Библия о пище

Библия о пище

(9 голосов5.0 из 5)

Ежедневное питание евреев в библейские времена

На Востоке еже­днев­ные блюда гото­вили жен­щины. Обыч­ная семья чаще всего ела два раза в день (Лк.14:12), либо дома, либо в поле. Пер­вая тра­пеза совер­ша­лась позд­ним утром, в пере­рыве между рабо­той, и могла вклю­чать в себя жаре­ное зерно, вино­град, инжир или дру­гие фрукты, хлеб, обмак­ну­тый в олив­ко­вое масло или уксус, или хлеб, кото­рый ели с чес­но­ком, луком или чер­ной редь­кой, а также воду или раз­бав­лен­ное вино. Опи­са­ние в книге Руфи дает при­мер такого рода тра­пезы: работ­ники жатвы едят высу­шен­ное или под­жа­рен­ное зерно и хлеб, обмак­ну­тый в уксус (Руф.2:14). Работ­ники сель­ского хозяй­ства, состав­ляв­шие боль­шую часть насе­ле­ния древ­него Изра­иля, также ели лег­кую пищу рано утром, прежде чем отпра­виться на работу в поле (Притч.31:15).

Вто­рая тра­пеза была основ­ной (Лк.14:16). К ней при­сту­пали во вто­рой поло­вине дня, когда сади­лось солнце и спа­дал уто­ми­тель­ный днев­ной зной. Она обычно вклю­чала в себя суп или туше­ные овощи или бобо­вые, пода­ва­е­мые в общей кастрюле, в кото­рую каж­дый обма­ки­вал свой хлеб. Кроме того, время от вре­мени пода­ва­лись сыр, масло и фрукты, такие как све­жий инжир и дыня, если это был сезон, а также сухо­фрукты. Пили воду, козье и ове­чье молоко, когда оно было доступно (то есть вес­ной и летом), но самым попу­ляр­ным напит­ком было раз­бав­лен­ное вино, а ино­гда про­из­во­ди­лись и дру­гие фер­мен­ти­ро­ван­ные напитки.

Мясо, обычно козье и бара­нину, ели очень редко и при­бе­ре­гали для осо­бых слу­чаев, таких как рели­ги­оз­ные празд­ники, празд­нич­ные тра­пезы или жерт­вен­ные пиры. Дичь, птицу, яйца и рыбу тоже ели, если они, конечно, были.

Время от вре­мени люди испы­ты­вали голод и недо­еда­ние; про­из­вод­ство доста­точ­ного коли­че­ства пищи тре­бо­вало тяже­лого и свое­вре­мен­ного труда, а кли­ма­ти­че­ские усло­вия порой при­во­дили к непред­ска­зу­е­мым уро­жаям и необ­хо­ди­мо­сти хра­нить как можно больше про­до­воль­ствия. Таким обра­зом, вино­град пре­вра­щался в изюм и вино; оливки пре­вра­ща­лись в масло; инжир, бобы и чече­вица суши­лись; а зерно хра­ни­лось для исполь­зо­ва­ния в тече­ние всего года.

Праздничные трапезы и застолья

Празд­нич­ные тра­пезы устра­и­ва­лись по слу­чаю зна­ме­на­тель­ных собы­тий, для раз­вле­че­ния важ­ных гостей или в каче­стве жерт­вен­ных или риту­аль­ных блюд. Еду гото­вили как муж­чины, так и жен­щины. На этих тра­пе­зах все­гда пода­ва­лось мясо, поэтому, чтобы не было остат­ков, кото­рые могли бы про­пасть впу­стую, в таких тра­пе­зах участ­во­вали мно­гие люди. Риту­аль­ные пир­ше­ства в древ­нем Изра­иле и на древ­нем Ближ­нем Востоке в целом были важны для уста­нов­ле­ния соци­аль­ных и дело­вых отно­ше­ний и демон­стра­ции ста­туса, заклю­че­ния согла­ше­ний, при­вле­че­ния боже­ствен­ной помощи или выра­же­ния бла­го­дар­но­сти, пре­дан­но­сти Богу, а также для пере­дачи обще­ствен­ных настав­ле­ний. На таких тра­пе­зах все­гда под­чер­ки­ва­лась важ­ность собы­тия, по слу­чаю кото­рого они орга­ни­зо­вы­ва­лись. Такие пиры были вре­ме­нем для раз­вле­че­ний и насла­жде­ний. Празд­нич­ные тра­пезы про­во­ди­лись лишь время от вре­мени, но они зафик­си­ро­ваны биб­лей­скими и вне­биб­лей­скими источ­ни­ками. Мно­гие биб­лей­ские исто­рии поме­щены в кон­текст тра­пезы (Быт.18:1–8; Исх.12; Лк.15:23–32; Ин.2:1–11 и др.).

В рас­сказе об Авра­аме, при­ни­ма­ю­щем трех Гостей, отец веру­ю­щих пред­ла­гает им пироги, хорошо при­го­тов­лен­ного моло­дого теленка, тво­рог и молоко. Эта тра­пеза имеет сход­ные эле­менты с более ран­ней тра­пе­зой, опи­сан­ной в древ­не­еги­пет­ском рас­сказе «Ска­за­ние Синухе» еги­пет­ского ари­сто­крата, кото­рый жил в Хана­ане около 1900 года до Р. Х., во время кото­рой пода­ва­лись хлеб, вино, варе­ное мясо, жаре­ная птица и молоч­ные продукты.

Одной из отли­чи­тель­ных черт тра­пез более состо­я­тель­ного соци­аль­ного класса, как пока­зано в рас­ска­зах Авра­ама и Синухе, было более частое упо­треб­ле­ние мяса, что иллю­стри­рует и опи­са­ние снаб­же­ния для кухни Соло­мона: «Про­до­воль­ствие Соло­мона на каж­дый день состав­ляли: трид­цать коров муки пше­нич­ной и шесть­де­сят ко́ров про­чей муки, десять волов откорм­лен­ных и два­дцать волов с паст­бища, и сто овец, кроме оле­ней, и серн, и сай­га­ков, и откорм­лен­ных птиц» (3Цар.4:23–24). В этом списке ука­зы­ва­ется, что такой про­ви­зии было доста­точно, чтобы обес­пе­чить рос­кош­ным пита­нием тысячи людей.

Дру­гим при­ме­ром пыш­ной тра­пезы по слу­чаю важ­ного собы­тия явля­ется тор­же­ствен­ное откры­тие храма Соло­мо­ном (3Цар.8:65). Подоб­ные тра­пезы также опи­саны в связи с освя­ще­нием храма Езе­кией (2Пар.29:31–35) и празд­но­ва­нием Пасхи (2Пар.30:23–24).

В отли­чие от про­стоты повсе­днев­ной пищи обыч­ных людей, кухня цар­ских дво­ров древ­него Ближ­него Востока была изыс­кан­ной, и пред­по­ла­га­ется, что блюда, пода­ва­е­мые на стол царя Соло­мона и дру­гих изра­иль­ских царей, также были слож­ными. У царя Давида были чинов­ники, кото­рые отве­чали за вин­ные погреба, олив­ко­вые хра­ни­лища, скот, олив­ко­вые и фиго­вые дере­вья (1Пар.27:27–31), поэтому цар­ская кухня имела слож­ную структуру.

Известно, что пра­ви­тели Изра­иля устра­и­вали изыс­кан­ные пиры, ока­зы­вали цар­ское госте­при­им­ство, подобно дру­гим царям древ­него Ближ­него Востока. Цар­ский стол Соло­мона был столь раз­но­об­ра­зен, что царица Сав­ская была пора­жена уви­ден­ным: «Муд­ро­сти и богат­ства у тебя больше, нежели как я слы­шала» (см. 3Цар.10:4–7). Во время цар­ских пир­ше­стве в Изра­иле зву­чала музыка (Еккл.2:8), соби­ра­лось боль­шое коли­че­ство гостей (3Цар.18:19) и, по-види­мому, слуг и вино­чер­пиев, хотя в Свя­щен­ном Писа­нии об этом прямо не сообщается.

Пиры и бан­кеты были важ­ными соци­аль­ными и поли­ти­че­скими инстру­мен­тами на про­тя­же­нии всей исто­рии Изра­иля, осо­бенно в пер­вые годы суще­ство­ва­ния изра­иль­ской монар­хии, когда при­гла­ше­ние к цар­скому столу имело боль­шое зна­че­ние для созда­ния и сохра­не­ния поли­ти­че­ской под­держки, а также явля­лись важ­ным при­зна­ком соци­аль­ного ста­туса и влияния.

Пита­ние у евреев в биб­лей­ские вре­мена играло важ­ную роль как выра­же­ние общей иден­тич­но­сти, соци­аль­ного един­ства и сов­мест­ного празд­ника. К рим­скому пери­оду еврей­ские общины соби­ра­лись вме­сте на пиры не только с целью соб­ственно пита­ния, но и сов­мест­ного вре­мя­пре­про­вож­де­ния, так, еже­не­дель­ная суб­бот­няя тра­пеза была пово­дом для семей собраться и насла­диться едой и общением.

Гостеприимство

Прак­тика госте­при­им­ства была осно­во­по­ла­га­ю­щим обы­чаем изра­иль­ского обще­ства, при этом подача пищи была неотъ­ем­ле­мой частью при­ема гостей. Кроме того, в древ­нем Изра­иле вера в то, что Бог осво­бо­дил Изра­иль от раб­ства, выли­лась в соци­аль­ный импе­ра­тив и была тесно свя­зана с рели­ги­оз­ной запо­ве­дью забо­титься о гостях и стран­ни­ках как акт при­зна­ния и бла­го­да­ре­ния. О важ­но­сти госте­при­им­ства для изра­иль­тян можно судить по мно­го­чис­лен­ным тек­стам Свя­щен­ного Писа­ния (Быт.18:1–8; Суд.6:19; 2Цар.9:10–13; 3Цар.17:8–16; 4Цар.4:8–11; 2Пар.30; Лк.10:38; Лк.14:1; Деян.10:23; Деян.16:34; Евр.13:2 и др.).

Тра­пезы, на кото­рых при­сут­ство­вали важ­ные гости, рас­смат­ри­ва­лись как осо­бые слу­чаи, поэтому на них пода­ва­лось мясо. Поря­док, в кото­ром обслу­жи­ва­лись гости, ука­зы­вал на при­зна­ние соци­аль­ного ста­туса гостя (Лк.14:8–9). Выбор мяса и блюд сви­де­тель­ство­вал о важ­но­сти этого собы­тия (1Цар.9:22–24). Неко­то­рые части живот­ного, такие как гру­динка и пра­вое бедро, счи­та­лись луч­шими пор­ци­ями и пред­на­зна­ча­лись для самых почет­ных участ­ни­ков тра­пезы. Гостей все­гда обслу­жи­вали раньше чле­нов семьи. Хозяин также сидел с гостями, чтобы поза­бо­титься обо всех их потреб­но­стях, как опи­сано в исто­рии Авра­ама, кото­рый обслу­жи­вал своих гостей, пока они ели (Быт.18:5–8).

Сов­мест­ная с гостем тра­пеза озна­чала дове­рие и дружбу, залог дру­же­ского отно­ше­ния между семей­ствами, что он при­нят в семей­ный круг хозя­ина дома. Поэтому для фари­сеев кам­нем пре­ткно­ве­ния стала сов­мест­ная тра­пеза Иисуса с мыта­рями и греш­ни­ками (Мф.9:11). Законы госте­при­им­ства соблю­да­лись свято и строго. Счи­та­лось за осквер­не­ние, есть вме­сте с кем-нибудь нечи­стым по закону, напри­мер, с сама­ря­нами (Ин.4:9), языч­ни­ками (Гал.2:12). Цари же поз­во­ляли есть за одним сто­лом с ними лишь тем, кому они ока­зы­вали осо­бую честь (2Цар.9:7; 3Цар.2:7; 4Цар.25:29). Счи­та­лось предо­су­ди­тель­ным пре­да­вать того, чей хлеб ты ел (Пс.40:10; Авд.1:7; Мк.14:18; Ин.13:18).

Жертвенные блюда

Жерт­вен­ные блюда упо­треб­ля­лись тогда, когда часть жерт­во­при­но­ше­ния остав­ля­лась для свя­щен­ника или когда обыч­ному изра­иль­тя­нину, при­нес­шему при­но­ше­ние, раз­ре­ша­лось съесть часть вме­сте со своей семьей за празд­нич­ной тра­пе­зой. При­но­ше­ния, счи­тав­ши­еся «наи­бо­лее свя­тыми», съе­да­лись свя­щен­ни­ками во дворе хра­мо­вого свя­ти­лища (Лев.7:9–10). Такая тра­пеза счи­та­лась частью обя­зан­но­стей свя­щен­ника. Дру­гие жертвы могли быть съе­дены свя­щен­ни­ками вме­сте с их семьями в любом риту­ально чистом месте (Лев.10:14). Обыч­ный изра­иль­тя­нин дол­жен был съесть пола­гав­шу­юся ему часть в тече­ние опре­де­лен­ного вре­мени со своей семьей, гостями, леви­тами и стран­ни­ками, кото­рых он приглашал.

В зави­си­мо­сти от типа жерт­во­при­но­ше­ния, живот­ные, кото­рые при­но­си­лись в жертву, могли быть ягнен­ком, коз­лен­ком, бара­ном, телен­ком, быком или коро­вой; пти­цами при­но­ше­ния были голуби и гор­лицы. Из них Ашам (так назы­ва­е­мая жертва за грех или повин­ная жертва) (Лев.5) и Шал­мей Цибур (мир­ная жертва) (Левит 23:19–29) съе­да­лись только свя­щен­ни­ками. Дру­гие при­но­ше­ния, такие как пер­во­род­ное или при­но­ше­ние пер­венца (Чис.18:17–18), могли быть съе­дены свя­щен­ни­ками и дру­гими чле­нами их семей. Шал­мей Яхид (инди­ви­ду­аль­ная и бла­го­дар­ствен­ная жертвы) (Лев.3; Лев.7:31–34) съе­да­лась иначе: гру­динка и бед­рен­ное мясо съе­да­лись свя­щен­ни­ками и чле­нами их семей, а осталь­ное – обыч­ными изра­иль­тя­нами. Деся­тин­ное при­но­ше­ние (Лев.27: 32) могло быть съе­дено кем угодно, а Пас­халь­ное при­но­ше­ние (Исх.12) съе­да­лось всеми, кто участ­во­вал в жертве.

Тра­пез­ные при­но­ше­ния, назы­ва­е­мые Минча, состо­яли в основ­ном из муки и либо пол­но­стью, либо частично сжи­га­лись на жерт­вен­нике. Те, что не были пол­но­стью сожжены на жерт­вен­нике, съе­да­лись жре­цами. Неко­то­рые под­но­ше­ния Минча, прежде чем быть пред­ло­жен­ными, обжа­ри­ва­лись или пек­лись. Виды Минча вклю­чали тон­кую муку (солет), сме­шан­ную с мас­лом, часть кото­рой дава­лась свя­щен­нику; муку, сме­шан­ную с мас­лом и обжа­рен­ную на свое­об­раз­ных ско­во­роде или про­ти­вене; хлеб (шалот), сме­шан­ный с мас­лом и испе­чен­ный в духовке; и хлебцы (реки­ким), сма­зан­ные мас­лом, испе­чен­ные в духовке.

Были также хле­бо­бу­лоч­ные изде­лия из пше­нич­ной муки и выпе­чен­ные в печи, кото­рые не сжи­га­лись на алтаре. К ним отно­сятся две­на­дцать опрес­но­ков осо­бой формы, кото­рые съе­да­лись жре­цами после того, как они были выстав­лены на все­об­щее обо­зре­ние; две буханки квас­ного хлеба, при­го­тов­лен­ные для празд­ника Шавуот (Пяти­де­сят­ница) и съе­дав­ши­еся жре­цами; бла­го­дар­ствен­ные хлеба, кото­рые вклю­чали в себя квас­ной хлеб, опрес­ноки, опрес­ноч­ные хлебцы и обо­жжен­ные хлебцы, при­чем по одному из каж­дого вида дава­лись жре­цам, а осталь­ные съе­да­лись вла­дель­цем и гостями; а также опрес­ноки и хлебцы, при­ла­га­е­мые к так назы­ва­е­мому жерт­вен­ному барану назо­рея, по одному из каж­дого вида, отдан­ного свя­щен­ни­кам, а осталь­ные съе­ден­ные назо­реем и гостями.

В жерт­во­при­но­ше­нии, кото­рое совер­ша­лось в таких слу­чаях, как ново­лу­ние, и кото­рое известно как жертва дней и жертва род­ства, участ­во­вали целые семей­ства и кланы (1Цар.1:21; 1Цар.20:5–6).

Самый важ­ный и, воз­можно, самый древ­ний празд­ник, отме­ча­е­мый евре­ями, – Пасха. Пер­во­на­чально празд­ник, начало кото­рому поло­жила исто­рия исхода, состоял из жерт­вен­ного ягненка, горь­ких трав и прес­ного хлеба, съе­да­е­мых каж­дой семьей дома. При изра­иль­ской монар­хии и с появ­ле­нием Иеру­са­лим­ского Храма семьи, кото­рые могли поехать в Иеру­са­лим, вме­сте ели пас­халь­ную тра­пезу в Иерусалиме.

Что не ели евреи в библейские времена?

Помимо тре­бо­ва­ния упо­треб­ле­ния опре­де­лен­ных про­дук­тов в свя­щен­ных целях, рацион изра­иль­тян фор­ми­ро­вался рели­ги­оз­ными прак­ти­ками, кото­рые запре­щали упо­треб­ле­ние опре­де­лен­ных про­дук­тов, как с точки зре­ния живот­ных, допу­сти­мых к упо­треб­ле­нию, так и с точки зре­ния спо­соба их при­го­тов­ле­ния. Таким обра­зом, кухня изра­иль­тян суще­ственно отли­ча­лась от кухни их сосе­дей. Напри­мер, древ­ние месо­по­там­ские рецепты опи­сы­вают пищу, при­го­тов­лен­ную с кро­вью живот­ных и моло­ком, добав­ля­е­мым к туше­ному мясу, – в свою оче­редь древ­ние изра­иль­тяне избе­гали упо­треб­лять такие блюда.

Есть можно было только живот­ных, спе­ци­ально заби­тых для еды или для исполь­зо­ва­ния в жерт­во­при­но­ше­ниях. Подроб­ные списки того, каких живот­ных, птиц и рыб можно было есть, а какие были запре­щены, содер­жатся в Вет­хом Завете (Лев.11 и Втор.14:3–21). При этом нет биб­лей­ских спис­ков, где были бы ука­заны запре­щен­ные рас­те­ния, поэтому можно пред­по­ло­жить, что любое рас­те­ние или плод были раз­ре­шены в каче­стве пищи, при­чем их исполь­зо­ва­ние огра­ни­чи­ва­лось только вку­сом или ток­сич­но­стью (напри­мер, 4Цар.4:39–40) и выпол­не­нием рели­ги­оз­ных тре­бо­ва­ний, таких как десятина.

В Новом Завете запрет на упо­треб­ле­ние в пищу крови и удав­ле­нины остался в силе. О дру­гих пред­пи­са­ниях в отно­ше­нии еды в Новом Завете ничего не гово­рится, но ожи­да­ется, что такая сво­бода не послу­жит соблаз­ном для немощ­ных (Рим. 14:1; 1Кор. 8:1; 1Кор. 10:25–31; 1Тим. 4:1–5; ср. Евр. 13:9). Пери­о­ди­че­ское воз­дер­жа­ние от еды было известно и Вет­хому Завету (Быт. 24:33), и, конечно, Новому, осо­бенно ради обще­ния с Гос­по­дом (Исх. 34:28; Мф. 11:18; Деян. 9:9).

Чем и из чего ели евреи в библейские времена? 

Евреи не упо­треб­ляли ножей и вилок (Мк.14:20; Ин.13:26), по этой при­чине омо­ве­ние рук было необ­хо­димо как до, так и после еды (Мф.15:20; Мк.7:3). Поэтому и было при­лично взять кусок хлеба рукою (Ин.13:26), обмак­нуть его в соус или что-либо подоб­ное и поло­жить другу в рот (Руф.2:14). Как пра­вило, счи­та­ется, что «лож­ками» слу­жили куски хлеба, кото­рые обма­ки­вали в общий котел, но для таких блюд, как суп, могли исполь­зо­ваться и ложки. Евреи знали, что такое ложка, поскольку в раз­ное время были жите­лями, плен­ни­ками, сосе­дями Древ­него Египта, где, как счи­тают иссле­до­ва­тели, был изоб­ре­тен дан­ный пред­мет. Были ложки и в Древ­нем Риме, под вла­стью кото­рого несколько веков нахо­ди­лись евреи. Кроме того, в изра­иль­ском городе Хацоре, кото­рый в Свя­щен­ном Писа­нии назы­ва­ется Асо­ром (Нав.11:10–11), в ходе архео­ло­ги­че­ских рас­ко­пок была най­дена пред­на­зна­чав­ша­яся для «свя­щен­ного» масла ложка с изоб­ра­же­нием жен­ского лица, паль­мо­вого дерева и голу­бей – сим­во­лами хана­ан­ской богини Ашеры. Ложка исполь­зо­ва­лась в каче­стве бого­слу­жеб­ной утвари в Иеру­са­лим­ском храме (4Цар.25:14; Иер.52:18).

Как для еды, так и для питья исполь­зо­ва­лись малень­кие чаши, а в неболь­ших кув­шин­чи­ках содер­жали олив­ко­вое масло, уксус и под­сла­сти­тели. В кув­ши­нах с широ­кими гор­лыш­ками хра­ни­лись вода и молоко, а в емко­стях напо­до­бие гра­фи­нов с узкими реб­ри­стыми гор­лыш­ками и встро­ен­ными ситеч­ками – вино.

 Некоторые исторические факты 

Зна­чи­тель­ные вехи в доступ­но­сти и раз­ви­тии про­из­вод­ства про­дук­тов пита­ния, харак­тер­ные для изра­иль­ской кухни, про­изо­шли задолго до изра­иль­ского периода.

Дикие виды ячменя и эммер­ской пше­ницы (дву­зер­нянки) были одо­маш­нены и выра­щи­ва­лись в долине реки Иор­дан еще в 9‑м тыся­че­ле­тии до Р. Х. Архео­логи обна­ру­жили кар­бо­ни­зи­ро­ван­ные семена двух видов пер­во­быт­ных одно­зер­нянки и дву­зер­нянки, а также двух­ряд­ного ячменя на самых ран­них уров­нях рас­ко­пок в Иери­хоне, одного из пер­вых горо­дов в мире.

В период гон­чар­ного нео­лита (6000–4300 до Р. Х.) раз­ви­тие гон­чар­ного дела поз­во­лило людям про­из­во­дить пере­нос­ные емко­сти для транс­пор­ти­ровки и хра­не­ния про­дук­тов пита­ния, а также раз­ви­лась эко­но­мика, осно­ван­ная на сель­ском хозяй­стве и ско­то­вод­стве. Архео­ло­ги­че­ские дан­ные сви­де­тель­ствуют о том, что инжир, чече­вица и бобы воз­де­лы­ва­лись со вре­мен неолита.

Согласно архео­ло­ги­че­ским дан­ным, в Мед­ный век (4300–3300 гг. до Р. Х.) у евреев появи­лись круп­ные кера­ми­че­ские сосуды, сви­де­тель­ству­ю­щие об осед­ло­сти наро­дов. Выра­щи­ва­ние фини­ко­вых пальм нача­лось в долине реки Иор­дан, а самые ран­ние ямы для фини­ков были обна­ру­жены в Эйн-Геди у Мерт­вого моря. В Гавла­ни­тиде (исто­ри­че­ская область горо­дов Гавлан в Древ­ней Пале­стине) выра­щи­вали олив­ко­вые дере­вья и про­из­во­дили олив­ко­вое масло.

Выра­щи­ва­ние нута вос­хо­дит к Брон­зо­вому веку (3300–1200 до Р. Х.). В это же период вино­град и оливки ста­но­вятся важ­ными куль­ту­рами в гор­ной мест­но­сти. Вино и масло обме­ни­ва­лись на пше­ницу, кото­рую при­во­зили из горо­дов при­бреж­ной рав­нины. Осу­ществ­лялся также обмен с полу­ко­че­выми ско­то­во­дами, от кото­рых евреи полу­чали мясо и шкуры. В этот же период вино и рож­ко­вые дере­вья экс­пор­ти­ро­ва­лись в Еги­пет. В Араде в север­ном Негеве (наи­бо­лее засуш­ли­вая часть Изра­иля) были най­дены остатки пше­ницы, ячменя и бобо­вых, а также выло­жен­ные кам­нем ямы для хра­не­ния зерна. Кера­мика была впер­вые заве­зена с Кипра и Микен. После так назы­ва­е­мого брон­зо­вого кол­лапса, свя­зан­ного с пере­хо­дом от Брон­зо­вого века к Желез­ному, наблю­дался рост ско­то­вод­ства и исчез­но­ве­ние мел­ких сель­ско­хо­зяй­ствен­ных общин.

В ран­нем Желез­ном веке (1200–1000 до до Р. Х.) живот­но­вод­ство по-преж­нему играло важ­ную роль. Архео­ло­гами были обна­ру­жены ого­ро­жен­ные сте­нами про­стран­ства в дерев­нях, кото­рые, веро­ятно, слу­жили заго­нами для скота. Стро­и­тель­ство тер­рас на хол­мах (горах) и допол­ни­тель­ных ошту­ка­ту­рен­ных резер­ву­а­ров для хра­не­ния воды поз­во­ляло куль­ти­ви­ро­вать больше, чем раньше. Ямы для хра­не­ния зерна и силосы рыли в земле. При объ­еди­нен­ной изра­иль­ской монар­хии были постро­ены цен­траль­ные склад­ские города, стали обра­ба­ты­ваться боль­шие рай­оны север­ного Негева. Сель­ско­хо­зяй­ствен­ный кален­дарь из Гезера (извест­ня­ко­вая таб­личка, най­ден­ная в 1908 году при рас­коп­ках Тель-Гезера), подробно опи­сы­ва­ю­щий выра­щи­ва­е­мые куль­туры, дати­ру­ется этим же временем.

После раз­де­ле­ния Изра­иль­ского цар­ства Иеру­са­лим и ряд дру­гих горо­дов рас­ши­ри­лись, опи­ра­ясь на сосед­ние деревни и хозяй­ства. В Свя­щен­ном Писа­нии они были названы «дочерьми» круп­ных горо­дов (Нав.15:47; Нав.17:11). Были постро­ены боль­шие про­до­воль­ствен­ные склады и зер­но­хра­ни­лища, такие как город Хазор. В более позд­ний Желез­ный век, то есть при­мерно в период изра­иль­ской и иудей­ской монар­хии, для тор­говли и экс­порта, а также для мест­ного потреб­ле­ния в боль­ших мас­шта­бах про­из­во­ди­лись олив­ко­вое масло и вино.

Древ­ние изра­иль­тяне рас­смат­ри­вали хлеб, вино и олив­ко­вое масло как основ­ные пище­вые про­дукты, все они часто упо­ми­на­ется в Свя­щен­ном Писа­нии (Втор.7:13, 4Цар.18:32) и опи­сы­ва­ются как сво­его рода боже­ствен­ный ответ на чело­ве­че­ские потреб­но­сти (Ос.2:21–21). Отме­ча­ется в Биб­лии и важ­ность сезон­ных дождей, необ­хо­ди­мых для успеш­ного выра­щи­ва­ния этих трех куль­тур (Втор.11:13–14). Зна­че­ние вина, хлеба и масла опре­де­ля­ется их вклю­че­нием в еврей­ский рели­ги­оз­ный ритуал, с бла­го­сло­ве­нием вина и хлеба для суб­бот­ней и празд­нич­ной тра­пезы и на рели­ги­оз­ных цере­мо­ниях, таких как сва­дьбы, и зажи­га­нием суб­бот­них и празд­нич­ных огней олив­ко­вым маслом.

Пись­мен­ные и архео­ло­ги­че­ские сви­де­тель­ства ука­зы­вают на то, что в рацион также вхо­дили дру­гие про­дукты пита­ния рас­ти­тель­ного и живот­ного про­ис­хож­де­ния. В Биб­лии пере­чис­лены семь основ­ных про­дук­тов земли Изра­иль­ской: «…в землю, [где] пше­ница, ячмень, вино­град­ные лозы, смо­ков­ницы и гра­на­то­вые дере­вья, в землю, где мас­лич­ные дере­вья и мед» (Втор.8:8).

 Зерно и хлеб в жизни древних евреев

Зер­но­вые про­дукты состав­ляли боль­шин­ство про­дук­тов пита­ния, потреб­ля­е­мых древними изра­иль­тя­нами. Основ­ным про­дук­том пита­ния был хлеб (Ис.33:16; Иез.14:13), и он был настолько важ­ной частью каж­дого при­ема пищи, что еврей­ское слово для хлеба, lehem, также отно­си­лось к еде в целом. О высо­чай­шем зна­че­нии хлеба для древ­них изра­иль­тян сви­де­тель­ствует также то, что в древ­не­ев­рей­ском языке есть, по мень­шей мере, дюжина слов для обо­зна­че­ния хлеба, а хлеб фигу­ри­рует в мно­го­чис­лен­ных еврей­ских посло­ви­цах (напри­мер, Притч.20:17; Притч.28:19). Хлеб упо­треб­лялся во время почти каж­дого при­ема пищи и, по оцен­кам иссле­до­ва­те­лей, обес­пе­чи­вал от 50 до 70 про­цен­тов еже­днев­ных кало­рий обыч­ного чело­века. Хлеб, упо­треб­ляв­шийся до конца изра­иль­ской монар­хии, в основ­ном изго­тав­ли­вался из ячмен­ной муки; во время вто­рого хра­мо­вого пери­ода пре­об­ла­да­ю­щим стал хлеб из пше­нич­ной муки.

Густую и жид­кую кашу гото­вили из моло­того зерна, воды, соли и масла. Эта смесь также слу­жила осно­вой для лепе­шек, в кото­рые перед выпеч­кой ино­гда добав­ляли масло, назы­ва­е­мое шемен, и фрукты.

Изра­иль­тяне выра­щи­вали как пше­ницу, так и ячмень. Обе зер­но­вые куль­туры упо­ми­на­ются пер­выми в биб­лей­ском списке семи видов Земли Изра­иля (Втор.8:7–8). Их зна­че­ние в каче­стве пищи также отме­чено в празд­но­ва­нии уро­жая ячменя на празд­нике Пяти­де­сят­ницы и уро­жая пше­ницы на празд­нике Кущей.

С рисом евреи впер­вые позна­ко­ми­лись в ран­ний период Вто­рого Храма бла­го­даря пер­сам. К рим­скому пери­оду рис стал важ­ным экс­порт­ным товаром.

Ячмень в жизни древних евреев

Ячмень был самым важ­ным зла­ком в биб­лей­ский период (Быт.16:12), его зна­че­ние для изра­иль­ского обще­ства не только как источ­ника пищи иллю­стри­ру­ется биб­лей­ским мето­дом изме­ре­ния поля по коли­че­ству ячменя (а не пше­ницы), кото­рым оно может быть засе­яно (Лев.27:16).

Пер­во­на­чально пре­об­ла­дал ячмень, а не пше­ница, потому что он созре­вал раньше и лучше пере­но­сил более суро­вые усло­вия, про­из­рас­тая в рай­о­нах с непло­до­род­ными поч­вами и мень­шим коли­че­ством осад­ков. Ячмень обла­дал высо­ким потен­ци­а­лом уро­жай­но­сти и был устой­чив к зара­же­нию насе­ко­мыми. Он мог быть посеян без вспашки и поэтому мог быть выра­щен на неболь­ших участ­ках земли, труд­но­до­ступ­ных для быков или даже ослов. Ячмень не нуж­дался в искус­ствен­ном оро­ше­нии, созре­вал на месяц раньше пше­ницы и, таким обра­зом, был досту­пен для попол­не­ния запа­сов, израс­хо­до­ван­ных в тече­ние зимы, раньше, чем пше­ница. Он обес­пе­чи­вал сво­его рода про­до­воль­ствен­ную без­опас­ность, если более уяз­ви­мый уро­жай пше­ницы был пло­хим или неудачным.

Воз­де­лы­ва­лись две раз­но­вид­но­сти ячменя: двух­ряд­ный и шести­ряд­ный. Двух­ряд­ный ячмень преобладал.

Хлеб в основ­ном изго­тав­ли­вался из ячмен­ной муки (Суд.7:13; 4Цар.4:42), поскольку ячмень более широко и легко выра­щи­вался, а сле­до­ва­тельно, был более доступ­ным и деше­вым. По-види­мому, ячмен­ный хлеб делали из теста, кото­рое пред­став­ляло собой про­стую смесь ячмен­ной муки и воды. Эту смесь раз­де­ляли на малень­кие кусочки, при­да­вали им круг­лую форму и выпекали.

Во вре­мена зем­ной жизни Иисуса Хри­ста ячмень уже мало исполь­зо­вался евре­ями как основ­ной про­дукт питания.

 Пшеница в жизни древних евреев

 Пше­ница дву­зер­нянка изна­чально была у евреев самым рас­про­стра­нен­ным сор­том пше­ницы, так как хорошо росла в теп­лом кли­мате и была устой­чива к гриб­ко­вой пле­сени. Дву­зер­нянка – высо­ко­уро­жай­ное рас­те­ние с круп­ными зер­нами и отно­си­тельно боль­шим коли­че­ством клей­ко­вины. Хлеб, при­го­тов­лен­ный из ее муки, таким обра­зом, имеет довольно лег­кую струк­туру. Однако для уда­ле­ния шелухи тре­бо­ва­лось дли­тель­ное измель­че­ние или обжа­ри­ва­ние, поэтому со вре­ме­нем твер­дая пше­ница посте­пенно заме­нила дву­зер­нянку и стала излюб­лен­ным зер­ном для про­из­вод­ства муки. Твер­дая пше­ница хорошо росла на пло­до­род­ной почве боль­ших долин цен­траль­ных и север­ных рай­о­нов страны, где коли­че­ство осад­ков пре­вы­шало 225 мил­ли­мет­ров в год, была более уро­жай­ной, чем дву­зер­нянка, и ее зерна легче очи­ща­лись от пле­вел. Поэтому ее можно было отде­лить от шелухи, пред­ва­ри­тельно не обжа­ри­вая и не рас­ти­рая, что сокра­щало работу, необ­хо­ди­мую для обмо­лота, а также остав­ляло боль­шую часть зерна целым, что было лучше с точки зре­ния хранения.

Однако твер­дая пше­ница имела твер­дое зерно, кото­рое с тру­дом измель­ча­лось с помо­щью ран­них руч­ных жер­но­вов. Муку также нужно было про­се­и­вать несколько раз, чтобы полу­чить мел­кую муку (как напри­мер, солет, необ­хо­ди­мый для хра­мо­вых при­но­ше­ний). Поэтому твер­дую пше­ницу исполь­зо­вали в основ­ном для каш, или ее зерна про­па­ри­вали и сушили, жарили и варили, а ячмен­ную муку про­дол­жали исполь­зо­вать для выпечки хлеба, пока не появился дру­гой гибрид пше­ницы — пше­ница мяг­кая. Этот вид начали исполь­зо­вать после гре­че­ского заво­е­ва­ния земли Изра­иля (332–167 до Р. Х.). Мяг­кая пше­ница вме­сте с твер­дой пше­ни­цей полу­чила широ­кое рас­про­стра­не­ние в греко-рим­ский период исто­рии Изра­иля. Появ­ле­ние мяг­кой пше­ницы, кото­рая содер­жала больше крах­мала и имела более высо­кий уро­вень клей­ко­вины, при­вело к про­из­вод­ству хле­бов с более лег­кой струк­ту­рой, в срав­не­нии с хле­бами из ячменя и твер­дой пшеницы.

 Как обрабатывали зерно?

 Пер­во­на­чально зерно обмо­ла­чи­вали, чтобы уда­лить его со стеб­лей: обби­вали пал­ками или топ­тали волами. При этом обычно лома­лась боль­шая часть зерен, что огра­ни­чи­вало срок их хра­не­ния, так как сло­ман­ные зерна пор­тятся быст­рее, чем целые. Со вре­ме­нем появи­лись моло­тилки, кото­рую волы тащили по стеб­лям, что остав­ляло боль­шую часть зерен целыми и, соот­вет­ственно, уве­ли­чи­вало срок их хра­не­ния. Мно­го­чис­лен­ные моло­тиль­ные доски древ­них изра­иль­тян обна­ру­жи­ва­ются сего­дня археологами.

Отде­лив­ше­еся от стеб­лей зерно исполь­зо­ва­лось по-раз­ному: чаще всего неспе­лые зерна съе­да­лись све­жими, осо­бенно вес­ной, до появ­ле­ния спе­лого зерна. Как незре­лые, так и спе­лые зерна могли обжа­ри­ваться на огне для немед­лен­ного упо­треб­ле­ния. Спе­лые зерна пше­ницы также про­па­ри­вали и сушили, как совре­мен­ный бул­гур, а затем гото­вили в виде каши. Цель­ное или трес­ну­тое зерно также исполь­зо­ва­лось в рагу и для при­го­тов­ле­ния жид­кой каши. Но чаще всего зерна пере­ма­лы­вали в муку для при­го­тов­ле­ния хлеба.

 Как делали хлеб?

Хлеб был глав­ным источ­ни­ком пита­ния в биб­лей­ские вре­мена, и при­го­тов­ле­ние его было еже­днев­ным занятием.

Хле­бо­пе­че­ние начи­на­лось с помола зерна. Это была слож­ная и тру­до­ем­кая задача, выпол­няли ее жен­щины. Каж­дое домаш­нее хозяй­ство хра­нило свое соб­ствен­ное зерно, и тре­бо­ва­лось, по мень­шей мере, три часа еже­днев­ных уси­лий, чтобы про­из­ве­сти доста­точно муки, из кото­рой можно было бы сде­лать хлеба на семью из пяти человек.

Пер­во­на­чально измель­че­ние про­из­во­ди­лось с помо­щью пестика и ступки, или камен­ных жер­но­вов, состо­я­щих из боль­шого ниж­него камня, кото­рый удер­жи­вал зерно, и глад­кого верх­него камня, кото­рый пере­ме­щался по зер­нам взад и впе­ред (Чис.11:8), правда, из-за этого в муке часто оста­ва­лись мел­кие кусочки песка. Такие жер­нова имели широ­кое рас­про­стра­не­ние, так как их появ­ле­ние при­вело к боль­шей ско­ро­сти и уве­ли­че­нию про­из­вод­ства муки. В ран­не­пер­сид­ский период у евреев появи­лись умень­шен­ные вари­анты жер­но­вов, пред­на­зна­чав­ши­еся спе­ци­ально для домаш­него использования.

После того как зерно пере­ма­лы­вали в муку, его сме­ши­вали с водой и месили в боль­шом корыте. Для теста, при­го­тов­лен­ного из пше­нич­ной муки, добав­ляли закваску, назы­ва­е­мую сеор. После при­го­тов­ле­ния тесто можно было выпе­кать раз­лич­ными способами.

Пер­во­на­чально тесто поме­ща­лось непо­сред­ственно на рас­ка­лен­ные камни или в ско­во­роду из глины или железа (Лев.7:9). Во вре­мена Пер­вого Храма для выпечки хлеба исполь­зо­ва­лись печи двух типов. Печь пер­вого типа пред­став­ляла собой боль­шую гли­ня­ную емкость с сужа­ю­щимся к верху отвер­стием; рас­ка­лен­ные угли поме­ща­лись внутри емко­сти, чтобы дове­сти ее до высо­кой тем­пе­ра­туры, а тесто при­жи­ма­лось сна­ружи – для запе­ка­ния. Печь вто­рого типа пред­став­ляла собой выло­жен­ное гли­ной углуб­ле­ние в земле, в кото­ром устра­и­вался костер, затем угли сгре­ба­лись в сто­рону, и на разо­гре­той поверх­но­сти выпе­ка­лись хлеба. Со вре­ме­нем над ямой-печью евреи дога­да­лись уста­нав­ли­вать выпук­лый купол (сна­чала гли­ня­ный, а позже метал­ли­че­ский), и гото­вить лепешки прямо на куполе, а не на покры­той золой поверх­но­сти ямы. Этот тип печи, веро­ятно, и назы­ва­ется в Биб­лии сло­вом machabat, кото­рое часто пере­во­дится как «ско­во­родка».

Персы ввели гли­ня­ную печь-жаровню, назы­ва­е­мую танур (по ана­ло­гии с индий­ским тан­ды­ром), имев­шую отвер­стие в ниж­ней части для огня. При исполь­зо­ва­нии танур жарко натап­ли­вали углем, дро­вами или хво­ро­стом. Закладка дров, выемка золы и сажа­ние хлеба в танур про­из­во­ди­лась через одно и то же отвер­стие. После того как танур доста­точно про­гре­вался, его внут­рен­ние стенки быстро про­ти­рали от налета гари и при­леп­ляли пред­на­зна­чен­ные к выпе­ка­нию изде­лия. Они дохо­дили до готов­но­сти за счет жара накоп­лен­ного в тол­стых стен­ках танура. После этого изде­лия выни­мали из печи. Надо ска­зать, таким спо­со­бом йемен­ские евреи пекли хлеб вплоть до недав­него вре­мени. Остатки гли­ня­ных печей и фраг­менты хлеб­ных лот­ков несколько раз нахо­ди­лись археологами.

Все эти методы поз­во­ляли про­из­во­дить только тон­кие буханки, так появился обы­чай пре­лом­лять хлеб, а не резать его. Хлеб был мяг­ким и подат­ли­вым. Также хлеб нередко обма­ки­вали в соусы, соки и соль (Мф.26:17).

С при­хо­дом рим­лян у евреев появи­лась печь, назы­ва­е­мая фурн. Это была боль­шая, дро­вя­ная, обли­цо­ван­ная кам­нем печь с дном, на кото­ром поме­ща­лось тесто или про­ти­вень. С появ­ле­нием фурна был достиг­нут зна­чи­тель­ный про­гресс в выпечке хлеба и кон­ди­тер­ских изде­лий. Бла­го­даря новой рим­ской печи появи­лась воз­мож­ность выпе­кать гораздо более тол­стые буханки.

Евреи про­из­во­дили не один сорт хлеба. Веро­ятно, наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ными были прес­ные плос­кие хлебцы, назы­ва­е­мые угах или кик­кар. Дру­гое изде­лие из хлеба – ракик, оно имело вид тон­кой пла­стины. Более тол­стый кара­вай, извест­ный как хал­лах, делали из муки выс­шего каче­ства, пред­на­зна­чался он обычно для риту­аль­ных целей.

Ино­гда хлеб обо­га­щался добав­ле­нием муки из бобо­вых куль­тур (Иез.4:9). Для аро­мата в тесто могли добав­лять укроп и тмин. Гото­вый хлеб для допол­ни­тель­ного аро­мата обма­ки­вали в уксус, олив­ко­вое (Руф.2:14) или кун­жут­ное масло.

Бобовые в жизни древних евреев

 После зерна, бобо­вые, такие как чече­вица, боб обык­но­вен­ный, нут и горох были основ­ным эле­мен­том в раци­оне евреев и были основ­ным источ­ни­ком белка, так как мясо редко упо­треб­ля­лось в пищу.

Чече­вица была самой важ­ной из бобо­вых куль­тур и исполь­зо­ва­лась для при­го­тов­ле­ния похле­бок и супов (Быт.25:34), а также жаре­ных чече­вич­ных лепе­шек (2Цар.6:18–19), назы­ва­е­мых аши­шим, – ола­дий с медом, при­го­тов­лен­ных из измель­чен­ной крас­ной чече­вицы и семян кунжута.

Туше­ное мясо с чече­ви­цей или фасо­лью при­прав­ляли для вкуса луком реп­ча­тым, чес­но­ком и луком-пореем. Све­жие бобо­вые обжа­ри­ва­лись или суши­лись и хра­ни­лись в тече­ние дли­тель­ного вре­мени. Затем их варили в супе или тушили с мясом. Биб­лия упо­ми­нает жаре­ные бобо­вые (2Цар.17:28).

Мясная пища в жизни древних евреев

Изра­иль­тяне обычно ели мясо домаш­них коз и овец. Козье мясо было самым рас­про­стра­нен­ным. Пре­об­ла­да­ю­щей раз­но­вид­но­стью овец в древ­нем Изра­иле были мясо­саль­ные породы (так назы­ва­е­мые жиро­хво­стые), но, поскольку овцы цени­лись больше, чем козы, их ели реже. Жир с хво­ста счи­тался дели­ка­те­сом. Говя­дину, теля­тину, а также оле­нину ели, в основ­ном, состо­я­тель­ные люди (Ам.6:4).

Боль­шин­ство людей ели мясо лишь несколько раз в год, когда живот­ных заби­вали для круп­ных празд­ни­ков или на пле­мен­ных собра­ниях, напри­мер, по слу­чаю сва­дьбы или визита важ­ных гостей (1Цар.28:24). Еже­дневно пода­вали мясо только за цар­ским столом.

Хотя древ­ние евреи ели, как пра­вило, мясо домаш­них живот­ных, мясо диких живот­ных также ино­гда было доступно, что иллю­стри­руют и Свя­щен­ное Писа­ние (Быт.27:3–4; Втор.14:5), и архео­ло­ги­че­ские сви­де­тель­ства: архео­логи наи­бо­лее часто нахо­дят останки газе­лей, бла­го­род­ных оле­ней и ланей. Рас­копки рынка в Ашке­лоне, пока­зы­вают, что дичь про­да­ва­лась также тем, кто не мог охо­титься или ловить ее сам. Мясо диких живот­ных было более рас­про­стра­нено во вре­мена эко­но­ми­че­ского кри­зиса и в север­ных рай­о­нах Изра­иля, где леса и откры­тые участки земли слу­жили сре­дой оби­та­ния для боль­шего числа такого рода живности.

