и прошения, такое чудное Богослужение, как в Православной Церкви? -Нигде» (стр. 38).

Как сильно и выразительно говорит св. Иоанн о всей нелепости краеугольного камня догматической системы папизма – лжеучения о главенстве Римского папы как непогрешимого «наместника Христова»! Вот его слова:

«Азъ сь вами есмь во вся дни до скончания века» (Мф. 28,20). Сам Господь всегда присущ Своей Церкви – для чего же наместник – папа? и может ли грешный человек быть наместником Господа? – Не может. Наместник Царя, наместник Патриарха в каком-либо городе может быть и бывает, а наместником, заместителем Господа, Безначального Царя и Главы Церкви, никто не может быть. Верно. Католики заблуждаются. Внуши им, Господи, яко нелепи суть тако утверждающий и гордостию обложены как ожерельем» (стр. 43–44).

От этого пагубного ложного «догмата», по мысли о. Иоанна, ведет свое происхождение, как от своего корня, и все зло в папизме:

«Самое вредное дело в христианстве», говорит он: «в этой Богооткровенной, небесной религии есть – главенство человека в Церкви, например, папы, и его мнимая непогрешимость. Именно в его догмате непогрешимости и заключается величайшая погрешность, ибо папа есть человек грешный, и беда, если он возомнит о себе, что он непогрешим. Сколько погрешностей величайших, гибельных для душ человеческих выдумала католическая, папская церковь в догматах, в обрядах, в канонических правилах, в богослужении, в мертвых, злобных отношениях католиков к православным, в хулах и клеветах на Православную Церковь, в ругательствах, обращенных к Православной Церкви и к православным христианам! И во всем этом виноват непогрешимый, якобы, папа, его и иезуитов доктрина, их дух лжи, двоедушия и всяких неправильных средств «ad majorem Dei gloriam»; (к большей славе Божией)» (стр. 44).

Необходимо принадлежать к Церкви Христовой, коей Глава есть Всемогущий Царь, Победитель ада Иисус Христос. Царство Его есть Церковь, воинствующая с началами и властями и миродержителями тьмы века сего, с духами злобы поднебесными, которые составляют искусно организованное царство и воюют крайне опытно, умно и сильно со всеми людьми, хорошо изучивши все их страсти и наклонности. Один человек тут в поле не воин; да и великое общество, но неправославное и без Главы – Христа – ничего не может сделать с такими врагами, хитрыми, тонкими, постоянно бодрствующими, превосходно изучившими науку своей войны. Христианину православному нужна сильная поддержка свыше от Бога и от св. воинов Христовых, победивших врагов спасения силой благодати Христовой, и от Церкви земной Православной, от пастырей и учителей, потом – общественной молитвы и таинств. Вот такая-то помощница человека-христианина в борьбе с невидимыми и видимыми врагами есть именно Церковь Христова, к которой, Божией милостью, мы и принадлежим. Католики выдумали новую славу, унизив Единую Истинную Главу Церкви – Христа; лютеране отпали и без Главы остались; англиканцы тоже: Церкви нет у них, союз с Главою порван, помощи всесильной нет, а Велиар воюет всей силой, коварством и всех держит в своей прелести и погибели. Погибающих множество в безбожии и разврате» (стр. 52).

А вот, что, как глубоко и метко указывает св. праведный Иоанн, является первопричиной зла в римско-католическом папизме:

«Причина всех фальшей римско-католической церкви есть гордость и признание папы действительной Главой Церкви, да еще – непогрешимой. Отсюда весь гнет западной церкви. Гнет мысли и веры, лишение истинной свободы в вере и жизни, на все папа наложил свою тяжелую руку; отсюда – ложные догматы, отсюда – двойственность и лукавство в мысли, слове и деле; отсюда – различные ложные правила и постановления при исповедании грехов; отсюда – индульгенции; отсюда – искажение догматов; отсюда – фабрикование святых западной церкви и несуществующих мощей, не прославленных Богом; отсюда – «взимание на разум Божий» (2Кор. 10,5) и всякое противление Богу под видом благочестия и ревности о большей славе Божией» (стр. 58).

«Папа и паписты до того возгордились и вознесли себя, что вздумали критиковать Самого Христа, Саму Ипостасную Премудрость Божию и простерли (под предлогом развития догматов) гордость свою до того, что извратили некоторые Его словеса, заповеди и установления, которые не должны быть изменяемы до скончания века, например слово о Духе Святом, заповедь о чаше пречистой Крови Его, Которой они лишили мирян, ни во что поставили слова апостола Павла: «Елижды бо ясте Хлебъ сей, и Чащу сию пиете, смерть Господню возвещаете, дóндеже приидетъ» (1Кор. 11,26); вместо квасного хлеба употребляют на литургии опресноки» (стр. 59).

Эта гордость и явилась источником безмерного фанатизма и убийственной ненависти ко всем инакомыслящим, которой так прославился римско-католический папизм на протяжении истории:

«Ненависть к Православию, фанатизм и преследования православных, убийства – проходят красной нитью через все века жизни католичества. От плодов их познаете их. Таков ли дух заповедан нам Христом? Если кому, то католикам, лютеранам и реформаторам можно всегда сказать: «Не весте, коего духа есте» (Лук. 12,51–52)» (стр. 58).

Вот к чему привела римо-католиков подмена Главы Церкви Христа папой!

«У католиков глава Церкви собственно не Христос, а папа, и католики о папе ревнуют, а не о Христе, за папу воюют, а не за Христа, и их ревность по вере переходит всегда в фанатизм страстный, человеконенавистный, остервенелый, фанатизм крови и меча (костры), непримиримости, двоедушия, лжи, хитрости» (стр. 87).

В нашей Православной Церкви, по мысли св. праведного Иоанна, даже самое богослужение наше постоянно напоминает нам о нашем духовном единстве под общим для всех нас, христиан, Главою – Христом, что нарушено совершенной у римо-католиков и у протестантов, исказивших самую идею Церкви.

«При всяком богослужении церковном», – говорит св. прав. Иоанн, – «домашнем, частном и общественном – духовному взору православного христианина представляется мысль, идея об едином духовном теле, которое есть тело Христа, столп и утверждение истины, Глава коего есть Сам Христос Бог; эта Церковь Христова, или духовное Тело Христа состоит из трех колен – небесного, земного и преисподнего, потому св. Церковь земная (или колено земное) ежедневно ходатайствует перед своим Главою о прощении грехов усопших в вере и покаянии и о водворении их в Царстве Небесном, и в посредники своего ходатайства призывает членов Церкви небесной и Саму Начальницу мысленного наздания церковного – Матерь Божию, да молитвами их Господь покроет грехи их и не лишит Царства Небесного. Нам, живущим на земле членам Церкви Божией, – весьма отрадно и утешительно всегда веровать, знать и надеяться, что духовная Мать наша св. Церковь непрестанно тайно день и ночь молится и за нас, что мы находимся всегда под покровом благодатным Самого Господа, Богоматери, св. Ангелов, Предтечи и всех святых. У католиков глава Церкви – папа, человек погрешительный (хотя и провозглашен он неправильно непогрешимым) и, как таковой, допустил множество погрешностей в Церкви Христовой, и самыми делами сказался таковым, и самое понятие о Церкви Божией исказил и сковал духовную свободу и совесть христиан-католиков, подвергая в то же время неправильной хуле и неприязни католиков св. Православную Церковь, столп и утверждение истины. У протестантов – немцев и англичан, совсем извращено понятие о Церкви, ибо нет у них благодати законного священства; нет таинств, кроме крещения и (самого главного) причащения Тела и Крови Христовой; нет колена небесного – Церкви небесной: не признают святых; нет и колена преисподнего – умерших не признают и не молятся за них, считая это не нужным. Слава Церкви Православной! Слава Христу Богу – Святейшей Главе, единой Главе Церкви Божией на земле! Слава Богу в Троице, что мы не впали в хулу на Бога, не признали и не признаем во веки главою Церкви святой грешного человека!» (стр.65–66).

А вот как смотрел св. прав. Иоанн на всех не принадлежащих к нашей св. Православной Церкви:

«Благодарю Господа, послушавшего и слушающего молитвы мои при виде всеспасительной и страшной Жертвы (Тела и Крови Христовых) о заблудших в вере великих обществах, христианскими именуемых, но в существе отступнических: католического, лютеранского, англиканского и иных» (стр. 59).

«Чин обращения от разных вер и исповеданий и присоединения к Православной Церкви – что показывает? Необходимость – оставления ложных вер и исповеданий, отрицания заблуждений, исповедания Истинной Веры и – покаяния во всех прежних грехах и обещания Богу хранить и твердо исповедовать веру непорочную, беречься грехов и жить в добродетели» (стр. 57).

Вот – ясное и категорическое осуждение св. Иоанном Кронштадтским столь модного теперь «экуменизма», уже захватившего все поместные православные церкви, вот – сильный и решительный ответ всем «экуменистам», пропагандирующим, под предлогом мнимой «христианской любви», равноценность и равноправие всех вер и исповеданий!

В заключение необходимо нам упомянуть, в качестве наглядной и красочной иллюстрации к словам св. праведного отца нашего Иоанна Кронштадтского о «духе лжи» в римско-католическом папизме, как римско-католические ксендзы в нашем Западном Крае усиленно распространяли клевету на св. прав. Иоанна, что будто бы он перешел в католичество и потому так прославился своей прозорливостью и чудотворениями. Эта клевета, несмотря на всю её нелепость, повторялась и впоследствии. В 1932 году в г. Вильно в иезуитском журнале «К соединению» некий ксендз Семяцкий не постыдился напечатать следующие строки: «О. Иоанн Кронштадтский много совершал чудес, пока был католиком, но как только отрекся от католичества, сила чудотворения оставила его».

Вот как отвечает на такую фантастическую небылицу сам св. праведный Иоанн в своем слове, сказанном в г. Витебске в Петропавловской Церкви 7-го апреля 1906 года:

«Сильно желал я, дорогие отцы, братия и сестры, побеседовать с вами здесь в вашем городе и храме, во славу Божию и святой, непорочной нашей веры и Церкви, и к утверждению вашему на спасительном пути. Почему я хотел с особенным желанием побеседовать с вами? А вот почему. Живя и служа в Кронштадте священником вот уже пятьдесят первый год, я за последнее время получал много писем из западного польского края, особенно гродненской и виленской губерний, писанных, так сказать, кровавыми слезами с горькими жалобами на католических патеров и их приспешников мирян-католиков, на гонение от них православных христиан и принуждение ими всякими насильственными мерами к переходу в католичество, причем патеры без всякого зазрения совести клеветали на меня, что я будто перешел в католическую веру, да и сам Царь якобы сделался католиком и всем велит принимать католическую веру. Столь бессовестно оклеветывая меня и Царя, католики многих православных крестьян заставили принять католичество и навязать им чуждую веру. Это ли дух Христов? Не доказывают ли патеры образом своих действий, что католическая вера не имеет сама в себе жизненной силы, покоряющей ум, сердце и волю человека к добровольному последованию ей, и что последователи её завлекают людей правомыслящих только насилием и обманом?

Дорогие отцы и братья! Вы знаете мое твердое пребывание и служение в Церкви Православной вот уже пятьдесят лет; знаете, может быть, и мою всегдашнюю ревность по вере правой, знаете о моих многочисленных писаниях во славу Божию и Церкви Православной и о многочисленных знамениях силы Божией, явленных не только над православными христианами, но и над католиками и лютеранами и даже евреями и магометанами, когда они с верой обращались к посредству моих молитв? Об этом свидетельствовали и свидетельствуют хроники газетные, – и не ложные, правдивые показания очевидцев. Свидетельствую и я ныне перед всеми вами и перед Всевидящим Богом, что и поныне не оскудевают у нас чудеса исцелений. Значит ли это, что Вера Православная – мертвая вера, как клевещут католики? Не свидетельствует ли она непрестанно о своей жизненности и спасительности, о своей Богоугодности?

Я не хочу приводить во свидетели католической всякой неправды беспристрастную тысячелетнюю историю: она довольно известна всему образованному миру. Еще свежа память злополучной унии семнадцатого века у нас в России: – свежа память фанатической ненависти, с которой истреблялись католиками православные храмы в западном крае; памятны все ужасные поношения и ругательства, какими обзывалась православная вера и Православная Церковь и несчастные православные христиане. Теперь возобновились опять времена унии. И это когда? Когда католикам дана полная свобода, свобода, конечно, не для гонения Православия и православных, а для взаимного, мирного, братского сожития с православными согражданами.

Я привел в начале слова Апостола Павла о Церкви как Теле Иисуса Христа, и о Христе как Главе Церкви, «Которая есть полнота Наполняющего все во всем» (Ефес. 1, 23).

Мы твердо веруем в эту единую Главу Церкви, и другой, видимой главы непогрешимой признать не можем, ибо нельзя работать двум господам. Вполне довольно нам единой Главы, всеправедной, всеведущей, всемогущей, всенаполняющей (полнота Наполняющего все во всем). Эта Глава управляет нами, защищает нас и укрепляет в вере Духом Святым, священнодействует, просвещает, спасает, приводит к совершенству.

А если хотите видеть славные и богоприятные плоды веры нашей православной, – то мы укажем врагам нашим на множество орлов небесных, взлетевших от земли нашей на небо к Самому Солнцу Правды – всех Святых наших древних и новых, прославленных равноангельной жизнью, нетлением мощей и бесчисленными чудесами.

В заключение скалу, что истина вашей веры заключается в ней самой, в самом существе ея: в ней – «Да», и в ней самой-»Аминь».

И я кончаю мое слово словом – Аминь».

Для всех, кто свято чтит нашего новоявленного великого угодника Божия св. праведного отца Иоанна Кронштадтского, вышеприведенных свидетельств его более чем достаточно, – тем более, что правдивость и убедительность их подтверждается самой жизнью и беспристрастной историей.

Какое же после этого доверие можем мы иметь к основанному на лжи и пропитанному насквозь ложью римско-католическому папизму, пока он не отречется решительно и всенародно от своей пагубной лжи и порожденных ею гибельных для душ людских заблуждений?

Никаких компромиссов с ним не может быть и никакого общения, ибо «кое причастие правде к беззаконию? или кое общение свету ко тьме?» (2 Кор. б, 14).

Единственный правильный путь в наше лукавое, исполненное всякой лжи и обмана время, это путь, указываемый тем же нашим великим праведником:

«Борись со всяким злом, немедленно гаси его, воюй с ним данным тебе от Бога оружием Святой Веры, Божественной мудрости и правды, молитвой, благочестием, крестом, мужеством, преданностью и верностью!» (Слово 30 авг. 1906 г.).

2.2. Ответ Преподобного Амвросия старца Оптинского благосклонным к латинской церкви о несправедливом величании папистов мнимым достоинством их церкви

Напрасно некоторые из Православных удивляются существующей пропаганде Римской церкви, мнимому самоотвержению и деятельности ее миссионеров, и усердию Латинских сестер милосердая, и неправильно приписывают Латинской церкви такую важность, что будто бы, по отпадении оной от Православной Церкви, сия последняя не пребыла такой же, а имеет необходимость искать соединения с ней. По строгом исследовании мнение сие оказывается ложным; а энергическая латинская деятельность не только не возбуждает удивления, но напротив возбуждает глубокое сожаление в сердцах людей, благомыслящих и разумеющих истину.

Православная Восточная Церковь от времен Апостольских и доселе соблюдает неизменными и неповрежденными от нововведений как учение Евангельское и Апостольское, так и предание св. отцов и постановления Вселенских16 Соборов, на которых Богоносные мужи, собравшись от всей Вселенной, соборно составили Божественный Символ Православной веры, и, провозгласив его вслух всей Вселенной во всех отношениях совершенным и полным, воспретили страшными прещениями всякое прибавление к нему и убавление, или изменение, или переставление в нем хотя бы одной йоты... Римская же церковь давно уклонилась в ересь и нововведение. Еще Василий Великий обличал в этом некоторых епископов Рима в послании своем к Евсевию Самосатскому: «Истины они не знают, и знать не желают; с теми, кто возвещает им истину, они спорят, а сами утверждают ересь» (Окруж. посл. п.7).

Апостол Павел заповедует удаляться от поврежденных ересью, а не искать с ними соединения, говоря: «еретика человека, по первом и втором наказании отрицался: ведый, яко развратися таковый и согрешает и есть самоосужден» (Тит. 3,10,11).

Соборная Православная Церковь не двукратное, а многократное делала вразумление Частной Римской церкви; но последняя, несмотря на все справедливые убеждения первой, пребыла упорной в своем ошибочном образе мыслей и действий.

Ещё в седьмом столетии породил ось в западных церквях неправое мудрование, что Дух Святой исходит и от Сына.

Вначале против сего нового умствования восставали некоторые папы, называя оное еретическим. Папа Дамас так о нем говорит в соборном определении: «кто об Отце и Сыне мыслит право, а о Духе Святом не право, тот еретик» (Окруж. посл. п.5). То же подтверждали и другие папы, Лев III и Иоанн VIII. Но большая часть их преемников, обольстившись правами на преобладание и нашедши в том для себя много мирских выгод, дерзнули изменить Православный догмат об исхождении Св. Духа, вопреки постановлений семи Вселенских Соборов, также и вопреки ясных слов самого Господа в Евангелии: «Иже от Отца исходит» (Иоанн. 15,26).

Но как одна ошибка, которую не считают ошибкой, всегда влечет за собой другую, и одно зло порождает другое, так случилось и с Римской церковью. Едва только успело явиться на западе сие неправое мудрование, что Дух Святой исходит и от Сына, как само породило другие подобные тому исчадия и ввело с собой мало по малу другие новизны, большей частью противоречащие ясно изображенным в Евангелии заповедям Спасителя нашего, как-о: кропление вместо погружения в Таинстве Крещения, отъятие у мирян Божественной Чаши и причащение только под одним видом хлеба, употребление облаток и опресноков вместо хлеба квасного, исключение из Литургии Божественного призывания Всесвятого и Животворящего и Всесовершающего Духа. Также ввело новизны, нарушающие древние Апостольские обряды Соборной Церкви, как- то: устранение крещаемых младенцев от Миропомазания и принятия Пречистых Таин, устранение состоящих в браке от Священства, признание папы за лицо непогрешительное и за местоблюстителя Христова и проч. Таким образом извратило весь древний Апостольский чин совершения почти всех Таинств и всех Церковных учреждений, – чин, который содержала древняя, святая и Православная Церковь Римская, бывшая тогда честнейшим членом Святой Соборной и Апостольской Церкви (Окруж. посл. 5, пункт 12).

Но главная ересь Римской церкви, не по существу, а по действию, есть измышленный догмат главенства, или вернее горделивое искание преобладания епископов Рима над прочими четырьмя Восточными патриархами. Ради сего преобладания приверженцы Римской церкви поставили своего папу выше правил и учреждений Вселенских Соборов, веруя в его непогрешительность. Но какова эта папская непогрешительность, свидетельствует не ложная история. О папе Иоанне XXIII говорится в определении Констанцкого Собора, низложившего сего папу. «Дознано, что г. Иоанн папа есть грешник закоренелый и неисправимый, был и есть беззаконник, справедливо обвиняемый в человекоубийстве, в отравлениях и других тяжких злодеяниях, который часто и упорно перед различными сановниками утверждал и доказывал, что душа человеческая умирает и потухает вместе с телом человеческим, подобно душе животных и скотов, и умерший отнюдь не воскреснет в последний день». Беззакония папы Александра VI и его сыновей были так чудовищны, что, по мнению современников, этот папа заботился о водворении на земле царства сатаны, а не Царства Божия. Папа Юлий II упивался кровию Христианской, постоянно для своих целей вооружая христианские народы друг против друга (Духовн. Беседа 1858 г. N 41). Есть много и других примеров, свидетельствующих о великих погрешностях пап; но теперь говорить о них не время. При таких исторических свидетельствах о повреждении ересью и о погрешностях пап справедливо ли величаются (превозносятся) паписты мнимым достоинством Римской церкви? Справедливо ли уничижают Православную Восточную Церковь, основывающую свою непогрешительность не на одном каком-либо лице, но на учении Евангельском и Апостольском и на правилах и постановлениях семи Вселенских и девяти поместных Соборов? На сих Соборах были со всей вселенной мужи Богодухновенные и святые, и установили все касающееся до потребностей и духовных нужд Церкви, согласно со Св. Писанием. Поэтому основательно ли поступают паписты, которые ради мирских целей поставляют лицо своего папы выше правил Вселенских Соборов, почитая папу своего более непогрешительным?

По всем высказанным причинам Соборная Восточная Церковь пресекла общение с частной Римской церковью, как отпавшей от истины и от правил Соборной Православной Церкви. Римские же епископы как начали гордостью, гордостью и оканчивают. Они силятся доказывать, что будто бы Православная Соборная Церковь отпала от их частной церкви. Но это несправедливо и даже нелепо. Истина свидетельствует, что Римская церковь отпала от православной. Хотя паписты ради мнимой правоты выставляют на вид, что патриархат их, во время единения с Соборной Православной Церковью, в числе пяти был первый и старший, но это ради царственного Рима, а не по духовному какому достоинству или власти над другими патриархиями. Несправедливо назвали они и церковь свою католическою, т.е. соборною. Часть целым никогда называться не может, а Римская церковь до отпадения своего от Православия составляла только пятую часть Соборной Церкви. Особенно же потому Римская церковь соборною называться не должна, что она отвергла постановления Вселенских Соборов, последуя неправым своим умствованиям. Некоторым бросается в глаза численность и повсюдность приверженцев Латинской церкви, и потому думают недостоверно разумеющие истину, что не должна ли ради сей причины называться Латинская церковь Вселенскою или Соборною? Но мнение это весьма ошибочно, потому что нигде в Св. Писании не приписывается особенного духовного права множеству и численности. Господь ясно показал, что признак истинной Соборной Церкви не заключается в множестве и численности, когда говорит в Евангелии: «Не бойся, малое стадо: яко благоизволи Отец ваш дати вам Царство» (Лук. 12, 32). Есть и пример в Св. Писании не в пользу множества. По смерти Соломона, при сыне его разделилось царство Израильское, и Св. Писание десять колен представляет отпавшими, а два колена, бывшие верными долгу своему, не отпавшими. Посему напрасно Латинская церковь старается доказывать правоту свою множеством и численностью и повсюдностью.

Признак Вселенской Церкви на Вселенских Соборах св. Отцами означен совсем иной, т.е. соборно положено: веровать во Едину, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь, а не просто во вселенскую, или повсюдную Церковь. Римская церковь хотя и имеет повсюду во вселенной своих последователей, но так как не хранит свято соборных и Апостольских постановлений, а уклонилась в нововведения и неправые мудрования, то совсем не принадлежит к Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви.

Также весьма ошибочно рассуждают к Латинам благосклонные, которые думают во 1-х, что по отпадении западных от православия, в Соборной Церкви будто бы чего-то не достает. Ущерб сей заменен давно премудрым Промыслом – основанием на Севере Православной Церкви Русской. Во 2-х будто бы ради прежнего старейшинства и ради численности Римской церкви Православная Церковь имеет потребности в соединении с оной. Но есть суд человеческий, и есть суд Божий. Апостол Павел ясно говорил «кое общение свету ко тьме»? (2Кор. 6, 14), т.е. что свет истины Христовой с тьмой еретичества никогда совмещаться не может. Латины же своей ереси оставить не хотят и упорствуют, как свидетельствуют о них, на деле исполняющиеся столько столетий, слова Василия Великого: «истины они не знают, и знать не желают; с теми, кто возвещает им истину, они спорят, а сами утверждают ересь», как сказано выше. Благосклонные к Латинам вместо сего должны бы лучше рассуждать о сказанном во псалмах: «возненавидел церковь лукавнующих» (Псал. 25, 5), и пожалеть о тех, которые, ради преобладания и сребролюбия, и других мирских целей, и выгод, возмущали едва не всю вселенную посредством инквизиций и лукавых иезуитских происков и доселе возмущают, и оскорбляют православных в Турции через своих миссионеров. Миссионеры латинские не заботятся обращать в христианскую веру природных Турок, а стараются совращать с истинного пути православных Греков и Болгар, употребляя для сего всякие небогоугодные средства и ухищрения. Не лукавство ли это, и не злобное ли лукавство? Благоразумно ли было бы искать единения с такими людьми? По этой же причине стоит ли удивляться мнимому усердию и мнимому самоотвержению сих деятелей, т.е. латинских миссионеров и сестер милосердия? Это прямо жалкие подвижники. Они стараются не ко Христу обращать и приводить людей, а к своему папе.

Что сказать еще на вопросы: Латинская церковь и другие вероисповедания могут ли называться Новым Израилем и ковчегом спасительным? И как разуметь о Евхаристии настоящей Римской церкви?

Новым Израилем может называться только Церковь правоверующая, а поврежденная еретическими мудрованиями не может. Св. Апостол Иоанн Богослов говорит: «От нас изыдоша, но не беша от нас; аще бо от нас были: пребыли убо быша с нами; но да явятся, яко не суть вси от нас» (1Иоан. 2, 19). И св. Апостол Павел говорил «един Господь, едина вера» (Ефес. 4,5), т.е. едина вера истинная, а не всякое верование хорошо, как безрассудно думают отделившиеся от единой истинной Церкви, о которых св. Апостол Иуда пишет: «яко в последнее время будут ругатели, по своих похотех ходяще и нечестиих. Сии суть отделяюще себе от единости веры, и суть тел если (душевни), духа не имуще» (Иуд. 18–19). Посему чуждые духа истины как назовутся Новым Израилем? Или как будут кому-либо пристанищем спасительным, когда и то и другое не может совершаться без благодати Св. Духа.

В Православной Церкви веруется, что хлеб и вино в таинстве Евхаристии пресуществляются призыванием и нашествием Св. Духа. А Латины, как сказано выше, сочли не нужным призывание сие, и исключили оное из своей литургии. Итак, разумеющий – сам да разумеет о Евхаристии Латинской.

Еще вопрос: если же, как сказано, кроме Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви, каковою называется и есть Церковь Православная, так сомнительно спасение других вероисповеданий, то почему же в России не проповедуется открыто истина сия?

На это ответ очень простой и ясный. В России допущена веротерпимость, и иноверцы наравне с православными занимают у нас важные должности: начальники учебных заведений по большей части иноверцы; начальники губерний и уездных городов часто бывают иноверцы; полковые и батальонные командиры – нередко иноверцы. Где ни начни духовное лицо открыто проповедывать, что вне Православной Церкви нет спасения, сановитые иноверцы оскорбятся. От такого положения русское православное духовенство и получило как бы навык и укоренившееся свойство говорить об этом предмете уклончиво. А может быть некоторые по той же причине и от всегдашнего обращения с иноверцами, а более от чтения их сочинений стали и думать снисходительнее в отношении надежды спасения и прочих вероисповеданий.

Несмотря на дух кротости и миролюбия и терпения Православной Церкви и её пастырей, и последователей, на западе издано в предшествовавшие века последователями разных христианских вероучений, преимущественно же издается в наши времена, такое множество книг против учения Восточной Церкви, что их трудно было бы даже перечесть, не только оценить по достоинству. И хотя такие книги вообще наполнены клеветами, баснями, порицаниями, очевидными вымыслами и ложью, особенно же умственными ядотворными хитросплетениями, с очевидной целью образовать в Европе дух, враждебный Восточной Церкви, особенно нашему отечеству, и, поколебав вероучение нашей Православной Церкви, совратить последователей ее с пути истины, но так как они издаются под заманчивыми названиями, в уютных формах, с такою типографической опрятностью, что как бы невольно завлекают любопытство читателей, то, конечно, и в нашем отечестве, куда сии сочинения проникают темными путями, найдется не мало таких, которые, имея поверхностное понятие о предметах христианского учения, не могут не увлечься мыслями, противными истине. Особенно вооружились теперь против православных писатели латинской церкви, провозглашающие господство своего папы и частной римской церкви над всеми правительствами и частными церквями и народами мира; преимущественно же в настоящее время заняты сим иезуиты во Франции, которые, пользуясь повсеместным распространением французского языка, усиливаются с какой-то лихорадочной деятельностью, посредством сочинений на этом языке, насадить повсеместно свой образ мыслей, противный вероучению и иерархическому устройству Восточной Церкви, – не щадя для этой цели самых чудовищных вымыслов, очевидных лжей и бессовестного искажения исторических истин. Многие из православных образованных, читая эти сочинения на французском языке, и не читая своих на русском о православном вероучении, легко могут поверить хитросплетенной лжи вместо истины, которой они хорошо не знают.

2.3. Завещание Преподобного Феодосия17

«Господи, благослови! Я – Феодосий, худой раб Пресвятой Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа – в чистой и правоверной вере рожден и воспитан в добром научении Православными отцом и матерью.

Вере латинской/католической/ не приобщайтесь, обычаев их не придерживайтесь, причастия их бегайте и всякого учения их избегайте и нравов их гнушайтесь.

Берегитесь, чада, кривоверов и всех бесед их, ибо и наша земля наполнилась ими. Если кто и спасет свою душу, то только живя в Православной Вере, ибо нет иной веры, лучшей, чем наша чистая и святая Вера Православная.

Живя в этой вере, не только избавишься от грехов и вечной муки, но и станешь причастником вечной жизни и без конца будешь радоваться со Святыми. А живущие в иной вере: в католической, или мусульманской, или армянской – не увидят жизни вечной.

Не подобает также, чадо, хвалить чужую веру. Хвалящий чужую веру, все равно, что свою хулит. Если кто начнет хвалить и свою и чужую, то он двоевер, близок к ереси. Ты же, чадо, блюдись таковых, и свою веру непрестанно хвали. Не братайся с ними, но бегай от них и подвизайся в своей вере добрыми делами. Твори милостыню не своим только по вере, но и чужеверным. Если увидишь нагого или голодного или в беду попавшего, – будет ли то жид или турок, или латинянин, – ко всякому будь милосерд, избавь его от беды, как можешь, и не лишен будешь награды у Бога, ибо Сам Бог в нынешнем веке изливает милости Свои не на христиан только, но и на неверных. О язычниках и иноверцах Бог в этом веке печется, но в будущем они будут чужды вечных благ. Мы же, живущие в Православной Вере, и здесь получаем все блага от Бога, и в будущем веке спасет нас Господь наш Иисус Христос.

Чадо, если тебе нужно будет даже умереть за святую свою Веру, с дерзновением иди на смерть. Так и Святые умирали за веру, а ныне живут во Христе. Ты же, чадо, если увидишь иноверных с верными спорящих, лестью хотящих отвести их от правой веры, – помоги Православным. Этим как бы овцу избавишь от пасти льва. А если смолчишь и оставишь их без помощи, то это все равно, как если бы ты отнял искупленную душу у Христа и продал ей сатане.

Если скажет тебе противящийся: «Ваша вера и наша вера от Бога», то ты, чадо, ответь так: «Кривовер! Или ты и Бога считаешь двоеверным! Не слышишь ли ты, развращенный от злой веры, как говорит Писание: «Един Бог, едина вера, едино Крещение» (Ефес. 4,5).

Не слышишь ли апостола Павла, глаголющего: «Аще ангел, пришед с небесе, благовестит вам, не яко же мы благовестихом, да будет проклят» (Гал. 1,8).

Вы же (латиняне), отринувшие проповеданье апостольское и Святых Отец, восприняли неправую и развращенную веру, полную погибели. Поэтому и отвергнуты вы нами. Поэтому не подобает нам с вами служить и к Божественным Тайнам вместе приступать, не вам к нашим, не нам к вашим, потому что вы мертвы и мертвую жертву приносите, а мы живому Богу – чистую, непорочную, чтобы жизнь вечную наследовать.

Тако бо писано: «Воздастся комуждо по делом его» о Христе Иисусе Господе нашем. Ему же слава. Аминь».

Завещание преп. Феодосия Киево-Печерского, написанное в XII веке Киевскому Великому князю Изяславу как главе православного Киевского государства, а в лице его и всем русским людям, объединенным в то время Киевской Русью, можно было бы совершенно не комментировать, настолько ясны и проникновенны мысли и чувства, заложенные в этом богодухновенном творении великого христианского подвижника, основоположника русского монашества, одного из величайших Святых, прославленных Русской Церковью.

Без сомнения, ревностный призыв великого Аввы найдет отклик в сердце каждого, кому дорого Святое Православие, кто еще не омертвел душой, кто не утратил окончательно связь с духовным наследием своего великого народа.

2.4. Иеромонах Иоанн (Максимович) о догмате Непорочного зачатия” Пресвятой Богородицы18

Появилось учение, как будто возвышающее высоко Деву Марию, а в действительности отвергающее все Ее добродетели. Это учение называется учением о непорочном зачатии Девы Марии, а приняли его последователи римского папского престола. Оно состоит в том, что «Преблагословенная Дева Мария в первом мгновении Своего зачатия, по особенной благодати Всемогущего Бога и особому преимуществу, ради будущих заслуг Иисуса Христа, Спасителя рода человеческого, была сохранена свободной от всякой скверны первородной вины» (Булла папы Пия IX о новом догмате). Другими словами, Божия Матерь при самом зачатии была сохранена от первородного греха и благодатью же Божией была поставлена в невозможность иметь личные грехи.

Христиане не слышали про это до IX века, когда впервые Корвейский аббат Пасхазий Радберт высказал мнение, что Святая Дева была зачатою без первородного греха. Начиная от XII века эта мысль начинает распространяться среди духовенства и паствы западной церкви, уже отпавшей от Вселенской Церкви, и тем лишившейся благодати Святаго Духа.

Впрочем, и члены римской церкви далеко не все соглашались с новым учением. Разделились в мнениях даже знаменитейшие богословы запада, так сказать, столпы латинской церкви. Фома Аквинат и Бернард Клервосский решительно порицали его, в то время как Дунс Скотт его защищал. От учителей разделение перешло к их ученикам: латинские монахи и доминиканцы, за своим учителем Фомой Аквинатом, проповедовали против учения о непорочном зачатии, а последователи Дунса Скотта – францисканцы старались его всюду насадить. Борьба между этими двумя течениями продолжалась в течение нескольких веков. И на одной и на другой стороне были личности, считавшиеся среди католиков величайшими авторитетами.

Не помогало решению вопроса то, что некоторые сообщали, что имеют о сем откровение свыше. Знаменитая в XIV веке среди католиков монахиня Бригитта в своих записках говорила о явлениях ей Богородицы, Которая Сама ей сказала, что Она зачата непорочно, без первородного греха; а еще более знаменитая современная ей подвижница Екатерина Сиенская утверждала, что в зачатии св. Дева была причастна первородному греху, откровения же она получает от самого Христа (Прот. Ал. Лебедев. «Разности в учении о Пресвятой Богородице церкви восточной и западной»).

Таким образом, ни на основании богословских сочинений, ни на основании чудесных явлений, взаимно противоречащих, латинская паства не могла разобраться долгое время, где же истина. Римские папы до Сикста IV (конец XV века) оставались в стороне от этих споров, только сей папа в 1475 году одобрил службу, в которой ясно выражалось учение о непорочном зачатии, а несколько лет спустя воспретил осуждать тех, кто верует в непорочное зачатие. Однако и Сикст IV не решился еще утверждать, что таково есть непоколебимое учение Церкви, почему, запретив осуждать тех, кто верует в непорочное зачатие, он не осуждал и тех, кто верует иначе.

Учение о непорочном зачатии тем временем приобретало все больше сторонников среди членов римско-папистической церкви. Причиной этому было то, что казалось весьма благочестивым и угодным Богоматери воздавать Ей как можно больше славы. Стремление народа прославить Небесную Заступницу с одной стороны, а с другой стороны уклонение западных богословов в отвлеченные рассуждения, приводящие к лишь кажущейся истине (схоластика), наконец, покровительство римских пап после Сикста IV – все это привело к тому, что мнение о непорочном зачатии, высказанное Пасхазием Радбертом в IX веке, было уже всеобщим верованием латинской церкви в XIX веке. Оставалось лишь окончательно это провозгласить церковным учением, что и сделал Римский папа Пий IX, во время торжественного служения 8 декабря 1854 г. объявивший, что непорочное зачатие Пресвятой Девы есть догмат Римской церкви.

Таким образом, Римская церковь прибавила ещё одно отступление от того учения, которое исповедовала, пока была членом Соборной Апостольской Церкви, каковую веру нерушимо и без перемен и доселе содержит Православная Церковь. Провозглашение нового догмата удовлетворило широкие круги народа, принадлежащего к Римской церкви, в простоте сердца думавшего, что провозглашение нового учения в церкви послужит к вящей славе Богоматери, Которой они этим как бы делают подарок; было удовлетворено и честолюбие западных богословов, защищавших и разработавших его; а больше всего провозглашение нового догмата принесло пользу самому римскому престолу, так как, провозгласивши новый догмат своей властью, хотя и выслушав мнения епископов католической церкви, Римский папа тем самым открыто присвоил себе право изменять учение римской церкви и поставил свой голос выше свидетельства Священного Писания и Предания. Отсюда прямым выводом было, что римские папы непогрешимы в делах веры, что тот же папа Пий IX также провозгласил догматом католической церкви в 1870 году.

Так изменялось учение западной церкви, отпавшей от общения с Истинной Церковью. Она вводит у себя новые и новые учения, думая тем больше прославить Истину, а в действительности искажая её. В то время, как Православная Церковь смиренно исповедует то, что приняла от Христа и Апостолов, римская церковь дерзает дополнять это, то из «ревности не по разуму» (Рим. 10,2), то уклоняясь в суесловия и прекословия лжеимённого разума (I Тим. 6,20). Иначе и не могло быть: что «врата адовы не одолеют Церкви» (Мф. 16,18), обещано лишь истинной, вселенской Церкви, а над отпавшими от нее сбываются слова: «якоже розга не может плода сотворити о себе, аще не будет на лозе: тако и вы, аще во Мне не пребудете» (Ин. 15,4).

Правда, в самом определении нового догмата говорится, что не устанавливается новое учение, а лишь провозглашается как церковное – то, которое всегда существовало в церкви, которого держались многие святые отцы, выдержки из творений коих приводятся. Однако, все приведенные изречения говорят лишь о высокой чести Девы Марии, Ее непорочности, дают Ей многие имена, определяющие Ее чистоту и духовную мощь, но нигде не говорится о непорочности в зачатии. Между тем, те же святые отцы в других местах говорят, что лишь Иисус Христос совершенно чист от всякого греха, все же люди, как рожденные от Адама, носили плоть подверженную закону греха.

Никто из древних святых отцов не говорит, что Бог чудесным образом ещё в утробе очистил Деву Марию, а многие прямо указывают, что Дева Мария, как и все люди, претерпела борьбу с греховностью, но явилась победительницей над соблазнами и спасена Своим Божественным Сыном.

Толкователи латинского вероисповедания также говорят, что Дева Мария спасена Христом, но понимают это так, что Мария была предохранена от скверны первородной вины ввиду будущих заслуг Христовых (Булла о догмате непорочного зачатия). Дева Мария, по их учению, как бы вперед получила тот дар, который Христос принес людям Своими страданиями и крестной смертью. Больше того. Говоря о муках Богородицы, которые Она претерпела, стоя при кресте Своего возлюбленного Сына, и вообще о тех печалях, которыми была исполнена жизнь Богоматери, они считают их дополнением к страданиям Христовым, а Марию нашей соискупительницей. По толкованию латинских богословов «Мария сообщна нашему Искупителю как со-искупительница» (См. Лебедев, там же, стр. 273). «В деле искупления Она некоторым образом помогала Христу» (Катехизис д-ра Ваймара). «Матерь Божия, – пишет д-р Ленц, – не только мужественно перенесла бремя Своего мученичества, но и с радостью, хотя и с разбитым сердцем» («Мариология д-ра Ленца»). По сей причине Она есть «дополнение Св. Троицы», а «как Сын Ея есть единственный Посредник, избранный Богом между Его оскорбленным величием и грешниками-людьми, так точно главная Посредница, поставленная Им между Сыном и нами, есть Преблагословенная Дева». «Тремя отношениями: Дочери, Матери и Супруги Бога, Святая Дева возвышена до некоторого равенства с Отцем, до известного превосходства над Сыном, до известной близости к Свят. Духу» («Непор. зач.», Малу, еп. Бругес).

Таким образом, по учению представителей латинского богословия, Дева Мария в деле Искупления становится рядом с Самим Христом и возвышается почти до равенства с Богом. Дальше идти некуда. Если все это ещё не оформлено окончательно как догмат Римской церкви, то Римский папа Пий IX, сделав в отношении этого первый шаг, указал направление для дальнейшего развития общецерковно признанного вероучения своей Церкви, косвенно подтвердив приведенное учение о Деве Марии.

Так, Римская церковь в своем стремлении возвысить Пресвятую Деву идет по пути полного обожествления Ее, и если уже сейчас ее авторитеты называют Марию дополнением Святой Троицы, то скоро можно дождаться, что Деву будут почитать, как Бога.

На тот же путь стала и группа мыслителей, принадлежащих пока еще к Православной Церкви, но строящих новую богословскую систему, положив в основу ее философское учение о Премудрости Софии, как об особой силе, связующей Божество и творение. Также развивая учение о достоинстве Богоматери, они хотят видеть в Ней существо, являющееся чем-то средним между Богом и человеком. По некоторым вопросам они умереннее латинских богословов, но по другим, пожалуй, уже опередили их. Отрицая учение о непорочном зачатии и свободе от первородного греха, они, однако же, учат о полной свободе Ее от всяких личных грехов, видя в Ней посредницу между людьми и Богом, подобную Христу: в лице Христа явилось на земле Второе Лицо Святой Троицы, Превечное Слово, Сын Божий, а Дух Святый является через Деву Марию.

По словам одного из представителей этого течения, со вселением Святаго Духа Мария приобрела «двуединую жизнь, человеческую и божескую, те. совершенно обожается, почему в Своем ипостасном бытии является живым тварным откровением Духа Святаго» (Прот. Сергей Булгаков, «Неопалимая Купина», изд. 1927 г. стр. 154), «есть совершенное явление Третьей Ипостаси», (там же, стр. 175), «тварь, но уже и не тварь» (там же, стр. 191). Это стремление к обожению Богоматери наблюдается, преимущественно, на западе, в то самое время, как там, с другой стороны, имеют широкий успех разные секты протестантского характера вместе с главными ветвями протестантства: лютеранством и кальвинизмом, вообще отрицающие почитание Божией Матери и Ее молитвенное призывание.

Но можем сказать словами святого Епифания Кипрского: «одинаковый вред в обеих этих ересях, и когда уничижают Деву, и когда, напротив, прославляют Ея сверх должнаго». (Св. Епифаний Кипрский. «Панарион, против Колларидиан»). Святой отец обличает тех, которые воздают Ей почти божеское поклонение: «В чести да будет Мария, поклоняем же да будет Господь» (Там же). «Хотя Мария есть сосуд избранный, однако женщина по природе ничем от других не отличающаяся. Хотя история Марии и предание сообщает, что отцу Ея Иоакиму сказано было в пустыне: «жена твоя зачала», однако это совершилось не без союза брачнаго и не без семени мужа». (Св. Епифаний Кипрский, «Против Колларидиан»). «Сверх должнаго не должно почитать святых, но чтить Владыку их. Мария не Бог и не с неба получила тело, но от совокупления мужа и жены, и по обетованию, как Исаак, предуготована к участию в домостроительстве Божием. Но, с другой стороны, никто да не дерзает и безумно оскорблять Святую Деву». (Св. Епифаний. «Против Антидикомарионитов»).

Православная Церковь, высоко превознося Богородицу в своих хвалебных песнях, не дерзает приписывать Ей то, что не сообщено о Ней Священным Писанием или Преданием. «Истина чужда всех преувеличений и умалений: она всему дает подобающую меру и подобающее место». (Еп. Игнатий Брянчанинов). Прославляя непорочность Девы Марии и мужественное перенесение скорбей в Ее земной жизни, отцы Церкви отвергают, однако же мысль, что Она явилась посредницей между Богом и людьми в смысле совместного искупления Ими человеческого рода. Говоря о готовности Ее умереть вместе с Сыном Ея и с Ним вместе страдать ради общего спасения, знаменитый отец западной церкви святой Амвросий, епископ Медиоланский, добавляет: «Но страдание Христово не нуждалось в помощи, как Сам Господь предсказал о том задолго раньше: «и воззрел, и не бе помощника, и помыслах, и никто же заступи, и избави я мышца Моя» (И с. 63,5; Св. Амвросий: «О воспитании Девы и приснодевстве св. Марии» гл.7).

Тот же святой отец учит о всеобщности первородного греха, из чего исключением является один Христос. «Из всех рожденных женами нет ни одного совершенного святого, кроме Господа Иисуса Христа, Который, по особому новому образу непорочнаго рождения, не испытал земного повреждения». (Св. Амвросий, In. Luc. k. 2). «Один только Бог без греха. Обыкновенно, все рождаемые от жены и мужа, т.е. плотскаго союза, бывают повинны греху. Следовательно, кто не имеет греха, тот не был и зачат таким образом». (Св. Амвросий: «Ар. Aug. de nupcio et concepcio»). «Один только человек, Ходатай Бога и человеков, свободен от уз греховнаго рождения, потому что Он родился от Девы и потому, что рождаясь, не испытал приражения греха». (Св. Амвросий, «Против Иулиана», кн. 2).

Другой знаменитый учитель Церкви, особенно почитаемый на западе, блаженный Августин пишет:

«Что касается до других людей, исключая Того, Кто есть краеугольный камень, я не вижу для них другого средства соделаться храмами Божиими и быть для Бога жилищем кроме духовнаго возрождения, которому необходимо предшествует рождение плотское. Таким образом, как бы мы ни думали о детях, находящихся в утробе матери, хотя бы слово св. Евангелиста, который говорит об Иоанне Крестителе, что он взыгрался радостию во чреве матернем (что произошло не иначе, как по действию св. Духа), или слова Самого Господа, сказанные Иеремии: «Я освятил тебя прежде, чем ты вышел из чрева матери» – давали или не давали нам основание думать, что дети в этом состоянии способны к некоторому освящению; но во всяком случае несомненно, что то освящение, по которому все мы вместе и каждый в особенности бываем храмом Божиим, возможно только для возрожденных и что возрождение предполагает всегда рождение. Только те, которые уже родились, могут соединиться со Христом и быть в союзе с этим Божественным телом, которое делает Его Церковь живым храмом величия Божия» (Блаженный Августин, «Письмо 187»).

Приведенные слова древних учителей Церкви свидетельствуют, что на самом Западе учение, ныне там распространяемое, отвергалось и там прежде. Даже после отпадения западной церкви, признаваемый там великим авторитетом Бернард писал:

«Ужасаюсь, видя, что ныне некоторые из вас возжелали переменить состояние важных вещей, вводя новое празднество, неведомое Церкви, неодобряемое разумом, не оправдываемое древним преданием. Ужели мы более сведущи и более благочестивы, нежели отцы наши? Вы скажете, должно как можно более прославлять Матерь Господа. Это правда; но прославление, воздаваемое Царице Небесной, требует различения. Царственная сия Дева не имеет надобности в ложных прославлениях, обладая истинными венцами славы и знамениями достоинства. Прославляйте чистоту Ее плоти и святость Ее жизни. Удивляйтесь обилию даров сей Девы; поклоняйтесь Ее Божественному Сыну; возносите Ту, которая зачала, не зная похоти, и родила, не зная болезни. Что же еще нужно прибавить к сим достоинствам? Говорят, что должно почитать зачатие, которое предшествовало славному рождению; ибо если бы не предшествовало зачатие, то и рождение не было бы прославлено. Но что сказать, если бы кто-нибудь по той же самой причине потребовал такого же чествования отца и матери св. Марии. Равно могут потребовать того же для Ее дедов и прадедов – до бесконечности. При том же, каким образом грех не мог быть там, где была похоть? Тем более пусть не говорят, что св. Дева зачалась от Духа Святаго, а не от человека; я утвердительно говорю, что Дух Святый сошел на Нее, а не то, что пришел с Нею».

«Я говорю, что Дева Мария не могла быть освящена прежде Своего зачатия, поелику не существовала; если тем паче не могла быть Она освященною в минуту Своего зачатия, по причине греха с зачатием нераздельного, то остается верить, что Она освящена после того, как зачалась в утробе Своей матери. Это освящение, если оно уничтожает грех, делает святым Ея рождение, но не зачатие. Никому не дано право быть зачатым во святости. Один Господь Христос зачат от Духа Святаго, и Он один свят от самого зачатия Своего. Исключая Его, ко всем потомкам Адама относится то, что один из них говорит о себе самом как по чувству смирения, так и по сознанию истины: «се бо в беззакониях зачат есмь» (Пс. 50,7). Как можно требовать, чтобы это зачатие было свято, когда оно не было делом Духа Святаго, не говоря уже, что оно происходило от похоти? Святая Дева отвергнет, конечно, ту славу, которая, по-видимому, прославляет грех; Она никак не оправдает новизны, выдуманной вопреки учению Церкви, новизны, которая есть мать неблагоразумия, сестра неверия и дочь легкомыслия» (Bernard, Ер. 174). Цитировано, как и предыдущее (от бл. Августина) из Лебедева «Разности в учении Церквей»).

Приведенные слова ясно обнаруживают как новизну, так и нелепость нового догмата римской церкви. Учение о полной безгрешности Божией Матери:

1) Не соответствует Священному Писанию, где неоднократно говорится о безгрешности «Единаго Ходатая Бога и человеков, человека Иисуса Христа» (1Тим. 2,5), «и греха в Нем несть», «иже греха не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его», «искушена по всяческим, по подобию, разве греха», «не ведевшаго бо греха, но нас грех сотвори» (1Ин 3, 5; 1 Петр., 2,21; Евр. 4,15; 2Кор. 5,21), но про остальных людей сказано: «Кто чист от скверны? Никтоже, аще и един день житие его на земле» (Иов. 14,4). «Составляет же свою любовь к нам Бог, яко еще грешником сущим нам Христос за ны умре... Аще бо врази бывше примирихомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся, спасемся в животе Его» (Рим. 5,8–10).

2) Противоречит это учение и Священному Преданию, содержащемуся в многочисленных святоотеческих творениях, где говорится о высокой святости Девы Марии от самого Ее рождения и об очищении Ее Духом Святым при зачатии Ею Христа, но не при собственном Ее зачатии Анною. «Ни един есть чист пред Тобою от скверны, ниже аще един день живота его есть, разве Ты точию един на земле явивыйся безгрешный Господь наш Иисус Христос. Имже вси уповаем милость получити и оставление грехов», говорит Василий Великий, (молитва вечерни Пятидесятницы), «Но когда Христос пришел через чистую, девственную, не познавшую супружества, богобоязненную, нескверную Матерь без брака и без отца, и поелику Ему надлежало, родиться, очистил женское естество, отринул горькую Еву и отверг плотские законы» (св. Григорий Богослов, «Похвала девству»), добавляет св. Григорий Богослов. Однако, и тоща, как говорят об этом святые Василий Великий и Иоанн Златоуст, Она не была поставлена в невозможность согрешить, но продолжала заботиться о Своем спасении и победила все соблазны (св. Иоанн Злат., Толк. Ев. Ин. беседа 85; св. Василий Вел., Ер. CLX).

3) Учение о том, что Божия Матерь была очищена прежде рождения, чтобы от Нее мог родиться Чистый Христос, бессмысленно, так как если Чистый Христос мог родиться только, если Дева будет очищена еще во утробе родителей, то для того, чтоб Дева родилась чистою, нужно было бы, чтобы и Ея родители были чисты от первородного греха, а они опять бы должны были родиться от очищенных родителей, и так далее идя, пришлось бы прийти к выводу, что Христос не мог бы воплотиться, если бы предварительно не были очищены от первородного греха все Его предки по плоти до самого Адама включительно; но тогда бы уже не было нужды в самом воплощении Христа, так как Христос сходил на землю, чтобы уничтожить грех.

4) Учение, что Божия Матерь была сохранена от первородного греха, как и то, что Она благодатью Божией была сохранена от грехов личных, представляет Бога немилостивым и неправедным, так как если Бог мог сохранить Марию от греха и очистить еще до рождения, то почему же Он и других людей не очищает до рождения, но оставляет их во грехе; выходит также, что Бог спасает людей и помимо их воли, до рождения еще предопределяя некоторых ко спасению.

5) Эго учение, по-видимому имеющее целью возвысить Богоматерь, в действительности совершенно отрицает все Ея добродетели. Ведь если Мария еще во чреве матери, когда еще не могла и пожелать чего-нибудь доброго или злого, была благодатью Божией сохранена от всякой нечистоты, потом той благодатью сохранялась от греха и после рождения, то в чем же Ея заслуга? Если Она была поставлена в невозможность согрешить и не согрешила, то за что же Ея Бог прославил? Если Она без всякого усилия или не имея никаких побуждений согрешить осталась чистою, то за что же Она увенчана больше всех? Победа без неприятеля не бывает.

В том и проявилась праведность и святость Девы Марии, что Она, будучи «человек подобострастен нам», так возлюбила Бога и предалась Ему, что чистотою Своею высоко возвысилась над остальным человеческим родом. За то, предуведенная и предизбранная, Она и удостоилась, что Духом Святым, нашедшим на Нея, Она была очищена и зачала от Него самого Спасителя мира. Учение о благодатной безгрешности Девы Марии отрицает Ее победу над соблазнами и из победительницы, заслуженной быть увенчанной венцами славы, делает Ея слепым орудием Божьего Промысла.

Не возвышение и большую славу, а унижение Ея представляет тот «подарок», который поднес Ей Папа Пий IX и все остальные, думающие, что могут прославить Божию Матерь отысканием новых истин. Пресвятая Мария настолько прославлена Самим Богом, так высока Своею жизнью на земле и Своею славой на небе, что человеческие вымыслы ничего не могут прибавить к Ее чести и славе. То, что люди сами измышляют, лишь затемняет от их очей Ея Лик. «Братие, блюдитеся, да никтоже вас будет прельщая философиею и тщетною лестию, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христе», писал Духом Святым Апостол Павел (Кол. 2,8).

Вот такою «тщетною лестию» и является учение о непорочном зачатии Анною Девы Марии, на первый взгляд возвышающее, а в самом деле унижающее Ее. Как и всякая ложь, оно является семенем «отца лжи» (Ин. 8,44) дьявола, сумевшего им прельстить многих, не понимающих, что хулят Деву Марию. Вместе с ним должны быть отвергнуты и все остальные учения, проистекающие из него или сродные ему. Стремление возвысить Пресвятую Деву до равенства со Христом, придавая Ее материнским мукам у креста равное значение со страданиями Христа, так что страдали одинаково Искупитель и «Соискупительница», по учению папистов, или «что человеческое существо Богоматери в небе вместе с Богочеловеком Иисусом вкупе являют полный образ человека» (Прот. С. Булгаков. «Неопалимая купина», стр. 141), по учению лжесофианцев (София значит премудрость), одинаково есть тщетная лесть и прельщение философией. О Христе Иисусе «несть мужеский пол ни женский» (Гал. 3,28), и Христос искупил весь человеческий род, почему одинаково в Его воскресение «ликовал Адам и радовалась Ева» (Воскр. кондаки 1-го и 3-го гласа), а Своим вознесением Господь возвысил все естество человеческое.

Также, что Божия Матерь есть «дополнение Святой Троицы» или «четвертая ипостась» или «Сын и Мать являют откровение Отца через Вторую и Третью ипостась», что Дева Мария есть «тварь, но уже и не тварь», все это есть плод лжеумствования, не удовлетворяющегося тем, что Церковь содержит от времен Апостольских и пытающегося прославить Святую Деву больше, чем Ее прославил Бог.

Сбываются слова св. Епифания Кипрского: «Некоторые безумствующие во мнении о самой святой Приснодеве старались и стараются ставить Ее вместо Бога» (св. Епифаний. «Против Антидикомарионитов», ересь 78). Но в безумии приносимое Деве, вместо восхваления Ее оказывается хулением, а Пренепорочная отвергает ложь, будучи Материю Истины (Ин. 14, 6).

3. Ватикан против православия

3.1. Западное миссионерство на востоке19

Внимание латинства направлено в течение многих веков на Восток, преимущественно к России. И не только Рима, но и западного сектантства. «Несем Христа народам» – громко возглашают инославные, направляя свою активность в сторону России, к народу русскому, к русским в рассеянии сущим, как равно и к православным народам Югославии, Болгарии, Греции и др. Что это; братская рука помощи? Если «несем Христа народам», то не следует ли обратить лицо свое и стопы к народам, все ещё пребывающим в язычестве, в иудействе и в мусульманстве? Наши православные народы обладают Христом, хотя и спотыкаются на своем жизненном пути, а наш русский народ, на которого и направлен, главным образом, поход инославия с их лозунгом «несем Христа народам», просвещен светом Евангелия еще Апостолом Андреем и сочетался со Христом, во св. крещении, со времен кн. Ольги и кн. Владимира; зачем же ему принимать новое «крещение», новое «просвещение» да ещё от тех, кто начало свое ведет не от Христа и не от Апостолов, но появились лишь в XV и последующие века, выделившись из недр римского католичества и протестантства, из иудейства или из Христу враждебных лож.

«Древне-русское общество», – свидетельствует проф. В. Ключевский в своей работе «Добрые люди древней Руси», – «под руководством Церкви в продолжении веков прилежно училось понимать и исполнять вторую из основных заповедей, в которых заключается весь закон и пророки – заповедь о любви к ближнему». «Я утверждаю, – пишет Ф. М Достоевский, – что наш народ просветился уже давно, приняв суть Христа и Его учение. Научился в храмах, где веками слышал молитвы и гимны, которые лучше проповедей. Повторял и сам пел эти молитвы в лесах, спасаясь от врагов своих в Батыево нашествие, пел «Господи Сил с нами буди» и тогда-то и заучил этот гимн, потому что кроме Христа у него не осталось тогда ничего, а в нем уже одном в этом гимне – вся правда Христова... Выйдет священник и прочтет «Господи и Владыко живота моего», а в этой молитве вся суть Христианства, весь его катехизис, а народ знает эту молитву наизусть. Знает тоже наизусть многая из житий святых».

«Русский народ должен быть поставлен среди немногих истинно-христианских народов. Он – христианин не только по своим обрядам, по своей внешности, чему он придает такое большое значение; он христианин по своему нутру, по своему духу. Может быть, он более заслуживает имени христианина, нежели те, которые ему в этом отказывают. Сквозь религию, затемненную различными заблуждениями сектантства, вроется дух христианства такой нежный, такой особенный, какой никогда не встречается в других народах Европы. Сквозь мутную смесь и из – под ржавчины сект блестит Евангельское золото. Оно сохранилось в Православии, оно – в Церкви. Чтобы объяснить это редкое явление в наше время нищих духом, мы склонны думать, что это понимание Евангелия, эта склонность проникаться христианским чувством в значительной мере зависит от характера русского национального гения, от тайного созвучия между христианской верой и основой русской души. Между Евангелием и природой русской души есть такое сродство, что часто трудно верить, что относится к религии, и что принадлежит к национальному русскому гению», – говорит о Православии и о русском народе французский историк Леруа-Болье, а С.Л. Трубецкой – профессор Московского университета определил Православие и русскую Церковь Православную, как «гнездо величайшей культуры».

На Восток обращенное западное миссионерство с его «несем Христа народам» является фактически наступлением Рима и протестантства, во всех его разновидностях, на Православие, но отнюдь не духовной заботой о братьях во Христе. Кто знаком с историей Православной Руси и России, тот не может не знать о том, как каждый раз, когда Русь-Россия переживала смутные и тяжкие времена своей истории, внешние и внутренние враги спешили использовать ее слабость, как рука Ватикана и «преобразователей мира» протягивалась для осуществления заветной мечты – уничтожить ненавистную «схизму» и подчинить Риму Восток, повергнув в прах Православную Христианскую Государственность.

Еще при св. кн. Ольге и при кн. Владимире посылал Рим своих миссионеров в Россию. Известны попытки Рима использовать женитьбу Святополка на дочери польского короля Болеслава для насаждения на Руси латинства. С предложением о «соединении» с Римом обращались к Руси папа Климент III в 1080 году и Иннокентий в 1207 году, в своем обращении к русским князьям и народу писавший, что он не «может подавить в себе отеческих чувств к ним и зовет их к себе».

Ловкостью и политическими интригами сосредоточив в своих руках и духовную и светскую власть над Западной Европой, папы в XIII столетии прибегают к новому способу миссионерства в России с целью подчинить Риму это, в то время ещё юное, Православное Царство. Рим пытается воспользоваться несчастным положением России: папы направляют против православной страны оружие им подчиненных народов: датчан, ордена Меченосцев, венгров и татар, а затем – шведов в 1240 году и немцев в 1242 году. «Неслучайно советником у Батыя был рыцарь святой Марии Альфред фон Штумпенхаузен»20.

Потерпев неудачи на поле брани, Римский папа предложил в 1248 году благ. князю Александру Невскому помощь западных народов против татар. «Не в силе Бог, а в Правде» – было ответом Православной Руси Римскому папе, на что папа ответил вооруженным наступлением на земли русские – немецким оружием в 1268 и 1269-ом годах и оружием шведским в 1347 году. Попытку использовать беды России Рим повторил и в Смутное время, повторяет их и в переживаемое лихолетье.

Наступательная позиция Рима в отношении Православия не прерывалась на всем протяжении истории России. Однако вплоть до отречения Государя Николая II двери России перед католическим «миссионерством» были заперты на два оборота. Ватикан терпеливо ждал, когда они откроются...

3.2. Миссия в России после революции21

После оккупации Православной России Интернационалом «миссионерское» наступление со стороны римского престола и сектантства на Православие ведется ложью «восточного обряда», экономическим воздействием, открытым преследованием православных и ущемлением их гражданских прав и, наконец, тонкой фальшью, которая звучит в пропаганде равноценности всех христианских исповеданий. Но, если все христианские церкви и исповедания равноценны, почему и зачем навязывают православным народам и латиняне и сектанты свою веру? Зачем они затрачивают громадные средства, напрягают силы, чтобы оторвать православных от их Веры и Церкви и вовлечь их в свою организацию? В миссионерстве с лозунгом «несем Христа народам», направленном на Восток – к Православию, кроется ложь, а отец лжи есть сатана, – так говорит Сам Господь.

С 1917 г. Рим лелеял надежду проникнуть, наконец, в Россию, теперь уже советскую, благо пала Империя, которая так долго была этому помехой. Прошло всего шесть недель после февральской революции, как в Риме уже была создана новая консистория «Congregatio pro Ecclesia Orientaiis», во главе которой встал не кто-нибудь из кардиналов, а сам папа!...

С чего начал Рим служение свое в прах поверженной Православной России? Нам скажут: Рим ввел моление о России. О чем же молится Рим, – об избавлении России от оккупации ее марксовым интернационалом? Нет, Рим молится об обращении России к папе, ибо в папе спасение. Устами своего экзарха Рим приветствовал падение Православной Российской Державы: «...все латинские католики свободно вздохнули, когда произошла октябрьская революция... и русские католики почувствовали себя счастливыми... Только под Советским Правительством, когда Церковь и государство были отделены, мы могли вздохнуть свободно. Как религиозно-верующий, я в этом освобождении видел действие Промысла Божия», – так декларировал Рим, устами своего экзарха в России, свое отношение к падению России. В то время как Патриарх Тихон предает богоборцев анафеме, Рим направляет в Москву иезуита д’Эрбиньи для переговоров и заключения с богоборцами соглашения, по которому папство, за полученные льготы пропаганды католичества – унии в России, обязывалось содействовать укреплению международного положения богоборческого советского правительства. Правда, эта попытка успехом не увенчалась, но этот исторический факт выявляет всю отвратность практического и морального релятивизма Ватикана.

«Сколько раз за последние годы, – говорит проф. И. А. Ильин, католические прелаты принимались объяснять мне лично, что «Господь выметает железной метлой православный восток для того, чтобы воцарилась единая католическая церковь»... Сколько раз я содрогался от того ожесточения, которым дышали их речи и сверкали их глаза. И внимая этим речам, я начинал понимать, как мог прелат Мишель д’Эрбиньи, заведующий восточно-католической пропагандой, дважды ездить в Москву, чтобы налаживать унию с «обновленческой церковью» и «конкордат» с Марксовым Интернационалом, и как мог он, возвращаясь оттуда, перепечатывать без оговорок гнусные статьи (Ярославского-Губельмана), именующие мученическую Православную патриаршую Церковь (дословно) «сифилитической» и «развратной»... И я понял тогда же, что «конкордат» Ватикана с третьим Интернационалом не осуществился не потому, что Ватикан «отверг» и «осудил» такое соглашение, а потому что его не захотели сами коммунисты. Я понял разгром православных соборов, церквей и приходов в Польше, творившийся католиками в тридцатых годах текущего века. Я понял, наконец, истинный смысл католических «молитв о спасении России»: как первоначальной, краткой, так и той, которая была составлена в 1920 году папой Бенедиктом XV и за чтение которой у них даруется (по объявлению) «триста дней индульгенции» ... Ватикан годами снаряжается в поход на Россию»...

В 1922 году ради проникновения в Россию, Рим, католический Рим, на Генуэзской конференции первый оказал дипломатическую поддержку безбожному советскому государству, никем еще на Западе не признанному! После чего (1925–1927) последовали тайные переговоры в Берлине между Чичериным, советским комиссаром иностранных дел, и папским нунцием, кардиналом Пачелли, будущим папой Пием XII. Обе стороны надеялись перехитрить друг друга. Чичерину нужна была временная дипломатическая поддержка, Пачелли – более постоянное открытие границ. Он тайно и посвятил в епископы иезуита д’Эрбиньи, а тот, в свою очередь, в Москве тайно посвятил епископа Невэ, поручив ему попечение о католиках и осуществление планов Рима. Об этом можно много поучительного узнать из книги «Рим и Москва, 1900–1950», изданной самими католиками. Вот небольшой отрывок из нее:

«П.Э. Невэ получил от папы и д’Эрбиньи чрезвычайные полномочия, касавшиеся постановки священников и епископов, разного рода назначений, совершения таинств и обрядов, перехода из православия в католичество. Последнему д’Эрбиньи придавал особое значение, в частности, разрешив обращенным сохранять в тайне свою новую конфессиональную принадлежность. Вообще католическим священникам в СССР были предоставлены особые права совершения мессы в любом месте в любое время без литургической одежды, причащения обычным хлебом (причем передавать причастие могли и миряне), отпущения всех грехов, в том числе тех, которые требуют обращения к папе, но за исключением тайного брака священника латинского обряда. О. Невэ в начале 30-х годов фактически стал «епископом всея Руси».

Однако, начиная с 1924 г., западные державы стали одна за другой признавать Советский Союз; поддержка Ватикана постепенно стала для Москвы не столь необходимой, и д’Эрбиньи попросили покинуть Россию.

Ватикан понял, что первую партию он проиграл, и перешел к новому проекту. Этот план как раз и подготавливался в Риме в конце 20-х годов. Каков же он был?

Поворот на 180 градусов. Прямая противоположность первому. После поддержки – осуждение злых безбожников, торжественное моление в Риме. Но не только это: это была более внешняя сторона, где Рим вновь выступал, как ему приличествует: «Глава христианского мира» молит Бога об избавлении от врагов Церкви. Менее заметной стороной, но куда более значительной, было создание в Риме «Руссикум» – главного центра, «гнезда» восточного обряда.

Само название «Руссикум» уже указывает на то, для кого предназначалось это учреждение. Рим решил, что раз в Советскую Россию так же трудно было проникнуть, как веками в царскую, то надо, не падая духом и не меняя заветных, давнишних устремлений, использовать отпущенное судьбой время для серьезной и энергичной подготовки дела.

В Руссикуме решили обучать будущих священников- миссионеров для России, однако поскольку Рим убедился в том, что православный народ от своего обряда не откажется, то основой всего в Руссикуме должен быть восточный обряд, т.е. обряд Православной Церкви.

Студенты должны были, оставаясь католиками, не только обучаться русскому языку, истории, литературе и, конечно же, богослужению Православной Церкви, но и придать себе совершенно православный облик: носить бороду и длинные волосы, привыкнуть к медленным движениям, поклонам, с тем, чтобы никак и ничем не отличаться от православного духовенства. Словом, подражать ему и подделываться под него.

После обучения в Руссикуме, будущие миссионеры должны были проходить практику в восточных областях Польши, где было значительное православное население. Все это делалось для того, чтобы быть наготове в ожидании того благословенного, долгожданного дня, когда наконец откроются границы России.

«Большевики прекрасно подготовили путь католическим миссионерам, а одухотворенное состояние русского народа, его благочестие и страдания служат залогом успеха проповеди унии на просторах России», декларировал ученый иезуит д-р кс. Швайгель в «Папском Восточном Институте» в 1936 году.

5-го февраля 1931 г. епископ д’Эрбиньи, председатель комиссии «Pro Russia» (римского) «Восточного Института», приближенный папы, с которым он встречался ежедневно, писал епископу Невэ в Москву о своем проекте «избрания» для России в патриархии владыки Варфоломея, тайно перешедшего в католичество. Это «избрание» состояло бы при содействии Рима в сборе отдельных подписей православных епископов. Благодарный «избранный» кандидат подписал бы унию, и Россия ее приняла бы в ответ на щедрый жест Рима: дар России мощей Святителя Николая Угодника!!!...

Монсиньор д’Эрбиньи сообщал епископу Невэ о только что завершенной в соавторстве с о. Александром Дэбнером книге, посвященной русским епископам, находящимся в изгнании. Эта книга должна была открыть Невэ немало новых деталей относительно положения эмигрировавших иерархов, а также о конфликтах их как с Тихоном и Сергием, так и непосредственно между самими эмигрировавшими епископами. Затем д’Эрбиньи переходит к изложению своего проекта:

«Завершая этот уже давно начатый труд и не пренебрегая молитвой, я замыслил идею, реализация которой, несмотря на всю ее сложность и дерзновенность, возможно, не покажется Вам неосуществимой. Вкратце мой проект сводится к следующему: подготовить почву для избрания нового русского Патриарха, который, находясь в данный момент в России, приехал бы до его интронизации на Запад и, возможно, заключил бы унию со Священным Престолом. В таком виде мой проект покажется Вам нереализуемым. Постепенно, меняя поэтапно те или иные детали в зависимости от обстоятельств, следовало бы найти способ избрать с помощью наилучших епископов, находящихся в России, кандидата на Патриарший трон, и я подумал, что, возможно, подходящей кандидатурой мог бы быть владыка Варфоломей? Прежде всего необходимо раздобыть подписи (выборы по подписке) первостепенной важности от находящихся в заключении епископов (даже если им пришлось бы, как в случае с Готтлибовичем Филиппом, подписываться на рубашках), а затем и от других из числа наиболее достойных. Некоторые подписи могли бы быть переданы Вам и переправлены с Вашими письмами; другие можно было бы отправить простой почтой в Берлин, например, на адрес Михаила Раутеркуса: Кениггрэтцерштр. 106. После прибытия всех этих документов в Ватикан избранник должен будет приехать либо один (либо, что было бы лучше, с одним или двумя наиболее достойными иерархами, по возможности из числа отбывших заключение). Кажется, существует возможность переправки через Чудское озеро. В любом случае дело заслуживает самых серьезных усилий. Кто знает, может быть Советы захотят отделаться от человека, изрядно им надоевшего, и предоставят визу? Возможно также, что они таким образом захотели бы избавиться и от Вас? А может быть, каким-то иным способом? Например, с Вами в качестве слуги? Или двойника? Или дипломатическим багажом?

Если же все это не представляется возможным, – разве провозглашение Ватиканом (или благодаря Ватикану) русского Патриарха не получило бы в нынешних обстоятельствах самого великолепного резонанса? Даже если он не провозгласит унию, христианскому миру будет оказана огромная услуга уже одним тем, что спасенной окажется христианская вера многих православных за счет предотвращения их бесконечных расколов. Ни один из находящихся за пределами России епископов не может быть Патриархом после всех их бесконечных конфликтов и взаимных отлучений; с другой стороны, внутри России патриарх сегодня невозможен и опасен, в то время как избранный гонимыми епископами и выехавший из России до своей интронизации Патриарх мог бы пользоваться огромным влиянием как в самой России, так и за ее пределами. После его (подготовленной, поддержанной или осуществленной Ватиканом) интронизации на хорошо организованном съезде или, как они выражаются, соборе он станет по-новому подходить к вопросу о должном признании Папы Римского и будет предпринимать соответствующие меры для заключения прочной унии.... Тогда, дорогой Владыко, успешным мог бы оказаться и проект предоставления права этому Патриарху подготовить торжественное перенесение мощей святителя Николая. Кто знает (как видите, моя мысль несется значительно быстрее поезда, который с трудом пробирается сквозь Аппенины), может быть, мощи святителя Николая в нужный момент могли бы совершить свое «триумфальное шествие», в почетном сопровождении которого находилась бы фигура... самого преемника Петра... Таким образом, уния оказалась бы как бы скрепленной крепкой печатью. Естественно, будет при этом немало противников прежде всего в Риме, а затем и в храмах Москвы, Петербурга, Киевском Софийском Соборе... (можно проехать через Бессарабию). С человеческой точки зрения – безумие? Возможно. Ну, а премудрость Божья? Подумайте о том, что Вы могли бы счесть своевременным и необходимым для начала этого предприятия, даже если конечный результат и покажется Вам далеким, далеким... В случае, если понадобятся необходимые субсидии, дайте мне знать».

Конкретные факты свидетельствуют о том, что исконно агрессивное отношение Ватикана к России, и к Православию вообще, им не оставлено. Веры в бескорыстие Ватикана у православных нет и быть не может, пока Рим не откажется от своей языческой сущности и всей своей практики.

3.3. Ватикан и Россия22

Ниже речь пойдет о Ватикане, его идеологии и захватнической политике, а никак, естественно, о рядовых католиках. Католицизм представляется нам определенно как наибольшая опасность, грозящая теперешней и грядущей России, опаснее самого коммунизма, совершенно сегодня выдохшегося.

Как говорит Достоевский в «Идиоте», католицизм опаснее атеизма, потому что проповедует он искаженного и поруганного им Христа. Захватив земной престол, папа взял меч и прибавил «ложь, пронырство, обман, фанатизм, злодейство». Какая проницательность художественного пера! Католицизм именно опасен тем, что он предлагает подмену, подделку Христа,

За время нашего пребывания в Австралии, мы узнали о том, что впервые за 70 лет транслировалась по советскому телевидению папская рождественская месса. Состоялся и обмен делегациями. Наступление на Православие и на Русский народ идет сейчас усиленным темпом.

Изучаемая вами тема о попытках Рима, т.е. Ватикана, на протяжении веков подчинить себе Русскую Церковь, силой, обманом или хитростью совратить русский народ с правого пути, является не только глубоко интересной и назидательной темой для историка Церкви, но продолжает быть сугубо актуальным вопросом, обязывающим каждого – архипастыря, пастыря, любого православного христианина, всех, для кого понятия «русский» и «православный» однозначны – очень бдительно следить за очередными, сегодняшними заигрываниями Ватикана с Москвой и с Православием.

Вопрос этот далеко не отвлеченный, научный вопрос. Итак, постараемся, питаясь опытом прошлого, достойно ответить на это, как нам кажется, кардинальное явление для будущего России – Третьего Рима – не теряя из виду, что согласно Православному учению нет учащей и учимой Церкви, но на совести каждого православного христианина лежит ответственность за чистоту веры и охрану Церкви.

Нынешний юбилейный год Тысячелетия Святой Руси явил нам блестящую иллюстрацию попытки Ватикана вторгнуться в это величайшее внутрирусское церковное событие. Немало православных, думается нам, с тревогой и с волнением следило в течение этих последних двух лет за настойчивыми усилиями правящих кругов Ватикана и самого папы Римского добиться того, чтобы «наместник Христа», как они говорят, был приглашен на эти торжества и, – кто знает? – до некоторой степени стал на них главным центром внимания! Очень интересно было следить за всей той отчаянной дезинформацией, которая пускалась в ход по этому поводу. Не раз старались тн. «осведомленные круги» пускать по разным каналам массовой информации ложные или просто столь ими желаемые слухи о том, что согласие достигнуто или вот-вот получится, надеясь, возможно, поставить Московскую Патриархию в затруднительное положение, как бы перед сбывшимся фактом, от которого отказываться уже было бы совсем неловко.

Вспомним, как до самого последнего времени папа откладывал обнародование своих двух «апостолических» посланий, одно обращенное к православным русским, а другое – к своим униатам украинцам, тем самым сохраняя возможность до самой последней минуты изменить их содержание в связи с ожидаемым, против всякой очевидности, изменением решения Московской Патриархии. Однако, надежды не сбылись, и 22 марта Иоанн Павел II обнародовал свое послание по случаю Тысячелетия. «Euntus in mundum» («Идите по всему миру»), которое, по достоверным сведениям, было отредактировано уже к концу 1987 года и подписано 17 января. Иными словами, целых 3 месяца пролежало оно в ящике. В послании с большой натяжкой излагается в частности то, что говорилось, писалось и повторялось – почему римская кафедра не может оставаться в стороне от этого великого события. Св. Равноапостольный Великий Князь Владимир крестил русский народ в днепровских струях в 988 году, то есть, подхватывает папа и иже с ним, до – как они выражаются – разделения Церквей, имея ввиду отпадение Запада от Церкви в 1054 году.

С одной стороны, думается: на кого же они рассчитывают с такими уловками? – а с другой стороны, можно отметить, до какой степени тут сказывается весь формализм западного мышления. Даже если согласиться с тем, что наш отечественный летописец Нестор мог несколько украсить в своем повествовании описание выбора веры посланниками св. Владимира, кто может, кто серьезно может отрицать тот факт, что русские язычники в лице своего князя имели полную возможность избрать любую из других существующих религий, в том числе и любое из направлений внутри христианства, – и что именно избрали византийское христианство, то есть принципиально отказались от западного, римского христианства, которое уже больше, чем за век до просто удобной и ничего не значащей даты 1054 года во многом уже грешило по отношению к исконному христианству – Православной Церкви. С не меньшей натяжкой, чтобы не сказать больше, папа повторяет уже им сказанное в энциклике, провозглашенной 2 июля 1985 года «Slavorum Apostoli» («Апостолы славян»), что мол, апостольская миссия святых братьев Кирилла и Мефодия проходила якобы под общим омофором Рима и Константинополя, из чего предлагается прямой вывод, что все славяне, в том числе и русские, остаются должниками у Римской церкви; вот почему римский первосвятитель считает своим святым долгом попечительство над русскими и прочими славянами!

Итак, несмотря на все приложенные политические, психологические и дипломатические усилия, Московская Патриархия устояла на своем и не поддалась соблазнам.

«Сегодняшнее экуменическое старание», – читаем мы в знаменитом письме Иоанна Павла II покойному главе украинских униатов кардиналу Слипому от 19 марта 1979 года, – «не может ни умалчивать, ни уменьшать значения и пользы, предпринятых в прошедшие века усилий для восстановления единства Церкви, которые (...) принесли столь благие плоды. Церковь Ваша (...) является свидетельством этой истины. Несомненно, что настоящий экуменический дух должен проявляться и подтверждаться особым уважением по отношению к Вашей Церкви». После полувекового ватиканского молчания об Унии неожиданная выходка Иоанна Павла II вдруг перекидывает нас в темную воинствующую эпоху Пия XI и должна привести нам на память красноречивые слова папы Урбана VIII, произнесенные без малого четыре века тому назад в первые годы насильственного насаждения Унии: «О мои Русины! Через вас то надеюсь я достигнуть Востока». Лучше не скажешь о сущности и о глубинном значении существования Унии в заговоре против русского Православия! Лучше не объяснишь движущую силу католичества – будь она прикрыта под улыбками и протянутыми руками мнимой любящей матери или выступает открыто – неизменно, вот уже веками, преследующую одну и ту же цель: завоевание православных душ. Цель-то остается одна, меняются лишь пути достижения ее.

Но, возможно, некоторые не разделяют нашего принципиального положения по отношению к католичеству и не вполне понимают, почему, казалось бы, нам столь недопустимым присутствие папы в России на нашем всенародном торжестве. Подобное непонимание, по нашему мнению, может только вытекать из незнания исторических фактов, разоблачающих настоящие намерения и поступки католичества. А Ватикан-то много рассчитывает на это незнание.

В рамках краткого доклада мы естественно не в состоянии предложить исчерпывающее представление всех тех трений, недружеских поступков, агрессий Ватикана по отношению к России. Немало сведений можно найти в двух хорошо осведомленных трудах на русском языке: «Восточный обряд» К.Л. Николаева и «Церковь, Русь и Рим» Н.И. Воейкова. По меткому выражению А.С. Хомякова, одного из самых выдающихся сынов России за всю нашу тысячелетнюю историю, та «религиозная ненависть» католичества по отношению к Православию может нами быть проверена на четырех примерах, взятых из четырех отдельных исторических периодов:

1) Деятельность Иосафата Кунцевича в связи с появлением Униатской Церкви.

2) Восточный вопрос и освободительные войны в течение XIX века.

3) Т.н. «восточный обряд» как новый способ борьбы с Православием, появившийся благодаря свержению царской православной власти.

4) Попытки соглашения, в течение 10 лет, с советской властью на развалинах Русской Церкви.

Оставляем мы в стороне насильственные массовые обращения в католичество в эпоху между двумя мировыми войнами, как и геноцид 700 000 православных сербов всего за 4 года, с 1941 по 1945 год, в воинствующей римо-католической «независимой хорватской державе», где наподобие евреев, носивших на себе шестиконечную звезду, православные сербы должны были нашивать букву «П» («Православен»), что является недвусмысленным доказательством того, что истреблялись они воинствующими, озверелыми католиками-хорватами именно за их принадлежность к святой нашей православной вере при полном безучастии, чтоб не сказать больше, местного загребского архиепископа Степинаца, возведенного после войны в сан кардинала, и при полном молчании тогдашнего Папы Пия XII.

Униатский вопрос. Немало шуму делается вокруг этого вопроса. Скажем сразу: естественно должны мы осуждать те преследования, которым униаты, подобно множеству других религиозных исповеданий, подвергались со стороны советской власти. Тем не менее, это отнюдь ещё не значит, что православные русские должны были бы испытывать комплекс виновности, который настойчиво внедряется в их души и сердца разными средствами общественного мнения. Когда подобные давления исходят от разных эмигрантских газет, окончательно утерявших национальное чувство, это весьма печальное явление, но к которому мы уже привыкли; зато ещё более печально и совершенно неприемлемо, когда пастырь поддается этому соблазну, ставя во главу своего мышления пресловутые «права человека» и борьбу с «культом личности».

В связи с униатским вопросом надо твердо помнить те условия и обстановку, при которых проводилась Уния в 1595–96 годах и в последующие годы; ясно понимать, какими чувствами были движимы те 6 архиереев-вероотступников, во главе с Михаилом Рогозой, проводившие свое чисто клерикальное движение в полном отрыве от народа, вне всякой соборности; следует также не забывать те вопиющие беззакония и преследования, которым подвергались несчастные исповедники из простого люда, объединявшиеся в знаменитые православные братства; наконец, следует не терять из виду, что «греческая вера» на территории польско-литовского государства, не будучи признанной законом, находилась по сути дела вне закона, что позволяло панам безнаказанно распоряжаться имуществом православных, передавать их храмы и соборы униатам или даже давать их в аренду... евреям!

Иными словами, должно быть ясно, что если сейчас униаты действительно страдают, то надо признаться, что страдают они именно тем, чем 4 века назад провинились: там лжесобор в 1596 году, здесь «Инициативная группа» в 1946 году; там преследования католическими властями и панами православных, не принявших Унию, здесь преследование советской властью униатов, не последовавших за решениями Львовского Собора. Ведь не православные же преследовали униатов, а безбожная советская власть, что не должно, однако мешать православным радоваться возврату большинства некогда совращенных в ересь своих братьев. Сегодня настойчиво почему-то требуют от православных какого-то покаяния в связи с ликвидацией Унии в России. Но спрашиваем мы, когда, какой из римских пап изъявил свое сожаление по поводу ущемлений прав православных, по поводу всех тех преступлений, совершенных против них Унией? Никогда и никто, а меньше чем кто-либо теперешний Иоанн Павел II, не пропускающий ни одного случая, чтобы не восхвалить изверга Иосафата Кунцевича, Ватиканом именуемого святым священномучеником.

До непонятности возмутительны повторные припоминания этой темнейшей личности. Фактически одно упоминание его фамилии должно считаться настоящим «casus belli». Незадолго до своей «мученической» кончины, последовавшей 12 ноября 1623 года в Витебске, Кунцевич сделал распоряжение выкапывать тела умерших православных и бросать их собакам. По всей своей полоцкой епархии, в Могилеве, в Орше наводил он террор на православных, закрывал и сжигал их церкви. Весьма красноречивы жалобы, посланные в народные суды и сеймы. Но самое убедительное для характеристики Кунцевича можно считать письмо, написанное 12 марта 1622 года, за полтора года до его кончины, литовским канцлером, то есть видным католиком, Львом Сапегой, представителем самого короля польского:

«Необдуманными насилиями притесняете (Вы) русский народ и толкаете его на бунт (...). Вам известны нарекания простого народа, что ему лучше быть в турецкой неволе, нежели терпеть такие страшные преследования за веру и благочестие. Вы пишете, что Вам свободно топить православных и рубить им головы (...), что на до отдать (их) церкви на поругание (...), (Вы) запираете церкви, чтобы люди без благочестия и христианских обрядов умирали, как нехристи. Вместо радости, Ваша льстивая Уния принесла нам только горе, непокой и нестроения, так что предпочитаем быть без неё. Вот плоды Вашей Унии (...)».

Напоминаем, что это не измышления или клевета фанатично настроенного православного, а выдержки из исторического письма главы католического государства, канцлера Великого Княжества Литовского, написанного от имени самого короля польского неспокойному униатскому епископу.

С большой проницательностью в том же письме Лев Сапега пишет: «Лучше было бы не отдавать нас всенародному гневу и ненависти, а самому себя беречь от всенародного суда».

Когда 12 ноября 1623 года Кунцевич с шайкой приспешников прибыл в Витебск и разгромил шалаши, в которых скрывались православные для богослужений, один из его диаконов накинулся на православного священника. Выведенный из терпения народ бросился тогда на Кунцевича и камнями и палками избил его до смерти. Искалеченное тело было положено в мешок и выброшено в реку Двину.

Таков был бесславный конец земной жизни якобы «апостола единения», как смеет бессовестно называть его теперешний папа Иоанн Павел II. Но до него уже, 29 июня 1867 года Пий IX прославил Иосафата Кунцевича со святыми. Пий XI, по случаю трехсотлетия кончины в 1923 году, издал энциклику «Ecdesiam Dei» (т.е. «Церковь Божия»), в которой Кунцевич именуется «священномучеником», «апостолом», «праведником», и где говорится, что такие примеры «святой жизни» должны способствовать единению всех христиан. 25 ноября 1963 года, при Павле VI, останки его были перевезены в Рим в папскую базилику Св. Петра, где они теперь «почивают» под престолом св. Василия Великого, рядом с мощами свв. Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Без малейших угрызений совести, презирая историческую правду в угоду своих мелких интересов борьбы с Православием Иоанн Павел II не боится говорить о «благородной личности» Иосафата, чья пролитая кровь навеки скрепила великое дело Унии. В своем послании к украинской пастве «Magnum Baptismi Donum» (т.е. «Великий дар Крещения»), опубликованном 19 апреля 1988 года, ни словом не исправляются теперь уже вкоренившиеся представления об Унии и о Кунцевиче.

А зато от православных католическая общественность все продолжает требовать некий покаянный акт и извинения за понесенный ущерб и недружелюбное, нехристианское отношение.

Восточный вопрос. Весь XIX век в области международных сношений прошел под знаком «Восточного вопроса». Враги России, вчерашние и сегодняшние, продолжают клеймить усилия, приложенные Россией в XIX веке, видя в них ничего больше, чем сущий империализм. Не исключая полностью возможности политической заинтересованности в этих войнах для России, мы-то знаем, что как для русского народа, так и для наших Государей война с Турцией ради освобождения плененных православных христиан воспринималась, главным образом, как некий долг совести, как некая миссия, возложенная Промыслом Божиим на Россию, как самую великую и могучую державу. Благородность чувств редко встречается в международных отношениях; оттого-то, вероятно, мало кому они были понятны. Война с неверными турками воспринималась как борьба между Добром и Злом. Немалых жертв стоили эти войны, но немалых успехов добилась Россия в деле освобождения единоверных славян, пять веков томившихся под турецким гнетом. По сей день на центральной площади болгарской столицы Софии возвышается величественный памятник Царю-Освободителю Александру II и доблестным русским воинам. Русские также приняли деятельное участие в Наваринской битве в 1827 году и в последующих событиях, приведших к освобождению православной Греции в 1830 году. Но самую заветную мечту – освободить Константинополь – увы, не удалось. В этом печальном деле человечество во многом, можно сказать, обязано Ватикану. Если до сих пор Крымская война и весь «Восточный вопрос» объясняются официальной историей человеческими, политическими, межгосударственными соображениями, то нигде не найти, что душой, подстрекающей, движущей силой того позорного факта, что Франция и Англия вошли в союз с неверной Турцией против Православной России, бесспорно является Ватикан, восполняющий неимение собственных вооруженных сил изобилием влиятельных, тайных советников и агентов и целой клерикальной армией, разбросанной по всему миру. Чтобы не быть голословными, приведем пламенные слова, произнесенные по случаю начала Крымской войны парижским архиепископом кардиналом Сибуром:

«Священное дело, угодное Богу дело, это необходимость отразить фотиевскую ересь, покорить ее, разбить ее новым крестовым походом (...) – такова явная цель сегодняшнего крестового похода, такова была цель всех крестовых походов, хотя и все в них участвовавшие в этом не признавались. (…). Война, которую Франция собирается вести против России, неполитическая, а священная война. Это не война между двумя государствами, между двумя народами, это просто напросто религиозная война; все остальные выдвинутые причины являются лишь предлогами.»

Яснее не скажешь. Очень тонко замечает Хомяков, что потомки тек католиков, которые некогда совершили «нравственное братоубийство», односторонне изменив Символ Веры, неизбежно должны были придти к желанию «физичекого братоубийства».

А Достоевский свидетельствует нам, что кардинал Сибур не был одиноким, воином в поле, и прямо говорит о католическом заговоре:

«Воинствующий католицизм берет яростно (...) против нас сторону турок (...). Нет столь яростных ненавистников России в настоящую минуту, как эти воинствующие клерикалы. Не то, что какой-нибудь прелат, а сам Папа, громко, в собраниях ватиканских, с радостью говорил о «победах турок» и предрекал России «страшную будущность». Этот умирающий старик, да еще «глава христианства», не постыдился выразить всенародно, что каждый раз с весельем выслушивает о поражении русских».

Эти слова Достоевского так созвучны с уже упомянутым утверждением Хомякова, говорившего о религиозной ненависти по отношению к православным. «В западных вероисповеданиях, в глубине каждой души, имеется глубокая неприязнь к Восточной Церкви», что легко можно проверить, наблюдая за Крымской войной, где «один из враждующих лагерей содержит только народы, принадлежащие Православию, тогда как в противном лагере имеются римляне и протестанты, объединенные вокруг Ислама».

«Восточный обряд» и большевистская революция. Недружелюбные высказывания видных католических деятелей по отношению к исторической России столь явны и многочисленны, что думается, никто не станет их отрицать. Православная царская власть была тем оплотом, о который разбивались все мечтания и поползновения Ватикана окатоличить русские души. Из Рима с напряжением следили за каждым поворотом, за малейшим сотрясением в политической и общественной жизни России. Отмена крепостного права в 1861 году, рост анархизма и нигилизма, – все это порождало немало надежд. «Только революция способна помочь Церкви», – таков был вывод папского нунция Меглия в 1868 году. Немедленно сумел Рим извлечь и использовать все выгоды, вытекающие для его целей из Императорского Манифеста терпимости от 17 апреля 1905 года, предоставляющего полную свободу совести всем русским подданым. Тем не менее, канонизированный в 1954 году Папа Пий X, накануне войны в 1913 году, вопил: «Россия самый большой враг Церкви». Поэтому нет ничего удивительного в том, что католический мир с радостью встретил большевистскую революцию: «После евреев, католиков вероятно больше кого-либо устраивало свержение царской власти; по крайней мере не причиняло оно им скорби». Бесстыдно, но с большой откровенностью также писалось в католических кругах о том, что «нескрытое удовольствие испытал римский престол от падения царской власти и (что) не замедлил (он) вступить в переговоры с советским правительством», как только победа большевиков стала очевидной. А когда спросили одного высокого ватиканского сановника, почему Ватикан был против Франции во время Первой мировой войны, то он воскликнул: «Победа Антанты с союзной Россией была бы столь же великой катастрофой Церкви, как некогда Реформа». Со свойственной ему прямолинейностью, папа Пий X выражал это чувство следующей формулой: «Se vince la Russia, vince lo scima» (т.е. «если победит Россия, то победит схизма»). Для Ватикана, как мы видим, мировая война – все тот же крестовый поход...

Несмотря на то, что она давно к этому готовилась, крушение Православной Империи застигло врасплох католическую церковь. Но очень быстро опомнилась она. Крушение России еще не означало овладение ею католичеством. Для этого следовало определить новый угол нападения. Сознавая, что, как и англичанину немыслимо быть миссионером в Ирландии, так и поляку не быть миссионером в России, Ватикан понял необходимость найти совершенно новый прием борьбы с Православием, могущий безболезненно, не возбуждая ни малейшего подозрения опутать русский народ и подчинить его Римскому папе. Именно этому макиавеллевскому замыслу и отвечает появление тн. «восточного обряда», являющегося в представлении зачинщиков этого движения, согласно удачному выражению H.K. Николаева, «тем мостом, по которому Рим войдет в Россию».

Этот мошеннический прием, уподобляющийся плаванию под чужим флагом, имел в первые годы становления советской власти очень быстрый успех как в окровавленной России, так и за границей, где он развивал бурную деятельность среди обездоленных эмигрантов, устраивая их на работу, оформляя их бумаги, открывая для них и для детей русскоязычные школы. Нельзя отрицать, что могли быть случаи бескорыстной помощи, но в подавляющем большинстве случаев эта благотворительная деятельность преследовала узко конфессиональную цель – разными льготами заманивать несчастных беженцев в свои, на первый взгляд, стопроцентно православные церкви, но... поминающие папу Римского. Кто скажет, сколько следов, какой неизгладимый отпечаток остался на душах, на мышлении, на поведении всех тех, кто когда-либо прикасался к этому явлению...

В России эксперимент «восточного обряда» просуществовал немногим более десятка лет. За границей ещё можно встретить несколько таких католических «восточных очагов», среди которых Шевтоньский бенедектинский монастырь в Бельгии самый представительный, но цель и возможности у них совсем не те, что были. Являются они сейчас своего рода заповедниками, историческим свидетельством прошлого. Если можно говорить об их теперешнем влиянии, то проявляется оно, главным образом, в издательской области.

Но несмотря на безобидный сегодня, казалось бы, вид этого движения, вернемся на 70 лет назад, когда оно не без оснований мечтало просто напросто проглотить русское Православие. Душой, главной пружиной этой папской «Ostpolitik» – восточной политики – был некий иезуит, француз епископ д’Эрбиньи, специально уполномоченный Римским папой вести переговоры с кремлевскими руководителями для широкого распространения католичества и тем самым вытеснения Православия из России и из русских душ. С этой целью д’Эрбиньи трижды отправлялся с дипломатическим паспортом, выданным Францией, в Советский Союз, где он совершил несколько архиерейских хиротоний с конечной целью представить состав русского католического духовенства, приемлемого для советской власти.

Прислушаемся, до каких вершин сплошной аморальности могло доходить это духовенство: «Большевизм умерщвляет священников, оскверняет (...) храмы и святыни, (...) разрушает монастыри (…). Но не в этом ли как раз заключается религиозная миссия без религиозного большевизма, что он обрекает на исчезновение (...) носителей схизматической мысли, делает, так сказать, «чистый стол» («tabula rasa») и этим дает возможность к духовному воссозиданию».

А для тех, кому не ясно, о каких возможностях духовного воссозидания говорит тут бенедиктинец Хризостом Бауер, можно привести уточнение венского католического органа печати: «Большевизм создает возможность обращения в католичество неподвижной России». Никто иной как экзарх русских католиков Леонид Федоров в марте 1923 года, привлеченный к суду вместе с 14-ю другими духовными лицами и одним мирянином, плачевно свидетельствовал перед Ревтрибуналом об искренности своих чувств по отношению к советской власти, которая думалось Федорову, не поняла всего того, что могла она ожидать и добиться от католичества:

«С тех пор, как отдал я себя католической Церкви, моей заветной мыслью было примирить родину мою с этой Церковью, для меня единственно истинной. Но мы были непоняты правительством. (…). Все латинские католики вздохнули, когда произошла октябрьская революция (…). Я сам приветствовал с энтузиазмом декрет об отделении Церкви от государства (…). Только под советским правительством, когда Церковь и Государство были отделены, могли вздохнуть свободно. Как религиозно-верующий, я в этом отношении видел действие Промысла».

Нельзя терять из виду, что все эти высказывания патентованных католиков, любезничающих с советской властью, делались в самый кошмарный для Православной Церкви период полного ее физического уничтожения.

Поскольку ватиканская дипломатия придерживается принципа «цель оправдывает средства», что может быть проверено в течение всей ее многовековой истории, надо ясно понять, в какую игру Ватикан туг играл с Москвой. По сути дела, Православие оказалось жертвой двух враждебных ему принципов: католичество и безбожный коммунизм, которых в этом деле сближало любопытное совпадение интересов. Москва понимала, что ее желание искоренить веру из русского народа – непосильная задача. А пока Православная Церковь оставалась верной самой себе, бескомпромиссно относилась к богоборческой власти, мужественно свидетельствуя о коренной несовместимости между христианским и коммунистическим началами, советские руководители готовы были, хотя бы по двум причинам, благосклонно изучить любезно предложенный им вариант католичества, чтобы направить в нужное русло эту потребность религиозности, присущую русской душе.

Первая причина – безукоризненная, много раз повторяемая, лояльность католичества к новому строю, как внутри СССР, так и за границей, а вторая причина – выгодно было Кремлю (или просто забавно), чтобы эта религиозная потребность утолялась вековым врагом Православия. Со своей стороны, католики готовы были закрывать глаза на все зверства большевиков, в том числе и расстрел в апреле 1923 года католического епископа Буткевича и заключение епископов Цепляка, Малецкого и Федорова; зато шесть недель спустя Ватикан выразил свое сочувствие по поводу покушения в Лозанне (Швейцария) на советского агента Воровского. Германский посол в Москве сообщил сказанное ему народным комиссаром иностранных дел Чичериным: Пий XI, в Генуе, был любезен со мной, в надежде, что мы сломим монополию Православной Церкви в России и тем самым расчистим ему путь».

В архивах французского министерства иностранных дел нашли мы немало информации самой первой важности. Секретная телеграмма N 266 от 6 февраля 1925 года из Берлина сообщает нам, что советский посол в Берлине Крестинский заявил кардиналу Пачелли (будущий Пий XII), что Москва не будет сопротивляться устройству на русской территории католических епископов (в множественном числе) и митрополита, и что католическому духовенству будут вообще предоставлены самые благоприятные условия. Шесть дней спустя, в секретной телеграмме N 284 говорится также о разрешении открытия католической семинарии.

Таким образом, в то время как с неимоверной жестокостью истреблялись наши Св. Новомученики, Ватикан тайным порядком вея переговоры с Москвой, официозно добивался разрешения назначать нужных епископов и даже разрешения открыть семинарию, хотя этот вопрос, по нашим сведениям, ещё поднимался на высшем уровне – значит не был решен – осенью 1926 года. Можно назвать это время кульминационным в этом противоестественном сближении между Ватиканом и красной Москвой.

29 июля 1927 года митрополит Сергий (Страгородский) подписал от имени Церкви, известную декларацию. Результатом этого явилось то, что Москва положила конец переговорам и вниманию, уделяемому ватиканским предложениям.

Возвращение традиционной Русской Церкви, отныне обезвреженной, представляло для советской власти неизмеримо большую выгоду по сравнению с той, какую мог ей принести Ватикан, и оттого-то и потеряла она к нему всякий интерес.

Только в конце 1929 года и в начале 1930-го Ватикан окончательно признал, что потерпел политическое поражение, и стал громко выступать против большевистских преступлений, которых он до сих пор как будто бы не замечал, и в 1937 году, спустя 20 лет после революции, Пий XI выпустил знаменитую энциклику «Divini Redemptoris"» (т.е. «Божественный Искупитель»), обличающую коммунизм.

В нашем вступлении к докладу говорили мы, что изучаемая нами тема не только историческая, но и сугубо актуальная. В 1937 году, когда Ватикан открыто порвал с Москвой, Русская Церковь уже пережила 20 лет ленинского, а затем и сталинского террора, и предстояло ей ещё несколько десятилетий проливать кровь свою в борьбе с богоненавистнической советской властью; и по сей день терпит она преследования и ущемления исконных прав своих. Но с 30-х годов сдвиг был в том, что отныне у нея был один- но какой! – враг, богоборческий коммунизм, и не надо было ей уже, как в первые годы революции, защищаться от лукавых притязаний католиков, пытающихся прельстить ее паству. За несколько недель до своей мученической кончины св. митрополит Петроградский Вениамин говорил в июле 1922 года католическому экзарху Леониду Федорову: «Предлагаете Вы нам объединение (...), а тем временем ваши латинские священники за нашей спиной сеют опустошение среди паствы нашей.»

С приходом к власти Горбачева и введением знаменитой его «перестройки» мы наблюдаем новый сдвиг в курсе нашей исстрадавшейся родины. Не будем тут вдаваться в политический анализ всего того, что происходит сейчас на наших глазах. Скажем только, что благодаря ли Горбачеву, или вернее помимо него, что-то началось, лед тронулся. Во что выльется этот начавшийся процесс – мы не знаем. Отметим только, что происходит это в год тысячелетнего юбилея Святой Руси, и несомненно не без предстательства сонма ныне прославленных святых наших Новомучеников с венценосным Царем-Мучеником Николаем.

Но надо знать, что не одни русские православные следят за происходящим в России. Враг не дремлет. Если несмотря на все приложенные усилия не было дано Иоанну Павлу II вторгнуться лично в наш юбилей, то произошло, однако, одно событие, на наш взгляд, чреватое последствиями. Имеем ввиду встречу Горбачева с кардиналом Казароли в конце московских празднеств в июле 1988 года. Кардинал Казароли, статс-секретарь, т.е. 2-е лицо Ватикана, и для многих католиков слывет сомнительной личностью. Был он душой ватиканской «остполитики» при Иоанне XXIII и Павле VI. Был он также близким другом покойного ленинградского митрополита Никодима (Рогова)... Политическая гибкость католицизма всем известна. Некоторые наивно удивились тому, что в папском послании по поводу 1000-летия не было осуждения преследований, которым подвергались и подвергаются верующие в СССР. Добавим от себя: несмотря на то, что католики любят отмечать юбилеи, 50-летие знаменитой энциклики «Divini Redemptoris», обличающей коммунизм, прошло в 1987 году незаметно; зато новой энцикликой было торжественно отмечено 20-летие (не такой уже важный срок) прогрессистской энциклики «Populorum Progressio» о «социальной доктрине Церкви».

Иными словами – почва подготавливается, и следует остерегаться малейшего слова, могущего обидеть сегодняшнее советское руководство. Возвращение на передний план кардинала Казароли носит само но себе политическое значение. Заявив, что в Ватикане с интересом следят за перестройкой, которая отвечает христианским началам, Казароли торжественно передал Горбачеву тайное послание от Иоанна Павла II. Католики вообще очень любят тайны. Но нам-то нетрудно догадаться о вероятном содержании этого тайного послания: заверение в полной лояльности католической церкви к политике перестройки, легализация униатской церкви и вообще переоценка удельного веса католичества в СССР. Не была ли эта встреча как бы символическим возобновлением сношений между Москвой и Ватиканом, прерванных в 1927 году?

Иными словами, не добившись своего с церковной иерархией, Ватикан мечтает добиться своей цели обращаясь к советской власти. Будем следить за высказываниями и будущими поездками папы. Известно, кроме того, что у Горбачева намечена официальная поездка в Италию. В данной обстановке ясно, что ему тогда будет предложена аудиенция в Ватикане. В таких условиях, сможет ли Горбачев отказать в обратном визите тому, кто предоставит ему, перед мировой общественностью, такой «сертификат респектабельности»?

А тем временем Ватикан распространяет в направлении всех гонимых свою щедрую руку помощи, заступничества и сострадания. Увы, многие уже готовы схватить эту руку...

Желали бы мы, чтобы все «в отечестве и в рассеянии сущие» православные имели бы в памяти, не ради мести, а ради будущности России, те исторические факты, которые мы считаем нужным напомнить. Сомнительный друг бывает, порой, хуже и опаснее открытого врага.

Пусть всем послужит примером заявление митрополита Антония (Храповицкого), основоположника Русской Зарубежной Церкви. 10 нюня 1922 года из Сремских Карловцев в связи с арестом Святейшего Патриарха Тихона постановил он: «(...) Обратиться с особым воззванием – возвысить свой голос против чинимых над Святейшим Патриархом Всероссийским насилий – ко всем главам Православных и инославных Церквей, кроме папы Римского, о котором имеются точные сведения о том, что он не только вступил в соглашение с христопродавцами большевиками, но старается использовать гонения на Русскую Православную Церковь и ее главу в корыстных целях воинствующего католицизма.»

Пусть трезвые слова эти служат нам примером для нашего поведения и отношения к помощи, предлагаемой Ватиканом для будущей и сегодняшней России.

3.4. Новомученики сербские23

Начиная с эпохи крестовых походов, папство огнем и мечом насаждало ересь папизма среди православных славянских народов.

Православные сербы – восточный оплот Православия в Европе. Вслед за погромом Церкви и Православия в России после 1917 года именно на них обрушил свою ненависть князь мира сего.

Во время Второй мировой войны Гитлер выкроил из Югославии «Независимое Хорватское Государство», во главе которого был поставлен присланный из Рима Хорватский католический агент Павелич. Глава Римо-католической церкви в Хорватии архиепископ Загребский Степинац немедленно признал Павелича и его государство, объявленное римо-католическим, в котором не должно быть места для православных. Новая власть немедленно взялась за истребление православных. В убийствах и всякого рода зверствах над православными участвовали сотни римо-католических духовных лиц.

Русская Православная Церковь после Второй мировой войны сообщала правду о геноциде православных сербов. В «Журнале Московской Патриархии» за 1948 год, N 8 была напечатана статья «К вопросу об интригах Ватикана против Вселенского Православия». Автор ее писал:

«Так как на пути к осуществлению основного принципа деятельности Ватикана в его стремлении к господству в мировой церкви стоят национальные Православные Церкви, то все интриги Ватикана направлены к уничтожению православных славян.

В Москве с 8 по 19 июля 1948 года по случаю празднования 500-летнего юбилея автокефалии Русской Православной Церкви происходил Съезд Представителей Православных автокефальных Церквей – Высокопреосвященные иерархи балканских Православных Церквей со слезами на глазах докладывали высокому Собранию о тех ужасах, какие претерпели православные Сербии, Хорватии, Боснии, Герцеговины от римской курии.

«Оккупанты поголовно истребляли в Хорватии сербское население. К этим преступлениям Ватикан имел самое непосредственное отношение. В Хорватии было 2 300 000 православных. По его указанию открылось самое дикое гонение на Православную Церковь. «Многое православные Церкви, говорится в отчете, были разрушены. Многие православные учреждения конфискованы, другое превращены в католические церкви. Монастыри, часть которых имеет большое историческое прошлое, были переданы римско-католическим орденам. Патриарший дворец занят католиками. Чиновники православного вероисповедания уведомлены, что в Хорватском государстве могут оставаться на государственной службе только те, кто принадлежит к Римско-католической церкви...»

Была уничтожена Горно-Карловацкая епархия. От многочисленной и цветущей епархии осталось только 25 приходов. Ксендзы с церковных амвонов призывали к избиению православных. Среди убитых был Сараевский Митрополит Петр... Убит епископ Платон. Под влиянием проповеди ксендза разъяренные женщины-католички ворвались в квартиру епископа Саввы, убили его и тело бросили в реку. Убит в г. Загребе Митрополит и епископ Ерофей- Из Хорватии, Герцеговины бежали в Сербию 600 священников.»

В Боснии идейным лидером убийств православных был католический епископ Сарик. Все это делалось с одобрения католического архиепископа Загребского Степинаца. В отчете говорится: «Загребский архиепископ Степинац и другие хорватские епископы засвидетельствовали свое одобрение этой противохристианской и дикой кровавой оргии...»

В «Журнале Московской Патриархии» за 1949 год, № 2 был опубликован отзыв на книгу профессора Белградского университета Виктора Новака «Полвека католицизма в Хорватии». В нем говорилось:

«...Зверская природа хорватского воинствующего клирофашизма сказалась в таких ужасных проявлениях, что они превзошли ужасы средневековой инквизиции... После оккупации Югославии и основания «Независимой Хорватской Державы» клирофашисты, поддерживаемые папой, Гитлером и Муссолини, решили, что пришел их час, и стали превращать Хорватию в «Civitas Dei», а на самом деле в царство великого инквизитора, в папскую вотчину, в которой нет места православным». Клирофашисты, объединившись с антиславянскими организациями усташей и крижаров и руководимые католическими митрополитами Загребским Степинцем и Сараевским Шаричем, приступили к самому варварскому искоренению православных сербов. Около полумиллиона их было невероятно жестоким образом перебито, до 300 000 было насилиями и угрозами обращено в католичество, сотни тысяч были ограблены и изгнаны в Сербию, а оставшиеся должны были носить на руке голубую ленту с буквой П, т.е. «Православный», или делать на окнах своих жилищ надпись: «Грековосточный» и быть на положении бесправных рабов, которых всякий мог безнаказанно убить или ограбить. С особенной яростью обрушились клирофашисты на православные храмы и православное духовенство. Для разрушения православных храмов было организовано специальное учреждение: «Уред за рушенье православных цркава». Почти все православные храмы были разрушены, или сожжены, или обращены в католические. Например, на территории униатской Крижевацкой епархии все православные храмы и часовни были обращены в католические. Оставшиеся на территории Хорватии православные епископы и сотни священников были или убиты, или изгнаны в Сербию...

Из громадной массы фактов, описанных в книге профессора Новака и иллюстрирующих отношение католического духовенства к Православию, приведем лишь несколько.

«До сих пор мы работали в пользу католической веры молитвенником и крестом, – поучал свою паству католический священник М. Могуш, – а теперь пришло время действовать ружьем и револьвером».

Директор вероисповедного отделения францисканец Юричев заявил: «Я уже очистил в некоторых областях все, начиная от цыпленка до старца, а если будет нужно, то же сделаю и здесь, так как теперь не грех убить и семилетнего ребенка, мешающего нашему усташскому строю»...

По наущению католического священника Сидония Шольца православного священника с. Балевицы Георгия Богача в полночь вывели из дома, отрезали ему нос и язык, сожгли бороду, распороли живот и обмотали кишки вокруг шеи.

Иезуит Филиппович в феврале 1942 г. во главе шайки усташей пришел в рудник близ г. Банья-Луки, по паспортам установил, что среди рудокопов было 52 православных и велел их всех перебить, а затем отправился в с. Дракулицы, где жили эти углекопы, и перебил здесь около 1500 человек, т.е. всех жителей. Спаслась лишь одна женщина с пятью детьми, да и та от пережитых ужасов сошла с ума.

Летом 1941 г. в Ливанийском округе францисканец д-р Сречко Перич обратился к хорватам с речью: «Братья хорваты, идите и перережьте всех сербов, а для начала зарежьте мою сестру, вышедшую замуж за серба, а потом и всех сербов по порядку. Когда с этим покончите, приходите ко мне в церковь, я вас поисповедаю, и все грехи вам простятся». В этом округе были перебиты все сербы в количестве 5600 человек. Оригинальный метод окатоличения применил францисканец Иво Бркан в августе 1941 г. Из его прихода было отведено в лагеря около 500 православных сербов и зная, что лагерь для православных обычно являлся лишь этапом для перехода в лучший мир, он потребовал от властей, чтобы ему было секретно сообщено о смерти всех отведенных, так как в таком случае около 500–600 оставшихся женщин будут вынуждены выйти замуж за католиков и таким образом и они сами и их семьи будут окатоличены.

В г. Банья-Лука католический епископ Иозо Гарич уверил православного епископа Платона (ранее архимандрита Сербского подворья в Москве), что ему ничего не грозит, а между тем сам вошел в тайные сношения с усташами, и епископ Платон поплатился жизнью за свою доверчивость. В селах около Мостара католические священники в своих проповедях внушали народу, что серба убить не грех, так как теперь военное положение.

В Столачком округе, где было перебито около 4000 невинных сербов, убийцами руководили два католических священника Марко Зовко и Томас Илья. Последний в с. Клепец заставил многих православных перейти в католичество, причастил их и затем отправил в школу, где их всех до одного перебили усташи. «Вы ошибаетесь, – говорил он сербам, – если думаете, что мы переводим вас в католичество для сохранения вашего имущества, пенсии или платы. Не хотим мы спасать и вашу жизнь, а только ваши души». Нужно заметить, что такова была и обычная практика клирофашистов: перешедшие в католичество православные часто убивались вскоре после перехода, обеспечивающего им, по воззрению католических «миссионеров», спасение души... Особенно подробно описывает автор ужасы хорватского Дохау – Ясеновца.

В Словении в католической церкви на горе св. Урха был устроен страшный застенок, куда с ведома и одобрения местного католического епископа свозились автомобилями противники клирофашизма, подвергались пыткам и если не умирали от них, то убивались или закапывались живыми. Пуля считалась великой милостью. Главным палачом здесь был священник д-р Петр Крижай.

Вот отрывок из речи б. председателя народной власти в Словении Бориса Кидрича: «Я помню католических священников, которые в Доленском своей рукой закалывали пленных... Я помню о католических священниках в Хорватии с полными корзинами вырванных человеческих глаз...»

От священников не отставали католические монахини и сестры. Они, заведуя концлагерями для православных детей, бесчеловечно их мучили и морили голодом до смерти. Например, 26 августа 1942 г. было доказано, что в детском лагере в Ястребарском в течение одного лишь месяца из 400 детей умерло 100. Ребенок Божа Шарич был убит за то, что хотел бежать из этого лагеря смерти. Два малыша были выведены католической сестрой за лагерь и убиты «за непослушание» ...

Не ограничивая свою противославянскую деятельность Хорватией, католическое духовенство в церквях агитировало за вступление в корпус легионеров, который должен был пойти на русский фронт, за вступление в добровольцы немецких 55 дивизий, убивавших и в Хорватии, и на русском фронте славянских братьев. Накануне освобождения пришлось констатировать печальный факт, что самыми омерзительными убийцами, поджигателями и грабителями как на русском фронте, так и в Хорватии были ученики католических монахов в Боснии и Герцеговине, а самые жестокие палачи в лагерях Ясеновца и Старой Градишки получили образование в тех же монастырях»

«Отец Симич сам вел вооруженную толпу, которая разрушала православные храмы. Так же позорно вели себя францисканцы в Боснии и Герцеговине…»

Пий XII, приветствовавший в своей речи 29 июня 1941 г. нападение Гитлера на СССР и видевший в искоренении Православия в Хорватии один из этапов на пути покорения православного Востока… своими заявлениями представителям Хорватии не раз одобрял деятельность усташей и крижаров...

Необычайная жестокость, проявленная католическим клиром в Хорватии при гонениях Православия, невольно вызывает недоумение: чем же объясняется такое кошмарное, чудовищное извращение христианства в организации, носящей христианское имя и претендующей быть истинной его выразительницей? Автор… высказывает мысль, что в «Независимой Хорватии» католичество получило возможность, сбросив все невольно надеваемые маски, беспрепятственно в чистом виде проявить свою истинную сущность…

То, что произошло в «Независимой Хорватии», не является каким-либо случайным эпизодом или исключением в истории католичества. Везде и всегда служители католической церкви, лишь только освобождались от сдерживающего государственного начала и, наоборот, получали в свое распоряжение силу государственной власти, проявляли то же бесчеловечие, ту же жестокость, что и в Хорватии. Об этом свидетельствуют пытки и костры «святой» инквизиции, об этом говорят религиозные войны и крестовые походы, говорят преследования православных в католической Польше, в Словении, в Словакии, и не только в XV-XVII веках, но и в XX веке. А если так, то, значит, последняя и истинная причина того «великого преступления», о котором говорится в книге, заключается вовсе не в каких-либо временных и местных условиях, в которых протекала история католической церкви, и не в личных недостатках её отдельных представителей, а в самом её учении, заключается в папизме. Папизм прибавил религиозный коэффициент бесконечности к усвоенному им политическому властолюбию древнего Рима, и во имя его, не останавливаясь ни перед чем, попирает, где только может, все мешающее его планам, и с особенной яростью обрушивается на Православную Церковь, являющуюся постоянным обличением его неправды.

Дополнением к книге профессора Новака может служить следующая выдержка из статьи белградской газеты «Борба» от 29 августа, рисующая деятельность клирофашистов после освобождения и отношение к ней Ватикана.

«Еще до войны католический клир подготовлял эти злодеяния через свои организации «Католическое Братство», «Орел», «Хорватский Юнак» (герой)... Ксендзы-фашисты под прикрытием итальянского и немецкого щита совали в руки своих питомцев нож и молот, благословляли их и подстрекали на новые злодейства.

«Убивайте не переставая, я беру на себя все ваши грехи», – так говорил католический монах-палач из Ясеновца, таково было напутствие руководителей исполнителям.

Не оставил Ватикан этих своих агентов и в дни поражения их и бегства от народного гнева. Он скрыл детоубийц в многочисленных австрийских и итальянских монастырях, он поместил их в коллегиуме св. Иеронима, он обеспечил им пропитание и открыл папскую казну. Но и на этом он не остановился. Он использовал свой авторитет, чтобы найти усташам новых хозяев. Священники – военные преступники – получили предписание связать бежавших усташей с иностранными агентами. Священник Крунислав Драганович, подполковник усташей, виновный в смерти 60.000 человек в Козаре, вдруг в эмиграции превратился в ученого профессора Германского коллегиума… И до настоящего времени Ватикан остался неизменным защитником усташей, каковым он был и до войны, и во время войны. Святейший Престол не успокоился до тех пор, пока не увидел своих подзащитных на границах новой Югославии».

История свидетельствует, что православное население уничтожалось как в концлагерях, так и повсеместно изощренными садистскими методами. Людей закалывали специальным ножом, называемым «сербосек», жертвам вырезали глаза, разбивали головы... Убивали не только мужчин и женщин, но и детей. В горных местностях были обнаружены сотни «ям» – глубоких колодцев, в которые православных сбрасывали тысячами, часто поголовно жителей целых селений... Так было уничтожено около миллиона православных, огромные территории Сербии были очищены для католиков. Особую ненависть вызывала Православная Церковь. В городе Глина 12 мая 1941 года было совершено заклание 1200 православных сербов, им рубили головы топором в алтаре православного храма, после чего церковь, наполненная трупами, была сожжена. Епископов, священников и монахов убивали с особой жестокостью, на их телах вырезали знаки сатанинского ритуала. Были зверски убиты четыре епископа, сотни священников и монахов. Поруганы и разрушены сотни храмов.

В письме святейшего Патриарха Сербского Павла лорду Каррингтону (окт.1991 г.) сказано:

«Второй раз в этом столетии сербский народ сталкивается с геноцидом и изгнанием с территорий, на которых он веками жил. Первый раз это случилось во время Второй мировой войны под властью так называемого Независимого государства Хорватии, квислингскоо и фашистского творенья нацистской Германии и фашистской Италии. Тогда свыше 700 000 сербов были заколоты и лишены жизни другими, как правило, садистскими, способами в Ясеновце, других лагерях смерти и в многочисленных ямах и пропастях, в которых некоторые из них и теперь ещё покоятся, а некоторые, из ям спасенные, и теперь еще свидетельствуют о той страшной гибели в аду. Все это творилось по программе создания этнически чистой Хорватии и уничтожения сербов, что лучше всего выразил усташский министр доглавник Миле Будак, который сказал: «Одну часть сербов убьем, другую выселим, а остальных переведем в католическую веру и так превратим в хорватов.»

Существенной частью этого злодейского замысла было насильное перекрещивание православных сербов, которое проводила католическая церковь в Хорватии. Осуществление этого злодейского плана удивило даже и специального немецкого посланника Германа Нойбахера, который следующим образом докладывал вышестоящим властям: «Рецепт для православных усташского вождя Анте Павелича напоминает самые кровавые из известных войн. Одна треть сербов должна принять католичество, другая треть должна выехать из страны, а одна треть должна умереть. Последняя точка этой программы осуществлена. На основании дошедших до меня сведений могу сказать, что число безоружных заколотых – около трех четвертей миллиона.» Так сербы стали живыми мишенями. Списки смертников были почти бесконечными».

В настоящее время «Мировое сообщество» вновь предало миллионы православных сербов во власть их исконных поработителей. Сатанинская ненависть и геноцид, прикрытые потоками лжи, сегодня вновь обрушились на православных сербов.

Паписты веками внушали хорватам, что убить православного – не преступление. И вот результат – с садистской жестокостью вырезаны уже десятки тысяч мирных жителей. Во множестве селений со смешанным населением хорваты и мусульмане зверски вырезали своих давних соседей и родственников – православных. В селениях, занимаемых или, наоборот, оставляемых хорватскими и мусульманскими частями, мирное сербское население вырезается зачастую поголовно. Опять разрубленные черепа, вырезанные глаза, вспоротые животы, отрезанные уши, тела, сожженные паяльной лампой-. В 1991 году в Вуковаре, накануне освобождения его Сербской Народной Армией, были замучены сорок детей-мучеников. После «победы западной демократии», чтобы попасть на территорию Хорватии, гражданам бывшей Югославии необходимо, вопреки всем общепризнанным правам человека, иметь документ, подтверждающий неправославие!

Выдержки из Меморандума Священного Архиерейского Собора Сербской Православной Церкви, собиравшегося с 14 мая по 27 мая 1992 года:

«Собор обращается к своим верным чадам и всему сербскому народу со словами Господа нашего Иисуса Христа: «Да не смущается сердце ваше, веруйте в Бога и в Мя веруйте!» Не впервые сербский народ в своей истории распинается…

Сербский народ в Хорватии, Далмации, Боснии и Герцеговине не существует со вчерашнего дня! Сербский христианский народ сегодня отмечает 50-летнюю годовщину своего страдания на территории известной нацистской «независимой державы» Хорватии, а также и на просторах Косово и Метохии – своим новым страданием...

Десятки тысяч мертвых, гораздо больше раненых, свыше миллиона изгнанных и беженцев; разрушенные храмы, дома, опустошенные села и запустелые очаги! Только в одной епархии Славонской опустошено или уничтожено двести восемьдесят шесть сел, а в четырех епархиях, в которых жили сербы вместе с хорватами, уничтожено около двухсот церквей православных, в том числе и кафедральные Соборы г. Пакрац и г. Карлово, а также и епархиальные центры в Загребе, Пакраце и Карловце...

Не можем скрыть со скорбью в душе, что в Хорватии и Боснии и Герцеговине опять открыты концлагеря для сербов. Например, в Сухополе, близ Вировитицы; Оджак в Босанской Посавине; Дувно и Ливно, Смилян в Лике и другие места. По свидетельству беженцев, снова открыты бездонные пропасти, в которых, как и в трагический 1941 год, бросают невинных сербов. Примеры этого – «ямы» Шурманцы, близ Междугорья в Герцеговине и «Катина» на горе Велебит между Госпичем и Карлодагом. Особенно подчеркиваем случай продолжительного заточения в концлагерях более четырех тысяч сербов в Оджаку, близ Босанского Шамцы. Поверив обещаниям, они сдали оружие и со всех своих очагов уведены в массовый концлагерь, а их судьба по сей день неизвестна. По-видимому, определена такая же судьба и сербам в Босанской Посавине, в Западной Славонии и Западной Герцеговине – т.е. изгнание, аресты и опустошения сербских сел и селений, а также загон в концлагеря. Кроме того, в Ливно арестованы 643 человека сербской национальности -старики, дети и женщины; а в Дувно – 570 сербов и сербок. То же можем сказать и о городах на побережье в Далмации...

Мы призываем все европейские государства, чтобы они повлияли на правительство Хорватии, дабы не разрушались наши храмы и церковные центры. Это, к сожалению, происходит и там, где нет сражений, как случилось недавно в г.3агребе (11 апреля 1992 г.), где была взорвана резиденция Митрополита и Музей Загребско-Люблянской Митрополии. Воззвание наше относится также и к обеспечению свободного проезда для наших епископов и духовенства в тех частях Хорватии и Боснии и Герцеговине, которые находятся под контролем хорватских и мусульманских войск, чтобы они могли свободно исполнять свой долг, свою пастырскую и гуманную службу, не взирая на республиканские и государственные границы... Подчеркиваем, что четыре наших епископа, чьи кафедры находятся в пределах нового хорватского правительства и государства (Загреб, Пакрац, Шибеник, Карловац), не могут ни жить на своих кафедрах, ни исполнять своих архипастырских обязанностей, а одновременно римо-католические бискупы в Сербии и Черногории вполне свободно исполняют свою церковную миссию...»

Геноцид православных сербов является продолжением геноцида православных в России после 1917 года. Кровь русских и сербских новомучеников вопиет к Богу!

4. Современный Ватикан и иудаизм

4.1. Молитва о прощении католическому миру за преследование евреев (Всемирный Ватиканский Собор. Ватикан 1966)24

«Милосердный Боже! Ныне мы убеждены в том, что на протяжении многих веков наши глаза были настолько слепы, что мы не были в состоянии увидеть всю красоту Твоего Избранного народа и узнать в чертах Его лица наших привилегированных Братьев! Теперь мы поняли, что клеймо Каина было начертано на наших челах!

На протяжении веков Брат наш Авель лежит в крови и слезах по нашей вине, потому что мы забыли Твою Любовь!

Прости нам проклятия, которые мы присоединяли к имени Евреев!

Прости нам проклятия, что мы, по причине нашего невежества, в лице Еврея распяли Тебя! Аминь». Эта молитва, появившаяся в аргентинской газете «La Razon», издающейся в цитадели католицизма – Латинской Америке, свидетельствует о политическом приспособленчестве Ватикана, доминирующим над христианскими традициями и историей христианства.

Уже много лет Ватикан, исходя из позиций экуменизма, энергично проводит политику сближения двух принципиально разных религиозных воззрений и этических норм: мира христианского с миром иудейским.

В ходе этого процесса Ватикан старается изгладить всякие воспоминания того, что может не понравиться евреям, отвергающим Христа. Практически это означает одностороннюю ревизию Нового Завета и истории христианства в угоду представителям ортодоксального еврейства, для которых единственно приемлемое христианство – христианство без Христа. Им не нужен Христос, посланный Отцом Его Небесным возвестить миру Новое Учение, несущее Свет.

По сути, эта молитва представляет собой политическую декларацию, где наряду с самобичеванием возвещается, что евреи являются «Избранным народом» и «привилегированными Братьями».

Несмотря на догмат папской непогрешимости католические иерархи были «настолько слепы», что лишь по прошествии многих веков им открылась вся красота этого народа. Убийцами – каинами стали христиане, а праведными авелями – евреи. Возможно, что такие выводы логически согласуются с «клеймом Каина», упоминаемым в этой молитве, но все это плохо согласуется со словами Иисуса Христа.

Проповедуя в храме, Он, отвечая «приступившим к Нему первосвященникам и старейшинам народа», поведал притчу о хозяине виноградника, пославшего к виноградарям сына своего, которого они убили и, напомнив им о «камне, который отвергли строители», обратился к ним и сказал:

«Потому сказываю вам, что отнимется от вас Царствие Божие и дано будет народу, приносящему плоды его» (Матф. 21,43). Отсюда следует, что «виноградари», убившие «Сына Хозяина» и отвергнувшие «Камень», который сделался главой угла, потеряли избранничество, как и их потомки, по-прежнему поносящие Имя Христа и ненавидящие слова Его.

Вообще говоря, избранность25 бывает разная: можно быть, избранными и в качестве антихристианского орудия. Разными бывают и молитвы.

4.2. Папство и иудаизм26

Одним из самых зловещих признаков нашего времени является систематическое и все более возрастающее сближение папства с иудаизмом. Будучи по своей сущности чудовищным извращением христианства, папство представляет собою анахроническое возвращение от Нового Завета к Ветхому, причем смысл Ветхого Завета воспринимается в искаженном виде, в духе понимания его книжниками и фарисеями времен Христа и в духе современного иудаизма.

Сама идея папства о земной централизации Церкви, его тенденция к главенству над всем христианским миром, напоминает иудаизм с его мондиалистическими стремлениями. Ветхозаветное установление единственного храма, возглавляемого одним ветхозаветным первосвященником по чину Аарона (Евр. 7,11), также является отчасти олицетворением идеи земной централизации. Однако при Ветхом Завете это было лишь прообразом Христа – Единственного Первосвященника по чину Мельхиседека (Евр. 5,10, Псал. 109,4). Прошед небеса (Евр. 4,14) Господь наш Иисус Христос – «Посланник и Первосвященник исповедания нашего» (Евр. 3,1), «Первосвященник будущих благ» (Евр. 9,11), «Великий Священник над домом Божиим» (Евр. 10,21), т.е. над Церковью (1Тим. 3,15), упразднил навсегда земную централизацию Церкви, возводя ее с Собою на небеса. Таким образом, становится понятной неприемлемость идеи о каком-то единственном «наместнике» Христа на земле.

Христианские (т.е. православные) епископы здесь на земле являются лишь множественными отображениями – каждый в своей епархии – Единственного Первосвященника и Главы Церкви, Господа нашего Иисуса Христа, восшедшего «превыше всех небес, дабы исполнить все» (Еф. 4,10). Именно в этом смысле св. Игнатий Богоносец пишет в своем послании к Траллийцам: «Почитайте... епископа как Иисуса Христа, Сына Бога Отца!» (гл.З).

Папство, наоборот, возвращается к земной централизации Церкви, будучи олицетворяемо единственным земным первосвященником, претендующим быть «наместником Христа», в качестве якобы единственного отображения Христа на земле («deus in terra»), причем прочие епископы считаются простыми помощниками (викариями) Римского папы.

Под предлогом быть «наместником Христа» папа стремится постепенно вытеснить и заменить Единственного Первосвященника Нового Завета, Единственного Главу Церкви. Таким образом, папство готовит и открывает путь антихристу, который поставит себя на место Христа, будучи несовместим со Христом (1Иоан. 4,3).

Этот постепенный процесс «замещения» Христа земным «главой» Церкви начался ещё с отпадения папства от Церкви Христовой в XI в. и продолжается без перерыва до наших дней, когда уже видимо раскрывается антихристианская сущность папства в прямом соответствии с его сближением с иудаизмом.

Уже 6 сентября 1938 г. тогдашний папа Пий XI – итальянец еврейского происхождения, высказал по радио Ватикана нелепую мысль, будто все христиане являются «духовными семитами»! Странное расистское уподобление, при котором духовная сущность христианства кощунственно материализуется!

Ровно за месяц до того Русская Зарубежная Православная Церковь на своем соборе в Белграде (Югославия) тревожно сообщила о «Иудейско-католическом сближении», как сказано в заглавии доклада, зачитанного на этом соборе Н. Степановым (см. Деяния Собора, Белград, 1939 г., стр. 492–556).

С тех пор это сближение усиливалось все больше и больше, пока не достигло нового этапа на Втором Ватиканском Соборе, который в своей Декларации «Nostra Aetate» (28 октября 1965 г., гл. 4) провозгласил, что иудаизм, хотя и не признает Иисуса Христа Мессией, продолжает быть дорогим Господу, и что «Церковь питается из корня маслины, к которой привиты ветви дикой маслины» (ср. Рим. 11,17). Чтобы опровергнуть это неправильное толкование слов св. ап. Павла, достаточно напомнить его же собственные слова относительно иудеев, отломившихся от маслины, которых «Бог силен опять привить», но при единственном условии – «если не пребудут в неверии» (Рим. 11,23) ко Христу. Однако иудаизм сопротивляется именно этому существенному условию!

Ссылаясь на Декларацию II Ватиканского Собора, французский епископат опубликовал в 1973 г, по случаю иудейской пасхи специальную Декларацию, содержащую «Пастырские наставления касательно отношения христиан к иудаизму» (см. журнал «La Documentation cathoiique» N 1631, стр. 419,422, Париж, 6 мая 1973 г.).

Утверждая «неизменное призвание еврейского народа» (гл. З), несмотря на его неверие в Иисуса Христа, Декларация заявляет, что якобы «нельзя вывести из Нового Завета заключение, что еврейский народ лишился своего избранничества» (гл. 4). Однако, в конце притчи о злых виноградарях, обращаясь к первосвященникам и фарисеям, Господь Сам делает следующий вывод: «Потому сказываю вам, что отнимется от вас царство Божие, и дано будет народу, приносящему плоды его» (Матф. 21,43).

Декларация также дерзает утверждать, будто «первый Завет... не был отменен Новым» (гл.5), вопреки ясному толкованию, которое св. ап. Павел дает пророчеству Иеремии (31,31–34) относительно Нового Завета, оканчивая категорическими словами: «Говоря новый завет, (Господь) показал ветхость первого; а ветшающее и стареющее близко к уничтожению» (Евр. 8,13).

Декларация французского епископата заканчивается лукавым намеком, объединяющим христиан и иудеев, в форме риторического вопроса: «Их общая забота не касается ли мессианских времен?» (гл.7). Иначе говоря, здесь проводится мысль, будто мессианское» ожидание иудеев совпадает с истинным мессианством христиан! Это напоминает кощунственный намек кардинала Етчегарая (архиепископа г. Марселя), который между прочим является одним из авторов вышеупомянутой Декларации в качестве члена французского епископского комитета о сношениях с иудаизмом. В интервью, данном им журналу «La Documentation catbolique» (N 1861,6 ноября 1984 г., с.1000) под заглавием «Двойная миссия Церкви в отношении евреев», Етчегарай устанавливает странное «соревнование между теми, кто ожидает грядущего мессию, и теми, кто ожидает его возвращения». Таким образом, посредством ложного смешения понятий Истинный Мессия, Который уже пришел – Господь наш Иисус Христос, оказывается отождествленным в Своем Втором пришествии с лжемессией, пришествие которого подготавливается иудаизмом!

Впрочем, Великий раввинат Франции точно оценил предательский характер Декларации Французского епископата и потому в хвалебном комментарии, опубликованном непосредственно после Декларации, спешит подчеркнуть, что «Пастырские наставления» французского епископата совпадают с учением величайших еврейских богословов, согласно которым происшедшие из иудаизма религии имеют миссию подготовить человечество к наступлению мессианской эры (sic), возвещенной Библией»!

После такого полного предательства со стороны французского епископата, которое равносильно отречению от Христа в пользу антихриста, нет ничего удивительного, что французские епископы заслуженно получили возглавление в лице польского еврея Люстиже, назначенного Парижским архиепископом в 1981 г. и произведенного в кардиналы в 1983 г. В связи с его неожиданным назначением израильское радио сделало следующий комментарий: «Новый Парижский архиепископ, который не скрывает своего еврейского происхождения, является иудаистом, который будет осуществлять иудаизм в христианстве»! Вот почему его французские пасомые, относясь с недоверием к своему «архиепископу кардиналу», иронически меняют его имя Люстиже на Люцифер! (Lustiger – Lucifer).

Несмотря на это масоны делают все возможное, чтобы воздействовать на общественное мнение в пользу своего кандидата, желая продвинуть его на папский престол. Несколько лет тому назад мы слышали по Радио Парижа следующую дискуссию о национальности пап: раз уже нет надобности, чтобы папа был обязательно итальянцем (ибо теперешний папа поляк), то почему следующий папа не может быть ... евреем? И действительно, в журнале «Paris Match» (2 августа 1990 г., стр. 65) появилась хвалебная статья, озаглавленная «Будущее кардинала Люстиже», над которой помещена фотография папы Иоанна Павла II, обнимающего кардинала Люстиже. Затем дается многозначительное перечисление политических «заслуг» кардинала, назначенного недавно «министром Европейских дел Ватикана». Статья заканчивается анкетой к читателям: «Считаете ли вы, что в будущем монсеньор Люстиже может стать папой»? Неслыханная анкета, проводимая ещё при живом папе! Впрочем и Иоанн Павел II ответствен за назначение кардинала Люстиже.

Но в этом ничего удивительного нет: ведь сам папа масон. Еще я октябре 1983 г. итальянский журнал «Oggi» («Сегодня») напечатал в номере, который чуть не подвергся конфискации, скандальную фотографию, на которой виден папа Иоанн Павел II между участвующими в масонском банкете. Папа одет в черное, согласно строгому этикету масонских лож. Он включен со скрещенными руками в «братскую цепь», образуемую гостями – масонами вокруг банкетного стола. Немного дальше виден викарий Рима – кардинал Уго Полетти, тоже известный масон из Ватикана (см. журнал «Ортодоксос Типос», 11 ноября 1983 г., стр. 1).

Недаром именно кардинал Полетти сопровождал папу 13 апреля 1986 г. при его официальном посещении Римской синагоги, где папа обратился к иудейским раввинам со следующими любезными словами: «Вы наши старшие братья»!

Эти слова поставлены как заглавие всей речи папы, опубликованной на немецком языке в официальном органе Ватикана «Osservatore Romano» (18 апреля 1986 г., стр. 9). Итак, папа, претендующий на главенство над всеми христианами, вдруг странно смиряется перед... раввинами, не признающими Господа Иисуса Христа и ожидающими своего собственного «мессию», который будет антихрист. Вот что совершает «наместник Христов»!

Несколько позднее, 6 ноября 1986 г. папа произнес перед участниками Второго международного иудео-христианского диалога речь на тему «о значении спасения и искупления в иудейской и христианской традициях» (см. «La Documentation catholique», 1931, 4 января 1987 г. стр. 33– 34). Обойдя основной вопрос о Мессии, разделяющий иудаистов от христиан, папа говорит о «взаимном ознакомлении соответного наследия в вере каждого из нас» и о «наших связях», в нашем понимании спасения». Затем, вспоминая 20-ую годовщину Декларации II Ватиканского Собора, папа цитирует фразу о «духовной связи... народа Нового Завета с родом Авраама» (гл. 4) и продолжает: «Тут мы имеем связь, которая, несмотря на наши различия, делает нас братьями». Таким образом, глубокая принципиальная несовместимость между истинным, уже пришедшим Мессией – Христом и лжемессией, ожидаемым иудеями в будущем, сводится папой к некоторым «различиям», не исключающим братство одних и других «в Аврааме»!

Однако св. Иоанн Креститель, обличая самомнение иудеев, хвалившихся Авраамом как своим «отцом» (срв. Иоан. 8,39), противопоставляет им всемогущество Бога, Который «может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму» (Матф.3,9).

В противоположность этому папа Иоанн Павел II при посещении г. Майнца (в Германии) в ноябре 1980 г. пригласил местного главного раввина в кафедральный собор этого города и приветствовал его на еврейском языке словами: «Да будет благословен еврейский народ нашим общим отцом Авраамом!», ничего не упоминая о Христе!

Во время четвертого посещения своей родины Польши, состоявшегося в 1991 году, папа также имел «сердечную встречу» с варшавскими раввинами 9 июня, о чем свидетельствует фотография на обложке французского журнала «Documentation catholique» (N 2032, 21 июня 1991г.).

В самом начале своей речи перед иудейскими раввинами папа заявил: «Встречи с представителями еврейских общностей являются постоянным элементом моих апостолических путешествий». Этот факт говорит сам о себе, подчеркивая своим образом единое (Punique) исповедание веры, которое объединяет сыновей Авраама, исповедующих религию Моисея и пророков, с теми, кто также (!) исповедуют Авраама как своего «отца в вере» (Иоан.8,39) – см. тот же журнал, 21 июня 1991 г., стр. 696.

Итак, не упоминая дословно имя христиан и не причисляя себя к ним, папа приписывает им одинаковое исповедание веры с иудеями и называет Авраама их «отцом в вере». При этом он приводит ссылку из евангелия от Иоанна (8,39), которая, как мы только что указали, относится к евреям, хвалившимся словами, «наш отец есть Авраам». Относить эти слова к христианам является злоумышленной подтасовкой со стороны папы в угоду иудеям, тем более, что выражение, приводимое папой в кавычках, в данном евангельском тексте отсутствует.

Заканчивая наш краткий очерк об отношениях папства с иудаизмом, мы хотим подчеркнуть также его актуальное апокалиптическое содержание, выраженное американским евреем Вениамином Кремом в его недавно вышедшей книге «Новое явление Христа и учители мудрости», которую цитирует греческий архимандрит Арсений (Компνгиа) в своей статье «Связь папы с антихристом» (см. «Ортодоксос Типос» N 723, 12 ноября 1986 г., стр.4). Согласно этой книге, опубликованной духовенством будущего «мессии», т.е. антихриста, он должен появиться очень скоро в качестве главы всемирного правительства. Один из планов, который он будет осуществлять, есть уничтожение христианской веры и установление новой всемирной религии посредством масонских лож. Автор подчеркивает решающую роль, которую будет играть при этом преемник настоящего папы для предательства христианства. Теперешний же папа должен уравнять почву между религиями, «объединив» всех христиан (стр. 46–96 из вышеуказанной книги).

После этого становится ясным, почему папа Иоанн Павел II отправил в марте 1986 г. призыв к иудеям, магометанам и христианам «объединиться под одним богом», а 27 октября того же года созвал 150 представителей разных религий (в том числе и православных) под своей эгидой в г. Ассизи (Италия). При этом некоторые из католиков основательно обвинили папу, что он создает новую религию, которой он самого себя провозглашает главой («Орт. Типос» N 700, 6 июня 1986 и N 718, 7 ноября 1986).

В свете всего приведенного нами выше делается вполне понятным сравнение приснопамятного Митрополита Московского Филарета: папство подобно плоду, чья кора (оболочка) христианской церковности, унаследованной с древности, постепенно распадается, чтобы открыть его антихристианскую сердцевину.

Подобно «малому рогу», о котором говорит пророк Даниил (гл.7,8), Ватикан начинает уже играть среди европейских государств особую, преобладающую роль, этим предзнаменуя «объединенную Европу», которой папа считается уже главным архитектором» (известный масонский термин!).

Он напоминает также второго апокалиптического зверя с двумя рогами, подобными агнчим, который, однако говорит «как дракон» и «заставляет всю землю и живущих на ней поклоняться первому зверю» (Откр. 13,11–12).

Хотя и не дерзаем предвосхищать будущие события, мы, однако можем задать себе вопрос: не является ли папа предтечей грядущего антихриста?!...

* * *

1

В. С Вертоградов «Критический разбор римского учения о пап­ской власти» в кн. «Три статьи о папстве», изд. «Свободное слово Карпат­ской Руси», Нью-Йорк, 1968 г

2

Прот. Митрофан Зноско-Боровский, «Православие, римо-католичество, протестантизм и сектантство. Сравнительное богословие», изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, Московское отд. ВООПИиК, 1992 г. «Св. Слово Карпатской Руси», № 209 – 210,1976 г.

3

ПЕРВЫЙ ВАТИКАНСКИЙ СОБОР ДОГМАТИЧЕСКАЯ КОНСТИТУЦИЯ "PASTOR AETERNUS». Глава 4: Безошибочное учительство папы Римского. «Апостольское первенство, которым папа Римский, как Преемник Петра, главы Апостолов, обладает во Вселенской Церкви, включает также верховную власть учительства (supremam magisterii potestatem). Святейший Престол всегда этого придерживался, неизменный обычай Церквей доказывает это, и Вселенские Соборы, особенно те, на которых Восток встречался с Западом в единстве веры и любви, это провозгласили.

 

Отцы IV Константинопольского Собора, следуя своим предшественникам, издали торжественное исповедание веры: «Первое условие спасения – хранить закон православной веры... Нельзя пренебречь словами Господа нашего Иисуса Христа, который говорит: «Ты Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» (Мф 16, 18). Это утверждение подтверждается фактами, потому что католическая религия всегда сохранялась без изъяна Святейшим Престолом. Желая ни в чем не отделяться ни от его веры, ни от его учения, мы надеемся заслужить пребывание в единстве в этом общении, которое проповедует Святейший Престол, на котором покоится, полностью и истинно, прочность христианской христианской религии».

 

С одобрения II Лионского Собора греки исповедовали: «Святая Римская Церковь обладает также верховным и полным первенством и главенством (summum et plenum primatum et principatum) над собранием [всей] кафолической Церкви. Она искренне и смиренно признает, что получила это право со всей полнотой власти от самого Господа в лице блаженного Петра, главы Апостолов (apostolorum principe sive vertice), преемником которого является папа Римский. И поскольку она должна, превыше всего, защищать истину веры; вопросы, которые возникают относительно веры, должны быть решены ее судом».

 

Наконец, Флорентийский Собор определил: «Папа Римский является истинным наместником Христа, главой всей Церкви, отцом и учителем всех христиан; ему, в лице блаженного Петра, Господом нашим Иисусом Христом доверена полнота власти пасти, руководить и управлять всей Церковью».

 

Ради исполнения своих пастырских обязанностей наши предшественники трудились неустанно, распространяя спасительное учение Христа среди всех людей на земле, и с равной заботой стремились сохранить ее истинной и чистой там, где она была принята. Поэтому епископы всего мира, либо лично, либо собравшись в поместных Соборах, следуя давнему обычаю церквей и формам древнего права, сообщили Святейшему Престолу об отдельных опасностях для веры, которые появились, чтобы ущерб, нанесенный вере, бы возмещен там, где она не должна колебаться. Папы Римские, согласно требованиям времени и обстоятельств, то созывали Вселенские Соборы или пытались распознать мнение Церкви, распространенной по всей земле, то через отдельные синоды либо благодаря средствам, которые им давало Проведение, решали, что нужно утвердить то, что они с Божией помощью признали соответствующим Священному Писанию и Апостольскому Преданию.

 

Ибо Святой Дух был обещан преемникам Петра не для того, чтобы через Его Откровение они распространяли новое учение, но чтобы с Его помощью они свято хранили и верно излагали Откровение, переданное через Апостолов, то есть залог веры (depositum fidei). Их апостольское учение было получено всеми досточтимыми Отцами и почитаемо всеми святыми правоверными учителями. Они прекрасно знали, что Престол Петра оставался чистым от всех ошибок, согласно Божественному обетованию Господа нашего и Спасителя, данному главе Своих учеников: «Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя; и ты, некогда обратившись, утверди братьев твоих» (Лк 22, 32).

 

Эта непреходящая харизма истины и веры была дана Богом Петру и его преемникам на Престоле, чтобы они исполняли свою высокую обязанность ради спасения всех, чтобы вселенская паства Христа, отказавшись от отравленной пищи заблуждений, была накормлена пищей Небесного учения и, подавив все случаи схизмы, Церковь была бы сохранена полностью в единстве и, покоясь на своем основании, твердо противостояла вратам ада.

 

Но поскольку сейчас, когда требуется в самой большой мере действенность апостольского труда, нет недостатка в людях, которые оспаривали бы власть, мы считаем абсолютной необходимостью торжественно подтвердить прерогативу, которую Единородный Сын Божий придал пастырскому Верховному служению.

 

Поэтому, верно держась Предания, полученного со времен возникновения христианской веры, во славу Бога и Спасителя нашего, для прославления католической религии и спасения всего народа христианского, с одобрения Святого Собора, мы учим и определяем как догмат, открытый Богом:

 

Папа Римский, когда он говорит ex cathedra, то есть когда, исполняя свои обязанности учителя и пастыря всех христиан, определяет, в силу своей верховной апостольской власти, что некое учение по вопросам веры и нравственности должно быть принято Церковью, пользуется, с Божественной помощью, обещанной ему в лице блаженного Петра, той безошибочностью (infallibilitas), которой Божественный Искупитель благоволил наделить Свою Церковь, когда она определяет учение по вопросам веры и нравственности. Следовательно, эти определения папы Римского непреложны сами по себе ex sese, а не из-за согласия Церкви. (Канон): Если кто-либо, не дай Бог, поимеет дерзость противоречить нашему определению, да будет отлучен от сообщества верных» (См.: http://www.katolik.ru/dokumenty-vatikana/item/1337-pervyj-vatikanskij-sobor-.html).

4

«Свободное слово Карпатской Руси», № 209 – 210,1976 г.

5

Прот. Митрофан Зноско-Боровский, «Православие, римо-католичество, протестантизм и сектантство. Сравнительное богословие», иэд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, Московское отд. ВООПИиК, 1992 г.

6

«Три статья о панстве», изд. «Свободное слово Карпатской Руси», Нью-Йорк, 1968 г.

7

Приводится по журналу «Свободное слово Карпатской Руси» №№ 61–65, 1964 г.

8

Позднее хотя он согласился на видимое признание ватиканского догмата, но за большую цену: он погребшая введения у хорватов богослужения на их родном языке. И папы должны были уступить, согласившись на введение богослужения на славянском языке у хорватов и у католиков Барской епархии, в Черногории, лишь бы Штроссмайер не остался открытым противником папской непогрешимости.

9

Эта речь в русском переводе (в извлечении) напечатана в «Церковных Ведомостях» за 1905 г. – №№ 30 и 31, откуда и заимствованы приводимые из неё места. Там же (№ 30) сделана и характеристика деятельности и личности Штроссмайера.

10

Ультрамонтанами называют тех из римских католиков, которые признают законными и защищают все папские притязания на главенство в Церкви, наместничество Божие на земле в лице пап, непогрешимость, даже право их на светскую власть, равно принимают и все папские измышления в учении веры. Галликанство же не признает законности столь широких притязаний папства. Оно считает собор выше пап и доверяет собору власть судить пап, чего не допускают ультрамонтаны.

11

Глубоко прав римско-католический епископ. Не хорошо было бы говорить о позорных и преступных деяниях пап, если бы они не обязывали под угрозой анафемы признавать пап непогрешимыми наместниками Божиими и Христовыми на земле. Но если они столь богохульную ложь выдают за истину Божию, то эту ложь (доктрину) нужно изобличать, и изобличать наиболее верным путем – указанием исторической правды о папстве, что и делает Штроссмайер. Напрасно иные из ксендзов, как например называют печатные произведения, содержащие историческую правду о мнимых наместниках Христовых, «адскими произведениями», рвут их в хостелах и изрекают проклятия на читающих их. Проклятия такие ничтожны, никого не убеждают, да и устрашить могут разве только суеверных из р.-католиков. Обоготворение папизмом смертных людей пап, и при атом ещё каких: «корыстолюбивых, кровосмесителей, убийц, святокупцев» (выражение о папах Штроссмайера, – см.ниже) – вот это действительно «от лукавого» – это подражание язычникам, обоготворявших своих императоров, не исключая таких извергов, как Нерон.

12

Бароний, римский кардинал, пишет, что в течение 150 лет папский престол занимали «чудовища гнуснейшей жизни, распутнейшего нрава, вообще – сквернейцше люди во всех отношениях». Тоща папством вертели «бесстыднейшие, продажные, непотребные женщины, по воле которых издавались папские буллы»... См. об этом в книге «Правда о наместничестве и непогрешимости римских пап». Каменец-Подольск, 1905 г., 16 стр. В этой книге (на 17 стр.), между прочим, папа XI века Бенедикт, занявший престол 12-летним мальчиком, назван Бенедиктом XIX. Это неприятная опечатка, а не вымысел, как хотелось бы думать под предлогом, что пап – Бенедиктов было только 14. Нужно читать: Бенедикт IX. Правдивая история говорит об этом папе-мальчике следующее: «это был ребенок, богато одаренный порочными наклонностями, которые с годами все усиливались... Не было ни одного порока, ни одного преступления, не исключая убийства, которым не загрязнил бы себя этот папа. Наконец, он задумал неслыханное дело, о котором рассказывает, однако, почтенный епископ, один из ревностных защитников папства Бенедикт IX влюбился в свою кузину и решил вступить с ней в законный брак... Нужное разрешение на вступление в брак папа, в силу своей власти, дал сам и самому же себе (т.н. дисленсацию). Но отец невесты не хотел сделаться тестем папы и поставил условием свадьбы отречение жениха от своего сана. Бенедикт согласился, продал папство и сам посвятил покупателя в преемники св. Петра. Спустя несколько времени после свадьбы, бывший папа раскаялся в отречении от престола и снова предъявил притязания на него” ... Один из преемников пылкого папы, Дезидерий, был вполне убежден, что на кафедре святого Петра в образе Бенедикта IX восседал сам дьявол. Подозрение, конечно, не основательное, ибо... Бенедикт IX бесплатно причислил к лику святых одного благочестивого монаха из Трира». См. о сем у проф. М.С. Корелина. «Важнейшие моменты в истории средневекового папства»; Спб. 1901 г. 76 стр.

13

Об Иоанне ХII в кн. «Политическая история пап» П. Ланфрэ дает следующие данные: – Иоанн ХII, внук Мароции, человек запятнанный кровосмешением и прелюбодеяниями, посвящал священников в конюшне и призывал Венеру и Бахуса, как совершенный язычник, за что жестоко порицал его в одном письме Оттон I. Иоанн ХII умер, убитый молотком одним мужем (стр. 75–76).

14

Папа Лев Медичи (XVI в.) и все Евангелие Христово называл «доходной басней о Христе». При этом действительно все продавалось в Риме, – не индульгенции только, но и церковные должности (однажды сразу было продано за громадную сумму 39 кардинальских шапок), и священные сосуды, и облачения. Когда Лев X умер скоропостижно, то современники в насмешку говорили, что папа умер без причастия потому, что заранее продал все св. дары. Столь корыстолюбивых «непогрешимых» пап было, впрочем, много. Папа Иннокентий IV (ХШ в.), прямо грабивший церковь, уже на смертном одре, следовательно, с неподдельным бесстыдством, говорил огорченным родственникам: «О чем вы плачете? Разве не оставляю я вас всех богатыми? Чего же больше вам нужно?»

15

Архиепископ Аверкий «Св. Праведный отец Иоанн Кронштадтский и Римско-католический папизм”, приводится по кн.: Н. Воейков «Правда об униатстве», изд. Русского Свято-Пантелеимонова монастыря, Москва, 1992 г.

16

«Собрание писем блаженной памяти Оптинского старца иеросхимонаха Амвросия к мирским особам», Сергиев-Посад, 1908 г.

17

Приводится по кн. А. Григоренко «Уния в истории Украины-Руси”, Новосибирск, 1991 г.

18

Архиепископ Иоанн (Максимович). «Ревность не по разуму» (Рим. 10,2). Извращение латинянами в новоизмышленном догмате «Непорочного зачатия» истинного почитания Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии. В кн. «Православное почитание Божией Матери», Вальмуассон-С-Петербург, 1992 г.

19

Прот. Митрофан Зноско-Боровский, «Православие, римо-католичество, протестантизм и сектантство. Сравнительное богословие.» изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, Московское сгщ. ВООПИиК, 1992 г.

20

Б. Башилов, «История русского масонства», выл. 1,2; изд «Русло»-«Община», Москва 1992 г., стр. 19

21

Предлагаемый читателю материал составлен на основе следующих работ:

1. Прот. Митрофан Зносхо-Боровский, «Православие, римо-католичество, протестантизм и сектантство. Сравнительное богословие.» изд Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, Московское отд. ВООПИиК, 1992 г.

2. МА Стахович, «Фатимские явления Божией Матери – утешение России», Москва, 1992 г.

3. Антоний Венгер, «Рим и Москва, 1900–1950», в реферативном сб. «Папство в современном мире», Москва, 1989 г.

22

Диакон Герман Иванов-тринадцатый, «Ватикан и Россия», доклад, прочитанный на 24-м съезде Русской Православной Молодежи в год Тысячелетия Крещения Руси, изд. «Русский архив», Новосибирск, 1991 г.

23

А.Г. Михайлов, «Новомученики сербские», «Русский Вестник», N 5, 1993 г.

24

Предлагаемый материал приводится по статье А. Баркалова в «Свободном слове Карпатской Руси», N 209–210,1976 г.

25

Избранничество древнего еврейского народа состояло в том, чтобы, сохранив истинное Единобожие и находясь «под стражею закона» (Гал. 3,23) вместить пророков и дождаться Мессии, а затем понести Благую Весть о пришествии Мессии всем народам земли, что и совершили впоследствии Апостолы. Но отвергнув Мессию – Христа Спасителя, о котором свидетельствовали Моисей и пророки, еврейский народ завершил период своего богоизбранничества, которое перешло к избранному остатку (Рим. 11,5), т.е. к святым Апостолам и тем первохристианским общинам, которые стали основанием нового богоизбранного народа – Церкви Христовой, где уже «нет ни эллина, ни иудея». И если, согласно Апостолу, Церковь Христова есть «род избранный ...» народ святой, люди, взятые в удел» (1Пет. 2,9), то любые утверждения о продолжающейся, якобы, богоизбранности всего еврейского народа являются богословски не состоятельными (прим, составителя)

26

«Русский Вестник» N 6,1993 г.


Источник: Папство и его борьба с православием: [Сб. ст. / Сост. С. Носов]. – М.: Стрижев, 1993. – 96 с.

Комментарии для сайта Cackle