О бытии и действиях злых духов

Одну из своих проповедей высокопреосвященный Павел, архиепископ Казанский, начинает следующими словами: «в наше время очень много людей, считающих себя мудрыми и многосведущими, которые вовсе не допускают от бытия злых духов и отрицают зловредное влияние их на жизнь нашу и на вечную участь нашу»¹. Замечательная проповедь Казанского архипастыря и посвящена доказательному раскрытию той мысли, что злые духи, по неоспоримому свидетельству слова Божия, несомненно существуют и разными свойственными им способами зловредно воздействуют на земную жизнь и вечную участь людей.

Проповедь Казанского архипастаря как нельзя более отвечает потребностям нашего времени. Отрицание бытия злых духов и их вредного влияния на людей в настоящее время нередко высказывается не только в устных речах, но и в печатных сочинениях. Так, например, в 1889 году выпущене не известным неутомимым издателем книг материалистического и вообще рационалистического направления г. Павленковым, в переводе с французского языка, сочинение Реньяра, под заглавием: «Умственные эпидемии», нашедшее себе и и у нас много читателей. В этом сочинении вера в бытие злых духов и в зловредное действие их на людей выдается за плод невежества. Упомянувши, что бесноватые весьма часто упоминаются «в Библии и в Евангелиях», Реньяр ноставил задачею целой обширной главы в в своем сочинении доказать, что все, когда-либо считавшиеся бесноватыми, на ко самом деле суть люди, болевшие особым видом нервного разстройства, – «истеро-эпилепсиею», как выражается французский ученый. В настоящей краткой заметке нам хотелось-бы обратить внимание читателей на то, как неосновательно отвергает Реньяр бытие злых духов и их зловредное влияние на людей и как неопровержимо доказывает действительность того и другого высокопреосвященный Павел на основании свидетельств слова Божия и здравых соображений разума.

В разсуждениях Реньяра о «бесноватых» прежде всего в глаза бросается его решительное неведение того, что, вопреки его мнению, например, Господь Иисус Христос прямо и решительно отличал нервно-больных от одержимых здыми духами. В Евангелии от Матфея мы читаем следующее: Приводили к Нему (Спасителю) всех немощных, одерщимых различными болезнями и припадками, и бесноватых, и лунатиков, и разсабленных, и Он исцелял их (4, 24). В Евангелии от Марка читаем: При наступлении вечера, когда заходило солнце, приносили к Нему (Иисусу Христу) всех больных и бесноватых. И весь город собрался к дверям. И Он исцелил многих, страдавших различными болезняни, и изгнал многих бесов (1, 32–34). У евангелиста Луки также ясно и решительно различаются страдающие разными нервными и другими болезнями от одержимых злыми духами (6, 18; 7, 21 и др.). Если же Господь Иисус Христос несомнение отличал бесноватых от разных эпилептиков, луматиков и т. под., на каком-же разумном основании умершдает Реньяр, будто бы все бесноютые, упоминаемые в Евангелиях, суть нервно-больные? Это мнение Реньяра не подтверждается, а сполна опровергается и неоспоримыми свидетельствами Священного Писания.

Затем, если бы можно было считать все то, что говорит Реньяр касательно позднейших многочисленных случаев ошибочного признавания действительно нервных- больных за одержимых злыми духами, и в таком случае отрицание бытия злых духов и возможности для них вселяться в людей было-бы делом поспешным и ошибочным. Как бы ни были сходны даже до кажущейся тожественности различные крипадки, в коих проявляются те или иные нервные болезни, с припадками, какими сопровождались, по изображению Евангелий, состояния одержимых злыми духами; одно это обстоятельство нисколько не свидетельствует против того, что старается оспорить Реньяр. Во-первых, это сходство говорит только за возможность для обыкновенных людей смешивать случаи мнимого беснования с чисто нервными болезнями. Во-вторых, если есть возможность такого рода ошибок, то отсюда же видна возможность ошибок и совершенно-противоположного свойства, т. е. смешивания случаев действительного беснования с мнимо-нервными болезнями. Нельзя не признать правильности и той мысли, что для злых духов в известные времена и в известной человеческой среде нужно и полезно даже замаскировать свои гибельные действия всей видимостью обычных болезненных явлений. А если это справедливо, то падает сама собою вся аргументация Реньяра.

Далее, французский ученый не только не изъяснил из обычных чисто-естественных условий многия психофизические явления, характеризуюция собою состояние тех, коих он не хочет считать за одержимых злыми духами, но даже нарочито обошел их молчанием, хотя эти явления были ему известны. Он сам цитует следующия слова, коими верующие доказывали и доказывают несомненное присутствие злого духа в некоторых людях, подлежавших наблюдению и целению. «Первое доказательство заключается в тех непрерывных, страшных и несправедливых богохульствах, изрекаемых против воли ежечасно и ежеминутно несчастными. Безошибочно можно сказать, что это – дело диавола; так как нельзя допустить, чтобы люди, дотоле иногда по всем данным представлявшиеся благочестивыми, могли осквернять свои уста таким богохульством. Вторым доказательством служат циничные речи, нередко произносимые самыми благовоспитанными и целомудренными девушками и понятные только в устах развратных и погибших женщин. В-третьих, откуда является особенное, ужасное отвращение к таинствам исповеди и причастия, вызывающих в несчастных бешенство, противодействие, судороги и богохульства? Затем, нельзя опускать из виду и следующих ужасных действий и состояний, свойственных только некоторым из людей, признанаемым нами за одержимых злыми духами, а именно: невыносимых соблазнов всякого рода, безмерных душевных страданий, непостижимых ухищрений, хитрых ловушек, знания никому неведомых вещей, сокрытия истины, страшной злобы и проч.» (стран. 50–51). Казалось-бы, на обязанности Реньяра лежало внимательно обсудить все это и обстоятельно доказать неосновательность приписывания подобных действий и состояний влиянию злых духов. Между тем Реньяр не делает ничего такого, ограничиваясь голословной и ничего недоказывающей ссылкой на то, что нечто подобное замечается и у сумасшедших. Нужно-ли повторять, что подобные аналогии нисколько не опровергают возможности действительного присутствия и действия злых духов в некоторых людях? Теперь же заметим, что, по свидетельству психиатрии, существует непременная связь между а) некоторыми особенностями, замечавшимися в душевном складе и образе действий человека до его сумасшествия, и б) тем или другим пунктом его помешательства. Спрашивается: какая-же связь между а) тем психофизическим состоянием, какое часто было свойственно лицам, пока в них не вселился злой дух, и б) тем психофизическим состоянием, какое наблюдалось после? В большинстве хорошо обследованных случаев такой связи не видно и отыскать нельзя. Во всяком же случае, Реньяр обязан был указать эту связь прежде, чем выступить с своим отрицанием бытия и зловредного влияния злых духов на людей.

Наконец, и объяснение, предлагаемое Реньяром касательно появления в некоторые времена в монастырях значительного количества «бесноватых», нельзя не считать весьма поверхностным, в сущности ничего не изъясняющим. «Почти всегда в монастырях – и главным образом в женских обителях – религиозные обряды и постоянное сосредоточение на чудесном, говорит Реньяр, влекли за собою различные нервные разстройства, составляющия в своей совокупности то, что называлось бесноватостью» (стран. 37). Что это объяснение лишено всякой научной и логической ценности, едвали нужно много доказывать. В самом деле, кто же не знает, что бесноватые встречались и тогда, когда не было и самых монастырей? С другой стороны, теперь существует много мужских и женских монастырей, в коих, благодаря Бога, есть немало лиц, усердно исполняющих религиозные требования и витающих мыслию своею в горнем мире, исполненном чудес. Однакоже, среди обитающих в этих монастырях нет того, что Реньяр произвольно называет нервным разстройством вместо бесноватости, хотя больные и встречаются. Наконец, по свидетельству истории и опыта, не скорее-ли оказывается, что высокая и постоянная религиозно-нравственная настроенность представляет собою наилучшее оружие для отражения злых духов, а не способ привлечения их? Если же Господь попускает злым духам вселяться иногда и в сравнительно благочестивых людей, то это – случаи исключительные, которые предполагают потребность этих людей в испытании их добродетели, во временном наказании греха и проч.

Как видим, Реньяру вовсе не удалось сколько-либо подорвать учение о бытии злых духов и пагубном влиянии их на людей, хотя он, по-видимому, и выступил во всеоружии медицинских познаний. Сколько неправ этот французский писатель, столько же неправы и все те, кто, подобно гр. Толстому, утверждают, будто бы Иисус Христос не учил о бытии и зловредных действиях злых духов, и будто бы в словах Спасителя о диаволе и царстве злых духов нужно видеть не более, как или олицетворение злого, греховного начала, или просто приспособление к ходячим иудейским воззрениям. Так говорить могут только те, кто отвергает истинность всего христианского мировоззрения и Божественную природу Самого Основателя христианской религии. Связь учения о сатане и его царстве с догматом об Искупителе мира, Иисусе Христе, и вообще со всеми остальными догматами есть связь органическая, неразрывная, так что отвергать бытие злых духов значит отвергать все христианство. Это-то, на наш взгляд, прекрасно и разъясняет проповедь высокопреосвященного Павла, некоторые места коей и приведем здесь – то в буквальном его собственном изложении, то в кратком нашем изложении.

Слово Божие, – говорит наш ученый и талантливый проповедник, – учит о бытии диавола и ангелов его с такой ясностью, что отрицать их бытие могут только люди, не желающие принимать очевидную, несомненную истину. Ваш отец диавол, говорил Господь наш Иисус Христос не веровавшим в Него иудеям, и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он – лжец и отец лжи (Иоан.8:44). Какое поразительно ясное учение Самого Иисуса Христа о бытии диавола, как действительного существа, – существа личного, – врага людей, – начального человекоубийцы, главного виновника лжи! Здесь диавол противополагается Богу и Аврааму, которых неверующие иудеи в беседе с Iисусом Христом называли своими отцами: Бога – Отцем по творению и по особенному благоволению Его к избранному народу Божию – Израилю, Авраама – отцом по плоти, как своего родоначальника. Как Бог и Авраам – существа личные, так личное существо – и диавол.

Затем, и в положительном учении, и в притчах, в объяснительной их части, Спаситель часто упоминает о диаволе и аггелах его, везде уча о них, как о существах действительных, как о злых духах, старающихся вредить людям, губить их, и блюдомых для огня вечного, как достойного им наказания. Объясняя притчу Свою о плевелах на поле, Христос сопоставляет диавола с действительными-же существами и предметами: с Собою Самим, людьми добрыми и злыми, с ангелами, с миром. Можно ли допустить, чтобы диавол, – если он не действительное существо, а простое олицетворение зла, – был сопоставлен с существами действительными и чтобы ему усвоялось действительное, весьма важное участие в судьбах мира? А как ясно учил Господь наш Иисус Христос о бытии злых духов, когда Он исцелял бесноватых! Никогда не высказал Господь мысли, что беснование есть болезнь естественная. Везде виновниками беснования Он признает бесов, Сам изгоняет их и дает апостолам Своим власть изгонять их. Так, Спаситель изгоняет целый легион бесов из гадаринского бесноватого, – изгоняет действительных злых духов. Бесы просят Господа, чтобы Он позволил им войти в свиней, Он позволил им, и стадо свиней, бросившись с крутизны в озеро, потонуло в нем (Лук.8:27–35). Кто же потопил свиней? Не бесноватый же: – он ни пред изгнанием из него бесов, ни по изгнании их не бросался на свиней и не гнал их в озеро, а мирно оставался при Христе; и не болезнь беснования: болезнь естественная, оставивши больного, не могла войти в свиней и потопить их. Очевидно, свиней потопил легион действительных духовных злых существ, изгнанных Христом из бесноватого.

Подобно Iисусу Христу, и святые апостолы признавали действительное бытие злых духов и учили о пагубном влиянии их на род человеческий. В своем учении о злых духах Iисус Христос и апостолы, конечно, не приспособлялись только к по понятиям современников, веривших в мир бесовский, как думают лжемудрецы века сего. Нет, Господ наш Iисус Христос и святые апостолы Его, по своей любви к истине, не только не приснособлялись, но и не могли приспособляться к ложным верованиям современников. Приспособление к ложным верованиям современников в учении о злых духах, противное истине, было-бы недостойно не только безусловной святости и истинности Христа, но и святости и любви к истине святых апостолов. Ни Христос, ни апостолы, постоянно ревностно боровшиеся с ложью и заблуждениями человеческими, ревностно обличавшие всякую ложь и положившие свою жизнь за истину, не могли внести в свое божественное учение того, что есть ложь. Не могли они по своей любви и к истине, и к людям внести в души человеческие постоянный страх пред злобными и могущественными врагами, требовать постоянной борьбы с этими врагами, – врагами, будто бы мнимыми только, на самом же деле не существующими. Нет, мир бесовский существует действительно и всемерно старается вредить роду человеческому...

А. Г.