Мясо гото­вили несколь­кими спо­со­бами: делали мяс­ной бульон или тушили (Иез.24:4–5). О мясе, тушен­ном с луком, чес­но­ком и луком-пореем и при­прав­лен­ным тми­ном и кори­ан­дром, сооб­ща­ется на древ­них вави­лон­ских кли­но­пис­ных таб­лич­ках. Ско­рее всего, подоб­ным обра­зом его гото­вили и в древ­нем Изра­иле. Туше­ное мясо счи­та­лось блю­дом, достой­ным того, чтобы пода­вать его почет­ным гостям (Суд.6:19–20). Менее рас­про­стра­нен­ным спо­со­бом при­го­тов­ле­ния мяса было обжа­ри­ва­ние его на откры­том огне (напри­мер, вспом­ним пас­халь­ного ягненка). Согласно этно­гра­фи­че­ским иссле­до­ва­ниям, для дли­тель­ного хра­не­ния мясо коп­тили, сушили или солили.

Древние евреи ели рыбу?

Согласно архео­ло­ги­че­ским и тек­сто­ло­ги­че­ским сви­де­тель­ствам, изра­иль­тяне пита­лись раз­но­об­раз­ной прес­но­вод­ной и мор­ской рыбой. В ходе рас­ко­пок были най­дены останки прес­но­вод­ных рыб из рек Яркон и Иор­дан, а также Гали­лей­ского моря, в том числе рыбы тиля­пии (извест­ной также как рыбы Свя­того Петра). Мор­ская рыба, обна­ру­жен­ная при рас­коп­ках, вклю­чает мор­ского карася (лат. Sparidae), мор­ского окуня (лат. Epinephelus), обык­но­вен­ного сереб­ри­стого гор­быля (лат. Argyrosomus regius) и кефаль (лат. Mugilidae). Ели рыбу, чаще всего, с хле­бом (Ин.6:9, Ин.21:9).

Рыбаки постав­ляли рыбу во внут­рен­ние части страны, поскольку обна­ру­жен­ные архео­ло­гами останки рыбы, вклю­чая кости и чешую, были обна­ру­жены во мно­гих внут­рен­них рай­о­нах. Чтобы сохра­нить рыбу для транс­пор­ти­ровки, ее сна­чала коп­тили, сушили или солили. Тор­говцы также вво­зили рыбу из дру­гих стран, в том числе из Египта, постав­ляв­шего на экс­порт мари­но­ван­ную икру.

В Изра­иле были най­дены остатки ниль­ского окуня (лат. Lates niloticus) из Египта. Эту рыбу, ско­рее всего, про­коп­тили или засу­шили, прежде ее импор­ти­ро­вали через сеть тор­гов­цев, кото­рая свя­зы­вала древ­ние народы, насе­ляв­шие Ближ­ний Восток. Купцы отправ­ляли рыбу в Иеру­са­лим, и там, оче­видно, тор­говля рыбой была весьма рас­про­стра­нена (Неем.13:16); одни из ворот Иеру­са­лима были названы Рыб­ными в честь непо­да­леку рас­по­ло­жен­ного рыб­ного рынка (Неем.3:3; Неем.12:39; 2Пар.33:14; Соф.1:10).

Неясно, какую роль рыба играла роль в древ­не­ев­рей­ской кухне, но оче­видно, что рыба ста­но­ви­лась все более доступ­ной во вре­мена изра­иль­ской и иудей­ской монар­хий. Рыб­ные про­дукты солили, сушили и отправ­ляли на боль­шие рас­сто­я­ния. Однако даже в более позд­ние пер­сид­ский, гре­че­ский и рим­ский пери­оды сто­и­мость хра­не­ния и транс­пор­ти­ровки рыбы, веро­ятно, была такова, что ее  могли себе поз­во­лить или только состо­я­тель­ные жители гор­ных горо­дов и селе­ний, или те, кто жил там, где она была менее доро­гой. Так, в Гали­лее, мел­ко­мас­штаб­ное рыбо­лов­ство (Ин.21:1–2) явля­лось одним из основ­ных ком­по­нен­тов аграр­ной экономики.

Древние евреи ели птицу и яйца?

Изра­иль­тяне ели домаш­них птиц, таких как голуби, гор­лицы, утки и гуси, а также диких птиц, таких как пере­пела и куро­патки. Архео­ло­ги­че­ские рас­копки в Офеле (Иеру­са­лим) и дру­гих местах пока­зы­вают, что домаш­ние птицы были доступны, но потреб­ле­ние их было неболь­шим. Вклю­че­ние голу­бей и гор­лиц в биб­лей­ские списки жерт­во­при­но­ше­ний (Лев.1:14) под­ра­зу­ме­вает, что они были выра­щены в домаш­них усло­виях, и остатки голу­бя­тен, обна­ру­жен­ные в гре­че­ский и рим­ский пери­оды, под­твер­ждают это. Биб­лей­ские ссылки и архео­ло­ги­че­ские сви­де­тель­ства также гово­рят о том, что на диких птиц охо­ти­лись и ели (Чис.11:31).

Пере­лет­ная гор­лица при­сут­ство­вала в Изра­иле при­мерно с апреля по октябрь, в то время как сизый голубь был досту­пен в тече­ние всего года. Голубь, по-види­мому, был одо­маш­нен в Шумере и Хана­ане во 2‑м тыс. до Р. Х. и оста­вался пре­об­ла­да­ю­щей домаш­ней пти­цей в древ­нем Изра­иле до конца I в. по Р. Х. Тем не менее, чтобы избе­жать рас­про­стра­не­ния болез­ней, голу­бей раз­во­дили лишь в неболь­шом коли­че­стве. Таким обра­зом, они были довольно доро­го­сто­я­щими и не явля­лись посто­ян­ной частью раци­она евреев.

Гуси, пер­во­на­чально одо­маш­нен­ные в Древ­нем Египте, выра­щи­ва­лись и в древ­нем Изра­иле. Ско­рее всего, это та самая «откорм­лен­ная птица» на столе царя Соло­мона (3Цар.4:23).

Курица стала рас­про­стра­нен­ной как часть раци­она при­мерно во 2‑м веке до Р. Х., а в рим­ский период цып­лята, и голуби стали глав­ной домаш­ней птицей.

До одо­маш­ни­ва­ния курицы яйца были доступны в огра­ни­чен­ном коли­че­стве и счи­та­лись дели­ка­те­сом, как в Древ­нем Египте. Наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ные птицы — гор­лицы и голуби – выра­щи­ва­лись из-за мяса, но не из-за яиц, потому что яйца были мел­кие. Биб­лей­ские упо­ми­на­ния о яйцах отно­сятся только к сбору их в дикой при­роде (Втор.22:6–7; Ис.10:14). Во вре­мена Рим­ской импе­рии яйца стали чаше упо­треб­ляться в пищу, бла­го­даря тому, что курица в этот период была одной из глав­ных домаш­них птиц.

 Какие молочные продукты были известны евреям в библейские времена?

Молоко и молоч­ные про­дукты были важ­ным источ­ни­ком пищи. Молоч­ные про­дукты не еди­но­жды упо­ми­на­ются в Свя­щен­ном Писа­нии (Быт.18:8; Исх.3:8, Исх.33:3; Суд.4:19).

Све­жее молоко не могло долго хра­ниться. Изра­иль­тяне обычно пили густое кис­лое молоко, извест­ное на Ближ­нем Востоке как лабан, хра­нив­ше­еся в кож­ных сосу­дах, в кото­рых оно быстро сворачивалось.

Чтобы молоко сохра­ня­лось, его при­хо­ди­лось обра­ба­ты­вать. Для этого его взби­вали, исполь­зуя козью шкуру или гли­ня­ную емкость, чтобы отде­лить жир от сыво­ротки. Молоч­ный жир обра­ба­ты­вался путем кипя­че­ния, а затем охла­жде­ния для полу­че­ния топ­ле­ного масла, кото­рое затем могло хра­ниться в тече­ние дли­тель­ного вре­мени. Топ­ле­ное масло исполь­зо­ва­лось глав­ным обра­зом для при­го­тов­ле­ния пищи и жарки. Мас­ло­бойки, обна­ру­жен­ные при рас­коп­ках в Беэр-Шеве, дати­ру­ются IV веком до Р. Х. Обна­ру­жи­вают их и на месте дру­гих древ­них изра­иль­ских поселений.

Наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ными видами сыра были сыры из козьего и ове­чьего молока. При этом отме­тим, молоч­ная про­дук­тив­ность козы и овцы не круг­ло­го­дична. Мяг­кий сыр полу­чали бла­го­даря матер­ча­тым мешоч­кам, напол­нен­ным про­кис­шим моло­ком: жид­кость про­са­чи­ва­лась сквозь ткань, пока в мешочке не оста­вался мяг­кий сыр. Твер­дый сыр изго­тав­ли­вали из кис­лого молока: молоко зали­вали в спе­ци­аль­ные формы, в кото­рых оно сво­ра­чи­ва­лось, а затем затвер­де­вало путем сушки на солнце или нагре­ва­ния мно­го­чис­лен­ных малень­ких сыр­ных форм с отвер­сти­ями для слива сыво­ротки. В Свя­щен­ном Писа­нии сыр упо­ми­на­ется редко (1Цар.17:18; 2Цар.17:29).

В каком виде ели оливки?

Оливки выра­щи­ва­лись исклю­чи­тельно для их масла, кото­рое, однако, упо­треб­ля­лось не только в пищу или для при­го­тов­ле­ния пищи, но и для осве­ще­ния, жерт­во­при­но­ше­ний, помазания.

Олив­ко­вое дерево было хорошо при­спо­соб­лено к кли­мату и почве изра­иль­ского наго­рья, и зна­чи­тель­ная часть страны была отве­дена для выра­щи­ва­ния олив­ко­вых дере­вьев, кото­рые явля­лись одним из самых важ­ных при­род­ных ресур­сов древ­него Изра­иля. Олив­ко­вое масло было более уни­вер­саль­ным и дол­го­веч­ным, чем масло из дру­гих рас­те­ний, таких как кун­жут, и также счи­та­лось самым вкусным.

Хотя оливки исполь­зо­ва­лись для про­из­вод­ства масла с Брон­зо­вого века (период при­мерно между 5‑м и 1‑м тыс. до Р. Х.), только к пери­оду рим­ского вла­ды­че­ства были вве­дены методы кон­сер­ви­ро­ва­ния оли­вок в щелоке, а затем рас­соле, чтобы уда­лить их есте­ствен­ную горечь и сде­лать их съедобными.

Оливки соби­рали в конце лета и пере­ра­ба­ты­вали, дробя их, отжи­мая сусло и отде­ляя масло от мякоти. Это дела­лось путем дав­ле­ния оли­вок в спе­ци­аль­ных емко­стях, выре­зан­ных в скале, или с помо­щью ступки или камня на плос­кой плите. Позд­нее внед­ре­ние пресса сде­лало воз­мож­ной круп­но­мас­штаб­ную обра­ботку. Обна­ру­же­ние архео­ло­гами боль­шого коли­че­ства таких прес­сов ука­зы­вает на то, что древ­ний Изра­иль был круп­ным про­из­во­ди­те­лем олив­ко­вого масла для своих жите­лей и жите­лей дру­гих частей древ­него Ближ­него Востока, таких как Еги­пет и осо­бенно Месо­по­та­мия. В допол­не­ние к круп­но­мас­штаб­ному про­из­вод­ству олив­ко­вого масла для тор­говли и экс­порта, прессы были най­дены в обыч­ных домах, что ука­зы­вает на то, что имела место также и кустар­ная промышленность.

Архео­ло­ги­че­ские находки в Масаде и дру­гих местах гово­рят о том, что наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ным сор­том оли­вок был мест­ный Набали, за кото­рым сле­до­вал Сури. Во вре­мена Рим­ской импе­рии из Сирии и Египта были заве­зены и дру­гие сорта олив.

Об олив­ко­вом масле сооб­ща­ется, конечно же, и в Свя­щен­ном Писа­нии (напри­мер, Лев.6:13–15; Лев.7:9–12; 3Цар.17:10–16; Иез.16:13; Иез.16:19).

Какие фрукты ели в древнем Израиле?

Фрукты были важ­ным источ­ни­ком пищи для изра­иль­тян, осо­бенно вино­град, инжир, финики. Древ­ние изра­иль­тяне стро­или тер­расы на ров­ных участ­ках в гор­ной мест­но­сти для посадки раз­лич­ных куль­тур (не только фрук­то­вых дере­вьев, но и зер­но­вых, ово­щей). Все фрук­то­вые дере­вья давали плоды, кото­рые можно было есть све­жими и соч­ными в период сезона. Фрукты также обра­ба­ты­ва­лись для после­ду­ю­щего исполь­зо­ва­ния раз­лич­ными спо­со­бами: фрукты с высо­ким содер­жа­нием сахара фер­мен­ти­ро­ва­лись для про­из­вод­ства алко­голь­ных напит­ков; чаще всего для этого исполь­зо­вался вино­град. Фрукты также варили в густом слад­ком сиропе, кото­рый в Биб­лии назы­ва­ется дваш (мед). Вино­град, инжир, финики и абри­косы также сушили и кон­сер­ви­ро­вали по отдель­но­сти, наде­вали на вере­вочку или спрес­со­вы­вали в лепешки. Поскольку сухо­фрукты явля­ются эффек­тив­ным источ­ни­ком энер­гии, их заго­тав­ли­вали в каче­стве про­ви­зии для путе­ше­ствий и дли­тель­ных походов.

Финики упо­треб­ляли в пищу све­жие или суше­ные. Све­жие, спе­лые финики были доступны с сере­дины до конца лета. Ино­гда их высу­ши­вали на солнце и спрес­со­вы­вали в блоки, а затем исполь­зо­вали в тече­ние всего года, осо­бенно в каче­стве пищи для путе­ше­ствен­ни­ков. Фини­ко­вая пальма тре­бо­вала жар­кого и сухого кли­мата и в основ­ном росла и пло­до­но­сила в долине Иор­дана от Иери­хона до Гали­лей­ского моря. В этих засуш­ли­вых рай­о­нах финик ино­гда был един­ствен­ной доступ­ной рас­ти­тель­ной пищей и являлся основ­ным ком­по­нен­том рациона.

Важ­ным источ­ни­ком пищи был также инжир. Его выра­щи­вали по всему Изра­илю, поэтому све­жий или суше­ный инжир был частью еже­днев­ного раци­она. Обыч­ный спо­соб при­го­тов­ле­ния суше­ных пло­дов состоял в том, чтобы наре­зать их и спрес­со­вать в лепешку. Инжир часто упо­ми­на­ется в Биб­лии (1Цар.25:18, 1Цар.30:12). Фиго­вое дерево (ficus carica) хорошо росло в гор­ной мест­но­сти и давало два уро­жая в сезон. Ран­не­спе­лые инжиры счи­та­лись дели­ка­те­сом из-за их сла­до­сти и упо­треб­ля­лись в пищу све­жими. Инжир, созре­вав­ший в позд­нем уро­жае, часто сушили, прес­со­вали в твер­дые круг­лые или квад­рат­ные лепешки, назы­ва­е­мые деве­лах, и хра­нили как основ­ной источ­ник зим­ней пищи.

Вино­град исполь­зо­вался глав­ным обра­зом для про­из­вод­ства вина, хотя его также упо­треб­ляли в пищу све­жим и суше­ным. Вино­град сушили на солнце, чтобы полу­чить изюм, кото­рый потом можно было долго хра­нить. Изюм тоже нередко прес­со­вали и сушили в виде лепешек.

Гра­наты играли незна­чи­тель­ную роль в изра­иль­ской кухне. Обычно их ели све­жими, хотя ино­гда из них делали сок или вино, или сушили на солнце.

Какие овощи ели в древнем Израиле?

Архео­ло­гам трудно опре­де­лить, какую роль играли овощи в жизни евреев биб­лей­ских вре­мен, потому что рас­ти­тель­ную пищу часто ели сырой или про­сто варили, без исполь­зо­ва­ния спе­ци­аль­ного обо­ру­до­ва­ния для при­го­тов­ле­ния, и таким обра­зом почти не оста­ва­лось ника­ких сле­дов. Овощи также не часто упо­ми­на­ются в пись­мен­ных источ­ни­ках, и когда о них гово­рится в Свя­щен­ном Писа­нии, отно­ше­ние к ним неод­но­знач­ное: ино­гда они рас­смат­ри­ва­ются как дели­ка­тес, но чаще они были не в почете (Притч.15:17, Дан.1:11–15).

Евреи обычно упо­треб­ля­лись в пищу такие овощи как лук-порей, чес­нок, лук реп­ча­тый, чер­ная редька, дыня (ино­гда оши­бочно иден­ти­фи­ци­ру­е­мую как огу­рец) и арбуз. Дру­гие овощи играли незна­чи­тель­ную роль в раци­оне древ­них изра­иль­тян. Поле­вая зелень и кор­не­вые рас­те­ния обычно не куль­ти­ви­ро­ва­лись и соби­ра­лись сезонно, когда они росли в дикой при­роде. Листо­вые рас­те­ния вклю­чали листья оду­ван­чика и моло­дые листья лебеды. При­мерно с 800 года до Р. Х. евреи куль­ти­ви­ро­вали латук, извест­ный как шазе­рет, пред­став­ля­ю­щий собой траву с колю­чими крас­ными листьями, кото­рые ста­но­ви­лись горь­кими по мере созре­ва­ния. С появ­ле­нием в Изра­иле рим­лян выра­щи­вали и слад­кий латук. Дикие травы соби­рали и ели сырыми или варе­ными. К ним отно­сятся рук­кола и джут, цико­рий и эндивий.

Лук-порей, лук реп­ча­тый и чес­нок упо­треб­ля­лись в пищу в туше­ном и сыром виде с хле­бом. Об их попу­ляр­но­сти может гово­рить тот факт, что, согласно Свя­щен­ному Писа­нию, они отно­си­лись к числу про­дук­тов, кото­рые изра­иль­тяне желали есть после исхода из Египта. Тыквы и дыни упо­треб­ляли в пищу сырые или при­прав­лен­ные уксу­сом. Чер­ную редьку в тече­ние осени и зимы также ели сырой, в эту часть года у нее был сезон. Соби­рали евреи и грибы, осо­бенно белые (боро­вики), кото­рые росли во мно­гих рай­о­нах Израиля.

Семена кун­жута исполь­зо­ва­лись при при­го­тов­ле­нии масла, упо­треб­ля­лись в пищу сухими или добав­ля­лись в блюда, такие как туше­ное мясо; остатки после отжима масла съе­да­лись в виде жмыха. Еврей­ское назва­ние кун­жута, шум­шум, свя­зано с аккад­ским samassammu, что озна­чает «мас­ля­ное рас­те­ние», так как его семена содер­жат около 50% масла.

Какие еще плоды ели в Древнем Израиле?

Упо­треб­ляли в пищу плоды сико­мора (лат. ficus sycamorus) – биб­лей­ской смо­ков­ницы (Лк.19:4), чер­ной шел­ко­вицы, рож­ко­вого дерева. Инте­ресно отме­тить, что струч­ками послед­него питался блуд­ный сын (Лк.15:16) тра­ди­ци­онно счи­та­ется, семена этого рас­те­ния не при­годны в пищу для чело­века, однако кроме семян стручки содер­жат соч­ную, слад­кую мякоть (около 50% сахара), поэтому они были попу­лярны из-за сво­его вкуса. Все эти плоды обычно не выра­щи­вали спе­ци­ально, а соби­рали в дикой при­роде, когда у них был сезон.

Сико­мора-смо­ков­ница была очень рас­про­стра­нена в более теп­лых частях Изра­иля и выра­щи­ва­лась глав­ным обра­зом из-за ее дре­ве­сины, но она обес­пе­чи­вала посто­ян­ный запас неболь­ших пло­дов, кото­рые, глав­ным обра­зом, слу­жили пищей для бедняков.

Мин­даль, грец­кие орехи и фисташки тоже упо­треб­ля­лись в пищу, они упо­ми­на­ются в Свя­щен­ном Писа­нии. Мин­даль был широко рас­про­стра­нен в этом реги­оне с дои­сто­ри­че­ских вре­мен, и Биб­лия упо­ми­нает мин­даль (shaked) и фисташки (botnim) как среди отбор­ных «пло­дов земли сей», послан­ных Иако­вом в дар пра­ви­телю Египта (Быт.43:11). Мин­даль и фисташки, веро­ятно, ели, в основ­ном, бога­тые люди. Грец­кие орехи тоже упо­ми­на­ются в Биб­лии (Песн.6:11). Они были заве­зены в Изра­иль из Месо­по­та­мии по мень­шей мере к 2000 году до Р. Х., и стали обыч­ным явле­нием в период Вто­рого Храма. В это время они полу­чили настолько широ­кое рас­про­стра­не­ние, что слово egoz, кото­рым назы­вали грец­кий орех, стало общим еврей­ским сло­вом для всех видов оре­хов в целом.

Какие сладости ели древние израильтяне?

Древ­ние евреи не знали сахара (сахар­ный трост­ник появился только в рим­ский период). В каче­стве основ­ного под­сла­сти­теля исполь­зо­вался фрук­то­вый сироп дваш тема­рим («фини­ко­вый мед»). Сле­дут отме­тить, что биб­лей­ский тер­мин «дваш» обычно озна­чает не пче­ли­ный мед, но густой сироп, полу­чен­ный из вино­града, инжира или фини­ков (инжир и финики сле­дует раз­ли­чать: финики – это плоды фини­ко­вой пальмы (лат. Phoenix dactylifera), в то время как инжир соби­рают с фиго­вого дерева (лат. Ficus carica)). Дваш тема­рим делали путем зама­чи­ва­ния фини­ков в воде, пока они осно­ва­тельно не раз­мяк­нут, затем полу­чен­ную жид­кость кипя­тили, пока не обра­зу­ется густой сироп. Фини­ко­вым медом может являться и мед в биб­лей­ской ссылке на «землю, где течет молоко и мед» (Чис.13:28).

Для про­из­вод­ства густой, медо­по­доб­ной жид­ко­сти, назы­ва­е­мой дваш ана­вим («вино­град­ный мед») исполь­зо­вали, как видно из назва­ния, вино­град. Вино­град­ный мед делали путем топ­та­ния вино­града в чанах, но вме­сто того, чтобы сбра­жи­вать полу­чен­ную жид­кость, ее кипя­тили, чтобы выпа­рить воду, остав­ляя после этого густой вино­град­ный сироп.

Также отме­тим, биб­лей­ский «мед из камня» (Втор.32:13) или «мед из скалы» (Пс.81:17) может являться или сиро­пом из инжира, рас­ту­щего в при­роде между кам­ней, на склоне гор, или медом диких пчел, кото­рые делают свои ульи в подоб­ных местах и до сего­дняш­него дня. Соб­ственно, в Свя­щен­ном Писа­нии о меде именно пчел гово­рится лишь в несколь­ких слу­чаях (Суд.14:8–9; 1Цар.14:25–27). При этом архео­ло­гами была обна­ру­жена пасека в долине реки Иор­дан, дати­ру­е­мая при­мерно 900 г. до Р. Х.: ульи, сде­лан­ные из соломы и необо­жжен­ной глины, могли вме­щать более мил­ли­она пчел, что гово­рит о том, что мед про­из­во­дился в боль­ших мас­шта­бах. По мне­нию иссле­до­ва­те­лей, одо­маш­ни­ва­ние пчел для про­из­вод­ства меда древ­ние евреи могли пере­нять у жите­лей Египта или Анатолии.

Были ли евреям знакомы приправы и специи?

При­правы в при­го­тов­ле­нии пищи имели боль­шое зна­че­ние. Наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной и важ­ной из них была соль, о чем сви­де­тель­ствует то, что она неод­но­кратно упо­ми­на­ется в Вет­хом и Новом Заве­тах (Иов.6:6, Мф.5:13), и то, что ее пред­пи­сы­ва­лось исполь­зо­вать при боль­шин­стве жерт­во­при­но­ше­ний (Лев.2:13). Соль добы­вали из Сре­ди­зем­ного и Мерт­вого морей. Ее про­из­во­дили путем испа­ре­ния мор­ской воды, как из есте­ствен­ных, так и из искус­ственно создан­ных резер­ву­а­ров для сушки. Ее также добы­вали путем раз­ра­ботки соля­ных место­рож­де­ний, напри­мер в Содоме, у Мерт­вого моря. Поставки соли осу­ществ­ля­лись в раз­лич­ные реги­оны Ближ­него Востока.

В каче­стве при­прав евреи также исполь­зо­вали рас­те­ния, боль­шин­ство из кото­рых были мест­ными и либо выра­щи­ва­лись, либо соби­ра­лись в дикой при­роде, хотя неко­то­рые спе­ции импор­ти­ро­ва­лись. Чес­но­ком, луком и, воз­можно, гре­че­ским пажит­ни­ком (лат. Foenum graecum) при­прав­ляли при­го­тов­лен­ную пищу, а также они упо­треб­ля­лись в пищу как само­сто­я­тель­ные про­дукты. Для при­да­ния осо­бого вкуса в еду добав­ляли травы и спе­ции: каперсы, кори­андр, тмин, чер­ный тмин, укроп, кар­ли­ко­вый цико­рий, иссоп, май­о­ран, мяту, чер­ную гор­чицу, рей­хар­дию, шафран и тимьян (Мф.23:23). С помо­щью этих при­прав можно было раз­но­об­ра­зить скуд­ный выбор блюд. Неко­то­рые при­правы, такие как мирра, галь­бан, шафран и корица, импор­ти­ро­ва­лись из Африки и Азии, но они дорого сто­или, поэтому поз­во­лить себе их могли далеко не все. Для осо­бых празд­ни­ков из Ара­вии и Индии при­во­зи­лись раз­лич­ные виды перца и имбиря, и тот, и дру­гой высоко цени­лись в Израиле.

Еще одной при­пра­вой был уксус, кото­рый про­из­во­дился путем допол­ни­тель­ной фер­мен­та­ции моло­дого вина. Его исполь­зо­вали для при­правы к пище, мари­но­ва­ния ово­щей и в лечеб­ных целях.

В Писании часто встречается выражение «есть и пить». Всегда ли его нужно понимать буквально?

Дей­стви­тельно, в Свя­щен­ном Писа­нии нередко упо­треб­ля­ется сло­во­со­че­та­ние «есть и пить». Прежде всего, оно озна­чает обыч­ный прием пищи (Руф.3:3; 2Пар.28:15; Мф.11:19), сов­мест­ное про­жи­ва­ние (Лк.13:26) и удо­вле­тво­ре­ние от повсе­днев­ного бла­го­по­лу­чия (Екк.2:24; Екк.3:13).

Но, кроме того, оно озна­чает и лег­ко­мыс­лен­ное, без­за­бот­ное суще­ство­ва­ние (Быт.39:6) и напрас­ную уве­рен­ность (Лк.12:19; Лк.17 и след.) или пол­ное погру­же­ние в удо­воль­ствия (Ис.22:13; 1Кор.15:32). Апо­стол Павел высту­пает про­тив лож­ной оценки зна­че­ния еды и питья для духов­ной жизни (Рим.14).

Другое частое библейское слово – это «вкушать». Каковы его значения в Библии?

В Свя­щен­ном Писа­нии в пере­нос­ном смысле ино­гда гово­рится о вку­ше­нии «пло­дов путей своих и помыс­лов» (Притч.1:31) и «пло­дов дел своих» (Ис.3:10), а также о послед­ствиях соб­ствен­ных доб­рых или злых поступ­ков (ср. Пс.140:4).

Кроме того, «вку­шать» озна­чает полу­чать от Бога духов­ные плоды и веч­ную жизнь (Ис.55:1–3; 1Кор.10:3; Откр.2:7.17). Иисус гово­рит о необ­хо­ди­мо­сти есть Его плоть и пить Его кровь (Ин.6:54–56): «Яду­щий Меня жить будет Мною». Иезе­ки­иль и Иоанн, съе­дая сви­ток с пись­ме­нами, обре­тают слово, кото­рое им пред­стоит воз­ве­щать (Иез.3:1–3; Откр.10 и след.).

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки