Азбука веры Православная библиотека профессор Иван Николаевич Корсунский Как понимать изречение Исаии XXVI, 15 "приложи им зла, Господи, приложи зла сильным земли", читаемое на великопостной утрени?
Распечатать

профессор Иван Николаевич Корсунский

Как понимать изречение Исаии XXVI, 15 «приложи им зла, Господи, приложи зла сильным земли», читаемое на великопостной утрени?

(Из посмертных бумаг покойного И. Н. Корсунского)1

Прежде всего долгом почитаю принести Вам глубочайшую мою благодарность за милостивое слово о моей книге: «Перевод LXX», выраженное в Вашем предшествующем последнему полученному мной письму. Хотя главная цель моего труда в этой книге, соответственно предмету моей кафедры, была та, чтобы показать (как и заглавие книги гласит) значение перевода LXX в истории греческого языка и словесности, и именно доказать, что этот перевод есть первый провозвестник сверхъестественного откровения Божественного на греческом языке, питавшемся дотоле исключительно соками язычества, и в этом смысле раскрыть всю полноту объема значения сего перевода как первоосновы языка церковно-греческого со стороны его лексикографии, логической организации, грамматики, и т. д., однако не только в связи с тем, но и в значительной мере по этому самому меня глубоко занимала также мысль о тесном взаимоотношении перевода LXX с нашим славянским переводом ветхозаветной Библии. Я искренно желал и, на сколько требовалось моею ближайшею и главною задачею, старался при всяком удобном случае в своем труде послужить раскрытию и подтверждению этой мысли. С этою целью я почти везде, при библейских цитатах по тексту LXX-ти перевод давал славянский, согласный с LXX-ю, а не русский согласный с еврейским и часто разногласящий с переводом LXX-ти, вошедшим в богослужебное употребление; а во втором отделе второй, главной части моего труда, особенно с страницы 624-й и прямо говорю о богослужебном употреблении перевода LXX в Церкви Христовой и великом значении его с этой стороны, на основании и святоотеческого о сем учения, при чем опять тексты св. Писания сопровождаю славянским, а не русским переводом, руководясь соображением, которое высказал еще в Бозе почивший святитель Московский Филарет и которое у меня приведено на стр. 642 и 643. Я ношу в глубине души своей убеждение, что мы, православные русские, столетиями воспитываемые материю нашею Церковью по преимуществу с помощью богослужения, должны крепко хранить наше святое достояние – славянскую Библию, вошедшую в состав богослужения и более согласную с переводом LXX-ти, нежели с еврейскою Библией; а потому хотя не должны пренебрегать, на случай разъяснения подлинного смысла того или другого места св. Писания, и так называемою (у блаж. Иеронима) «еврейскою истиною», однако первее всего должны держаться перевода LXX-ти, вошедшего с славянским переводом в плоть и кровь нашу и послужившего спасению наших предков и нашему. Вот, за тем, и настоящий случай, о котором вы изволите спрашивать меня, т. е. Ис. XXVI, 15.

Вы, конечно, хорошо изволите знать, как здесь расходится изданный по благословению Св. Синода русский перевод Библии с славянским, вошедшим и в утреннее богослужение великого поста, согласным с текстом LXX-ти, а не с еврейским. Мой всегдашний учитель, – в Бозе почивший митрополит Московский Филарет, обошел этот текст, разъяснением в своих проповедях. Блаженный Иероним, в своем толковании книги пророка Исаии, только устанавливает разность текста еврейского и перевода LXX в рассматриваемом месте, а сам, по обычаю, более склоняется на сторону «еврейской истины», нежели дает разъяснение того, почему так именно перевели LXX толковников. Преосвященный Петр, на стр. 292 своей книги: «Объяснение книги св. пророка Исаии в русском переводе, извлеченное из разных толковников» (Москва, 1887), прямо объясняет лишь русский перевод этого места, сделанный с еврейского, и даже не касается разности его с текстом LXX и славянским. О западных толковниках, особенно протестантских, нечего и говорить. У них еврейский текст прямо считается непреложною истиною, хотя в настоящую пору и из них далеко не все стали так думать о нем (в первой части моего труда, стр. 62–70, есть речь о сем). Мне, в моем труде, по главной задаче его, не было надобности нарочито касаться разъяснения занимающего Вас места. Но смысл его, мне кажется, не трудно уяснить. В гл. XXVI-й и по еврейскому и по LXX-ти содержится песнь народа Божия о спасении кротких, смиренных и низложении гордых, превозносящихся, соединенная с пророчеством о воскресении мертвых (ст. 19). Поэтому естественно, что перевод LXX, а за ним и славянский в ст. 15 о гордых, славившихся своими победами и другими великими по их мнению, деяниями врагах народа Божия говорит:  приложи им зла, Господи, приложи зла славным земли (πρόσθες αὐτοῖς κακά, κύριε, πρόσθες κακὰ τοῖς ἐνδόξοις τῆς γῆς). Славянский перевод следует здесь ватиканскому кодексу LXX-ти, а по александрийскому и другим, в том числе по Синодальному изданию (в Москве 1821 года), с одной стороны, после второго κακά (зла) добавлено: πσι т. е. всем (славным), а с другой – нет выражения: τῆς γῆς – земли. Как объяснить теперь разницу этого славянского перевода (согласного с LXX-ю) с переводом русским (опирающимся на еврейский подлинник), гласящем: « Ты умножил народ, Господи, умножил народ, – прославил Себя"? 

LXX толковников, без сомнения, лучше нас и наших современников знали еврейский язык и еврейскую Библию, понимали смысл и дух ея. Но в тоже время нельзя отрицать ни того, что они, как я доказываю в своей книге (стр. 87, а за тем 511 и 520) более всего желали быть ясными, а не только что буквальными переводчиками подобно Акиле, исключительно буквалисту, ни того, что, при недостатке, в их время, словоразделения, пунктуации теперешней и проч. в еврейском тексте (о чем также можно читать в моей книге на стр. 74 и дал. 89 и дал. др.), они могли давать понимание многим местам этого текста далеко не такое, какое усвоили им гораздо позже так называемые мазореты. И еще во многих случаях вопрос, правильнее ли последние понимают этот текст, или нет, по сравнению с LXX-ю толковниками (о чем у меня можно читать на стр. 76 и дал.). При том во многих случаях ясно доказано, что LXX толковников имели под руками другой еврейский текст, нежели какой читается в теперешних мазоретских изданиях. Не нужно забывать, наконец, и вариантов текста LXX-ти и того, что самодревнейшие кодексы его восходят не далее IV-и христианского века (хотя существующие еврейские рукописные тексты, принадлежат времени еще более позднему, – самые древние, о чем см. в моей книге стр. 72). Все или почти все это применимо к Ис. XXVI, 15. Прежде всего недоумеваю, за чем русским переводчикам понадобилось, как бы нарочито, столь далеко отступать от славянского перевода этого места2. " Ты умножил народ, Господи», и проч. – не вполне точный перевод еврейских слов: יָםַפְתָ לַגּוֹי Глагол יָםַף прежде всего обозначает именно прибавлять, т. е. то самое, что LXX обозначили глаголом προστίθημι, а за тем уже увеличивать, умножать, собирать. За тем, глагол этот с прямым дополнением при знаке винительного падежа אֵת, как он часто встречается, еще мог бы быть переведен так, как переведено в русском: « Ты умножил народ»; а здесь после означенного глагола стоит слово с признаком не винительного, а дательного падежа לַגּוֹי. В настоящем случае этот признак ל (к, для) в начале слова גוֹי (тело в смысле целого, корпус, народ) как нельзя более подходит именно к значению глагола прибавлять (к чему), а не умножать. Иначе сказать, точнее было бы перевести все это еврейское выражение словами: «Ты прибавил народу" или "к народу", "Господи», далее по-еврейски повторяется первое выражение: «Ты прибавил народу" или "к народу», – а за тем стоит נִכְכָּדְתָּ от כָּבַד или כָּבֵד быть тяжелым, веским, важным, знатным, славным; в форме нифал 2 л. значит: «Ты прославился». Вот и все еврейские слова рассматриваемого места в их собственном значении.

Что LXX толковников могли последнее рассмотренное выражение еврейское נִכְכָּדְתָּ:, в соответствие постановке членов в предшествующих двух предложениях (приложи им… приложи… славным), принять за причастную форму вместо формы 2 л. единст. числа, это и понятно из их желания быть более ясными, нежели если б они перевели это выражение глагольною формою изъявительного наклонения, и не противоречит грамматике еврейской, также как не сильно противится требованию точности перевода и замена причастной формы формою прилагательного (τοῖς ἐνδόξοις – славным). Равным образом, что в некоторых кодексах текста LXX-ти, например ватиканском (а за ним и в славянском переводе) после этого прилагательного добавлено слово: земли (τῆς γῆς), это понятно из того, что далее в еврейском говорится о «расширении пределов земли» в том же 15 стихе, чего недостает в этих кодексах.

Наконец, и что в других кодексах не только добавлено к выражению: τοῖς ἐνδόξοις слово πσι – «всем», но и есть, в соответствие еврейскому, выражение: ἐμάκρυνας πάντα τὰ πέρατα τῆς γῆς (Ты расширил все пределы земли), это также понятно, с одной стороны, из того, что в еврейском перед словом: «пределы», – прямо есть слово: כּל – "весь«, – а с другой, из того, что составители или издатели этих кодексов не хотели, вероятно, опустить греческим переводом и это выражение (как оно имеется и в нашем Синодальном издании 1821 года), между тем как ватиканский кодекс (а за ним и славянский перевод), быть может, после слов:  приложи им зла, Господи, приложи зла славным земли, находил уже неудобным или излишним добавлять: »ты расширил" или "распространил все пределы земли«. – Важнее вопрос: откуда взяли LXX слово: κακά «зло, бедствие», два раза повторенное и являющееся во всех списках текста LXX? В объяснение этого можно предложить следующее: уже и выше (ст. 10, 11) пророк говорит о врагах народа Божия, гордых своими преимуществами перед ним; и не далее как в ст. 14-м говорится о них: сего ради навел еси, и погубил еси, и взял еси всяк мужеск пол их. По этому естественно, что в следующем, 15-м стихе LXX предположили усиление этой мысли и, пользуясь означенными еврейскими выражениями о «прибавлении народу» чего то; обратили эти выражения в молитвенные. А так как, с одной стороны, נּוֹי употребляется в Библии по преимуществу о языческих именно народах (напр. Пс. 134, еврей. 135, ст. 15), в отличие от עָם "народ«, употребляемого главным образом о народе еврейском (напр. 1Цар. 15, 1), с другой это נּוֹי весьма созвучно с междометием הוֹי, которое значит: »увы! горе!« (напр. 3Цар. 13, 30): то означенные молитвенные выражения и высказались у LXX-ти в таких словах: »прибавь им«, т. е. язычникам, врагам народа Божия, »бедствий, прибавь бедствий славным земли«, т. е. славящимся, хвалящимся, гордящимся своими преимуществами перед народом Божиим 3.

Вот мое посильное объяснение занимающего Вас места.

22 февраля 1898 г.

* * *

1

Одно высокопоставленное лицо, получившее от покойного И. Н. Корсунского его известный труд «Перевод LXX толковников. Его значение в истории греческого языка и словесности» послало ему следующий запрос: Я искал в книге вашей, не найду ли давно меня интересующее объяснение разницы в переводе стиха, коим я особливо дорожу в великопостной службе – Исаии XXVI, 15 «Приложи им зла Господи, приложи зла сильным земли», но не нахожу к сожалению. В виду общаго интереса, какой может вызвать предложенный И. Н. обстоятельный ответ на этот вопрос, редакция печатает его к сведению читателей, принося благодарность наследникам покойного за сообщение письма.

2

При переводе Библии на русский язык особенно издаваемом по благословению Св. Синода, по преимуществу должно было бы стараться возможно ближе ставить русские слова и выражения к славянским и возможно более принимать во внимание перевод LXX-ти, стараться более сглаживать нежели выставлять на вид разности перевода LXX и еврейского.

3

О том, что в слове Божием нередко встречается молитвенное выражение желания бедствия врагам народа Божия, я считаю излишним и говорить.


Источник: Богословский Вестник, МДА, 1902. Т. 3. Ноябрь.

Комментарии для сайта Cackle