Распечатать
Скачать как mobi epub fb2 pdf
 →  Чем открыть форматы mobi, epub, fb2, pdf?


епископ Александр (Семенов-Тянь-Шанский)
Православный катехизис

Раздел 3 Раздел 4 Раздел 5

Часть 4-ая. О духовной жизни христианина. Христианская этика

1. Цель христианской жизни

   Цель христианской жизни — соединение с Богом и с другими людьми по подобию Троичного, единосущия — достижима через приобщение к жизни Господа Иисуса Христа. Мы должны привиться к Нему, как ветви к лозе (Иоан. 15:4-9). Это совершается силою Святого Духа, почему можно сказать, что цель христианской жизни есть приобретение Святого Духа или Его благодатных даров. А наибольший из даров Святого Духа — это и есть объединяющая всех святая любовь, или вдохновение любви и святой жизни. Тот, кто обрел дар любви, живет уже не по своим влечениям и соображениям, а по внушению Божию, являясь храмом Святого Духа, и может повторить за Апостолом “уже не я живу, но живет во мне Христос” (Гал. 2:20). Такой человек усыновлен Богу Отцу, он — святой, в силу чего говорят, что цель христианской жизни есть святость.

2. Божественное Откровение. (Священное Писание и Священное Предание)

   Через Свое Божественное Откровение Бог Сам указывает нам цель истинной жизни и как достичь ее. Божественное Откровение дано Церкви, т. е. союзу людей, уже пожелавших единения с Богом и между собою. Церковь хранит Божественное Откровение, или живой опыт богообщения, и передает его своим членам. Это называется Священным Преданием. В составе его — самым драгоценным является Священное Писание, т. е. запечатленное письменно особо избранными для того Богом людьми Божественное Откровение.
   Усвоение Священного Писания — это первый шаг на пути к Богу.
   Священное Писание Ветхого и Нового Заветов является единым целым, но для христиан — Новый Завет — лежит в основе всего, и прежде всего Евангелие, в котором запечатлен образ Самого Иисуса Христа, явленный в событиях Его жизни, в делах и словах Его.
   Боговоплощение и Сошествие Святого Духа на Церковь совершилось единожды, чем обусловлена единственность Писаний Нового Завета. К ним нельзя ничего ни прибавить, ни убавить от них.
   Благоговейное чтение Священного Писания не только дает нам знание о Боге, но, отчасти, знание Самого Бога, в некоторой мере приобщая нас Ему, особенно через Евангелие.
   Священное Предание это не итог отвлеченных знаний, передаваемый для запоминания. Передается живая истина для усвоения живым сердцем. Это возможно при благодатной помощи, иначе говоря, при новом частном богооткровении. Божественная истина всегда та же, но форма ее усвоения изменяется в зависимости от лица, которое ее воспринимает, а также от времени и места (эпоха, страна), где усвоение истины происходит. Отсюда — различие молитв, обрядов, проповедей, богословских трудов, а также неизбежное изменение некоторых их форм.

3. Состав Священного Предания

   В состав Священного Предания может войти, кроме Священного Писания, всякое письменное и устное слово, предлагаемое Церковью в духовное назидание верующим, так же как и некоторые священнодействия. После Священного Писания наибольшее значение имеют догматические постановления Вселенских Соборов и таинства Церкви, Богослужебные тексты и обряды, а также канонические постановления, писания святых Отцов, богословские труды и проповеди, но не все они равноценны, и могут, в согласии с живым опытом Церкви, обретать то большее, то меньшее значение в составе Священного Предания.

4. Содержание Божественного Откровения

   Содержание Божественного Откровения можно разделить на пять частей. 1) Откровение о Самом Троичном Боге и Его Божественной жизни. 2) Учение о Боге — Творце мира, о сотворении мира и человека, об их предназначении и грехопадении. 3) О Боге воплотившемся и о Святом Духе, действующем в мире, т. е. учение о деле спасения человечества. 4) О Церкви и святых таинствах. Это уже переход к учению нравственному. И, наконец, 5) учение о духовной или нравственной жизни человека (этика).
   Эту последнюю часть лучше, в свою очередь, разделить на три отдела: 1-ый, об образах истинной, праведной жизни человека; 2-ой, о препятствиях к истинно христианской жизни, т. е. о страстях и о грехах; 3-ий, о средствах преодоления зла и обретения благодатной жизни.

5. Догматическое и нравственное учение Церкви

   Из Божественного Откровения о Самом Боге, о мире и человеке, запечатленном в догматах Церкви, мы узнаем, что Бог есть любовь (1 Иоан. 4:16), и это позволяет нам видеть всю пагубность зла и сделать правильный выбор между светом и тьмою. Но кроме этих истин, являющихся предметом догматического богословия, Божественное откровение учит нас и тому, как именно идти к свету, что составляет предмет нравственного богословия.

6. Основные законы духовной жизни человека и раскрытие их в Ветхом Завете

   “Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостью твоею” и “возлюби ближнего твоего, как самого себя” (Марк. 12:30-31). Эти два основные закона жизни человека “в духе и истине”, выраженные в форме советов или заповедей, указаны уже в Ветхом Завете, где значение их раскрыто в образе людей, старавшихся жить согласно им. Но в Ветхом Завете за ближних почитались только сыны избранного народа. Такая ограниченность нравственного идеала неприемлема для христиан, знающих об универсальности Божественной любви. Но нельзя забывать, что Ветхий Завет лишь подготовлял Новый Завет, а Израиль не был только одним из многих народов, но был школой верности Богу, народом Божиим, ветхозаветной Церковью, т. е. зачатком Церкви новозаветной, вселенской.
   Образы некоторых ветхозаветных праведников столь прекрасны, что являются прообразами Самого Господа. Например, невинно страдающие и кроткие Авель, Исаак, Иосиф, Иов или Моисей — вождь и учитель своего народа, всецело отдавшийся служению ему, в прообраз спасительного для всех людей служения Христова.
   Но в Ветхом Завете есть также примеры отступничества от Бога и образы злых людей и поступков. Таково, например, повествование о Каине и Авеле, в котором заклеймено с сверхчеловеческой силой «убийство человека человеком (чего нет ни в одной древней религии).

7. Декалог или Десять Заповедей

   Богооткровенное учение Ветхого Завета о духовной жизни человека раскрыто во многих заповедях, среди которых десять заповедей Моисея или Декалог сохраняют свое значение и для христиан. Первые четыре из них раскрывают заповедь о любви к Богу, а остальные — о любви к человеку. Большинство их имеет отрицательную форму запретов, указывая основные препятствия на пути к богоугодной жизни.

8. Первая и вторая заповеди

   Первая заповедь провозглашает главную истину, что Бог один: “Я Бог твой и да не будет у тебя других богов, кроме Меня”.
   Вторая заповедь поясняет первую: “не делай изображений чего-либо, что на небе, что на земле, или что в воде, не поклоняйся и не служи им”. Это предупреждение против языческого поклонения ложным богам. Между тем, идолопоклонники имеются и поныне, притом среди тех, кто себя за таковых не считает, и даже среди христиан. Это все те, кто какую-либо относительную ценность признают за высшую, считая, например, самым важным торжество своего народа, или своей расы, или своего класса (шовинизм, расизм, коммунизм). Идолопоклонник и тот, кто жертвует всем ради денег, ради личной славы, ради вина или других наслаждений. Все это — измена Богу, подмена истинной цели ложной, подчинение целого частному и высшего низшему. Это извращение жизни, болезнь, уродство и грех, ведущие к распаду личности самого идолопоклонника, и нередко к гибели других людей. Ввиду этого вторую заповедь можно понять как предупреждение против всякого греха вообще.

9. Третья заповедь

   Третья заповедь: “не произноси Имени Господа Бога твоего напрасно” охраняет основу нашего общения с Богом — молитву. Словом Своим Бог сотворил мир. Слово Божие, воплотившись, стало нашим Спасителем. Поэтому и наше слово (ведь мы образ Божий) имеет великую силу. Должно произносить осторожно каждое слово, и в особенности Имя Божие, открытое нам Самим Богом. Можно пользоваться им только для молитвы, для благословения и для научения правде. Произнося Имя Божие напрасно, мы отучаемся пользоваться им как должно и ослабляем свою способность богообщения. Господь Иисус Христос предостерегает нас еще и от клятвы (Матф. 5:34 37). Особенно вредны для человека богохульство, ропот на Бога, кощунство и божба. Но всякое злое или лживое слово имеет разрушительную силу: оно может разрушить дружбу, семью и даже целые государства. О необходимости обуздывать язык с особой силой пишет Апостол Иаков в 3-ей главе своего послания. Если Бог и Слово Его есть Сама Истина и Жизнь, то дьявол и его слово — ложь и источник смерти. Господь сказал, что дьявол есть человекоубийца от начала, лжец и отец лжи (Иоан. 8:44).

10. Четвертая заповедь

   “Помни субботу, чтобы освятить ее. Трудись шесть дней, седьмой же день отдай Господу Богу твоему”. Это напоминание, что наши дела — путь к Богу, вне Которого нет успокоения. В Ветхом Завете суббота была образом покоя Божия по сотворении мира, или, иначе. Его внутренне-божественной жизни, а тем самым и образом высшей духовной (созерцательной) жизни человека, к которой субботний покой призывал и приучал. Для христиан день Господень это день воскресный, день молитвы, день усвоения Слова Божия и Евхаристии. Первые христиане отлучались от Церкви, если они не причащались два воскресенья подряд.
   Свое учение о нераздельности любви к Богу и к человеку Христос подкреплял тем, что исцелял больных в день Божий, в субботу. Теперь знак нашей нераздельной любви к Богу и к человеку — это, прежде всего, участие в Евхаристии: она дает нам силы творить добро. Поэтому во все воскресные и праздничные дни у нас совершается литургия.

11. Пятая заповедь

   “Почитай отца твоего и матерь твою, и будет тебе хорошо, и ты будешь долго жить” — это не только призыв любить родителей, но и указание на основу любви к каждому человеку. Чтобы научиться любить всех, надо сперва полюбить тех, кто нам всего ближе (1 Тим. 5:8). Прообразом совершенной любви является любовь Господа Иисуса Христа к Своему Небесному Отцу. Единство всех, к которому призываются люди, начинается в христианской семье. Почитание родителей и внимание к их советам — основание культуры. Неуважение к ним (которое олицетворяет второй сын Ноя, Хам) — начало распада всякого человеческого общества и отпадения от Церкви.

12. Шестая заповедь

   “Не убей” — заповедь основная, так как убийство есть предельная противоположность любви. Любить — значит желать полноты всякого блага любимому и, прежде всего, полноты жизни, следовательно и вечного бытия. Убийство есть и самоубийство так как оно уничтожает в сердце убивающего основу жизни — любовь.
   Но прямое самоубийство есть тягчайший грех. В нем отрицание всякого доверия к Богу и надежды на Него, а также отказ от возможности покаяния. Это практическое безбожие и самое противоестественное, что может совершить человек. Способы убийства и самоубийства неисчислимы, в особенности если принять во внимание косвенное убийство. Убить можно не только оружием и руками, но и словом и молчанием, и взглядом и нежеланием взглянуть. В конце концов, всякий грех, как нарушение законов истинной жизни, есть косвенное убийство. Убийством является и нежелание защитить или спасти другого. Защита же может потребовать не только самопожертвования, но и насилия, иногда и убийства. Этим оправдывается, в значительной мере, воин, убивающий на войне, но если он убивает не по ненависти, или из жажды крови. Но этим далеко не всегда оправдывается война, которая сама по себе есть зло. Главная ответственность за войну лежит на правителях и вождях народов. Политика и способы ведения войны подлежат нравственной оценке, что все больше и больше забывается в наш век.

13. Седьмая заповедь

   Прямым нарушением заповеди “не прелюбодействуй” является всякое внебрачное соединение мужчины и женщины, но за нарушение ее почитается и любое чувственное излишество, и всякое действие, способствующее этому. В христианском брачном союзе, где родовая жизнь обусловливается исполненными глубокой любви личными отношениями, она не нарушает душевной гармонии. Вне же брака проявление родового инстинкта легко обособляется в самостоятельную сферу, что разрушает цельность человеческой личности. Это тем более опасно, что все высокие творческие порывы человека тесно связаны с его родовой жизнью. Воздержанность повышает духовные силы, а распущенность их расслабляет и, нередко, приводит к различным болезням, которые отражаются и на потомках согрешившего. Беспорядочность половой жизни вызывает беспорядок в отношениях с людьми, иногда — жестокую вражду. В борьбе с греховными искушениями, в особенности в родовой области, недостаточно прямых долевых усилий. Здесь требуется еще выращивание в себе иных, более высоких интересов, и, конечно, молитва и участие в благодатной жизни Церкви, и, главное, живая любовь к Богу и к людям.

14. Восьмая, девятая и десятая заповеди

   Заповедь “не укради” предостерегает от греха, который может сильно повредить любви между людьми. Собственность, нередко, есть необходимое условие жизни человека, обеспечение его будущего, а иногда связь с прошлым; часто она есть условие для творчества, а порою его плод. Подобно имени, собственность бывает символом самого человека. Поэтому ворующий может задеть очень глубокие стороны личности обворованного, нанести ему настоящее нравственное увечье. Тем не менее, нельзя придавать абсолютное значение отдельным видам собственности, частной или общественной. Согласно учению преподобного Кассиана Римлянина, собственность — ни благо, ни зло, но нечто среднее, могущее стать благом или злом.
   Христово учение не дает основания для какой-либо определенной экономической системы, но дает критерий, как в различных случаях судить о собственности. А этот критерий — духовное благо человека. Девятая заповедь: “не лжесвидетельствуй на своего друга”, кроме обличения греха ложного показания на суде, понимается церковными толкователями как предупреждение против всякого греха словом, т. е. рассматривается как дополнение к третьей заповеди. Десятая заповедь предупреждает против зависти и пожелания чужого добра, иначе говоря, против внутреннего зла, которое есть причина внешнего. В этом отношении десятая заповедь сходна с новозаветными заповедями.

15. О нравственном учении Нового Завета в сравнении с учением ветхозаветным

   В ветхозаветных заповедях о любви к Богу и к ближнему дано уже откровение об основе истинной жизни, но внутреннее ее содержание едва приоткрыто. Дека-лог, например, указывает лишь на то, что противоречит любви, да и то больше на плоды зла. В Новом Завете истинная жизнь раскрывается в полноте как совершенная Божественная любовь. Она явилась в лице Господа Иисуса Христа — Самого Бога, ставшего человеком, в Его жизни и в Его учении, а потом, после Пятидесятницы, силою Святого Духа в сердцах христиан.

16. О делах Христовых, о Его чудесах

   О жизни Господа Иисуса Христа, о Его искупительном подвиге и о Его торжестве сказано выше, но учение Христово и Его чудеса, которые Он называл Своими “делами”, дают образы истинной жизни и пути человека. Чудеса Христовы свидетельствуют о совершенстве и могуществе Божественной любви, избавляющей человека от зла и одаряющей полнотою всякого блага. Так, претворив воду в вино на браке в Кане Галилейской, Господь умножил радость; изгоняя бесов, исцеляя больных, воскрешая мертвых, Он избавлял от страданий и скорбных последствий греха. В чудесах над природой: укрощение бури, хождение по водам, умножение хлебов, Господь также являл Свою любовь, восстанавливая утраченную по грехопадении власть человека над стихиями. Но, кроме того, Господь воскрешал умерщвленные грехом души, средством чему служили, наряду с Его словом, и все другие чудеса. Посредством их Господь укреплял в людях любовь к Нему и веру в Него, т.е. те силы, без которых душа мертва. Господь отказывался творить чудеса, поражающие воображение и принуждающие верить, но чудотворил, приметив зародившуюся уже веру, показывая тем самым, что Он не понуждает, а зовет к добру. Совершавшиеся силою Святого Духа, т. е. силою Божественной любви, чудеса Христовы не превосходили возможностей человеческой природы, и Господь даровал силу чудотворения Своим последователям.
   Наконец, установив святые таинства, Господь даровал людям возможность, по сошествии Святого Духа, быть всегда свидетелями и участниками Его чудес. Таинства Церкви — это продолжающееся Христово чудотворение. В таинстве Евхаристии обретается все, чем Господь во время Своей земной жизни одарял людей: власть духа над материей, изгнание злых духов, исцеление души и тела и залог, нашего воскресения во славе.
   Таким образом чудеса Христовы являются для нас Божьим призывом к милосердию, надежде, вере и любви. Не менее слов Господних они научают нас, что нам следует делать, чтобы стать участниками вечной жизни.

17. Призыв Христов к любви примерами любви

   Любовь есть всегда свободный акт; поэтому нельзя повелеть любить. К любви можно только призывать. Можно и зажечь любовь, но только своею любовью. Все, что нам надо знать о любви, чаще всего Господь открывал в образах, а образы — не веления, но призывы. Величайший образ любви и призыв к ней — Сам Господь. Образами совершенной любви были чудеса Христовы, но и слова Его чаще всего образны: Господь Иисус Христос постоянно обращается к нам в притчах.

18. Притчи об Отце Небесном

   Призывая нас быть “совершенными, как совершен Отец Небесный” (Матф. 5:48), Который повелевает солнцу восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных (Матф. 5:45), Господь в притчах Своих прежде всего дает нам образ Божественной любви Своего Отца. Таким откровением о любви Отца Небесного является, например, притча о блудном сыне (Лук. 15:11-32); в ней раскрывается, что Бог готов, при первом покаянном движении души, возродить и всецело облагодатствовать ее. Эта притча показывает нам еще и то, что любовь есть не только сострадание, но и сорадование.
   О милосердии Небесного Отца Господь говорит также в притче о неправедном судье (Лук. 18:1-8), о сыне, просящем хлеба и рыбы (Матф. 7:9-11), о Виноградаре, отдающем в жертву Своего Сына (Матф. 21:33-41; Марк 12:1-12; Лук. 20:9-19). Милосердие Отца открывается еще в притче о работниках, нанятых в разное время и получающих одинаковую плату (Матф. 20:1-16). Все эти притчи — призыв познать совершенную любовь Небесного Отца и причаститься ее силе и блаженству.

19. Притчи о Самом Спасителе

   В других притчах Господь говорит о -Самом Себе. Так в притче о мудрых и неразумных девах (Матф. 25:1-13) Христос открывает Себя Носителем высшей радости. Женихом Церкви и каждой души. В притче о Добром Пастыре (Иоан.. 10:1-16) Господь говорит о Своей спасительной для всех жертве, о Своей заботе об единстве Церкви, и о Себе, как единственной двери, через которую возможно войти в область преизбыточной жизни. В притче о потерянной овце Господь учит о том, что одна душа человеческая имеет для Него ту же цену, что и все души вместе. Смысл этой притчи особенно важно усвоить пастырям Церкви, как призванным быть живым примером Христовой любви.
   Особое значение имеет притча о Страшном Суде (Матф. 25:31-46). В ней содержится учение о Господе, как Судье всех людей, и о том, что мир судится любовью. Главное оправдание человека в плодах его милосердия и в стремлении к нему. Притча указывает основные признаки сострадательной любви: накормить голодного, напоить жаждущею, посетить больного и заключенного. Господь по безмерной любви Своей отожествил Себя с каждым человеком, поэтому ублажая или, наоборот, обижая нашего ближнего, мы ублажаем или обижаем Его Самого. Любящий своего ближнего, сознает ли он то или нет, любит Самого Бога, так как любить значит видеть в любимом бесконечно ценное, образ Божий. Но придет мгновение, когда человек узнает, что полюбив, пожалев ближнего, он встретил Бога, потому что Бог есть любовь; а пройдя мимо страждущего — он отверг Самого Господа. Каждая встреча наша с ближним, особенно пораженным неудачей и страданием, есть для нас начало Страшного Суда, Кто это поймет, тот может с надеждой ожидать последнего приговора.
   Господь Иисус Христос учит нас еще тому, что без Него мы не можем сделать ничего истинно доброго, и что христианская жизнь не есть простая цепь добрых дел, не просто филантропия, но постоянное восхождение к Богу; и в этом восхождении Он всегда идет с нами и нам помогает.

20. Притчи о Царствии Божием, о Церкви и благодати

   Евангелие есть добрая весть о Царствии Божием. О нем Господь и учил более всего, ибо Он пришел основать это Царство и в него призывал войти. Царство Божие есть Христово Царство, но оно же и Отчий Дом, а также Царство благодати и область Святого Духа.
   Начаток Царства Божия на земле — это Церковь Христова. Но Господь обитает преимущественно в сердцах людей, поэтому Царство Божие не есть только Церковь, которая посреди нас, но и Дух Божий, вселяющийся в чистом сердце. В том и другом смысле Царство Божие является наивысшей ценностью. В Своих притчах Господь называет его сокровищем, скрытым на поле (Матф. 13:44), ради которого нельзя не отдать всего, что имеешь; драгоценной жемчужиной, стоящей всего прочего имущества (Матф. 13:45); домом, построенным на камне и которого ничто не сокрушит (Матф. 7:24).
   О превосходящих все иные ценности высших благодатных дарованиях единогласно свидетельствуют святые, удостоившиеся взойти на высшие ступени духовной жизни. Они утверждают, что ничто на свете не стоит близости Божией. Но и грешные люди испытывают иногда, например, после Причастия или при встрече с благородным поступком, ни с чем не сравнимое чувство радости и умиления. Для многих же — высшим переживанием бывает освобождение от греха и умирение совести.
   В притчах о зерне горчичном (Матф. 13:31; Марк 4:31), о закваске (Матф. 13:33), или еще о семени, брошенном в землю (Мк. 4:26), Господь заранее, для ободрения людей, указывает, как неприметно будет совершаться рост Церкви, а в ней — и духовное возрастание человека.

21. Притчи о поведении человека

   В некоторых притчах, наконец, Господь дает образы должного и недолжного поведения человека. В них все согласное с волей Божией сияет небесной красотой, а недолжное отталкивает.
   Такие примеры даны в притчах о мытаре и фарисее (Лук. 18:10), о блудном сыне (Лук. 15:11), о милосердном самарянине (Лук. 10:30), о царе и злом рабе (Матф. 18:23), о богаче и нищем Лазаре (Лк- 16,19), о двух должниках (Лук. 7:40), о двух сыновьях (Матф. 21:28), о сучке и бревне в глазе (Матф. 7:3; Лук. 6:41) и некоторых других.

22. Учение Господне о причинах греха

   Помимо притч. Господь учил и прямым словом как о Небесном Отце, о Себе и о Святом Духе, так и о духовной жизни человека. Ибо Он пришел не нарушить, а исполнить закон (Матф. 5:17).
   Ветхозаветный закон предостерегал, главным (образом, от внешних проявлений зла и его плодов, Господь же указывал на самые корни греха. Так, шестая заповедь декалога гласит: “не убей”, а Господь Иисус Христос говорит: не гневайся, не мсти, прощай, не осуждай и даже не суди. Седьмая заповедь поучает; “не прелюбодействуй”, а Господь поясняет, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействует с нею в сердце своем (Матф. 5:28). Таким образом Господь открыл нам, что грех зарождается в нашем сердце, и потому-то и надо начинать борьбу с грехом с очищения сердца от дурных пожеланий и мыслей, так как “из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления. Это оскверняет человека” (Матф 15:19).

23. О возникновении греха и о борьбе с ним

   Следуя заповеди Господней о необходимости очищать свое сердце от дурных расположений и на основании собственного опыта духовной борьбы святые Апостолы, а за ними святые Отцы выработали подробное учение о том, как зарождается грех и как надо с ним бороться.
   Сперва появляется греховное представление. Это еще не грех, а искушение. Если человек начинает сочувственно приглядываться к этому представлению — это уже начало греха. От замедления на греховном представлении появляется греховное чувство и услаждение им. Наконец и воля склоняется ко греху и человек совершает его самым делом. Однажды допущенный грех легко повторяется, а повторение вызывает греховную привычку, и тогда человек оказывается уже во власти того или иного порока или страсти.
   Легче всего победить зло, если бороться с ним в самом начале, когда оно только зарождается, при появления дурного представления. Чем дальше, тем борьба становится труднее. Борьба со страстью, пороком или дурной привычкой очень трудна. Но чтобы отгонять дурные мысли в самом начале, надо уметь разбираться в них, научиться быть внимательным к себе, познать себя. Распознав дурной помысел, следует отсечь его, то есть перевести внимание на более высокий предмет. Это не легко. Лучше всего сразу при появлении дурного помысла (будь то помысел злобы, обиды, зависти, жадности или чувственного вожделения) молиться Богу, прося Его отогнать искушение.
   Более других молитв Отцы Церкви советуют произносить Иисусову молитву: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного”. Поступающий так научается, мало-помалу, владеть собою, а потом приобретает постоянно мирное и радостное состояние души. Работу над устроением своей души святые Отцы называют “наукой из наук” и “искусством из искусств”, и без нее — нет настоящей христианской жизни. Святой Исихий Иерусалимский говорит: “если не сотворит человек воли Божией внутри сердца, то и во вне не сможет исполнить ее” (2-ой том Добр. § 86).

24. О любви к врагам

   Господь Иисус Христос не только призывал к очищению сердца, но учил и новому внешнему поведению. Он учил не мстить обидчикам и уступать домогателям: “Не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; просящему у тебя дай и от хотящего занять у тебя не отвращайся (Матф. 5:39-40.42).
   Более того, Господь призывал любить врагов: “любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас” (Матф. 5:44). Господь призывал людей к совершенству, зная, что любовь не делится: кто любит одних, а таит злобу к другим, у того нет настоящей цельной любви, и любовь к друзьям может вскоре обернуться враждой. У Бога не так: Он всецело и всегда любовь, “Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных” (Матф. 5:45).

25. О прощении и неосуждении ближних

   Препятствием к совершенной любви является не только прямая злоба и неумение прощать обиды, но и простое осуждение. “Не судите, да не судимы будете. И что ты смотришь на сучек в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучек из глаза брата твоего” (Матф. 7:1-5).
   Суд и особенно осуждение уже и есть то бревно, мешающее видеть в другом человеке образ Божий и любить его. Господь неоднократно указывал, что грех есть не что иное, как болезнь, и что Он пришел исцелять грешников: “Не здоровые имеют нужду во враче, но больные; Я пришел призвать не праведников, по грешников к покаянию” (Матф. 9:12-13). Господь Сам показал высочайшие примеры прощения и отказа судить и осуждать: на кресте Он молился за распинающих Его; и ранее — Он не осудил женщину взятую в прелюбодеянии; не осудил по преизбытку любви, а такая именно любовь стыдит, пожигает и очищает своим светом.
   “Кто поставил Меня судить или делить вас?” (Лук. 12:14), сказал Господь. И еще: “Не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был через Него” (Иоан. 3:17) и “Я пришел не судить мир, но спасти мир” (Иоан. 12:47).
   Тем не менее, в другой раз Господь не отрекается, что именно Ему принадлежит окончательный суд — “Отец весь суд отдал Сыну” (Иоан. 5:22), но поясняет, что “суд состоит в том, что свет пришел в мир, но люди более возлюбили тьму, нежели свет” (Иоан. 3:19), а свет — это Сам Господь: “Я свет миру, кто последует за Мною... будет иметь свет жизни” (Иоан. 8:12; 9,5).
   Так и мы, последуя Христу, должны светить любовью, светом всепрощенья. Только этот свет может быть нашим судом. Теряющий неомраченную, всепрощающую любовь, лишается силы, предохраняющей мир от гниения. “Вы соль земли, — говорит Христос, если же соль потеряет силу (любовь), она уже ни к чему негодна” и, далее, “вы свет мира, так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного” (Матф. 5:13-16).

26. Об опасностях богатства

   Господь предостерегает не только против прямого зла, но и против всего того, что может отвлечь нас от Бога, — против излишних развлечений и забот. Так, Господь показывает, как предавшийся удовольствиям богач даже не замечает страдающего рядом с ним нищего Лазаря. “Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться... Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы” (Матф. 6:25-34). Это, конечно, не призыв к праздности и беспечности, но предостережение против излишнего попечения о будущем, которого, может быть, и не будет. Только настоящее принадлежит нам, а, между тем, человек часто склонен разрушать его ради мечты о неверном будущем. Таковы, например, все утописты, которые, то ради будущего будто бы лучшего социального строя, то ради торжества своей расы, не останавливаясь перед массовыми убийствами и другими насилиями, разрушают настоящее. Такой утопизм нередко пользуется формулой — “цель оправдывает средства”. Но и в частной жизни люди устремляются за будущим, попирая настоящее. Особенно опасно если этой погоней движет корысть. “Время — деньги” — вот другая формула, которой пользуются эти любители будущего. Эта формула сама по себе, в достаточной мере, изобличает греховность принимающих ее. Деньги — это всегда только средство, а не ценность и цель. Обоготворяющий деньги, то есть средства, отрицает действительные цели и ценности. Каждое мгновение времени может стать настоящей ценностью, если оно не служит только средством к последующему и если мы непосредственно готовы отдать его чему-либо ценному. Это возможно, если мы живем не только будущим, но и настоящим, и если мы умеем не только действовать, но и созерцать. Только через настоящее и через внимание к нему можно достигнуть вечного. И Бога можно встретить только в настоящем мгновении, а не в мечтах о будущем. Между тем, цивилизация нашей эпохи с ее техникой и ускоренным темпом жизни почти лишает человека возможности жить настоящим, созерцать, молиться, встречаться с Богом. Господь предупреждает против этой опасности в притче о богаче, решившем сломать свои зернохранилища, чтобы построить новые, не зная, что в ближайшую ночь он умрет (Лук. 12:16-21). Говоря об опасности чрезмерной озабоченности, Господь предупреждает и против богатства вообще: “Не можете служить Богу и мамоне” (Матф. 6:24), и еще “удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие” (Матф. 19:24). Смущенные этими словами, Апостолы вопрошают Господа: “кто же может спастись?” (Матф. 19:25)

27. О смысле и характере Евангельских заповедей

   Вопрос учеников Христовых: “Кто же может спастись?” — это содрогание человеческой немощи перед абсолютностью Евангельского призыва. Подобный вопрос может поставить и тот, кто слышит призыв: “Любите врагов ваших” (Лук. 6:27). Как любить, когда нет любви? Кто же может спастись? Ответ Господа снимает все сомнения и в нем вся сила и весь смысл нравственного учения Христова: “Человекам это невозможно, но Богу все возможно” (Матф. 19:26). Все Евангельские заповеди, и особенно заповедь о любви, не веления, а призывы. В ответ на призыв человек может взыскать любовь, но самую любовь дает уже Сам Бог. Любовь — это высший дар Святого Духа, но Бог в этом даре не отказывает; “если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим”, говорит Господь, “тем более Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него” (Лук. 11:13). Сам Бог есть любовь. От человека же требуется, прежде всего, устранить все, что мешает любви, и это во власти человека, как и во власти человека просить Бога, молиться. Во власти человека сделать и большее: стараться поступать так, как будто он уже любит. Именно об этом Господь заповедал: “как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки” (Матф. 7:12).

28. О благодатной жизни

   Хотя заповеди Христовы, а среди них основные о любви к Богу и к людям, не веления, а призывы, тем не менее они являются основными законами духовной жизни человека, созданного по образу и по подобию Божию. Вне любви — нет истинной жизни, а только смерть, адская мука и пустота. Поэтому неисполнимость Евангельских призывов только мнимая. Свои заповеди, например о любви к врагам, Господь Сам исполняет за нас Своею благодатною силою, впрочем, не без нас, но ожидая от нас только того, что в наших силах. Любовь человека к Богу никогда не безответна. В этом и есть закон жизни человека — жить всегда с Богом.
   Христианская жизнь вовсе не есть лишь некоторое добропорядочное поведение, соответствующее внешним правилам, исполняемым из страха наказаний, особенно жестоких за гробом. Это жизнь действительно богочеловеческая, вдвоем с Богом, подобная брачному союзу. Человек вопрошает, Бог отвечает; человек скорбит, Бог утешает; человек заблуждается, Бог указывает путь.
   Христианская жизнь есть жизнь благодатная, и в этом ее коренное отличие от всякой, хотя бы и высоконравственной жизни вне Церкви. Потому-то Господь говорит: “Иго Мое благо и бремя Мое легко” (Матф. 11:30).

29. Узкий путь христианина. Несение креста. Умирание и воскресение со Христом

   Иго Христово действительно благо и бремя Его воистину легко. В них сокрыто блаженство всегда свободной любви, но, вследствие греховной испорченности человека, в Царство Божие ведет трудный, узкий путь. Нужно отречься не только от всего злого, от напрасных развлечений и забот, но иногда и от всего своего имущества: “если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах” (Матф. 19:21). Господь говорит и о больших жертвах: “Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником” (Лук. 14:26).
   Как понять это, когда Господь Сам призывает к почитанию родителей (Матф. 19:19)? Слова эти означают, что любовь к близким не должна препятствовать любви к Богу, или иначе, она не должна быть корыстной. Надо любить людей самих по себе, а не ради пользы или удовольствия, которые они нам приносят, чтобы любимые не оказались лишь средством к самоублажению. Такая любовь не прочна и удаляет от Бога.
   Господь ждет наконец от человека полного отречения от всего и от самого себя, это и есть сораспятие Христу. “Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником” (Лук. 14:33), говорит Христос; и еще: “если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною” (Лук. 9:23; Марк. 8:34).
   Но все эти жертвы сами по себе цены не имеют; они только путь к высшему благу — к любви. Апостол Павел пишет: “Если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы” (1 Кор. 13:3).
   Необходимость полного самоотречения проистекает оттого, что грех, удаливший нас от Бога, есть крайнее самоутверждение, самозамыкание и эгоизм. Чтобы вновь принять в себя Бога, надо до конца распахнуть двери своего сердца.

30. Бог принимает наши жертвы

   Но Бог принимает все искренние и смиренные жертвы, приносимые ради Его Царства. “Истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или родителей, или братьев, или сестер, или жену, или детей для Царствия Божия, и не получил бы гораздо более в сие время, и в век будущий жизни вечной” (Лук. 18:29-30).
   По объяснению святых Отцов, слова Господни “в сие время” означают, что уже в настоящей жизни христианин должен явственно ощутить радость облагодатствования, иначе он не обретет ее и в будущем веке. Действительно, святые люди в этой жизни не только освобождались от насилия греха, но исполнялись духовной радости и света. Для чистого ока все чисто, и святые видят всех людей и весь мир прекрасными, предвкушая блаженство рая. Все, чего они лишили себя ради Господа, возвращается им в преображенном виде. Святой Марк Подвижник пишет: “Ничего не потеряешь ты из того, что оставил для Господа, ибо в свое время оно придет к тебе многократно умноженным” (Добр. т.1, К тем, которые думают оправдаться делами: §50).

31. Заповеди блаженства (Матф. 5:3-12)

   В заповедях блаженства Господь указывает на те духовные свойства, которые нужны для достижения Царствия Божия. Они являются одновременно плодами и признаками истинной жизни; в них и через них уже в земной жизни предвкушается блаженство будущего века.
   Для возрастания в истинно христианской жизни необходимо, прежде всего, смирение, то есть сознание своих грехов и собственного бессилия в борьбе с ними без помощи Божией. Происходящее от этого сознания постоянное покаянное состояние души и есть то, что называется нищетою духовной; БЛАЖЕННЫ НИЩИЕ ДУХОМ, ИБО ИХ ЕСТЬ ЦАРСТВИЕ БОЖИЕ.
   Образ противоположного состояния самодовольства запечатлен в притче о Мытаре и Фарисее (Лук. 18:10).
   “Восчувствовавший грехи свои лучше того, кто молитвой воскрешает мертвых”, а “кто сподобился увидеть самого себя, тот лучше видевших Ангелов”, говорит преподобный Исаак Сирин. Знание самого себя и своих грехов приводит к покаянному плачу, который омывает грехи и приносит утешение. Некоторые святые имели “дар слез”, постоянно оплакивая свои грехи. Чем больше света в душе, тем яснее видит человек свои пятна, замечая малейшие оплошности. О таких людях сказал Господь: БЛАЖЕННЫ ПЛАЧУЩИЕ, ИБО ОНИ УТЕШАТСЯ. К ним принадлежат и те, кто плачет из сострадания и умиления.
   БЛАЖЕННЫ КРОТКИЕ, ИБО ОНИ НАСЛЕДУЮТ ЗЕМЛЮ — Нищие духом и оплакивающие свое недостоинство не осуждают других, прощают обиды, становятся кроткими. Таким терпеливым, кротким людям всюду хорошо; они всюду как дома, как наследники. Легко уживаясь, они нередко переживают других, но настоящее наследство их — это новая земля будущего века, куда не войдут враждующие.
   БЛАЖЕННЫ АЛЧУЩИЕ И ЖАЖДУЩИЕ ПРАВДЫ, ИБО ОНИ НАСЫТЯТСЯ. — Это, во-первых, все те, которые хотят, чтобы каждый их поступок был бы согласен с волей Божией, имел бы смысл и чтобы вся жизнь их была бы озарена высшим смыслом. Это и те, которые желают, чтобы справедливость царила вокруг них, чтобы в семейных, общественных и государственных отношениях торжествовала красота Христовой правды. За редкие исторические периоды морального просвета, как отдельные народы, так и все человечество, обязаны людям, алкавшим и жаждавшим правды.
   БЛАЖЕННЫ МИЛОСТИВЫЕ, ИБО ОНИ ПОМИЛОВАНЫ БУДУТ. — О делах милосердия — плодах сострадательной любви — Господь говорит в притче о Страшном Суде (Маф. 25,31—46), о том же свидетельствуют Его чудеса. Милосердие полезно, прежде всего, для самих благотворителей: оно укрепляет в них человеколюбие. “Нищие преследуют тебя, это значит — милость Божия тебя преследует”, говорил отец Иоанн Кронштадтский. Но милостив и тот, кто умеет прощать. Злопамятный и мстительный мучает самого себя, он заключает себя в темницу своей злобы. Не умирившись, он не выйдет из этой темницы, пока не отдаст последней полушки (своей любви) (Лук. 12:59; Матф. 18:34; 5,26).
   БЛАЖЕННЫ ЧИСТЫЕ СЕРДЦЕМ, ИБО ОНИ БОГА УЗРЯТ. — Сердце, или дух человека есть самая основа и глубина его личности. В сердце совершаются человеком все основные оценки и всякий выбор; в сердце своем он принимает жизненные решения. В отношении нравственных оценок сердце — это совесть, но сердцем познается также истина и красота. К сердцу нужно отнести слова Господа: “Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло. Итак смотри: свет, который в тебе. не есть ли тьма? (Матф. 6:22; Лук. 11:34-35). Апостол Павел желает Ефесянам, чтобы Бог “просветил очи сердца” их (Еф. 1:18). Испорченность человека столь глубока, что простирается и на сердце. Постоянно уступающий греху перестает ясно различать добро и зло. Очищение сердца достигается работой человека над собою и завершается действием Божественной благодати. Окончательная потеря сердечной чистоты (или зрения) есть духовная смерть, напротив же спасение человека есть сердечное просветление. В сердце своем человек встречает Бога, ибо в сердце человека Бог посылает Своего Духа (Гал. 4:6), и в сердца людей вселяется Христос (Ефес. 3:17), влагая в них Свой закон (Евр. 10:16). Сердцеведец Бог судит людей по качеству их сердец: “Я есмь испытующий сердца и внутренности”, говорит Господь (Откр. 2:23).
   БЛАЖЕННЫ МИРОТВОРЦЫ, ИБО ОНИ БУДУТ НАРЕЧЕНЫ СЫНАМИ БОЖИИМИ. — Хорошо быть кротким, но еще лучше сеять мир вокруг себя. Однако же это возможно только тем, кто превзошел обычную степень кротости внутри себя. Великий русский святой — преподобный Серафим Саровский говорил: “умирись с собою, и вокруг тебя спасутся тысячи”, а другой русский праведник — отец Иоанн Кронштадтский писал: “без мира и согласия с другими, нельзя иметь мира и согласия в самом себе”. Но все же мирить других не всем и не всюду дано; а тот, кто мирит с гордостью и раздражительностью легко напортит дело.
   “Бог не есть Бог неустройства, но мира” (1 Кор. 14:33), “Он есть мир наш” (Ефес. 2:14), и потому только миротворцы могут именоваться Его сынами. Являясь ученикам, воскресший Христос говорил им: “Мир вам”, и заповедал Апостолам обращаться к людям с тем же приветствием (Матф. 10:12). Апостолы в Посланиях постоянно обращаются к своим ученикам со словами: “благодать вам и мир да умножится” (1 Петр. 1:2.; 2 Петр. 1:2; Иуда 1,2), или просто “Мир тебе” (3 Иоан. 15), и еще: “благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа” (Рим. 1:7; 1 Кор. 1:3; 2 Кор. 1:2; Гал. 1:3; Ефес. 1:2; и др.).
   Эти апостольские приветствия и слова Самого Господа, особенно сказанные Им во время Его прощальной беседы, свидетельствуют, что мир Христов есть дар Святого Духа.
   БЛАЖЕННЫ ВЫ, КОГДА БУДУТ ПОНОСИТЬ ВАС И ГНАТЬ И ВСЯЧЕСКИ НЕПРАВЕДНО ЗЛОСЛОВИТЬ ЗА МЕНЯ. РАДУЙТЕСЬ И ВЕСЕЛИТЕСЬ, ИБО ВЕЛИКА ВАША НАГРАДА НА НЕБЕСАХ: ТАК ГНАЛИ И ПРОРОКОВ, БЫВШИХ ПРЕЖДЕ ВАС.
   Страдание за Христа — высший подвиг человека, а отречение от Него — глубочайшее падение. “Кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцом Моим Небесным” (Матф. 10:33). Отрекающийся от Христа отрекается от всего истинно человеческого, так как истинно человеческое есть образ Божий, воссиявший во Христе во всей полноте и чистоте. Это тоже отречение от самого себя, от лучшего в себе, иначе — духовное самоубийство.
   Предельная верность Господу — смерть за Него, а предельная любовь к людям — смерть ради них. “Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих” (Иоан. 15:13).

32. Христианин перед лицом смерти

   Ужасна смерть, но в ней мера всего высокого, мера достоинства человека. Готовностью умереть измеряется храбрость, верность, надежда, любовь, вера. Истинный христианин готов принять как насильственную, так и обычную смерть от болезни или от старости. Принятием смерти измеряется его вера в Воскресение и во всеблагость Божию. Христианин должен иметь “память смертную”, то есть не забывать своей смертности, и того, что конечное торжество света явится только по воскресении мертвых. Но готовность к смерти не означает, что земная жизнь теряет свою цену. Напротив, она остается величайшим благом, и христианин призван к полноте настоящей жизни, поскольку он может наполнить каждое мгновение ее светом Христовой любви. И только истинный христианин может это сделать.

33. Полнота христианской жизни. Умножение талантов

   Только расцвет всех духовных сил человека в земной жизни, иначе — полное использование духовных дарований или талантов, дает надежду на участие и полноте жизни будущего века. Об этом Господь учит в притче о талантах (Матф. 25:14-30) и в притче о минах (Лук. 19:12-27). Человеку легче всего исполнить свое предназначение через деятельность по призванию. Призвания и таланты бывают разные. Это, во-первых, прямые дары Святого Духа, те харизмы, которыми были богаты первохристиане (дары пророчества, языков, исцелений и др.). Во-вторых, это личные способности, например, красноречия, организационные, педагогические, художественные. Это также призвания естественные, свойственные возрасту, полу, семейному положению (например: супружество, девство, отцовство, материнство). Творческая деятельность по призванию лучше всего образует, формирует личность человека и помогает осуществить общее для всех христиан призвание: строительство Царствия Божия в себе и в мире. Этой основной цели должны служить все таланты, как в отдельности, так и в их гармоническом сочетании. Без этого основного творчества, совершаемого со Христом и во Христе, всякая человеческая деятельность, хотя бы и по призванию, искажается и увядает. Так, вянет искусство, не питаемое религиозным духом, мертвеет государственное строительство, и даже военное дело при забвении Христовой правды готовит гибель равно побежденным и победителям.
   Но нельзя забывать, что всякое призвание есть крест, что оно требует усилия и жертв, без чего таланты не умножаются. Надо помнить, что крестный путь есть конечное жизненное призвание Самого Господа, и что окончательное принятие Господом Своего креста — это высшее напряжение жизни, предельный всплеск ее. “Крест есть воля, готовая на всякую скорбь”, говорит один из древних Отцов. Но в то же время крест есть и благословение всякого призвания, и он не отделим для верных последователей Христовых от раскрытия их дарований и от умножения их талантов. Но крест каждого человека должен быть привит ко кресту Христову. Это лучше всего совершается тогда, когда крест любого творческого призвания становится служением Богу и Церкви. Тогда более всего умножаются данные человеку таланты.

34. Исполнение воли Божией

   Если в жизненном (онтологическом) отношении христианская жизнь имеет целью обожение, то есть соединение с Богом, и в Нем — с другими людьми, в чем достижение Царства Божия, то в нравственном отношении эта цель в исполнении воли Божией.
   Сам Господь дал нам тому пример и завещал нам это. “Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца” (Иоан. 6:38), говорит Господь о Себе, а нас предупреждает: “Не всякий, говорящий Мне — Господи! Господи! войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного” (Матф. 7:21).
   Для того, чтобы творить волю Божию, надо ее знать; а для познания Божественного Откровения, в котором эта воля открывается, надо жить в Церкви, так как истина дана во всей полноте не отдельному человеку, а Церкви. Но для членов ее воля Божия открывается еще и через лично получаемые свыше указания.
   На вершине духовной жизни христианин живет уже под непосредственным водительством Святого Духа, руководимый Его постоянными внушениями, ясно различая в сердце своем, чего хочет от него Бог. На менее высоких ступенях водительство Божие совершается менее ощутительно, но при духовном возрастании становится более различимым; например, внимая слову Божию, человек все более и более различает, что в нем относится к обстоятельствам его жизни, а при встрече с людьми все чаще извлекает из них указания на свою духовную пользу. Так, встречая кого-либо безобразно гневающегося, он может найти в этом предостережение против зреющей в нем самом обиды и недовольства. Для возрастания в духовной жизни и для все более ясного, различения воли Божией и точного ее исполнения пригодны все средства, предлагаемые Церковью: участие в святых таинствах, чтение Слова Божия и духовных книг, общественные и частные молитвы, очищение своего сердца от помыслов, ограничение своих естественных потребностей (пост) и стремление к исполнению заповедей, хотя бы не было еще к тому настоящего расположения. Необходимо и личное общение с живущими церковной жизнью людьми и испрашивание у них духовных советов, особенно у своего духовного отца. Эти советы следует исполнять, как и всё, в чем человек прозревает указание свыше. Необходимо еще развивать все свои дарования, следуя своему призванию и обращая его на служение Богу и людям. Среди всех указанных средств исключительное значение имеет молитва. В ней самая сердцевина духовной жизни, которой, просто и нет без молитвы. Молитва бывает частная и общественная, а по содержанию — просительная, благодарственная и хвалебная. Прошения возносятся за себя и за других, как о даровании внешних, так и духовных благ, в особенности же о прощении грехов, о помощи в борьбе с искушениями и, наконец, об указаниях свыше о том, как поступить. Язычники более всего молятся о своей удаче, а христиане о том, как поступать по воле Божией. Бог отвечает на такую молитву, в особенности если она касается других. Молитва за других — путь к любви и плод любви. Еще выше совместная молитва — “если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного. Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них” (Матф. 18:19-20).

35. Молитва Господня

   Пример должной молитвы — молитва Господня. Первое слово ее “Отец” учит молиться с любовью и доверием к Богу, второе же “наш” указывав!, что надо молиться за себя и за других, и лучше — сообща.
   “ОТЕЦ НАШ, КОТОРЫЙ НА НЕБЕ” — указание на небо как на местопребывание Бога есть напоминание о превосходящем все земные понятия Божьем совершенстве.
   В силу этого нельзя не желать, чтобы самое имя Божие было свято для всех и чтобы мы сами, словом и делом прославляя Его, были бы достойными детьми Небесного Отца. “ДА СВЯТИТСЯ ИМЯ ТВОЕ” — в этих словах все наше воздыхание о святости.
   В прошении “ДА ПРИИДЕТ ЦАРСТВИЕ ТВОЕ” — мольба о том, чтобы святость Божия просияла всюду, чтобы правда Божия восторжествовала внутри и вне нас и чтобы мир стал царством любви.
   Но во всей полноте Царство Божие откроется в будущем веке, по всеобщем воскресении из мертвых, и доступ в него будет открыт лишь тем, кто творит волю Божию. А без помощи Божией мы не можем исполнить Его волю, откуда необходимо постоянно взывать: “ДА БУДЕТ ВОЛЯ ТВОЯ НА ЗЕМЛЕ, КАК на НЕБЕ”. Волю Божию следует творить охотно, радостно, как творят ее Ангелы и святые.
   Говоря “ХЛЕБ НАШ НАСУЩНЫЙ ДАЙ НАМ СЕГОДНЯ”, мы просим, прежде всего, хлеба духовного, то есть евхаристического хлеба, пречистого Тела Господня, о котором Он Сам сказал: “ядущий хлеб сей жить будет вовек” (Иоан. 6:58). Хлеб насущный — это также Слово Божие, про которое сказано: «не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом Божиим» (Лук. 4:4). Наконец, под хлебом насущным надо понимать все потребное для нашей земной жизни. Бог, конечно, знает наши нужды, но молитва о них необходима для нашей пользы: она укрепляет веру и ограничивает наши желания; молитва же о нуждах других людей возвышает нас.
   В прошении о прощении грехов — “И ПРОСТИ НАМ ДОЛГИ НАШИ, КАК И МЫ ПРОЩАЕМ ДОЛЖНИКАМ НАШИМ” — должна выражаться нищета духовная, без которой нет ни исправления, ни духовного роста. Прощение же грехов познается в освобождении от их власти над нами. А упоминание о том, что и мы прощаем — это, прежде всего, призыв прощать. Объясняя это прошение. Господь Сам сказал: “если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших” Матф. 6:15).
   “НЕ ВВЕДИ НАС ВО ИСКУШЕНИЕ”. — Бог ада не сотворил и не может быть причиной зла, но Он попускает сатане нас искушать для укрепления нашей доброй воли в борьбе за благо. Апостол Иаков пишет: “Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни, который обещал Господь любящим Его. В искушении никто не говори: — Бог меня искушает; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого. Но каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственною похотью” (Иак. 1:12-14).
   Искушение, побуждая нас с ним бороться, устремляет нас молиться, и Бог внимает такой молитве. Господь Иисус Христос, по словам Апостола, “быв искушен, может и искушаемым помочь (Евр. 2:18). Кроме того, Бог знает меру наших сил и не попускает никому искушаться свыше его возможности. Апостол Павел пишет: “Верен Бог, Который не попустил вам быть искушаемым сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести” (1 Кор. 10:13).
   Словом “искушение” в Священном Писании и в духовной литературе обозначается не только греховный соблазн, но также испытание страданием. «Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие» (Деян. 14:22).
   В последнем прошении: “НО ИЗБАВЬ НАС ОТ ЛУКАВОГО” мы отрицаемся от всякого зла и, тем самым, от его носителя — сатаны, и обещаем, молясь о помощи Всевышнего, бороться за добро, как истинные воины Божьего воинства.
   Заключительное славословие: “ИБО ТВОЕ ЕСТЬ ЦАРСТВО И СИЛА И СЛАВА” свидетельствует о нашей вере в Бога Троичного в Лицах и в Его несомненное торжество над всяким злом.

36. Общественная и частная молитва

   Кроме молитвы Господней Церковь предлагает нам множество молитв, входящих в состав различных богослужений. Но Церковь стремится также упорядочить домашнюю и индивидуальную молитву, предлагая с этой целью молитвенное правило. Хотя при пользовании этим правилом молящимся предоставляется известная свобода, тем не менее пренебрегать этим правилом нельзя, как и указаниями святых Отцов с сущности самого молитвенного труда. Нельзя думать, что молиться можно не обучаясь этому делу, полагаясь только на собственное настроение. По словам Отцов Церкви, молитва это наука, или искусство, она требует научения и навыка. Молитва является основой и центром христианской жизни.

37. Молитва Иисусова

   Исключительно важное значение Церковь придает молитве Иисусовой: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного”. Монашествующие должны повторять ее постоянно, а живущим в миру предлагается пользоваться ею для отражения всякого дурного движения души и при совершении всякого ответственного дела. Молитву эту можно произносить сокращенно, самая краткая форма ее: “Господи помилуй”. О сущности этой молитвы и пользовании ею существует пространная духовная литература, с которой следует, в той или иной мере, ознакомиться каждому православному христианину.

38. О духовном чтении

   Чтение Слова Божия совершенно необходимо. Священное Писание составляет неотъемлемую часть Богослужения, и внимание этому чтению в храме имеет исключительное значение для духовной жизни. Но необходимо питаться Словом Божиим и дома, в особенности, когда обстоятельства не допускают частого посещения церковных служб. Пособием для восприятия Слова Божия в храме является проповедь священнослужителя, а дома — чтение писаний святых отцов и Учителей Церкви.
   Священное Писание открывает нам истинную Божественную жизнь, а святые Отцы научают нас, как именно, при различных обстоятельствах, мы можем воспринять эту истинную жизнь и жить ею. Религиозное чтение полезно сочетать с молитвой, или молитву сопровождать таким чтением.

39. Православное Богослужение.

   Жизнь в Православной Церкви есть одно неразделимое целое: это богочеловеческая жизнь и путь, ведущий ко спасению, иначе — обожение человека. На этом пути важно не только усвоение Священного Писания, не только участие в святых таинствах и поведение, согласное с Христовой правдой, но и возможно полное вхождение в богослужебную жизнь Церкви.
   В православном богослужении спасительны как отдельные молитвословия, так и самая структура его и сопровождающие молитву священнодействия. Благодаря праздничным богослужениям мы не только благочестиво вспоминаем празднуемое событие, но и духовно делаемся его свидетелями и соучастниками, а оно становится, в доступной нам мере, событием и нашей личной жизни. Тем самым наша жизнь начинает преображаться: в самой ткани ее, как золотая вышивка, выявляется жизнь Господа и Его Церкви, и таким образом сквозь наше временное бытие уже проступает вечность.
   Все православное богослужение, как иконопись, глубоко символично. В нем образно передается́ спасительный для нас смысл событий священной истории. Иконопись иногда называют “богословием в красках”, а богослужение можно назвать богословием в действиях и в звуках. Но, конечно, оно заключает в себе, прежде всего, прямое словесное богословие.
   Благодаря храму и совершаемому в нем богослужению, душа научается откликаться на Божественную истину и красоту всеми своими струнами, а священные символы становятся для нас духовной действительностью, преимущественно через наше участие в святых таинствах. Именно благодаря им события священной и церковной истории обретают значение событий вашей личной жизни, а последние, в свою очередь, могут включиться в цепь событий церковных. Так, через таинство брака, естественная любовь мужчины и женщины и созидаемая новая семья обретают значение немаловажное для жизни всей Церкви. Так и болезнь одного члена Церкви, через таинство елеосвящения, становится событием для всей церковной общины, побуждая ее к деятельной, сострадательной любви к больному, а последнего — по новому включает в церковную жизнь. Даже самое горькое и страшное в нашей жизни — грех, через таинство покаяния может стать как бы началом глубокого возрождения грешника, радостного для Церкви, так как в ней, как на небе, бывает большая радость об одном грешнике кающемся, чем о девяносто девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии (Лук. 15:7). Наконец, даже горечь смерти, в немалой мере, преодолевается в православном богослужении. Поражающая смерть сила светлого Христова Воскресения, через таинство Евхаристии передается и усопшим христианам, облегчая их ответственность за грехи, так как сами они уже не могут принести покаяния, но церковная молитва за них вменяется им вместо их собственного покаянного усилия. Кроме литургического поминовения усопших в православной Церкви есть особые чины: отпевания, заупокойной утрени, панихиды и литии. Все эти богослужения научают молящихся должному отношению к смерти.
   Жизненное значение православного богослужения огромно, но вся глубина его постигается только при деятельном участии в нем, хотя никогда до конца постигнута быть не может.

40. Иконопочитание

А) Иконопочитание и иконоборчество

   Почитание святых икон занимает немалое место в православном благочестии. Как православные храмы, так и дома украшаются ими. В память явления некоторых икон установлены церковные праздники. Самая же иконопись является совсем особым родом искусства, не сводимым к простой живописи.
   Перед святыми иконами молятся, возжигают свечи и лампады, ими благословляют и через их посредство обретают исцеления, а иногда и указания.
   В VIII веке, под влиянием магометан, считавших невозможным изображение невидимого Бога, на иконопочитание в Византийской Империи был наложен запрет, а почитающих иконы подвергали гонениям и мучениям. В 787 году, на 7-ом Вселенском Соборе, иконопочитание было восстановлено и положено начало его догматическому обоснованию.

Б) Догматический смысл иконы

   Изображение Господа Иисуса Христа, Его Пречистой Матери, событий Его жизни, а также святых людей, есть прежде всего, особый вид исповедания веры в истинность Боговоплощения (этой вершины Богооткровения) и в истинное наличие образа Божия в человеке.
   Сын Божий, как Божественное Слово, есть образ Бога Отца. Но до Боговоплощения этот образ был незрим для человека и являлся только как запечатленный в человеческом слове. Поэтому в Ветхом Завете почиталось словесное запечатление Божественного откровения, то есть книги Священного Писания, и никакого изображения лица Божия не могло быть. Но когда Слово стало плотию (Иоан. 1:14), когда Сын Божий стал человеком Иисусом Христом, люди смогли в Его лице своими земными глазами созерцать Самого Бога и даже касаться Его своими руками.
   “Покажи нам Отца, и довольно для нас”, говорит Апостол Филипп Господу на Тайной Вечери, а Иисус ему отвечает: “столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь: покажи нам Отца?” (Иоан. 14:8-9)
   Видеть Господа, касаться Его, а в Нем — Самого Бога, было великим счастьем, о котором свидетельствует Апостол Иоанн Богослов в первых строках своего первого Послания (1 Иоан. 1:1-4). Частицу этого счастья и этой пользы передает нам святая Церковь, допуская и поощряя нас изображать Господа Иисуса Христа.

В) Иконопись как искусство

   Но не видим ли мы на иконах Господа изображенным только телесно? И тем самым не остается ли для нас Бог невидимым? И не является ли поэтому икона умалением Богочеловека?
   Это не так, во-первых, потому, что художник и во всяком портрете улавливает и изображает, в той или иной мере, душу и дух человека; во-вторых, на иконах, под видимым образом человека Иисуса Христа, изображается Сама Его Божественная Ипостась. Последнее возможно, ибо иконопись есть особое искусство. Особенность ее в том, что на иконе изображается не обычное тело и лицо, но преображенное, одухотворенное, способное вместить в себе Божество.
   Для такого изображения выработаны особые приемы, смягчающие все особенности, которые могут обличать чувственные и земные наклонности, и, напротив, выявляющие те человеческие черты, которые отражают духовность. Тем не менее, эти приемы оставляют место для личного творчества художника.
   В иконописи существуют также особые приемы для изображения предметов и пейзажа.

Г) Иконопись и христианская жизнь

   Сын Божий, став человеком, обрел в нем сродное Себе, так как человек от начала был создан по образу и по подобию Божию. Но в падшем человеке образ Божий был помрачен и требовал восстановления. Поэтому до Боговоплощения изображение .человека не было достойно почитания, вследствие чего изображения античных богов не могли не отталкивать христиан.
   Эти изображения отражали падшую страстную природу человека, да и сами языческие боги, в известной мере, были олицетворением человеческих страстей.
   Тем не менее, в образах античного искусства несомненно отображалось также и высокое стремление человека к гармонии и совершенству, почему известное позаимствование форм и приемов этого искусства вполне допустимо для иконописца, как и для христианского искусства вообще.
   Иконопись, в некотором смысле, является искусством прикладным: она служит высшему искусству — искусству христианской жизни, искусству преображать, с помощью Божественной благодати, самого человека и его жизнь.

Д) Темы иконописи.

   Основной темой иконописи является Господь Иисус Христос, как совершенный образ Бога Отца.
   Божия Матерь, по существу, неотделима от Христа: благодаря Ей стало возможным Боговоплощение и, тем самым, изображение Бога.
   Святые почитаются нами, поскольку в них “изобразился” Христос. Они сами являются живыми иконами Господа, подобно этому, и в той же мере, и их изображения.
   На иконах изображаются также события Священной Истории. В них иконопись стремиться выразить спасительный для нас богословский смысл этих событий, а не историческую их обстановку. Поэтому некоторые называют иконопись “богословием в красках”.
   Для успешного выполнения своего дела сам иконописец и его деятельность должны отвечать некоторым условиям: он должен быть православным и исполнять свое дело с молитвой и в надлежащей духовной настроенности. Многие из лучших иконописцев причислены к лику святых.

Ж) Святость иконы.

   Кроме изобразительного значения, икона есть место благодатного присутствия Изображаемого. Она становится таким местом в силу ее освящения и дарования ей имени. Не только человек, но вся природа, весь материальный мир, как созданный и содержимый Словом Божиим, особенно после Боговоплощения, способен стать приемником и передатчиком Божественной благодати. К тому же таинственная грань между духовным и материальным — неуловима.
   7-ой Вселенский Собор утвердил православное отношение к иконам: в иконе подлежит почитанию изображенный на ней Христос или святой, а не материальный предмет, на котором икона изображена.
   В Православной Церкви особым почитанием и благодатной силой обладают иконы Божией Матери. И это понятно, так как Пресвятая Дева является тем “мостом”, той “лестницей”, которая соединяет невидимое небо и наш видимый, дольний мир.

41. Почитание святых мощей

   В Православной Церкви существует также особое почитание святых мощей, то есть останков почивших святых людей.
   Тела некоторых усопших святых сохраняются в сравнительной или даже полной целостности. Но почитаются они отнюдь не за их, далеко не всегда бывающую, нетленность, а за то, что, по причине святости почивших, тела их и по смерти являются хранителями Божественной благодати, силою которой подаются верующим дары исцелений и другие духовные дарования.
   Благодатная сила, присущая останкам святых людей, является свидетельством животворящей силы Самого Господа, и утешительным предзнаменованием всеобщего грядущего воскресения.

42. Пост

    А) Пост является существенным пособием для успешной духовной жизни. Пример поста дал Господь Иисус Христос (Матф. 4:2), а за Ним “сонмы новозаветных праведников, начиная с святого Иоанна Крестителя. Но пост был известен и в Ветхом Завете, да и в других религиях.
   Пост есть упражнение, способствующее подчинению души и тела духу, а через это — Богу. В то же время пост есть сильное оружие в борьбе с сатаной (Матф. 17:21; Марк 9:29).
   Посты установлены Церковью перед праздниками Пасхи, Рождества Христова, Успения Божией Матери, памяти святых Апостолов Петра и Павла, по средам и пятницам всего года и в некоторые другие дни.
   О должных качествах поста сказано в Священном Писании, в богослужебных текстах (особенно в Постной Триоди) и в писаниях святых Отцов. Пост. прежде всего, не должен быть показным, лицемерным. Об этом говорит Сам Христос (Матф. 6:16-18). По своей природе пост углубляет в нас покаянные чувства. Вообще же, отсекать дурные позывы и порывы, быть умеренным во всем — христианин должен всегда, но научиться этому помогает периодическое утеснение естественных потребностей.
   Пост является не только упражнением в воздержании, но и в совершении добрых дел. На этом значении поста Церковь настаивает в великопостных песнопениях. Например, в следующей стихире: “Постясь, братия, телесно, постимся и духовно, разрушим всякий союз неправды, дадим алчущим хлеб, и нищих и бездомных введем в домы” (на вечерне среды 1-ой седмицы великого поста). Б) Кроме постов, имеющих значение средства усовершенствования духовной жизни. Церковь установила пост, предшествующий Евхаристии.
   Этот пост, который выражается в полном воздержании от пищи, является живым напоминанием о том, что наша земная, ущербленная жизнь есть подготовка к будущей полноте жизни праведников в блаженной вечности.
   Евхаристия уже есть начаток этого нового бытия в единении с Богом и со всеми братьями во Христе. Поэтому таинство Евхаристии снимает бремя поста, по слову Господа Иисуса Христа: “могут ли поститься сыны чертога брачного, когда с ними жених?” (Марк 2:19). Но до приятия святых Тайн пост для нас необходим, как находящимся в ожидании прихода Жениха. Таким образом Церковь стремится усилить в нас ожидание Грядущего и алкание новой встречи с Ним, не только в Евхаристии, но и во втором Его пришествии. Освобождая же нас от поста после причащения, Церковь усиливает в нас сознание, что Жених уже теперь приходит к нам и что преображение нашей временной (будничной) жизни в праздник вечного бытия уже началось.
   С одной стороны ожидание, с другой — начавшееся свершение, присущи богочеловеческой природе Церкви, что и находит свое выражение в ее литургической жизни, в постоянной смене поста и праздничной радости по причащении.
   В праздники и в воскресенья, то есть в дни, предназначенные для Евхаристии, если они приходятся в постный период, хотя ограничение в пище не отменяется, но получает послабление.

Раздел 3 Раздел 4 Раздел 5

Помощь в распознавании текстов