Призови имя Мое

Беседа 2 Беседа 3 Беседа 4

Беседа третья

Наставления о внутреннем делании и о молитве Иисусовой древних св. отцов Православной Церкви: свят. Василия Великого, преп. Макария Великого, свят. Иоанна Златоуста, преп. Ефрема Сирина, преп. Иоанна Лествичника, преп. Исихия Иерусалимского, преп. Филофея Синайского, препп. Варсонофия и Иоанна, преп. Исаака Сирина и преп. Серафима Саровского

Инок. Наши предыдущие беседы имели характер более или менее последовательного и систематического изложения учения Православной Церкви о том, что такое Иисусова молитва, каково ее значение в духовной жизни христианина, как нужно проходить ее, каковы условия ее благотворного действия в нас, какие трудности и неправильности могут быть при занятии этой молитвой и т. д.

Желая придать сказанному в предыдущих беседах более полное и всестороннее освещение, я хочу в дополнение к сказанному изложить в настоящей беседе учение об Иисусовой молитве и о молитве вообще некоторых св. отцов и подвижников Православной Церкви, писавших или учивших об умном делании.

Совокупность их наставлений даст более глубокое и всестороннее изображение умного делания, и, я полагаю, что это будет нам очень полезно и даст нам более правильное и более широкое и глубокое ознакомление с этим деланием.

Мы начнем с древнейших отцов Церкви и постепенно перейдем к ближайшим к нам по времени наставникам Иисусовой молитвы.

Что вы на это скажете, дорогой батюшка?

Иерей. Что же я могу сказать? Я только с величайшей благодарностью и интересом буду слушать все то, что вы мне предложите, так как ожидаю от этого нового для себя назидания и утешения.

Инок. Итак, благословясь, продолжим нашу беседу.

Преосвященный епископ Феофан, приступая к печатанию своего перевода святоотеческого Добротолюбия, предпосылает ему оценку значения и необходимости знакомства со святоотеческой письменностью не только для монашествующих, но и для мирян, дорожащих единством, цельностью и полнотой своего христианского мировоззрения и христианской жизни. Для предстоящего нам ознакомления со святоотеческой и подвижнической письменностью об Иисусовой молитве и о молитве вообще предисловие епископа Феофана к Добротолюбию является очень подходящим вступлением.

Вступление к Добротолюбию епископа Феофана

Сокровенная в Господе нашем Иисусе Христе истинно-христианская жизнь зачинается, раскрывается и к совершенству восходит, в своей для каждого мере, по благоволению Бога Отца, действием присущей в христианах благодати Пресвятого Духа, под водительством Самого Христа Господа, обетовавшего быть с нами во вся дни неотлучно.

Благодать Божия призывает всех к такой жизни; и для всех она не только возможна, но и обязательна, потому что в ней существо христианства. Причастниками же ее являются не все призванные, и действительные ее причастники не все причащаются ее в одинаковой мере. Избранники глубоко в нее входят и по степеням ее высоко восходят.

Проявления ее, равно как и богатства области, в которой она раскрывается, не менее обильны и разнообразны, чем явления обычной жизни. И если бы могло быть ясно понято и понятно изображено все, бывающее там: вражеские нападения и искушения, борьбы и одоления, падения и восстания, зарождения и укрепления разных проявлений духовной жизни, степени общего преуспеяния и свойственное каждой состояние ума и сердца, взаимодействие во всем свободы и благодати, ощущения близости и отдаления Божия, чувства промыслительного вседержительства и положения себя, – окончательное и безвозвратное, – в десницу Господню, с отложением всех своих способов действования, при непрестанном, напряженном действовании, – если бы все сие и многое другое, не разлучное с истинной в Господе жизнью, могло быть ясно и удобопонятно изображено; то представило бы картину, сколько привлекательную, столько же и поучительную, – картину, похожую на всемирное путешествие.

Путешественники пишут путевые заметки о всем, что находят достойным внимания на пути своем. Писали свои заметки и избранники Божии, в разных направлениях проследившие все тропы духовной жизни, писали обо всем, что встречали и испытывали в сем многотрудном шествовании своем. Но участь и назначение тех и других заметок не одинаковы.

Не имеющие возможности путешествовать могут, и не двигаясь с места, составить себе довольно приблизительные понятия и представления о чужих странах посредством чтения путевых заметок других путешественников, потому что формы жизни всех тварей больше или меньше походят одни на другие, в каких бы странах они ни проявлялись. Не то бывает в отношении к опытам духовной жизни. Понимать их могут только шествующие путем сей жизни. Для не вступавших на него – это совершенно неведомая наука; но и вступившие на него не всё вдруг понимать могут. Их понятия и представления уясняются по мере шествия и углубления в страну духа. По мере умножения собственных опытов духовной жизни становятся ясными и понятными указания опытов, замеченных святыми отцами в писаниях.

При всем том, однако же, изображение разных проявлений духовной жизни, заключающееся в святоотеческих писаниях, не есть дар напрасный и для всех вообще христиан. Оно дает всякому понять, что если он не испытал еще того, о чем говорится в сем описании, то значит, что установившийся для него образ жизни, несмотря на то, что с ним мирится его христианская совесть, не есть законченное совершенство, лучше которого нечего желать и выше которого некуда идти. Давая же это понять, оно не может не возбудить ревности к преуспеянию, не может не манить вперед, указывая там нечто лучшее, нежели чем обладает он.

Для тех, которые вступили на путь к лучшему и совершеннейшему, оно дает нужные указания в сомнительных и недоуменных случаях, когда нет личного опытного руководства и когда при самом руководстве встречаются неразрешимости, не позволяющие принимать окончательные решения, которые устраняли бы всякое колебание в шествующем. Очень важно бывает знать, как и куда ступить ногою в известном случае, чтобы не сделать ошибки. И вот, здесь какое-нибудь изречение отеческое разгоняет тьму, воссияв подобно лучу молнии среди ночи.

Вообще же это теплица духовная, в которую верующий, прочитывая указания о явлениях духовной жизни, входит сознанием и сердцем и, подлежа там ощутительным влияниям возбужденных созерцаний, чувствует, что он витает в сии минуты в иной некоей атмосфере, светоносной и живоносной. Это отрадные моменты, – и в продолжение их-то обычно зарождаются и зреют разные отпрыски на древе духовной жизни. И потому нет ничего дивного, что испытавший это, как только улучает свободную минуту, спешит к опытным описаниям духовной жизни, как любящий прибыль спешит к местам, прибыль обещающим, и любящий удовольствия – к местам утех. Он часто при этом желает подышать оживляющим и ободряющим воздухом духовным. И, однако же, это не есть праздное любопытство. Нет, это есть дело существенной необходимости для преуспеяния и благосостояния нашего духа.

Вот почему между истинными христианами всегда была и есть потребность иметь под руками святоотеческие писания о духовной жизни. Но сколько похвально чувство такой потребности, столько же обязательно удовлетворение ее от лица тех, которые имеют долг к тому и силы на то. Она и была всегда удовлетворяема как изданиями сих писаний в полном их составе, например: святых Макария, Исаака и Ефрема Сирина, Лествичника и других многих, так не менее того и сборниками из них. К числу таких сборников принадлежит и известное всем Добротолюбие, как наилучшее из них.

Еп. Феофан

* * *

Последуя призыву преосвященного Феофана, мы и вступаем в страну духовной жизни, описанию которой посвящены страницы книг, оставленных нам св. отцами и подвижниками Православной Церкви.

Начинаем со святителя Василия Великого 20.

«Благословлю Господа на всякое время, выну хвала Его во устех моих» (Пс. 33, 2), – невозможно то, что говорит пророк, ибо как может хвала Божия всегда быть во устах человека? Когда человек ведет свои обычные человеческие разговоры, в его устах нет хвалы Богу; когда спит, молчит, конечно; когда ест и пьет, могут ли его уста произносить хвалу? Отвечаем на это – есть духовные уста внутреннейшего человека, которыми он воспринимает животворное слово Божие, как хлеб, сшедый с небеси. Об этих устах говорит пророк: «уста моя отверзох и привлекох Дух»; эти уста и Господь призывает нас иметь открытыми к приятию истинной пищи: «расшири, – говорит, – уста твоя, и исполню я». Ибо может однажды возникшая и напечатленная в разуме души мысль о Боге именоваться хвалой, всегда от Бога бываемой в душе; может, и по апостолу, заботливый все творить во славу Божию. Так как всякое дело, и всякое слово, и всякое движение умное имеет силу хвалы. И потому, ест ли праведник, или пьет, или что-нибудь другое делает, все это он делает во славу Божию: у него и во сне сердце бдит.

Свят. Василий Великий

Как достигнуть нерассеянности в молитве? Несомненно убедившись, что Бог пред очами… молящийся с таким убеждением будет иметь ум, не уклоняющийся от Испытующего сердца и утробы, исполняя написанное: «воздеюще преподобныя руки без гнева и размышления» (1 Тим. 2, 8).

Свят. Василий Великий

Можно ли достигнуть нерассеянности во всем и во всякое время, – и как сего достигнуть? Что сие возможно, показал тот, кто сказал: «очи мои выну» (всегда) «ко Господу» (Пс. 24, 15), и: «предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс. 15, 8). А как сие возможно о том сказано выше, а именно: для сего не должно давать душе времени быть праздной от помышления о Боге и о Божиих делах и дарах, также от исповедания и благодарения за все.

Свят. Василий Великий

Молитву должно всему предпочитать. Марфа принимает (заботится угостить) Господа, а при ногах Его сидит Мария. В обеих сестрах видно прекрасное усердие; но ты различай дело. Господь одобрил усердие обеих женщин, но Марию предпочел Марфе. Марфа – образ деятельного служения другим; Мария – образ созерцательного предстояния Богу в молитве. Подражай чему хочешь: тем и другим приобретешь плод спасения; впрочем, последнее выше первого. «Мария благую часть избра» (Лк. 10, 42). Если и ты хочешь быть таинником Христовым, – сядь при ногах Его и пребывай в молитвенном созерцании Его.

Свят. Василий Великий

Если будешь осуждаем совестью своей, как презритель заповедей Божиих, и если будешь стоять на молитве рассеянно, когда бы мог стоять и нерассеянно, то не дерзай стоять пред Богом, чтобы молитва твоя не обратилась в грех. Если же ты стараешься, но не успеваешь молиться без развлечения, то принуждай себя, сколько станет сил, и продолжай стоять пред Богом, к Нему обращая ум и собирая его в себя самого, и Бог простит тебе: потому что не из пренебрежения, но по немощи не имел ты сил стоять пред Богом, как должно.

Свят. Василий Великий

Надобно «всяким хранением блюсти свое сердце» (Притч. 4, 23), чтобы никак не терять мысли о Боге и памятования о чудесах Его не осквернять представлениями суетного, но святую мысль о Боге, постоянным и чистым памятованием напечатленную в душах наших, всюду носить с собою, как неизгладимую печать. Ибо таким образом приобретается нами любовь к Богу, которая и возбуждает к исполнению заповедей Господних, и вместе опять сама ими соблюдается, делаясь непрерывной и непоколебимой.

Свят. Василий Великий

Откуда рассеянность и помыслы? И как их приводить в порядок? Рассеянность происходит от праздности ума, не занимающегося необходимым. А ум остается в праздности и беспечности от неверия в присутствие Бога, испытующего сердца и утробы. Ибо если кто поверит сему, то, без сомнения, сделает сказанное: «Предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся »(Пс. 15, 8). А кто достиг сего и подобного сему, тот никогда не осмелится и не будет иметь досуга помыслить что-либо, не клонящееся к созиданию веры, хотя бы и казалось это хорошим, а не только что-нибудь запрещенное и неугодное Богу.

Свят. Василий Великий

* * *

От Василия Великого переходим к преподобному Макарию Великому21.

Нет иной такой близости и взаимности, какая есть у души с Богом и у Бога с душою. Бог сотворил разные твари; сотворил небо и землю, солнце, луну, воды, древа плодоносные, всякие роды животных. Но ни в одной из сих тварей не почивает Господь. Всякая тварь во власти Его; однако же не утвердил Он в них престола, не установил с ними общения; благоволил же о едином человеке, с ним вступив в общение. Видишь ли в этом сродство Бога с человеком и человека с Богом?

Преп. Макарий Великий

Душа смысленная и благоразумная, обошедши все создания, нигде не находит себе упокоения, как только в Едином Господе. И Господь ни к кому не благоволит, как только к единому человеку.

Преп. Макарий Великий

Удобоизменяема человеческая природа, наклонна то к худому, то, наоборот, к прекрасному, и вследствие того и другого имеет способность соизволять, на какие захочет дела. Поэтому природа наша удобоприемлема и для добра, и для зла; и для Божией благодати, и для сопротивной силы. Но она не может быть приневоливаема.

Преп. Макарий Великий

Вошедший в душу человека грех овладел пажитями души до глубочайших ее тайников, обратился в привычку и предубеждение, с младенчества в каждом возрастает, воспитывается и учит его худому.

Преп. Макарий Великий

Видимый мир, от царей и до нищих, весь в смятении, в нестроении, в борьбе, и никто из них не знает тому причины… Прившедший грех, как разумная некая сила и сущность сатаны, посеял всякое зло: он тайно действует на внутреннего человека и на ум и борется с ним помыслами; люди же не знают, что делают сие побуждаемые чуждой некоей силой; напротив того, думают, что это естественно и что делают сие по собственному своему рассуждению. Но в самом уме имеющие мир Христов и озарение Христово знают, откуда воздвигается все это.

Преп. Макарий Великий

Осталась в человеке свобода, которую Бог дал ему вначале. Как совершенный не привязан к добру какой-либо необходимостью, так не привязан и ко злу погрязший в грехе и делающий себя сосудом диавола.

Преп. Макарий Великий

Ты свободен; и если хочешь погибнуть, то природа твоя удобоизменяема. Кто хочет, тот и покорствует Богу, и идет путем правды, и владеет пожеланиями, потому что ум сей есть противоборник и твердым помыслом может препобедить порочные стремления и гнусные пожелания.

Преп. Макарий Великий

Но те, которые, надмеваясь, думают собственной своей свободой устранить от себя поводы ко греху употребляют напрасные усилия. Свобода, возможная для человека, простирается на то, чтобы противиться диаволу, а не на то, чтобы при сей возможности непременно иметь и власть над страстями.

Преп. Макарий Великий

В нас действует зло со всей силой и ощутительностью, внушая все нечистые пожелания, однако же срастворено с нами не так, как иные говорят сие о смешении вина с водою, но как на одном поле растут и пшеница сама по себе, и плевелы сами по себе, или как в одном доме находятся особо разбойник и особо владетель дома.

Преп. Макарий Великий

Источник изливает чистую воду; но на дне его лежит тина. Если возмутит кто тину, – весь источник делается мутным. Так и душа, когда бывает возмущена, срастворяется с пороком. И сатана чем-то одним делается с душою; оба духа во время блуда или убийства составляют что-то одно… В иное же время самостоятельная душа действует сама по себе и раскаивается в своих поступках, плачет, молится и приводит себе на память Бога.

Преп. Макарий Великий

Душу, вначале уязвленную неисцельной язвой вредоносных страстей, никто не мог исцелить, пока не пришел Спаситель, истинный Врач, туне врачующий и Себя дающий в искупительную цену за род человеческий. Он один совершил великое и спасительное искупление и уврачевание души; Он освободил ее от рабства и извел ее из тьмы.

Преп. Макарий Великий

Господь наш Иисус Христос для того и пришел, чтобы изменить, преобразить и обновить естество, и эту душу, вследствие преступления низложенную страстями, создать вновь, растворив ее Божественным Духом. Он пришел верующих в Него соделать новым умом, новой душой, новыми очами, новым слухом, новым языком духовным, одним словом – новыми людьми.

Преп. Макарий Великий

Господь непрестанно ударяет в двери сердец наших, чтобы отверзли мы Ему и Он вошел и почил в душах наших, и сотворил обитель у нас. Ибо говорит: «Се, стою при дверех и толку: аще кто услышит глас Мой, и отверзет двери, вниду к нему» (Откр. 3, 20). Для того Он благоволил много пострадать, предав тело Свое на смерть и искупив нас от рабства, чтобы, пришедши к душе нашей, сотворить в ней обитель.

Преп. Макарий Великий

Пища, и питие, и одежда, и покров, и упокоение Его в душах наших. Посему непрестанно ударяет в дверь, желая войти к нам. Приимем же Его и введем внутрь себя; потому что и для нас Он есть и пища, и питие, и жизнь вечная. И всякая душа, которая не прияла Его в себя и не успокоила Его в себе ныне, или лучше сказать, сама не успокоилась в Нем, не имеет наследия со святыми в Царстве Небесном и не может войти в небесный град. Ты Сам, Господи Иисусе Христе, введи нас в оный!

Преп. Макарий Великий

* * *

Человек по природе имеет предначинание, и его-то взыскует Бог. И поэтому повелевает, чтобы человек сперва понял, поняв, возлюбил и предначал волею. А чтобы мысль привести в действие, или перенести труд, или совершить дело – сие благодать Господня дает возжелавшему и уверовавшему. Посему воля человеческая есть как бы существенное условие. Если нет воли, – Сам Бог ничего не делает, хотя и может по свободе Своей. Посему совершение дела Духом Святым зависит от воли человека. Опять, если даем мы полную свою волю, то нам все дело приписывает чудный во всем и совершенно недомыслимый Бог.

Преп. Макарий Великий

Как пчела тайно выделывает сот в улье, так и благодать тайно производит в сердцах любовь свою и горечь превращает в сладость, а жестокосердие – в мягкосердие.

Преп. Макарий Великий

Человек не тотчас, как услышит Божие слово, делается уже достойным благой части. Утверждая противное, отнимаешь у человека волю и отрицаешь бытие сопротивной силы, противоборствующей уму. Мы же говорим, что слушающий слово приходит в сокрушение и потом начинает он упражняться и поучаться в брани, борется и подвизается против сатаны; и после долгого состязания и борения одерживает победу и делается христианином.

Преп. Макарий Великий

Бессмертная душа есть драгоценный некий сосуд. Смотри, как велико небо и земля, и не о них благоволил Бог, а только о тебе. Воззри на свое благородство и достоинство, потому что не Ангелов послал, но Сам Господь пришел ходатаем за тебя, чтобы воззвать погибшего, изъязвленного, возвратить тебе первоначальный образ чистого Адама. Сам Бог пришел вступиться за тебя и избавить тебя от смерти. Стань же твердо и представь себе, какое о тебе промышление.

Преп. Макарий Великий

Как в теле жизнь не от него самого, но от того, что вне его, то есть от земли, и без существующего вне его невозможно ему жить: так, если душа еще ныне не возродится в оную землю живых и не будет там духовно питаться и духовно возрастать, преспевая пред Господом, и не облечет ее Божество в неизреченные ризы небесной лепоты, то без оной пищи невозможно ей самой собою жить в услаждении и упокоении. Ибо Естество Божие имеет хлеб жизни, – Того, Кто сказал: «Аз есмь хлеб животный» (Ин. 6, 35), «и воду живу» (Ин. 4, 10), и «вино, веселящее сердце человека» (Пс. 103, 15), и «елей радости» (Пс. 44, 8), и многообразную пищу Небесного Духа, и светоносные небесные одежды, даруемые Богом. В этом и состоит небесная жизнь души. Горе телу, когда оно останавливается на своей природе, потому что разрушается и умирает. Горе и душе, если она останавливается на своей только природе, не имеет общежития с Божественным Духом; потому что умирает, не сподобившись вечной Божественной жизни. Как отчаиваются в больных, когда тело их не может уже принимать пищи, и плачут о них все близкие, друзья, родные и любимые ими; так Бог и святые Ангелы достойными слез признают те души, которые не вкушают небесной пищи Духа и не живут в нетлении.

Преп. Макарий Великий

Случается, что сатана ведет разговор с тобою в сердце: «Смотри, сколько худого сделал ты; смотри, какого неистовства исполнена душа твоя; столько обременен ты грехами, что не можешь уже спастись». Сие же делает, чтобы ввергнуть тебя в отчаяние, потому что неприятно ему покаяние твое. Ибо, как скоро через преступление вошел грех, – ежечасно беседует он с душою, как человек с человеком. Отвечай ему и ты: «Имею в Писании Господнем свидетельство: «не смерти хочу грешника, но покаяния, чтобы обратился он от пути лукавого и был жив» (ср.: Иез. 33, 11). Ибо для того снизшел Он, чтобы спасти грешных, воскресить мертвых, оживотворить умерщвленных, просветить находящихся во тьме».

Преп. Макарий Великий

Представь себе стан персидский и стан римский; и вот вышли из них два окрыленные мужеством и равносильные юноши и ведут борьбу. Так сопротивная сила и ум равномощны между собою и равную имеют силу: сатана преклонять и лестью вовлекать душу в волю свою; душа прекословить и ни в чем не повиноваться ему; потому что обе силы могут только побуждать, а не принуждать к злу и добру.

Преп. Макарий Великий

Такое произволение имеет от Бога помощь, и оно может борьбой приобрести оружие с неба и им победить и искоренить грех; потому что душа может противиться греху, но не может без Бога победить или искоренить зло.

Преп. Макарий Великий

Те, которые говорят, что грех подобен сильному исполину, душа же подобна отроку, говорят худо. Ибо, если бы таково было несходство и грех уподоблялся исполину, а душа – отроку, то несправедлив был бы Законоположник, Который дал человеку закон – вести брань с сатаною.

Преп. Макарий Великий

Очень немного таких, которые с добрым началом соединили добрый конец, непреткновенно дошли до цели, имеют единую любовь к Единому Богу и от всего отрешились. Многие приходят в умиление, многие делаются причастниками небесной благодати, уязвляются небесной любовью; но, не выдержав встретившихся на пути различных борений, подвигов, трудов и искушений от лукавого, поскольку у каждого есть желание любить что-либо в мире сем и не вовсе отрешаться от любви своей, возвратившись к разнообразным и различным мирским пожеланиям, по слабости и недеятельности, или по боязливости собственной своей воли, или по любви к чему-либо земному, остались в мире и погрязли в глубине его.

Преп. Макарий Великий

Для земной и плотской любви, которой человек связывает себя по собственной воле, уловляет его грех, делается для человека оковами, узами, тяжким бременем, которое потопляет и подавляет его в веке лукавом, не давая ему собраться с силами и возвратиться к Богу.

Преп. Макарий Великий

Этим испытывается весь род человеческий, испытываются все христиане, живущие в городах, или в горах, или в обителях, или в полях, или в местах пустынных; потому что человек, уловляемый собственной своей волей, начинает любить что-нибудь; любовь его связывается чем-нибудь и не всецело уже устремлена к Богу.

Преп. Макарий Великий

Иной возлюбил имения, а иной золото и серебро; иной же – многоученую мирскую мудрость для славы человеческой; иной возлюбил начальство; иной – славу; иной любит безвременные собрания; иной весь день проводит в рассеянии и удовольствиях; иной обольщается праздными помыслами; иной для человеческой славы любит быть как бы законоучителем; иной услаждается недеятельностью и нерадением; другой привязан к одеждам; иной предается земным попечениям; иной любит сон, или шутки, или сквернословие. Чем привязан кто к миру, малым ли или великим, то и удерживает его и не позволяет ему собраться с силами.

Преп. Макарий Великий

С какой страстью человек не борется мужественно, ту любит он, и она обладает им, и обременяет его, и делается для него оковами и препятствием уму его обратиться к Богу, благоугодить Ему и, послужив Ему Единому, соделаться благопотребным для Царствия и улучить вечную жизнь.

Преп. Макарий Великий

Душа, действительно стремящаяся ко Господу, вся и всецело к Нему простирает любовь свою и, сколько есть сил, к Нему Единому привязывается своим произволением, и в этом приобретает помощь благодати, отрицается сама себя и не следует хотениям ума своего; потому что ум наш, по причине неотлучного с нами и обольщающего нас зла, – ходит лукаво. Таким образом, как скоро душа возлюбила Господа, исхищается из сетей собственной своей верой и великой рачительностью, а вместе и помощью свыше сподобляется вечного Царства, и, действительно возлюбив оное, по собственной своей воле и при помощи Господней не лишится уже вечной жизни.

Преп. Макарий Великий

* * *

Когда мы изучаем Писания, или читаем о каком-нибудь праведнике, как благоугодил он Богу, как стал другом и собеседником Божиим, или о всех отцах, как соделались они друзьями и наследниками Божиими, сколько претерпели скорбей, сколько страдали ради Бога, сколько совершали доблестных дел и подвигов; тогда ублажаем их и хотим сподобиться равных с ними даров и достоинств, охотно желаем получить такие же славные дарования, только отложив при этом в сторону их труды, подвиги, скорби и страдания; и стяжать те почести и достоинства, которые приняли они от Бога.

Преп. Макарий Великий

Дарований и наград желаем усердно, а их изнурений, трудов и подвигов на себя не приемлем. Но сказываю тебе, что всего этого желает и вожделевает всякий человек: и блудники, и мытари, и несправедливые люди хотели бы получить Царствие так легко, – без трудов и подвигов.

Преп. Макарий Великий

Искушения, многие испытания, скорби, борения и пролития пота для того и посылаются, чтобы явными соделались те, которые действительно от всего произволения и всеми силами даже до смерти любили Единого Господа и при такой любви к Нему не имели уже ничего иного для себя вожделенного. Посему-то, по правде, входят они в Небесное Царство, отрекшись от себя самих, по Господнему слову, и паче дыхания своего возлюбив Единого Господа; почему за высокую любовь свою и будут вознаграждены высокими небесными дарами.

Преп. Макарий Великий

Кто приходит к Богу и действительно желает быть последователем Христовым, тот должен приходить с той целью, чтобы перемениться, показать себя лучшим и новым человеком, не удержавшим в себе ничего из свойственного ветхому человеку. Ибо сказано: «аще кто во Христе, нова тварь» (2 Кор. 5, 17).

Преп. Макарий Великий

Приступающему ко Господу надлежит принуждать себя ко всякому добру: принуждать себя к любви, если кто не имеет любви; принуждать себя к кротости, если не имеет кротости; принуждать себя к тому, чтобы милосердым быть и иметь милостивое сердце; принуждать себя к тому, чтобы терпеть пренебрежение, и когда пренебрегают, – быть великодушным, когда унижают или бесчестят, – не приходить в негодование, по сказанному: «не себе отмщающе, возлюбленнии» (Рим. 12, 19); надлежит принуждать себя к молитве, если не имеет кто духовной молитвы. В таком случае Бог, видя, что человек столько подвизается и против воли сердца с усилием обуздывает себя, даст ему истинную духовную молитву, даст истинную любовь, истинную кротость, «утробы щедрот, »истинную доброту, и одним словом, исполнит его духовного плода.

Преп. Макарий Великий

Некоторые говорят, что Господь требует от людей одних явных плодов, а тайное совершает Сам Бог. Но не так бывает на деле; напротив того, сколько ограждает кто себя по внешнему человеку, столько же он должен бороться и вести брань с помыслами; потому что Господь требует от тебя, чтобы сам на себя был ты гневен, вел брань с умом своим, не соглашался на порочные помыслы и не услаждался ими.

Преп. Макарий Великий

Душа должна сопротивляться, противоборствовать и отражать. Произволение твое, противоборствуя, пребывая в труде и скорби, начинает, наконец, одерживать верх; оно и падает, и восстает; грех снова низлагает его; в десяти и в двадцати борениях побеждает и низлагает душу; но и душа со временем в одном чем-нибудь побеждает грех. И опять, если душа стоит твердо и ни в чем не ослабевает, то начинает брать преимущество, решать дело и одерживать над грехом победы. Так-то люди преодолевают и делаются его победителями.

Преп. Макарий Великий

Открывается какая-то сокровенная и тонкая сила тьмы, пребывающая в сердце. И Господь бывает близ души и тела твоего, и, смотря на борьбу твою, влагает в тебя сокровенные небесные помыслы, и втайне начинает упокоевать тебя. Но пока оставляет еще тебя под обучением, и в самых скорбях промышляет о тебе благодать. И когда придешь в упокоение, благодать даст тебе познать Себя и покажет тебе, что для твоей же пользы попускала быть тебе в борении. Как сыну богатого человека, у которого есть пестун, пока наставник наказывает его, и учение, и раны, и удары кажутся тяжкими, и это бывает пока не сделается мужем, и тогда начинает уже благодарить пестуна; так и благодать промыслительно обучает, пока не придешь в совершенного мужа.

Преп. Макарий Великий

Самое главное оружие для борца и подвижника состоит в том, чтобы, войдя в сердце, сотворил он брань с сатаною, возненавидел себя самого, отрекся от души своей, гневался на нее, укорял ее, противился привычным своим пожеланиям, препирался с помыслами, боролся с самим собою.

Преп. Макарий Великий

Истинное основание молитвы таково – быть внимательным к помыслам и совершать молитву в великом безмолвии и мире. Человеку молящемуся надобно все усилие свое обращать на помыслы, и что служит пищей лукавым помыслам, то отсекать, а устремляться мыслью к Богу и хотения помыслов не исполнять, но кружащиеся помыслы собирать отовсюду воедино, различая естественные помыслы от лукавых.

Преп. Макарий Великий

Душа под грехом уподобляется как бы большому лесу на горе, или тростнику на реке, или какой-нибудь чаще терний и дерев; посему намеревающиеся проходить сим местом должны протягивать вперед руки и с усилием и с трудом раздвигать перед собою ветви. Так и душу окружает целый лес помыслов, внушаемых сопротивной силой; почему потребны великая рачительность и внимательность ума, чтобы человеку отличать чуждые помыслы, внушаемые сопротивной силой. Внимательные к помыслам весь подвиг в молитвах совершают внутренне. Таковые своим разумением и рассудительностью могут преуспевать, отражать восстающие помыслы и ходить в воле Господней.

Преп. Макарий Великий

Душа, подражай Марии, подражай, не имея в виду ничего иного, а взирая только на Того, Кто сказал: «огня приидох воврещи на землю, и что хощу, аще уже возгореся »(Лк. 12, 49) Ибо возгорение духа оживотворяет сердца. Невещественный и Божественный огнь освящает души и искушает их, как неподдельное золото в горниле, а порок попаляет, как терния и солому; потому что «Бог наш огнь поядаяй есть» (Евр. 12, 29). Действенности сего огня взыскуя, блаженный Давид сказал: «искуси мя, Господи, и испытай мя, разжзи утробы моя и сердце мое» (Пс. 25, 2).

Преп. Макарий Великий

Сей огнь согревал сердце Клеопы и спутника его, когда говорил с ними Спаситель по воскресении. И Ангелы и служебные духи причащаются светлости сего огня, по сказанному: «творяй Ангелы Своя духи, и слуги Своя огнь палящ» (Евр. 1, 7). Сей огнь, сожигая сучец во внутреннем оке, делает чистым ум, чтобы, возвратив себе естественную прозорливость, непрестанно видел он чудеса Божии, подобно тому, кто говорит: «Открый очи мои, и уразумею чудеса от закона Твоего» (Пс. 118, 18). Поэтому огнь сей прогоняет бесов и истребляет грех.

Преп. Макарий Великий

Господь знает немощь человеческую, что человек скоро превозносится; поэтому останавливает его и попускает ему быть в непрестанном упражнении и волнении. Ибо если когда и малое приемлешь, для всех делаешься несносным и надмеваешься, то кольми паче сделаешься нестерпимым, если дадут тебе в один раз насытиться. Но Бог, зная твою немощь, по смотрению Своему посылает тебе скорби, чтобы стал ты смиренным и ревностнее взыскал Бога.

Преп. Макарий Великий

Благоискусные пред Богом сами себя признают весьма малыми и крайне неблагоискусными, и для них стало естественным и непременным делом почитать себя низкими или даже ничем. Ужели таковые не знают, что им вручено, чего не имели, и приобрели нечто необычайное для естества своего? Когда говорят, что не признают они себя благоискусными и преуспевшими, не знают, что прибрели, чего не имели. Нисходящая же на таковых благодать сама учит их, чтобы и преуспевая, не почитали души своей драгоценной, естественно же признавали себя ничего не стоящими. И будучи драгоценными пред Богом, не таковы они сами для себя; при своем преуспеянии и ведении Бога признают себя как бы ничего не знающими, и богатые пред Богом сами для себя кажутся бедными.

Преп. Макарий Великий

Посему христиане должны употреблять все старание вовсе никого не осуждать: ни явную блудницу, ни грешников, или людей бесчинных, взирать же на всех с простодушным произволением, чистым оком, чтобы обратилось человеку как бы в нечто естественное и непременное, никого не уничижать, не осуждать, никем не гнушаться и не делать различия между людьми.

Преп. Макарий Великий

Человек может ли пасть, имея благодатное дарование? Если вознерадит, то падает; потому что враги никогда не остаются в бездействии и ведут брань, не предаваясь лености. Кольми паче не должен ты прекращать искания своего пред Богом. Ибо много бывает тебе вреда, если предаешься нерадению, хотя бы по-видимому испытан ты был в самом таинстве благодати.

Преп. Макарий Великий

Как плывущие морем купцы, хотя идут при попутном ветре и тихом море, но пока не войдут в пристань, находятся всегда под страхом, что вдруг восстанет противный ветер, взволнуется море и корабль подвергнется опасности; так и христиане, хотя и ощущают в себе, что дышит благоприятный ветер Святого Духа, однако же находятся еще под страхом, чтобы не нашел и не подул ветер сопротивной силы и не воздвиг в душах их какого мятежа и волнения. Посему потребна великая рачительность, чтобы войти в пристань упокоения, в совершенный мир, в вечную жизнь и вечное наслаждение, во град святых – «в Небесный Иерусалим, в Церковь первородных» (ср.: Евр. 12, 23). А кто не прошел еще оных степеней, для того много причин к страху, чтобы лукавая сила во время сего прохождения не устроила ему какого-либо падения.

Преп. Макарий Великий

Нет человека, на которого враг перестал бы нападать. Сатана немилосерд и человеконенавистен, поэтому не ленится нападать на всякого человека; но, по-видимому, не на всех наступает он с одинаковым усилием. Иные терпят сильную брань и терзания от греха, но укрепляются во бранях, пренебрегая сопротивной силой, и избегают опасности, потому что непоколебимы и уверены в своем спасении, так как часто упражнялись и прибрели опытность во брани с злобою, и Сам Бог с ними; Богом путеводятся они и упокоеваются. Иные же, не упражнявшись еще, если в одну только впадут скорбь и воздвигнется на них брань, тотчас ввергаются в беду и гибель.

Преп. Макарий Великий

Сказано: «Вкусите и видите, яко благ Господь» (Пс. 33, 9); вкушение же сие есть несомненно действенная сила Духа, совершающая служение в сердце. Ибо те, которые суть сыны Света и служители Нового Завета в Духе Святом, ничему не научаются у людей, как научаемые Богом. Сама благодать пишет на сердцах их законы Духа.

Посему не в Писаниях только, начертанных чернилами, должны они находить для себя удостоверение, но и на скрижалях сердца благодать Божия пишет законы Духа и небесные тайны…

Преп. Макарий Великий

Когда же благодать овладеет пажитями сердца, тогда царствует она над всеми членами и помыслами: ибо там ум, и все помыслы, и чаяние души. Почему благодать и проникает во все члены тела.

Преп. Макарий Великий

Хотя благодать непрестанно сопребывает, укореняется и действует, как закваска, в человеке с юного возраста, и сие сопребывающее в человеке делается чем-то как бы естественным и неотделимым, как бы единой с ним сущностью; однако же, как ей угодно, различно видоизменяет она свои действия в человеке к его пользе. Иногда огнь сей возгорается и воспламеняется сильнее, а иногда как бы слабее и тише; в иные времена свет сей возжигается и сияет более, иногда же умаляется и меркнет; и светильник сей, всегда горя и светя, иногда делается яснее, более возгорается от упоения Божией любовью, а в другое время издает сияние свое бережливо, и соприсущий в человеке свет бывает слабее.

Преп. Макарий Великий

* * *

Далее приводим наставления о молитве святителя Иоанна Златоуста.

Умоляю вас, братие, никогда не оставлять правила молитв или понебречь им; ибо я слышал некогда отцов, которые говорили: какой это монах, если он небрежет о правиле или попирает его? Но он должен, ест ли или пьет, сидит дома или путешествует, или другое что делает, непрестанно взывать: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя!» – чтобы это поминание имени Господа нашего Иисуса Христа вооружало на брань против врага. Поминанием сим душа, нудящая себя на то, может разыскать в себе все, и худое и доброе: прежде имеет она увидеть внутри, в сердце своем, худое, а потом и доброе. Поминание имени сего приведет в движение змия, и поминание сие смирит его. Поминание сие может обличить живущий в нас грех, и поминание сие может потребить его. Поминание может подвигнуть всю силу вражию в сердце, и поминание сие может победить и искоренить ее мало-помалу; имя Господа Иисуса Христа, сходя в глубину сердца, смирит змия, держащего пажити ее, душу же спасет и оживотворит.

Свят. Иоанн Златоуст

Непрестанно пребудь с именем Господа Иисуса, да поглотит сердце Господа, и Господь сердце, и будут два во едино. Впрочем, дело сие не есть дело одного дня или двух, но многих лет и долгого времени: ибо великий требуется подвиг и многолетний, да извергнется враг и вселится Христос.

Свят. Иоанн Златоуст

Нужно запереться в себе, и править умом, и обуздывать его, и всякий помысл и всякое действо лукавого казнить призыванием Господа нашего Иисуса Христа.

Свят. Иоанн Златоуст

Где стоит тело, там да будет и ум, чтобы между Богом и сердцем ничего другого не находилось, что служило бы средостением, или перегородкой, затеняющей сердце и отдаляющей ум от Бога. Если же иной раз что-нибудь похитит ум, не надо замедлять в помыслах, чтобы сосложение с помыслами не вменилось в дело греховное в день Суда пред лицом Господа, когда судить будет Бог тайная человеков. Упраздняйтесь всегда и пребывайте с Господом Богом, пока Он ущедрит нас. И ничего другого не ищите у Господа Славы, кроме одной себе милости; ища же милости, ищите ее с сердцем смиренным и умиленным, и с утра до вечера вопийте, а если можно, то и всю ночь: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя» – и понуждайте ум свой на это дело до самой смерти. Потому что великого понуждения требует дело сие, так как «узки врата и тесен путь, вводящий в живот, »и одни нудящие себя входят в него, ибо таких «нудящих себя есть Царствие Небесное» (ср.: Мф. 7, 14; 11, 12). Умоляю вас, не отдаляйте сердец ваших от Бога, но внимайте им и храните их всегдашним памятованием Господа нашего Иисуса Христа, пока не укоренится имя Господа внутрь сердца вашего, и оно ни о чем уже другом не станет помышлять, как только о том, да возвеличится Христос в вас.

Свят. Иоанн Златоуст

* * *

«Из глубины воззвах к Тебе, Господи» (Пс. 129, 1). Что значит из глубины? Не просто устами, не просто языком: ибо слова могут изливаться и без мысли, но из глубины сердца, с великим усердием и ревностью, из самых оснований души. Такие молитвы имеют великую силу и крепость, не рассеиваются и не колеблются, хотя бы диавол нападал с великой дерзостью. Как дерево крепкое, глубоко пустившее корни в землю и охватившее самые недра ее, противостоит сильному порыву ветра, а дерево, держащееся на поверхности, падает при малом дуновении ветра, вырывается с корнем и падает наземь, так точно и молитвы, исходящие из недр души и имеющие корень в глубине ее, пребывают крепкими и неослабными и не колеблются, хотя бы приступали бесчисленные помыслы и все полчище диавола; а молитвы, исходящие только из уст и с языка, а не исходящие из глубины души, не могут даже взойти к Богу, по безучастии в них сердца. Кто так молится, у того уста издают звук, а сердце пусто и ум празден.

Свят. Иоанн Златоуст

«Егда молишися, вниди в клеть твою» (Мф 6, 6). Но прежде еще затворения двери клети твоей Господь хочет, чтобы ты заключил двери ума твоего и сердца. Когда приступаешь к молитве, тогда все оставь и к Тому Единому взирай, Кто власть имеет даровать тебе просимое тобою. Если же, Его оставишь, будешь всюду блуждать и кружиться умом, то отойдешь с пустыми руками. Если так у тебя будет, то хоть в клеть войдешь и дверь заключишь, никакой от этого не будет тебе пользы. Не будем ограничивать молитву свою положением тела, но паче будем воссылать ее из горящего сердца, со всякой тихостью, сокрушением умиленным и слезами. Но ты болишь душою и не можешь не взывать? – Но скорбящему-то наипаче и свойственно так молиться, как я сказал. И Моисей скорбел душою, но молился сим образом и был услышан; почему и сказал ему Господь: «что вопиеши ко Мне? »И Анна опять, при неслышности голоса, испросила, чего хотела, потому что сердце ее вопияло. Стенай и ты, как они, – не воспрещаю. Делай, как повелел пророк: «раздери сердце твое, а не одежду» (ср.: Иоил. 2, 13). Из глубины души призывай Бога, подражая пророку Давиду, который говорит: «Из глубины воззвах к Тебе, Господи!» (Пс. 129, 1). Из глубины сердца возводи глас, держа молитву свою сокровенной. Ты стоишь в хоре Ангелов, общник Архангелам и поешь с Серафимами. Но все сии сонмы великое соблюдают благочиние Богу, Царю всяческих, с трепетом воссылая свои сокровенные гимны. К ним сопричисли себя, молясь, и их таинственному соревнуй благообразию. Не человекам молишься, но Богу, всюду Сущему, прежде взывания твоего слышащему и тайны сердца твоего ведущему. Поскольку Сам Он невидим, то хочет, чтобы такова же была и молитва твоя.

Свят. Иоанн Златоуст

Люди слышат только этот звучащий голос, а Бог прежде его слышит то, что вопиется внутри. Почему возможно и в молчании быть услышану, и, ходя по торжищу, умом со всем усердием молиться, и, сидя с друзьями, или другое что делая, воплем крепким призывать Бога, – внутренним, разумею, – не делая сего явным никому из присущих.

Свят. Иоанн Златоуст

Не будем прикрываться предлогами, говоря, что нет вблизи молитвенного дома. Нас самих благодать Святого Духа благоволит соделать храмами Божиими, если будем в трезвении находиться, так что нам повсюду есть полное удобство молиться… Где бы ты ни был, можешь воздвигнуть алтарь, показав только трезвенствующее расположение, – место не мешает, не мешает и время; и хоть колен не преклонишь, хоть в грудь не будешь ударять, ни рук к небу простирать, а только покажешь теплоту чувства к Богу, – ты совершил, как следует, дело молитвы. Можно и женщине, сидящей за прялкой или ткацким станком, воззреть на небо умом и тепло призвать Бога. Можно и мужчине, на торжище вступившему или одиноко шествующему, прилежные творить молитвы. И тому, кто сидит в лавке и шьет что кожаное, можно душой своей возноситься к Богу. И слуге, когда покупает что, или взбегает наверх, или сбегает вниз по делу услужения господину дома, или стоит перед очагом в кухне, можно усердные творить молитвы в сердце, если некогда сходить в церковь. Бог не стыдится места; одного ищет – теплого сердца и души целомудренной.

Свят. Иоанн Златоуст

Вот угодный Богу образ молитвы! Приступив к Богу с трезвенным умом, с душой сокрушенной и потоками слез, не проси ничего житейского, будущего ищи, о духовном умоляй. Не молись против врагов и ни на кого не держи злопамятства, изгони из души все страсти, сокрушайся о грехах, держи в порядке свое внутреннее; изъявляй готовность на всякую уступчивость и на то, чтобы язык свой обращать лишь на добрые о других речи, не вплетайся ни в какое дело, ни согласием, ни содействием не имей ничего общего с общим врагом вселенной, то есть с диаволом. И таким образом ты будешь праведным; а будучи праведным, услышан будешь, имея правду своей заступницей.

Свят. Иоанн Златоуст

Свойство духовного огня – таково, что он не допускает иметь пристрастие к чему-либо здешнему, но преисполняет нас любовью к другому миру. Возлюбившему же его, хотя бы надлежало ради его потерять все имение, хотя бы расстаться со всеми утехами и славою, хотя бы даже душу свою отдать, он сделает все сие с охотой и без замедления. Потому что теплота того огня, войдя в душу, свергает тяготу лености и делает всякого легче пера. Таковой, все, наконец, презрев, пребывает в непрестанном сокрушении и умилении, источая всегда обильные источники слез и в этом находя сладостное утешение. Ничто так не прилепляет к Богу и не соединяет с Ним, как слезы. Имеющий дар слез, и посреди града живя, пребывает будто в пустыне, в горах или пещерах, не внимая ничему настоящему и сытости не находя в плаче и слезах, за себя ли их изливает, или за других.

Свят. Иоанн Златоуст

Не говори: грешен я, не имею дерзновения, не смею молиться. Тот и имеет дерзновение, кто думает, что не имеет дерзновения, а кто думает, что имеет дерзновение, отнимает силу у дерзновения, как фарисей. Кто почитает себя отверженным и бездерзновенным, тот паче будет услышан, как мытарь. Смотри, сколько на это имеешь примеров: сирофиникиссу (Мк. 7, 26), мытаря, разбойника на кресте, друга из притчи, три хлеба просившего и получившего их не по дружбе, а по неотступности прошения. Вспоминая все сие, будем молиться непрестанно, с трезвением, дерзновением, с благими надеждами, со многим усердием. Будем молиться и за врагов, и за друзей, и конечно, получим все благопотребное. Человеколюбив бо есть Даятель, – и не столько мы желаем получать, сколько Он желает давать.

Свят. Иоанн Златоуст

Как преклонить на милость Господа? – Вот как: водрузим молитву в сердце своем и к ней приложим смирение и кротость. – Ибо Господь говорит: «Научитеся от Мене, яко кроток семь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим» (Мф. 11, 29). И Давид воспел: «Жертва Богу дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс. 50, 19). Ничего так не любит Господь, как душу кроткую и смиренную. Смотри, брате, и ты не прибегай к людям, когда что нечаянно отяготит тебя, но, минуя всех, востеки мыслью своей ко Врачу душ. Ибо сердце уврачевать может один Он, «Создавый наедине сердца »наша «и разумеваяй на вся дела »наши (Пс. 32, 15). Он может войти в совесть нашу, коснуться ума, утешить душу. Если Он не утешит сердец наших, человеческие утешения излишни и несмысленны; когда же Он утешает, то, хотя бы люди неисчетные делали нам притеснения, ни на волос не возмогут они повредить нам. Когда Он укрепит сердце, никто не может встревожить его. Зная сие, возлюбленные, будем всегда прибегать к Богу, и хотящему, и могущему развеять налегшие на нас тучи прискорбностей.

Свят. Иоанн Златоуст

Молитвы суть нервы души. Как тело нервами держится в строе и живет, движется и стойким является; когда же кто их расстроит, тогда вся гармония тела расстраивается; так и души – святыми молитвами благоустрояются, стойкость приемлют и легко текут путем благочестия. Если же ты лишишь себя молитвы, то сделаешь то же в душе, что делает в теле расстройство нервов: душа замрет; или, по другому сравнению, это будет то же, что рыбу вынуть из воды: ибо как для рыбы жизнь – вода, так для души твоей молитва. Ею можно сквозь воздух, как сквозь воду, пронестись, на небеса взойти и стать близ Бога.

Свят. Иоанн Златоуст

Далее предоставим читателю ознакомиться с наставленями о молитве преподобного Ефрема Сирина22.

Стоя на молитве, знай, Кому предстоишь. К Нему да будут обращены и вся твоя душа, и все твое сердце.

Преп. Ефрем Сирин

Вошедши в дом Божий, не будем парить умом; внутренний человек наш да займется созерцанием и молитвой. А молясь, будем говорить: «Отче наш, Иже еси на небесех», чтобы никакие другие помыслы не смущали ума нашего.

Преп. Ефрем Сирин

Со всех сторон обнеси дом души твоей стеной трезвенного внимания и не оставляй скважины в ограде, чтобы враг, войдя чрез нее, не разграбил дома твоего и ты стал виною своей погибели.

Преп. Ефрем Сирин

Малое нерадение рождает грех, и малая трезвенность отвращает великий вред.

Преп. Ефрем Сирин

Отчего иногда душа побеждается помыслами? Оттого, что не противится им, но дозволяет им входить внутрь, и они, находя там себе пищу, понемногу расстраивают душу.

Преп. Ефрем Сирин

Прежде, нежели укоренится в тебе страсть, вырви ее из себя, и прежде нежели даст отростки, исторгни корень ее из самых глубин. Ибо если попустишь ей укорениться в тебе, она возобладает над тобою.

Преп. Ефрем Сирин

Пока не пренебрежет кто страхом Божиим, дотоле он не согрешит. Хочешь ли не грешить? Храни страх Божий.

Преп. Ефрем Сирин

Возлюбим благоговение: пусть ругаются над нами, пусть наносят нам удары – мы не оставим его. Ибо это сокровище, исполненное благ. Оно преклоняет Бога воззреть на того, кто прибрел оное, по написанному: «На кого воззрю? Токмо на кроткаго, и молчаливаго, и трепещущаго словес Моих» (Ис. 66, 2). И блажен, кто все презрит ради благоговения.

Преп. Ефрем Сирин

Страх Божий да будет всегда пред очами твоими, и грех не возобладает тобою. Не говори: сегодня согрешу, а завтра покаюсь. Ибо о завтрашнем дне ничего нет у тебя верного. Будем сегодня каяться, а о завтрашнем дне попечется Господь.

Преп. Ефрем Сирин

Всем сердцем своим веруй в Господа, и во всякое время обретешь благодать Его. Если в Нем пребываешь, то не погубишь мзды своей.

Преп. Ефрем Сирин

Не останавливайся на нечистых помыслах, чтобы не довели они тебя до срамного исполнения их на самом деле; но гнушайся ими и отгоняй их от себя, чтобы ум твой был в покое. Молись Господу, чтобы просветил очи сердца твоего: ибо «невозможная у человека, возможна у Бога».

«Преп. Ефрем Сирин» Если окаменело сердце твое, плачь пред Господом, чтобы источил Он на тебя озарение ведения.

Преп. Ефрем Сирин

Не расслабевай от приходящих тебе помыслов. Но когда придет тебе лукавый помысл, воззови ко Господу со слезами, говоря: «Господи, будь милостив ко мне, грешному, и прости меня, Человеколюбец! Отгони от нас лукавого, Господи!» Бог – сердцеведец и знает помышления, происходящие от злонравия; но знает также и помышления, бывающие у нас по злобе бесов. Но знай и то, что в какой мере будешь подвизаться и терпеть, работая Господу, в такой будут очищаться и ум твой, и помышления твои.

Преп. Ефрем Сирин

Вместо щита ограждай себя честным крестом, запечатлевая им свои члены и сердце. И не рукою только полагай на себе крестное знамение, но и в мыслях запечатлевай оным всякое свое занятие: и вход свой, и исхождение свое во всякое время, и сидение свое, и восстание, и одр свой, и какое ни проходишь служение, прежде всего запечатлей (крестным знамением) во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Преп. Ефрем Сирин

* * *

Много потребно борьбы и тайного, невидимого труда; должно всегда производить испытание помыслов, и изнемогшие чувства души нашей непрестанно упражнять в различении доброго и худого, и ослабевшие душевные члены возгревать стремлением ума к Богу и тщанием, к Нему всегда прилепляясь умом своим, чтобы при помощи Божией благодати, по апостольскому изречению, быть в единый дух с Господом. И сию тайную борьбу, помышление о Боге и труд надобно иметь всем нам, – и днем, и ночью, и при всяком исполнении заповеди, молимся ли, или служим, или бдим, или пьем, или другое что делаем.

Преп. Ефрем Сирин

Желающий постоянно пребывать в молитве должен принять обширнейший подвиг, великий труд и непрестанное старание; потому что постоянному пребыванию в молитве есть много греховных препятствий: сон, уныние, отяжеление тела, кружение помыслов, беспорядочность ума, нерадивость, нетерпение, расслабление и другие тонкие внушения злобы; за сим следуют скорби, восстания на нас лукавых духов, которые ведут брань с душою, в действительности непрестанно взыскующей Бога, противо борствуют ей до крови и возбраняют приблизиться к Богу. Посему ему должно мужаться со всей трезвенностью и тщательностью и со всяким усилием душевным и телесным в терпении всякого рода. Как мужественно несущий на себе крест, непрестанно да пребывает он в борении, и в великом труде, и в плаче, и в скорби ради Царствия, не расслабевая, не предаваясь кружениям греховных помыслов, или сну, или унынию, или расслаблению, или смущению ума, не предаваясь мыслью чему-либо неподобному и не удовлетворяясь телесным только коленопреклонением, между тем как ум находится в смущении и кружении.

Преп. Ефрем Сирин

Кто боится Бога, тот выше всякого страха; он устранил от себя и далеко оставил за собою все ужасы века сего. «Предзрех Господа предо мною выну, да не подвижуся, – »говорит исполненный страха Божия Давид (Пс. 15, 8). Ни перед ужасами мира сего, ни перед страхованиями лукавого не приходит в страх и трепет тот, кто боится Бога. Даже сатана боится того, кто боится Бога, и полчища его содрогаются перед тем, кто исполняет заповеди Божии.

«Преп. Ефрем Сирин» Градом убежища 23 является для нас ныне покаяние. И не далеко, но близко оно; каждый стоит при дверях его. Долго надо было еврею бежать до града убежища, – и едва только мог он спастись, а иногда и не спасался. Этот же град нашего убежища сам спешит навстречу грешникам. Благословен Благий, Который тебя, покаяние, даровал нам градом нашего убежища.

Преп. Ефрем Сирин

Тебя умоляю, Господи, в Твою дверь ударяю, Благий! Отверзи мне по неложному обетованию Твоему: «толцыте, и отверзется вам» (Мф. 7, 7). Се, умоляю, как научен Тобою; даруй мне, Господи, как обетовал. Не золота прошу. Изглаждение грехов лучше золота, прощение – драгоценнее сокровищ.

Преп. Ефрем Сирин

«Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21). Войди в самого себя, ищи усердней – и без труда найдешь. Удались с распутия забав, с пагубного пути похотей, из дебри корыстолюбия и от вредных сообществ. Войди в себя, живи в себе самом, в прекрасной клети духа твоего, – и там ищи Царства, как научил тебя Спаситель наш. Если оно еще не в тебе, то взывай: «Отче наш, да приидет Царствие Твое!» – и оно придет, когда призовешь. Царство – в тебе. Войди же в себя, пребывай в сердце своем; ибо там – Бог. Он не оставляет тебя, но ты оставляешь Его.

Преп. Ефрем Сирин

Пока сердце пребывает в добре, дотоле и Бог в нем пребывает, дотоле оно служит источником жизни; потому что тогда из него исходит доброе. Но как скоро уклоняется оно от Бога и делает беззакония, то становится источником смерти; потому что тогда из него исходит злое. Сердце – Божия обитель; потому имеет нужду в охранении, чтобы не вошло в него злое и Бог не удалился из него.

Преп. Ефрем Сирин

Дивно сие и досточудно, непостижимо для горних и неизреченно для дольних. Недоступный для всякого ума входит в сердце и обитает в нем; Сокровенный от Огнезрачных 24 обретается в сердце. Земля не выносит стопы Его, а чистое сердце носит Его в себе. Небо – мало для пяди Его, а сердце – обитель Его. Вся тварь не вмещает Его в пределах своих; но если взыщет сердце, то и малое сердце вмещает Его. Малое место избирает Бог в человеке для жилища Своего; и делается человек храмом Божиим, в котором обитает и пребывает Бог. Душа – храм Его, а сердце – святой жертвенник, на котором приносятся жертвы хвалы и славословия; иереем же бывает ум, который стоит и священнодействует там.

Преп. Ефрем Сирин

В сердце у тебя хранится сокровище. Приищи же себе стража, который бы непрестанно находился при дверях твоих, чтобы не ограбили тебя разбойники, не расхитили сокровище злые люди. Поскольку ты не заботишься о душе своей, не ищешь для нее хранителей, то вторгаются в нее нечистые духи и грабители и разоряют ее в конец. Имение, которое не принадлежит тебе, охраняешь ты со тщанием; а душу, свою собственность, не оберегаешь. У виноградников, у масличных садов, у засеянных полей ставишь ты стражей, а Божие достояние оставляешь без стражей, которые бы охраняли его. Временное имение всякий бережет с предусмотрительностью, а душу, самое дорогое Божие достояние, расхищают и грабят демоны, и никто о том не поболезнует и не поскорбит. Лукавый входит в нас и приводит в расстройство и сердце, и ум; оттого каждый, против воли своей, идет в дебрь (мир) и блуждает там.

Преп. Ефрем Сирин

Душа много любезнее Богу всех созданных Им тварей. А грех делает ее мертвой, – и ты не разумеешь того, грешник. Скорби о себе ради Бога, потому что Он сожалеет о тебе. Грехом умерщвлена душа твоя; возврати ее к жизни слезами. Возрадуй Бога, да возвеселится Он о том, что душа твоя возвращена тобою к жизни.

Преп. Ефрем Сирин

Будь и храмом, и священником Богу; служи Богу в храме твоем, как Он для тебя стал и Иереем, и Жертвою, и Закланием. Посему и ты будь для Него храмом, и священником, и жертвою. Поскольку дух твой есть храм, то не допускай в него никакой нечистоты.

Преп. Ефрем Сирин

Не допускай в дом Божий ничего такого, что ненавистно Богу; а напротив, укрась дом Божий всем, что подобает Богу.

Преп. Ефрем Сирин

* * *

От преподобного Ефрема Сирина переходим к великому игумену горы Синайской преподобному Иоанну Лествичнику.

Непрестанно борись с парением твоих мыслей, и, когда ум рассеялся, собирай его к себе, ибо от новоначальных Бог не ищет молитвы без парения. Потому не скорби, будучи расхищаем мыслями, но благодушествуй и непрестанно воззывай ум ко вниманию: ибо никогда не быть расхищаему мыслями свойственно одному Ангелу.

Преп. Иоанн Лествичник

Ставшим на молитву лукавый дух напоминает о нужных делах и употребляет всякое ухищрение, чтобы только отвлечь нас от собеседования с Господом каким-либо благовидным предлогом.

Преп. Иоанн Лествичник

Бей супостатов именем Иисусовым: ибо нет сильнейшего оружия ни на небе, ни на земле.

Преп. Иоанн Лествичник

От злого корня и от злой матери происходит злейшее исчадие, то есть от скверной гордости рождается несказанная хула. Это не маловажное что-нибудь, но самый лютый из наших врагов и супостатов. И, что еще ужаснее, мы не можем без затруднения сказать, открыть, исповедать врачу духовному эти помыслы. Посему они часто многих повергали в отчаяние и безнадежность, истребив всю надежду их, подобно червю в дереве.

Преп. Иоанн Лествичник

Часто во время Божественной литургии, и в самый страшный час совершения Таинств, сии мерзкие помыслы хулят Господа и совершаемую Святую Жертву. Отсюда явно открывается, что сии нечестивые, непостижимые и неизъяснимые слова внутри нас не душа наша произносит, но богоненавистник бес, который низвержен с небес за то, что и там хулить Бога покушался.

Преп. Иоанн Лествичник

Никакой помысл не бывает так трудно исповедать, как этот; посему он во многих пребывал до самой старости, ибо ничто так не укрепляет против нас бесов и злые помыслы, как то, что мы их не исповедуем, но таим и питаем их в сердце.

Преп. Иоанн Лествичник

Сей лукавый и бесчеловечный мучитель многих отвлек от молитвы; многих отлучил от Святых Таин; у некоторых тела изнурил печалью, иных истомил постом, не давая им ни малейшей ослабы.

Преп. Иоанн Лествичник

Кого дух хулы беспокоит и кто хочет избавиться от него, тот пусть знает несомненно, что не душа его виновна в таких помыслах, но нечистый бес, сказавший некогда Самому Господу: «сия вся Тебе дам, аще пад поклонишимися» (Мф. 4, 9). Посему и мы, презирая его и вменяя за ничто влагаемые им помыслы, скажем ему: «иди за мною, сатано: Господу Богу »моему поклонюся и «Тому Единому »послужу; «болезнь »же твоя и слова твои обратятся «на главу твою, и на верх »твой «снидет »хула твоя в нынешнем веке и в будущем (ср.: Пс. 7, 17).

Преп. Иоанн Лествичник

Кто другим образом хотел бы победить беса хулы, тот уподобился бы покушающемуся удержать своими руками молнию. Ибо как настигнуть, состязаться и бороться с тем, который вдруг, как ветер, влетает в сердце, мгновенно произносит слово и тотчас исчезает? Все другие враги стоят, борются, медлят и дают время тем, которые подвизаются против них. Сей же не так: он только что явился, – и уже отступил; проговорил – и исчез.

Преп. Иоанн Лествичник

Перестанем судить и осуждать ближнего, и мы не будем бояться хульных помыслов; ибо причина и корень второго есть первое.

Преп. Иоанн Лествичник

Кто презирает сего врага, тот от мучительства его освобождается; а кто иным образом ухищряется вести с ним борьбу, тем он возобладает. Хотящий победить духов словами подобен старающемуся запереть ветры.

Преп. Иоанн Лествичник

Один тщательный монах, претерпевая нападения от беса хулы, двадцать лет изнурял тело свое постом и бдением, но как никакой не получал от сего пользы, то, описав на бумаге свое искушение, пошел к некоему святому мужу и, вручив ему оную, повергся лицом на землю, не дерзая воззреть на него. Старец, прочитав писание, улыбнулся и, подняв брата, говорить ему: «Положи, чадо, руку твою на мою выю». Когда же брат оный сделал это, великий муж сказал ему: «На вые моей, брат, да будет грех сей, сколько лет он ни продолжался и ни будет продолжаться в тебе; только ты вменяй его за ничто». После инок сей уверял, что он еще не успел выйти из кельи старца, как эта страсть исчезла. Сие поведал мне сам бывший в искушении, принося благодарение Богу.

Преп. Иоанн Лествичник

* * *

Иерей. Я вам очень благодарен, отче, за то, что вы так подробно остановились на этом грехе – хульных помыслов. Трудно и представить себе всю омерзительность этих помыслов, врывающихся в душу в самые святые минуты, например, во время Таинства Исповеди. Даже такой великий праведник и молитвенник, как протоиерей Иоанн Кронштадтский, передает о себе самом, что он бывал не свободен от них даже при совершении Таинства Евхаристии.

И что делает эти помыслы особенно мучительными, так это то, что страдающие ими, приписывая их всецело своей греховной испорченности и думая, что только они одни ими страдают, стыдятся признаться в них даже на исповеди и через это не освобождаются от них, но продолжают носить их в своем сердце. Слова и объяснения преп. Иоанна Лествичника со многих страдающих душ снимут тяжелое бремя.

Инок. Продолжим наши выдержки из книги великого наставника молитвы преп. Иоанна Лествичника.

Кто просит у Бога меньше того, чего он достоин, тот, конечно, получит более, нежели чего стоит. Об истине сего свидетельствует мытарь, просивший отпущения грехов и получивший оправдание. Разбойник также просил только, чтобы Господь помянул его во Царствии Своем, но он первый получил весь рай в наследие.

Преп. Иоанн Лествичник

Все просящие чего-нибудь у Бога и не получающие, без сомнения, не получают по какой-либо из сих причин: или потому, что прежде времени просят; или потому, что просят не по достоинству, а по тщеславию; или потому, что, получивши просимое, возгордились бы или впали бы в нерадение.

Преп. Иоанн Лествичник

При сравнении зол должно избирать легчайшее. Например, часто случается, что когда мы предстоим на молитве, приходят к нам братия; мы бываем в необходимости решиться на одно из двух: или оставить молитву, или отпустить брата без ответа и опечалить его. Но любовь больше молитвы, потому что молитва есть добродетель частная, а любовь есть добродетель всеобъемлющая.

Преп. Иоанн Лествичник

Как имеющие здравое чувство обоняния могут ощущать ароматы, хотя кто и тайно их при себе имеет; так и душа чистая познает в других и благоухание, которое сама получила от Бога, и злосмрадие, от которого совершенно избавлена, хотя другие сего и не ощущают.

Преп. Иоанн Лествичник

Память Иисусова да соединится с дыханием твоим.

Преп. Иоанн Лествичник

Вера воскриляет молитву; и без веры молитва не может возлететь на небо.

Преп. Иоанн Лествичник

Молитва, по качеству своему, есть пребывание и соединение человека с Богом; по действию же она есть утверждение мира, примирение с Богом, матерь и вместе дщерь слез, умилостивление о грехах, мост для прохождения искушений, стена, защищающая от скорбей, сокрушение браней, дело Ангелов, пища всех бесплотных, будущее веселие, бесконечное делание, источник добродетелей, виновница дарований, невидимое преуспеяние, пища души, просвещение ума, секира отчаянию, указание надежды, уничтожение печали, богатство монахов, сокровище безмолвников, укрощение гнева, зеркало духовного возрастания, познание преуспеяния, обнаружение душевного устроения, провозвестница будущего воздаяния, знамение славы. Молитва истинно молящемуся есть суд, судилище и Престол Судии прежде Страшного Суда.

Преп. Иоанн Лествичник

Когда идешь предстать пред Господом, да будет вся риза души твоей соткана из нитей непамятозлобия. Если не так, то не получишь от молитвы никакой пользы.

Преп. Иоанн Лествичник

Вся ткань молитвы твоей да будет немногосложна; ибо мытарь и блудный сын одним словом умилостивили Бога.

Преп. Иоанн Лествичник

Прежде всего изобразим на хартии нашего моления искреннее благодарение Богу; потом исповедание грехов и сокрушение души в чувстве; после сего да представляем Царю всяческих наши прошения. Сей образ молитвы есть самый лучший, как одному из братий от Ангела Господня было показано.

Преп. Иоанн Лествичник

Не употребляй в молитве твоей премудрых выражений; ибо часто простой и незатейливый лепет детей был угоден Небесному Отцу их.

Преп. Иоанн Лествичник

Не старайся многословить, беседуя с Богом, чтобы ум твой не расточился на изыскание слов. Одно слово мытаря умилостивило Бога, и одно изречение, исполненное веры, спасло разбойника. Многословие при молитве часто развлекает ум и наполняет его мечтаниями, а единословие обыкновенно собирает его.

Преп. Иоанн Лествичник

Если ты в каком-либо слове молитвы почувствуешь особенную сладость или умиление, то остановись на нем; ибо тогда и Ангел хранитель наш молится с нами.

Преп. Иоанн Лествичник

Хотя бы ты взошел на всю лествицу добродетелей, однако и тогда молись о прощении грехов слыша, что св. Павел говорит о грешниках: «от них же первый есмь аз» (1 Тим. 1, 15).

Преп. Иоанн Лествичник

Старайся всегда возвращать к себе уклоняющуюся твою мысль, или, лучше сказать, заключай ее в словах молитвы. Если она, по младенчеству твоему, утомится и впадет в развлечение, то опять введи ее в слова молитвы; ибо непостоянство свойственно нашему уму. Но Тот, Кто силен все утвердить, может и уму нашему дать постоянство. Если ты неослабно в сем делании подвизаешься, то и к тебе приидет «Полагаяй пределы морю »ума твоего и скажет ему в молитве твоей: «доселе дойдеши и не прейдеши» (ср.: Иов. 38, 11). Духа связывать невозможно; а где Создатель духа сего, там все Ему покорно.

Преп. Иоанн Лествичник

Начало молитвы состоит в том, чтобы отгонять приходящие помыслы при самом их появлении; середина же ее – в том, чтобы ум заключался в словах, которые произносим или помышляем, а совершенство молитвы есть восхищение ко Господу.

«Преп. Иоанн Лествичник» Великий делатель великой и совершенной молитвы говорит: «хощу пять словес умом моим глаголати» (1 Кор. 14, 19) и прочее. Но для младенчествующих такое делание невозможно. Посе му мы, как несовершенные, с качеством молитвы должны соединять и количественное множество, потому что второе бывает причиной первого. Ибо сказано: «Даяй молитву »чистую «молящемуся »неленостно, хотя бы и не чисто, но с утруждением.

Преп. Иоанн Лествичник

Иное дело осквернение молитвы, иное – истребление оной, иное – окрадение, а иное – порок молитвы. Осквернение молитвы бывает, когда человек, предстоя Богу, занимается непристойными и нечистыми помышлениями. Истребление молитвы, когда ум бывает пленяем неполезными попечениями. Окрадение же, когда мысль молящегося неприметно парит; а порок молитвы есть приражение какого бы то ни было помысла, во время оной к нам приближающегося.

Преп. Иоанн Лествичник

Долго пребывая в молитве и не видя плода, не говори: я ничего не приобрел. Ибо самое пребывание в молитве есть уже приобретение; и какое благо выше сего: прилепляться ко Господу и пребывать непрестанно в соединении с Ним?

Преп. Иоанн Лествичник

Устроение твое покажет молитва; ибо богословы утверждают, что молитва есть зеркало иноков.

Преп. Иоанн Лествичник

Если кто-нибудь просит тебя помолиться о нем, то хотя ты и не стяжал еще дара молитвы, не отрицайся. Ибо часто вера просящего молитвы спасет и того, кто молится о нем с сокрушением сердца.

Преп. Иоанн Лествичник

Приобретенное многими молитвами и годами бывает твердо и прочно.

Преп. Иоанн Лествичник

Во время молитвы не принимай никакого чувственного мечтания, чтобы не впасть в исступление ума.

Преп. Иоанн Лествичник

Извещение о том, что прошение наше услышано Богом, получаем мы во время молитвы. Извещение есть устранение сомнения; извещение есть достоверное объявление неизвестного.

«Преп. Иоанн Лествичник» Проси плачем, ищи послушанием, толцы долготерпением. Таким образом «просяй приемлет, ищай обретает, и толкущему отверзется» (Мф. 7, 8).

Преп. Иоанн Лествичник

Исповедуя грехи свои Господу, не входи в подробности плотских деяний, как они происходили, чтобы тебе не сделаться наветником самому себе.

Преп. Иоанн Лествичник

Во время молитвы не рассматривай даже и нужных и духовных вещей. Если же не так, то потеряешь лучшее.

Преп. Иоанн Лествичник

Если ты непрестанно молишься Небесному Царю против врагов твоих во всех их нападениях, то будь благонадежен: ты немного будешь трудиться. Ибо они и сами по себе скоро от тебя отступят, потому что нечистые эти не хотят видеть, чтобы ты молитвой получал венцы за брань с ними, и сверх того, опаляемые молитвой, как огнем, они принуждены будут бежать.

Преп. Иоанн Лествичник

Будь мужествен во всех случаях, и Сам Бог будет твоим Учителем в молитве. Нельзя словами научиться зрению, ибо это есть природная способность; так и благолепие молитвы нельзя познать от одного учения. Ибо она в самой себе имеет учителя – Бога, «учащаго человека разуму, дающаго молитву молящемуся и благословляющаго лета праведных» (Пс. 49, 10; 1 Цар. 2, 9).

Преп. Иоанн Лествичник

* * *

Переходим к наставлениям о трезвении, борьбе с помыслами и молитве преподобного Исихия, пресвитера Иерусалимского, одного из замечательнейших и глубочайших отцов-подвижников, бывшего в молодости своей учеником св. Григория Богослова и скончавшегося в первой четверти V века.

Внимание есть непрестанное от всякого помысла безмолвие сердца, в котором оно Христом Иисусом, Сыном Божиим и Богом, и Им одним всегда, непрерывно и непрестанно дышит, Его призывает, с Ним мужественно ополчается против врагов и Ему, имеющему власть оставляти грехи, исповедует свои прегрешения. Такая душа, часто в сокровенности, объемлет через призывание Христа, Единого испытующего сердца, от людей же всех пытается всячески скрыть свою сладость и свой внутренний подвиг, чтобы враг лукавый как-нибудь скрытно не поблагопоспешествовал в ней греху и не уничтожил прекрасного ее делания.

Преп. Исихий

Трезвение есть твердое водружение помысла (ума) и стояние его у двери сердца, так что он видит, как подходят (чуждые) помыслы, эти воры-окрадыватели, слышит, что говорят и что делают сии губители, и какой демоны начертывают и предлагают образ, пытаясь увлечь через него в мечтания ум и обольстить его. Если будем люботрудно проходить такое действование, то оно, если хотим, очень разумно покажет нам искусство мысленной брани.

Преп. Исихий

Сугубый страх рождается в душе, с одной стороны, от оставлений Божиих, с другой – от вразумительных искушений случайностями (жизни), от сего обыкновенно рождается частость надзирательного внимания в уме человека, который старается заградить источник худых помыслов и дел. Для этого бывают оставления и посылаются нечаянные искушения от Бога к исправлению жизни нашей, особенно когда кто вкусил сладость упокоения от добра сего, внимания и трезвения и вознерадел. От частоты сей рождается навык; от этого – естественная некая непрерывность трезвения; а от сего по свойству его мало-помалу порождается видение брани, за которым последует терпеливая (притрудная) молитва ко Иисусу, сладостное без мечтаний умирение ума и (дивное) состояние, из Иисуса (из сочетания с Ним) составляющееся.

Преп. Исихий

Мысль, стоящая и призывающая Христа на врагов и к Нему прибегающая, подобна зверю какому-нибудь, который, будучи окружен множеством псов, мужественно стоит против них, укрывшись в некоем ограждении. Издали провидя мысленно мысленные ковы невидимых врагов, она непрестанно против них молится миротворцу Иисусу и через то пребывает не уязвленной ими.

Преп. Исихий

Тому, кто подвизается внутри, в каждое мгновение надобно иметь следующие четыре (делания): смирение, крайнее внимание, противоречие (помыслам) и молитву. Смирение, чтобы, так как брань у него идет с соперниками гордыми демонами, всегда иметь в руке сердца помощь Христову, ибо Господь ненавидит гордых. Внимание чтобы всегда держать сердце свое не имеющим никакого помысла, хотя бы он казался добрым. Противоречие, чтобы, как только острозоркостью ума уразумеешь, кто пришел, тотчас с гневом воспротиворечить лукавому, как сказал пророк: «и отвещаю поношающим ми злая» (ср.: Пс. 118, 42), «не Богу ли повинется душа моя» (Пс. 61, 2)? Молитву, чтобы после противоречия тотчас из глубины сердца возопить ко Христу в воздыхании неизглаголанном. И тогда сам подвизающийся увидит, как покланяемым именем Иисуса враг его со своим мечтанием разлиется и разогнан будет, как прах ветром, или исчезнет, как дым.

Преп. Исихий

Кто не имеет чистой от помыслов молитвы, тот не имеет оружия на брань, – той молитвы, которая непрестанно действовалась бы во внутреннейших сокровенностях души и призыванием Господа Иисуса Христа бичевала и опаляла врага, скрытно ратующего.

Преп. Исихий

Надлежит тебе острым и напряженным взором ума смотреть внутрь, чтобы узнавать входящих. Как только узнаешь, тотчас противоречием сокрушай главу змея и вместе с тем с воздыханием вопий ко Христу. И получишь тогда опыт невидимого Божественного заступления и преясно узришь правость сердца.

Преп. Исихий

Как держащий в руке зеркало и стоящий между другими многими, смотря в зеркало, видит и свое лицо, каково оно, видит и других, смотрящих в то же самое зеркало; так всецело приникший в сердце свое видит в нем свое собственное состояние, видит и черные лица мысленных эфиопов.

Преп. Исихий

Не может ум победить демонское мечтание сам токмо собою: да не дерзает на сие никогда. Ибо хитры враги наши и, притворясь побежденными, нередко неожиданно, через тщеславие, подшибают борца. Против же призывания имени Иисусова и минуты постоять и злокознствовать против тебя не стерпят.

Преп. Исихий

Смотри, не впади в самомнение, подобно древнему Израилю; иначе и ты предан будешь мысленным врагам. Ибо тот, избавлен будучи от египтян Богом всяческих, сам измыслил потом себе помощника – идола слиянного.

Преп. Исихий

Под идолом же слиянным разумей слабый наш разум, который, пока на духов злобы призывает Иисуса Христа, удобно отгоняет супостатов и с искусным умением обращает в бегство невидимые ратные силы врага, а коль скоро сам на себя одного безрассудно дерзнет понадеяться, то падает и разбивается, подобно так называемому быстрокрылому.

Преп. Исихий

Как невозможно Красному морю явиться на тверди небесной среди звезд и как нельзя человеку, ходящему по земле, не дышать здешним воздухом, – так невозможно нам очистить сердце свое от страстных помышлений и изгнать из него мысленных врагов без частого призывания имени Иисуса Христа.

Преп. Исихий

Будем же бегать вольности, как яда смертоносного; а злое стяжание забвения и то, что от него происходит, будем врачевать крайне строгим хранением ума и непрестанным призыванием Господа нашего Иисуса Христа, ибо без Него не можем мы «творити ничесоже».

Преп. Исихий

Как дождь чем в большем количестве ниспадает на землю, тем более умягчает ее, – так и землю сердца нашего радует и веселит имя Христово, нами возглашаемое, чем чаще оно призывается.

Преп. Исихий

Неумеющий шествовать духовным путем не заботится о страстных помышлениях, но все занят бывает только телом, или чревоугодничает и распутничает, или печалится, гневается и злопамятствует, и через то омрачает ум свой или, дерзая на чрезмерные подвиги, расстраивает и обессмысливает мысль.

Преп. Исихий

Как повредивший сердцевину растения все его иссушает, так разумей и относительно сердца человеческого. Ежеминутно надобно внимать, потому что хищники не зевают.

«Преп. Исихий» Если не сотворит человек воли Божией и закона Его посреди чрева, то есть посреди сердца, то и вне не сможет он удобно исполнить их.

Преп. Исихий

Как вещественная соль услаждает хлеб и всякую пищу, охраняет мясо от гниения и сберегает в целости надолго; так разумей и об умном хранении мысленной сладости и дивного в сердце делания. Ибо и оно божественно услаждает и внутреннего, и внешнего человека, прогоняет зловоние худых помыслов и сохраняет нас постоянно в добре.

Преп. Исихий

Насколько бдительно внемлешь уму, настолько с теплым желанием будешь молиться Иисусу; и опять, насколько небрежно надзираешь за умом, настолько отдалишься и от Иисуса. И как первое сильно освещает воздух ума; так последнее – уклонение от трезвения и сладостного призывания Иисуса – обыкновенно совсем омрачает его. Естественно быть сему делу так, как мы сказали, и иначе оно не бывает. Это узнаешь ты из опыта, когда делом испытаешь. Ибо добродетель, и особенно такое светоносное сладостное делание, обыкновенно не иначе изучается, как опытом.

«Преп. Исихий» Рождается же божественное некое в уме состояние от непрестанного памятования и призывания имени Господа нашего Иисуса Христа, если не будем не радеть о всегдашнем к Нему в душе молении, о непрерывном трезвении и об одном настоятельно необходимом деле. И воистину одно и одинаковым образом совершаемое всегда должны иметь мы дело, – призывание имени Иисуса Христа Господа нашего, с горением сердца взывая к Нему, да даст Он нам причаститься и вкусить святого имени Его. Ибо частое повторение есть мать навыка как в отношении к добродетели, так и в отношении к пороку; а навык потом властвует уже, как природа. Придя в такое состояние, ум сам уже ищет своих супостатов, как охотничий пес зайца в кустах; но сей ищет для того, чтобы пожрать, а тот, – чтобы поразить и разогнать.

Преп. Исихий

Итак, всякий раз, как случится умножиться в нас лукавым помыслам, ввергнем в среду их призывание Господа нашего Иисуса Христа; и тотчас увидим, что они начнут рассеиваться, как дым в воздухе, как научил нас опыт. Когда после сего ум останется один (без помыслов смущающих), возьмемся опять за непрерывное внимание и призывание. Так будем поступать всякий раз, когда потерпим такое искушение.

Преп. Исихий

Когда мы, недостойные, сподобимся со страхом и трепетом причаститься Божественных и Пречистых Таин Христа Бога и Царя нашего, тогда наиболее покажем трезвения, хранения ума и строгого внимания, да Огнь сей Божественный, то есть Тело Господа нашего Иисуса Христа, потребит грехи наши и наши – малые и большие – скверны. Ибо, входя в нас, оно тотчас прогоняет из сердца лукавых духов злобы и отпущает нам прежде бывшие грехи; и ум наш тогда оставляется свободным от беспокойной докучливости лукавых помыслов. Если после сего, стоя у дверей сердца, будем тщательно охранять ум свой, то когда опять будем сподобляться Святых Таин, Божественное Тело более и более будет просвещать ум наш и делать его блестящим, подобно звезде.

Преп. Исихий

Забвение погашает обыкновенно хранение ума, как вода гасит огонь. Но непрестанная молитва Иисусова с неослабным трезвением вконец испаряет его из сердца. Молитва имеет нужду в трезвении, как малая лампадочка в свете свечи.

Преп. Исихий

Брань мысленную надо вести так же, как ведут войну обыкновенную. Первое дело – внимание; потом, когда заметим, что подошел вражий помысл, бросим на него с гневом слова клятвы из сердца; третье дело – помолиться на него, обращая сердце к призыванию Иисуса Христа, да рассеется этот демонский призрак тотчас, чтобы иначе ум не пошел вслед этого мечтания, как дитя, прельщаемое каким-нибудь искусным фокусником.

Преп. Исихий

Как невозможно поддерживать жизнь без пищи и пития, так без хранения ума и чистоты сердца – то есть трезвения – невозможно душе достигнуть чего-либо духовного и Богу угодного или избавиться от мысленного греха, хотя бы кто страхом мук и нудил себя не грешить.

Преп. Исихий

Впрочем и те, которые нуждением неким воздерживают себя от греха делом, блаженны пред Богом, Ангелами и человеками, потому что они суть «нуждницы восхищающие Царствие Небесное»« (ср.: Мф. 11, 12).

Преп. Исихий

Образ внешних, чувственно-телесных подвигов есть Ветхий Завет, а Святое Евангелие, которое есть Новый Завет, есть образ внимания или чистоты сердечной. И как Ветхий Завет не доводил до совершенства и не удовлетворял внутреннего человека в деле богоугождения, потому что, по слову апостола: «ничтоже бо совершил закон» (Евр. 7, 19), а только от грубых ограждал грехов; так разумей и о телесной праведности и телесных подвигах, о посте, воздержании, долулежании, стоянии, бдении и прочих, которые подъемлются обыкновенно в отношении тела и страстную часть тела успокаивают от греховных движений. Хорошо, конечно, и это все, как сказано и о Ветхом Завете (что добр закон); потому что служит к обучению нашего внешнего человека и к охранению от страстных дел. Но подвиги эти не являются охранителями от грехов мысленных или возбранителями их, то есть не сильны избавить нас от зависти, гнева и прочего.

Преп. Исихий

А чистота сердца, то есть блюдение и охранение ума, прообразом которого служит Новый Завет, если соблюдается нами как должно, то все страсти и всякое зло отсекает от сердца и искореняет из него и вместо того вводит в него радость, благонадежие, сокрушение, плач, слезы, познание самих себя и грехов своих, памятование смерти, истинное смирение, безмерную любовь к Богу и людям и божественное некое сердечное услаждение.

Преп. Исихий

Как ходящему по земле невозможно не рассекать этого воздуха; так невозможно сердцу человеческому не быть непрестанно бориму от демонов или не подлежать тайным от них воздействиям, хотя бы кто и строго проходил телесные подвиги.

Преп. Исихий

Горечью от яда худых помыслов исполняется сердце наше, когда, вознерадев по причине забвения, надолго отводимы бываем от внимания и молитвы Иисусовой. Но когда по любви к божественному, с крепким усердием, стройно начнем в нашем сердце, мастерской мысленной, совершать делание внимания и молитвы, оно опять исполняется сладости и чувствует блаженное некое радование. Тогда-то твердые полагаем мы намерения всегда ходить в безмолвии сердечном, и не ради чего другого, а ради ощущаемых от него в душе приятной сладости и отрадности.

Преп. Исихий

Наука наук и искусство искусств есть умение управляться с злотворными помыслами. Самый лучший против них прием и самое надежное перехитрение их состоит в том, чтобы в Господе смотреть за появлением прилога их и мысль всегда хранить чистой, как храним око телесное, чтобы не приблизилось к нему что-либо могущее повредить его, и всячески стараясь не допускать до него даже малой соринки.

Преп. Исихий

Как снег не породит пламени, вода не родит огня, терн – смокв, так сердце каждого человека не освободится от бесовских помыслов, слов и дел, если не очистит своего внутреннего, не сочетает трезвения с молитвой Иисусовой, не стяжет смирения и душевного безмолвия и не будет со всем усердием тещи, поспешая в предняя. Душа, себе не внимающая, неизбежно бывает бесплодна на благие и непорочные помышления, подобно бесплодному мулу; потому что в ней нет разумения духовной мудрости. Воистину, призывание имени Иисусова и упразднение страстных помыслов есть сладостное дело, водворяющее мир душевный.

Преп. Исихий

Ум омрачается и становится бесплодным, когда монах или поговорит с кем о мирских вещах, или мысленно сам в себе поразглагольствует о них, или когда у него тело и с умом осуетятся и займутся чем-либо чувственным, или когда он вообще предается суетливости. Ибо в таком случае тотчас непосредственно затем теряет он теплоту, сокрушение, дерзновение к Богу и ведение (сознание порядка Божия и память о Боге; впадает в забвение о Боге и о порядках Божиих); так что сколько внимаем мы уму, столько и просвещаемся, и сколько не внимаем уму, столько и омрачаемся.

Преп. Исихий

Помыслы, против воли нашей появляющиеся и стоящие в сердце, обыкновенно изглаждает молитва Иисусова с трезвением из глубин помышления сердечного.

Преп. Исихий

Как без большого корабля нельзя переплыть морской пучины, так без призывания имени Иисуса Христа невозможно изгнать прилога помысла лукавого.

Преп. Исихий

Прекословие обыкновенно преграждает дальнейший ход помыслам, а призывание (имени Иисуса Христа) изгоняет их из сердца. Как только образуется в душе прилог представлением чувственного какого-либо предмета, как-то: оскорбившего нас человека, или женской красоты, или сребра и злата, – или когда все это одно за другим побывает в мысли нашей, – тогда само собою явным становится, что сердце наше готово исполнить помыслы или злопамятства, или блуда, или сребролюбия. Итак, если ум наш опытен и обучен, так что умеет блюсти себя от приражений и ясно, как днем, видеть обольстительные мечтания и прелести лукавых, – то тотчас отпором через прекословие и молитвой Иисусовой легко угашает разжженные стрелы диавола, не позволяя себе устремляться вслед за мечтанием, как только оно появится, не дает и помыслам сочувственно согласоваться с призраком прилога, или дружелюбно беседовать с ним, или сосложиться с ним в шуме многомыслия, потому что за этим с некоторой непреложностью, как ночи за днями, следуют худые дела.

«Преп. Исихий» Слишком строгим и тяжким кажется людям душевно безмолвствовать от всякого помысла. И воистину это притрудно и приболезненно, ибо не одним только не посвященным в тайны духовной брани до боли тяжело бестелесное заключать и удерживать в телесном доме, но и тем, которые искусились во внутренней невещественной брани. Но кто непрестанной молитвой содержит в персех Иисуса, тот, по пророку, «не утрудится последуя Ему и дне человеча не пожелает» (ср.: Иер. 17, 15), ради красоты, приятности и сладости Иисуса; и врагов своих – нечистых демонов, ходящих вокруг его, «не постыдится, но возглаголет к ним во вратах сердца »(ср.: Пс. 126, 5) и вспять прогонит их Иисусом.

Преп. Исихий

Душа, воспарив после смерти на воздух ко вратам небесным, и там не постыдится врагов своих, имея Ходатаем себе Христа; и потому и тогда, как ныне, дерзновенно «возглаголет к ним во вратех. »Только до самого исхода своего пусть не скучает она день и ночь взывать к Господу Иисусу Христу, Сыну Божию; и Он сотворит отмщение ее вскоре, по неложному Божественному обетованию, которое изрек Он в притче о неправедном судии: «ей, глаголю вам, сотворит отмщение их вскоре» (ср.: Лк. 18, 8): и в настоящей жизни, и по исходе из тела.

Преп. Исихий

Если, начав жительствовать во внимании ума, с трезвением сочетаем смирение и с прекословием совокупим молитву, то будем добре шествовать мысленным путем. Потому что покланяемое и святое имя Иисуса Христа будет нам светильником и будет дом наш сердечный не только очищен и выметен, но и украшен и прибран. Если же на одно трезвение или внимание понадеемся, то скоро, подвергшись нападению врагов, падем и будем низринуты. И начнут тогда во всем одолевать нас эти коварнейшие строители козней, а мы начнем больше и больше опутываться злыми пожеланиями, как сетями; можем и совершенному закланию удобно подвергнуться от них, не имея в себе победоносного меча – имени Иисус Христова. Ибо только сей священный меч, будучи непрестанно вращаем в свободном от всякого образа сердце, умеет обращать их вспять и посекать, опалять и поедать, как огнь солому.

Преп. Исихий

За простыми и бесстрастными помыслами следуют страстные, как узнали мы из долговременного опыта и наблюдения; и первые служат входом для последних, бесстрастные для страстных.

Преп. Исихий

Не двинется вперед корабль без воды; не преуспеет нисколько и хранение ума без трезвения со смирением и всегдашней молитвой Иисус Христовой.

Преп. Исихий

Основание дома – камни, а сей добродетели, хранения ума, и основание и верх – святое и покланяемое имя Господа нашего Иисуса Христа. Скоро и легко потерпит кораблекрушение во время бури неразумный кормчий, который корабельщиков распустит, весла и паруса бросит в море, а сам заляжет спать; но еще скорее потоплена будет бесами душа, которая при начинающихся прилогах вознерадит о трезвении и о призывании имени Иисус Христова.

Преп. Исихий

Что знаем, то передаем через писание, и что видели, проходя путем, о том свидетельствуем желающим, – если хотите принять сказываемое вам. Сам Господь сказал: «Аще кто не пребудет во Мне, извержется вон, якоже розга, и изсшет: и собирают ю, и во огнь влагают, и сгарает. А иже будет во Мне и Аз в нем, той сотворит плод мног »(Ин. 15, 5–6). Как невозможно солнцу сиять без света, так невозможно сердцу очиститься от скверны пагубных помыслов без призывания имени Иисусова. Будем же употреблять его как собственное дыхание. Ибо оно (имя Иисус Христово) – свет, а те (помыслы скверные) – тьма; и Он есть Бог и Владыка, а те – слуги демонские.

Преп. Исихий

Горе внутреннему от внешнего, ибо внутренний человек много терпит от внешних чувств. Но потерпев что-либо, он должен употребить бичи против этих внешних чувств. Исполнивший то, что относится к деятельной стороне жизни, начинает уже уразумевать и то, что относится к стороне ее созерцательной.

Преп. Исихий

Если внутренний наш человек трезвится, то, по словам отцов, он силен сохранить и внешнего. По их же словам, мы и злодеи демоны обои сообща совершаем грехи: те в помыслах или мечтательных живописях изображают только пред умом грех, как хотят; а мы и в помыслах – внутри воображаем грех, и делом вовне совершаем его. Демоны, не имея дебелых тел и лишь посредством помыслов устрояя козни и обольщения, и себе и нам уготовляют муку. Но если бы эти непотребнейшие не были лишены дебелого тела, то грешили бы непрестанно и делами, всегда содержа в себе злое произволение, готовое нечествовать.

Преп. Исихий

Но молитва сердечная к Господу единословная разбивает их и рассеивает прелести их. Ибо непрестанно и неленостно призываемый нами Иисус, Бог и Сын Божий, отнюдь не допускает им даже и начать вложение в нас греха, – что называют прилогом, – не допускает ни образ какой-либо показать ему в зеркале мысли, ни проговорить какие-либо слова в сердце. Но если никакой образ не втеснится в сердце, то оно и от помыслов, как сказали мы, будет пусто; потому что демоны обыкновенно через помыслы скрытно беседуют и научают злу.

Преп. Исихий

От непрестанной молитвы мысленный в нас воздух чист бывает от мрачных облаков и ветров духов злобы. Когда же воздух сердца чист, то ничто не препятствует уже сиять в нем Божественному свету Иисусову, – если только мы не надмимся тщеславием, самомнением и желанием показности, не понесемся к неосязаемому, – и не будем за то лишены помощи Иисусовой; потому что Христос ненавидит все таковое, будучи образцом смирения.

Преп. Исихий

Емлемся убо за молитву и смирение, – сии два оружия, коими совокупно с трезвением, как мечом огненным, ополчаются воители против демонов. Если так будем вести жизнь свою, то каждый день и час можем радостный иметь праздник в сердце таинственно.

Преп. Исихий

Если истинно хочешь покрыть стыдом помыслы, достодолжно безмолвствовать и без труда трезвенствовать сердцем, да прильпнет к дыханию твоему молитва Иисусова, – и в немного дней увидишь это на деле.

Преп. Исихий

Очищение сердца, ради которого как смирение, так и всякое свыше сходящее благо имеет в нас место, не что иное есть, как то, чтобы отнюдь не попускать входить в сердце помыслам, проникающим к нему.

«Преп. Исихий» Хранение ума, с Божией помощью и ради Единого Бога действуемое, установившись в душе, доставляет уму мудрость в ведении подвигов по Богу; не малой также причастника своего снабжает оно способностью к тому, чтобы по Богу также устроять и внешние дела и слова с рассуждением безукоризненным.

Преп. Исихий

Блажен, воистину, кто так прилепился мыслью к молитве Иисусовой, что от непрестанного вопля сердечного ко Господу, он прилежит к Нему, как воздух прилежит телам нашим, или пламя к свече. Солнце, проходя над землей, производит день; а святое и досточтимое имя Господа Иисуса, непрестанно сияя в уме, порождает бесчисленное множество солнцевидных помышлений.

Преп. Исихий

Переходим к преподобному Филофею 25 , игумену Синайскому, время жительства и кончины которого неизвестно, но о сочинении которого сказано в Добротолюбии, что оно требует большого внимания; если бы кто назвал его точным истолкованием и верным правилом трезвения, хранения ума и чистоты сердца, не погрешил бы против истины.

Преп. Филофей

С утра должно мужественно и неотступно стоять у дверей сердца с крепкой памятью о Боге и непрестанной в душе Иисус Христовой молитвой и сей мысленной стражей «убивать всех грешников земли», то есть верной усиленной и горе восхищающей памятью о Боге посекать, ради Господа, главы сильных и брань воздвигающих помыслов.

Преп. Филофей

Где смирение, память о Боге с трезвением и вниманием и частая против врагов устремляемая молитва, там место Божие, или сердечное небо, в котором полчище бесовское боится стоять ради того, что в месте сем обитает Бог.

Преп. Филофей

Когда приобретем некоторый навык в воздержании и удалении от видимых зол, производимых пятью чувствами, то после сего возможем и сердце свое блюсти с Иисусом и просвещаться в нем от Него, и с теплым некоторым расположением вкушать умом благость Его. Ибо не для другого чего приняли мы закон очищать сердце, как для того, чтобы, когда облака злых помыслов изгнаны будут из атмосферы сердца и разогнаны непрерывным вниманием, мы могли, как в ясный день, чисто видеть Солнце Правды – Иисуса – и сколько-нибудь просветиться в уме словами величествия Его; ибо обыкновенно они открываются не всем, а только тем, кои очищают смысл свой.

Преп. Филофей

Потребно нам великое смирение, если искреннее имеем попечение о хранении ума в Господе, во-первых, в отношении к Богу и, во-вторых, в отношении к людям. Всячески всегда должны мы сокрушать свое сердце, изыскивая и используя все, могущее смирить его. Сокрушает же и смиряет сердце, как известно, память о прежней нашей жизни, если она припоминается как следует. Также память о всех грехах от юности, когда кто пересматривает их умом по частям, обыкновенно и смиряет, и слезы рождает, и ко всесердечному благодарению Бога подвигает нас, как и всегдашняя действенная память о смерти, которая при том рождает и плач радостный со сладостью, и трезвение ума. Преимущественно же смиряет мудрование наше и располагает потуплять очи в землю воспоминание о Страстях Господа нашего Иисуса Христа, когда кто проходит их в памяти и все подробно вспоминает. Это делание подает также и слезы. Сверх того истинно смиряют душу великие Божии благодеяния именно к нам, когда кто подробно перечисляет их и пересматривает; ибо мы имеем брань с гордыми (неблагодарными Богу) демонами.

Преп. Филофей

Не чуждайся из самолюбия этих спасительных врачевств душевных, если ты таков, что имеешь в них нужду. Ибо иначе ты уже не ученик Христов и не подражатель Павла, который говорит о себе: «несмь достоин нарещися апостолом »(1 Кор. 15, 9); а в другом месте сознается, что был прежде хульником, гонителем и досадителем (см.: 1 Тим. 1, 13). Видишь ли, горделивец, вот и святой, а не забывал прежней своей жизни. Да и все святые, от начала создания до ныне, облачались в это нищенское святое одеяние Божие (то есть в смирение). Сам Господь наш Иисус Христос, будучи Богом Непостижимым, Недоведомым и Неизглаголанным, в продолжении всей Своей во плоти жизни облечен был в смирение, так что святое смирение праведно должно именоваться и Божественной добродетелью, и Владычней заповедью и облачением. Также Ангелы и все светлые Божественные Силы проходят и хранят сию добродетель, ведая, каким падением пал возгордившийся сатана и как он, являясь примером того, как надлежит страшиться падения в сей грех Ангелам и людям, лежит лукавый в бездне, за гордость свою сделавшийся бесчестнейшим пред Богом паче всякой другой твари. Знаем мы и то, каким падением пал Адам из-за гордости. Имея пред очами такие примеры сей высокотворной добродетели, будем всегда смирять себя всячески, сколько сил есть, пользуясь указанными выше врачевствами. Смирим себя душою и телом и в мудровании, и в желании, и в речах, и в помышлениях, и во внешнем виде, и внешне, и внутренне. О чем особенно надобно заботиться, это – чтобы Сущий за нас Иисус Христос, Сын Божий и Господь, не стал против нас. «Ибо Господь гордым противится, смиренным же дает благодать» (Притч. 3, 34). «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, – »говорит Спаситель (Мф. 11, 29).

Преп. Филофей

Душа грехолюбивая, как стеною будучи ограждена и окружена духами злобы, связуется узами мрака и по причине этого окружающего ее мрака не может молиться, как следовало бы; ибо связуется им втайне, в сокровенных глубинах своих, сама не ведая как, и слепотствует внутренними очами. Но когда она положит начало молитвенному к Богу прибеганию и станет по силе трезвенствовать в молитве, тогда мало-помалу начинает она разрешаться силой молитвы; иначе же разрешиться ей от тьмы нет никакой возможности. В это время познает она, что есть внутрь в сердце иное борение, иное сокровенное противоборство, иная война в помыслах, от духов злобы возбуждаемых, как свидетельствует и Святое Писание, когда говорит: «аще дух владеющаго взыдет на тя, места твоего не остави» (Еккл. 10, 4). Место же ума есть твердое стояние его в добродетели и трезвение. Есть стояние и в добродетельной, и в грешной жизни. Ибо Писание говорит: «Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых и на пути грешных не ста» (Пс. 1, 1). И апостол учит: «Станите препоясани чресла ваша истиною» (Еф. 6, 14).

Преп. Филофей

Крепко-накрепко да держим Христа; ибо немало таких, которые всячески покушаются выкрасть Его из души. И сами не допустим до того, чтобы Иисус уклонился, «народу »(толпе) помыслов «сущу на месте »души (Ин. 5, 13). Но удержать Его невозможно без болезненного труда душевного. Потрудимся осязать следы жития Его во плоти, чтобы и свою жизнь проводить нам смиренно. Глубоко прочувствуем Страсти Его, чтобы, соревнуя Ему, терпеливо переносить все скорбное. Вкусим неизреченного Его смотрительного о нас снисхождения, чтобы от сладкого вкушения сего душою познать нам, сколь Благ Господь. Надо всем же сим, или прежде всего сего, да веруем Ему несомненно во всем, что говорит Он, и каждодневно да чаем промышления Его, на нас обращенного, и что ни случится, что ни встретим, будем принимать то с благодарностью, любовью и радостным довольством, да научимся смотреть на Единого Бога, Который всем управляет по Божественным законам премудрости Своей. Когда сделаем все это, тогда недалеко будем от Бога. Благочестие есть конца не имеющее совершенство, как сказал некто из богоносных и совершенных в духе мужей.

Преп. Филофей

Сладостная память о Боге, то есть о Иисусе, с гневом сердечным и огорчением спасительным обыкновенно разрушает все обаяния помыслов, разные внушения, слова, мечтания, мрачные воображения и, кратко сказать, все, чем вооружается и с чем дерзостно выступает всегубительный враг, ища поглотить души наши. Иисус, будучи призываем, все попаляет легко. Ибо ни в ком другом нет нам спасения, кроме Христа Иисуса. Это сказал и Сам Спаситель, говоря: «без Мене не можете творити ничесоже» (Ин. 15, 5).

Преп. Филофей

С крайним напряжением внимания блюди свой ум. Как только заметишь помысл, тотчас воспротиворечь ему, но вместе с тем спеши призвать Христа Господа на отмщение. Сладчайший же Иисус, когда ты еще будешь говорить, скажет: «Се, с тобою Я, чтобы подать тебе заступление». Но ты и после того как, по молитве твоей, все эти враги усмирены будут, опять продолжай усердно внимать уму. Вот снова волны (помыслов), множайшая прежних, одни за другими устремятся на тебя, так что от них будто уже погружается душа как в пучину и готова погибнуть. Но и Иисус опять, возбуждаемый учеником, яко Бог, запрещает злым ветрам. Ты же, улучив свободу от вражеских нападений на час или минуту, прославь Спасшего тебя и углубись в помышление о смерти.

Преп. Филофей

Не будем отрицаться и от трудов телесного подвижничества: ибо как из земли пшеница, так от них произрастает духовная радость и опытность в добре. Не будем ложными умствованиями отклонять требование совести, потому что она внушает нам спасительное и деятельное и всегда изрекает, в чем долг наш и к чему мы обязаны, особенно, когда бывает очищаема живым, деятельным и тонким трезвением ума. В этом случае она, по причине чистоты своей, обычно износит ясный суд достодолжный и решительный, – исключающий всякое колебание. Ради всего этого не должно сбиваться с пути ложными умствованиями; ибо она внутри возвещает нам жизнь, угодную Богу, и, строго обличая душу, если она осквернила смысл грехами, показывает способ исправления прегрешений, внушая сердцу падшему покаяться и указывая ему врачевство с сладостным убеждением.

Преп. Филофей

Дым, исходящий от дров, тяжел бывает для очей; но потом показывает им свет и услаждает тех, кому прежде причинял неприятность. И внимание, держа непрестанно в напряжении умные очи, утомляет и тяготит голову. Но Иисус, призываемый в молитве, придя, просвещает сердце. Память о Нем, вместе с осиянием (внутреннего нашего), доставляет и высочайшее из благ (то есть Самого Господа).

«Преп. Филофей» Многие из братий не знают прелести ума, которую претерпевают от демонов. Они полагают заботу о том, чтобы быть исправными в делах, не заботясь об уме, и проводят жизнь в простоте и бесхитростности. Думаю, что, не вкусивши сердечной чистоты, они совсем не знают тьмы внутренних страстей. Те, которые не знают брани 26, о которой говорит апостол Павел, не познали сего опытно, а потому только делом совершаемые грехи почитают падениями, не беря в счет мысленных поражений и побед, которых не видит чувственное око, потому что они сокровенны и ведомы только Единому Подвигоположнику Богу и совести подвизающегося. К таковым, кажется, сказано следующее слово Священного Писания: «говорят: мир, мир, и не бяше мира» (Иез. 13, 10). О тех братиях, которые от простоты находятся в таком состоянии, молиться надобно и научать их, сколько можно, чтобы удалялись не от видимых только худых дел, но и от того зла, которое действует в сердце. У тех же, которые имеют Божественное желание – очистить душевное око (собственно, зрительность души), иное есть делание Христово и иное таинство.

Преп. Филофей

* * *

На этом мы кончаем выписки из преп. Филофея Синайского и переходим к великим старцам Варсонофию и Иоанну, подвизавшимся в Палестине в VI веке.

* * *

Иерей. Разрешите, батюшка, остановить вас и предложить вам некоторые вопросы. Ответьте мне на них так, как бы вы ответили простому, рядовому мирянину, ничего не понимающему в вопросах внутренней духовной жизни. Последние два отца, преп. Исихий и преп. Филофей, говорят о помыслах, о борьбе с ними, о внимании, о внутреннем трезвении, о блюдении ума и сердца. Первый вопрос, который у меня возникает, есть вопрос о помыслах. Отцы говорят, что нужно стремиться к очищению себя от помыслов, и не только от дурных, но и вообще от помыслов… Как нужно понимать это? Неужели возможно ни о чем не думать и не иметь в голове никаких мыслей? Помыслы и мысли – одно ли это и то же? Или их нужно различать? И как тогда понимать слово «помыслы»? Это первый мой вопрос. А второй вопрос заключается в том, существует ли какая-нибудь связь между очищением от помыслов и Иисусовой молитвой?

Инок. Вы хорошо сделали, что высказали возникшие у вас недоумения. Это дает нам повод глубже и внимательнее разобраться в вопросе о помыслах. Помыслы и мысли – это не одно и то же, хотя в некоторых случаях они и сближаются. Мысль близко стоит к слову: в словесные формы облекаются мышление, размышление, которые являются естественной и необходимой деятельностью дарованного нам Богом разума, свободно нами осуществляемой. Мышлением мы углубляемся в познание окружающего нас мира и самих себя и разрешаем всевозможные вопросы по устроению нашей личной и общественной жизни. Эту деятельность нашего ума мы и называем работой мысли, но ее нельзя назвать работой помысла. Способность мыслить составляет такую же необходимую принадлежность нашего духовного существа, как и способность чувствовать, а также способность действовать, или проявлять волю. Другое дело помыслы. Помыслы – это не от нашей воли зависящее возникновение в нашем сознании тех или иных представлений, образов, предположений, намерений, желаний, воспоминаний и т. д. Здесь помысл сближается с мыслью. И мы нередко употребляем неосознанно то или другое слово: у меня возникла мысль, у меня возник помысл. В этом случае мысль, как и помысл есть нечто невольно возникающее в уме, а не свободная мыслительная деятельность ума. Помыслы бывают разного рода. В одной из предыдущих бесед мы приводили классификацию помыслов епископа Игнатия Брянчанинова. Он различает четыре вида помыслов. Отличительная черта всех их та, что они невольно возникают в нашем сознании. По словам епископа Игнатия, одни (помыслы) прозябают из благодати Божией, насажденной в каждого православного христианина Святым Крещением; другие предлагаются Ангелом хранителем; иные возникают из падшего естества; а иные наносятся падшими духами. Помыслы первых двух видов, правильнее, воспоминания и ощущения, содействуют молитве, оживляют ее, усиливают внимание и чувство покаяния, производят умиление, плач сердца, слезы и т. п. В помыслах и ощущениях падшего естества добро смешано со злом, а в демонских зло часто прикрывается добром, действуя, впрочем, иногда и открытым злом. Если наставники внутреннего делания советуют бороться не только с злыми помыслами, но и вообще с помыслами, то это означает лишь то, что христианин не должен находиться во власти невольно возникающих в его сознании помыслов. Он должен заботиться о чистоте и ясности своего сознания. Ибо, в действительности мы нередко бываем рабами помыслов и никак не можем от них освободиться. Они врываются в работу нашего ума, нарушают ясность, чистоту, непрерывность, силу и плодотворность его работы, засоряют сознание различными ненужными, пустыми, даже вредными, развращающими представлениями, картинами, воспоминаниями. В правильный и спокойный ход мышления врываются не идущие к делу и мешающие работе мысли, воспоминания и представления, например, о вчерашней встрече, о неприятном разговоре, о недоразумениях и обидах, о неисполненных тех или других планах, о полученных на улице впечатлениях, о газетных сообщениях и т. д. и т. д. Все это засоряет сознание, засоряет и сердце, особенно, когда человек станет на молитву или придет в храм Божий. В это время, как нарочно, словно из рога изобилия, посыпятся в голову всевозможные посторонние мысли, представления, воспоминания, планы будущего, мелкие заботы, мелкие тревоги о забытом или несделанном; в сердце возникает беспокойство, тревога, иногда раздражение против того или другого лица, потребность сделать то-то и то-то; ваша молитва начинает разлаживаться; она мешает вам, задерживает вас; вы начинаете молиться торопливо, чтобы как-нибудь поскорее закончить начатое молитвенное правило и заняться делом которое, может быть, не так уже было и неотложно. От чего все это происходит с нами? Конечно, прежде всего от недисциплинированности нашего сознания, от непривычки держать его в пределах назначенной ему нами работы, но не только от этого. У вас в миру мало придают значения и даже стесняются думать серьезно, а не только говорить, о той внешней, постоянно действующей, бесовской силе, которая стремится всевозможными способами засорить, загрязнить и осквернить наше сознание и наши чувства с целью поработить нас своей власти, отнять у нас ясность и чистоту мысли и совести и оторвать нас от Бога. И мы нередко, не сознавая и не желая сознавать это, становимся игрушкой этой внешней и злой силы. Она действует на нас и посредством греховных помыслов, овладевающих нашим сознанием и волей, постоянно врывающихся в нашу душу, нами овладевающих и нас терзающих и духовно убивающих. Каждый из нас среди этих помыслов, несомненно, найдет особенно ему сродные, от которых он особенно страдает и от которых не может никакими своими усилиями избавиться. Эту картину нашей бессильной борьбы с овладевающими нами помыслами очень хорошо изобразил преп. Симеон Новый Богослов во втором образе внимания и молитвы, о чем мы уже упоминали. Так вот, дорогой батюшка, из этого краткого моего объяснения, мне кажется, вы можете ясно увидеть различие между нашей свободной мыслью и невольно возникающими помыслами, а также понять и необходимость какой-то правильной и целесообразной борьбы с помыслами для очищения от этой сорной травы чистого поля нашего сознания и нашего сердца. Святые отцы и Православная Церковь предлагают нам верный и испытанный веками способ и путь к очищению нашего сердца и нашего сознания от этого засорения помыслами. К сожалению, мирские люди не только не пользуются этим способом, но большей частью даже и не подозревают о его существовании, они не догадываются даже и о возможности и необходимости бороться с помыслами и просто терпят их, как неизбежное зло. Между тем, в самом действовании на нас этих помыслов есть обстоятельство, помогающее нашей борьбе с ними. Это обстоятельство заключается в том, что помыслы не наваливаются на нас сразу всей своей силой, а завладевают нами постепенно, по мере того, как мы им поддаемся. Они как бы нащупывают для себя почву в нашей душе, и если видят, что не находят в ней сопротивления, то все более и более захватывают ее в свои сети.

Отцы Церкви различают несколько последовательных моментов в натиске, производимом на нас помыслами. Если мы по своей беспечности, или неосторожности, или по неведению не преодолеем помысла при первом соприкосновении с ним, то с каждым новым его натиском нам будет все труднее и труднее победить его. В приведенных выше выписках из наставлений святых отцов мы уже видели тот первоначальный способ борьбы с помыслами, на который они указывают. Прежде всего необходимо «разгневаться» на помысл, резко восстать против него и сейчас же обратиться с молитвой о помощи ко Господу, от действия которой помысл потеряет свою силу и рассеется. У св. Григория Синаита находится особенно подробное наставление об этом для новоначальных. Святые отцы ни в коем случае им не советуют вступать в единоборство с помыслами. Это пусть делают сильные и опытные. Новоначальным же следует, дав помыслу первый отпор, тотчас же укрыться в «глубину сердца» и там творить Иисусову молитву, ожидая помощи от Господа, каковую и подаст им Господь.

Постепенно возрастающую силу захвата нашей души помыслами святые отцы изображают так. Вначале является так называемый прилог. Этим именем называется всякий простой помысл, или представление какого-либо предмета, или какая-либо мысль, пришедшая человеку на ум. Как таковой, прилог называют безгрешным, не заслуживающим ни похвалы, ни осуждения, пока он не вызовет в нас того или другого к себе отношения. Второй момент наступает тогда, когда мы, заметив этот предмет или эту мысль, начинаем присматриваться к ним, или, по выражению отцов, начинаем с ними собеседовать, страстно или нестрастно. В этом случае мы не отталкиваем помысла и дозволяем ему остаться в нас, хотя и не принимаем его. Это называется сочетанием. Святые отцы почитают это уже не всегда безгрешным; но оно может быть и похвально, в том случае, если это рассматривание помысла завершается богоугодно, то есть когда мы отвергаем его, усматривая его греховность. Третий момент бывает тогда, когда к возникшему помыслу мы начинаем относиться сочувственно, склоняемся к нему и готовы последовать ему. Это называется сложением, или соглашением с помыслом. Но и в этом случае могут быть два исхода: после временного склонения в сторону помысла мы можем опомниться и, раскаиваясь и исповедуя Богу свой мысленный грех, призвать Бога на помощь, и Бог прощает нам грех, и мы преодолеваем помысл. Другой же исход, по слову преп. Григория Синаита, бывает тогда, «когда кто волей своей принимает от врага наносимые мысли и, согласуясь и сдружаясь с ними, побеждается ими так, что уже не только не противоборствует им, но и решается все сделать по их внушению, и если не исполнит своих решений на деле, то не по чему-либо другому, как только потому, что не было на то времени или места, или по какой другой причине, не дозволяющей совершить преднамеренное». Четвертый момент – тот, когда помысл насильно овладевает нашим сердцем, сливается с ним как бы в одну жизнь, удерживается в нем и разрушает наше доброе устроение. Этот момент называется пленением. Но и в этом случае плененный помыслом ум, при помощи Божией, может освободиться от него. Бывает, однако, что ум, как бы уносимый бурей и волнами и увлекаемый от своего доброго устроения к лукавым мыслям, не может уже прийти в тихое и мирное устроение. Этому особенно способствует суета и многие неполезные беседы. Но и здесь о тяжести греха надо судить различно, смотря по тому, случается ли это пленение во время молитвы, или не во время, и бывает ли это с помыслами средними, или злыми. Если пленение бывает не во время молитвы и касается необходимых для жизни потребностей, то таковое может быть даже и безгрешно. (Смотри об этом подробнее у преп. Нила Сорского. «Предание ученикам своим о жительстве скитском». Эту книгу епископ Игнатий Брянчанинов рекомендует новоначальным как первую книгу для ознакомления с деланием Иисусовой молитвы и умным деланием вообще.)

Наконец, высшая степень овладения нас помыслом именуется страстью. Это бывает тогда, когда долгим временем угнездившийся в душе нашей злой помысл становится как бы нашим нравом и постоянной привычкой. В такое состояние человек приходит по собственной своей воле, и в нем он постоянно обуревается страстными помыслами, влагаемыми врагом и укоренившимися в нем от постоянного упражнения и от мечтательности. Избавиться от этого состояния можно только путем покаяния; в противном случае человек подлежит будущей муке (там же). Вот какая последовательность существует в овладевании души нашей помыслами, и эта последовательность облегчает внимательному подвижнику борьбу с ними.

Вы спрашиваете еще, в каком отношении к помыслам стоит молитва Иисусова. Из сказанного вы сами можете видеть, что она стоит к ним в очень близком и понятном отношении. При помощи молитвы Иисусовой, и только при ее помощи, а не своими усилиями, как об этом единогласно свидетельствуют все отцы-подвижники, человек преодолевает первый момент в натиске помыслов, именно – прилог, а преодолев его, он тем самым отсекает от себя и всю последующую цепь натисков до страсти включительно.

Из сказанного видно также, какое огромное значение имеет в умном делании постоянное трезвение, блюдение ума и сердца и острозоркое внимание, при помощи которых человек улавливает момент, когда ему необходимо бывает обратиться к помощи горячей и усиленной Иисусовой молитвы, чтобы предотвратить угрожающую ему опасность засорения нечистыми или пустыми помыслами его ума и сердца. О, если бы миряне обратили на сказанное серьезное внимание. Насколько чище, правильнее и легче стала бы тогда их духовная жизнь. Зорко следя за чистотою самого источника духовной жизни, то есть за своим сердцем, им уже нетрудно было бы сделать чистыми и все внешние проявления этой жизни, то есть все свои поступки и свои взаимные отношения. Каким свежим, чистым воздухом повеяло бы тогда в нашей жизни. И насколько легче и отраднее дышалось бы тогда в ней. Наша главная беда именно и заключается в неупорядоченности, беспризорности и запущенности жизни нашего сердца.

Иерей. Большое вам спасибо, отче, за сделанное вами разъяснение. Дай Бог, чтобы оно дошло до слуха и коснулось сердца живущих в миру христиан. А теперь прошу вас продолжить изложение наставлений отцов Церкви об умном делании Иисусовой молитвы, каковое я слушаю с большим услаждением и пользой для себя.

Инок. Наставления святых преподобных отцов Варсонофия и Иоанна заключаются в книге их ответов, которые они давали на предлагаемые им различными лицами вопросы о разных сторонах монашеской и вообще христианской жизни. Книга содержит в себе 850 ответов на вопросы архиереев, иереев, монахов, мирян, старцев, юных, немощных и здоровых и является драгоценным и незаменимым пособием при разрешении тех или иных практических вопросов духовной жизни.

Утверждай сердце твое, полагая на нем без смущения крестное знамение, во имя Отца и Сына и Святого Духа, и веруя, что сие помогает нам попрать главу врага.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Желая омыть скверны, омой их слезами: ибо они чисто омывают всякую скверну. Пока не умолкнет гортань твоя, взывай ко Иисусу: «Наставниче, спаси ны, погибаем »(Лк. 8, 24). Очисти сердце свое от пепла и воспламени тот огонь, который Господь пришел ввергнуть на землю. Он истребит все сие и сделает золото твое чистым. Много потребно нам трезвения.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Когда восстает на тебя тело, – беги поспешно с молитвой к Иисусу, и успокоишься.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Хорошо ли упражняться в молитве «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя» или лучше поучаться в Божественном Писании и стихословить псалмы?

Ответ. Надобно делать и то и другое: немного того, и немного другого попеременно, по написанному: сия «подобаше творити и оных не оставляти» (Мф. 23, 23).

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Как сподобиться чистой и духовной молитвы?

Ответ. Поскольку Господь наш Иисус Христос сказал: «просите и дастся вам; ищите и обрящете; толцыте и отверзется вам» (ср.: Лк. 11, 9); то молись Самому Благому Богу, чтобы Он послал Святого Духа Утешителя; и Тот, придя, научит тебя всему и откроет тебе все таинства. Его взыщи себе в путеводители; Он не допустит прелести или рассеяния в сердце, не попустит нерадения и уныния, или дремоты мысли, просветит очи, утвердит сердце, возвысит ум. Ему прилепись, Ему веруй, Его возлюби; ибо Он умудряет безумных, услаждает мысль, подает силу, чистоту, радость и правду, учит долготерпению и кротости, любви и миру и дарует оные.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Как должно испытывать свои помыслы и как избегать пленения?

Ответ. Испытание помыслов состоит в следующем: когда придет тебе помысл, рассмотри, что от него происходит. Приведу тебе на сие и пример: представь себе, что кто-нибудь тебе досадил, и помысл побуждает тебя сказать ему что-нибудь; а ты скажи своему помыслу: если я выскажу ему, смущу его через это, и он будет на меня скорбеть; так потерплю немного и пройдет. Так и при всяком худом помысле, спроси себя, к чему приводят худые мысли, – и они прекратятся.

«Препп. Варсонофий и Иоанн» Непрестанно молиться относится к мере бесстрастия; и через это обнаруживается пришествие Духа, Который учит всему. Если всему, то и молитве. Ибо апостол говорит: «о чесом бо помолимся, якоже подобает, не вемы; но Сам Дух ходатайствует о нас воздыхании неизглаголанными »(Рим. 8, 26).

Препп. Варсонофий и Иоанн

Если внутреннее делание по Богу не поможет человеку, то напрасно он трудится во внешнем. Внутреннее делание с болезнью сердечной производит истинное безмолвие сердца; такое безмолвие производит смирение, а смирение делает человека селением Божиим; от вселения же Божия (в человеке) изгоняются лукавые демоны и начальник их диавол с постыдными их страстями, и человек делается храмом Божиим, освящаемым, просвещенным, очищенным и исполненным всякого благодеяния, благости и радости. Человек сей делается Богоносцем. Трудись же, по силе внутреннего человека, над тем, чтобы смирить свои помыслы; и тогда Бог откроет очи сердца твоего, чтобы видеть истинный свет и быть в состоянии сказать: благодатью спасен я о Христе Иисусе Господе нашем.

«Препп. Варсонофий и Иоанн» Скажу тебе о подвигах духовных, что они без хранения ума ни во что не вменяются человеку.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Есть раздражительность естественная и есть раздражительность противоестественная. Естественная противится исполнению похотных вожделений, и она не требует врачевания, как здравая. Противоестественная восстает, если не исполняются вожделения. Сия последняя требует врачеваний сильнейших, чем вожделения.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Для искоренения скверной страсти (блудной) необходим труд сердечный и телесный: сердечный, чтобы сердце непрестанно молилось Богу; телесный, чтобы человек умертвил и посильно поработил тело свое. Всячески надо не допускать согласия с помыслом. Согласие с помыслом вообще в том состоит, что когда что-либо нравится человеку, он услаждается тем в сердце своем и с удовольствием размышляет о том. Если же кто противоречит помыслу и ведет с ним брань, чтобы не принимать его, это не есть согласие, но брань, и сие приводит человека к опытности и успеху.

«Препп. Варсонофий и Иоанн» Без болезни сердечной никто не получает дарования различать помыслы. Когда же Бог подаст кому сие дарование, тогда он всегда уже будет в состоянии различать помыслы духом Его.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Утром немного соберешься в себя; но потом дело за делом развлекают тебя, и к вечеру являешься пуст, омрачен и уныл, как быть? Погиб я.

Ответ. Не должно тебе отчаиваться вследствие этого. Кормчий, когда корабль его бьют волны, не отчаивается в своем спасении, но управляет кораблем, пока не приведет его в пристань. Так и ты, видя, что увлекся и рассеялся в деле, воззови себя к началу пути, говоря с пророком: «и рех, ныне начах »(Пс. 76, 11). Рассматривай также встречающиеся дела и обсуждай, как вести их, не отставая от своего внутреннего делания. Попечение ради Бога есть духовное делание, исполняемое и совершаемое во спасение души. Старайся, по силе своей, не опутывать себя мелочными делами, ограничиваясь самонужнейшим. Будь разумно внимателен к себе, и Бог поможет тебе.

«Препп. Варсонофий и Иоанн» Да даст тебе Господь разум духовный, чтобы ты мог во всех делах твоих поступать разумно. Воздерживай язык свой от празднословия, чрево от сластолюбия и не раздражай ближнего. Не будь дерзок, почитай себя за ничто, храни любовь ко всем и имей всегда Бога в уме своем, поминая, «когда явлюся лицу Божию» (Пс. 41, 3). Сохрани сие, и земля твоя принесет сторичный плод Богу.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Не плач происходит от слез, а слезы от плача. Если человек, не обращая внимания на чужие грехи, на свои одни смотрит, то приобретает плач. Ибо через сие собираются его помыслы и, собираясь таким образом, рождают в сердце печаль по Богу (2 Кор. 7, 10), а печаль эта – слезы.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Если страстный помысл войдет в сердце, чем отражать его: тем ли, чтобы противоречить ему, или произнести запрещение и как бы прогневаться на него, или тем, чтобы прибегнуть к Богу и повергнуть пред Ним свою немощь?

Ответ. Страсти те же скорби, и Господь не отделил их, но сказал: «призови Мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя.» (Пс. 49, 15). И потому в отношении всякой страсти ничего нет полезнее, как призывать имя Божие. Противоречить же прилично не всем, но только сильным о Боге, которым повинуются бесы. Если же кто из слабых будет противоречить, бесы ругаются над ним, что, находясь в их власти, он им же противоречит. Также и запрещать им дело мужей великих, имеющих над ними власть. Многие ли из святых запрещали диаволу, подобно Михаилу Архангелу, который сделал сие потому, что имел власть. Нам же, немощным, остается только прибегать к имени Иисусову; ибо страсти, как сказано, суть демоны и уходят (от призывания сего имени).

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Когда отягощаюсь помыслами при псалмопении или без оного и призываю в помощь имя Божие, то враг внушает мне, что непрестанное призывание имени Божия ведет к возношению, ибо человек может при том думать, что он хорошо делает. Как надлежит помышлять о сем?

Ответ. Мы знаем, что болящие всегда требуют врача и врачевания его и обуреваемые непрестанно спешат к пристанищу, чтобы не постигло их потопление. Посему-то и пророк взывает, говоря: «Господи, прибежище был еси нам в род и род» (Пс. 89, 2); и еще: «Бог нам прибежище и сила, помощник в скорбех, обретших ны зело» (Пс. 45, 2). Если же Он прибежище наше, то вспомним, что говорит Он: «Призови Мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя» (Пс. 49, 15.) Итак, научимся тому, что во время скорби непременно надобно призывать Милостивого Бога. Призывая же имя Божие, да не возносимся помыслом. Кто, кроме безумного, превозносится, получая от кого-либо помощь? Мы же, как имеющие нужду в Боге, призывая имя Его в помощь на сопротивных, если не безумны, то не должны возноситься помыслом, ибо по нужде призываем и скорбя прибегаем. Сверх того, мы должны знать, что непрестанно призывать имя Божие есть врачевание, убивающее не только страсти, но и самое действие их. Как врач изыскивает врачевание или пластырь на рану страждущего, и они действуют, причем больной и не знает, как сие делается; так точно и имя Божие, будучи призываемо, убивает все страсти, хотя мы и не знаем, как сие совершается.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Хорошо ли всегда помышлять (о Боге) в сердце своем или сердечно молиться Ему без содействия языка? Когда случается, что я упражняюсь в сем, мысль моя погружается в рассеянность и я пребываю будто в сонных мечтаниях.

Ответ. Не уклоняться умом и не погружаться сильно в рассеянность или мечтание есть дело совершенных, могущих управлять умом своим и содержать его всегда в страхе Божием. А тот, кто не может иметь постоянного трезвения по Богу, пусть передает поучение и языку (то есть пусть и языком повторяет слово, обращенное к Богу). Подобное сему видим и на плавающих в море: те из них, которые искусны, смело ввергают себя в море, зная, что оно не может потопить хорошо обучившихся искусству плавания. Начинающий же обучаться сему искусству, почувствовав, что он находится в глубоком месте, из опасения утонуть спешит выбраться из глубины на берег, и, отдохнув немного, снова бросается в глубину и упражняется таким образом, чтобы совершенно узнать это искусство, пока достигнет степени изучивших оное прежде его.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Движение (против злых помыслов) должно состоять в том, чтобы не склоняться к лукавому помыслу и не соглашаться с ним, но безмятежно прибегать к Богу. Итак, если войдет помысл, не смущайся, но рассмотри, что он хочет сделать, и сопротивляйся, безмятежно призывай Господа. Господь, придя в землю иудейскую, то есть в сердце человеческое, изгонит бесов. Итак, воззови к Нему, как ученики: «Наставниче, спаси ны, погибаем» (Мф. 8, 25); и Он, пробудившись, запретит ветрам, и утихнут; ибо Его есть сила и слава вовеки.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Сколько имеешь силы, уничижай себя день и ночь, понуждаясь увидеть себя ниже всякого человека. Это есть истинный путь, и кроме него нет другого.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Если вижу, что кто-нибудь поступает неприлично, могу ли я судить о сем неприличии? И как избежать проистекающего отсюда осуждения ближнего?

Ответ. То дело, которое действительно неприлично, мы не можем не признать за неприличное; ибо иначе как избежим происходящего от него вреда? Того же, кто делает такое дело, осуждать не следует, как по слову Писания: «не судите, да не осуждени будете »(Лк. 6, 37), так и потому, что нам должно признавать самих себя грешными более всех, а равно и потому, что согрешение брата мы должны считать за свое собственное и ненавидеть лишь диавола, прельстившего его. Когда бы кто столкнул другого в яму, то мы порицаем не того, кто упал в яму, а того, кто столкнул его; так точно и здесь. – Случается, что человек делает дело, которое видящим оное кажется неприличным, но оно совершается по благому намерению делающего. А равно мы не знаем и того, не сделается ли согрешивший брат посредством покаяния благоугодным Богу через свое смиренномудрие и исповедание. Фарисей отошел осужденным за свое величание. Зная сие, будем подражать мытареву смирению и осуждать самих себя, чтобы быть оправданными; и убегать фарисейского величания, чтобы не быть осужденными. От желания человекоугодия человек приходит в тщеславие. Когда же оно умножится, – приходит гордость.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Должно ли любопытствовать о Божественных Тайнах? И, приступая к ним, грешный осуждается ли как недостойный?

Ответ. Придя во святой храм для принятая Тела и Крови Христовых и принимая оные, внимай себе, чтобы несомненно веровать истине сего (Таинства). А как сие бывает, не любопытствуй, но верь, как сказано: «Сие есть Тело Мое, сия есть Кровь Моя. »Господь дал нам их во оставление грехов (Мф. 26, 26; Мк. 14, 22). Надеемся, что кто верует так, тот не осудится, а кто не верует, уже осужден есть. Итак, не воспрещай себе приступать, осуждая себя как грешнаго, но признавай, что грешник, приступающий к Спасителю, удостаивается отпущения грехов. И в Священном Писании видим приступающих к Нему с верою и слышавших оный Божественный глас: «отпущаются тебе греси твои мнози» (Мф. 9, 2, 5; Мк. 2, 5; Лк. 7, 47–48). Послушай и Самого Господа, Который говорит: «не приидох спасти праведных, но грешныя »(Лк. 5, 32). Итак, признавая себя грешным, приступи к Могущему спасти погибшего (Мф. 18, 11; Лк. 19, 10).

Препп. Варсонофий и Иоанн

Стоишь ли ты, или сидишь, или лежишь, пусть бодрствует сердце твое в твоем псалмослужении. Предавайся молитве, непрестанно прибегая к Богу, днем и ночью, и тогда враги, борющие душу, отступят постыженные.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Слушать с удовольствием злословие есть также злословие и заслуживает равное с ним осуждение.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Когда услышу, что кто-нибудь худо говорит о мне, что мне делать?

Ответ. Встань на молитву и помолись сперва об нем, потом о себе, говоря: «Господи Иисусе Христе, помилуй сего брата и меня, непотребного раба Твоего, и покрой нас от лукавого, молитвами святых Твоих. Аминь».

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Во время беседы с кем-либо хорошо ли призывать имя Божие?

Ответ. И во время беседы, и прежде беседы, и после беседы, во всякое время и во всяком месте должно призывать имя Божие. Писание говорит: «Непрестанно молитеся» (1 Фес. 5, 17); ибо через сие упраздняется всякое искушение.

Препп. Варсонофий и Иоанн

Вопрос. Как может человек непрестанно молиться?

Ответ. Когда кто бывает наедине, то должен упражняться в псалмопении и молиться устами и сердцем; если же кто будет на торгу и вообще вместе с другими, то не следует молиться устами, но одним умом. При сем надлежит соблюдать глаза, для избежания рассеяния помыслов и сетей вражьих.

«Препп. Варсонофий и Иоанн» Вопрос. Когда молюсь или упражняюсь в псалмопении и не ощущаю силы произносимых слов, по причине сердечного нечувствия, какая мне польза от сего (моления)?

Ответ. Хотя ты и не ощущаешь (силы того, что произносишь), но бесы ощущают ее, слышат и трепещут. Итак, не переставай упражняться в псалмопении и молитве, и мало-помалу, помощью Божией, нечувствие твое преложится в мягкость.

Препп. Варсонофий и Иоанн

* * *

Переходим теперь к великому наставнику безмолвия и совершенной молитвы преподобному Исааку Сирину 27, епископу Ниневийскому, жившему в VI веке.

Начало истинной жизни в человеке – страх Божий.

«Преп. Исаак Сирин» Умудрись в основание шествия твоего полагать страх Божий, и в немного дней, не делая кружений на пути, будешь у врат Царствия.

Преп. Исаак Сирин

Преследуй сам себя, и враг твой прогнан будет приближением твоим. Умирись сам с собою, и умирятся с тобою небо и земля. Потщись войти во внутреннюю свою клеть, и узришь клеть небесную, потому что та и другая – одно и то же, и входя в одну, видишь обе. Лествица оного Царствия внутри тебя, сокровенна в душе твоей. В себе самом погрузись от греха, и найдешь там восхождения, по которым в состоянии будешь восходить.

Преп. Исаак Сирин

Постоянно утруждай себя молитвами пред Богом в сердце, носящем чистый помысл, исполненный умиления, и Бог сохранит ум твой от помыслов нечистых и скверных, да не укорится о тебе путь Божий.

Преп. Исаак Сирин

Начало помрачения ума прежде всего усматривается в лености к Божией службе и молитве. Ибо если душа сперва не отпадет от этого, нет для нее пути к душевному обольщению; когда же (за леность к молитве) лишается она Божией помощи, удобно впадает в руки противников.

Преп. Исаак Сирин

Иное есть чистота ума, и иное – чистота сердца. Ибо ум есть одно из душевных чувств, а сердце обнимает в себе и держит в своей власти все внутренние чувства. Оно есть корень, а если корень свят, то и ветви святы, то есть если сердце доводится до чистоты, то ясно, что очищаются и все чувства. Если ум приложит старание к чтению Божественных Писаний или потрудится несколько в постах, в бдениях, в безмолвиях, то забудет прежний свой образ мыслей и достигнет чистоты, как скоро удалится от скверного жития; однако же не будет иметь постоянной чистоты, потому что как скоро он очищается, так же скоро и оскверняется. Сердце же достигает чистоты многими скорбями, лишениями, удалением от общения со всем, что в мире мирского, и умерщвлением себя для всего этого. Если же достигло оно чистоты, то чистота его не сквернится чем-либо малым, не боится великих явных браней, разумею брани страшные; потому что приобрело себе крепкий желудок, который может скоро переварить всякую пищу, несваримую в людях немощных… Так, всякая чистота, приобретенная скоро, в короткое время и с малым трудом, скоро теряется и оскверняется. Чистота же, достигнутая многими скорбями и приобретенная продолжительным временем, не страшится какого-либо не превышающего меру приражения в которой-либо из частей души, потому что укрепляет душу Бог. Ему слава во веки веков. Аминь.

Преп. Исаак Сирин

Чист умом не тот, кто не знает зла (ибо не знают зла и скоты), не тот, кто по естеству находится в состоянии младенческом, не тот, кто принимает на себя вид чистоты. Но вот чистота ума – просветление Божественным, по деятельном упражнении в добродетелях. И не смеем сказать, чтобы приобрел кто сие без искушения помыслами, потому что иначе он был бы необлеченный телом. Ибо не отваживаемся говорить, чтобы естество наше до самой смерти не было боримо и не терпело вреда. Искушением же помыслов называю не то, чтобы подчиняться им, но чтобы положить начало борьбе с ними.

Преп. Исаак Сирин

Кто хранит сердце свое от страстей, тот ежечасно зрит Господа. У кого помышления всегда о Боге, тот прогоняет от себя демонов и искореняет семя их злобы. Кто ежечасно назирает за своей душой, у того сердце возвеселится откровениями. Кто зрение ума своего сосредоточивает внутри себя самого, тот зрит в себе духовную зарю. Кто возгнушался всяким парением ума, тот зрит Владыку внутри сердца своего.

Преп. Исаак Сирин

Страсти искореняются и обращаются в бегство непрестанным погружением мысли в Боге. Это меч, умерщвляющий их. Кто желает видеть Господа внутри себя, тот прилагает усилие очищать сердце свое непрестанным памятованием о Боге. И таким образом при светлости очей ума своего ежечасно он будет зреть Господа. Что бывает с рыбой, вышедшей из воды, то бывает с умом, который выступил из памятования о Боге и парит памятованием о мире.

Преп. Исаак Сирин

Деятельность, связанная с несением креста, двоякая; по двоякости естества она и разделяется на две части. Одна состоит в претерпении плотских скорбей, производимых действованием раздражительной части души, она, собственно, и называется деятельностью. Другая заключается в тонком делании ума и в Божественном размышлении, а также и в пребывании на молитве и так далее; она совершается вожделевательной частью души и называется созерцанием. И первая очищает по силе ревности страстную часть души, а вторая – действенность душевной любви, то есть естественное вожделение, которое просветляет умную часть души. Всякого человека, который прежде совершенного обучения в первой части переходит ко второй, привлекаемый ее сладостью, не говорю уже – своей леностью, постигает гнев (Божий) за то, что не умертвил прежде «уды »свои, «яже на земли »(Кол. 3, 5), то есть не уврачевал немощи помыслов терпеливым упражнением в делании крестного поношения, но дерзнул в уме своем возмечтать о славе крестной. Сие-то и значит сказанное древними святыми, что если ум вознамерится взойти на крест прежде, нежели чувства его, исцелясь от немощи, придут в безмолвие, то постигает Божий гнев. Сие восхождение на крест, навлекающее гнев, бывает не в первой части претерпевания скорбей, то есть распятия плоти, но когда человек входит в область созерцания; а это есть вторая часть, следующая за исцелением души.

Преп. Исаак Сирин

У кого ум осквернен постыдными страстями и кто поспешает наполнить ум свой мечтательными помыслами, тому заграждаются уста наказанием за то, что, не очистив прежде ума скорбями и не покорив плотских вожделений, но положившись лишь на то, что слышало ухо и что написано чернилами, устремился он дерзновенно вперед, на путь, исполненный мраков, когда сам слеп очами. Ибо и те, у кого зрение здраво, будучи исполнены света и приобретя себе вождей благодати, день и ночь бывают в опасности, между тем как очи у них полны слез, и они в молитве и в плаче продолжают служение свое целый день, даже и ночь, по причине ужасов, ожидающих их в пути и встречающихся им страшных стремнин и образов истины, оказывающихся перемешанными с обманчивыми призраками вещей.

Преп. Исаак Сирин

То, что от Бога, приходит само собою, а ты и не почувствуешь. Это правда, но только если место чисто, а не осквернено. Если же нечиста зеница душевного ока твоего, то не дерзай устремлять взор на солнечный шар, чтобы не утратить тебе сего малого луча, то есть простой веры, и смирения, и сердечного исповедания, и малых посильных тебе дел, и не быть низвергнутым в единую область духовных существ, которая есть тьма кромешная, ибо то, что вне Бога, и есть подобие ада, как извергнут был тот, кто не устыдился прийти на брак в нечистых одеждах.

«Преп. Исаак Сирин» Всякому делу свой порядок, и всякому роду жизни известное время. Кто прежде времени начинает что сверх его меры, тот ничего не приобретает, а усугубляет только себе вред.

Преп. Исаак Сирин

Как из многих тысяч едва находится один, исполнивший заповеди и достигший через то душевной чистоты, так из тысячи разве один найдется, при великом рачении и бдительности сподобившийся достигнуть чистой молитвы; а достигший того таинства, которое уже за сей молитвой, едва находится из рода в род.

Преп. Исаак Сирин

Какой признак того, что чистота начала водворяться в сердце? – Когда сподобится кто благодати слез, проливаемых без принуждения; потому что слезы положены уму как бы неким пределом между телесным и духовным, между состоянием страстным и чистотой. Пока не примет человек этого дарования, дело его совершается еще во внешнем только человеке, и еще вовсе не ощутил он действенности того, что сокрыто в духовном человеке.

Преп. Исаак Сирин

Если просишь чего у Бога, и Он медлит услышать тебя вскоре, – не печалься, потому что ты не премудрее Бога. Бывает же сие с тобою или потому, что недостоин ты получить просимое; или потому, что пути сердца твоего не соответственны, но противны прошениям твоим; или потому, что не пришел ты еще в меру, чтобы принять дарование, которое просишь. Ибо не должно нам прежде времени касаться великих мер, чтобы дарование Божие, от скорости приятия оного, не сделалось бесполезным; потому что легко полученное скоро и утрачивается; все же приобретенное с болезнью сердечной и хранится с осторожностью.

Преп. Исаак Сирин

Вне искушений не усматривается Промысл Божий, невозможно приобрести дерзновения пред Богом, невозможно научиться премудрости Духа, нет также возможности, чтобы Божественная любовь утвердилась в душе твоей. Прежде искушений человек молится Богу, как чужой кто. Когда же входит в искушения по любви к Богу и не допускает в себя изменения (остается непоколебим), тогда поставляется пред Богом, как бы имеющий Его должником своим и бывает Ему как искренний друг; потому что во исполнение воли Божией вел брань с врагом Божиим и победил его.

«Преп. Исаак Сирин» Всякая молитва, в которой не утруждалось тело и не скорбело сердце, вменяется за одно с недоношенным плодом чрева, потому что такая молитва не имеет в себе души.

Преп. Исаак Сирин

Иное слово действенное, и иное слово красивое. И без знания вещей мудрость умеет украшать слова свои, говорить истину, не зная ее, и толковать о добродетели, хотя сам человек не изведал опытно дела ее… Что художник, который живописует на стенах воду и не может той водой утолить свою жажду, и что человек, который видит прекрасные сны, то же и слово, не оправданное деятельностью. Кто говорит о добро детели, которую сам испытал на деле, тот передает сие слушающему его, как иной отдает другому деньги, добытые трудом своим. И кто из собственного стяжания посевает учение в слух внимающих ему, тот с дерзновением отверзает уста свои, говоря духовным своим чадам, как престарелый Иаков сказал целомудренному Иосифу: «аз же даю ти »единую часть «свыше братии твоея, юже взях у »аммореев «мечем моим и луком моим» (Быт. 48, 22).

«Преп. Исаак Сирин» Если будешь в прекрасной добродетели и не почувствуешь, что вкушаешь от нее наслаждение, то не дивись. Ибо пока не смирится человек, не получает награды за свое делание. Награда дается не за делание, а за смирение: кто оскорбляет последнее, тот теряет первое.

Преп. Исаак Сирин

Дарование без искушений – погибель для приемлющих оное. Если делаешь доброе пред Богом, и Он даст тебе дарование, умоли Его научить тебя смиряться или взять у тебя оное, чтобы оно не было для тебя причиной гибели.

Преп. Исаак Сирин

Путь Божий есть ежедневный крест. Никто не восходил на небо, живя прохладно. О пути же прохладном знаешь, где он оканчивается.

Преп. Исаак Сирин

Человек, пока в нерадении, боится часа смертного; а когда приблизится к Богу, боится сретения Суда; когда же всецело поступит в предняя, тогда любовью поглощается тот и другой страх.

Преп. Исаак Сирин

Пусть у тебя всегда берет перевес милостыня. Сердце жесткое и немилосердное никогда не очистится. Человек милосердый – врач души своей; потому что как бы сильным ветром из внутренности своей разгоняет он омрачение страсти.

Преп. Исаак Сирин

Разумная душа, будучи соединена и сопряжена с чувствами и своими помыслами, естественно увлекается, если человек не будет бодрствовать в сокровенной молитве.

Преп. Исаак Сирин

Смирение и без дел многие прегрешения делает простительными; напротив того, без смирения и дела бесполезны. Что соль для всякой пищи, то смирение для всякой добродетели. Для приобретения его потребно непрестанно печалиться мыслью с уничижением и рассудительной печалью.

Преп. Исаак Сирин

Должно погружаться во внутреннего своего человека и там уединенно пребывать, непрестанно возделывая виноградник сердца своего. И может быть, что сим пребыванием близ внутреннего человека придем в совершенное соединение с Живущим в нас Христом.

«Преп. Исаак Сирин» Не дела отверзают заключенную дверь сердца, но сердце сокрушенное и смирение души, когда препобедит страсти смирением.

Преп. Исаак Сирин

Одним из святых написано: кто не почитает себя грешником, того молитва не приемлется Господом.

Преп. Исаак Сирин

Приведем в устройство область сердца делами покаяния и житием благоугодным Богу; Господне же придет само собою, если место в сердце будет чисто и неосквернено.

Преп. Исаак Сирин

Сокровенное делание и заповеди новые и духовные, которые душа хранит, имея в виду страх Божий, обновляют и освящают душу и сокровенно врачуют все члены ее.

Преп. Исаак Сирин

Ничто не может так приблизить сердце к Богу, как милостыня; и ничто не производит в душе такой тишины, как произвольная нищета.

«Преп. Исаак Сирин» Когда человек закроет врата градские, то есть чувства, тогда ратует внутри и не боится злоумышляющих вне града.

Преп. Исаак Сирин

Чем погубил ты доброе, тем приобретай его опять. Погубил ты целомудрие, Бог не примет от тебя милостыни, если пребываешь в блуде, потому что хочет от тебя святыни тела.

Преп. Исаак Сирин

Телесные труды без чистоты ума то же, что бесплодная утроба и иссохшие сосцы, потому что не могут приблизиться к ведению Божию. Тело они утомляют, но не заботятся искоренить страсти в уме, а потому ничего и не пожинают.

Преп. Исаак Сирин

Как благодать на благодать людям по Крещении дано покаяние. Ибо покаяние есть второе возрождение от Бога. И то дарование, которого залог прияли мы от веры, приемлем покаянием. Покаяние есть дверь милости, открытая усиленно ищущим его; сей дверью входим в милость Божию: помимо этого входа не можем обрести милости: «вси бо, »по слову Божественного Писания, «согрешиша, оправдаеми туне благодатию Его »(Рим. 3, 23, 24). Покаяние есть вторая благодать и рождается в сердце от веры и страха Божия.

Преп. Исаак Сирин

Есть ведение, предшествующее вере, и есть ведение, порождаемое верою. Ведение, предшествующее вере, есть ведение естественное; а порождаемое верою есть ведение духовное. Есть ведение естественное, различающее добро от зла, и оно именуется естественной рассудительностью, которой естественно, без научения, распознаем добро и зло. Сию рассудительность Бог вложил в разумную природу, при помощи же научения она получает приращение и пополнение. Нет человека, который бы не имел ее. Лишенные этой силы ниже разумной природы, и утративших сию познавательную силу… пророк справедливо уподобил несмысленным скотам. Эта рассудительность помогает нам обретать путь Божий. Это есть естественное ведение: оно предшествует вере и есть путь к Богу. Ею (рассудительностью) научаемся различать добро от зла и принимать веру. И сила природы свидетельствует, что человеку подобает веровать в Того, Кто сотворил все это, веровать и словесам заповедей Его и исполнять их. От веры же рождается страх Божий; и когда он будет сопровождать дела и постепенно взойдет к деланию, тогда рождает он духовное ведение, о котором сказали мы, что рождается оно от веры. Итак, вера производит в нас страх; страх же понуждает нас к покаянию и деланию. Так дается человеку духовное ведение, то есть ощущение тайн, которое рождает веру истинного созерцания. Таким образом, не просто от одной только веры рождается духовное ведение, но вера рождает страх Божий, и когда в Божием страхе начнем действовать, от действия страха Божия рождается духовное ведение… Не страх Божий рождает сие духовное ведение (ибо чего нет в природе, то не может и родиться), но ведение сие дается как дар деланию страха Божия. Когда исследуешь внимательно делание страха Божия, тогда найдешь, что оно есть покаяние. И духовное ведение, за ним следующее, есть то самое, о чем сказали мы, что залог его (ведения) прияли мы в Крещении, а дарование его приемлем покаянием. И дарование сие, о котором сказали мы, что приемлем оное покаянием, есть духовное ведение, подаваемое как дар деланию страха. Духовное же ведение есть ощущение сокровенного. И когда ощутит кто сие невидимое и во многом превосходнейшее, тогда приемлет оно от сего именование духовного ведения, и в ощущении его рождается иная вера, не противная вере первой, но утверждающая ту веру. Называют ее верой созерцательной. Дотоле был слух (то есть вера от слуха – см.: Рим. 10, 17), а теперь созерцание: созерцание же несомненнее слуха.

Преп. Исаак Сирин

Все роды и виды молитвы, какими только люди молятся Богу, имеют пределом чистую молитву. Ибо и воздыхания, и коленопреклонения, и сердечные прошения, и сладчайшие вопли, и все виды молитвы, как я сказал, имеют пределом чистую молитву, и до нее только имеют возможность простираться… Чистота и нечистота молитвы зависит от следующего: как скоро в то самое время, как ум приуготовляется принести (молитву), примешивается к ней какая-либо посторонняя мысль или беспокойство о чем-нибудь, тогда молитва сия не называется чистой, потому что не от чистых животных принес ум на жертвенник Господень, то есть на сердце – этот духовный Божий жертвенник…

После чистой молитвы иной молитвы нет. До сего только предела всякое молитвенное движение и все виды молитвы доводят ум властью свободы. Потому и подвиг в молитве. А за сим пределом будет уже изумление, а не молитва; потому что все молитвенное прекращается, наступает же некое созерцание и не молитвой молится ум… Иное дело молитва, а иное – созерцание в молитве, хотя молитва и созерцание заимствуют себе начало друг в друге. Молитва есть сеяние, а созерцание – собирание рукоятей… Как из многих тысяч едва находится один, исполнивший заповеди и все законное с малым недостатком и достигший душевной чистоты, так из тысячи разве один найдется, сподобившийся, при великой осторожности, достигнуть чистой молитвы, расторгнуть этот предел и приять оное таинство; потому что чистой молитвы многие так и не сподобились, сподобились же весьма редкие; а достигших того таинства, которое уже за сей молитвой, едва, по благодати Божией, находится и из рода в род… И если чистой молитвой едва ли кто молится, то что сказать о молитве духовной? У святых отцов было в обычае всем добрым движениям и духовным деланиям давать именование молитвы. И не только отцам, но и всем, которые просвещены ведением, обычно всякое прекрасное делание вменять почти за одно с молитвой… Иногда сию, так называемую духовную, молитву в одном месте называют путем, а в другом ведением, а иногда еще умным видением. Видишь, как отцы переменяют названия духовных предметов. Ибо точность именований устанавливается для предметов здешних, а для предметов будущего века нет подлинного и истинного названия, есть же о них одно простое ведение, которое выше всякого наименования и всякого составного начала, образа, цвета, очертания и всех придуманных имен. Поэтому, когда ведение души возвысится за пределы видимого мира, тогда отцы в означение оного ведения употребляют, какие хотят, названия, так как точных именований оному никто не знает. Но, чтобы утвердить на сем ведении душевные помышления, употребляют они наименования и притчи, по изречению св. Дионисия, который говорит, что ради чувств употребляем притчи, слоги, приличные имена и речения. Когда же действием Святого Духа душа подвигнута к Божественному, тогда излишни для нас и чувства, и их деятельность, равно как излишни силы духовной души, когда она, по непостижимому единству, соделывается подобной Божеству и в своих движениях озаряется лучом высшего света. Итак, поверь, брат, что ум имеет возможность различать свои движения только до предела чистой молитвы. Как же скоро достигнет туда и не возвращается вспять, или оставляет молитву – молитва делается тогда как бы посредницей между молитвой душевной и духовной. И когда ум в движении, тогда он в душевной области; но как скоро вступает он в оную область, прекращается и молитва. Ибо святые в будущем веке, когда ум их поглощен Духом, не молитвой молятся, но с изумлением водворяются в веселящей их славе. Так бывает и с нами. Как скоро ум сподобится ощутить будущее блаженство, забудет он и самого себя, и все здешнее и не будет уже иметь в себе движения к чему-либо. Посему, некто с уверенностью осмеливается сказать, что свобода воли путеводит и приводит в движение посредством чувств всякую совершаемую добродетель и всякий чин молитвы, в теле ли то, или в мысли, и властвует даже над самим умом – этим царем страстей. Когда же управление и смотрение Святого Духа возгосподствует над умом – этим домостроителем чувств и помыслов, тогда отъемлется у природы свобода и ум путеводится, а не путеводит. И где тогда будет молитва, когда природа не в силах иметь над собой власти, но иной силой путеводится, сама не знает куда, и не может совершать движений мысли, в чем бы ей хотелось, но овладевается в тот час пленившей ее силой и не чувствует, где путеводится ею? Тогда человек не будет иметь и хотения; даже, по свидетельству Писания, не знает, «в теле он, или вне тела» (2 Кор. 12, 2). И будет ли уже молитва в том, кто столько пленен и не сознает сам себя? Посему никто да не глаголет хулы и да не дерзает утверждать, что молится духовной молитвой. Такой дерзости предаются те, которые молятся с кичливостью, невежды ведением и лживо говорят о себе, будто бы, когда хотят, молятся они духовной молитвой. А смиренномудрые и понимающие дело соглашаются учиться у отцов и знать пределы естества и не дозволяют себе предаваться таким дерзким мыслям.

Преп. Исаак Сирин

* * *

В другом месте преподобный Исаак Сирин дает еще такое определение духовной молитвы.

Душевные движения за строгую непорочность и чистоту делаются причастными действенности Святого Духа. И сего сподобляется один из многих тысяч людей, потому что это – тайна будущего состояния и жития. Ибо он возносится, и естество пребывает недейственным, без всякого движения и памятования о здешнем. Не молитвой молится душа, но чувством ощущает духовные вещи оного века, превышающие понятие человеческое, уразумение которых возможно только силою Святого Духа. И это умное созерцание, но не движение и не взыскание молитвы, хотя от молитвы заимствовало себе начало.

Преп. Исаак Сирин

* * *

Иерей. То, о чем вы сейчас говорили, очень напоминает слова святого Максима Кавсокаливита, сказанные во второй половине его беседы с преп. Григорием Синаитом, которую вы вспоминали в конце прошлой нашей беседы.

Инок. Совершенно верно. И там и здесь речь идет об одном и том же, именно о тех молитвенных состояниях, которые начинаются, по словам св. Исаака, за пределами чистой молитвы, которая является концом самовластной человеческой молитвы. Эти молитвенные состояния уже и не называются молитвой, а носят различные другие наименования, причину многообразия которых также объясняет св. Исаак. Называются они и видением, и созерцанием, и изумлением; называются, кроме того, и духовной молитвой. Самовластно человек не может войти в эти состояния, но вводится в них Духом Святым, независимо от воли и усилия человека. Стремиться войти в них самовластно – не только не благоговейно и дерзостно, но и безрассудно; без благодатной силы Святого Духа человек, по словам преп. Григория Синаита, видит тогда не видения, или созерцания, а только свои собственные мечтания и, таким образом, впадает в прелесть. Я рад, батюшка, что вы обратили внимание на это сходство между словами преп. Исаака и словами преп. Максима. И тот и другой напоминают нам, чтобы мы не забывали о тех высших и запредельных для человеческого сознания молитвенных состояниях, первым шагом к которым является смиренная деятельная Иисусова молитва, изучению которой мы посвящаем наши беседы. Но обратимся снова к более простым и более доступным нашему разумению и нашему малому опыту мыслям и наставлениям преподобного Исаака Сирина.

Восчувствовавший грехи свои лучше того, кто молитвой своей воскрешает мертвых… Кто сподобился увидеть самого себя, тот лучше сподобившегося увидеть Ангелов.

Преп. Исаак Сирин

Не наказует и не судит Бог человека за невольное движение, если и согласимся на время с помыслом. Ежели в тот же час отвергнем в себе страсть и явится в нас сокрушение, то Господь не взыскивает с нас за такое нерадение; взыскивает же за нерадение, которому действительно ум предается так, что взирает на это бесчувственно и признает это чем-то должным и полезным, а не почитает сего для себя опасной заботой. Будем же всегда молиться Господу так: «Христе полнота Истины, да воссияет в сердцах наших истина Твоя, и да познаем, как по воле Твоей ходить путем Твоим».

Преп. Исаак Сирин

Многие отцы более, нежели о делах, прилагали попечение о благочинии чувств и о телесном навыке; потому что отсюда происходит благочиние помыслов. Много причин встречается человеку вне его воли, которые заставляют его выходить из пределов свободы своей. И если не будет он охраняем в чувствах своих предварительно снисканным неослабным навыком, то может случиться, что долгое время не войдет он сам в себя и не обретет первоначального мирного своего состояния.

Преп. Исаак Сирин

Если хочешь узнать, смиренномудр ли ты, то испытай себя, не приходишь ли в смятение, когда тебя обижают.

Преп. Исаак Сирин

Когда случится, что душа твоя внутренне наполняется тьмою, и подобно тому, как солнечные лучи закрываются на земле тьмою облаков, душа на несколько времени лишается духовного утешения, и свет благодати внутри померкнет по причине осеняющего душу облака страстей и потому, что умалена в тебе радостворная сила, и ум приосенила необычная мгла; ты не смущайся мыслью и не подавай руки душевному расслаблению, но терпи, читай книги учителей, принуждай себя к молитве и жди помощи. Она придет скоро, как и не узнаешь ты.

Преп. Исаак Сирин

Если до вшествия в град смирения примечаешь в себе, что успокоился ты от мятежа страстей, то не доверяй себе… Враг готовит тебе какую-либо засаду, и после этого покоя жди великой тревоги и великого мятежа.

Преп. Исаак Сирин

Диавол усиливается сначала сделать, чтобы оставлена была непрестанная сердечная молитва, а потом внушает пренебрежение к установленным временам молитвы и правила, совершаемого телесно. И таким образом, вначале помысл предается слабости вкусить прежде времени какую-нибудь малость пищи, и что-нибудь самое незначительное и ничтожное… А потом восстает уже в нем и прочее одно за другим.

«Преп. Исаак Сирин» Телесное житие по Богу составляют дела телесные; делами же телесными именуются те, которые для очищения плоти в добродетельной деятельности совершаются явными действиями, которыми человек очищается от плотской нечистоты. Житие умное есть дело сердца, непрестанно продолжаемое с заботливой мыслью об угождении в чувствах Богу, Вездесущему и Всевидящему, также непрестанная молитва сердца и хранение себя от страстей тайных, чтобы не встречалось ничего страстного в области сокровенной и духовной. Все это есть дело сердца; оно-то и называется житием умным.

Преп. Исаак Сирин

Делание сердца служит узами для внешних чувств. И если кто с рассудительностью занимается оным, по примеру живущих до нас отцов, то сие бывает явно по следующим в нем трем явлениям: не связан он телесными выгодами, не любит чревоугодия и совсем далека от него раздражительность.

Преп. Исаак Сирин

Блажен человек, который познал немощь свою; потому что ведение сие делается для него основанием, корнем и началом всякой благостыни. Но никто не может ощутить немощь свою, если не будет попущено на него хотя малого искушения тем, что утомляет или тело, или душу. Тогда, сравнив свою немощь с Божией помощью, тотчас познает ее величие. Но кто познал, что имеет нужду в помощи Божией, тот совершает множество молитв. И в какой мере умножает их, в такой смиряется сердце его.

Преп. Исаак Сирин

Как скоро человек смирится, немедленно окружает его милость. И тогда сердце ощущает Божественную помощь; потому что обретает возбуждающуюся в нем некую силу уверенности. Когда же человек ощутит, что Божественная помощь действительно вспомоществует ему, тогда сердце его мгновенно исполняется веры. Из сего уразумевает он, что молитва есть прибежище ищущим помощи, источник спасения, сокровище упования, свет пребывающим во тьме, щит избавления во брани, стрела изощренная на врагов. Отныне услаждается уже он молитвой веры; сердце его делается светлым от упования; и от великого веселия вид молитвы своей изменит он в благодарственные гласы. Не с трудом и утомлением молится тогда человек, какова всякая иная молитва, каковой молится человек до ощущения сей благодати; но с сердечной радостью и удивлением непрестанно источает благодарственные движения, при неисчислимых коленопреклонениях и от множества возбуждения к удивлению пред благодатью Божией внезапно возвышает глас свой, песнословя и прославляя Бога. И отныне да престанет он помышлять суетное, да пребывает неотступно пред Богом в непрестанной молитве с боязнью и страхом, чтобы не лишиться великой Божией помощи.

Преп. Исаак Сирин

Пока не достигнешь слез, знай, что еще миру служит сокровенное твое и Божие дело делаешь ты внешним человеком, внутренний же твой человек еще бесплоден, потому что плод его начинается слезами. Когда достигнешь области слез, тогда знай, что ум твой вышел из темницы мира сего, поставил ногу свою на стезю нового века и начал обонять воню чудного нового воздуха. Слезы источаться начали, потому что приблизилось рождение духовного младенца. Общая всех матерь, благодать, вожделевает таинственно в душе произвести на свет будущего века Божественный образ. И у всякого пребывающего с Богом бывает по временам сие утешение, то есть слезы, то когда он в умственном созерцании то когда занят словами Писания или когда бывает в молитвенном собеседовании. Но я говорю не о сем чине слез, а о том, какой бывает у плачущего непрерывно день и ночь. У такого очи уподобляются водному источнику до двух и более лет; а потом приходит он в умирение помыслов; по умирении помыслов входит в тот покой, о котором сказал апостол Павел (см.: Евр. 4, 3); по сем же мирном упокоении ум начинает созерцать тайны. Тогда Дух Святой начинает открывать ему небесное, и вселяется в него Бог, и человек начинает ощущать в себе, хотя неясно и гадательно, то изменение, какое приимет внутреннее естество при обновлении всяческих. Но об этом уже не нам судить.

* * *

К древним отцам Церкви близко примыкает наш отечественный подвижник преподобный Серафим Саровский 28, который по святости своей жизни и по своим великим подвигам и трудам является и в наши слабые дни «яко един от древних». Поэтому его наставления о внутреннем делании и об Иисусовой молитве я считаю уместным включить в настоящую беседу.

В жизнеописаниях преподобного Серафима мы находим его духовные наставления относительно различных сторон духовной и монашеской жизни, из которых мы и заимствуем его наставления о внимании и молитве, пользуясь книгой «Сказание о жизни и подвигах блаженной памяти отца Серафима, Саровской пустыни иеромонаха и затворника».

Преподобный Серафим прежде всего требует крепкой и непоколебимой, горячей веры в Бога, и его первое наставление есть наставление «О Боге», которое и является основанием всех дальнейших наставлений.

* * *

Бог есть огнь, согревающий и разжигающий сердца и утробы. Итак, если ощущаем в сердцах своих хлад, который от диавола, ибо диавол хладен, то призовем Господа, и Он, пришед, согреет наше сердце совершенной любовью не только к Нему, но и к ближнему. И от лица теплоты изгонится хлад доброненавистника.

Преп. Серафим

Не называй Бога правосудным, – говорит прп. Исаак, – ибо в делах твоих не видно Его правосудия. Если Давид и называл Его правосудным и правым, но Сын Его показал нам, что Он более благ и милостив. Где Его правосудие? Мы были грешники, и Христос умер за нас.

Преп. Серафим

Если не знаешь Бога, то невозможно, чтобы возбудилась в тебе любовь к Нему; и не можешь любить Бога, если не увидишь Его; ибо созерцание Его не предшествует познанию Его.

Преп. Серафим

О делах Божиих не должно рассуждать по насыщении чрева, ибо в наполненном чреве нет ведения тайн Божиих.

Преп. Серафим

Прежде всего должно веровать в Бога, «яко есть, и взыскающим Его мздовоздаятель бывает» (Евр. 11, 6). Вера, по учению преподобного Антиоха, есть начало нашего соединения с Богом; истинно верующий есть камень храма Божия, уготованный для здания Бога Отца, вознесенный на высоту силою Иисуса Христа, то есть крестом, помощью вервия 29 Духа Святого.

Преп. Серафим

«Вера без дел мертва есть» (Иак. 2, 26); а дела веры суть любовь, мир, долготерпение, милость, смирение, упокоение от всех дел, как и Бог почил от Своих дел, несение креста и жизнь по духу. Только эта вера вменяется в правду. Истинная вера не может быть без дел; кто истинно верует, тот непременно имеет и дела.

Преп. Серафим

Все имеющие твердую надежду на Бога возводятся к Нему и просвещаются сиянием вечного света.

Преп. Серафим

Истинная надежда ищет единого Царствия Божия и уверена, что все земное, потребное для жизни временной, несомненно дано будет.

«Преп. Серафим» Сердце не может иметь мира, доколе не стяжешь сей надежды. Она умиротворит его и вольет в него радость.

Преп. Серафим

Стяжавший совершенную любовь существует в жизни сей так, как бы не существовал… Он весь изменился в любовь к Богу и забыл всякую другую любовь. Кто любит себя, тот любить Бога не может. А кто не любит себя ради любви к Богу, тот любит Бога.

Преп. Серафим

Истинно любящий Бога считает себя странником и пришельцем на земле сей; ибо душою и умом в своем стремлении к Богу созерцает Его одного.

Преп. Серафим

Человек, принявший на себя проходить путь внутреннего внимания, прежде всего должен иметь страх Божий, который есть начало премудрости.

Преп. Серафим

В уме его всегда должны быть напечатлены сии пророческие слова: «работайте Господеви со страхом и радуйтеся Ему с трепетом» (Пс. 2, 11).

«Преп. Серафим» Он должен проходить путь сей с крайней осторожностью и благоговением ко всему священному, а не небрежно.

Преп. Серафим

Благоговейная осторожность здесь нужна для того, что сие море, то есть сердце со своими помыслами и желаниями, которое должно очистить посредством внимания, велико и пространно: «тамо гади, имже несть числа», то есть многие помыслы суетные, неправые и нечистые, – порождение злых духов.

Преп. Серафим

Боясь Бога, ты все будешь делать хорошо. А диавола не бойся; ибо если боишься Бога, то диавола одолеешь; потому что он бессилен.

Преп. Серафим

Но никто не может стяжать страха Божия, доколе не освободится от всех забот житейских. Когда ум будет беспопечителен, тогда движет его страх Божий и влечет к любви благостью Божией.

Преп. Серафим

Страх Божий приобретается тогда, когда человек, отрекшись от мира и от всего, что в мире, сосредоточит все свои мысли и чувства в одном представлении о законе Божием и весь погрузится в созерцание Бога и в чувство обещанного святым блаженства.

Преп. Серафим

Проходящий путь внимания не одному только сердцу своему должен верить, но сердечные свои действия и жизнь свою должен поверять с Законом Божиим и с деятельной жизнью подвижников благочестия, которые таковой подвиг проходили. Сим средством удобнее можно и от лукавого избавиться, и яснее узреть истину.

Преп. Серафим

Ум внимательного человека есть как бы поставленный страж, или неусыпный охранитель внутреннего Иерусалима. Стоя на высоте духовного созерцания, он смотрит оком чистоты на обходящие и приражающиеся к душе его противные силы, по псаломнику: «и на враги моя воззре око мое »(Пс. 53, 9).

Преп. Серафим

От ока его не скрыт диавол, «яко лев рыкающий и иский кого поглотити» (1 Пет. 5, 8), и те, которые напрягают «лук свой состреляти во мраце правых сердцем» (ср.: Пс. 10, 2).

«Преп. Серафим» По учению св. отцов, при каждом человеке находятся два ангела: один добрый, другой злой. Ангел добрый – тих, кроток и безмолвен. Когда он войдет в сердце человека, то говорит с ним о правде, чистоте, честности, спокойствии и всяком благом деле и о всякой добродетели. Когда почувствуешь это в сердце твоем, то, очевидно, находится в тебе Ангел правды. А дух лукавый острожелчен, жесток и безумен. Когда он войдет в сердце твое, то узнавай это по делам его.

Преп. Серафим

Проходящий путь внимания не должен внимать посторонним слухам, от которых голова может быть наполнена праздными и суетными помыслами и воспоминаниями; но должен быть внимателен к себе.

Преп. Серафим

Особенно на сем пути наблюдать должно, чтобы не обращаться на чужие дела, не мыслить и не говорить о них, по псаломнику: «не возглаголют уста мои дел человеческих» (Пс. 16, 4); а молить Господа: «от тайных моих очисти мя, и от чуждих пощади раба Твоего »(Пс. 18, 13, 14).

«Преп. Серафим» Человек по телу подобен зажженной свече. Она должна сгореть, и он должен умереть. Но душа бессмертна; потому и попечение наше должно быть более о душе, нежели о теле: «кая бо польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит».

Преп. Серафим

Если самовольно изнурим тело свое до того, что изнурится и дух, то таковое удручение будет безрассудное, хотя бы сие делалось для снискания добродетели. Будет же Господу Богу угодно, чтобы человек испытал на себе болезни, то Он же подаст ему и силу терпения. Итак, пусть будут болезни не от нас самих, но от Бога.

Преп. Серафим

Если хочешь устроить дом души своей, – говорит преподобный Варсонофий, – то прежде приготовь вещество и все потребное, чтобы художнику оставалось прийти и устроить. Потребное для такового здания суть твердая вера для устроения стен; древяные окончины, вводящие свет солнечный, который бы освещал дом, чтобы не было в нем ни малейшей темноты. Оконца древяные суть оные пять чувств, честным Крестом Христовым утвержденные и вводящие свет мысленного солнца правды и не позволяющие оставаться в дому твоем ни малейшей темноте врага и доброненавистника твоего. Потом требуется покров, да ни «во дни солнце не ожжет тебе, ниже луна нощию »(Пс. 120, 6). Покров скрепляется любовью к Богу, которая бы, покрывая дом, никогда не падала и не позволяла «заходить солнцу во гневе твоем, »дабы не увидеть его обличающим тебя в День Судный и жгущим в огне геенском, и луну, свидетельствующую о нощном нашем унынии и лености. Наконец, требуется дверь, вводящая в дом и хранящая живущего в нем. Разумей мысленную дверь – Сына Божия, Который говорит: «Аз есмь дверь». Если так устроишь дом души своей и в нем не будет ничего неприличного и неугодного Ему, – тогда Он приидет с благословенным Отцом и Духом Святым, и обитель у тебя сотворит, и научит тебя, что такое мир души, просветив сердце твое радостью неизглаголанной.

Преп. Серафим

Душу снабдевать надобно словом Божиим: ибо слово Божие, как говорит Григорий Богослов, есть хлеб ангельский, имже питаются души, Бога алчущие. Всего же более должно упражняться в чтении Нового Завета и Псалтири… От сего бывает просвещение в разуме, который от того изменяется изменением Божественным.

Преп. Серафим

Очень полезно заниматься чтением слова Божия в уединении и прочитать всю Библию разумно. За одно таковое упражнение, кроме других добрых дел, Господь не оставит человека Своей милостью, но исполнит его дара разумения. Когда же человек снабдит душу свою словом Божиим, тогда исполнится разумением того, что есть добро и что есть зло. Чтение слова Божия должно быть производимо в уединении для того, чтобы весь ум чтущего углублен был в истины Священного Писания и принимал от Бога в себя теплоту, которая в уединении производит слезы; от них человек согревается весь и исполняется духовных дарований, услаждающих ум и сердце паче всякого слова.

Преп. Серафим

Мир душевный приобретается скорбями. Писание говорит: «проидохом сквозь огнь и воду, и извел еси ны в покой» (Пс. 65, 12).

«Преп. Серафим» Признак разумной души, когда человек погружает ум внутрь себя и имеет делание в сердце своем.

Преп. Серафим

Тогда благодать Божия приосеняет его, и он бывает в мирном устроении, а посредством того и в премирном: в мирном, то есть с совестью благой; в премирном же, ибо ум созерцает в себе благодать Святого Духа, по слову Божию: «в мире место Его» (Пс. 75, 3).

Преп. Серафим

Когда человек придет в мирное устроение, тогда может и на других изливать свет просвещения разума.

Преп. Серафим

Мы должны все свои мысли, желания и действия сосредоточивать к тому, чтобы получить мир Божий и с Церковью всегда взывать: «Господи, Боже наш, мир даждь нам» (Ис. 26, 12).

Преп. Серафим

Всеми мерами надобно стараться, чтобы сохранить мир душевный и не возмущаться оскорблениями от других; для сего нужно всячески удерживать гнев и посредством внимания ум и сердце соблюдать от непристойных движений.

Преп. Серафим

Для сохранения мира душевного всячески должно избегать осуждения других. Неосуждением и молчанием сохраняется мир душевный.

Преп. Серафим

Чтобы избавиться от осуждения, должно внимать себе, ни от кого не принимать посторонних мыслей.

Преп. Серафим

Выше меры подвигов предпринимать не должно, а стараться, чтобы друг – плоть наша – был верен и способен к творению добродетелей.

Преп. Серафим

Надобно идти средним путем, «не уклоняясь ни на десно, ни на шуе» (Притч. 4, 27) и давая духу духовное, телу – телесное, для поддержания временной жизни потребное, и жизни общественной, как ею законно требуемое, по словам Священного Писания: «воздадите кесарева кесареви, а Божия Богови» (Мф. 22, 21).

«Преп. Серафим» Должно снисходить душе своей в ее немощах и несовершенствах и терпеть свои недостатки, как терпим недостатки других, но не облениться, и побуждать себя к лучшему.

Преп. Серафим

Истинно решившиеся служить Господу Богу должны упражняться в памяти Божией и непрестанной молитве к Иисусу Христу, говоря умом: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного»; в часы же послеобеденные можно говорить сию молитву так: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитвами Богородицы, помилуй мя, грешного»; или же прибегать собственно к Пресвятой Богородице, молясь: «Пресвятая Богородице, спаси нас»; или говорить поздравление ангельское: «Богородице Дево, радуйся!» Таковым упражнением, при охранении себя от рассеяния и при соблюдении мира совести, можно приблизиться к Богу и соединиться с Ним. Ибо, по словам св. Исаака Сирина, кроме непрестанной молитвы мы приблизиться к Богу не можем.

Преп. Серафим

Когда же ум и сердце соединены будут в молитве и помыслы души не рассеяны, тогда сердце согревается теплотой духовной, в которой воссиявает свет Христов, исполняя мира и радости всего внутреннего человека.

Преп. Серафим

О всем мы должны благодарить Господа и предавать себя Его воле; должны также представлять Ему все свои мысли, слова и деяния и стараться, чтобы все служило только к Его благоугождению.

Преп. Серафим

Дабы приять и узреть в сердце свет Христов, надобно, сколько можно, отвлечь себя от видимых предметов. Предочистив душу покаянием и добрыми делами и с верою в Распятого, закрыв телесные очи, должно погрузить ум внутрь сердца и вопиять призыванием имени Господа нашего Иисуса Христа; и тогда по мере усердия и горячности духа к Возлюбленному (см.: Лк. 3, 22) находит человек в призываемом имени услаждение, которое возбуждает желание искать высшего просвещения.

Преп. Серафим

Когда через таковое упражнение укоснит ум в сердце, тогда воссиявает свет Христов, освещая храмину души Божественным осиянием, как говорит пророк Малахия: и «возсияет вам, боящимся имене Моего, солнце правды».

Преп. Серафим

Сей свет есть купно и жизнь, по евангельскому слову: «в Том живот бе, и живот бе свет человеком» (Ин. 1, 4).

Преп. Серафим

Когда человек созерцает внутренне свет вечный, тогда ум его бывает чист и не имеет в себе никаких чувственных представлений; но, весь будучи углублен в созерцание несозданной доброты, забывает все чувственное, не хочет зреть и себя, но желает скрыться в сердце земли, только бы не лишиться сего истинного блага – Бога.

Преп. Серафим

У кого текут слезы умиления, такового сердце озаряют лучи Солнца правды – Христа Бога.

Преп. Серафим

Желающему спастись всегда должно иметь сердце, к покаянию расположенное и сокрушенное, по псаломнику: «жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит».

«Преп. Серафим» В таком сокрушении духа человек удобно может безбедно проходить сквозь хитрые козни гордого диавола, все тщание которого состоит в том, чтобы возмутить дух человеческий и в возмущении посеять свои плевелы… Когда же человек старается в себе иметь сердце смиренное и мысль невозмущенную, но мирную, тогда все козни врага бывают бездейственны; ибо где мир помыслов, там почивает Сам Бог: «в мире место Его» (Пс. 75, 3).

Преп. Серафим

Начало покаяния происходит от страха Божия и внимания, как говорит св. мученик Вонифатий (Житие, 19 декабря): страх Божий есть отец внимания, а внимание – матерь внутреннего покоя; той же рождает совесть, которая делает то, что душа, как в некоей воде чистой и невозмущенной, видит свою некрасоту, и так рождаются начатки и корни покаяния.

Преп. Серафим

Мы во всю жизнь свою грехопадениями своими, много или мало, оскорбляем величество Божие; а потому и должны всегда смиряться перед Ним, прося оставления долгов наших.

Преп. Серафим

* * *

О посте преп. Серафим учит так: Подвигоположник наш Иисус Христос перед вступлением на подвиг искупления рода человеческого укрепил Себя продолжительным постом. И все подвижники, приступая работать Господу, вооружали себя постом и не иначе вступали на путь крестный, как в сопровождении поста. Самые успехи свои в подвижничестве измеряли они успехами в посте.

Пищи употреблять должно каждый день столько, чтобы тело, укрепясь, было другом и помощником душе в совершении добродетели; а иначе может быть то, что при изнеможении тела и душа ослабеет.

Преп. Серафим

К строгому посту св. постники приступали не вдруг, и мало-помалу делались способными довольствоваться самой скудной пищей… При всем том они не знали расслабления, но всегда были бодры и готовы к делу. Болезни между ними были редки, а жизнь их чрезвычайно продолжительна.

Преп. Серафим

По мере того, как плоть постящегося становится тонкой и легкой, духовная жизнь приходит в совершенство и открывает себя чудными явлениями, и дух совершает свои действия как бы в бестелесном теле. Внешние чувства закрываются, и ум, отрешаясь от земли, возносится к небу и всецело погружается в созерцание мира духовного.

Преп. Серафим

Мы непрестанно должны хранить сердце свое от непристойных помыслов и впечатлений, по слову, «всяцем хранением блюди твое сердце: от сих бо исходища живота» (Притч. 4, 23).

Преп. Серафим

От всегдашнего хранения сердца рождается в нем чистота, в которой зрится Господь, по уверению Истины вечной: «блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят »(Мф. 5, 8).

Преп. Серафим

Что втекло в сердце лучшего, того мы без надобности выливать не должны; ибо тогда только собранное может быть в безопасности от видимых и невидимых врагов, когда оно хранится во внутренности сердца.

Преп. Серафим

Сердце тогда только кипит, будучи возжигаемо огнем Божественным, когда в нем есть вода живая; когда же сия вода выльется, то оно хладеет и человек замерзает. Не всем открывай тайны сердца твоего.

Преп. Серафим

Когда случится быть среди людей в мире, о духовных вещах говорить не должно; особенно когда в них не примечается и желания к слушанию.

Преп. Серафим

С человеком душевным надобно говорить о человеческих вещах; с человеком же, имеющим разум духовный, надобно говорить о небесных.

Преп. Серафим

Не должно без нужды открывать сердца своего; из тысячи найти можно только одного, который бы сохранил твою тайну.

«Преп. Серафим »Когда мы сами не сохраняем ее в себе, то как же можем надеяться, что она может быть сохранена другим.

Преп. Серафим

Одного многословия с теми, которые противных с нами нравов, довольно расстроить внутренность внимательного человека.

«Преп. Серафим» Но всего жалостнее то, что от сего может погаснуть тот огонь, который Господь наш Иисус Христос пришел воврещи на землю сердец человеческих.

Преп. Серафим

Когда человек приимет что-либо Божественное, то в сердце радуется; а когда диавольское, то смущается.

Сердце христианское, приняв что-либо Божественное, не требует еще другого со стороны убеждения в том, точно ли сие от Господа, но самым тем действием убеждается, что оно небесное, ибо ощущает в себе плоды духовные: «любы, радость, мир »и проч. (Гал. 5, 22).

Преп. Серафим

Напротив же, хотя бы диавол преобразился и в ангела светла (2 Кор. 11, 14), или представлял мысли благовидные, сердце все чувствует какую-то неясность и волнение в мыслях.

Преп. Серафим

Из сих разнообразных действий сердечных может человек познать, что есть Божественное и что диавольское, как о сем пишет Григорий Синаит: от действия убо возможешь познать воссиявый свет в душе твоей: Божий ли есть, или сатанин.

Преп. Серафим

Кто переносит болезнь с терпением и благодарением, тому вменяется она вместо подвига, или даже более.

Преп. Серафим

Мы должны быть чисты от помыслов нечистых, особенно, когда приносим молитву Богу. Ибо нет согласия между смрадом и благовонием. Где бывают помыслы, там и сложение с ними.

Преп. Серафим

Должно отражать первое нападение греховных помыслов и рассевать их от земли сердца нашего. Пока дети Вавилонские, то есть помыслы злые, еще младенцы, должно разбивать и сокрушать их о камень, который есть Христос; особенно же три главных из них: чревоугодие, сребролюбие и тщеславие, которыми старался диавол искушать даже Самого Господа нашего в конце подвига Его.

Преп. Серафим

Диавол, как лев, скрываясь в ограде своей (Пс. 9, 30), тайно расставляет нам сети нечистых и нечестивых помыслов. Итак, немедленно, как только увидим, надобно расторгать их посредством благочестивого размышления и молитвы.

Преп. Серафим

Требуется подвиг и длительная бдительность, чтобы во время псалмопения ум наш согласовался с сердцем и силами, дабы в молитве нашей к фимиаму не примешивалось зловония. Ибо Господь гнушается сердцем с нечистыми помыслами. Закон говорит: «не ори юнцем и ослятем »(Втор. 22, 10), то есть с помыслом чистым и нечистым не приноси молитвы.

Преп. Серафим

Будем непрестанно, день и ночь, со слезами повергать себя пред лицом благости Божией, да очистит Он сердца наши от всякого злого помышления, чтобы мы достойно могли проходить путь звания нашего и чистыми руками приносить Ему дары служения нашего.

Преп. Серафим

Нечистый дух только на страстных имеет сильное влияние; а к очистившимся от страстей приражается только со стороны, или внешне.

«Преп. Серафим» Возлюбим смирение – и узрим славу Божию; идеже бо истекает смирение, там слава Божия источается.

Преп. Серафим

Без света всё мрачно; так и без смирения ничего нет в человеке, как только одна тьма.

Преп. Серафим

Как воск, не разогретый и не размягченный, не может принять налагаемой на него печати, так и душа, не искушенная трудами и немощами, не может принять на себя печати добродетели Божией. Когда диавол оставил Господа, тогда приступили Ангелы и служили Ему (Мф. 4, 11). Так, если во время искушений несколько и отходят от нас Ангелы Божии, то не далеко, и скоро приступают и служат нам Божественными помышлениями, умилением, услаждением, терпением. Душа, потрудившись, стяжевает и прочие совершенства.

Преп. Серафим

Кто хочет узнать путь совершенно и не идет с знающим сей путь совершенно, никогда не достигнет града совершенного безмолвия.

«Преп. Серафим» Послушливый много к созиданию души преуспевает, кроме того, что он приобретет через сие понятие о вещах, и приходит в умиление.

Преп. Серафим

Кто занялся познанием самого себя, тому некогда замечать за другими. Осуждай себя, и перестанешь осуждать других.

Преп. Серафим

Отчего мы осуждаем братий своих? Оттого, что не стараемся познать самих себя.

Преп. Серафим

Когда мы отвращаемся от человека, или оскорбляем его, тогда на сердце наше прикладывается как бы камень.

Преп. Серафим

Осуждай дурное дело, а самого делающего не осуждай.

Преп. Серафим

Не должно судить никого, хотя бы собственными очами видел кого согрешающим, или коснеющим в преступлении заповедей Божиих.

«Преп. Серафим» Когда злой дух печали овладеет душою, тогда, наполнив ее горестью и неприятностью, не дает ей совершать молитву с должным усердием и заниматься чтением Писаний с надлежащим вниманием, лишает ее кротости и благодушия в обращении с братьями и рождает отвращение от всякого собеседования. Ибо душа, исполненная печали, отчаясь, как бы безумная и исступленная, не может спокойно ни принимать благого совета, ни кротко отвечать на предлагаемые вопросы. Она убегает людей, как виновников ее смущения, и не понимает, что причина болезни внутри ее. Печаль есть червь сердца, грызущий рождающую его мать.

Преп. Серафим

Дух смущенного или унывающего человека надобно стараться ободрить словом любви.

Преп. Серафим

Брату грешащу, покрой его, как советует св. Исаак Сирин: простри ризу твою на согрешающем и покрой его.

Преп. Серафим

Кто победил страсти, тот победил и печаль. А побежденный страстями не избежит оков печали.

«Преп. Серафим» Кто любит мир, тому невозможно не печалиться. А презревший мир всегда весел.

Преп. Серафим

С духом печали неразлучно действует и скука. Она производит такое страшное беспокойство, что несносны становятся и место жительства, и живущие с ним братия, а при чтении возбуждается какое-то отвращение и частая зевота… Болезнь сия врачуется молитвой, воздержанием от празднословия, посильным рукоделием, чтением слова Божия и терпением; потому что и рождается она от малодушия, и праздности, и празднословия.

Преп. Серафим

Скучают только те, у кого дела не в порядке. Когда занятия твои придут в настоящий порядок, тогда скука не найдет места в сердце твоем.

Преп. Серафим

Иное – скука, а иное – томление духа, называемое унынием. Бывает иногда человек в таком состоянии духа, что, кажется ему, легче было бы ему уничтожиться или быть без всякого чувства и сознания, нежели оставаться в этом безотчетно мучительном состоянии. Надобно спешить выйти из него. Блюдись от духа уныния, ибо от него рождается всякое зло.

Преп. Серафим

Душа высокая и твердая не отчаивается при несчастьях каких бы то ни было. Жизнь наша есть как бы дом искушений и пыток; но мы не отступим от Господа, доколе не повелит Он оставить нас пытающим, и пока мы не будем оживлены терпением и твердым бесстрастием.

Преп. Серафим

Человек состоит из души и тела, а потому и путь жизни его должен состоять из действий телесных и душевных – из деяния и умосозерцания.

Преп. Серафим

Путь деятельной жизни составляют: пост, воздержание, бдение, коленопреклонение, молитва и прочие телесные подвиги, составляющие тесный путь и прискорбный, который, по слову Божию, «вводит в живот вечный» (Мф. 7, 14).

Преп. Серафим

Путь умосозерцательной жизни состоит в возвышении ума ко Господу Богу, в сердечном внимании, умной молитве и созерцании через таковые упражнения вещей духовных.

«Преп. Серафим» Всякому желающему проходить жизнь духовную должно начинать с деятельной жизни, а потом уже приходить и в умосозерцательную: ибо без деятельной жизни в умосозерцательную прийти невозможно.

Преп. Серафим

Деятельная жизнь служит ко очищению нас от греховных страстей и возводит нас на степень деятельного совершенства; а тем самым пролагает нам путь к умосозерцательной жизни. Ибо одни только очистившиеся от страстей и совершен ные к оной жизни приступать могут, как сие видеть можно из слов Священного Писания: «блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят» (Мф. 5, 8) и из слов свят. Григория Богослова (в Слове на Св. Пасху): к созерцанию могут безопасно присту пать только совершеннейшие по своей опытности.

Преп. Серафим

Так и Церковь, ублажая святителя Николая, воспевает: «молчаньми прежде и бореньми с помыслы, деянию богомыслие приложил еси, богомыслием же разум совершен стяжал еси, имже дерзновенно с Богом и Ангелы беседовал еси»… (из Ака фиста свт. Николаю, кондак 10).

«Преп. Серафим» К умозрительной жизни приступать должно со страхом и трепетом, с сокрушением сердца и смирением, со многим испытанием Святых Писаний и, если можно найти, под руководством какого-либо искусного старца, а не с дерзостью и самочинием: ибо дерзкий и самонадеянный, по словам Григория Синаита, стремясь к тому, что выше его достоинства, гордостно усиливается достигнуть его прежде времени. И еще: если кто-нибудь мечтает в своем самомнении достигнуть высокого, имея сатанинское желание, а не истину, – такового диавол легко уловляет своими сетями, как своего слугу.

Преп. Серафим

Если нельзя найти наставника, могущего руководствовать к умосозерцательной жизни, то в таком случае должно руководствоваться Священным Писанием, ибо Сам Господь повелевает нам учиться из Писания, говоря: «Испытайте Писаний, яко вы мните в них имети живот вечный» (Ин. 5, 39).

Преп. Серафим

Также должно тщательно прочитывать отеческие писания и стараться, сколько можно, по силе, исполнять то, чему научают оные, и, таким образом, мало-помалу от деятельной жизни восходить к совершенству умосозерцательной.

Преп. Серафим

Не должно оставлять деятельную жизнь и тогда, когда в ней человек имеет некое преспеяние и приходит уже в умосозерцательную; ибо она содействует умосозерцательной жизни и ее возвышает.

Преп. Серафим

Аще себя не понимаешь, то можешь ли рассуждать о чем и других учить? Молчи, беспрестанно молчи, помни всегда присутствие Божие и имя Его. Ни с кем не вступай в разговор; но всячески блюдись осуждать много разговаривающих или смеющихся.

Сие держи несумненно до кончины жизни… И я с молодых лет держал такой путь… Аще тако будешь хранить себя, то не будешь уныл, но здрав и весел.

Преп. Серафим

Имея великое богатство духовного опыта, преп. Серафим признавал себя ничего не знающим. Одному иноку благословлено было от настоятеля начать пустынническую жизнь, и настоятель сам писал к отцу Серафиму, чтобы принял того инока и наставил бы его в духовной жизни, как сам себя. Когда инок пришел с этим письмом к о. Серафиму, он принял его весьма ласково и не так далеко от своей кельи благословил ему построить другую. Когда же инок начал требовать у него наставления, старец от глубочайшего смирения сказал, что я и сам ничего не знаю, и напомнил ему слова Спасителя: «научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим »(Мф. 11, 29); потом прибавил: по разуму св. Иоанна Лествичника, не от Ангела или человека, но от Самого Господа мы должны научаться.

* * *

20

Свят. Василий Великий, архиепископ Кесарии Каппадокийской, годы его жизни ок. 329–379. Ревностный поборник Православия, друг свят. Григория Богослова. Свят. Василий любил красоту церковную, благолепие храма, гармонию богослужения. Заботился о нищих, неимущих; устроил немало больниц, богоделен, приютов, – сам служил прокаженным. После свят. Василия Великого остались богословские труды, наиболее известные из них: «9 бесед на шестоднев», «13 бесед на псалмы», 5 книг против ариан, одна – о Божестве Св. Духа, уставы для монашествующих, молитвы и Литургия. Память свят. Василия Великого 114 января.

21

Преп. Макарий Великий – египетское, а лучше сказать, вселенское солнце, светлее солнца просиявшее в неизреченных дарованиях Святого Духа (старец Паисий (Величковский)).

22

Преп. Ефрем Сирин, святой IV в. Всю жизнь усердно изучал Св. Писание. От природы пламенный, в юности был раздражителен. В 70-х годах IV в. поселился на горе, близ города Едессы, где проводил строго подвижническую жизнь. Отрешившись от всех земных привязанностей, преуспел в молитве, пощении, богомыслии, нестяжательности. В конце жизни достиг высочайшей степени смирения. Оставил после себя много умилительных молитв и песнопений, из которых особенно известна «Господи и Владыко живота моего». Скончался ок. 379 г. Память 28 января10 февраля.

23

В Ветхом Завете Бог назначил между городов левитских места убежища, в которых неумышленные убийцы могли укрыться от смертной казни.

24

Огнезрачными именуются Архангелы (см. Канон св. Архистратигу Михаилу и прочим Бесплотным Силам; песнь 6).

25

Филофей Синайский – писатель, аскет (IX в.), по другим источникам – XI в. Был игуменом синайской обители «Купина». Известен аскетическими трудами, из которых известны: «О бодрствовании и молитве», «Сорок глав о трезвении».

26

Несть наша брань к крови и плоти, но… к духовом злобы поднебесным (Еф. 6, 12).

27

Преп. Исаак Сирин жил в VII в.; аскет, церковный писатель вел строго подвижническую жизнь в пустыне, но, по просьбе граждан Ниневии сделался у них епископом. Оставил аскетические труды, из которых наиболее известны о судах, благочинии, о божесвтенных таиниках, о духовных упражнениях. Память 28 января10 февраля.

28

Преп. Серафим подвизался в Саровской пустыни (годы жизни 1759–1833). Этот святой особенно любим русским народом. Преп. Серафим был возлюблен Божией Матерью, Которая называла его «Мой любимче», Пречистая посещала преподобного 12 раз. В своей келье он молился перед образом Божией Матери «Умиление». К святому притекало множество народа: он наставлял, утешал, исцелял. В последние годы своей жизни преп. Се рафим много заботился об устроении Мельничной девичьей общины в Дивееве. Преп. Серафим был прославлен в лике святых в 1903 г., при участии св. царя-мученика Николая. Память преподобного совершается два раза в год 215 января (преставление) и 19 июля1 августа – обретение мощей.

29

Вервие – веревка.


Беседа 2 Беседа 3 Беседа 4