Проповедь в праздник Рождества Христова – протоиерей Георгий Митрофанов

Проповедь в праздник Рождества Христова – протоиерей Георгий Митрофанов


Празд­ник Рож­де­ства Хри­стова для мно­гих из нас в той жизни, кото­рая, дей­стви­тельно испол­нена мно­гих скор­бей, мно­гих испы­та­ний, пред­стает празд­ни­ком свет­лым и радостным.

Во имя Отца и Сына и Свя­того Духа! 

Празд­ник Рож­де­ства Хри­стова для мно­гих из нас в той жизни, кото­рая, дей­стви­тельно испол­нена мно­гих скор­бей, мно­гих испы­та­ний, пред­стает празд­ни­ком свет­лым и радост­ным. Образ Боже­ствен­ного мла­денца, явив­ше­гося в этот мир, чтобы спа­сти его, кажется для нас зало­гом и нашего спа­се­ния. И это правда по суще­ству. Но нередко бывает так, что форма празд­ника, его даже под­час ико­но­гра­фи­че­ский образ, и осо­бенно те мно­го­чис­лен­ные ассо­ци­а­ции, кото­рые сопро­вож­дают именно этот празд­ник Рож­де­ства Хри­стова, побуж­дают нас забыть о самой сути этого празд­ника, кото­рая заклю­ча­ется в нашем спа­се­нии, но спа­се­нии, кото­рому суж­дено было осу­ществ­ляться всей буду­щей жиз­нью этого Боже­ствен­ного мла­денца, жиз­нью, кото­рая уже тогда, в момент Рож­де­ства Хри­стова стала осу­ществ­ляться как слу­же­ние, но слу­же­ние именно крестное.

Мир, в кото­рый для искуп­ле­ния его гре­хов при­шел Спа­си­тель, не хотел при­нять в свое лоно Хри­ста. И Еван­гель­ское чте­ние, кото­рое про­зву­чало на Утрени празд­ника Рож­де­ства Хри­стова, неожи­данно ука­зало нам на эту весьма дра­ма­тич­ную предыс­то­рию при­хода в мир Спа­си­теля. Ведь, дей­стви­тельно, оли­це­тво­ряв­ший всей своей жиз­нью пра­вед­ность вет­хо­за­вет­ной Церкви Иосиф Обруч­ник в какой-то момент ока­зался перед страш­ным иску­ше­нием: иску­шал его дья­вол; иску­шал его, может быть, самым страш­ным иску­ше­нием: он его иску­шал его же соб­ствен­ной праведностью.

При­няв в жены вос­пи­тан­ную при храме девушку, еще прак­ти­че­ски отро­ко­вицу, пра­вед­ный Иосиф узнал, что она бере­менна, то есть узнал то, что по зако­нам вет­хо­за­вет­ной Церкви должно было побу­дить его отри­нуть свою юную жену как блуд­ницу, отдать ее пер­во­свя­щен­ни­кам, закон­ным учи­те­лям, кото­рые изрекли бы над ней свой при­го­вор: ее должны были побить кам­нями. И зачи­на­те­лем этого пред­пи­сан­ного зако­ном акта пра­вед­ного нака­за­ния дол­жен был высту­пить пра­вед­ный Иосиф во испол­не­ние правды всей вет­хо­за­вет­ной Церкви.

Здесь перед нами одна из пер­вых кол­ли­зий между Вет­хим и Новым Заве­том. Наверно, пра­вед­ный Иосиф не мог в пол­ной мере вме­стить в себя то, что могла ска­зать ему Бого­ро­дица о том, что Мла­де­нец во чреве ее – не плод блуда, а чудесно дан­ный ей по бла­го­дати Свя­того Духа Спа­си­тель, Мес­сия. Вряд ли мог пове­рить даже пра­вед­ный Иосиф в истину этих слов, вот почему пона­до­би­лось новое откро­ве­ние: откро­ве­ние во сне, когда Ангел явился к Иосифу и ска­зал ему о том, что его юная жена, дей­стви­тельно, носит у себя во чреве чудес­ного Ребенка, Мес­сию. Мы можем задаться вопро­сом: а как бы было хорошо, чтобы нам хотя бы в Рож­де­ствен­скую ночь было дано какое-то подоб­ное откро­ве­ние, чтобы все тер­за­ю­щее нас, иску­ша­ю­щее нас ушло, и Ангел воз­ве­стил бы нам некую выс­шую правду. Но редко с кем даже в Рож­де­ствен­скую ночь про­ис­хо­дят подоб­ного рода чудеса, потому что редко кто, подобно пра­вед­ному Иосифу, еще до при­хода в мир Хри­ста ста­но­вится хри­сти­а­ни­ном, а он стал тако­вым хри­сти­а­ни­ном, ибо Еван­ге­лие ука­зы­вает нам на то, что еще до того, как ему явился Ангел, вели­кий вет­хо­за­вет­ный пра­вед­ник решил нару­шить Вет­хий Завет во имя Завета Нового, нару­шить закон во имя любви. И он готов был отпу­стить эту, согре­шив­шую по всем вет­хо­за­вет­ным кано­нам девушку. И именно тогда, когда он, еще не зная Хри­ста, посту­пил как хри­сти­а­нин и пре­воз­мог любо­вью тре­бо­ва­ния закона, ему было дано откро­ве­ние. Откро­ве­ние явля­ется резуль­та­том подвига веры. И Иосиф остался со своей юной женой, кото­рой так нико­гда и не суж­дено было стать его зем­ной супру­гой, ибо ее мис­сия в этом мире заклю­ча­лась в неиз­ме­римо большем.

И далее про­ис­хо­дит вели­кое чудо. Дья­вол, каза­лось бы, очень изощ­ренно про­ду­мал свое самое страш­ное иску­ше­ние: иску­сив Иосифа его пра­вед­но­стью, он рас­счи­ты­вал на то, что во имя пра­вед­ного закона вет­хо­за­вет­ной Церкви люди, кото­рые ждали Мес­сию веками, не дадут Ему прийти в этот мир. И как страшна и одно­вре­менно кощун­ственна была бы кар­тина поби­ва­ния кам­нями Пре­свя­той Бого­ро­дицы за грех блуда. Но бла­го­даря пра­вед­ному Иосифу, это страш­ное дья­воль­ское иску­ше­ние было преодолено.

Однако мир ведь все равно не хотел при­ни­мать Спа­си­теля, поэтому и места Ему не нашлось нигде, даже в гости­нице, и Пре­свя­тая Бого­ро­дица родила Его в пещере. Увы, став­ший свое­об­раз­ной пас­то­ра­лью Рож­де­ствен­ский празд­ник пока­зы­вает нам эту пещеру как некую идил­лию: среди зве­рю­шек рож­да­ется мла­ден­чик. А ведь это было страшно: пещера, кото­рая была хле­вом, стала местом при­хода в мир Спа­си­теля. Ничего луч­шего, кроме хлева мир не при­го­то­вил для Него. И не так уж идил­личны были эти пас­тухи, при­шед­шие покло­ниться Ему, ибо только они тогда ото­зва­лись на дан­ное всему чело­ве­че­ству свыше откро­ве­ние. Ни учи­теля народа, ни царь Ирод, ни все те, кто гор­дился своей при­над­леж­но­стью к Бого­из­бран­ному народу, нес­шему мно­гие века в этот мир истину Боже­ствен­ного откро­ве­ния, не они удо­сто­и­лись этой вели­кой бла­гой вести, вер­нее – удо­сто­и­лись все, но вме­стить ее могли очень немногие.

И вот уже Литур­ги­че­ское Еван­гель­ское чте­ние празд­ника Рож­де­ства Хри­стова ука­зы­вает нам на новые опас­но­сти, кото­рые под­сте­ре­гали Свя­тое семей­ство: Пре­свя­тую Бого­ро­дицу, Иосифа Обруч­ника и Мла­денца. Несмотря на то, что вся полу­язы­че­ская муд­рость в лице Вол­хов ото­зва­лась на при­ход в мир Спа­си­теля царь Ирод, царь того народа, кото­рый прежде всех дру­гих наро­дов дол­жен был при­знать Мла­денца Мес­сией, готов искать Его, чтобы уни­что­жить. И еще будет это изби­е­ние Виф­ле­ем­ских мла­ден­цев, и будет бег­ство Иосифа в Египет.

«В чем же празд­ник Рож­де­ства Хри­стова?» – можно задаться вполне есте­ствен­ным вопро­сом в эту Рож­де­ствен­скую ночь. Да прежде всего в том, что, несмотря на то, что весь мир и весь ад опол­чи­лись тогда на этого без­за­щит­ного Мла­денца, Он побе­дил мир и пре­взо­шел ад. И дело было не только в том, что в пещере явился на свет Боже­ствен­ный Мла­де­нец, а дело было еще и в том, что рядом с Ним были те люди, от жен рож­ден­ные, – Пре­свя­тая Бого­ро­дица и Иосиф Обруч­ник, кото­рым достало веры, достало силы духа пре­взойти все иску­ше­ния этого мира и пре­ис­под­ней. Именно им двоим в тот момент дове­лось не только пере­жить вели­кое сча­стье Рож­де­ства Хри­стова, но и вели­кое испы­та­ние, когда в их руки – руки чело­ве­че­ские – была вве­рена судьба мира; судьба нашего спа­се­ния; судьба Боже­ствен­ного Младенца.

Спра­вед­ливо празд­ник Рож­де­ства Хри­стова счи­та­ется празд­ни­ком семей­ным, сим­во­ли­зи­ру­ю­щим собой вели­чие семьи как малой Церкви. И мы, здесь сто­я­щие, хорошо знаем, как трудно сози­дать эту семью в мире, в кото­ром для боль­шин­ства людей Хри­стос не суще­ствует, ни как Бог, ни как Спа­си­тель. И вме­сте с тем, только в семье как в малой Церкви может по суще­ству, родиться тот, пусть даже и не Бого­че­ло­век, но про­сто чело­век, кото­рый смо­жет осу­ще­ствить спа­си­тель­ную мис­сию, по край­ней мере, для себя самого, если это не Бого­че­ло­век, а про­стой человек.

И сего­дня, когда, может быть, прой­дет радость этого Празд­ника, радость этой службы и уже насту­пят будни, будни, в кото­рых празд­ник цер­ков­ный очень легко ста­но­вится празд­ни­ком мир­ским, бес­смыс­лен­ным и сует­ным, поста­ра­емся вспом­нить все-таки о самом глав­ном. Исто­рия Рож­де­ства Хри­стова запо­ве­дует нам пом­нить как непре­лож­ный закон бытия: вели­кая радость рож­де­ния в мир Хри­ста сопро­вож­да­лась боль­шим испы­та­нием веры тех, кто свя­зал себя со Хри­стом уже тогда. Бог при­хо­дит в мир в каче­стве хруп­кого, каза­лось бы, без­за­щит­ного Мла­денца тогда, когда чело­век явля­ется, по сути дела, совер­ши­те­лем при­хода в мир Спа­си­теля, как это стало с Пре­свя­той Бого­ро­ди­цей. Спа­се­ние в этот мир при­хо­дит от Бога, но Бог настолько верит чело­веку, что вве­ряет Себя в его руки, самых раз­ных людей и, в част­но­сти, так, как Он вве­рил Себя в руки чело­века тогда, когда при­шел в этот нена­ви­дя­щий Его мир без­за­щит­ным Младенцем.

Кто тогда спа­сал мир: Бого­че­ло­век или люди, кото­рые при­няли в свое лоно Спа­си­теля – трудно ска­зать. И празд­ник Рож­де­ства Хри­стова напо­ми­нает нам об одной из вели­чай­ших тайн хри­сти­ан­ства: сна­чала люди спасли в этом мире Бога, а потом Бог спас этот мир. И вот в этом заме­ча­тель­ном сора­бот­ни­че­стве Бога и чело­века заклю­ча­ется смысл спа­се­ния. Пусть же сего­дняш­ний празд­ник побу­дит нас быть сора­бот­ни­ками Бога, и пусть память о Мла­денце-Хри­сте сде­лает нас в отно­ше­нии Хри­ста хоть немножко похо­жими на столь само­заб­венно пре­дан­ных Ему Его зем­ных роди­те­лей. И тогда радость Рож­де­ства Хри­стова, радость тех, кто радо­вался с Ним: и пас­ту­хов, и волх­вов, и, конечно, Свя­того Семей­ства, – ста­нет под­лин­ной нашей радостью.

 

Аминь
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки