Тест на знание основ христианства: Не пройден пройти

Счастливые истории

Новые участники

Мужчины Женщины

Дни рождения

Мужчины Женщины

Именинники

Мужчины Женщины

Дневники

на Великую Пятницу, из Иерусалима

  • Вот настал день памяти величайшего преступления, которое когда-либо совершалось под солнцем. День стыда и страха за человеческую совесть до конца времен. Верующие имеют обычай в этот день мысленно или ногами пройти путь Христа. Путь, которым Господь нес Свой Крест на Голгофу. Мы отправились из Гефсимании, зашли в дом Иоакима и Анны, родителей Родительницы Его, думали о Ней – Матери великой скорби. Шла ли Она в этой страшной процессии? Нет. Позже увидим.

    Дворец Пилата. Ступаем, словно по пеплу погасшего вулкана, но пламя страстей и смрад беззакония еще чувствуются. Здесь был судим и осужден Учитель истины. Здесь Невинный подвергся бичеванию беззаконников. Не оставалось на теле Его ни одного места неизраненного. В минувшую ночь евреи хорошо об этом позаботились. А римские воины бичами углубляли Его раны. Тем, кто изучает римское право и законодательство, следовало бы сюда прийти, чтобы навеки возгнушаться бесчеловечным предательством.

    Место, где Господь пал под тяжестью Креста. Как было не пасть? Тяжко было в молчании вынести эту ночь, полную ложных обвинений, клеветы и лжесвидетельств, а тем паче смрад оплевания и множество ран – по множеству добрых дел Его. О Господи, если бы нам здесь быть тогда! Подхватили бы мы Крест Твой и Тебя на руки! Так думали мы, проливая слезы на этом Пути Боли, который превратился бы в Реку Боли, если бы все слезы христиан потекли по нему. Блажен Симон Киринейский [64], который, взяв Крест Христов на себя, облегчил муки Тому, Кто пострадал за всех людей!

    Вот мы у дома святой Вероники: из окна этого дома увидела Вероника страшное шествие. Изуродованный лик Христа, походивший на кусок полотна, пропитанного кровью, слюной, пылью и потом, вызвал сострадание в ее девичьем сердце. Сжалилась девушка, выбежала к Осужденному и чистым платком отерла Ему лицо. Безмолвный Мученик не мог произнести слова благодарности, но отблагодарил ее, оставив на том платке изображение лика Своего.

    Вот мы пришли туда, где Богородица встретилась с Сыном. В поисках Его здесь и там Она вышла из боковой улицы и неожиданно оказалась с Ним лицом к лицу. Она едва узнала Его. Неужели это Ее Сын, неужели Она родила Его? Эту огромную рану, размером с человека? Но раной этой исцелился отравленный грехом род человеческий. Ничего не сказал Он Ей. Ничего Она Ему не сказала. Но души Их поняли и приветствовали друг друга. “Чадо Мое,– рыдала душа Матери,– весна Моя красная, куда исчезла красота Твоя!”.

    Наконец мы тут, перед кровавой скалой. Перед Голгофой. Полдень. Он был распят именно в это время. Стук молотков отдается в наших душах. Мы простояли здесь до трех часов, души наши были у подножия Креста. Да омоет их Кровь Его! В три часа Он испустил дух [65]. В этот миг природа восстала против беззакония человеческого: земля потряслась; и камни расселись [66]; солнце черным покровом закрыло лицо свое.

    Только воскресение могло быть наградой такому безграничному страданию. Только воскресением Христовым могут обрести мир природа и наша совесть.

    "Миссионерские письма"  письмо 30
    свт. Николай Сербский


    С этого времени Пилат искал отпустить Его. Иудеи же кричали: если отпустишь Его, ты не друг кесарю. Всякий, делающий себя царем, противник кесарю.

    226. Страдания Господни: осудительный приговор
    (Мф. 27, 24–26; Мк. 15, 15;  Лк. 23, 25; Ин. 19, 13–16.)

    Пилат, услышав слово сие, вывел вон Господа Иисуса и сел на судилище, на месте, называемом Лифостротон [31], а по–еврейски Гаввафа. Тогда была пятница пред Пасхою, и час шестый.
     И сказал Пилат Иудеям: се, Царь ваш! Но они закричали: возьми, возьми, распни Его! Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря.
     Пилат, видя, что ничто не помогает, но волнение увеличивается, взял воды и, умыв руки пред народом, сказал: неповинен я в крови Праведника Сего; смотрите сами. Весь народ, ответствуя ему, сказал: кровь Его на нас и на чадах наших.
     Тогда наконец Пилат, желая сделать угодное народу, предал Господа в их волю, на распятие.

    227. Шествие на Голгофу
    (Мф. 27, 31–32; Мк. 15, 20–21; Лк. 23, 26–32; Ин. 19, 16–17.)

     И воины, взяв Господа, сняли с Него багряницу, и одели Его в собственные одежды Его, и повели Его на распятие.
     И, неся крест Свой, вышел Он на место, называемое Лобное, по–еврейски Голгофа.
     И когда воины вели Его, то на пути, выходя из города, встретили некоего Симона Киринеянина, отца Александрова и Руфова, шедшего с поля. Захватив его, они возложили на него крест Господа Иисуса, заставили нести его за Ним.
     И шло за Господом великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали о Нем. Господь же Иисус, обратившись к ним, сказал: дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и детях ваших. Ибо приходят дни, в которые скажут: блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие. Тогда начнут говорить горам: падите на нас! и холмам: покройте нас! Ибо если с зеленеющим деревом делают это, то с сухим что будет?
     Вели с Ним на смерть и двух злодеев.

    228. Страдания Господни: распятие Господа
    ( Мф. 27, 33–39; Мк. 15, 22–27; Лк. 23, 32–38; Ин. 19, 18–24.)

     Привели наконец Господа на Голгофу, на так называемое Лобное место, и дали Ему пить уксуса, смешанного с желчью; но Он, отведав, не хотел пить; давали Ему вина со смирною, но Он и этого не принял.
     После того распяли Господа Иисуса.
     Был час третий, как распяли Его. С Ним распяли и двух злодеев разбойников, одного по правую, а другого по левую сторону Его, и посреди Господа Иисуса. И сбылось слово Писания: и к злодеям причтен (Ис. 53, 12).
     И была над Ним надпись вины Его. Пилат написал сию надпись и велел утвердить ее на кресте. Написано же было: Сей есть Иисус Назорей, Царь Иудейский; и написано по–еврейски, по–гречески и по–римски. Сию надпись читали многие из Иудеев; потому что место, где был распят Господь Иисус, было недалеко от города. Первосвященники же Иудейские сказали Пилату: не пиши: Царь Иудейский, но что Он Сам говорил: Я Царь Иудейский. Пилат отвечал: что я написал, то написал.
     Воины, распявшие Господа Иисуса, когда распяли Его, взяли одежды Его и разделили, сделав четыре части, каждому воину по части, и хитон. Разделив же на части одежды Господа, они кинули жребий о них, кому что взять. Хитон был не сшитый, но весь тканый сверху донизу. Воины и сказали друг другу: не станем раздирать его, а бросим о нем жребий, чей будет, кому достанется. Да сбудется реченное в Писании: разделили ризы Мои между собою и об одежде Моей бросали жребий (Пс 21, 19). Так поступили воины; и, седши, стерегли Его там.

    229. Семь слов Господа со Креста: первое — молитва о распинателях
    ( Мф. 27, 39–43; Мк. 15, 29–32;  Лк. 23, 34–35.)

     Пред крестом стоял народ и смотрел. Проходившие злословили Его, качая головами своими и говоря: Э! разрушающий храм и в три дня созидающий! Спаси Себя Самого. Если Ты Сын Божий, сойди со креста. Насмехались и начальники с ними; подобно и первосвященники с книжниками и старейшинами и фарисеями, насмехаясь, говорили друг другу: других спасал, а Себя не может спасти! Пусть спасет Себя Самого, если Он Христос, избранный Божий. Христос, Царь Израилев! Если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет со креста, чтоб мы видели; и мы уверуем в Него. Он уповал на Бога; пусть теперь избавит Его Бог, если Он угоден Ему. Ибо Он сказал: Я Сын Божий. Также и воины ругались над Ним, подходя и поднося Ему уксус и говоря: если Ты Царь Иудейский, спаси Себя Самого.
     Видя все сие и слыша, Господь Иисус сказал: Отче! прости им; ибо они не знают, что делают.

    230. Второе слово со Креста — к благоразумному разбойнику
    ( Мф. 27, 44; Мк. 15, 32;  Лк. 23, 39–43.)

     Также и из разбойников, распятых с Господом, один поносил Его и злословил, говоря: если Ты Христос, спаси Себя и нас. Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? И мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал. И сказал Господу Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! И сказал ему Господь Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь ты со Мною в раю.

    231. Третье слово — к Матери Божией и Иоанну
    ( Ин. 19, 25–27.)

     При Кресте Господа Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина. Господь Иисус, увидев Матерь и ученика, которого любил, тут стоящего, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой! Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе.

    232. Тьма; четвертое слово — воззвание к Богу Отцу

    (Мф. 27, 45–47; Мк. 15, 33–35;  Лк. 23, 44–45.)

     Было около шестого часа дня; в шестом же часу сделалась тьма по всей земле и продолжалась от шестого часа до девятого; и померкло солнце.
     В девятом часу возопил Господь Иисус громким голосом, говоря: Или, Или! Елои, Елои! ламма савахфани? Что значит: Боже мой, Боже мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших там, слыша это, говорили: вот, Илию зовет Он.

    233. Пятое слово: жажду!
    (Мф. 27, 48; Мк. 15, 36; Ин. 19, 28–29.)

    После сего Господь Иисус, зная, что уже все совершилось, да сбудется Писание, говорит: жажду. Тут стоял сосуд, полный уксуса. И тотчас один из воинов подбежал, напоил губку уксусом и, наложив на трость, поднес к устам Его, давал Ему пить. А другие говорили: постойте; посмотрим, придет ли Илия снять Его, спасти Его.

    234. Шестое слово: совершишася
    ( Ин. 19, 30.)

    Когда вкусил Господь Иисус уксуса, сказал: совершилось!

    235. Седьмое слово: Отче! в руце Твои предаю Дух Мой ; и смерть
    (Мф. 27, 50; Мк. 15, 37; Лк. 23, 46; Ин. 19, 30.)

    Наконец Господь Иисус, возгласив громким голосом, сказал: Отче! в руки Твои предаю дух Мой. И, сказав сие, преклонил главу и испустил дух, предав его Богу Отцу.

    236. Знамения по смерти Господа
    (Мф. 27, 51–54; Мк. 15, 38–39; Лк. 23, 45–48.)

     И се, завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу; и земля потряслась; и камни расселись; и гробы отверзлись; и многие телеса усопших святых воскресли; и, вышедши из гробов по воскресении Его, вошли во святый град и явились многим.
     Сотник, стоявший напротив Его, увидев, что Он, так возгласив, испустил дух, и видев происходившее затем, прославил Бога и сказал: истинно человек сей был Праведник, был Сын Божий.
     И не только сотник, но и те, которые с ним стерегли Господа Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, устрашились весьма и тоже говорили: воистину Он был Сын Божий.
     И весь народ, сошедшийся на сие зрелище, видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь.

    237. Искренние Господа при Кресте
    (Мф. 27, 55–56; Мк. 15, 40–41; Лк. 23, 49.)

     Были тут и знавшие Господа, и многие жены, которые следовали за Ним из Галилеи, служа Ему. Между ними была Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и мать сынов Зеведеевых, Саломия, которые и тогда, как Он был в Галилее, следовали за Ним и служили Ему, и другие многие. Они вместе с Ним пришли в Иерусалим, и теперь стояли вдали, и издали смотрели на все происходившее.

    238. Прободение бедра
    (Ин. 19, 31–37.)

     Как тогда была пятница, то Иудеи, дабы не оставить тел на кресте в субботу, — ибо та суббота была день великий, — просили Пилата, чтобы перебить у них голени и снять их.
     Итак, пришли воины, и у первого перебили голени, и у другого, распятого с Ним. Но, пришедши к Господу Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода.
     И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его; он знает, что говорит истину, дабы вы поверили. Ибо сие произошло, да сбудется Писание: кость Его да не сокрушится (Исх. 12, 10, 46). Также и в другом месте Писание говорит: воззрят на Того, Которого пронзили (Зах. 12, 10).

    239. Положение во гроб
    (Мф. 27, 57–60; Мк. 15, 42–46; Лк. 23, 50–54; Ин. 19, 38–42.)

     Посем, как уже настал вечер, — поелику это была пятница, то есть день пред субботою, — некто человек богатый, именем Иосиф из Аримафеи, города Иудейского, человек добрый и правдивый, знаменитый член совета, не участвовавший, однако ж, в совете и деле их против Господа, который и сам ожидал Царствия Божия и учился у Господа Иисуса, будучи учеником Его, хотя тайным из страха от Иудеев, — он, пришедши к Пилату, возымел дерзновение войти к нему и просил позволение снять тело Иисусово.
     Пилат удивился, что Он уже умер, и, призвав сотника, спросил его: давно ли умер? И, узнав от сотника, приказал отдать тело Иосифу.
     Иосиф пошел и, купив плащаницу [32], снял тело Иисусово.
     Пришел также и Никодим, приходивший прежде к Господу Иисусу ночью, и принес состав из смирны и алоя, литр около ста [33].
     Итак, они взяли тело Господа Иисуса и обвили его плащаницею чистою и пеленами с благовониями, как обыкновенно погребают Иудеи.
     На том месте, где распят был Господь Иисус, был сад, и в саду гроб новый, высеченный Иосифом в каменной скале, в котором еще никто не был положен. Там они положили Господа Иисуса, ради пятницы Иудейской, потому что гроб был близко; и, привалив камень к дверям гроба, удалились.

    День тот был пятница, и наступала суббота.


    "Евангельская история о Боге Сыне"

    свят.
    Феофан Затворник


( на Великую Пятницу, из Иерусалима 0 голосов: 0 из 5 )