Письмо пятое. На горе Елеонской, день первый

Гора Еле­он­ская

Бла­го­сло­ви­те, батюш­ка!

Это пись­мо, пятое по сче­ту, даже труд­нее начать, чем чет­вер­тое. Чем даль­ше идет вре­мя, тем труд­нее пове­рить, что все то, о чем пове­ду речь в этом пись­ме, и в самом деле было.
Я вот сей­час буду изла­гать какую-то внеш­нюю кан­ву этих уди­ви­тель­ных дней, и это для меня — един­ствен­но воз­мож­ный выход, пото­му что поло­жить на сло­ва то, что про­ис­хо­ди­ло внут­ри, не берусь…
Впро­чем, даже и внеш­няя кан­ва — она все рав­но внут­рен­няя, пото­му что где все это про­ис­хо­ди­ло?..

«Сколь­ко свя­щен­ных, тор­же­ствен­ных вос­по­ми­на­ний из зем­ной жиз­ни наше­го Гос­по­да, — читаю у архи­манд­ри­та Ники­фо­ра в «Биб­лей­ской энцик­ло­пе­дии», — соеди­не­но с этою горою для каж­до­го хри­сти­а­ни­на! Ни одно наиме­но­ва­ние в Свящ. Писа­нии не воз­буж­да­ет в нас с ран­них лет дет­ства столь­ко тро­га­тель­ных и уми­ли­тель­ных чувств, как гора Еле­он­ская. Эта гора так тес­но свя­за­на с част­ною зем­ною жиз­нью Спа­си­те­ля, что мы не можем ни читать о ней, ни смот­реть на нее без чувств само­го глу­бо­ко­го бла­го­го­ве­ния и люб­ви. На эту гору Гос­подь часто ходил со Сво­и­ми уче­ни­ка­ми в ноч­ное вре­мя (Ин 8:1, 18:2) для молит­вы и телес­но­го успо­ко­е­ния; здесь, в виду Иеру­са­ли­ма, Он скор­бел о несчаст­ной, гря­ду­щей судь­бе его; бесе­до­вал с уче­ни­ка­ми о чудес­ных буду­щих собы­ти­ях, о кон­це види­мо­го мира, раз­ру­ше­нии св. гра­да, о стра­да­ни­ях, гоне­ни­ях и нако­нец о пол­ном тор­же­стве и побе­де Сво­их после­до­ва­те­лей (Мф 24). Здесь изрек Он две чуд­ные свои прит­чи: о деся­ти девах и о пяти талан­тах (Мф 25). Сюда, в сад Геф­си­ман­ский, пошел Он с уче­ни­ка­ми Сво­и­ми после Тай­ной вече­ри и молил­ся здесь об уда­ле­нии от Себя чаши стра­да­ний: Отче Мой! Если воз­мож­но да мину­ет Меня чаша сия; впро­чем не как Я хочу, но как Ты (Мф 26:39). И когда смерть и ад крест­ною смер­тью были побеж­де­ны, Он вывел их (т.е. уче­ни­ков) из горо­да до Вифа­нии, и бла­го­сло­вил их, воз­нес­ся на небо с горы Еле­он­ской (Лк 24:50, 51, Деян 1:12)».

Рас­сти­ла­ю­ща­я­ся вни­зу пано­ра­ма была вид­на не очень хоро­шо: день был пас­мур­ный, с утра даже дож­дик моро­сил, и я поду­ма­ла сей­час, гля­дя на этот сни­мок, что, быть может, в такой вот день Давид, бежав­ший из Иеру­са­ли­ма от вос­став­ше­го на него сына Авес­са­ло­ма, «пошел на гору Еле­он­скую… шел и пла­кал, голо­ва у него была покры­та, он шел босой… (2 Цар 15:30 и след.)» (Архим. Ники­фор.)

И так есте­ствен­но думать, что, когда Гос­подь наш Иисус Хри­стос с горы этой воз­но­сил­ся — Он бро­сил на Иеру­са­лим про­щаль­ный взгляд… Иеру­са­лим был дру­гой, но так же нераз­ли­чим в дета­лях, пото­му что так же, как и сего­дня, лежал дале­ко внизу…


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Все фото­гра­фии галереи
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки