Тосненская церковь Казанской иконы Божией Матери | Татьяна Шорохова
Главная » Татьяна Шорохова
  виньетка  
Распечатать Система Orphus

Тосненская церковь Казанской иконы Божией Матери

Оценка:
1 голос2 голоса3 голоса4 голоса5 голосов (2 голос: 5,00 из 5)
Загрузка...

Татьяна Шорохова


исторический очерк


виньетка


^ По «челобитью» ямщиков

Населенный пункт, обозначенный на современных картах как город Тосно Ленинградской области, был основан по именным указам Петра I, направленным на развитие ямской гоньбы и организацию регулярной почты между двумя столицами России. На основе ряда царских указов 1712-1714 годов на «прешпективной» дороге Санкт-Петербург-Москва устраивались новые ямские станции. Ямщиков православного вероисповедания переводили на Тосненский ям из городов и селений Казанской и Нижегородской губерний[1]. На реку Тосну к дороге Петербург-Москва переселяли 42 выти: 25 из Казанской губернии и 17 из Нижегородской. Традиционно ямщицкие семьи жили по городам в ямских слободах и по дорогам в ямских станах вытями, то есть большими родовыми семьями. По сведениям В.И. Даля выть составляла «от 30-50 душ», занимавших три и более домов и совместно пользовавших ямских казенных лошадей. Ямские «охотники» стали прибывать на реку Тосну в 1715 году[2]. Это были переселенцы из Козьмодемьянска, Анадыря, Арзамаса и других городов Казанской губернии, которую заселяли ямщики еще в XVI веке сразу вслед за продвигавшимися на восток стрельцами.

Так как в опубликованных сведениях о строительстве церкви Казанской иконы Божией Матери на Тосненском яму встречается много разночтений, рассмотрим начальный период в истории Православия в Тосно на основе архивных документов первой половины XVIII века более детально. Именно архивные материалы хранят в себе ответы на главные вопросы: кто был первым священником тосненской церкви? что о нем известно? когда был построен первый храм на Тосненском яму? кем построен? какой церковь была первоначально?..

Сегодня краеведам уже точно известно, что к ямщикам, обживавшим тосненские места в петровскую эпоху, пришел священник по имени «Леонтей Титов»[3]. Пришел он по «перехожей грамате блаженныя памяти»[4] митрополита Иова Новгородского. Пришел «для исправления духовных треб»[5]. Это историческое в церковной жизни тосненцев событие состоялось 29 июля 1715 года[6], 295 лет назад. Именно он – иерей Леонтий Титов – является первым настоятелем Тосненской церкви Казанской иконы Божией Матери. С тех пор на протяжении долгого времени в официальных документах ямская станция Тосна чаще всего называлась «приходом церкви Пресвятыя Богородицы Казанския на Тосненском яму».

Сведения об отце Леонтии, хотя и скудны, но точны. До Тосненского яма иерей Леонтий Титов служил в Великом Новгороде при храме Саввы Освященного, откуда в 1706 году перемещен в Алферов полк[7]. на Ям-Тосну священник Леонтий был определен «по челобитью Тосненского яму новопереведенцов ямщиков»[8].

Шла Северная война. Время было не только военное, но и перестроечное, а потому для народа крайне бедственное. «Староста Тосенской слободы»[9] «Константин, Карпов сын Панов» сообщает, что по прибытию на Тосненский ям иерею Леонтию Титову «трактамента… не определено, а на пропитание к вышеупомянутой церкви от прихоцких людей ямских охотников, разных городов переведенцов» выделены священнику «сенные покосы»[10].

Эти сенные покосы долго назывались в Тосно «Поповы луга» и располагались по правому берегу реки Тосны (со стороны Москвы): от дороги вниз по реке. На схемах слободы Тосны XIX-начала XX веков этот участок обозначается как «церковная земля». «Лицевая» сторона застройки, занявшей «Поповы луга» в XX веке, теперь обращена к реке, к историческому зданию каменного храма Казанской иконы Божией Матери и носит название «Красная набережная». Это частный сектор, и район действительно красив своими садами и разноцветными деревянными домиками.

Такое положение, когда «подаянием от мирских людей духовенство питалось… в Тосненском Яму»,[11] сохранялось в слободе довольно долго. Но первым священником, чье существование полностью зависело от ямщиков, был отец Леонтий Титов и его семья.

О первых трудных годах церковной жизни на Тосненской земле можно судить и по такому свидетельству ямщика Константина Панова: «…а дьячка и пономаря у помянутой церкви и просвирницы нет; а дъяческую службу отправляет ямщик Константин Карпов, а пономарскую отправляет сын его, попов, Яков Леонтьев без указу; а просвиры печет он, священник, сам»[12]. Последняя подробность в «сказке» (показаниях, сведениях) старосты-ямщика может говорить о том, что отец Леонтий Титов был священник вдовый: вдовцам духовного сана, как правило, и давались архиереями «перехожие граматы».

Сколько было у отца Леонтия детей, неизвестно. Сведения сохранились о двух сыновьях: кроме уже упомянутого Иакова, будущего тосненского священника, подрастал и Самуил, впоследствии служивший при Казанской церкви дьячком. На момент прибытия иерея Леонтия Титова на Тосненский ям Иакову было 12 лет, а Самуилу – 2 года[13].

При знакомстве с документами петровской эпохи, да и всего XVIII века в глаза бросается, отметим еще раз, вопиющая бедность как тосненских ямщиков, так и священников. И невольно вызывают глубокое уважение люди, которые в таких сложных обстоятельствах жизни построили храм, заботились о его благолепии, всеми силами сохраняли духовный очаг на Тосненской земле.


^ О ДАТЕ ПОСТРОЙКИ ХРАМА НА ТОСНЕНСКОМ ЯМУ

При отце Леонтии и был построен первый в Тосно храм, ведь прибыл священник на Тосненский ям, «когда церкви еще не было»[14]. Первый тосненский храм выстроили деревянным,[15] и стоял он на берегу реки Тосны со стороны Петербурга рядом с дорогой. Теперь это место занято хозяйственными зданиями, а, возможно, сокрыто и под тротуаром.

В первые годы приход был небольшим, всего 61 человек обоего пола, считая и детей после семилетнего возраста (по данным иерейского отчета за 1720 год). В 1719 году в ямской слободе имелось 30 приходских дворов[16].

Нетрудно объяснить, почему на Тосненском яму церковь освятили в честь Казанской иконы Божией Матери. Всем известно, каким почитанием был окружен в XVII веке образ Пресвятой Богородицы из города Казани, как в самой Казанской губернии, так в Нижегородском крае, да и по всей Руси. Был еще памятен в народе подвиг Минина и Пожарского. Не забылось и небесное покровительство Царицы Небесной во образе Ее Казанском русскому воинству. Известно, что к нижегородскому ополчению по дороге на Москву присоединилось войско, собранное в земле Казанской. Эти ополченцы и принесли с собой список с чудотворной Казанской иконы. Воины передали образ Божией Матери князю Дмитрию Михайловичу Пожарскому. Данная Казанская икона Пресвятой Богородицы и была с народными ополченцами при освобождении Москвы от поляков. Для великой русской святыни князь Дмитрий Пожарский построил в Москве на Красной площади Казанский собор.

Без преувеличения можно сказать, что основателями Тосно стали потомки участников славных событий по прекращению на Руси в 1612 году Смутного времени. Неудивительно, что выходцы из упомянутых земель и храм посвятили чудотворной Казанской иконе Божией Матери, которая за сто лет до петровских преобразований стала символом национального самосознания русского народа. Тосненский приход был одним из первых, если не первый, на Северо-западе России, построивший в этом крае церковь в честь Казанской иконы Пресвятой Богородицы. Как сообщает А. Галкин, «в 1746 году во всей С.-Петербургской епархии числилась единственная Казанская церковь – «при Тосненском Яму»»[17]. Например, Казанская церковь в Царском селе была построена уже в конце XVIII века.

Нередко в статьях и заметках о тосненской церкви, увидевших свет в XIXXX веках, писали (да и теперь иногда пишут) о том, что первый храм в Тосне был построен в 1715 году[18]. Но справедливости ради надо сказать, что архивные документы петровского времени (как опубликованные, так и хранящиеся в фондах) указывают другую дату – 1717 год.

Ее назвал сам священник Леонтий Титов, когда давал «сказки» (сведения на допросе) архиепископу Феодосию (Яновскому), настоятелю Александро-Невской лавры. Причем, давал с клятвой «по священству своему, под лишением чина своего, еже ей ей, в правду…»[19]. Остановимся подробнее на предшествовавших данному утверждению отца Леонтия событиях, чтобы принять названную им дату постройки храма на Тосненском яму без сомнений.

1719-1720 годы, когда допрашивались Тосненский священник и староста, – суровое время: в России еще продолжались дознания по делу царевича Алексея Петровича (уже после страшных казней в Москве и Петербурге в 1718 году и после смерти наследника царского престола). Как известно, под подозрение в сочувствии царевичу Алексею подпадали почти все рядовые священники и простой люд. А переселившиеся на Тосну ямщики-нижегородцы вызывали особое подозрение, так как имели духовные и человеческие связи с последним (до петровского времени) Патриархом Адрианом, ризничий которого монах Тихон приходился земляком нижегородским ямщикам.

Близкий к Патриарху отец Тихон происходил из нижегородской Ямской слободы, в храме которой во имя Вознесения Господня хранились святыни, подаренные ямской церкви лично Патриархом Адрианом. Более того, уже после смерти Патриарха Адриана о. Тихон был прихожанином Вознесенской церкви до своего поступления в Макарьевский Желтоводский монастырь. Иждивением отца Тихона деревянная церковь Вознесения Господня отстроена в камне в 1715 году[20], то есть в то время, когда в Нижнем Новгороде собирались в дорогу ямщики, назначенные для переезда на Тосненский ям. Летом того же года во время большого нижегородского пожара только что отстроенная церковь вместе со всем убранством сгорела. Хотя храм попечением оставшихся в Нижнем Новгороде ямщиков быстро восстановили, но для отправлявшихся в неведомый край людей это событие было тяжким предзнаменованием, что и подтвердилось жизнью.

Надо обратить внимание и на следующее. В Петербург нижегородские ямщики прибыли осенью 1715 года в сопровождении комиссара (именно так назывались петровские уполномоченные) Ивана Мертвого. С ним было послано «в Санкт-Петербург ямщиков, которым быть на вечном житье, 62 человека без жен».[21] Иван Мертвый по прибытии в Петербург подал доношение в С.-Петербургскую Губернскую канцелярию, «и по тому доношению ямщики смотрены». «По наказу» губернского начальства комиссару Ивану Мертвому «велено» «тем ямщикам на реке Тосне строить дворы, против Казанской губернии ямщиков построенных дворов»[22].

Уже через две недели Иван Мертвый подает в Губернскую канцелярию доношение, что «из… посланных с ним ямщиков в пути и из С.-Петербурга бежало и за болезнями оставлено и померло 57 человек, в остатке только 5 человек».[23] С новыми прошениями комиссар обращается к губернскому начальству 5 января и 9 марта 1716 года, сообщая, что за прошедшее время «Нижегородской губернии ямщикам на реке Тосне 17 квартир построены и те квартиры осматриваны».[24]

Но, как оказалось, жить в этих квартирах переселенцы по существу не могли. В сознании ямщиков, оставивших на родине 81 дом на 17 вытей, не укладывалось, как они могут поместиться теперь в 17 небольших, хотя и двухэтажных домах. Ведь ямщиков, намеченных к переселению, только «мужеска пола» насчитывалось 272 человека, не считая женской половины! Русский народ, воспитанный в благочестии, в своей основной массе был застенчивым, понимал стыд и совесть, и «на людях» жить не умел. Семьи вели довольно замкнутый образ жизни, женщины с детьми появлялись в общественных местах лишь на церковных службах. А, судя по вышеприведенному документу, из Нижнего Новгорода на Тосну должно было переехать 62 многодетные семьи (ямщиков посылали «семьянистых»). Получается, что власть предполагала поселить в одном доме в среднем 3-4 большие семьи! В официальных документах появилось слово «квартира»: «фатеры», «квартеры» называли переселенческие дома в своих челобитных ямщики.

Конечно, такое плотное заселение семей в те годы, когда на Руси еще был широко распространен обычай жить мужской и женской половинами, не могло не вызывать в ямщиках протеста. Однако со сложившимся за целые века укладом жизни уже никто не считался: Империя строилась не по русскому, а по иноземному образцу.

Раздраженные бегством нижегородских ямщиков сенаторы, 6 июня 1716 года вынесли приговор: «…О сыску и о высылке беглых ямщиков послать в Нижегородскую губернию указ…»[25]. Судя по всему, вернули на Тосненский Ям не многих. Как свидетельствуют опубликованные архивные документы, бежавших с «прешпективной» дороги ямщиков разыскивали долго, а пойманных наказывали беспощадно.

Возможно, и по этой причине в 1719-1720 годах были допрошены староста Тосненского храма, и священник тосненской церкви Казанской иконы Божией Матери. И среди прочих вопросов задали дознаватели священнику Леонтию Титову и вопрос о дате постройки церкви на Тосненском яму. И эту дату отец Леонтий обозначил четко: 1717 год.

Трудно допустить, чтобы при столь сложных обстоятельствах иерей Леонтий Титов запамятовал такой простой факт, как год строительства родного храма, ведь за «забывчивость» он мог дорого заплатить. «Сказки» священника и старосты, безусловно, сравнивались. А в те годы любая неточность могла повлечь за собой исправление ошибки уже под пытками, как было заведено Петром Первым в массовом порядке, когда «истину» добывали «с расспросу, с пыток, и с огня».

Видимо, в 1715 году на Тосненском яму была совершена лишь закладка церкви, а освящение храма состоялось в 1717 году, как и указал отец Леонтий Титов во время допроса.

Как бы там ни было, но начало церковной жизни в ямской слободе на пересечении реки Тосны с Московским трактом было положено. В 1719 году отец Леонтий засвидетельствовал, что на Тосненском яму «свадеб было 4»[26]. Жизнь брала свое.


^ ЧЬИМ РАДЕНИЕМ ПОСТРОЕНА ЦЕРКОВЬ В ЯМ-ТОСНЕ?

Долгое время принято было считать, что церковь на Тосненском яму освящалась в «Высочайшем присутствии». Однако современные исследователи не раз задавались вопросом, насколько правомерно это утверждение?[27] Все известные походные журналы Петра I за 1713-1725 годы, а также ряд других документов эту, без преувеличения, легенду опровергают.

8 июля 1715 года (а именно эту дату указывают разные авторы, пишущие о присутствии Петра I на освящении церкви на Тосненском яму) царь в Тосне не был по существенной причине: он находился в очередном морском походе. Чтобы не быть голословной, приведу запись от 6 июля 1715 года из походного журнала, «писанного собственною рукою Государя на белых страницах листового печатного календаря»[28]: «Во имя Господне пошли в путь свой, ветром норд-остом, в 9 часу по утру, и при захождении солнца увидели с фордета Гоглант…»[29].

Сопоставление событий, отраженных во всех походных журналах 1715 года (их несколько) и иных источниках, с календарной сеткой дает исчерпывающую информацию на этот счет: пути царя в 1715 году через Тосненский ям не проходили, а 1716 год царь провел в Европе, как, впрочем, и большую часть 1717 года.

Но мог ли присутствовать царь Петр на освящении тосненской церкви в 1717 году, если именно в этот год она была построена? Теоретически да, потому что, вернувшись в 1717 году из долгой поездки по Европе, Петр Первый в декабре 1717 года проезжал через Тосненский ям, когда спешил в Москву для проведения следствия по делу царевича Алексея Петровича. С царевичем Алексеем он и возвращался из Москвы через Тосну в марте 1718 года. Известно, что эти поездки были очень спешными, а страницы русской истории тех лет окрашены в мрачные тона.

Рискнули бы в такое время подойти к царю ямщики или сам священник со своей просьбой о присутствии самодержца на освящении церкви? И согласился бы задержаться в пути царь Петр, когда его мысли занимало следствие, и когда он готовился к сведению счетов с сыном?

Автор данного исследования склоняется к мысли, что и в 1717 году царь Петр не присутствовал на освящении церкви во имя Казанской иконы Божией Матери на Тосненском яму. Архивные материалы, события, происходившие в России в 1715-1717 годах, исследование духа того времени приводят к однозначному выводу: на освящении тосненской церкви в честь Казанской иконы Божией Матери Петр Первый быть не мог.

И все-таки император Петр I Казанскую церковь Тосненского яма своим вниманием почтил. Подтверждается документально, что в марте 1723 года, возвращаясь из Персидского (Низового) похода, царь Петр останавливался в Тосне. Переночевав здесь в путевом дворце, император принял участие в Божественной Литургии[30]. В тот мартовский воскресный день Петр Алексеевич сразу после службы в Тосненском храме отправился в путь и «изволил откушать» уже в Ям-Ижоре.

Ровно за год до этого события священник Леонтий Титов скончался[31], и Литургию в присутствии императора совершал уже новый тосненский иерей Андрей Михайлов. По-видимому, в народной памяти это событие со временем стало восприниматься, как присутствие царя на освящении церкви. Спустя сто лет ямщики Тосненской слободы именно так о нем и рассказывали. Так как священник Андрей Михайлов упомянут в походном журнале Петра Первого, этого иерея нередко ошибочно считают первым настоятелем тосненской Казанской церкви.

Существуют разные сведения и на предмет того, кто же построил храм на Тосненском яму: царь, мiр или священник? Чаще всего в большинстве изданий XIXXX веков (на основе заимствований из предыдущих печатных изданий, а не по архивным документам) называют царя Петра Алексеевича строителем первой тосненской церкви. К сожалению, и это утверждение противоречит документальным источникам.

В 1742 году в своем прошении в Священный Синод сын иерея Леонтия Титова, священник Иаков Леонтьев (фамилии духовенства в XVIII веке образовывались от имени отца) сообщает, что деревянная церковь в Тосне по бедности ямщиков-переведенцев была построена его отцом священником Леонтием Титовым[32]. В упомянутом документе о постройке храма в Тосне сказано буквально следующее: «…обретающаяся ныне там деревянная церковь во имя Казанской Пресвятыя Богородицы с приделами построена моим отцом из своего иждивения, который способством и вкладом тех тосненских жителей в тое новопостроенную церковь усугубил церковные сосуды, книги и ризницу…»[33].

Хочу, забегая вперед, заметить, что этот документ относится к тому времени, когда в Ям-Тосне уже был построен новый каменный храм. Отцу Иакову Леонтьеву приходится верить, так как рядом с ним еще проживали в ямской слободе многие участники событий 1715-1725 годов, и эти прихожане могли опровергнуть случайную или преднамеренную неточность священника в случае разбирательства. А это, в свою очередь, могло повлечь за собой серьезное наказание. Напомним, что священники в России до конца XVIII века не были освобождены от наказаний, в том числе и телесных. Есть сведения, что подвергались им и тосненские священнослужители.

Не лишним будет упомянуть и о том, что опубликованные документы о пожертвованиях Петра I и Екатерины I в 1714-1725 годах не содержат сведений о жертве их императорских Величеств на тосненский Казанский храм. Факты милостыни императрицы на Тосненском яму отдельным людям, ей знакомым по иным местам, имеются, но не более того[34].

То же можно сказать и о возможном выделении на храм казенных средств. Казна употреблялась в петровское правление на военные нужды, интенсивное строительство в Петербурге и в царских пригородах, а не на обустройство ямских станов, которые было предписано строить на собранные в губерниях средства ямщиков, что и оговорено неоднократно в царских и сенатских указах,[35] и в соответствии с ними исполнено. О строительстве церквей на ямах, в том числе и на Тосненском, в указах (именных и сенатских) ничего не говорится.

Сравнивая сведения из архивных дел 1-й половины XVIII века с официальной версией основания церкви Казанской иконы Божией Матери на Тосненском яму, появившейся в печатных изданиях конца XVIIIXIX столетий, приходится только удивляться тому, как было искажено действительное положение вещей! То ли исследователи удовлетворялись лишь устными опросами населения второго-третьего, а то и четвертого, поколений ямщиков-переселенцев, не сверяя полученные сведения с архивными бумагами петровского времени? То ли мода приписывать всё хорошее Петру Великому довлела над авторами и составителями солидных книг? То ли составители пользовались неверными данными, заведомо искаженными ради каких-то корыстных целей в соответствии с модой екатерининского времени иметь звучные родословные, о чем намек можно найти (по странному совпадению) в главе «Тосна» известного «Путешествия из Петербурга в Москву» Радищева?..

Вопросов возникает много, остается найти на них правильные ответы.


^ ПРИДЕЛ ВО ИМЯ СВЯТИТЕЛЯ НИКОЛАЯ

В вышеприведенном фрагменте из прошения отца Иакова Леонтьева (1742 год) есть одна любопытная деталь: первая деревянная церковь Казанской иконы Божией Матери была построена «с приделами»[36]. Сомнений нет, что второй придел, как и сегодня, был освящен в честь Святителя Николая Чудотворца. Порой в архивах встречаются дела о посылке священников на временное служение на Тосненский ям… в Никольскую церковь (именно так).

Не исключено, что какое-то время церковь Казанской иконы Божией Матери в Тосне называлась Никольской, ведь появился в 1722 году указ Петра I о запрещении посвящать церкви иконам Пресвятой Богородицы![37] Слух об ожидании таких и подобных им нововведений мог уже ходить по Руси. Как отозвался этот царский документ на жизни церкви в Ям-Тосне, можно пока только предполагать. Для нас важно сейчас отметить главное: Никольский придел в тосненской церкви существовал с самого ее основания.

Ответ на вопрос, почему второй придел в церкви Тосненского яма посвящен Николаю Угоднику, можно было бы дать обычный: святитель Николай в православном мире традиционно считается покровителем путешествующих, а Казанский храм в Ям-Тосне стоял у дороги. Но, возможно, на такое посвящение повлияло не только расположение церкви у тракта, но и почитание народом Божиим чудотворного, известного позднее как Колпинский, образа Святителя Николая Угодника, явленного при Ижорских пильных мельницах в декабре 1713 года, незадолго до приезда ямщиков на Тосненский ям. Известно, что к чудотворной иконе святителя Николая всегда стекалось множество богомольцев.

Но могла быть и еще одна причина такого посвящения, более сокровенная. Она связана с историей обретения чудотворной иконы Божией Матери во граде Казани. Напомним, что служил в 1579 году в Казани священник Ермолай, в будущем патриарх Московский и всея Руси Гермоген (Ермоген), Первосвятитель Русской Церкви в Смутное время. В тот счастливый для Русского Православия год ему по Промыслу Божию было дано первому «взять от земли» бесценный образ Царицы Небесной, показать его собравшемуся народу и затем перенести икону Крестным ходом в соседний Никольский храм[38].

Это соприсутствие святителя Николая в судьбах чудотворной Казанской иконы Божией Матери народ Божий не мог не заметить. А потому в сознании верующих людей этот факт духовной жизни Руси мог запечатлеться особым образом. Ведь на своей иконе святитель Николай традиционно изображается под покровом не только Спасителя, но и Пресвятой Богородицы.

Хотя не исключено, что существует и еще одна, неизвестная автору, причина сочетания придела Казанской иконы Божией Матери с приделом Святителя Николая в Тосненской церкви.


^ РАДИ «ПРИХОЦКИХ ЛЮДЕЙ»

Священник Леонтий Титов отошел ко Господу в марте 1722 года[39]. До декабря в Тосне сохранялась ситуация, выраженная в прошении «от прихоцких людей Константина Панова с товарищи» такими словами: «…церковь обретается без пения, а они прихожане [без] священных треб»[40]. Указом «Его Величества императора и самодержца Всероссийскаго и Святейшаго Правительствующаго Синода» от 17 декабря 1722 года священнику Андрею Михайлову[41], служившему перед тем в Выборге при войске, а затем в Троицкой церкви на Петроградской стороне, было предписано отправляться на Тосненский ям к Казанскому храму и «при той церкви быти и священнодействовати»[42].

В этом деревянном храме, в котором служили первые тосненские батюшки Леонтий Титов и Андрей Михайлов, и где присутствовал на Литургии Петр Первый, побывали многие известные люди своего времени. Среди жертвователей первой тосненской церкви особенно дорого имя императора Петра II Алексеевича, человека «с живым умом и добрым сердцем», как характеризовали юного царя преданные ему современники.

Нельзя не отметить, что ко времени сооружения церкви в Тосне в окрестностях ямской слободы уже совершались службы в храмах других поселений: в Преображенской церкви при «кирпишных заводах», в Александро-Невском храме при устье реки Ижоры, в церкви Николая Чудотворца в Никольском…

Архивные материалы подтверждают духовные и человеческие связи между причтом церкви Казанской иконы Божией Матери на Тосненском яму и клирами вышеназванных храмов. Несколько священников петровской эпохи (и не только из перечисленных храмов) бывали в тосненской церкви на замене и служили порой продолжительное время с проживанием в ямской слободе. Можно назвать имена иереев Наума Васильева, Стефана Васильева, Георгия Моисеева, Иродиона Тимофеева, Аввакума Родионова, Феоктиста Гаврилова, совершавших в тосненском храме службы в первой половине XVIII века.

В это время тосненский приход простирался до сорока километров. В его состав, помимо ямщиков, входили также крестьяне поместья Еглина (?), принадлежавшего адмиралу Конону Никитовичу Зотову, сыну Никиты Зотова – известного «князь-папы» «всешутейнаго и всепьянейшаго собора» Петра Великого.

Исповедовались и причащались в церкви Казанския Пресвятыя Богородицы на Тосненском яму и солдаты, стоявшие на постое в слободе Тосне или в ее окрестностях.

Итак, в 1714-1715 годах для перевода на Тосненский ям с насиженных мест было снято примерно полторы тысячи человек в Казанской и Нижегородской губерниях. Сопоставление этой цифры с приведенными выше данными о наличии ямщиков на Ям-Тосне в 1720 году (61 человек, не считая младенцев) иллюстрирует трудности по освоению «новозавоеванного края». Но не только. За этими сухими данными проглядывает безмерная глубина тяжкого человеческого горя, выпавшего на долю православных ямщиков-переселенцев, как и всего русского народа. В такой драматической для людей обстановке отрыва от родных корней и потери близких, среди неимоверных трудов, бедности, душевных и физических страданий, в условиях сурового климата затеплилась церковная жизнь на Тосненской земле. Измученные многими напастями эпохи преобразований православные люди, государевы ямщики, стали первыми прихожанами храма Казанской иконы Божией Матери на Тосненском яму. И, наверное, в своей приходской церкви переселенцы не раз со слезами на глазах и в сердце молились у Распятия Христа Спасителя, проникая в великую тайну Животворящего Креста Господня.

Первая деревянная церковь в Тосне простояла несколько десятков лет. На противоположной, от сооруженной в 1717 году церкви, стороне дороги, была устроена площадь, где собирался мирской сход. На этом месте народное самоуправление решало большие и малые дела еще и в XIX столетии, начиная и завершая свои собрания молитвой в храме, а, в более позднюю эпоху, в часовне[43]. Часовня была построена, когда храм обветшал.

Тосненцы долгое время помнили это святое место селения на левом берегу реки. К часовне, устроенной перед самым мостом, приходили Крестным ходом в престольные праздники, служили здесь молебны[44]. Продолжительное время в часовне находилась местночтимая чудотворная икона Лонгина Сотника[45], утраченная после революции. Старожилы вспоминают, что часовня простояла на историческом месте до Великой Отечественной войны.


^ К ХРАМУ ИЗ КАМНЯ

Первоначально приход в слободе Тосне входил в Шлиссельбургский заказ (благочиние). Но в 1728 году по ходатайству священника Андрея Михайлова Святейший Синод повелел отделить Тосненскую церковь от «Шлютенбургского заказа» и «иметь ее в непосредственном ведении» Синодальной Канцелярии[46]. Причиной такого переподчинения стала удаленность Тосны от Шлиссельбурга, до которого священник по разным нуждам и миряне за «венечными памятями» добирались 70 верст «по дурным дорогам» через болота, в то время как до столицы было «лишь 50 верст по большой прешпективной дороге»[47].

Отец Андрей Михайлов, которому довелось послужить в тосненской церкви при четырех императорах и императрицах, умер в начале 30-х годов рассматриваемого столетия в результате ранения, полученного от разгулявшегося солдата. На священническое служение заступил в Тосне сын первого тосненского священника Леонтия Титова иерей Иаков Леонтьев[48]. Ему довелось служить в тяжелейшую для народа и Церкви эпоху императрицы Анны Иоанновны, правление которой историки описывают в самых неприглядных красках.

Из «Исповедной росписи» 1734 года мы узнаём, что иерей Иаков Леонтьев имел в указанном году 31 год от роду. Жену его, 28 лет, звали Ксенией. В это время была у батюшки Иакова и годовалая дочь Евдокия[49]. В церкви Казанской иконы Божией Матери служил дьячком брат священника Самуил Леонтьев, 21-го года от роду, а пономарил Василий Михайлов, 35-ти лет (брат покойного священника Андрея Михайлова). Просфоры пекла штатная «просфирня» Мария Федорова, 50 лет, вдова о. Андрея Михайлова. Жила она с сыновьями Иоанном и Стефаном, соответственно 12-ти и 7-ми лет[50]. Впоследствии мы встретим в списках священников тосненской церкви имя Иоанна Федорова – сына просвирницы.

В 1734 году в тосненском приходе, включая и адмиральских крепостных, насчитывалось 294 души мужского пола, 197 – женского[51]. Трудно найти объяснение этому перевесу в цифрах в сторону мужчин почти на сто человек, тем более в условиях жесточайшего режима «бироновщины», но таковы факты.

Начиная с 1715 года, продолжительное время старостой мирской общины и Казанской церкви был уже не раз упоминавшийся «первостатейный» ямщик Константин, Карпов, сын Панов[52]. При императрице Анне Иоанновне ему удалось собрать средства в количестве 311 рублей и добиться разрешения на постройку в Тосненской слободе нового, уже каменного, храма.

Ряд исследователей истории города Тосно сообщают[53], что деревянный храм сгорел в 1734 году, добавляя даже такую подробность: от удара молнии. До недавнего времени так считала и автор данной статьи, пока не обратилась к документам, соответствующим рассматриваемой эпохе. А из архивных дел следует, что церковь не сгорала. Иначе, как объяснить, что священник Иаков Леонтьев в 1742 году писал в Синод следующее: «…обретающаяся ныне там деревянная церковь во имя Казанския Пресвятыя Богородицы с приделами построена моим отцом…»[54]?

Ни в одном из документов первой половины XVIII века, связанных с хлопотами по строительству в Тосне каменного храма, которые пришлось держать в руках автору этого исследования, ни разу не встретилось упоминания о том, что церковь на Тосненском яму сгорела[55]. Приходится предположить, что была какая-то иная причина постройки нового – каменного – храма в Ям-Тосне. Но пока она не совсем ясна. Может оказаться, что причиной постройки в Тосне новой церкви был человеческий фактор. Так сложилось, что на Тосненском яму жили наследники сразу двух священников: Леонтия Титова и Андрея Михайлова. А по царскому указу первенцы священнослужителей имели одинаковое право на наследование отцовских мест…

Вот и на схеме 1756 года, копия которой ныне хранится в Тосненском историко-краеведческом музее, обозначено два храма: на берегу реки Тосны и на берегу Смоляного ручья. В правление Елизаветы Петровны в 1756 г. была составлена карта дороги, на которой придорожные населенные пункты нанесены со всеми подробностями[56]. Поручик Яков Хвостов, составлявший карту Тосненского Яма, отметил в Ям-Тосне увиденные им в реальности две церкви: одну на берегу реки Тосны, другую – у Смоляного ручья.

Если доверять справочникам XIX века, сообщающим о сгоревшей на Тосненском яму церкви в 1734 году, то схема поручика Якова Хвостова приведет современных исследователей истории города Тосно в замешательство. А если доверять архивным документам рассматриваемого времени, то оказывается, что и 1742, и в 1756 годах в Ям-Тосне было две церкви: деревянная и каменная.

Стоит внимательно вчитаться в прошение Иакова Леонтьева, написанное в 1742 году, «о снабжении той [деревянной] церкви утварью и книгами», чтобы увидеть каким непростым было положение на Тосненском яму сына первого тосненского священника[57]. Перечислив в своем прошении в Синод заслуги своего отца перед мирянами, отец Иаков сообщает, что «за скудостью… от прихожан церковного вина и на просфоры муки происходит немалая в священнослужении остановка»[58].

Отец Иаков Леонтьев просил снабдить церковь утварью и церковными книгами, «а нас нижайших богомольцев своих… ради пропитания… наградить, чтоб нам… за малоприходством к той нашей церкви людей и за скудостью их не помереть с голоду»[59].

9 июня 1742 года Синод определил «из имеющихся в духовном ведомстве конфискованных и оставшихся от духовных персон книг, святых икон» и прочих церковных вещей снабдить церковь, а причту на одежду выдать «из черных материй…из Конюшенной конторы»[60].

Но вернемся к истории постройки каменной церкви на Тосненском яму. Хлопотал о ее строительстве староста Тосненского яма Константин Панов. Ямщикам к собранной прихожанами сумме для строительства нового храма выдано было из казны 300 рублей, недостающих для строительства. И новый, теперь уже каменный, хотя и с деревянным верхом, храм поднялся в самом красивом месте поселения. Строился он и благоустраивался в 1735-1737 годах. Иногда встречается и другая дата окончания постройки кирпичной церкви в Ям-Тосне – 1742 год[61]. Выглядит она достовернее, но еще предстоит разыскать в архивах документы, полностью проясняющие точную дату завершения строительства и освящения каменной церкви Казанской иконы Божией Матери.

Священник Иоанн Сологуб писал, что каменный храм Казанской иконы Божией Матери на Тосненском яму был старейшим кирпичным зданием в Тосненском районе и являл собой «редкий образец каменного зодчества 1-й половины XVIII в.»[62]. Более того, отец Иоанн утверждает следующее: «Тосненская церковь явилась одной из первых каменных церквей в окрестностях Петербурга, в самой же столице старше ее лишь собор Петропавловской крепости да Симеоновская церковь на нынешней улице Белинского»[63].

В 1737 году Тосненскому приходу была передана деревянная церковь Святых праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы, что в Петербурге на Литейном[64]. По указанию гражданского начальства перевезли на Тосненский ям не только разобранное здание столичного храма, но также иконостас, иконы и всю утварь. Всеми работами по разбору церкви Праведных Симеона и Анны руководил священник Иаков Леонтьев. Возможно, материалы этой церкви использовались для «поновления» первой церковной постройки вЯм-Тосне.

Вновь построенная каменная церковь Казанской иконы Божией Матери была освящена как двухпрестольная. И опять второй престол устроен в честь Святителя Николая Чудотворца.

В правление императрицы Елизаветы Петровны, в начале 40-х годов XVIII столетия на Тосненском яму значились «1 поп, 1 дьячок, 1 пономарь, 86» приходских дворов[65]. Один эпизод церковной жизни слободы Тосны в годы правления дочери Петра Первого попал в газету. «Санкт-Петербургские ведомости» 24 мая 1756 года опубликовали заметку следующего содержания: «Ведомства канцелярии от строений Государственных дорог батальона состоящего при Тосне солдат Мосей Бахметев по своему желанию восприял Грекороссийскую веру, и по святом крещении наречено имя ему Ияков».

Известно, что в XVIII веке действовал петровский указ о прикреплении священников и их семей к храмам, и поэтому в Казанской церкви в XVIII-начале XIX века служили, в основном, наследники первых двух священников Леонтия Титова и Андрея Михайлова: Иаков Леонтьев, Иоанн Андреев, Иаков Иванов, Иоанн Федоров (фамилия по матери)… Но по Тосненскому храму середины-второй половины XVIII века в архивах встречаются дела и с именами священников, не связанных родством с первыми священнослужителями – это Иоанн Кулыгин и Петр Калинн.

Из неординарных событий церковной жизни XVIII столетия, помимо участия Петра Великого в Богослужении, можно назвать: перенесение мощей святого благоверного князя Александра Невского из Владимира в Петербург, состоявшееся в 1723 году (до лета 1724 года мощи находились в Шлиссельбурге); проезд в ссылку с остановкой в Тосненском дворце опального «светлейшего» князя Александра Меньшикова; пожертвование на храм императора Петра II при переезде его в Москву; провоз в 1736 году тела архиепископа Феофана Прокоповича из Петербурга в Новгород с панихидой по нему в храме на реке Тосне (иначе и быть не могло), а также ремонт церкви по специальному правительственному распоряжению к проезду Екатерины II, возвращавшейся в 1787 году из «полуденных стран». Здесь, в Тосно, в путевом дворце, императрица отобедала и отправилась в северную столицу. Посещала ли Екатерина II Казанский храм в Тосне, сведений не имеется.

Проезд через Тосненский ям императоров и императриц, членов Священного Синода, сановных лиц было, можно сказать, рядовым делом для ямской станции. Но от духовенства оно требовало особого внимания: священник (со свободным от работ народом) был обязан встречать первых лиц Империи. Большой заботой для тосненских священников в XVIII и XIX веках было предоставление жилья и питания архипастырям, ехавшим из епархий в Петербург на «свою чреду» и обратно. В путевых заметках архиереев Русской Православной Церкви порой встречаются записи об их ночлегах в Тосне, в доме священника. Так, в «Дневнике Преосвященнаго Арсения Верещагина, Архиепископа Ростовскаго и Ярославскаго. Год 1799-й» записано: «Генварь…13. По утру выехали из Чудова и меняли лошадей в деревне Померани, потом в с. Тосне. Здесь останавливались в доме священника Ивана Андреева»[66].


^ ЦЕРКОВНАЯ ЖИЗНЬ В XIX ВЕКЕ

На рубеже XVIIIXIX веков к Тосненскому приходу уже были приписаны и крестьяне деревни Ушаки Новгородской губернии. Тосненский храм был самым близким к Ушакам, поэтому, несмотря на административную принадлежность к Новгородской губернии, жители деревни по церковному ведомству относились к приходу Санкт-Петербургской епархии. Нельзя не отметить, что когда в начале XX века жители деревни Ушаки смогли выстроить свои храмы, то они освятили их по примеру Тосненской церкви в честь Казанской иконы Божией Матери и Святителя Николая Чудотворца.

Деревню Ушаки получил в награду за верную службу трону и российской науке генерал Николай Васильевич Верещагин – ученый екатерининской эпохи, первый математик России, обучавший точным наукам будущего императора Александра I. В 1797 году в чине генерал-майора Николай Васильевич оставил службу по состоянию здоровья. Последние пять лет жизни он посвятил семье, а также составлению трехтомного учебника, по которому, считается, можно заниматься и сегодня. Называется этот научный труд «Математические предложения об употреблении алгебры во всех частях прямолинейной геометрии, логарифмах, тригонометрии плоской и сферической». В.Н. Верещагин был отпет в тосненской церкви Казанской иконы Божией Матери в 1807 году[67].

Лихолетья не сохранили место его захоронения, но прах выдающегося сына России уже неотделим от Тосненской земли. Не сохранилось и захоронение действительного статского советника, преподавателя русского языка и словесности, обучавшего великих князей, Ивана Васильевича Гаврилова (1837-1890). По воспоминаниям тосненцев, собранным Тосненским историко-краеведческим музеем и краеведческим отделом Тосненской Центральной районной библиотеки, кладбище хранило на своих надгробных плитах настоящую летопись поселения, утраченную безвозвратно. Работники музея под руководством Натальи Александровны Ющенко в настоящее время «занимаются составлением списка, сбором сведений о людях»[68], отпетых в храме Казанской иконы Божией Матери и погребенных на старинном тосненском кладбище. Бывшее кладбище сейчас частично застроено высотками, а частично превращено в пустырь, лишь малая часть его, прилегающая к зданию церкви, на настоящий момент прирезана храму.

Осенью 1817 года во время большого тосненского пожара, когда выгорела большая часть ямской слободы, сгорела и каменная церковь в Тосне[69]. К счастью пожар уничтожил лишь кровлю и деревянный верх, а каменные стены сохранились. Церковные святыни тоже удалось спасти. Так как Тосненский ям принадлежал к казенному ведомству, то император Александр I проявил личную заинтересованность в скорейшем восстановлении не только ямской станции, ямщицких и церковных домов, но и храма[70]. Здесь работал известный архитектор И.Ф. Колодин, которому было поручено строительство в тосненской слободе новых ямских домов и других сооружений. В 1818 году церковь была полностью восстановлена[71]. А в 1821-м рядом со зданием храма возвели колокольню.

Церковь Казанской иконы Божией Матери на протяжении двух веков была не только главной духовной осью слободы Тосны, первым культурным центром города, но и являлась красивейшим зданием поселения и его архитектурной доминантой. Первая школа, первая больница, первая богадельня, первый детский приют и даже первая пожарная команда в Тосно – это часть истории тосненского прихода, в который на начало XIX века входили все жители поселения.

В 20-е годы XIX столетия причетником в тосненском храме служил сын дьячка из Шлиссельбургского уезда Иоанн Андреев (1793(?)-1884), в будущем архимандрит Израиль, знаменитый настоятель Коневского Рождество-Богородичного монастыря[72]. Став в 1829 году послушником Валаамского Спасо-Преображенского монастыря, через пять лет он принял постриг в Троице-Сергиевой пустыни. Уже будучи учеником святителя Игнатия Брянчанинова, отец Израиль был определен строителем Введено-Островского (ныне Оятского) монастыря. В 1859 году игумен Израиль переведен настоятелем монашеской обители на остров Коневец. При нем были возведены многочисленные постройки, как в самом монастыре, так и на монастырском подворье в Петербурге[73]. На Коневце в 1864 году бывший тосненский псаломщик удостоен сана архимандрита – единственного до о. Израиля в истории монастыря. Современники говорили об отце Израиле: «По доброте агнцу подобен». Ценное свидетельство об известном церковном деятеле оставил писатель Н.С. Лесков, отметивший прекрасные душевные качества настоятеля. «В его ласковых, веселых глазах, – пишет Лесков об о. Израиле, – светится лик особенной… доброты, которую очень немногие умеют сберегать до старости, лишь люди добрые и чистые сердцем»[74].

Век девятнадцатый внес серьезные изменения в быт тосненских прихожан. В первой трети XIX столетия была благоустроена дорога Петербург-Москва, превратившись в шоссе. Среди жителей слободы появились люди мастеровые и зажиточные, кое-кто выбился в купцы, что сразу стало сказываться на церковном благолепии. Сохранившаяся опись убранства церкви 1868 года хранит не только сведения о дорогих пожертвованиях, но и имена жертвователей, предков которых можно найти еще в первых списках тосненских первопоселенцев и в современном списке тосненских старожилов. Согласно описи, в середине XIX века церковь имела четырехъярусный иконостас, включавший более 20 икон, а всего в храме насчитывалось более восьмидесяти иконных изображений, в том числе и древнего письма[75]. Внешние стены церкви имели белый цвет, внутренние – голубой, кровля – зеленый.

В середине XIX века через Тосну прошла железная дорога. Была выстроена и железнодорожная станция. Ямщицкий промысел стал затухать. Наступил для прихожан трудный период, когда приходилось работу искать на стороне, осваивать новое железнодорожное дело, перебиваться случайными заработками. Многие стали бедствовать. В этих условиях при Казанской церкви слободы Тосны в 1869 году было создано приходское попечительство – первая благотворительная организация города, история которой насчитывает несколько десятков лет[76]. Почетными членами попечительства стали: выдающийся экономический деятель России Василий Александрович Кокорев, имевший землю и ферму на станции Ушаки; ученый-филолог, впоследствии профессор греческой филологии Киевского императорского университета, сын тосненского священника, Павел Иванович Аландский; директор Лисинского учебного лесничества П.Е. Петров, петербургские купцы, состоятельные тосненцы… Попечители взяли на свои плечи заботы о больных, бездомных, одиноких и малоимущих прихожанах[77].

Но главные средства по уставу Попечительства использовались на украшение храма. В эти годы в церкви было художественно устроено место для чудотворной иконы Лонгина Сотника, а сам образ с великим торжеством тосненцы перенесли Крестным ходом из упоминавшейся часовни в Казанский храм.

Благодаря церковной жизни, в Тосне любовь к Богу и ближнему облекалась в конкретные дела. Здесь учились приходить на помощь друг другу в трудные годины. Здесь в школах, которым церковь оказывала поддержку, дети осваивали грамотность; под влиянием церковного искусства развивался музыкальный и художественный вкус тосненских поселян. Здесь, при Церкви Христовой, на древних традициях сострадания и милосердия воспитывались наши высоконравственные соотечественники, которые были способны жертвовать своим имуществом и жизнью ради интересов Родины.

Нельзя не отметить, что слобода Тосна во второй половине XIX века стала развиваться и как дачный район. В эти годы в здании железнодорожного вокзала была установлена икона, перед которой по субботам совершались Всенощные бдения, собиравшие большое число молящихся[78].

«На 1885 год, – пишет тосненский краевед Раиса Васильевна Тихомирова, – причт церкви состоял из священника, дьякона, псаломщика и просвирни. При церкви имелась земля (около 60 десятин), два дома для причта. В церковном приходе числилось три часовни, два училища, 314 домов слободы Тосно, прихожан 1277 мужчин и 1448 женщин, в том числе 86 раскольников»[79].

Между станциями Тосна и Валдай в 90-х годах XIX столетия начал курсировать миссионерский поезд. На станцию Тосна прибывала из Иверского монастыря с острова Валдайского озера чудотворная Иверская икона Божией Матери, писанная по заказу Патриарха Никона на Афоне. Встреча великой святыни превращалась для тосненцев в настоящее духовное событие. Вот как описывает встречу святыни в Тосно А. Галкин: «Осенью, чаще всего в конце октября – начале ноября, ее везли от Малой Вишеры до границы Новгородской и Петербургской губерний. На новгородской стороне границы стояла деревня Ушаки…

Икона помещалась в украшенном зеленью открытом вагоне. На станции Тосно святыне устраивали торжественную встречу. От вокзала до каменной церкви, стоявшей в центре села, чтимую икону несли на руках в сопровождении многолюдного крестного хода. В тосненской Казанской церкви она оставалась на 5-6 дней, и в этот период утренние и вечерние богослужения в храме совершались ежедневно. Каждый год о прибытии чудотворной иконы из Иверского монастыря в Тосно сообщали петербургские газеты. Таким образом, и столичные богомольцы могли участвовать в ее встрече и проводах или просто поклониться ей, совершив совсем недалекое путешествие»[80].


^ ОБОЖЖЕННЫЕ ВРЕМЕНЕМ

В середине и второй половине XIX столетия в Казанской церкви в Тосно служили священники Иоанн Аландский, Иоанн Поспелов, Петр Студийский, Иоанн Камнев, Павел Знаменский…[81] В эти годы в семьях тосненских священников и диаконов родились и были крещены в храме Казанской иконы Божией Матери дети, которые в свое время стали священниками: Сергей и Михаил Поспеловы, Александр Виноградов… На их долю выпали революция, гражданская война, время репрессий. Отец Сергей Поспелов служил в храме Климента Римского в Старой Ладоге, в период гонений на Православную Церковь был осужден и отправлен в лагерь на Сахалин, откуда не вернулся. Протоиерей Михаил Поспелов служил в храмах Санкт-Петербурга, с 1915 года он – настоятель Благовещенской церкви. В 1933 году отец Михаил вместе с семьей сослан в Галич. Скончался в ссылке в 1943 году. Священник Александр Виноградов служил в Николо-Богоявленском соборе в Ленинграде. В 1937 г. он был расстрелян[82].

В 1894-1900 годах вторым священником в тосненском храме служил молодой иерей (впоследствии протоиерей, настоятель дворцовой церкви Целителя Пантелеимона в Ораниенбауме) Василий Сыренский. Он был женат на Елизавете Дмитриевне Быстровой – родной сестре святителя Феофана Полтавского, духовника Царской семьи. Здесь, в Тосно, у отца Василия и матушки Елизаветы родился единственный сын Иоанн. После Ораниенбаума, с 1921 по 1935 год, отец Василий служил в храме Рождества Иоанна Предтечи в Ленинграде. В марте 1935 года был арестован и сослан с женой в Оренбург. В 1937 году отец Василий был расстрелян[83]. (фото 34)

На место о. Василия после его перевода из Тосны в 1900 году был рукоположен к церкви Казанской иконы Божией Матери иерей Алексей Западалов. Отслужив в Тосне четыре года, отец Алексей был переведен в Гатчину, в Павловский собор. Несколько лет он являлся наблюдателем церковно-приходских школ Санкт-Петербургской епархии, бывал в Тосненской слободе. В 1917-1925 годах отец Алексей служил в Смоленской кладбищенской церкви в Петрограде. Он отпевал выдающегося русского поэта Александра Блока и сказал на его погребении яркую проповедь. С 1929 по 1932 год отец Алексей был священником нижней церкви Михаила Архангела (Малоколоменской). Он подвергался арестам в 1924 и 1932 годах. Приговорен к заключению в лагерь в 1932 году сроком на 10 лет. В 1938 году был расстрелян в Свирьлаге[84].

В конце XIX-начале XX века прихожанками церкви Казанской иконы Божией Матери были кормилицы детей императора Александра III. Варвара Терентьевна Кондакова-Замятина кормила дочь царя Александра III и императрицы Марии Феодоровны Ксению[85], а Мария Смолина (в девичестве Казакина, по другим источникам Корчагина) кормила цесаревича Николая Александровича – будущего императора Николая II. Дом, в котором жила семья Смолиных, в Тосно сохранился: в нем размещается теперь Тосненский историко-краеведческий музей. А вот судьба членов семьи кормилицы последнего русского императора, Царя-Страстотерпца Николая Александровича, сложилась трагично. В октябре 1918 года сама кормилица Мария Александровна, ее муж Григорий и дочь Мария были замучены в большевистских застенках, о чем есть достоверные свидетельства[86].

В тосненском приходе во второй половине XIX века постигали первые азы церковной жизни и уроженки слободы Тосны, которые впоследствии стали монахинями. Дочь извозопромышленника Ольга Васильевна Закамская, 1866 года рождения, в постриге монахиня Августина, была насельницей Новодевичьего монастыря в Петербурге[87]. В 1931 году была арестована. О монахине Августине известно, что в 1932 году она была отправлена в Арзамас.

В Тосне в 1873 году родилась и Мария Гавриловна Смолина. Шестнадцатилетней она ушла в Новодевичий монастырь Санкт-Петербурга, долго была послушницей: выпекала монастырский хлеб. Постриг приняла в 1917 году с именем Раиса. Ее постригал архимандрит Александро-Невской лавры Макарий. Монахиня Раиса была сослана в 1932 году в Кировский край.

Лишь на год старше матушки Раисы была уроженка Тосны Александра Дмитриевна Шитова, в постриге монахиня Аркадия. Она тоже жила в Новодевичьем монастыре, несла разные послушания. Ее постриг совершил архимандрит Геннадий (Никифоров) в 1925 году. Монахиня Аркадия была лишена права проживания в ряде городов, а также в Уральской области на три года. Автор книги «Никто молитвы не отнимет» Л.И. Соколова сообщает, что матушка Аркадия монашествовала сорок лет.

В «Книге памяти жертв политических репрессий Новгородской области» (т. 10) имеются сведения о монахине родом из Тосны, родившейся в 1875 году в семье мещан. Ее мирское имя Мария Михайловна Глебова. Была ли Мария насельницей одного из новгородских монастырей, или приехала в Новгород уже после разорения ее родной обители, неизвестно. Как монахиня, она была лишена избирательных прав Новгорсоветом 30.10.1931 г.


^ ПЕРЕД ЛИХОЛЕТЬЕМ

Но вернемся к началу XX века, когда церковная жизнь в Тосно еще текла по своему привычному руслу. В 1902-1905 годах церковь Казанской иконы Божией Матери была перестроена по проекту епархиального архитектора Н.Н. Никонова[88]. К основному приделу был пристроен со стороны реки Никольский придел, а отдельно стоявшая колокольня была соединена с храмом обширным притвором. Проект интерьера церкви «в стиле русское барроко» осуществил молодой архитектор Александр Успенский, сын известного писателя Г.И. Успенского[89].

В это время в слободе Тосна был создан детский приют «Ведомства Императрицы Марии»[90], а при нем в 1908 году устроен храм Преображения Господня. Чин освящения храма совершил викарный епископ Гдовский Кирилл[91]. Автором проекта Преображенской домовой церкви стал архитектор В.В. Шауб[92]. После революции в этой церкви, закрытой в 1918 году, большевики устроили кинотеатр им. К. Маркса. Продолжительное время здание бывшего приюта, расположенное по адресу ул. Октябрьская, 20, использовалось под жилье, а в настоящее время планируется под снос (но православная общественность города в лице директора Тосненского историко-краеведческого музея Н.А. Ющенко и автора данной статьи обратилась с письмом в администрацию города с просьбой рассмотреть вопрос о возвращении полуразрушенного здания приюта с церковью верующим, приложив к письму историческую справку).

В последнее десятилетие перед революцией в Тосне существовало местное церковно-приходское общество трезвости во имя Преподобного Антония Печерского и Святой Благоверной Великой княгини Ольги. Его возглавил и окормлял священник Алексей Перов. В 1909 году тосненские трезвенники вместе с Преосвященным Никандром, епископом Нарвским, побывали на Валааме и Коневце. Кроме паломничеств, трезвенники проводили время в чайной, жертвовали на святые иконы, перед которыми совершались молебны, собрали библиотечку по теме трезвого образа жизни[93].

Начало XX века можно назвать временем расцвета приходской жизни в Тосне. «В тосненском приходе случались незабываемые события, – пишет Р.В. Тихомирова. – 11 июня 1910 года в Казанскую церковь была доставлена икона Серафима Саровского, написанная в Дивеевском монастыре и освященная на святых мощах угодника. Ее приобрели на свои пожертвования саблинские прихожане, и 12 июня она в сопровождении крестного хода и певчих была перенесена из тосненского храма на железнодорожную станцию и доставлена в Саблино»[94].

Незадолго до революции не раз бывал в Тосне с инспекционными поездками и служил в каменном Казанском храме священномученик Вениамин Петроградский. А. Галкин в статье «По следам Святителя Вениамина», опубликованной в «Тосненском вестнике» сообщает, что «в 1910-1917 годах епископ Вениамин состоял председателем Епархиального училищного совета, руководя всеми церковно-приходскими школами епархии». В 1913 году он присутствовал на выпускных экзаменах во второклассной школе, переведенной в Тосно из села Вороново Шлиссельбургского уезда годом раньше. В 1914 году, 4 ноября, владыка Гдовский Вениамин, посетивший Тосно, встречал здесь Иверскую икону Божией Матери. «Вечером епископ Вениамин, – сообщает А. Галкин, – совершил в тосненском храме торжественное Всенощное бдение. Старинная церковь была переполнена молящимися.»[95].

В 1915 году скромно (в связи с военным временем) был отмечен 200-летний юбилей основания церкви на Тосненском яму. После Божественной Литургии Крестным ходом молящиеся направились из каменного храма к часовне, установленной на месте первой тосненской церкви, где был отслужен торжественный молебен с прошением о даровании победы православному воинству.


^ ЦЕРКОВЬ НА ПЕРЕЛОМЕ

В 1907-1932 годах настоятелем тосненской церкви Казанской иконы Божией Матери был протоиерей Петр Щеглов. Он пользовался в слободе Тосне огромным и заслуженным авторитетом. Отец Петр был не только опытным священником, прекрасным проповедником, но и маститым протоиереем, имевшим церковные и правительственные награды. Батюшка Петр много работал и как законоучитель: в приходе на рубеже эпох имелось 4 одноклассные школы, 2 высшеначальные и 1 гимназия[96].

В 1919 году Тосненской церкви Казанской иконы Божией Матери были положены по штату два священника и два псаломщика (оба в сане диакона). К 1917 году в Тосно имелась церковно-приходская школа, действовала при приходском попечительстве богадельня. Приходу принадлежали и два церковных дома: один построен в 1906 году (на 4 квартиры), в другом, выстроенном в 1911 году, жил настоятель храма[97].

Революционные события резко изменили жизнь прихода. Начались аресты мирян, что подтверждается документами. Но церковная жизнь в Тосно не прекратилась.

В 1918 году во время проезда из Москвы в Петербург останавливался на железнодорожной станции Тосно вновь избранный Патриарх Русской Православной Церкви святитель Тихон. Получить его благословение пришли на вокзал многие православные жители поселка и окрестных деревень. «Из храма вышел грандиозный Крестный ход во главе с благочинным, Царскосельским протоиереем Николаем Смирновым и местным настоятелем протоиереем Петром Щегловым»[98], – сообщает А. Галкин. Встречу народа со своим Патриархом очевидец назвал трогательной, подметив «просветленность и радость на лицах»[99].

Многие современные авторы сообщают, что в 20-х годах в храме Казанской иконы Божией Матери служил псаломщиком, впоследствии прославленный Богом, духоносный старец Русской земли Николай Гурьянов. Надо отметить, что Гурьяновы – коренная тосненская фамилия. И в эти сложные годы далеко за пределами слободы славился церковный хор, в который были собраны певчие с прекрасными голосами. Много лет хором руководил диакон Димитрий Власов, служивший в Тосненском храме с 1910 года более двадцати лет. Но создан был хор еще в 1908 году настоятелем Казанской церкви Петром Щегловым[100]. В военное лихолетье, в 1943 году хор отметил свое 35-летие. Благозвучным пением тосненского хора были не раз украшены службы не только в Казанской церкви, но и в окрестных храмах Ушаков, Поповки, Саблино[101].

Диакон Димитрий Власов 10 июля 1933 года был перемещен на должность штатного диакона Иовлевской городской кладбищенской церкви г. Тихвина[102]. Там был арестован и приговорен к трем годам ссылки. После возвращения из ссылки и окончания Великой Отечественной войны он рукоположен во иерея 4 мая 1947 г.[103] Единственное известное назначение отца Димитрия Власова – Петропавловская церковь села Сомино Ефимовского района Ленинградской области[104].

После 1923 года в тосненской церкви совершал разовые богослужения архимандрит Феодосий (Алмазов), приезжавший сюда из Петрограда. Согласно послужному списку, «Константин Захарьевич Алмазов родился 21 мая 1870 г. в семье священника Смоленской епархии. Образование получил в Смоленской духовной семинарии (1891 г.) и Московской духовной академии, которую окончил в 1896 г. со степенью кандидата богословия. Тогда же он был пострижен в монашество под именем Феодосия. В последующие два десятилетия архимандрит Феодосий (1903 г.) находился на преподавательской работе в различных должностях от преподавателя до ректора в Каргопольском и Иркутском духовных училищах; в Архангельской, Владимирской, Волынской, Новгородской, Курской, Астраханской, Минской семинариях. Занимал он и священнические места: служил в Донском монастыре, был настоятелем Собора двенадцати апостолов в Московском Кремле и Старорусского монастыря в Новгородской епархии, синодальным ризничим и священником в действующей армии. События личной жизни с 1917 по 1930 гг. изложены архим. Феодосием в своих воспоминаниях»[105]. Отец Феодосий несколько раз подвергался арестам: в 1918, 1924 и 1927 годах. Последний раз был приговорен к трем годам лагерей. Отбывал срок на Соловках, после лагеря сослан. В 1930 году бежал из ссылки за границу. Жил сначала в Румынии, затем в Болгарии.

В 20-е годы подолгу жил в Тосне у своих духовных чад блаженный инок Владимир (Алексеев) – известный подвижник веры и благочестия, насельник Важеозерской Никифоро-Геннадьевой пустыни. Сохранились свидетельства помощи тосненским жителям по его молитвам.

В 1932 году местная власть приняла решение о закрытии в Тосно старинного храма, в который тосненцы вложили столько своей любви, столько духовных трудов и физических сил. Не избежал приход и изъятия церковных ценностей. Отец Петр Щеглов близко к сердцу принимал гонения на Церковь. Он скончался на 66-м году жизни 20 июля 1932 года в канун праздника Казанской иконы Божией Матери – престольного в Тосно. Верой и правдой в течение двадцати пяти лет протоиерей Петр служил Богу и Пресвятой Богородице в тосненском храме Казанской иконы Божией Матери. Не потому ли и призван он в селения праведные именно в день торжества Заступницы Усердной?

После кончины священника Петра Щеглова власти не трогали православный храм в течение еще четырех лет. Настоятелем церкви в это время был священник Александр Степанов. В послевоенные годы он возглавлял собор священников Троицкого собора Псковского Кремля. А тогда, весной 1936 года, в рабочем поселке Тосно верующие люди в последний раз отпраздновали Пасху в родном храме. Дом Божий в течение двухсот лет сопровождавший жизнь тосненцев от рождения и до кончины, разделил участь тысяч разоренных храмов России. Отцу Александру было предписано переселиться за 101 километр, а с храма полетели колокола, началось его расхищение. В эти тяжелые для церковной общины годы была утрачена чудотворная Казанская икона Пресвятой Богородицы, снимок которой чудом сохранился. Средний храм церкви был превращен в аэроклуб, алтарь – в библиотеку.

Спустя семьдесят лет после такого поругания Казанской церкви Божией Матери, осмысливая несправедливость безбожной власти по отношении к Вере отцов, почетный гражданин Тосненского района, заведующая сектором краеведения Тосненской районной библиотеки, Раиса Васильевна Тихомирова пишет: «…храм для тосненцев является исторической святыней, там – память поколений, там преклоняли главу и Петр I, и Гавриил Державин, и, надо думать, Александр Пушкин, и Михаил Глинка, и Петр Чайковский, и многие великие люди, проезжавшие по тракту Москва-Петербург»[106].

Хотя безбожная власть отобрала у верующих здание храма, духовная жизнь в Тосно продолжалась. Православные приютились на загородном кладбище. Здесь находилась маленькая часовенка. Но и эта церквушка через год была закрыта. Однако и после этого верующие продолжали собираться по домам, вместе молились, приглашали священников, которые в частных домах и квартирах совершали Богослужения на антиминсе[107]. Церковь Божия в Тосно жила и без храмовых стен, подтверждая тем самым пословицу, что она не из бревен, а из ребер. Для многих тосненцев наступило время открытого исповедничества, стояния за святую Православную Веру.


^ СКВОЗЬ ВОЙНУ

В годы Великой Отечественной войны и оккупации в кладбищенской церкви начались службы. Старожилы вспоминают, как они, будучи детьми, добирались до церкви обходным путем, так как немцы пропускали по короткой дороге лишь в том случае, если ребенок соглашался пройти по ней с фашистским флажком[108]. В 1942-1943 годах в Тосне служил иеромонах Афиноген (Агапов), впоследствии архимандрит, духовник Псково-Печерского монастыря, в схиме Агапит[109]. В тосненском храме-часовне Казанской иконы Божией Матери он организовал ремонтно-восстановительные работы, а в поселке широ­кую церковную благотворительность. Время было тяжкое, и верующие люди старались поддержать жителей в оккупированном поселке, как могли. Отца Афиногена вместе со всеми тосненцами незадолго до освобождения поселка фашисты выселили в Прибалтику.

А каменное церковное здание на берегу Тосны оккупанты заняли под офицерский госпиталь. Умерших хоронили рядом с храмом. Воинские захоронения немцев были извлечены из тосненской земли лишь летом 2008 года и теперь перезахоронены на немецком кладбище в Сологубовке.

После Великой Отечественной войны верующие жители Тосно, вернувшиеся в родное гнездо, сразу стали восстанавливать церковную общину и хлопотать об открытии церкви. Они дошли до Москвы, и в 1947 году Богослужения в поселке возобновились, но лишь в кладбищенском храме. Среди приходских бумаг Тосненского храма Казанской иконы Божией Матери хранится судьбоносный для тосненского прихода документ. Это «Справка о регистрации приходской общины Православной церкви», в которой содержатся следующие сведения: «Настоящим удостоверяется, что на основании решения Совета по делам русской православной церкви при Совете Министров СССР от «17» марта 1947 года Уполномоченный Совета по делам русской православной церкви при Совете Министров СССР по городу Ленинграду и Ленинградской области зарегистрирована под № 17 приходская община Казанская церковь, имеющая пребывание в раб. пос. Тосно, Тосненского района, Ленинградской обл. с представлением этой общине в пользование церковного здания…» (сохранена орфография документа).

За приведенными сухими формулировками официальной бумаги проступает напряженность отношений Церкви Христовой и атеистической власти, чувствующей свою силу. Вчитываясь в скупые строки, начинаешь понимать, в какое благодатное для Церкви время мы живем, несмотря на происходящее вокруг. Для рядового члена Церкви (о священстве и священноначалии судить не берусь) сейчас действительное время свободы во Христе.

Сохранились сведения о первом венчании в Казанской церкви в Тосно в 1947 году: недавно в Тосно отпраздновали 60-летие супружеской жизни коренные тосненцы Леонид Николаевич и Надежда Николаевна Кондаковы. В трудные послевоенные годы они не побоялись испросить благословение Божие на свой брак. В то время для многих людей в поселке Тосно венчание было уже настоящим дивом. «Посмотреть на жениха и невесту сбежалось все Тосно: ребятишки забирались на ограду, чтобы увидеть молодых в церковное окошко», – вспоминали «бриллиантовые» молодожены в 60-ю годовщину своей свадьбы[110].

В первые годы после открытия кладбищенского храма здесь служили священники Николай Петров, Гавриил Веселовский, Иоанн Андреев…


^ Казанский храм на загородном кладбище

Многим верующим, любящим паломничать по святым местам, известна небольшая уютная церковь на загородном кладбище города Тосно. Привлекает внимание паломников не только голубой – небесный – цвет ее стен, но и необычная архитектура здания: редкой формы купол, напоминающий пирамиду со срезанными углами (шатер), установлен на восьмиугольнике несущих стен.

Главной святыней этого храма является Казанская икона Божией Матери, пришедшая в Тосно из Любани вскоре после войны. Происхождение образа связывают с Макарьевской пустынью, с которой и сегодня у тосненских прихожан крепкие духовные связи[111]. Наблюдательный паломник, многократно побывавший в тосненской церкви, о Божией Матери в Казанском образе Тосненском пишет: «Она каждый раз по-разному смотрит на тебя. То весело, то грустно…».

Но не только к чудотворной Казанской иконе притекают люди в этот храм. Обращает на себя внимание и редкого извода образ Пресвятой Богородицы «Взыскание погибших» в церковном иконостасе: на тосненской иконе Матерь Божия изображена в полный рост в отличие от общепринятого поясного написания образа «Взыскание погибших»[112]. Имеются в церкви и другие почитаемые святыни[113].

Казанской церкви в Тосно посвящено и немало стихотворных строк. Приведем одно из наиболее полюбившихся тосненцам стихотворений:

Березы в инее. Снега.

И голубая, золотая

Церквушка, Русь оберегая,

Стоит радушна и строга.

Не в радостный, так

в скорбный час

Спешит сюда народ из Тосно.

О, сколько здесь прошений слезных,

Молений тайных принял Спас!

Куда еще идти, когда

Душа взыскует утешенья?

Восходят к небу песнопенья,

А, значит, стерпится беда.

И Богородицы покой

Теплом старинным сердце

тронет,

Лишь подойдешь к Ее иконе

И лик увидишь неземной.

О, сколько милости святой

Таится в нем и силы нежной!..

И встреча здесь с самим собой,

Как вздох последний,

Неизбежна[114].

Новый кладбищенский храм, именно тот, который посещают теперь паломники, был выстроен при настоятеле Владимире Демичеве в 1951-1952 годах по проекту епархиального архитектора В.П. Засорина[115]. Отец Владимир Демичев, как рассказывают прихожане, стал священником по обету, данному в годы Великой Отечественной войны во время опасной для жизни ситуации. После освящения церкви в Тосно отец Владимир служил в разных храмах епархии, но последним местом его служения снова оказалась тосненская церковь Казанской иконы Божией Матери, выстроенная батюшкой в пору его молодости. Возле этой церкви отца Владимира и похоронили в 1979 году. Отделочные работы и оформление интерьера храма пришлись на время настоятельства Евгения Бобовского. Он попал в Тосно прямо из Красноярского края после одиннадцати лет «лагерей, ссылок и высылок», как сам отец Евгений писал в своих послужных документах. Там, в городе Енисейске, где о. Евгений отбывал ссылку, во время войны батюшка восстановил Успенскую церковь Пресвятой Богородицы, о чем и теперь часто вспоминают благодарные прихожане-сибиряки. Священник Евгений в Тосно жил в приходском доме рядом с храмом. Здесь прошла его, исполненная многих настоятельских забот, жизнь, полностью отданная богу и людям. Отец Евгений Бобовский скончался в 1972 году и также похоронен рядом с деревянной церковью[116].

В 50-90-е годы прошлого века в тосненском храме Казанской иконы Божией Матери служили ныне покойные священники Петр Павлов, Григорий Лысенко[117], Александр Мощанский (сын причисленного к лику святых священномученика Владимира Мощанского), Пантелеимон Воскобойников, Петр Гаврилюк…[118]

Среди ныне здравствующих священников, жизнь которых была связана с тосненской кладбищенской церковью надо назвать протоиереев Иоанна Миронова, Геннадия Феоктистова (теперь известный священник в Самаре), Сергея Зорина, Сергея Ульзутуева, Александра Пашкова, Николая Голубева…

Нельзя не упомянуть и о том, что в 60-70-х годах в Казанском храме служили протодиакон Николай Одар-Боярский (похоронен на Шуваловском кладбище в Санкт-Петербурге) и протодиакон Григорий Абрамов (похоронен в Тосно).


^ «И ПРИХОДИТ НА ПАМЯТЬ УДИВИТЕЛЬНОЕ…»

Среди тех, кто строил деревянный кладбищенский храм, трудился над его благолепием, посвящал ему почти все свободное время, было немало прихожан, о которых следует написать отдельные статьи. Здесь же надо отметить семью Бакулиных: рабу Божию Варвару и ее дочерей Марию, Анну, Нину[119]. На сегодняшний день лишь Нина Иларионовна Бакулина осталась среди нас, но вклад всей семьи в тосненскую церковную жизнь, начиная с предвоенных лет, переоценить невозможно. Если православная церковь не была закрыта в Тосно в период хрущевских гонений, то хранил ее Господь ради таких, преданных Ему, людей, какими были и остаются в нашей памяти сестры во Христе Бакулины. И в ходе Богослужений, и в хозяйственной жизни эта семья, наряду с другими прихожанами, была надежной опорой настоятелей, всех священно- и церковнослужителей тосненского храма.

Казанский кладбищенский храм в Тосно был расписан в начале 90-х годов уже прошлого века тосненскими художниками Николаем Крюковских и Андреем Боровским[120], ныне покойными. Николай Крюковских являлся создателем и руководителем творческого объединения «Русь», которое в конце 80-х-начале 90-х годов собрало художников с живой любовью к Отечеству вокруг идеи духовного возрождения народа.

А судьба каменного храма складывалась так. После войны в нем разместился дом культуры и музыкальная школа. Верующие смогли отделить от стены мозаику с изображением апостола Матфея на внешней стене храма со стороны дороги и перенести в деревянную церковь, где она хранится и теперь. Говорят, что где-то еще спрятана мозаика с изображением Николая Чудотворца, Божией Матери Казанской и малые колокола. А большой колокол был сброшен с колокольни на следующий день после убийства Кирова специально приехавшими в Тосно уполномоченными. Колокол, весивший по воспоминаниям старожилов 206 пудов, разбился на куски, отданные впоследствии в переплавку на Ижорский завод[121].

Постепенно храмовое здание утратило колокольню, верхние ярусы которой население растаскивало на кирпичи. А в начале 60-х годов храм был перестроен до неузнаваемости под районный дом культуры.

Тогда же иссяк святой источник, истекавший неподалеку от церкви и на каждое Крещение собиравший к себе сотни людей за святой водой. Вот как описывает это городское несчастье известный поэт России Николай Рачков, проживающий в Тосно уже много лет: «И приходит на память удивительное. Под берегом Смолина ручья, рядом с церковью, находился чистейший родник, который в народе назывался Святым, из которого брали воду и зимой, и летом в течение веков. Как только прекратилась служба в храме – ушла вода из родника. И кольца бетонные ставили, и чистили родник – ничего не помогло»[122].


^ ГОРЯЧИЙ СЕРДЦЕМ…

В начале 90-х годов был назначен настоятелем тосненской церкви священник Иоанн Сологуб, о котором можно сказать, что он был человеком с горячим, неравнодушным сердцем. Он и стал первым хлопотать о возвращении каменного храма верующим. И это в те годы, когда многим еще казалось, что светская и духовная жизнь в Тосно больше никогда не пересекутся. Отец Иоанн приложил огромные усилия, чтобы появилось на свет решение вышестоящей власти о возвращении исторического здания церкви верующим после завершения строительства нового дворца культуры[123]. Шесть лет служил в церкви Казанской иконы Божией Матери протоиерей Иоанн, принимая церковные нужды близко к сердцу. Он скончался в 1996 году, не дожив до своего шестидесятилетия, и тоже похоронен рядом с храмом[124]. Но, несмотря на преждевременную кончину, батюшка Иоанн успел зажечь сердца многих верующих тосненцев желанием возвращения поруганного храма Святой Церкви. В течение многих лет люди молились, собирали подписи, наносили визиты градоначальствующим… Власти, в свою очередь, строили здание нового дворца культуры, чтобы было куда перевести коллективы из старого здания ДК в случае его передачи верующим.

При отце Иоанне в газете «Тосненский вестник» стали появляться статьи настоятеля, разъяснявшие тосненцам азы Православия. Со временем в газете стали регулярно публиковаться и статьи краеведов о страницах истории тосненской церкви и ее святынях. Постепенно основы церковных понятий стали проникать в сознание местных жителей. В настоящее время статьи о православных праздниках, святынях, событиях из жизни прихода, обращения настоятеля к тосненцам по разным поводам церковной жизни стали на страницах местной прессы обычным явлением.

При настоятеле Сергее Зорине по предложению Галины Николаевны Бузо, в то время начальника отдела по делам несовершеннолетних, была создана в Тосно школа духовного возрождения, первоначально разместившаяся в стенах лицея № 3[125]. Сейчас Г.Н. Бузо сама ведет Воскресную школу для детей при храме Казанской иконы Божией Матери.

Нельзя не сказать и о том, что время от времени в Тосно обретаются святыни, которые либо приносятся в церковь для соборного пользования, либо остаются в семьях прихожан[126]. Порой такие события воспринимаются как зримые свидетельства духовного возрождения Тосненского края.


^ БОЛЬШИЕ ПЕРЕМЕНЫ

Церковная и светская власти района и города сделали необходимые шаги навстречу друг другу в связи с подготовкой празднования 2000-летия Рождества Христова. К этой дате в Тосненском историко-краеведческом музее открылась выставка, посвященная истории Православия в Тосно. Подобная выставка была подготовлена музеем и к 290-летию церкви Казанской иконы Божией Матери, отмечавшемуся в 2005 году. А в 2009 году краеведческий музей пригласил жителей и гостей города на богатую содержанием выставку «Святыни Тосненского района». На ее открытии присутствовали уже в полном составе главы районной и городской администрации, священнослужители многих храмов, расположенных в Тосненском районе, почетные гости, краеведы[127].

Результатом разнопланового сближения прихода с администрацией района и города стало выделение верующим в 2003 году помещения для Воскресной школы в историческом здании храма. Правда, на правах аренды. Люди собирались в классе два раза в неделю, один из дней посвящая чтению акафистов с прошением о возвращении родных стен церковному приходу.

С назначением в 2005 году в тосненский храм настоятелем священника Михаила Бреславского оживилась не только соборная молитвенная жизнь прихожан, но и вышло на новый уровень плодотворное практическое взаимодействие православного прихода и светских структур на поприще культурной и общественной жизни города и района. Приходской центр стал организовывать различные мероприятия на светских площадках[128] совместно со светской стороной, что создало прекрасную основу, как для миссионерской работы, так и для решения, со временем, главной проблемы – возвращения здания старинной церкви верующим.

Среди заметных событий в культурной жизни города последних лет необходимо отметить следующие: совместные празднования Рождества Христова и Светлого Христова Воскресения, проводимых в музее, активное участие в празднованиях Дня славянской письменности и культуры, которые организовывает региональное общество «Славяне», панихиды и вечера по случаю памятных дат выдающихся деятелей России и многое другое.

Начиная с 2006 года, решением Приходского Совета в праздники Казанской иконы Божией Матери 4 ноября и 21 июля стали совершаться в Тосно Крестные ходы. В течение четырех лет Крестный ход после Литургии шествовал от кладбищенской церкви до исторического здания храма, в котором всё еще продолжал свою работу районный дом культуры[129]. Обойдя Крестным ходом старинное здание церкви и совершив литию на заброшенном кладбище, примыкающем к нему, верующие расходились по домам с глубокой надеждой на то, что рано или поздно историческая справедливость восторжествует и Божий храм снова огласится церковным пением.

Приход по благословению настоятеля предпринимал новые и новые действия, чтобы приблизить время передачи храма. В 2008 году Приходским центром совместно с Авторской художественной школой г. Тосно (руководитель Е.О. Козина) был разработан международный проект «Храм возвращается в город», а в 2009 году совместно с Комитетом образования Тосненского района и Тосненским историко-краеведческим музеем подготовлен проект «Сердце города – Божий храм». Эти проекты победили в конкурсе «Православная инициатива» Благотворительного фонда преподобного Серафима Саровского. Полученные целевые средства были истрачены на разноплановую работу с детьми: проведен ряд творческих конкурсов, организованы паломнические поездки, издана книга стихотворений для детей православной тематики «Райская птица» с иллюстрациями детей… В рамках международного проекта тосненский приход принимал в гости юных художников и семью священника из Крыма. Работа над проектами активно освящалась в средствах массовой информации[130].

В ходе осуществления проекта «Храм возвращается в город» был решен вопрос о возобновлении Богослужений в старинном здании храма. 22 марта 2008 года в день 40 Севастийских мучеников через 72 года после закрытия церкви под сводами поруганного храма вознеслась молитва[131]. Богослужения совершались в Никольском приделе по предварительно согласованному с администрацией РДК графику.

Усилия священников и прихожан позволили отметить престольные праздники 4 ноября 2008 и 2009 годов в родных стенах уже совместно со светской стороной,[132] хотя еще без участия официальных лиц. Эти праздники стали приуготовительными к большому празднованию 295-летия основания Тосненской церковной общины, о чем еще будет сказано.

Таковы общие контуры деятельности Тосненского прихода, благодаря которой вопрос о передаче верующим старинного здания церкви наконец-то был решен. Пятнадцать лет молитвенных трудов прихожан не прошли даром.

Торжественная передача храма совершилась 26 сентября 2009 года[133]. На акте передачи здания церкви верующим присутствовали спикер Законодательного собрания Ленинградской области И.Ф. Хабаров[134], представитель Санкт-Петербургской епархии игумен Мстислав (Дячина), Глава Тосненского района С.В. Баранов, Благочинный Тосненского округа протоиерей Николай Муравлев, священнослужители и руководители властных структур города и района.

В тот же день был освящен и Поклонный крест, установленный по инициативе депутата Законодательного Собрания Ленинградской области Ю.В. Соколова, проживающего в Тосно. Памятный знак напоминает жителям и гостям города об основателях Тосненского яма и строительстве в ямской слободе церкви Казанской иконы Божией Матери.

За три недели до передачи храма в Тосно дала благотворительный концерт в пользу восстановления каменной Казанской церкви выдающаяся оперная певица нашего времени Елена Васильевна Образцова[135], глубоко верующий человек. Певица с мировым именем заложила в Тосно добрую традицию на культурных мероприятиях города, пусть и не всякий раз, но собирать пожертвования на восстановление храма по доброй воле организаторов[136].

В 2010 году исполнилось 295 лет возникновения православной общины на Тосненском яму. Празднование этого события состоялось 4 ноября 2010 года в рамках большого районного торжества «Святая Русь победами сильна»[137]. Выступления в ходе Главы администрации Тосненского района В.П. Дернова и Благочинного Тосненского округа священника Николая Муравлева праздника были отмечены единым пониманием сути праздника, что стало явным знаком нового этапа в строительстве церковно-светских отношений в Тосно.

Сегодня в храме Казанской иконы Божией Матери возрождаются и забытые в Тосно традиции. Так, после возвращения церкви стала устраиваться на реке Тосне Иордань к празднику Богоявления Господня. Два года подряд погружаются в святую купель не только прихожане, но и первые лица района и города, подавая тем самым прекрасный пример тосненцам[138].


^ ПРИХОДСКАЯ ЖИЗНЬ

Вот уже второй год прихожане обживают старые стены возвращенной церкви. За прошедшее время, с помощью Божией, удалось отремонтировать кровлю, перевести здание на автономное газовое отопление, заменить многие окна, выполнить еще целый ряд необходимых хозяйственных работ. Но не забывают верующие и о молитвенном труде, собираясь помимо Богослужений два раза в неделю на пение акафистов святителю Спиридону Тримифунтскому и святителю Николаю Чудотворцу. Они испрашивают у угодников Божиих помощи в восстановлении некогда разоренной святыни.

А церковь Божию в Тосно восстанавливать надо всем миром, потому что со старинным храмом сплетены судьбы тысяч людей, всех поколений горожан, начиная от самого основания Тосненского яма. Людей, благодаря трудам и молитвам которых и сегодня стоит на земле наш город. В Тосно у заброшенного кладбища особый смысл приобретают слова Пушкина о «любви к отеческим гробам». Хочется верить, что в свое время рядом с восстановленным храмом встанет не только Поклонный крест, но и мемориал, посвященный первым жителям и молитвенникам Тосненского яма.

Характерной приметой современной приходской жизни тосненской общины стали паломничества по святым местам. Несколько раз в году верующие отправляются к православным святыням не только ближайших окрестностей, но и Ближнего и Дальнего Зарубежья. В 2010 году молодые прихожане в день Святой Троицы организовали для приходских детей праздник на лоне природы.

В настоящее время при церкви Казанской иконы Божией Матери работают Воскресная школа для взрослых и Воскресная школа для детей. Создана и детская театральная студия «Берег» (руководитель О.Н. Лебедева), поставившая пьесу «Заступница Усердная» об истории чудесного обретения чудотворного Казанского образа Пресвятой Богородицы и ряд других. Сотрудничает Приходской центр и с кукольным театром «Золотой ключик» (руководитель О.А. Жданова) Дома детского творчества города Тосно. Для приходских мероприятий кукольный театр поставил пьесу «Сказание о том, как в Тосно храм построили». С этими и другими пьесами театральные коллективы выступали в общеобразовательных школах и православных приходах Тосненского района.

Приходской центр за последние два года подготовил с миссионерской целью просветительские фильмы «Главная Тосненская святыня», «Церковь на реке Тосне», «Святые братья Кирилл и Мефодий – просветители славян», «День народного единства» и др. В приходе осуществляется и издательская деятельность: в 2009 году увидела свет брошюра «Воскресный день земли родной», в которую включены статьи о святынях Тосненской земли, публиковавшиеся в светских и церковных изданиях; к 295-летию Православия в Тосно Приходской центр попечением боголюбивых прихожан издал научное исследование «Основание Тосненского яма». В настоящее время продолжается работа по сбору материалов о тосненской церкви в архивах и редких фондах библиотек. И есть надежда, что к 300-летнему юбилею православная община сможет выпустить подробную книгу о страницах церковной жизни, протекавшей в приходе церкви Казанской иконы Божией Матери от основания Тосненского яма и до наших дней.

Приходская жизнь соткана из разных событий: и радостных и грустных. 27 ноября 2010 года ушел в путь всея земли глубоко уважаемый прихожанами священник церкви Казанской иконы Божией Матери г. Тосно иеромонах Пантелеимон (Пивоваров). Батюшку похоронили в Лисино-Корпусе, так как до назначения на Тосненский приход отец Пантелеимон служил в Лисинской церкви Происхождения Честных Древ Животворящего Креста Господня.

На сегодняшний день наряду с настоятелем о. Михаилом Бреславским в штате тосненской церкви Казанской иконы Божией Матери состоят священник Алексей Беляев (с 2007 года) и протодиакон Павел Парфенов (с 2000 года). Почти двадцать лет регентом хора церкви Казанской иконы Божией Матери является Эмилия Алексеевна Максимова, начавшая свое служение Богу в качестве певчей нашего храма еще в 1988 году.


^ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В заключение надо сказать, что за время своего существования Тосненский приход возвел и первый, и все последующие храмы поселения. История церковных зданий оказалась значительно короче истории православного прихода в Тосно и является лишь частью большой и нелегкой – соборной – судьбы людей, объединенных единой Верой и общей молитвой. В течение почти трехсот лет своего существования приход в Тосно, несмотря ни на какие лихолетья, сохранил Веру предков и сумел сберечь здесь очаг духовной жизни даже тогда, когда вокруг многие храмы, а вместе с ними и церковные общины, просто перестали существовать. Отдельные уцелевшие верующие приезжали из окрестных «градов и весей» на молитву именно сюда, в Тосненский кладбищенский храм.

Уникальность духовной жизни в Тосно как раз в том и состоит, что жизнь православной общины здесь не прерывалась ни на один день. Православный приход только внешне вынужден был оформляться то в те, то в другие документальные бумаги, в зависимости от переменчивой светской власти, но по своей духовной сути приходская жизнь не менялась.

Дважды сменился государственный строй, а Церковь Божия устояла. Даже тогда, когда закрыли каменный храм, люди от Веры не отреклись. Они устроили храм в кладбищенской часовне. Когда же и в нем запретили Богослужения, верующие продолжали собираться по домам, вместе молились, приглашали священников, которые в частных домах и квартирах совершали Литургии, крестили детей, благословляли молодоженов, отпевали почивших… Сегодня с полным правом можно говорить о том, что Тосненский православный приход является самым старинным в Тосно добровольным объединением людей, да и организацией, сохранившейся здесь при всех перипетиях бурной русской истории.

В городской храм и теперь ходят люди, которые носят коренные тосненские фамилии. Конечно, сейчас в городе немало и приезжих, к ним принадлежит, кстати, и автор этих строк. Но мы – пришельцы – явились на готовое, на то, что было здесь создано всеми предшествующими поколениями, что было сохранено тосненцами в XX веке. Мы приникли к не иссякшему в безбожные времена роднику теплой молитвы и проповеди Слова Божия, вошли в общину скромных и терпеливых людей, принявших нас такими, какие мы есть, делящихся с нами сокровищами духовной традиции Святой Руси. Традиции, как показало время и события нашей отечественной истории, неистребимой никакими человеческими замыслами и усилиями. Крепкие люди живут в городе Тосно – потомки его основателей! Низкий поклон им – живым, и вечная память почившим.

Сегодня тосненский приход продолжает оставаться частью Руси, носящей в сердце Бога. Община верующих хранит духовный светильник Веры Православной. И нет сомнений, что эта Вера поможет восстановить старинный храм Казанской иконы Божией Матери не только как культовое здание, но и как центр духовно-просветительской работы, что внесет свой вклад и в возрождение Православия на Тосненской земле.



[1] См. «Свод Законов Российской Империи» за указанные годы, а также «Доклады и приговоры, состоявшиеся в Правительствующем Сенате в царствование Петра Великаго, изданные императорскою Академиею наук под ред. Н.В. Качалова». Т. IV. Кн. I. СПб., 1901.

[2] Подробнее см. в исследовании Т. Шороховой «Основание Тосненского яма». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2010. С. 33-66 и ее же статью «Между Санкт-Петербургом и рекой Волховом на полпути…» // «Тосненский вестник». 2009. 12 сентября.

[3] Там же.

[4] Описание архива Александро-Невской лавры за время царствования Петра Великаго. Т. II. СПб. 1911. С. 1867.

[5] РГИА. Ф. 796. Оп. 23. Ед. хр. 518.

[6] Описание архива Александро-Невской лавры за время царствования Петра Великаго. Т. II. СПб. 1911. С. 1867.

[7] Там же.

[8] Там же.

[9] Там же.

[10] Там же.

[11] Архангельский М., свящ. «История Православной Церкви в пределах нынешней Санкт-Петербургской епархии». СПб., 1871. С. 188.

[12] Там же.

[13] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 2. Ч. I.

[14] РГИА. Ф. 796. Оп. 23. Ед. хр. 518.

[15] Там же.

[16] Описание архива Александро-Невской лавры за время царствования Петра Великаго. Т. II. СПб. 1911. С. 1867.

[17] А. Галкин. «Благословение Патриарха Тихона» // «Тосненский вестник». 1995. 18 июля.

[18] Историко-статистические сведения о С.-Петербургской епархии. Вып. 10. СПб. 1885; Кутепов Н.М., сост. Памятная книжка по С.-Петербургской епархии. СПб. 1899 и ряд др.

[19] Описание архива Александро-Невской лавры за время царствования императора Петра Великаго. Т. II. 1717-1719 гг. СПб., 1911. С. 1210 (1719 г., «сказки» священников).

[20] Историческая справка о храме Вознесения Господня в Нижнем Новгороде в бывшей Ямской слободе: 28.01.2011. http://cmiki.ru/gubernator/?issue=29860.

[21] «Доклады и приговоры, состоявшиеся в Правительствующем Сенате в царствование Петра Великаго, изданные императорскою Академиею наук под ред. Н.В. Качалова». Т. VI. Кн. 1. СПб., 1901. № 552. С. 492-493.

[22] Там же.

[23] Там же.

[24] Там же.

[25] Там же.

[26] Там же.

[27] А. Галкин. «Был ли в Тосно Петр Великий?» // «Тосненский вестник». 1994. 30 августа. Не зная об этой публикации, автор данной статьи провел свое расследование этого вопроса, что нашло отражение в статье «И все-таки Петр Первый был в Тосно» // «Тосненский вестник». 2010. 20 октября. № 82.

[28] «Походный журнал (юрнал) 1715 года». СПб. 1855.

[29] Там же. С. 1

[30] Там же. С. 7-9.

[31] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 1. Д. 151.

[32] РГИА. Ф. 796. Оп. 23. Ед. хр. 518.

[33] Там же.

[34] Сборник выписок из архивных бумаг о Петре Великом. М. 1872. Т. 2. С. 128.

[35] Указ 2833, сенатский, от 2 июля 1714 года «О высылке ямщиков из разных Губерний для поселения на ямах между Санктпетербургом и рекою Волховом». Свод Законов Российской Империи. С. 117.; Доклады и приговоры, состоявшиеся в Правительствующем Сенате в царствование Петра Великаго, изданные императорскою Академиею наук под ред. Н.В. Качалова. Т. IV. Кн. I. С. 569.

[36] РГИА. Ф. 796. Оп. 23. Ед. хр. 518.

[37] Н.И. Костомаров. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. Отдел 2. Глава 15. Петр Великий. Электронная версия.

[38] «Первоиерархи Русской Православной Церкви». СПб. 2008. С. 15. Уже будучи Патриархом, святитель Гермоген в 1594 году составил службу Божией Матери в честь иконы Ее Казанской, а также написал «Сказание о явлении Казанской иконы Божией Матери и совершившихся от нее чудесных исцелениях». Его тропарь «Заступница Усердная», который верующие поют уже несколько веков, наполнен глубоким молитвенным чувством.

[39] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 1. Д. 151.

[40] Там же.

[41] В первой половине XVIII века в Петербурге, окрестностях и полках можно насчитать, по крайней мере, двух священников с именем Андрей Михайлов, что затрудняет поиск точных сведений.

[42] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 1. Д. 151.

[43] РГИА. Ф. 1285. Оп. 8. Ед. хр. 1038.

[44] Там же.

[45] ЦГА СПб. Ф.19. Оп. 113. Д. 2334. С 28 листа вложена «Главная опись имущества церкви Санкт-Петербургской епархии, Царскосельского уезда, слободы Ям-Тосны, в честь Казанской Божией Матери», составленная в 1868 г.

[46] РГИА. Ф. 796. Оп. 9. Ед. хр. 356.

[47] Там же.

[48] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 2. Ч. I.

[49] Там же.

[50] Там же.

[51] Там же.

[52] РГИА. Ф. 796. Оп. 16. Д. 219.

[53] Например, составители справочника «Земля Невская Православная» (СПб, 2006); священник Иоанн Сологуб в статье «Приходу Тосненской церкви – 277 лет» // «Тосненский вестник». 1992. 14 июня; и др.

[54] РГИА. Ф. 796. Оп. 23. Ед. хр. 518.

[55] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 1. Д. 1387.; РГИА. Ф. 796. Оп. 16. Д. 219.

[56] «Земля Тосненская: история и современность». СПб, Лики России, 2006. С. 56-57.

[57] «Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшаго Правительствующаго Синода». Т. XXII (1742). М. 1911. С. 392-393.

[58] Там же.

[59] Там же.

[60] Там же.

[61] Архангельский М., свящ. История православной церкви в пределах нынешней Санкт-петербургской епархии. СПб., 1871. С. 188.

[62] Священник Иоанн Сологуб. «Приходу Тосненской церкви – 277 лет» // «Тосненский вестник». 1992. 14 июня.

[63] Там же.

[64] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 1. Д. 1665.

[65] РГИА. Ф. 796. Оп. 24. Ед. хр. 496.

[66] Ярославские епархиальные ведомости. 1895. 18 июля. № 29. Часть неофициальная. С. 457.

[67] Подробнее см. статью Т. Шороховой «Наставник Александра I» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 9-12.

[68] Н. Ющенко. «В память о жителях Тосно» // «Тосненский вестник». 2006. 15 октября.

[69] РГИА. Ф. 1285. Оп. 8. Ед. хр. 1038; 1125.

[70] РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Ст. 2. Ед. хр. 142.; Ф. 1289. Оп. 15. Ед. хр. 303.; Ф. 1488. Оп. 3. Д. 487.

[71] Там же.

[72] Святитель Игнатий Брянчанинов. «Слово о смерти». М. Правило Веры. 1993. С. 253.

[73] Александр Берташ. «Коневский Рождество-Богородичный мужской монастырь». Электронная версия.

[74] Н.С. Лесков. «Монашеские острова на Ладожском озере». Издание 1873 года. Электронная версия.

[75] Р. Тихомирова. «Красота благолепного убранства» // «Тосненский вестник». 2009. 8 апреля.

[76] Подробнее см. статью Т. Шороховой «Доброе сердце общественников…» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 17-20.

[77] «Отчет Тосненского приходского попечительства, Царскосельского уезда за 1871 год» // «Церковная летопись Духовной беседы. 1872. № 9.». С. 138-141.

[78] Заметка Глотова, начальника станции Тосна «Из дачных мест» // «Петербургский листок». 1880. № 130. С. 3.

[79] Р. Тихомирова. «Тосненская святыня» // «Тосненский вестник». 2000. 12 сентября. № 108.

[80] А. Галкин. «Встреча иконы» // «Тосненский вестник». 2000. 1 августа. № 90.

[81] Подробнее см.: Историко-статистические сведения о С.-Петербургской епархии. Вып. 8. СПб. 1884. С. 247; Кутепов Н.М., сост. Памятная книжка по С.-Петербургской епархии. СПб. 1899. Ст. 237; С.-Петербургский духовный вестник. 1895-1901; Известия по С.-Петербургской (с 1914 Петроградской) епархии. 1902-1916.

[82] Сведения см. в «Санкт-Петербургском мартирологе духовенства и мирян». Электронная версия.

[83] Подробнее см. доклад Т. Шороховой «Род священнослужителей Сыренских на Тосненской земле» на Краеведческих чтениях в Тосненской ЦРБ // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 68-80.

[84] Сведения приведены в «Санкт-Петербургском мартирологе духовенства и мирян». Электронная версия.

[85] По сведениям Тосненского историко-краеведческого музея.

[86] Объявление о панихиде // «Земский край». Владивосток. 1922. 10 октября. № 31.

[87] Сведения о монахинях Новодевичьего монастыря приводятся по книге Л.И. Соколовой «Никто молитвы не отнимет». Электронная версия.

[88] ЦГА СПб. Ф. 256. Оп. 26. Д. 608.

[89] П. Новиков (подготовка материала). «Успенский Александр Глебович – художник и зодчий» // «Родина». 2002. 17 августа. С. 7.

[90] Р. Тихомирова «Тосненская святыня» // «Тосненский вестник». 2000. 12 сентября. № 108.

[91] Р. Тихомирова. «Тосненская святыня» // «Тосненский вестник». 2000. 12 сентября. № 108.

[92] «Хроника юбилейных и памятных дат Тосненского района 2011 года». Тосно. 2010. С. 3.

[93] «Из жизни Тосненского общества трезвости» // «Известия по С.-Петербургской епархии». СПб. 1912.

[94] Р. Тихомирова «Тосненская святыня» // «Тосненский вестник». 2000. 12 сентября. № 108.

[95] А. Галкин. «Встреча иконы» // «Тосненский вестник». 2000. 1 августа. № 90.

[96] Там же.

[97] ЦГА СПб. Ф. 19. Оп. 113. Д. 4366.

[98] А. Галкин. «Благословение Патриарха Тихона» // «Тосненский вестник». 1995. 18 июля.

[99] «Патриаршие дни в Петрограде. В Тосне» // «Петроградский церковно-епархиальный вестник». 1918. 20 июня. № 16.

[100] А. Галкин. «Благословение Патриарха Тихона» // «Тосненский вестник». 1995. 18 июля.

[101] Там же.

[102] Архив Санкт-Петербургской епархии. Ф. 1. О. 3 (2). Д. 51. Об. л. 2.

[103] Там же, л. 15.

[104] Там же, л. 7.

[105] Предисловие к электронной версии воспоминаний архимандрита Феодосия (Алмазова) «Мои воспоминания: Записки Соловецкого узника» (29.01.2011. http://www.paraklit.org/eres/MP/Almazov.htm).

[106] Р. Тихомирова «Тосненская святыня» // «Тосненский вестник». 2000. 12 сентября. № 108.

[107] Сведения собраны автором у прихожан, посещавших церковь с довоенного времени.

[108] Сведения собраны автором у прихожан, посещавших церковь в военное время.

[109] Сведения об о. Афиногене (Агапове) приведены по книге: Ирина Осипова. «Сквозь огнь мучений и годы слез…». Электронная версия.

[110] С. Чистякова. «Бриллиантовая ты моя!» // «Тосненский вестник». 2008. 1 марта. № 17.

[111] С. Толпыга. «Не вычеркнуть из памяти» // «София». Изд. Новгородской епархии. 1998. № 1. С. 15.;

Ю. Воронцов. «На богомолье» // «Тосненский вестник». 2005. 27 октября. № 125.

[112] Подробнее см. в статье Т. Шороховой «Надежда погибающих» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 29-33.

[113] См. статьи Т. Шороховой: «Плач сердца Слышащая скоро» // «Тосненский вестник». 2009. 21 ноября. № 91; «Иконостас тосненского храма» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 34-39.

[114] Т. Шорохова. «Казанская церковь в Тосно» // «Я здесь живу, и край мне этот дорог»: коллективный сборник стихов. Тосно. 2006. С. 46.

[115] «Земля Невская Православная»: Кр. Церк.-историч. справоч. – СПб. 2006. С. 78.

[116] Подробнее о священниках Владимире Демичеве и Евгении Бобовском см. статью Т. Шороховой «Священники-строители Казанской церкви» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 24-28.

[117] Подробнее об о. Григории Лысенко см. статью Т. Шороховой «По зову христианского сердца» // «Тосненский вестник». 2007. 5 июля. № 76.

[118] Подробнее о священнике Петре Гаврилюке см. статьи: Г. Рогозин. «Тосненский пастырь» // «Тосненский вестник». 2001. 27 января. № 11-12; Т. Шорохова «Пастырь добрый» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 59-63.

[119] Подробнее см. статью Т. Шороховой «Небесный цвет церковных стен» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 21-23.

[120] В. Андреев. «Свет остается навсегда» // «Тосненский вестник». 2010. 8 декабря. № 95.

[121] Ю. Васильев. «И благостный звон исцелит наши души» // «Тосненский вестник». 1994. 31 марта. № 31.

[122] Н. Рачков. «Святое место, или Пора собирать камни» // «Тосненский вестник». 2000. 13 апреля.

[123] Распоряжение Ленинградского областного комитета по управления государственным имуществом «О передаче здания церкви Казанской иконы Божией Матери» № 94 от 17.07.1995 г. (Копия хранится в приходе).

[124] Подробнее см. статью Т. Шороховой «Ревностный служитель Церкви Божией» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 52-55.

[125] В. Сергеев. «Разбудим души ото сна» // «Тосненский вестник». 2001. 23 октября.

[126] Об одной из таких святынь – поясном изображении прп. Макария Римлянина см. статью Т. Шороховой «Подвиг преподобного Макария» // «Тосненский вестник». 2002. 31 января. № 12.

[127] С. Чистякова. «Дороги, которые привели в храм» // «Тосненский вестник». 2009. 25 апреля. № 31.; И. Ильина. «К Макарию на поклон» // «Новое Тосно». 2009. 30 апреля. № 3.

[128] В качестве примера можно привести контакты прихода с местным музеем в 2007 году: 10 февраля в день памяти А.С. Пушкина о. Михаил отслужил в краеведческом музее панихиду по великому поэту перед началом вечера, ему посвященного; на Светлой Седмице проведено 2 детских Пасхальных утренника с участием священника и руководителя Приходского центра; 24 мая в стенах музея перед праздником Славянской письменности и культуры о. Михаил отслужил молебен святым братьям Кириллу и Мефодию; в день памяти протоиерея Григория Лысенко (80-летие со дня рождения и 30-летие со дня преставления) в музее проведен вечер памяти тосненского священника с выставкой, ему посвященной, множеством приглашенных, в том числе и нескольких священнослужителей, с концертными номерами местных и петербургских исполнителей; Рождественские утренники для детей. Такие контакты продолжают развиваться с разными учреждениями культуры и образования города и района.

[129] Подробнее см. статью Т. Шороховой «Возрождение древней традиции» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 46-48.

[130] С. Чистякова «Храм возвращается в город» // «Тосненский вестник». 2008. 15 марта; Информация «Две Литургии» // «Тосненский вестник». 2008. 29 марта. № 25; Е.Козина. «Храм возвращается в город» // «Вести». 2008. 5 июня . № 103 (2668); Православное информационное агентство «Русская линия». 12 июля 2008. Статья С. Беловой «В городе Тосно передается верующим православный храм» (http://www.rusk.ru/st.php?idar=176397);

Е.Козина. «Заступница усердная» // «Тосненский вестник». 2008. 29 октября. № 86; С. Чистякова. «И все-таки он вернется» // «Тосненский вестник». 2009. 12 марта; С. Чистякова. «И жизнь наполняется смыслом» // «Тосненский вестник». 2009. 21 ноября. № 91.

[131] Подробнее см. статью Т. Шороховой «Долгожданное событие» // «Воскресный день земли родной». Тосно. Изд. церкви Казанской иконы Божией Матери. 2009. С. 56-58.

[132] С. Чистякова. «Престольный праздник» // «Тосненский вестник». 2009. 11 ноября.

[133] Ю. Волкова. «Возвращение храма» // «Вести». 2009. 2 октября. № 188.; С. Чистякова. «И возрадовались Ангелы на небесах» // «Тосненский вестник». 2009. 7 октября. № 78; Информация «Возвращение храма» // «Электричка». 2009. 29 октября. № 6; Информация «Храм вернулся в город» // «Тосно и Тосненский район». 2009. Сентябрь-октябрь. № 5; Ю. Васильев. «С возвращением… Слава Тебе, Господи!» // «Новое Тосно». 2009. 29 октября. № 8-9.

[134] Иван Филиппович Хабаров еще на посту главы МО «Тосненский район» в канун Пасхи 2003 года был награжден орденом Святого благоверного князя Даниила Московского II степени Святейшим Патриархом Московским и Всея Руси Алексием II («Тосненский вестник». 2003. 22 мая. № 58).

[135] Заметка-объявление // «Тосненский вестник». 2009. 29 августа. № 67.; Н. Куртова. «А музыка звучит…» // «Тосненский вестник». 2009. 9 сентября. № 70.

[136] «Родниковая песня» // «Тосненский вестник». 2009. 2 декабря. № 94.

[137] С. Чистякова. «Под покровом Богородицы» // «Тосненский вестник». 2010. 13 ноября. № 88.

[138] С. Чистякова. «И будет вам благодать Божия» // «Тосненский вестник». 2010. 23 января. № 5.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

  виньетка  

Как помочь
Рейтинг@Mail.ru Карта сайта
Разделы портала