Свет невечерний. Духовное зрение и духовная слепота

про­по­ведь архи­манд­рита Саввы (Мажуко),
насель­ника Свято-Николь­ского мона­стыря города Гомеля

– Здрав­ствуйте, друзья мои! Для бого­слов­ской мысли, как и для фило­соф­ского дис­курса, очень харак­терно исполь­зо­ва­ние мета­форы «сле­поты и зрения». Чело­век, кото­рому открыты истины, под­лин­ная реаль­ность – это чело­век «зрячий», «зрящий», тот, у кого есть дар зрения. И наобо­рот, слепой – это чело­век, кото­рый бежит от истины, скры­ва­ется от реаль­но­сти, пря­чется от правды.

В Свя­щен­ном Писа­нии очень часто встре­ча­ются эпи­зоды опи­са­ния сле­поты, как нече­сти­вого состо­я­ния чело­века, его умыш­лен­ного бег­ства от истины, от Бога. Пророк Исаия в 59‑й главе своей книги пишет о нече­сти­вых людях, кото­рые скры­ва­ются от Бога и устрем­лены ко вся­кому злу и непо­треб­ству: «Ноги их бегут ко злу, и они спешат на про­ли­тие невин­ной крови; мысли их — мысли нече­сти­вые; опу­сто­ше­ние и гибель на стезях их. Пути мира они не знают, и нет суда на стезях их; пути их искрив­лены, и никто, идущий по ним, не знает мира. Потому-то и далек от нас суд, и пра­во­су­дие не дости­гает до нас; ждем света, и вот тьма, — оза­ре­ния, и ходим во мраке. Ося­заем, как слепые стену, и, как без глаз, ходим ощупью; спо­ты­ка­емся в пол­день, как в сумерки, между живыми — как мерт­вые».

Какой яркий образ слепца, кото­рый идет на ощупь! Мы как будто чув­ствуем паль­цами, кожей эту шер­ша­вую, нагре­тую солн­цем восточ­ную стену, по кото­рой дви­жемся, не видя дома, не видя дороги. Пророк Исаия здесь гово­рит о том, что если свет Боже­ства, бла­го­дать Божия поки­нет чело­века – он теряет все свои таланты, теряет спо­соб­ность видеть.

Неужели нам не зна­кома эта сле­пота? Очень зна­кома, друзья мои! И она чаще всего про­яв­ля­ется в сле­поте по отно­ше­нию к нашему ближ­нему. Мы обща­емся с людьми, как будто видим их, бываем даже «душой ком­па­нии», весе­лимся, раду­емся, пере­пи­сы­ва­емся и пере­зва­ни­ва­емся, обме­ни­ва­емся ново­стями, но не видим чело­века рядом с нами. Мы толпа оди­но­ких. Потому что зрение, во-первых, тре­бует усилия по отно­ше­нию к тому, на кого ты смот­ришь, а во-вторых, оно тре­бует хож­де­ние в истине. Пророк Исаия гово­рит, что в пол­день – когда много света, сияет солнце и осве­щает наши пути – мы спо­ты­ка­емся. Что это за солнце? Это второй момент сле­поты нашей: мы не видим ближ­него, потому что не видим Бога. Мы не видим и этого мира, потому что не видим Бога. Мы не видим самих себя, потому что лица наши пря­чутся от Бога. Почему мы от Него пря­чемся? Почему нам с Ним так неуютно и тяжело? Потому что дела наши злы.

В Еван­ге­лии от Иоанна уде­лено много вни­ма­ния мета­форе зрения, посто­янно исполь­зу­ются образы тьмы и зрения, мрака и оза­ре­ния, сле­поты и зрения. Напри­мер, бла­жен­ный апо­стол Иоанн Бого­слов гово­рит о встрече Христа с Нико­ди­мом: она про­ис­хо­дит ночью. Мы это видим, чув­ствуем, ощу­щаем. Почему ночью, для чего необ­хо­дима эта деталь? Потому что этот вет­хо­за­вет­ный настав­ник, учи­тель закона, обра­зо­ван­ный чело­век гово­рит со Хри­стом, Мес­сией и не видит его. Он задает Ему вопросы бого­слов­ски выве­рен­ные, пра­виль­ные, но не видит, Кто перед ним нахо­дится.

В сле­ду­ю­щей главе рас­сказ о беседе Христа с сама­рян­кой, где апо­стол Иоанн Бого­слов исполь­зует, совсем другое осве­ще­ние. Хри­стос встре­ча­ется с сама­рян­кой у колодца Иакова в сле­пя­щий пол­день, когда света очень много. И Он с этой жен­щи­ной гово­рит прямо: не скры­вает, Кто Он, не таится, не гово­рит прит­чами. С учи­те­лем Изра­и­ле­вым Хри­стос гово­рит исполь­зуя образы Писа­ния, хорошо зна­ко­мые ему мета­форы, но не откры­ва­ется, потому что, если ты чита­ешь Писа­ние и цити­ру­ешь его, ищешь Бога, – ты должен был рас­смот­реть Того, Кто нахо­дится рядом с тобой.

Чтение Свя­щен­ного Писа­ния –духов­ные упраж­не­ния, кото­рые мы совер­шаем в Церкви, в келии, молясь и читая свя­щен­ные тексты. Прежде всего они должны вос­пи­ты­вать наше зрение, делать нас про­зрач­ными по отно­ше­нию к бла­го­дати Свя­того Духа. Сама­рянке, этой про­стой жен­щине, греш­нице, кото­рую пре­зи­рали ближ­ние, может быть, даже род­ствен­ники, Хри­стос откры­ва­ется прямо, гово­рит, Кто Он есть на самом деле. Просто гово­рит: «Я Хри­стос».

Этот мотив «сле­поты и зрения» мы встре­чаем и в другом эпи­зоде Еван­ге­лия от Иоанна – исто­рии исце­ле­ния слепца. Вот слепой чело­век, не читав­ший книг, потому что был слепым от рож­де­ния, всегда был унижен, ходил, как слепец у про­рока Исаии, по стенке, осно­вы­ва­ясь только на звуках, ощу­ще­ниях рук, кожи и помощи близ­ких. Он жил мило­сты­нею, не был учи­те­лем Изра­и­ле­вым, но Гос­подь даро­вал ему зрение и открылся напря­мую. Когда исце­лен­ный слепец вновь встре­тил Христа, Он прямо сказал ему, что Я Он есть Сын Божий, и слепец покло­нился Ему. Здесь у еван­ге­ли­ста Иоанна Бого­слова есть вновь про­ти­во­по­став­ле­ние между светом и тьмой, между зре­нием как бы уче­ного и верой про­стеца, кото­рый всем серд­цем стре­мился к Богу, хотя у него не было ника­ких осно­ва­ний верить, не было боль­шого багажа знаний за пле­чами.

Откуда берется вера? Как мы лечим зрение? Что нужно делать со своей сле­по­той?

Про­зре­ние –всегда чудо Божие, это милость Божия! Исто­рии сама­рянки, слепца, старца Нико­дима или те настав­ле­ния, кото­рые мы полу­чаем из книги про­рока Исаии и других книг Вет­хого Завета, гово­рят нам о том, что сми­риться сле­дует гор­дому чело­веку. Нам не на что опе­реться в самих себе! Это вовсе не значит, что мы не должны изу­чать Свя­щен­ное Писа­ние или должны отвер­нуться от обра­зо­ван­но­сти и знаний. Это гово­рит о том, что всех наших усилий – даже самых геро­и­че­ских, подвиж­ни­че­ских и колос­саль­ных – не доста­точно, чтобы уви­деть Бога, рас­смот­реть ближ­него, уви­деть самих себя такими, какие мы есть на самом деле.

Поэтому святые отцы гово­рили: «Путь хри­сти­ан­ства это всегда путь сми­ре­ния». Если Гос­подь оста­вит нас, если сила зрения, кото­рую Он дает нам в хри­сти­ан­ской вере, поки­нет нас – из - за нашего нече­стия, нашей гор­дыни, поро­ков, – то мы оста­немся слеп­цами. И поэтому устрем­лен­ность к Богу – молит­вен­ная, подвиж­ни­че­ская – это всегда дви­же­ние, всегда дви­же­ние вперед, кото­рое стро­ится на дове­рии к Богу, на при­зыве бла­го­дати Божией, без кото­рой мы не можем видеть ни самих себя, ни близ­ких, ни нашу землю, ни Самого Гос­пода. И для нас очень важно вос­пи­тать это зрение, очень важно нико­гда не бро­сать усилий, кото­рых от нас ждет Гос­подь. Ведь еван­ге­лист Иоанн Бого­слов напи­сал не только Еван­ге­лие, но еще и Апо­ка­лип­сис, в кото­ром Гос­подь напря­мую гово­рит одному из Анге­лов: «Купи себе мазь для глаз». Потому что все в тебе может быть хорошо, но если нет внут­рен­него зрения веры, ты слепец, кото­рый бредет на звук голоса, пере­дви­га­ется на ощупь, не видит реаль­но­сти, не знает своего пути, рас­те­рян и брошен.

И в этой сле­поте, от кото­рой мы тоже оттал­ки­ва­емся на пути к Гос­поду в нашей устрем­лен­но­сти к Нему, мы воз­де­ваем к Нему руки и гово­рим: «Гос­поди, дай нам зрение! Исцели наши ослеп­шие очи сер­деч­ные! Научи нас сми­ре­нию! Научи нас быть достой­ными, того, чтобы видеть Тебя!»

рас­шиф­ровка: Люд­мила Мои­се­ева

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки