Библиотеке требуются волонтёры
Азбука веры Православная библиотека Церковное право Канонические правила Православной Церкви с толкованиями – Двукратный собор 861 г.
Распечатать

Канонические правила Православной Церкви с толкованиями
Константинопольский собор, во храме святых Апостолов бывшего, глаголемого двукратный 861 г.

Правило 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

 

 

Зонара. Собор этот надписывается так: „святый и великий двукратный собор, бывший в Константинополе во всечестном храме святых и всехвальных апостолов“. Читающих это надписание приводит в недоумение, почему настоящий собор, будучи одним, называется двукратным? Рассказывают, что когда собор собрался в сказанном храме св. апостолов и православные вступили в рассуждения с инославными, то первые оказались более сильными и хотели предать письмени то, о чем было рассуждаемо; но еретики не допустили написать решения, дабы не показаться побежденными и отринутыми от общения с верными, почему и произвели такой беспорядок и возмущение, что даже обнажили мечи и совершили убийства. Так и кончилось это первое собрание, не получив видимого завершения. За тем, через несколько времени, опять состоялось второе собрание в томе же храме, и снова начались рассуждения о тех же предметах: тогда-то и написано было то, что говорено было относительно догматов. Вот почему, говорят, настоящий собор, хотя в сущности единый, и наименован двукратным, – потому именно, что дважды составлялось собрание отцев, и только во второй раз, когда записаны были рассуждения и принятые решения, изречены были и ниже следующие правила.

Вальсамон. Некоторые, читая надписание (настоящих правил), недоумевают, почему этоть собор, будучи одним, называется двукратным? Решение. Во дни святейшего патриарха господина Фотия, составившего номоканон, был созван вселенский собор против блаженнейшего патриарха Игнатия. Когда (на соборе) были подвергнуты обсуждению догматические и другие церковные вопросы, произошло смятение и разделение, так как инославные, потерпев поражение, не хотели придти в единомыслие с православными. Посему-то и нужно было божественным отцам, чтобы состоялось второе собрание, на котором бы записано было то, о чем прежде было рассуждаемо и что было утверждено. Итак вот почему этот собор назван двукратным; на нем изложены и ниже следующие правила.

Славянская кормчая. Собор сей написуется сице, святыи великии первыи и вторни собор, иже в Константине граде собравыися во всечестнем храме святых и прехвальных апостол.

Сказание. Недоуметися есть зде, како един сей собор сый, первыи и втории глаголется; тожде имать сице собор в преждереченнем пречестнем собрася храме: и сопревшеся правовернии со иноверники, и мнящеся правовернии яко препреша, хотяху писати глаголанная на соборе, и не дадяху иновернии сему быти: натолице же противишася, не дадуще писати, якоже и мечи изяти, и брань творящим между собою, и тако разыдеся собор той, не писаным оставшим глаголанным убо на нем. И потом прешедшу времени, вторыи собор бысть в той же церкви, и паки о тех же словесех подвижеся беседа та: тогда же и исписана быша глаголанная: тем и реша сему собору единому сущу по истине первому и второму именоватися, яко же дважды за особь бывшу сшествию святых, отец: на втором же соборе написанным бывшим глаголанным, егда и вчиненая зде правила изложена быша.

Книга правил. По изъяснению Зонара и Вальсамона Собор сей именуется двукратным потому, что двукратно собирался для одних и тех же предметов. Действия и решения первого собрания не могли быть написаны и подписаны отцами Собора, потому что сему воспрепятствовали неправомыслящие, произведя возмущение. Посему, по восстановлении спокойствия, держано было второе собрание, в котором, по возобновлении прежних рассуждений, составлены и утверждены настоящие правила.

Правило 1 (Κανὼν αʹ)

Созидание монастырей, дело толико важное и достохвальное, древле блаженными и преподобными отцами нашими благоразсудно изобретенное, усматривается ныне худо производимым. Ибо некоторые, дав своим имениям и усадьбам имя монастыря, и обещавшаяся посвятити оные Богу, пишут себя владельцами пожертвованного. Они ухищренно умыслили посвятити себя Богу единое наименование: ибо не стыдятся усвояти себе ту же власть и после пожертвования, какую не возбранялось им имети прежде. И такое корчемство примешалось к сему делу, что к удивлению и огорчению видящих, многое из посвященного Богу явно рождается самими посвятившими. И не токмо нет в них раскаяния о том, яко попускают себе властвование над тем, что единожды уже посвятили Богу, но и другим бесстрашно передают оное. Того ради святый собор определил: да не будет позволено никому, созидати монастырь без ведения и соизволения епископа, но с его ведением и разрешением, и с совершением подобающей молитвы, якоже древле Богоугодно законоположено, монастырь да созидается; все же к нему принадлежащее, купно с ним самим да вносится в книгу, которая и да хранится в епискоском архиве. И пожертвователь без воли епископа отнюдь да не имеет дерзновения, самого себя, или вместо себя другого поставити игуменом. Ибо аще не может кто либо быти обладателем того, что подарил человеку, то како может быть попущено кому восхищати обладание тем, что он освящает и приносит Богу?

Зонара. Правило это повелевает, чтобы желающие созидать монастыри и чрез них посвящать свон стяжания Богу не иначе могли начинать построение монастыря, как если местный епископ, получив о том сведение, дозволит приступить к постройке, совершив и подобающую (на сей случай) молитву. По сооружении же монастыря, должна быть составлена точная опись как самого монастыря, так и всого принадлежащего ему, которая и полагается в епископии на тот конец, дабы строитель монастыря не мог уже взять назад ничего из пожертвованного им. Ибо кто раз посвятил что либо Богу через обитель, тот навсегда изъял это из своей власти и уже не есть господин (посвященного имущества). Каким же образом он мог бы после того распоряжаться чем-нибудь монастырским, как владыка? И правило настолько устраняет его от обители, что не позволяет ни ему самому быть игуменом монастыря, без воли епископа, ни производить другого вместо себя во игумена. Ибо если и подаренного людям даритель уже не может взять назад без причины, так как власть над этим он перенес с себя на другого: то каким образом можно восхитить и снова поставить под свое господство то, что посвящено Богу? – О созидании монастырей дает определения и 4-я книга Василик 1 тит. 1-я глава, т. е. 5-я новелла, также 5-я книга 2-го тит. глава 14-я.

Аристин. Без воли епископа никому да не будет позволено созидать монастырь; а созданный с ведома его и с совершением молитвы да вносится в опись вместе с тем, что принадлежит ему: и да хранится (опись) в епископии; а создавшему да не будет дозволено, без воли епископа, ни игуменствовать, ни производить игумена.

Вальсамон. В толковании на 7-е правило 7-го собора мы написали нечто иное о том, как должны быть созидаемы монастыри, и прочти, что там иаиисано. А настоящее правило говорит, что поелику некоторые жертвуют Богу только именем монастыря, а на деле и по истине хотят снова владеть своими пожертвованиями, отчуждая их по своей воле: то монастыри не должны быть воздвигаемы без ведома местного епископа. Епископ же, совершив подобающую молитву при основании монастыря, т. е. при водружении креста, тем самым дает дозволение на постройки; при этом он обязан внести в опясь как то, что имеет быть дано строителем на содержание монастыря и довольствование монахов, так и самый монастырь, и эта опись должна храниться в епископии, а сделавший приношение устраняется от господства над тем, что посвящено Богу. К сему (правило) присовокупляет, что жертвователь настолько должен быть далек от владычества над тем, что посвящено Богу, что не может ни игуменствовать в монастыре без воли епископа, ни другого поставлять игуменом. Ибо, говорит (правило), если того, что дается в дар людям, подаривший уже не может взять себе, то как он восхитит посвященное Богу и снова подчинит себе? Некто спросил: каким же образом, вопреки смыслу этого правила, строители монастырей дают им уставы и поставляют в них не только игуменов, но и особых надзирателей, а иногда, на ряду с другими неканоническими распоряжениями, делают и такое, чтобы местный епископ не имел доступа в монастырь? На это некоторые отвечали, что все (ктиторские) уставы, какого бы они ни были содержания, недействительны: ибо что однажды посвящено Богу, то, по смыслу настоящего правила, бесспорно и навсегда должно оставаться под епископскими правами. Другие сказали, что упомянутые уставы должны иметь силу, если написаны согласно с законами и правилами. А иные хотели, чтобы такие уставы оставались в действии в том лишь случае, если они не только составлены канонически законно, но и утверждены царскою рукою. А мне кажется, что поелику 7-я глава 1-го титула 1-й книги Василик говорит: „кто составит дарственную запись на построение молитвенного дома, или странноприимницы, или больницы, тот и сам и его наследники обязаны, по требованию епископов и экономов, выдать обещанное, с тем конечно, чтобы (те учреждения) управляемы были согласно с его волею“: то строители монастырей имеют право давать им уставы; но тем, что закон говорит, что молитвенные домы должны быть управляемы согласно с волею ктитора, не дается ему права делать какие нибудь неканонические и противузаконные распоряжения. Ибо 39-я глава 1-го титула 3-й книги Василик говорит: „избранных ктиторами в клирики, если они оказываются недостойными, епископы должны извергать и рукополагать других“ и 7-я глава 3-го титула 5-й книги определяет в конце буквально следующее: „местные епископы должны наблюдать, хорошо ли идет управление, и если найдут, что управители не приносят пользы, имеют право, без всякой ответственности, ставить вместо них других способных“. Таким образом, хотя бы как нибудь и утвердилось что либо противузаконное и неканоническое, содержащееся в уставах, оно не должно иметь силы. Еще кто нибудь спросит: если правило определяет, что епископ должен иметь такие права в созданном кем либо в его области монастыре и что в архиве епископии должна храниться опись монастыря: то не дозволяется ли епископу передавать монастырь кому захочет, и вообще иметь в нем право господства? Думаю, что этим правилом не дано права епископу властвовать над монастырем так, как бы он принадлежал его церкви на праве собственности; но дозволяется только иметь епископские права в нем. А эти права суть следующие: суждение о душевных погрешностях, наблюдение над монастырскими властями, возношение его имени, поставление (σφραγίς) игумена. Итак монастырь должен оставаться свободным, самоуправляющимся, не отчуждаемым и не могущим поступить в дар. А местный архиерей должен иметь в нем только указанные епископские права. Настоящим правилом и различными другими законами и правилами дозволено желающему, согласно с действующими законоположениями, строить монастыри вновь. А новелла императора господина Никифора Фоки определяет – не строить вновь мовастырей, ни странноприемниц, ни богаделен, ни других богоугодных учреждений, но заботиться о поддержании существуюидих; и в конце присовокупляет буквально следующее: „таким образом отныне, то есть от начала 7 индиктиона, никому да не будет позволено отдавать каким бы то ни было образом земли и поля монастырям, или богадельням, или странноприемным домам, ни даже митрополиям, или епископиям; ибо такое дарение не принесет им никакой пользы. Если же какие либо из существующих уже благочестивых домов, или епископий, или монастырей имели столь дурное управление и хозяйство, что остались совсем без земель, то им не должно быть возбранено, с царского ведома и усмотрения, приобретать потребное для них, без излишества. А строить келлии и так называемые лавры в местах пустынных и не прилегающих к поместьям, и другим полям, если они ограничиваются своими межами, не только не воспрещаем желающим, но и поощряем это дело похвалою“. Впрочем новелла эта отменена новеллою порфирородного господина Василия Нового, изданною в месяце апреле, индикта 1-го 6495 года, которая заключает в себе буквально следующее: „Божиею милостию наше царское величество, узнав и от монахов, испытанных в благоговеинстве и добродетели, и от многих других, что определение, изданное отшедшим от царства господином Никифором относительно Божиих церквей и благочестивых домов, или, лучше сказать, против церквей и таковых домов, сделалось причиною и корнем настоящих зол – потрясения и смуты всего государства, так как этот закон послужил к несправедливости и оскорблению не только церквей и благочестивых домов, но и самого Бога, что подтверждается и самым делом (ибо с тех пор, как вошло в силу то законоположение, и до ныне ничего не случилось в нашей жизни доброго, напротив не миновал нас никакой вид несчастия), постановляет настоящим подписанным хрисовуллом, чтобы упомянутое законоположение упразднилось с настоящего дня и на будущее время оставалось без всякой силы и действия. А должеы действовать относительно как Божиих церквей, так и благочестивых домов законы, изданные раньше“. При этом знай, что треблаженный император господяа Мануил Комнин указом, изданным в сентябре месяце индикта 7, определил, что никто, получив или получая от царей в дар недвижимые имущества, не имеет права передавать их каким бы то ни было образом кому нибудь другому, разве только лицам, принадлежащим кь синклиту и воинскому чину; а если случится противное сему, то недвижимости должны поступать в казну. Точно также и в феврале месяце 3-го индикта состоялось новое законоположение того же императора и почти такого же содержания. Но эти распоряжения были отменены позднейшим хрисовуллом сына его приснопамятного порфирородного и императора господина Алексия Комнина, изданным в месяце декабре 1-го индикта 6691 года.

Славянская кормчая. Безповеления епископа никому же достоит монастыря создати, но да весть епископ, и молитву сотворит, и созданныи монастырь и вся сущая внем внутренняя, и внешняя, на хартию да напишутся, и да будут под властию епископа. И без воли епископли, не подобает ни самому создавшему игуменити внем, ни игумена поставляти. Сия правила вся разумна.

Правило 2 (Κανὼν βʹ)

Некоторые восприемлют на себя образ токмо жития монашеского, не ради того, да в чистоте послужат Богу, но ради того, да от чтимого одеяния восприимут себе славу благочестия, и тем обрящут беспрепятственное наслаждение своими удовольствиями. Отринув одни свои власы, они остаются в своих домах, не исполняя никакого монашеского последования, или устава. Того ради святый собор определил: отнюдь никого не сподобляти монашеского образа, без присуствия при сем лица, долженствующего прияти его себе в послушание, и имети над ним начальство и восприяти попечение о душевном его спасении. Сей да будет муж Боголюбивый, начальник обители, и способный спасти душу новоприводимую ко Христу. Аще же кто обрящется постригающий кого либо не в присутствии игумена, долженствующего прияти его в послушание: таковый да подвергнется извержению из своего чина, яко не повинующийся правилам, и разрушающй монашеское благочиние; а неправильно и бесчинно постриженнный да предастся на послушание в монастырь, в который заблагоразсудит местный епископ. Ибо неразсудительные и поргешительные пострижения и монашеский образ подвергали неуважению, и подали случай к хулению имени Христова.

Зонара. Некоторые, поетригаясь в монашество или по болезни, или по причине скорби, или по той причине, какая указана в правиле, опять проживали в своих домах, не выполняя ничего свойственного монахам. Посему-то и изречено настоящее соборное правило, повелевающее не иначе постригать кого-либо в монахи, как только в присутствии лица, долженствующего принять его к себе в подчинение и дающего обещание заботиться о его душевном спасении, – мужа, очевидно, предстоятельствующего в монастыре, делателя добродетели, могущего устроить во спасение душу вновь приходящего к Богу. „Аще же кто, говорит правило, обрящется постригающий кого либо не в присутствии игумена, долженствующего принять его в послушание, таковый да подвергнется извержению, как не повинующийся правилам и разрушающий монашеское благочиние; а неправильно и бесчинно постриженный да предастся иа послушание вь монастырь, в какой заблагорассудит епископ. Ибо таквми неразсудительными и неправильными пострижениями с одной стороны бесчестится монашеский образ, с другой – подается повод неверным хулить имя Христово, когда они видят монахов живущих не отлично от мирян и в полной ослабе; напротив, всеми прославляется Господь, когда видят, что посвятившие себя Богу живут добродетельно; так исполняется сказанное (в Евангелии): да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваши добрые дела и прославят Отца вашего, иже на небесех.

Аристин. Если кто будет усмотрен постригающим кого либо не в присутствии игумена, долженствующего принять его в послушание, то сам он да извержется, а постриженный да будет предан епископом на послушание в монастырь.

Вальсамон. Притворное благочестие строго осуждается и божественными евавгельскими заповедями и текстамн (других) писаний. Посему-то отцы (собора) и говорят, что так как некоторые, притворно показывая благочестие, вступают в монашескую жизнь не для исполнения божественной заповеди, а ддя удовлетворения своих чувственных наклонностей и чтобы пользоваться почтением за один только святый образ (ибо они и после пострижения остаются в своих мирских жилищах), то никто не должен быть постригаем иначе, как только в присутствии игумена, долженствующего принять оего и устроить в братстве своего монастыря; а кто совершит пострижение вопреки сему постановлению, да будеть извержен, а постриженный должен быть предан в монастырское послушание, по рассуждению епископа, дабы в виду таких дерзновенных дел, не хулилось имя Христово неверными и не подвергался бесчестию святый образ. Все это – о пострижении по притворству. А если кто пострижется по причине болезни, или скорби, то будет ли дозволено ему жить в мирском доме, или снять (монашеский) образ? Решение. Никаким образом; ибо правило изречено в общем смысле и касается всех, по каким бы побуждениям кто ни постригся. Мы видали не мало таких, которые пострижены были почти при последнем издыхании, когда, по причине болезни, они не сознавали, что делалось с ними; но потом, хотя они много хлопотали о сложении образа, ссылаясь на свое бессознательное состояние и тяжесть болезни (при пострижении), и желали обратиться к мирской жизни, не только не получили дозволения на то, но и были подвергнуты епитимии. Видали и других, которые, не испросив разрешения, слагали с себя образ и – опять были возвращаемы в прежнее монашеское состояние, против их воли. Что же? Постриженный неправильно т. е. без присутствования долженствующего принять его игумена, и по рассуждению епископа имеющий теперь впервые поступить в монастырь на послушание, обязан ли давать другие обеты, именно – обещаться, что он будет пребывать в монастыре, дабы считаться тамошним постриженником, или для того достаточно будет прежних (обетов)? Решение. Таковой представляется давшим обеты в том монастыре, в который поступил в первый раз после пострижения, и давать другие обеты не должен быть принуждаем; ибо по этой, как кажется, причине и произносятся при всяком пострижении все вопросы и обеты.

Славянская кормчая. Аще кто обрящется постригаяи кого во иноческии чин в чернцы, и не пришедшу поручнику хотящему его прияти в покорение, и в послушание игумена, той бо постригии бесчинно, да извержется. Постриженыи же, да предан будет местным епископом в покорение в монастырь.

Правило 3 (Κανὼν γʹ)

Разсуждено исправляти и сие неблагоустройство, допущенное, и что еще хуже, по несмотрению и небрежению распространяющееся. Аще который настоятель монастыря, подчиненных себе монахов отбегающих, не взыщет с великим тщанием, или нашедши не восприемлет, и не потрудится приличным и недугу соответствующим врачевством восстановити и укрепити падшего: такового святый собор определил подвергати отлучению от таинств. Ибо аще имеющий в смотрении бессловесныя животныя, вознерадив о стаде, не оставляется без наказания, то приявший пастырское начальство над паствою Христовою, и своим нерадением и леностью расточающий падение их, како не подвергнется наказанию за свою дерзость? Призываемый же возвратитися монах, аще не повинется, да будет отлучен епископом.

Зонара. Различные правила определили, что монахи не могут, оставляя монастыри, в которых приняли пострижение, уходить в другие обители, или блуждать туда и сюда; но мы– говорит настоящее правило – исправляем это продолжающееся и, что еще хуже, оставляемое без внимания бесчиние. И если настоятели монастырей, из которых уходят монахи, не прилагают всего старания к тому, чтобы отыскать их и возвратить, и не усиливаются уврачевать болящего, соответственно его недугу, восстановить его и укрепить: то правило повелевает отлучать таких игуменов. И требование, чтобы монахи пребывали в своих монастырях, выражено так настоятельно, что удаление их оттуда названо бегством (άπόδρασιν), как обыквовенно говорится о рабах и о содержимых в темницах, или в узах. Ибо если не оставляются без наказания пастырь бессловесных животных, нерадящий о пасомых им, то насколько больше должны понести наказание те, коим вверено пасение словесных стад Христовых, и которые леностно относятся к их спасению?

Аристин. Если какой игумен не будет отыскивать убегающих монахов и возвращать и исцелять их, должен быть отлучен.

Вальсамон. 21-р правило 7-го собора не позволяет монахам, или монахиням, оставлять монастыри, в которых принялн пострижение, и уходить в другой монастырь, без отпускной грамоты своих игуменов; впрочем не назначает им никакого наказания. А настоящее правило подвергает отлучению тех игуменов, которые не ищут со тщанием своих монахов, не возвращают находимых где бы то ни было, и не исцеляют душевные их болезни. При этом оно так настоятельно требует, чтобы монахи пребывали в своих монастырях, что удаление их оттуда называют бегством, что обыкновенно говорится о рабах и о заключенных в темницах, или в оковах. Да и 91-е правило карфагенского собора определяет наказание тому епископу, который произведет какого либо монаха из монастыря. принадлежащего к другой области, клириком или игуменом в монастырь своей области; но оставляет без наказания и самого монаха. Прочти это правило. А что будет, если, не смотря на старания игумена отыскать своего монаха, последний скроется? Решение. Посредством епископских епитимий он должен быть побужден к возвращению в монастырь, в котором принял пострижение, разве только скажет какую либо благословную причину. Заметь это по отношению к монахам, постриженникам чужого монастыря; прочти и следующее правило.

Славянская кормчая. (1 Никон. слов. 6). – Аще которыи игумен, отбегающих от монастыря мних, не взыскует, ни возвращает, ни врачюет их духовною хитростию, прилежно искиися, да отлучится.

Правило 4 (Κανὼν δʹ)

Многообразно усиливался лукавый привести в поношение досточтимый монашеский образ, и нашел для сего великое пособие во времени прежде бывшей ереси. Ибо ересью угнетаемые монашествующие, оставляя свои обители, переселялись в другия, а некоторые и в жилища мирских людей. Но что делали они тогда ради благочестия, и что по сему делало их достойными ублажения, то обращаяся в безразсудный обычай, являет их достойными посмеяния. Ибо еще и ныне, когда благочестие повсюду уже распространилось, и Церковь избавилась от соблазнов, отходят некоторые из своих монастырей, и, как некий неудержимый поток, туда и сюда уклоняяся и переливаяся, исполняют обители многим неблагообразием, вносят с собою великий беспорядок, и благолепие послушания расстроивают и разрушают. Прескеая их непостоянное и непокоривое стремление, святый собор определил: аще который монах, отбежав из своея обители, прескочит в другий монастырь, или вселится в мирское жилище: таковый равно и приявший его, да будет отлучен от общения церковного, доколе бежавший не возвратится в обитель, из которой преступно удалился. Впрочем, аще епископ неких из монахов, свидетельствуемых во благочестии и честности жития, восхощет превести в другий монастырь, ради благоустройства обители, или же заблагоразсудит послати и в мирский дом, ради спасения живущих в нем, или благоизволит поставити в ином каком месте: чрез сие не делаются виновными, ни сии монашествующие, ни приемлющие их.

Зонара. Во времена господства ереси иконоборцев все поклонники честных икон были отыскиваемы и наказываемы, в особенности – монахи. Посему, оставляя свои монастыри, они или удалялись в другие обители, где были скрываемы, или переселялись в мирские жилища. Но, говорят отцы собора, что тогда делало (монахов) достойными ублажения, так как совершалось благословно и благовременно, то, обратившись в нелепый обычай, являет таковых достойными посмеяния. Ибо не смотря на то, что буря ереси миновала и благочестие получило дерзновение, они по прежнему удаляются из своих обителей, уклоняются туда и сюда и как бы некий неудержимый поток переливаются и наполняют монастыри великим неблагообразием. Ибо благообразие обителвй состоит в том, когда питомцы их проводят жизнь в тишине и остаются в них, а не переменяют беспрестанно своих мест. Напротив (блуждающие) вносят с собою великий беспорядок (σννεισ κωμάζουσι). Правило воспользовалось речением κωμάζειν, дабы показать, что беспорядок приятен им; ибо κωμάζειν значить – пить вино при звуках флейт, цитры и песен. Как пьющие находят удовольствие в таких звуках, подобным образом, говорят отцы, и блуждающим монахам приятно бесчиние, и они расстроивают и разрушают благолепие послушания. Ибо так как братство есть единое тело, благолепие и похвалу которого составляет послушание, то отторгающиеся от братства разрушают то, чем оно красится, и приносят вред целому телу. Почему, говорят отцы, св. собор определил, чтобы убегающие из своих обителей, перейдут ли они в другие монастыри, или бесчинно вселятся в мирские жилища, и сами и те, кто примет их, да будут подвергнуты отлучению, пока убежавшие не возвратятся в свой монастырь. А если местный епископ признает нужным кого-либо из монахов, свидетельствованного в добродетели, перевести в другую обитель для ея благоустроения и пользы живущих в ней, иди заблагорассудят вселить в мирское жилище, или поставить в ином каком либо месте, то ни монахи, переводимые таким образом, ни те, кто принимает их, не будут повинны отлучению.

Аристин. Если какой либо монах, убежав из своей обители, поступит в другой монастырь, или поселится в мирском жилище, то он должен быть отлучен и сам и принявший его, пока не возвратится; а кто епископом будет поставлен где бы то ни было, не виновен.

Вальсамон. Бедствия, причиненные монахам злобою и угнетением иконоборцев, по словам правила, привели досточтимый монашеский образ в поношение. Ибо, угрожаемые еретиками, монашествующие оставляли свои обители: одни переходили в чужие монастыри, а другие поселялись в мирских жилищах. В то время это было извинительно; но потом сделалось предметом общего посмеяния. Ибо и после того, как вследствие торжества православия, страх гонения на христиан прекратился, некоторие из монахов бесстыдно дерзают делать то, что безопасно делалось прежде по нужде. Так они не стыдятся удаляться из мест своего пострижения и проводить жизнь в городах вместе с мирянами, извиняясь тем, чти и прежними монахами делалось многое такое. И так как это обличает распущенность монахов и вредит благосостоянию монастырей, то собор определил подвергать отлучению как монаха убежавшего из обители, в которой он принял пострижение, и принятого в другой монастырь, так и игумена, который принял его, пока бежавший монах не возвратится в свою обитель. Все это – в том случае, когда что нибудь такое сделается без ведома епископа. А если местний епископ признает, что в такой-то, например, обители нет монахов благоговейных и способных своими делами привести и других к спасению, и найдет полезным перевести такого-то монаха из обитела, в когорой он был пострижен, в другую, или сделать экономами в мирских домах ради спасения живущих в них, или поставить где нибудь в ином месте, то так и должно быть беспрепятственно: ни монахи, ни принимающие их в таких случаях не подвергаются осуждению. В виду этого некоторые возражали, не будет ли тут противоречия предписанию 91-го правила карфагенского собора, где сказано, что епископ, делающий что нибудь такое, т. е. принимающий монаха из чужого монастыря и делающий его клириком или игуменом, должен быть отлучен от общения с прочими братьями и довольствоваться общением только своего народа, а монах не должен оставаться ни клириком, ни игуменом? Но, как мне кажется, нет противоречия; ибо то правило наказывает епископа, который принимает какого либо монаха из чужой области и поставляет его в клир или в игуменство в принадлежащей ему обители, без ведома прежнего его епископа; точно также наказывает и монаха. А настоящее правило дает епископу позволение делать по своему усмотрению перевод монахов в двух принадложащих ему обителях. Знай также, что во дни святейшего патриарха кир Луки состоялось синодальное определение относительно того, чтобы без предосуждения были поставляемы на игуменство в монастыри, находящиеся в области патриарха, если в них нет монахов способных к предстоятельству, (монашествующие) в другой обители, принадлежащей к той же области, хотя бы уставами их и запрещалось быть игуменом постриженнику чужого монастыря. Не должно казаться тебе странным и то, что определено правилом относительно назначения епископом какого либо добродетельного подчиненного ему монаха в мирские жилища, или в другое место, для душевного спасения обитателей: ибо священные и божественные правила имеют в виду только душевное спасение людей, и больше ничего. Итак кто живет, как повелел Бог, тот не потерпит вреда от места, напротив принесет нарочнтую пользу живущим с ним. Так почему же и не быть по правилу? Именно по этой причине и сам святейший патриарх кир Лука дозволил монаху и священнику господину Макарию иерусалимлянину постоянно жить с блаженной памяти первопревосходительнейшим логофетом дрома господином Михаилом Агиофеодоритом, состоять вместе с ним в службе и исполнять обязанности секретаря. Итак заметь, что с епискокского дозволения и усмотрения, а тем более – с царского, и монахи и клирики без предосуждения могут исполнять то, что будет им поручено, каково бы ни было это поручение.

Славянская кормчая. (1 Никон. слов. 6) – Аще которыи мних от своего монастыря отбежав или во иныи монастырь преселит(и)ся внидет, или в мирстем жилище обитает: сам же и с приемшим его, да отлучится, дóндеже бежавыи возвратится в свой монастырь. Аще же от епископа или от игумена по совету на спасение строителем, послан будет, или поставлен где, без вины есть.

Правило 5 (Κανὼν εʹ)

Обретаем, яко отречения от мира, без рассуждения и испытания, много вредят монашескому благочинию. Ибо некоторые опрометчиво повергают себя в монашеское житие, и пренебрегши строгость и труды подвижничества, снова бедственно обращаются к плотоугодной и сластолюбивой жизни. Того ради святый собор определил: никого не сподобляти монашеского образа, прежде нежели трехлетнее время, предоставленное им для испытания, явит их способными и достойными такового жития, и сие повелел собор всемерно хранити, разве когда приключившаяся некая тяжкая болезнь, понудит сократить время испытания, или разве кто будет муж багоговейный, и в мирском одеянии провождающий жизнь монашескую. Ибо для такового мужа к совершенному испытанию довлеет и шестимесячный срок. Аще же кто поступит вопреки сему: то игумену, по лишении игуменства, состояние подчиненности да послужит наказанием за отступление от порядка; поступивший же в монашество да предастся в другий монастырь, в котором сторого соблюдается устав монашеский.

Зонара. Настоящее правило требует, чтобы никто не был постригаем, прежде чем даст доказательство своей готовности (к монашеству). Ибо, говорит правило, некоторые, опрометчиво повергают себя в монашеское житие, то есть вступают в оное не с рассуждением, а безотчетно (ибо как повергаемое ложится не в порядке, а как случилось, так и эти являются как бы заброшенными в монашество) и ведут жизнь не в порядке и не по чину. Уклоняясь от строгости и трудов подвижничества, они снова обращаются к плотоугодной и сластолюбивой жизни. Почему, дабы не было сего, собор определил – испытывать приходящих к монашеской жизни в течение трех лет; и когда в это время они выдержат испытание и окажутся способными и достойными монашеского жития, тогда удостаивать их (иноческаго) образа, если только в течение указанного срока не случится какой либо тяжкой и угрожающей смертию болезни: в таком случае время испытания должно быть сокращено. А если явится какой либо муж благоговейный, который и в мире жил подобно монахам, и которого личность и боголюбезное житие будут известны, то для искуса и испытания таковых собор признал достаточным шестимесячный срок. Но в нынешнее время некоторые из игуменов собственные желания ставят выше канонов и только что прибывших постригают немедленно, a других спустя несколько дней, и притом – таких, которые не знают, в чем состоит монашеский подвиг. Не удерживает игуменов от безразсудной поспешности в сем деле и епитимия, состоящая, по правилу, в лишении игуменства и обращении опять в послушание, в наказание за бесчиние. А того, кто сделался монахом без испытания и не в установленный срок, правило повелевает передавать в другую обитель, где монашеский устав соблюдается строго.

Аристин. Никто да не удоcтоивается монашеского образа, разве окажотся достойным, быв испытан в течение трехлетия, если только не сократит срока тяжкая болезнь. А для мужа благоговейного и живущего подобно монахам достаточно шестимесячного срока. В противном случае игумен лишится игуменства и обратится в послушание, а ставший монахом будет переведен в строгий монастырь.

Вальсамон. Часто, говорят отцы, некоторые по причине скорби, или по другому маловажному побуждению, опрометчиво вступают в монашескую жизнь и не имея сил понести трудов подвижничества, раскаиваются и постыдно возвращаются в прежнюю мирскую жизинь. В виду этого собор определил, чтобы никто не был удостоиваем монашеского образа, прежде испытания и исследования образа жизни ищущего пострижения, но чтобы он испытываем был в течение трехлетия и таким образом принимал монашеский образ. Ибо в таком случае и сам он не будет раскаиваться в овоей опрометчивости, но примет монашеский образ от всей души; если же не понравится ему (быть монахом), то без предосуждения может удалиться из обители и возвратиться в мирскую жизнь. И игумен, подвергнув в указанный срок строгому испытанию его жизнь, изберет одно из двух, то есть или пострижет его, как достойного, или позволит удалиться, как неспособному. Так повелели (отцы) поступать по отношению к здоровым. Если же кто пожелает постричься по причине тяжкой болезни, то ему не возбраняется сделать это и до срока, так что он может быть облечен в образ немедленно. А если пожелает вступить в монашескую жизнь муж благоговейный, который и по своей мирской жизни признается достойным пострижения, такого должно испытывать не в трехлетний срок, а в шестимесячный. Игумена, который поступит вопреки этому (правилу), отцы определили лишать игуменства и делать послушником, а постриженного предавать в другую более строгую обитель. В виду такого определения правила были в различные времена рассуждения о том, как должно испытывать избирающих монашескую жизнь. Ибо так как некоторые вступают в монастыри, облекаются в рясу, может быть, даже с Трисвятым в храме, переменяют имя н вообще живут и внутри и вне обители, как монахи; но прежде чем принять полное монашеское пострижение, снимают с себя образ и обращаются в мирскую жизнь, а иногда и сопрягаются законным образом с женами: то некоторые утверждали, что таковые не делают ничого незаконного, но что они имеют право в течении установленного правилом трехлетия выходить из обители без предосуждения, слагать монашеския одежды и надевать мирские; потому что и правило дает предписание о постригаемых ранее трехлетия, а пе о тех, которые еще находятся на испытании и суть рясофоры. А другие говорили, что правило называет монашеским образом пострижение; но не предписывает, чтобы испытание совершалось в монашеском одеянии и не предполагает того, чтобы кто нибудь бросал это одеяние, надевал мирское и удалялся. Отсюда открывается, что несущий испытание должен нести оное в мирском одеянии; ибо кто однажды облекся в монашеское одеяние, тому не должно быть дозволено – сегодня являться пред публикой монахом, а завтра выступать мирянином и как бы шутить, подобно актерам, над святым образом; поэтому правильнее было бы принуждать их к принятию пострижения. Говоря это, они подкрепляли свои слова ссылкою на 3-ю главу 11-го титула настоящего собрания1, где в начале говорится так: „13-е постановление 1-го титула новелл говорит, что дающие обет монашеской жизни, свободные, или рабы, должны предваритсльно провести трехлетие, нося волосы и одежду, как миряне, изучая Писание и исповедая свою прошлую жизнь и причину своего желания вступить в монашество, чтобы она не была какая нибудь предосудительная, и пусть будѵт вразумляемы. И если пребудут трехлетие и окажутся достойными сделаться монахами, тогда должны быть постригаемы“. На осповании этой новеллы, которая припадлежит Юстиниану, требовали, чтобы испнтанис производилось в мирской одежде. К сему приговокупляли, что поелику 13-я гл. 1-го титула 4-й книги Василик, или, что тоже, 64-я глава 123-й Юстиниановой новеллы, определяет, что „осмелившиеся сделать подражание образу монаха или монахини и, подобно актерам, осмеять его в каком бы то ни было месте, должны быть подвергнуты телесному наказанию и ссылке“: то тем более должен быть наказан тот, кто, дав обет монашеской жизни, вступив в монастырь и облекшись вх монашескую одежду, бесстыдно преобразится в мирянина. Иные же высказывали, что сделавшимся рясофорами с Трисвятым не должно быть дозволяемо обращаться в мирян; а которые приняли образ без этого, те бесспорно могут в течение трехлетия слагать с себя монашеские одеяния, и надевать мирския, подобно тому, как жены, скорбя по отшедшим мужьям своим, ходят известный срок в черном платье, а потом снова безопасно одеваются в обыкновенное. Таковы были мнения некоторых. А большинство людей более благоговейных думают, что кто вошел в монастырь и, как бы то ни было, надел черное одеяние и живет подобно монахам, тот не имеет права сделаться опять мирянином; ибо, говорят, ему можно было в течение трехлетия выпести испытание в мирской одежде. А так как он надел монашеское одеяние, то должен быть вынужден к выполнению своего предположения; если же будет отказываться от этого, то подвергнется наказанию, как говорит закон в 1-м титуле 4-й книги (Василик). А поелику я слышал, что некоторые порицают игуменов, которые постригают приходящих к ним без определенного испытания и тем будто бы нарушают настоящее правило, то думаю, чго 3-я глава 1-го титула 4-й книги, что есть 4-я глава 127-й Юстиниановой новеллы, разрешает и это недоумение. Ибо там сказано: „если кто пожелает вступить в монашескую жизнь, то повелеваем, чтобы, если известно что с ним не было никакого особенного случая, игумен монастыря давал ему образ, когда знает; а если он неизвестен, или случилось с ним что нибудь особенное, то он не должен принимать образа в течение трехлетия; но игумен монастыря обязан, в течение указанного срока, испытывать его жизнь“ и проч. Таким образом игумен правильно постригает приходящего к нему, когда знает его; и испытанию подвергаются только сомнительные, например рабы и прочие, принадлежащие к тому же разряду.

Славянская кормчая. (Никон. 1 слово 4). – Никтоже да не сподобится мнишескому образу, аще за три лета не искусится, и явится достоин, обаче аще не скратит времене тяжкая болезнь: мужеви же говейну, иже в мире сый мнишески живет, довлеет шесть месяц на искушение. Аще же чрез ее время пострижен будет кто, и спадет убо изыгуменьства игумень, и да будет в поκорении: постриженныи же во известен монастырь предан будет.

Правило 6 (Κανὼν ϛʹ)

Монахи не должны имети ничего собственного, но все им принадлежащее да утверждается за монастырем. Ибо блаженный Лука о верующих во Христа, и представляющих собою образ монашеского общежития, глаголет, яко ни един что от имения своих глалолаше свое быти, но бяху им вся обща (Деян. 4:32). Посему желающим монашествовати предоставляется свобода завещавати о имении своем прежде, и передавати оное, каким восхотят лицам, которым, то есть, закон не возбраняет. Ибо по вступлении в монашество, монастырь имеет власть над всем их имуществом, и им не предоставлено распоряжати ничем собственным, ни завещавати. Аще же кто обрящется усвояющий себе некое стяжание, не предоставив оного монастырю, и порабощенный страсти любостяжания: у такового игумен, или епископ да возмет оное стяжание, и, в присутствии многих продав, да раздаст нищим и нуждающимся. А того, кто положил в сердце своем, подобно древнему оному Анании, утаив сие стяжание, святый собор определил вразумити приличною епитимиею. Явно же есть, яко постановленные святым собором правила о монахах, праведным признал он соблюдати и о женах монашествующих.

Зонара. Вступающие в монастырскую жизнь считаются как бы мертвыми для (мирской) жизни. И как умершие не имеют ничего, так и от монашествующих правило требует чтобы ничем не владели, и в доказательство приводит слова из Деяний, в которых божественный Лука повествует, что ни еди́н из верующих что от име́ний свои́х глаго́лаше свое́ бы́ти, но бя́ху и́м вся́ о́бща (Деян. 4:32). Поэтому имеющим наклонность к монашеской жизни правило внушает до вступления в монашество делать завещание относительно принадлежащего им и распоряжаться своею собственностию, как желают, с тем, впрочем, чтобы не оставляли ее лицам, которым нельзя отказывать по закону, именно еретикам, или незаконнорожденным детям – более двенадцатой части своего имущества, когда имеют и законных детей. А если примут монашество прежде, чем сделают завещание, то обитель должна быт госпожею всего принадлежащего им, а они уже устраняются от распоряжения своею собственностию. Так бывает в том случае, когда лице, вступившее в монашество, не имеет необходимых наследников, т. е. детей, или родителей, которым он по необходимости должен оставлять законную часть. Ибо 123-я новелла, содержащаяся в 4-й книге 1-го титула Васииик, говорит между прочим, что „если вступивший в монастырь прежде распоряжения своею собственностию имеют детей, то да будет позволено ему и после пострижения разделить своим детям имущество и каждому уделить законную часть в неотъемлемую собственность; а излишек после раздела детям утвердить за монастырем“. А если бы вступивший в монашество пожелал оставить своим детям все свое состояние, то новелла повелевает причиcлять и его к его детям, так чтобы, если, например, детей будеть трое, причислялось к ним и лице, вступившее в монашество, и если имущество состоит из ста монет, то дети получали бы не по третьей части из ста, но каждый четвертую часть, дабы и отцу их была отделена равная часть, которую должна получить обитель. Если же постриженный скончается в монастыре, прежде чем разделит детям свое состояние, тогда дети должны получить законную часть, а остальное поступит в собственность монастыря. А если окажется, говорит правило, что кто-нибудь имеет какое-либо стяжание после пострижения, то игумен монастыря, или местный епископ, взяв это стяжание и продав в присутствии многих, чтобы известно было, за сколько продано (дабы игумену или епископу не подать подозренія против себя), должен разделить нищим; а того, кто удержал за собою имение и как бы похитил его, вразумить надлежащею епитимиею. Тоже самое, говорит правило, что поставлено о монахах, должно иметь силу и по отношению к монашествующим женам.

Аристин. Дозволительно вступающим в монашество предварительно делать завещание: если же не сделают, то принадлежащее им должно поступить во власть монастыря. А если кто присвоит себе что нибудь и не сделает наследием монастыря, то это должно быть публично продано игуменом, или епископом, и разделено нищим, и утаивший да будет подвергнут епитимии. Тоже должно иметь силу и по отношению к монахиням.

Вальсамон. И другия правила предписывают, чтобы монахи были нестяжательны. Так точно и настоящее говорит, что блаженный Апостол Лука, представляя образ монашеского общежития, написал в Деяниях, что уверовавшие во Христа не имели ничего собственного, но бя́ху и́м вся́ о́бща (Деян. 4:32); по сему примеру должны поступать и монахи, принося принадлежащее им в обитель, чтобы оно стало общим. А чтобы такое требование не сделалось препятствием для желающих вступить в монашество (ибо имеющим в жизни большое состояние естественно желать, чтобы собственность их перешла к тем или другим лицам), отцы определили, что долженствующий вступить в монашество имеет право законным образом сделать завещание прежде пострижения, так как он вступает в жизнь, делающую его мертвым, и передать принадлежащее ему имущество, кому желательно, то есть родственным и другим, могущим получать по завещанию отказы, или наследства. Ибо некоторые не могут получать по завещанию, именно еретики и другие. Если же до пострижения не сделает этого и будет пострижен, то у него отнимается власть делать завещание, и имущество его поступает в собственность монастыря. А если кто вопреки предписанию правила вознамерится, после вступления в монашество, присвоить себе что нибудь из прежнего имущества; то епископ, или игумен должен взять оное и продать в присутствии многих людей, чтобы не было подозрения, и цену (проданнаго) разделить нищим; а монах, похитивший принадлежащее Богу, по примеру оного Анании, должен быть вразумлен епитимиею. В виду изложенных определений настоящего правила, некоторые говорили, что этим определениям противоречит 7-я глава 1-го титула 4-и книги Василик, или, что тоже. 58 глава 123-й Юстиниановой новеллы, где сказано: „если женщина или мущина изберут монашескую жизнь и вступят в монастырь, то повелеваем, чтобы в том случае, когда у них нет детей, имущество принадлежало монастырю, в который они вступили; если же такое лице имеет детей и не сделает распоряжения относительно своего имущества, прежде чем вступит в монастырь, и не выделит законной части своим детям, то и в таком случае должно быть позволено ему, после вступления в монастырь, разделить свое состояние своим детям, и при том так, чтобы ни для одного из детей законная часть не была уменьшена. А та часть, которая не будет отдана детям, должна принадлежать монастырю. Если же пожелает разделить между детьми все свое состояние, то, по причислении собственного лица к детям, всячески должен удержать за собою одну часть, имеющую перейти в собственность монастыря. А если живя в монастыре скончается прежде чем разделит свое имущество между своими детьми, то дети должны получить законную часть; а остальное имущество должно достаться монастырю“. Но мне кажется, что это не противоречит тому, что определено в правиле. Ибо правило упомянуло о тех, которые не необходимо пишутся наследниками, то есть о родственниках по боковым линиям и о чужих; а новелла, сказав и то, что содержится в правиле (то есть что желающий поступить в монашество имеет право, прежде пострижения, делать завещание и передавать свою собственность, куда хочет) и что после пострижения ему не позволительно делать что нибудь такое, так как он уподобляется мертвому (а мертвый не может ни иметь имущества, ни говорить о нем что нибудь), и его имущество поступает во власть монастыря, присовокупила, что эта соблюдается, когда поступивший в монашество не будет иметь детей; ибо если имеет и сделает завещание, как предписывает новелла, или даже не сделает, ему во всяком случае должны наследовать собственные дети и должно быть исполнено все прочее, что содержится в приведенной новелле. Если так разрешается кажущееся противоречие, то кто нибудь спросит: что должно быть с имуществом постриженного, если он имеет не детей, а родителей? Решение. Пo отношению к наследованию, дети и родители имеют одинаковое право друг пред другом. Таким образом, что написано о наследовании детей после пострижения (родителей), то должно быть и по отношению к родителем. А что будет, если (вступающий в монашество) имеет и детей и родителей? Решение. 118-я Юстинианова новелла, содержащаяся в конце 3-го титула 45-й книги (Василик), определяет, что прежде всего из наследников по необходимости должны быт написуемы дети: а когда нет детей – родители; другого же никого мы не обязываемся, против своей воли, писать наследниками. А если кто скончается без завещания, имея родителей и братьев, то они должны наследовать ему поровну. Прочти указанную новеллу: она необходима. Так должно поступать с имуществом, принадлежащим тому, кто хочет поступить в монашество, пока он еще не постригся. А что делать с тем, что перейдет к нему после пострижения по завещанию, или от умерших без завещания родных, или каким нибудь другим образом? Решение. Прочти 5-ю новеллу приснопамятного императора господина Льва Мудрого, в которой излагается в сокращении то, что сказано выше, а в конце прибавлено, что монахи не лишаются вполне права завещания, если они приобретут имущество после того, как сделались монахами. Но если будет усмотрено, что они уже пожертвовали что нибудь монастырю, когда вступали в него, то по отношению к прибретенному после они суть полные хозяева, так что могут распоряжаться этим, как захотят; если же они ничего прежде не пожертвовали в монастырь, то, по законам, имеют право отказывать и завѣщавать две части, а монастырь получаеть себе остальную часть, т. е. третью. Что же? Если монах не захочет сделать какого нибудь распоряжения относительно приобретенного им после пострижения, должна ли будет овладеть всем имуществом обитель, или такое имущество должны взять так называемые εξ αδιαθέτου (наследующие и без завещания), и особенно если умерший пожертвовал что нибудь в монастырь? Решение. Новелла Философа ничего не постановила об этом; и мне кажется, что в таком случае должно быть все то, что определяет выше приведенная новелла относительно имущества монаха, умершего до пострижения, и без завещания. Некогда происходил спор в гражданском суде о нетелесных правах монаха, которыми он не успел распорядиться до пострижения2. Именно: когда один монах привлек кого-то в суд, как должника, то было подвергнуто рассмотрению, может ли монах начинать такой иск, и было решено, чго он не имеет права на то. А когда явилась в суд обитель и начала иск о правах монаха, как перешедших к ней в силу (настоящего) правила, – потому именно, что он не распорядился ими до пострижения: то защитники ответчиков возразили, что ни обитель, ни монах не могут предъявлять такого иска: ибо первый, как уже умерший и не имеющий имущества, не может быть принят на суде в качестве истца; а последняя, которой не передано (умершим монахом) нетелесное право иска, поднимает иск, не будучи к нему причастна. Они сослались и на закон, в котором говорится: „нетелесное право, если оно не будет передано, не переходит к другому“, и хотели, чтобы ответчика не привлекали в суду, дабы таким образом иск прекратился в самом вачале. Но их доводы не были приняты. Ибо признано было, что так как имущество монаха, имеющего нетелесное право, не по его воле переходит в собственность обители, но в силу закона, то обитель в праве присвоить себе иск и без передачи. Другие возражали еще, что все это имеет силу только по отношению к монахам киновий, а ни как не к живущим в келлиях; но услышали, что они говорят не правильно, потому что ни законы, ни правила не знают (такого) различия между монастырями и монахами.

Славянская кормчая. (Никон, 1 слово, 4). Аще кто пострищися хотя не управит ни завещает преже о именіи своем: по пострижении же всем имением его обладает монастырь. Аще же что свое сотворит. и не обещает монастыреви, епископ или игумен, яве таковое да продаст, и да раздаст нищим: утаивыи же, запрещение да приимет. Да держится правило се и на черноризицах.

Толкование. Иноци ничтоже должни суть имети, всем же тех приобщити монастырю. Якоже глаголет блаженныи Лука о вероваших Христу, иноческое житие вообразивших: яко ничтоже от имении своих глаголаше свое что быти, но бя́ху и́м вся́ о́бща (Деян., Зач. 12). Тем же хотящим иночествовати, воля дается о имениях своих устрояти прежде, и имжо хотят лицем не возбранны быти яве, яко от закона своя отдаяти. По пострижении же убо вся яже имут, под областию монастырскою бывают, и ничтоже о своих попеченіе имети, или повелевати попустится им. Аще ли же кто назрен будет, имея стяжание некое, еже не отдано бысть в монастырь, и особно хотя имети, любостяжаниа сластию поработився, то убо игуменом, или епископом, да возмется, и пред многими да продастся, и убогим и немощным раздастся. Таковое убо стяжание по древнему Анании скрыти поучившегося, приличным запрещением святыи собор повеле уцеломудрити. Яве убо яко елико о иночествующих мужех, святыи собор повеле и устави, тая же и о иночествуюицих женах оправда держатися.

Правило 7 (Κανὼν ζʹ)

Видим, многие епископии в упадке, и в опасности совершенного запустения от того, что предстоятели оных требуемое оными попечение и тщание обращают на созидание новых монастырей, и истощая еископии, и ухищряя присвоение доходов, стараются о приращении монастырей. Того ради святый собор определил: да не будет позволено никому без епископов созидати особенного для себя монастыря, к разорению всея епископии. Аще же кто обрящется дерзающрий на сие: таковый да подвергнется приличной епитимии, а его новое построение, яко не получившее даже правильного начала к тому, чтобы монастырем быти, да причислится к епископии, как ее собственность. Ибо ничто вкравшееся, вопреки закону и порядку, не может восхищати себе преимущества дел, произведенных согласно с правилами.

Зонара. Правило запрещает епископам строить монастыри, дабы чрез это не отчуждались имущества епископий, или не расходовались на построение обителей, в случае если епископы, стараясь об умножении и обогащении монастырей, истощали средства самых епископий. Выражением „истощать“ правило указывает на упадок и запустение епископий (ибо то, что истощается, будет ли это живое существо, или нечто неодушевленное, близится к разрушению), и вообще запрещает кому бы то ни было из епископов созидать себе особый монастырь, что может послужить к истощению средств епископии. А если, говорит правило, (епископ) дерзнет на сие, то сам подвергнется епитимии от рукоположившего его: а новое построение должно быть утверждено за епископией и сделаться ее собственностию. как бы оно и не было монастырем. Ибо противозаконные дела не должны служить ко вреду и разорению того, что делается согласно с правиламн.

Аристин. Никому из епископов да не будет позволено созидать особенный для собя монастырь к разорению своей епископии; дерзающий же на сие, да будет под епитимиею, а его новое построение должно быть утверждено за епископией, как ее собственность.

Вальсамон. Повидимому, некоторые епископы строили новые монастыри и издерживали на то доходы епископий, которые, после необходимых расходов на удовлетворение нужд епископии, они должиш были сберегать, согласно с апостольскич правилами, отчего естественно церкви приходили в упадок и почти обращались в ничто. Поэтому отцы постановили, что епископ не должен созидать особый для себя монастырь, так как это новое построение ведет к разорению епископии. Если же какой епископ поступит вопреки сему, то сам он должен быть подвергнут епитимии, а новопостроeнный монастырь перейти во владение епископии. Таков смысл правила. Хорошо оно сказало, что епископ не имеет права созидать монастырь вновь: ибо если кто возобновляет прежде существовавший монастырь, пришедший уже в упадок, и не истощает средств своей епископии, то ему не должно возбранять делать, что ему угодно, точно также как, по моему мнению, не должно возбранять построевие нового моиастыря, если только он не истощает средств епископии, но делает издержки из своих средсгв. Ибо запрещать епископу сооружение нового монастыря, во славу Божию и для спасения дѵш, и при том – без всякого ограничения, т. е. и в том случае когда от того не терпит вреда епископия, это неудобоприемлемо и недостойно рассуждения отцев. Ибо и сам первенствующий настоящего собора, блаженнейший Фотий. построил от сачого оснокания обигель Маиуила вь точ благоийпии и величии, в каком она представляется ныне. После того святейший патриарх кир Алексий воздвиг так называемую обитель кир Алексия, а блаженнейший патриарх кир Феофилакт – знаменитую обитель руфинианскую. И другие патриархи, митрополиты и епископы вновь строили различные монастыри как в царствующем граде, так и вне его, и, согласно с содержанием (настоящего) правила, отсюда не произошло ничего (невыгодного) для прав епископии – потому, конечно, что построение обителей совершено было архиереями не в ущерб их епископий. Но как бы отвечая на чей-то вопрос: почему построенная епископом обитель не оставляется в его правах, или, пожалуй, свободною, а переходит под власть епископии? отцы сказали, что поелику это благочестивое сооружение с самого начала и основания состоялось в противность правилам, то оно должно считаться, как будто бы и не было произведено епископом. Далее: так как здание, посвящаемое кем нибудь Богу, не состоит во власти созидающего, но во власти Бога, и так как оно сооружено иа доходы епископии, то и должно быть причислено к епископии, как ее собственность, Но спросит кто-нибудь: к какомѵ епископу должен перейти монастырь, – к преемнику-ли построившего, или к местному епископу? Решение. Издержки на построение монастыря, как открывается из правила, были произведены изь доходов епископии: почему он и должен перейти к этой епископии, как имеющей на него право в следствие того, что он построен на ее доходы. И если построен в ее области, нет и слова; а если в другой области, то и в таком случае он должен перейти к своей епископии. А местный епископ должен иметь в нем только архиерейские права. В этом и состоит (наше) толкование правила. Но имей в памяти, что св. Златоуст в своем толковании на святое евангелие от Матфея говорит, что „если бы кто спросил тебя, что лучше – принести дар церкви, или раздать нищим, скажи, что предпочитаются нищие; потому что имущество церквей и время истребляет, и властители отнимают; а что дано нищим, того не может отнять и диавол“. А если кто предположит сделать дар церкви, не должен быть отвлекаем от сего мыслию, что нищие предпочительнее: возобновление церквей предпочтительнее нищих, но не созидание вновь.

Славянская кормчая. Никому же от епископ не подобает особно себе монастыря здати на разорение и на истощение епископии своея. Аще же кто дерзнет то сотворити, запрещение да приимет, и созданыи монастырь, яко простое и людское жилище, под епископию да предан будет.

Правило 8 (Κανὼν ηʹ)

Божественное и священное правило святых апостол признает скопящих самих себя за самоубийц, и аще суть священники, извергает, аще ли же ни суть, заграждает им вхождение на священство (Апост. прав. 22 и 23). Отсюду явным становится, яко, аще скопящий сам себя есть самоубийца, то скопящий другого, без сомнения есть убийца. Можно же праведно рещи, яко таковый оскорбляет и самое создание. Того ради святый собор определил: аще который епископ, или пресвитер, или диакон, обличен будет, яко оскопил кого либо своеручно, или чрез повеление: таковый да подвергнется извержению из своего чина: аще же мирянин, да отлучится от общения церковного, разве приключившаяся болезнь принудит оскоплению болящего. Ибо как первое правило Никейского собора, подвергающихся отсечению членов по болезни, не наказует ради их болезни: тако и мы ни священников, повелевающих болящим оскоплятися, не осуждаем, ни мирян, своеручно производящих скопление, не обвиняем, поелику признаем сие врачеванием от болезни, а не злоухищрением противу твари, или предосуждением творческому действию.

Зонара. Скопчество запрещено и гражданскими законами. Итак кто оскопляет себя, тот, как мы сказали в толковании на 1-е правило первого Вселенского собора; если есть лице посвященное, извергается, а имеющее быть посвященным – допускается до сего, как самоубийца. А если таковый судится как самоубийца, то оскопляющий другого, конечно, должен быть признан убийцею; при том он есть и оскорбитель Божия создания: ибо кому Бог дал природу мужа, того оскопитель прелагает в иную странную природу. Ибо оскопленный не принадлежит ни к мужескому полу, поелику не может, совокупляясь, производить детей, ни к женскому, поелику не раждаеть. Поэтому правило говорит: если кто посвященный будет обличен в оскоплении кого либо, или своеручно или посредством другого, должен быть извергнут; а мирянин отлучен. Если кто впадает в болезнь, вынуждающую его подвергнуться оскоплению, то (правило) позволяет ему оскопиться, и не наказывает ни совершающих оскопление, ни тех, кои предписывают оное: ибо это не есть оскорбление Создателя, ни посягательство на создание, но врачевание болезни.

Аристин. Епископ, или пресвитер, или диакон, оскопивший кого-нибудь, или своеручно, или чрез повеление, да будет извержен; а мирянин отлучен. Разве только что будет побуждаем к оскоплению болѣзнию: ибо это врачевание, а не посягательство.

Вальсамон. Апостольским правилом отцы называют 21, 22, 23 и 24-е, ибо в них определяется, как должны быть наказываемы отсекающие у себя семенные вместилища. А настоящее правило предписывает, как должно наказывать тех, которые оскопляют других своеручно, или повелевают кому нибудь совершить сие. Если, говорит правило, ооскопивший себя есть самоубийца, то оскопивший другого, или повелевший оскопиться есть убийца. Оно называет их и оскорбителями Бога: ибо кого Бог посредством деторождения сотворил почти бессмертным и создал мужем и женою, сказав при этом расти́теся и мно́житеся, и напо́лните зе́млю (Быт. 1:28), тех они (оскопители), в противность повелению Божию, сделали чрез отнятие семенных вместилищ чем-то другим; так как оскоπлeнные не суть ни мужи, потому что не производят детей, ни жены, потому что не раждают. Итакь отцы опредѣлили, что те, которые осмелятся оскопить кого нибудь, или своеручно, или чрез повеление, если это лица посвященные, должны быть извержены, а миряне – отлучены, если только оскопление не будет сделано над кем нибудь по причине болезни, ибо таковых (отцы) признали невиновными так как совершенное над ними по причине болезни было врачеванием Божия создания, а не оскорблением. Прочти что написано в сказанных Апостольских правилах, а также 1-е правило Первого собора с толкованием и 142-ю Юстинианову новеллу помещенную в толковании на 14-ю главу 1-го титула настоящего собрания3. Заметь нечто новое, открывающееся в содержании настоящего правила: в начале отцы определяют извергать посвященных, если они производят оскопление, своеручно или чрез повеление, а затем, говоря об оскопляемых по причине болезни, мирян не обвиняют, если они оскопляют своеручно, или приказывают совершить оскопление; но посвященных в том только случае не осуждают, если они повелевают, а никак не в том, когда совершают (оскопление) своеручно. Итак заметь это, потому что весьма пригодится тебе, как доказательство нa то что не должны оставаться ненаказанными те посвященные лица, которые предают себя на оскопление по причине болезни, не получив на то церковного разрешения. Ибо если наказывается посвященный, своеручно обрезавший другого по причине болезни, то тем более должен быть наказан тот посвященный, который себя оскопляет по причине болезни.

Славянская кормчая. Аще которыи епископ, или презвитер, или диакон скопит кого, или своима рукама, или повелить кому, да извержется. Аще ли мирскии человек се творит, да отлучится. Обаче аще недуга ради некоего на отрезание понужден будет, не повинен есть: врачьба бо есть се, а не злодейство.

Правило 9 (Κανὼν θʹ)

Апостолькое и Божественное правило подвергает извержению священников, дерзающих бити верных согрешивших, или неверных нанесших обиду (Апост. прав. 27). Ухищряющиеся угодити своему гневу, и превращающие апостольские установления, разумеют сие токмо о биющих своеручно, хотя оное правило ничего такого не назнаменует, и правый смысл тако разумети не попускает. Ибо по истине было бы неразсудительно, и весьма поргешительно, аще бы нанесший своеручным биением три или четыре удара, подвергаем был извержению, а между тем, по данной свободе бити посредством повеления, простерший истязание до жестокости и до смерти оставался бы ненаказанным. Итак поелику оным правилом определяется наказание за биение вообще: то и мы согласно определяем. Подобает бо священнику Божию вразумляти неблагонравного наставлением и увещаниями, иногда же и церковными епитимиями, а не устремлятися на тела человеческия с бичами и ударами. Аще же некие будут совершенно непокоривы, и вразумлению чрез епитимии не послушны: таковых никто не возбраняет вразумляти преданием суду местных гражданских начальников. Понеже пятым правилом Антиохийского собора постановлено, производящих в церкви возмущение и крамолы обращати к порядку внешнею властию.

Зонара. 27-е правило св. Апостолов не позволяет ни епископу, ни пресвитеру, ни диакону бить согрешающих: ибо повелевает извергать биющего. Но некоторые, перетолковывая это правило, говорили, что оно запретило посвященным бить только собственными руками; но приказывать бить другому, бить чрез его посредетво – невозбранено. Исправляя сие, настоящее правило говорит, что нелепо и погрешительно думать, будто священные Апостолы постановнли – извергать того, кто трижды или четырежды ударит собственными руками, и оставлять без наказания того, кто посредством повеления, чрез другого, бьет весьма сильно и жестоко (таков смысл выражения: „до смерти“): тогда как апостольское правило не делает никакого различения, а просто наказывает всякое наношение ударов. Поэтому, говорят отцы собора, согласно с Апостолами и мы определяем, чтобы посвященные ни собственными руками, ни посредством повеления, чрез другого, не били никого согрешившего. Ибо священники Божии должны наставлять и вразумлять погрешающих поучениями и наставлениями, а иногда и церковными епитимиями, именно – в тех случаях, когда согрешающие не вразумляются поучениями и наставлениями. Ибо не с епитимий должно начинать научение и исправление, но прежде учить и увещевать, а потом уже прибегать к более суровому и тяжелому врачеванию, бичевать же тела человеческие и, устремляясь на них, наносить им удары – это совершенно запрещается настоящим правилом, которое словом „устремляться“ (έπίπηδάν) сделало намек и указало на бешеное и порывистое нападение. Если же некоторые, прибавляет правило, не исправляются ни учением, ни увещаниями, ни каноническими епитимиями, таковые должны быть наказываемы местными (гражданскими) начальниками, получающими ведение об них от тех священников, наставлений и кротких врачеваний которых они не приняли. А что бесчинные вразумляются и обращаются к порядку (мирскими) начальниками, это, говорят отцы, уже давно было определено антиохийским собором в 5-м его правиле.

Аристин. Священники, бьющие верных согрешивших, или неверных обидевших, своеручно или чрез повеление, должны быть извержены. Ибо вразумлять бесчинных должно наставлениями, увещаниями и церковными епитимиями, а не бичами, или ударами; если же не будут слушаться, то исправлять их призванием на помощь (мирских) начальников.

Вальсамон. 27-е апостольское правило определяеть подвергать извержению посвященных, если они бьют кого либо верного, или неверного – обидевшего или согрешившего. А настоящее правило говорит, что некоторые посвященные, избегая определяемого за это правилом извержения, не наносят ударов своеручно, но, удовлетворяя своему гневу, бьют чрез других, – потому конечно, что апостольское правило буквально не воспретило того; и таким образом обходят апостольскую заповедь. Говорить об Апостолах, будто они наказывают того, кто однажды или, пожалуй, дважды ударит собственноручно, но не наказывают нанесшего кому нибудь многие и смертоносные удары чрез повеление, – это, конечно, не только погрешительно, но и совершенно нелепо. Поэтому отцы следуя тому, что определено св. Апостолами, и постановили, что посвященные не должны наказывать кого бы то ни было ни собственноручно, ни посредством чужой руки, но должны вразумлять согрешающих увещаниями, или епитимиями; a не обращающихся наказывать вмешательством мирских начальников. Но как бы отвечая на чье-то возражение, что и это неприлично и несвойственно посвященным, правило говорит, что антиохийский собор в 5-м правиле определил, что клирики, возмущающие церковь, должны быть вразумляемы посредством внешней, то есть гражданской власти. Кто нибудь скажет: если так определяет правило, то каким образом учители свободных наук, то есть грамматики, и другие подобные, будучи посвященными, без предосуждения бьют своих ученнков? Решение. Наказывается нанесение ударов из мщения и гнева, а ннкак не умеренное вразумление учителей не только словом, но и рукою, при воспитании и обучении. Потому-то правило и сказало, что подлежат наказанию посвященные, устремляющиеся на тела человеческие, указывая словом „устремляться“ (έπίπηδάν) на безрассудный, как бы в бешенстве, порыв бьющих с гневом. Потом, если бы запрещались подобные удары учителей, то и церковные клирики не должны бы были, по повелению протэкдика, палицею вразумлять согрешающих рабов и свободных, приводимых к протэкдику; однакож это делается без предосуждения. Но если посвященный ударит кого-нибудь палицей у протэкдика с гневом и яростию, как и случилось однажды в архиерейство святейшего патриарха господина Луки, не должен избежать наказания. Равным образом и учитель, если с гневом ударит своего ученика, употребив для того такую палку, какою может быгь прачинена смерть, не должен остаться без наказания.

Славянская кормчая. Аще святители или верные согрешыя, или неверные преобидевше биют, или своею рукою, или повелевше кому, да извергутся. Подобает бо учением и наказанием, и церковными запрещении, бесчинные наказовати, а не ранами, или язвами. Аще же не послушают, властельскою рукою да накажутся мьстити.

Правило 10 (Κανὼν ιʹ)

Явно предавшиеся страстям своим не токмо не ужасаются наказания, определяемого священными правилами, но дерзнули даже ругатися над оными. Ибо они превращают оныя, и, ради страстныя воли своея, искажают смысл их, дабы по избытку страстного обольщения, как речено Григорием Богословом, зло казалось у них не только осудительным, но даже божественным (Св. Григорий Нисский, правило 8). Апостольское правило глаголет: сосуд златый или сребряный освященный, или завесу, никто уже да не возмет на свое употребление: беззаконно бо есть. Аще же кто в сем усмотрен будет: таковый да накажется отлучением (Апост. прав. 73). Сие правило, излагая к своему оправданию в беззакониях, они глаголют, яко не должно судити достойными извержения тех, кои досточтимое облачение святые трапезы претворяют в собственный хитон, или в некую иную одежду, ни даже тех, кои святую чашу, (о нечестия!) или священный дискос, или подобное сему, иждивают на свою потребу, или оскверняют. Ибо, глаголют они, правило справедливым признает впадающих в сие преступление подвергати отлучению, а не извержению. Но кто может снести столь великое кощунство и нечестие? Ибо правило подвергает отлучению взимающих освященное токмо для употребления, а не совершенно похищающих: а они и расхищающих святая святых, и святотатствующих освобождают от извержения, так же оскверняющих досточтимые дискосы или святые чаши, употреблением для обыкновенных брашен по своему рассуждению, признают не подлежащими извержению, тогда как сие есть явное осквернение, и очевидно, что сие делающие подлежат не токмо извержению, но и вине крайнего нечестия. Того ради святый собор определил: те, кои святую чашу, или дискос, или лжицу, или досточтимое облачение трапезы, или глаголемый воздух, или какой бы то ни было из находящихся в олтаре священных и святых сосудов или одежд, восхитят для собственной корысти, или обратят в употребление не священное, да подвергнутся совершенному извержению из своего чина. Ибо едино из сих есть осквернение святыни, а другое святотатство. А взимающих для себя или для других, на не священное употребление, сосуды или одежды, вне олтаря употребляемыя, и правило отлучает, и мы купно отлучаем: совершенно же похищающих оные подвергаем осуждению святотатцев.

Зонара. 73-е правило св. Апостолов говорит: „сосуд златый или сребряный освященный, или завесу, никто уже да не присвоит на свое употребление. Беззаконно бо есть. Аще же кто в сем усмртрен будет: да накажется отлучением“. Пользуясь сим правилом, некоторые понимали его в превратном и искаженном смысле, именно говорили, что обращающего святые вещи, каковы бы они ни были, в собственное употребление, должно отлучать, а не извергать. Настоящее правило, осуждая тех, кто так понимал правило апостольское, различает с одной стороны – обращающих святое на обыкновенное употребление, с другой – и самые священные вещи. Одни из них, говорят (отцы), употребляются во святилище, каковы: священный дискос, потир, облачения всесвятой трапезы, и все подобное: другие служат к внешнему украшению храма, каковы: светильники, разные привески в храме и другое подобное. Тех, кто берет на свою нужду или доставляет другим, и таким образом обращает на обыкновенное употребление что либо, принадлежащее храму, правило определяет отлучать; ибо, говорит собор, об этих именно предметах, как освященных простым приношением в храм, и дает постановление апостольское правило. Но кто берет какой нибудь предмет из принадлежащих святилищу и присвояет его, или обращает на обыкновенное и не священное употребление, тех (собор) повелевает извергать. Ибо присвоить себе такие предметы значит похитить святое или совершить святотатство, а воспользоваться ими и обратить на обыкновенное употребление, значит осквернить святое: за то и другое по справедливости назначается виновным извержение. Впрочем и тех, кто похитит что-нибудь из утварей или облачений, то есть одежд, находящихся во храме вне алтаря, дабы извлечь из того пользу себе, настоящее правило осуждает, как святотатцев.

Аристин. Восхищающие для собственной корысти святый потир, или дискос, или облачение, или лжицу, или так называемый воздух, или вообще что нибудь из священных сосудов, или одежд, или употребляющие их на несвященное употребление, должны быть извержены. Ибо одно значит – осквернить, а другое – совершить святотатство. А которые обращают на несвященное употребление для себя самих, или для других, употребляющиеся вне святилища, сосуды или одеяния, должны быть отлучены; кто же совсем похищает, да будет осужден как святотатец.

Вальсамон. Некоторые, похищая священные вещи и обращая их на обыкновенное употребление, например переделывая облачение св. престола в одежду, и подвергаясь за это извержению, ссылались на 73-е апостольское правило, в котором говорится: „сосуд златый, или сребряный освященный, или завесу, никто уже да не возьмет на свое употребление; если же не так, да будет отлучен“, и хотели, чтобы они были наказаны только отлучением. Посему настоящее правило говорит, что те, кои восхищают для собственной корысти и обращают на обыкновенное и несвященное употребление какой-нибудь святой сосуд из находящихся в святом алтаре, должны быть извергаемы; а тех, которые обращают на несвященное употребление, или другим дают для подобного употребления, священные сосуды и одеяния, служащие вне алтаря, определяет подвергать отлучению; похищающих же оные – осуждает как святотатцев. Если это так, то некто спросил: значит, правило это определяет нечто большее против апостольского правила? Решение. Апостольское правило дает предписание только о тех, кои делают священные предметы обыкновенными, а никак не о тех, которые присвояют; а настоящее правило – о присвояющих, или оскверняющих, или обращающих их на простое употребление; поэтому первое наказывает согрешившего только отлучением, а последнее – извержением, назначая более тяжкое наказание. Таким образом правила говорят о различных прегрешениях, почему определяют и различное наказание; ибо один, говорит (настоящее) правило, только осквернил священное, но не переделал оное; а другой похитил и злоупотребил, почему и должен быть подвергнут извержению. Еще кто-то спросил: почему правило, говоря в конце о священных предметах, находящихся вне алтаря, делающих их обыкновенными отлучает, а похищающих осуждает как святотатцев? Оно должно бы сказать, что и последние извергаются. Решение. Извергать похищающего и осуждать его как святотатца – одно и тоже; потому что и святотатец лишается чести, а за лишением чести следует и извержение; прочти еще 2-ю главу 2-го титула настоящего собрания, которая пространнее учит о священных сосудах и приношениях (в церковь), и заметь, что там написано, а в особенности прочти 21-ю главу 2-го титула 5-й книги Василик, сущность которой изложена Фотием во 2-й главе 2-го титула настоящего собрания.

Славянская кормчая. Иже служебныи святыи потирь, или блюдо, или индитию, или лжицу, или глаголемыи аер, рекше воздух, и просто рещи, аще едино что от священных сосуд, или от покрывал, себе на прибыток восхищающе, или на потребу не священную раскажающе, да извергутся: ово убо оскверняюще, ово же священная крадуще. Аще же сущые вне олтаря церковные сосуды, или завесы, или одеяние висящее в церкви на потребу не священну взимающе себе, или инем дающе, да отлучатся. Аще же отнюдь восхищают, яко святотатцы да будут осуждени.

Правило 11 (Κανὼν ιαʹ)

Пресвитеров или диаконов, приемлющих на себя мирския начальственные должности или попечения, или в домах мирских начальственных лиц звание управителей, Божественные и священные правила подвергают извержению. То же и мы подтверждая и о прочих, принадлежащих к клиру, определяем: аще кто из них вступит в мирския начальственные должности, или в домах начальственных лиц, или в градских предместьях приемлет на себя звание управителя: таковый да изженется из своего клира. Ибо, по реченному от Самого Христа истинного Бога нашего, и неложному слову, никтоже может двема господинома работати (Мф. 6:24).

Зонара. Святые Апостолы и отцы соборов приложили особенное попечение о том, чтобы посвященные не принимали на себя мирских начальственных должностей, или управления чьими либо имуществами. Об этом изречены различные правила, которые и подтверждают настоящим правилом отцы сего собора, присовокупляя нечто бо́льшее сравнительно с прежними определениями. Ибо прежние правила касались только священников и диаконов, воспрещая им принимать на себя мирские начальственные должности и попечения; а настоящее определяет, что никто из клириков не должен брать на себя мирских начальственных должностей, или звания управителя в домах начальствующих лиц и в их поместьях; поступающих же вопреки сему повелевает изгонять из клира. Ибо, говорят отцы, никто́же мо́жет двема́ господи́нома рабо́тати, по слову, сказанному Самим Господом (Мф. 6:24).

Аристин. Если кто из причисленных к клиру вступит в мирские начальственные должности, или в звание управителя в домах, или в поместиях, должен быть изгнан из клира; ибо не может рабо́тати Бо́гу и мамо́не.

Вальсамон. Настоящее правило, подтверждая прежние правила относительно того, что посвященные не должны заниматься мирскими делами, присовокупляет, что не только клирики, служащие внутри св. алтаря, но и те, которые служат вне его, если делают что нибудь такое, должны быть изгоняемы из клира. А поелику мы довольно написали о сем в 6-м и 81-м апостольском правиле и во многих других, а также и в 13-й главе 8-го титула настоящего собрания, то прочти там написанное; оно послужит достаточным толкованием и для настоящего правила.

Славянская кормчая. Аще которыи презвитер, или диакон в мирския власти примешается и строит таковое что, или в домех боярских, или приставник, илн старейшина, или правитель надчем будет, да изгнан будет от причта: не может бо Богу работати и мамоне.

Правило 12 (Κανὼν ιβʹ)

Святый и вселенский шестый собор подвергает извержению тех из клира, которое без соизволения епископа, литургисают, или крещают в молитвенных храминах, внутри дома находящихся (Шестой вселен. собор, прав. 31); согласно с сим и мы определяем. Ибо тогда, как святая Церковь право правит слово истины, и оное преподает и защищает, и соблюдает честность жития, и поучает оной, не прилично и преступно было бы попустити живущим в безначалии и ненаказанности поныряти в домы, и разрушати благочиние церкви, и исполняти оную многим смущением и соблазнами. Того ради настоящий священный и Богосодействуемый собор, согласно со святым вселенским шестым собором, определил: да будут назначаемы литургисающие в молитвенных храминах, в доме находящихся, явно же есть, яко назначение сие дается им от епископа того места. Аще же кто кроме сих, без соизволения епископа, вторгаяясь в домы дерзнет коснутися совершения литургии: таковый да извержется, а бывшие с ним в общении да подвергнутся отлучению.

Зонара. 31-е правило Шестого собора, упоминаемое в настоящем правиле, истолковано в своем месте; ему следуют и отцы, изложившие настоящее правило, определив, чтобы те, которые должны литургисать в молельнях, находящихся внутри домов, былн приурочены (άποκεκληρωμένοι), то есть определены, назначены на сие местным епископом. А если какие нибудь другие клирики, кроме получивших позволение, дерзнут совершать литургию в находящихся внутри домов молельнях, без ведома епископа, то таковые должны быть извержены, а бывшие с ними в общении – отлучены.

Аристин. Никакой клирик не должен литургисать, или крестить в храме, находящемся внутри дома, без дозволения епископа, ибо будет извержен. Итак литургисающие в молитвенных храминах, находящихся внутри домов, должны быть назначаемы епископом. Дерзающие поступать вопреки сему да будут извергнуты; а состоящие в общении с иими – отлучены.

Вальсамон. И настоящее правило, повелевающее извергать тех, которые литургисают или крестят в молитвенных домах, без соизволения епископа, истолковано в 31-м правиле трульского собора и в 31-м апостольском правиле. Прочти, что там написано.

Славянская кормчая. Никтоже от презвитер, в церкви сущей внутрь дому да служит, ни детей да крестит без повеления епископля, измещетъбося: извержени бо от причта епископом да будут, иже в церквицах сущих внутрь дому служащии. Дерзнувшии же чрезь сие, да извергутся: и приобщающиися кним, да отлучатся.

Правило 13 (Κανὼν ιγʹ)

Вселукавый, посеяв в Церкви Христовой семена еретических плевел, и видя, яко оне мечем Духа посекаются из корени, вступив на другой путь козней, покушается безумием раскольников рассекати тело Христово; но и сей его навет совершенно воспящая, святый собор определил ныне: аще который пресвитер или диакон, по некоторым обвинениям, зазрев своего епископа, прежде соборного исследования и рассмотрения, и совершенного осуждения его, дерзнет отступити от общения с ним, и не будет возносити имя его в священных молитвах на литургиях, по церковному преданию: таковый да подвергнется извержению, и да лишится всякия священническия чести. Ибо поставленный в чине пресвитера, и восхищающий себе суд, митрополитам предоставленный, и, прежде суда, сам собою осуждати своего отца и епископа усиливающийся, не достоин ни чести, ниже наименования пресвитера. Последующие же таковому, аще суть некие от священных, токожде да лишены будут своея чести: аще же монахи или миряне, да отлучатся вовсе от церкви, доколе не отвергутся сообщения с раскольниками, и не обратятся к своему епископу.

Зонара. Различным образом, говорит правило, лукавый злоумышляет против Христовой церкви. Ибо когда увидел, что плевелы ересей посечены мечем Духа, измыслил другие козни, чтобы рассечь тело церкви и уничтожить ее единство. Таково и есть безумие раскольников, воспящая которое, говорят отцы собора, определяем, чтобы никакой пресвитер, илн диакон не дерзал отступать от епископа, под властию которого состоит, не прерывал общения с ним, и не переставал возносить, по обычаю, его имя, зазирая своего епископа, прежде чем представленное против него обвинение будет рассмотрено собором и произнесен окончательный приговор, осуждающий его; а кто сделает так, будет извержен. Ибо кто, состоя в достоинстве пресвитера, восхищает себе суд митрополитов (так как епископов судять митрополиты), и прежде суда осуждает своего епископа, который есть ему отец по духу, тот не достоин того, чтобы почитали его и именовалн как пресвитера; и последующие за отщепенцем, если они и сами посвященные, должны быть извержены, а миряне или монахи – отлучены от церкви совершенно, т. e. извергнуты, так, чтобы не имели права и входить в церковь. Ибо отлучение (άφορισμός) есть как удаление от причащения божественных таин, так и нахождение вне церкви: последнее отцы назвали совершенным, как более тяжкое и вполне отделяющее отлученного от верных. Сроком такого отлучения назначено обращение виновных: ибо, говорит правило, они должны быть в отлучении, доколе не обратятся к своему епископу, отвергнув сообщество с раскольниками.

Аристин. Если какой пресвитер, или диакон, заподозрив своего епископа в преступлении, отступит от общения с ним прежде соборного расследования и не будет возносить его нмени, да будет извержен и лишен всякой священнической чести. А последующие ему, если это посвященные, должны лишиться своей чести; монахи же, или миряне да будут отлучены, пока не обратятся.

Вальсамон. Когда по благодати Божией прекратилось зло от ересей, отцы стали усматривать, что некоторые посвященные, по сатанинскому навождению, уклоняются в безумие раскольников, отделяясь от общения с своими епископами, не за их нечестие или несправедливость (что было бы согласно с 31-м апостольским правилом), но потому только, что, например, кто нибудь взводил на них обвинение в преступлении. Исправляя сие, как дело, рассекающое тело Христово, то есть церковь, (отцы собора) определили извергать тех священников и диаконов, которые дерзнут так незаконно отделяться от общения с своим епископом, прежде окончательного соборного осуждения его, и не возносить при божественных священнодействиях его имени, согласно церковному преданию. Ибо, говорят, не достоин имени и чести пресвитера тот, кто бесстыдно присвояет себе суд митрополита, каковой он, может быть, должен был произвести над епископом, и кто берет на свою совесть осуждать своего отца, епископа, тем, что прерывает общение с ним, как бы уже на самом деле осужденным. И не только таковых определяют отды извергать, но и последовавших им, если они посвященные; мирян же отлучать и оставлять под епитимиею, пока не придут в сознание зла и не обратятся к своему епискоииу. Прочти еще 1-ю главу 12 титула настоящего собрания и 1-е правило св. Василия. Но кто нибудь спросит: так как правило наказывает только пресвитеров и диаконов – отщепенцев, то понесет ли такое же наказание другой клирик, отделяющийся от общения с своим епископом, или нет? Решение. Так как правило извергает не только тех посвященных, которые были главными виновниками (раскола), но и тех, кто следует им, то по необходимости все клирики – главные виновники раскола, кто бы они ни были, должны быть извергнуты из своих степеней. А хорошо правило упомянуло только о пресвитерах и диаконах, потому что они главным образом производят раскол, как совершающие служение св. олтаря и могущие возносить, или невозносить имя епископа. Если же возразишь мне, почему нижеследующее правило упомянуло только о пресвитере, но умолчало о диаконе, то опять услышишь, что возношение имен епископов есть более дело священников, чем диаконов: потому-то об них и чаще упоминается.

Славянская кормчая. Аще который презвитер, или диакон, якожо се мня, сведыи своего епископа согрешша, прежде суда и уведения всех епископ собора отступит от общения его, и не поминает имене его в службе, да извержется, и всея священническия чести да будет лишен: последующии же ему, аще суть священници, своея чести да отпадугь: мниси же и мирстия человецы, да отлучатся, дóндеже обратятся.

Правило 14 (Κανὼν ιδʹ)

Аще который епископ, поставляя предлогом вину своего митрополита, прежде соборного рассмотрения, отступит от общения с ним, и не будет возносити имя его, по обычаю, в Божественном тайнодействии: о таковом святый собор определил: да будет низложен, аще токмо обличен будет, яко отступил от своего митрополита, и сотворил раскол. Ибо каждый должен ведати свою меру: и ниже пресвитер да пренебрегает своего епископа, ниже епископ своего митрополита.

Зонара. Одинаково с предыдущим правилом определяет настоящее правило и о епископах, отделяющихся от своих митрополитов, не имеющих с ними общения и не возносящих имен их.

Аристин. И если какой епископ дерзнет на то же самое по отношению к своему митрополиту, да будет извержен. Ибо каждому должно знать свою меру.

Вальсамон. И настоящее правило во всем подобно предыдущему, хотя говорит о других лицах.

Славянская кормчая. Аще которыи епископ тожде сице дерзнет сотворити на своего митрополита, да извержется. Подобает бо комуждо своя меры ведати.

Правило 15 (Κανὼν ιεʹ)

Что определено о пресвитерах и епископах и митрополитах, то самое, и наипаче, приличествует патриархам. Посему, аще который пресвитер, или епископ, или митрополит, дерзнет отсупити от общения со своим патриархом, и не будет возносити имя его, по определенному и установленному чину, в Божественном тайнодействии, но прежде соборанго оглашения и совершенного осуждения его, учинит раскол: таковому святый собор определил быти совершенно чужду всякого священства, аще токмо обличен будет в сем беззаконии. Впрочем сие определено и утверждено о тех, кои, под прдлогом некоторых обвинений, отступают от своих предстоятелей, и творят расколы, и расторгают единство Церкви. Ибо отделяющиеся от общения с предстоятелем, ради некия ереси, осужденные святыми соборами или отцами, когда, то есть, он проповедует ересь всенародно, и учит оной открыто в церкви, таковые аще и оградят себя от общения с глаголемым епископом, прежде соборного рассмотрения, не токмо не подлежат положенной правилами епитимии, но и достойны чести, подобающей православным. Ибо они осудили не епископов, а лжеепископов и лжеучителей, и не расколом пресекли единство церкви, но потщились охранити церковь от расколов и разделений.

Зонара. Что определили отцы собора относительно митрополитов и епископов, то, говорят они, еще более приличествует и по отношению к патриархам. Ибо если какой митрополит или епископ, или пресвитер дерзнет отступить от общения с своим патриархом и перестанет возносить его имя, прежде чем предъявит что либо против него собору и прежде судебного о том исследования, а может быть, и осуждения патриарха, таковый, как учинивший раскол, должен быть совершенно чужд всякого священства. Сказано: „всякого“– вместо: архиереи – архиерейского, а священники – священнического; „совершенно“ – так как не на срок какой нибудь они должны быть удалены от священнодействия и потом снова восстановлены в своей чести, но вполне должны лишиться своего достоинства и не иметь даже чести, свойственной архиереям и священникам. К сему отцы присовокупляют, что это определено и утверждено (запечатлено ἐσφράγισται), то есть твердо востановлено, (ибо печать служит к утверждению и охранению запечатлеваемого, и запечатывается только то, что достойно хранения, дабы не подверглось злоумышлению) – о тех именно, которые под предлогом каких либо обвинений отступают от своих предстоятелей и расторгают единство церкви, когда, например, обвиняют в блуде, или святотатстве, или рукоположении за деньги, или в чем нибудь подобном. Но если, например, патриарх, или митрополит или епископ будет еретик, и такой, который всенародно проповедует ересь, открыто (γυμνῇ τῇ κεφαλῇ) учит еретическим догматам: то отделяющиеся от него, кто бы они ни были, не только не будут достойны наказания за то, но и должны быть удостоены чести, как православные, удаляющиеся общения с еретиками; ибо таков смысл выражения: „аще оградят себя“ – ἀποτεῖχίζοντες, – (ибо ограда – τεῖχος – служит к отделению тех, кои находятся внутри ея, от находящихся вне): таковые отделились не от епископа, но от лжеепископа и лжеучителя, и не раскол произвели в церкви, а скорее освободили церковь от раскола, насколько это от них зависело.

Аристин. Точно также, если епископ или митрополит дерзнет на подобное против патриарха, должен быть отчужден от всякого священства. А если некоторые отступят от кого нибудь не под предлогом преступления, но по причине ереси, осужденной собором или св. отцами, то достойны чести и принятия, как православные.

Вальсамон. И это правило предписывает до некоторой степени тоже самое, что 13-е и 14-е правила. Ибо говорит, что определенное (в тех правилах) еще более приличествует по отношению к патриарху, когда кто-нибудь дерзновенно отступит от общения с ним. Но как бы отвечая иа чей-то вопрос: если кто нибудь отступит от общения с своим архиереем по благословной причине, например, по поводу ереси, за что же он должен быть наказан? – отцы присовокупляют, что все это бывает тогда, когда кто-нибудь, по поводу того или другого обвинительного дела, сам по себе осудит своего епископа и отделится от него, и таким образом расторгнет церковное единство. Ибо если кто отделится от своего епископа, или митрополита, или патриарха, не по обвинительному делу, а по причине ереси, как от бесстыдно учащего в церкви каким-нибудь догматам, чуждым православия, таковый и прежде совершенного расследования, а тем более после расследования, если „оградит себя“, то есть отделится от общения с своим предстоятелем, не только не подвергнется наказанию, но и будет почтен, как православный; ибо отделился не от епископа, а от лжеепископа и лжеучителя, – и такое деяние достойно похвалы, так как оно не рассекает церкви, а скорее сдерживает ее и предохраняет от разделения. Слова: „быти совершенно чужду всякого священства раскольнику“ – сказаны в правиле в виду тех, которые говорят, будто таковых должно удалять на некоторое время от священства, а не извергать. А обвинительные дела суть: о блуде, святотатстве и наругаёнии канонов. Хорошо сказало правило, что заслуживают похвалы те, которые и прежде осуждения отделяются от учащих еретическим догматам и явно еретичествующих. Ибо если ересь проводится первенствующим тайно и сдержанно, так что он еще колеблется, то никто не должен отделяться от него до осуждения; ибо возможно, что до окончательного решения он восприсоединится к православию и отстанет от ереси. Заметь это, как могущее пригодиться против тех, которые говорят, что мы неправильно отделились от престола древнего Рима прежде чем принадлежащие к нему были осуждены, как зломысленные. Итак настоящее правило не наказывает отделяющихся по догматической вине; а 31-е апостольское правило оставляет без наказания и тех, которые обличают своих епископов за явную неправду и отделяются от них.

Славянская кормчая. Такожде аще которыи епископ, или митрополит на своего патриарха таковая же дерзнет, всего святительства да будет лишен. Аще же неции отступят от некоего епископа, не греховного ради извета, но за ересь его, от собора, или от святых отец не ведому сущу, таковии чести и приятия достойни суть, яко правовернии.

Правило 16 (Κανὼν ιϛʹ)

По причине случающихся в Церкви Божией распрей и смятений, необходимо и сие определити: отнюдь да не поставляется епископ в той церкви, которой предстоятель жив еще, и пребывает в своем достоинстве, разве аще сам добровольно отречетсвя от епископства. Ибо надлежит прежде привести к концу законное исследование вины, за которую он имеет удален быти от епископства, и тогда уже, по его низложении, возвести на епископство другого, вместо его. Аще же кто из епископов, пребывая в своем достоинстве, и не хощет отрещися, и не желает пасти народ свой, но, удаляяся от своея епископии, более шести месяцев остается в другом месте, не быв удерживаем ни царским повелением, ни исполнением поручений своего патриарха, ниже быв удержим тяжкою болезнию, делающею его совершенно недвижным: таковый ни единою из реченных причин не воспящаемый, но удалившийся от своея епископии, и в ином месте долее шестимесячного времени пребывающий, да будет совершенно чужд епископския чести и достоинства. Ибо нерадящему о врученной ему пастве, и в ином месте более шести месяцев закосневающему, святый собор определил совершенно быти чужду и архиерейства, в которое поставлен, дабы пасти, и на его епископию возводити другого, вместо его.

Зонара. Повидимому прежде случалось, что если на епископов взводимы были обвинения, или они сами отрекались (от кафедр), то некоторые, до рассмотрения обвинений или причин отречения, рукополагали в церкви обвиняемых или отрекшихся – других, что производило в церквах смуты и волнения. Пο сей-то причине собор определилв – не поставлять епископа в церковь, епископ которой жив и не лишен своей чести, т. е. епископского сана; ибо, говорит правило, прежде должно канонически исследовать взводимое на него обвинение и привести (дело) к концу, то есть к решению, и, когда он будет извержен канонически, поставлять на епископию другого. Тоже самое говорит и 4-е правило сардикийского собора. А если епископ, удерживая епископское право, в народ свой не пасет, ни отрекается (от епископии), имея, может быть, уважительный повод к отречению, но больше шести месяцев проживает в другом месте: то должен лишиться и епископии и самого сана, если только он не задерживается в следствие царского повеления по какой нибудь нужде, или не отправляет необходимого служения у своего патриарха, или не одержим какою нибудь трудною и тяжкою болезнию, такою именно, которая лишает его способности передвижения; ибо в таких случаях он не осуждается за отсутствие из своей церкви. Если же без таких причин находится в отлучке свыше шести месяцев и проживает в другом месте, то должен быть отчужден от архиерейства и вместо него поставлен другой на ту епископию.

Аристин. Никто никоим образом да не восходит на епископию, предстоятель которой еще жив. Ибо должно прежде исследовать вину имеющего быть изгнанным и, после его извержения, производить другого. А если кто будет нерадеть о своей пастве и, не будучи удерживаем болезнию или царем или патриаршим повелением, останется в отлучке свыше шестимесячного времени, да будет чужд епископского сана и чести.

Вальсамон. Часто некоторые епископы по причине притеснений от сборщиков податей, или по нападениям соседей, илн по причине непокорности народа, отрекались по малодушию от своих епископий, а митрополиты, приняв такие отречения, рукополагали других епископов. Случалось, что и прежде исследования обвинений, взводимых на отрекающихся еиископов, на их место избирали других. Так как это служило причиною церковных смут и волнений, то отцы и определили – не избирать епископа при жизни предстоятеля церкви, разве только по исследованию окажется возможнмм принять отречение живого, или он будет осужден соборным решением; ибо в таких случаях и при жизни его должен быть поставлен другой. Но как бы отвечая на вопрос: что же должно быть с народом епископии, если предстоятель ее не совершает канонического отречения, но проживает вне своей епископии? – отцы присовокупили, что если какой епископ будет в отлучке из своей церкви более шести месяцев без царского или патриаршего приказа, или не по причине тяжкой болезни, не дозволяющей ему переходить с места на место, то он должен быть чужд архиерейства, и на его место поставлен другой. поелику же отсюда открывается, что епископские отречения, каким бы образом они ни совершались, должны быть принимаемы; а другие правила и послание св. Кирилла к Домну, именно 1-я и 3-я глава его, определяют, чтобы не без рассуждения были принимаемы отречения епископов: то ты должен согласить с теми правилами настоящее. Прочти еще 11-ю главу 9-го титула настоящего собрания и что там написано. А так как 2-я глава 8 титула настоящего собрания, то есть содержащияси там 18 и 19 главы 1-го титула 3-й кннги Василик, или, что тоже, отрывок из 123-й Юстиниановой новеллы, повидимому, противоречит настоящему правилу: то некоторыми возбужден был вопрос: чему должно следовать? Противоречие, повидимому, состоит в следующем: правило предоставило епископу для отлучки шестимесячный срок; а новелла увеличила его на годичное время. Еще: правило определило, чтобы архиереи, находящиеся в отлучке из своих церквей, без суда были отрешаемы от них; новелла же предписывает, чтобы прежде всего экономы, по истечении года, прекратили выдачу архиереям доходов, дабы таким образом они были побуждаемы своими клириками (к возвращению); если же и это не подействует, поставлять других. Правило позволяет архиереям быть в отлучке и более года, если они удерживаются царями, или патриархами, или им препятствует тяжкая болезнь; новелла же не заключает в себе ничего такого; к тому же пересмотренный свод законов4 не принял, но выпустил место из 6-й Юстиниановой новеллы, где говорится только о царе и которое помещено патриархом (Фотием) в указанной 2-й главе 8 титула настоящего собрания. Поэтому предложенный вопрос решен был так, что скорее должно оставаться в силе то, что содержится в правиле; нο я все еще сомневаюсь. Ибо насколько это вопрос церковный, я присоединяюсь к тем, которые говорят, что скорее правило должио иметь силу; а поколику Василики были изданы после составления номоканона и издания настоящего правила, я присоединяюсь к противоположному мнению.

Другое толкование. Выше мы написали, что содержащееся в настоящем правиле относительно отрекающихся епископов должно быть понимаемо согласно с постановлением св. Кирилла в послании к Домну: это утверждается и св. вселенским третьим собором в его послании к памфилийскому собору. А ты знай, что определение св. Кирилла, по каким-то причинам, оставляется без внимания. Ибо многие хотят, что отречения, согласно с настоящим правилом, должны быть принимаемы, как бы они ни делались епископами. Но более строгие говорят, что должно принимать те только отречения, в которых говорится, что оне делаются по причине недостоинства отрекающихся. Я следую тому, что определено св. Кириллом; ибо если будет дозволено принимать отречения епископов, без рассмотрения причин, то, в силу ненормального хода дел, ех-епископов будет больше, чем епископов, что послужит к великому вреду для церковного благоустройства и, смею сказать, к оскорблению Самого Бога. А если хочешь, чтобы епископы отрекались посредством пострижения и чрез избрание монашеской жизни, как поступил и великий Григорий Богослов, и если утверждаешь, что настоящее правило говорит именно о таких отречениях, то я соглашаюсь с тобою. Впрочем отречение епископа Макры Феодула, не смотря на то, что было соборне принято святейшим патриархом госитодином Лукою, чрез несколько времени, по просьбе того же епископа, потеряло силу вследствие соборного решения в патриаршество святейшего господина Михаила Анхиала. Ибо сей патриарх, увидев, что в отречении епископа не говорится, что он отрекается как недостойный (ἄνάξιος), но как не считающий себя достойным (μὴ ἄξιος), сказал, что такого отречения нельзя принять; ибо не считающий себя достойным (μὴ ἄξιος) священнодействовать не есть уже и недоетойный (ἄνάξιος). Так говорит об этом и Василий Великий в одной из своих священнодейственных молитв, где читается почти так: „никто из обязанных телесными похотями и наслаждениями недостоин прийти и приблизиться, или служить Тебе, Царь славы“. Поэтому, взяв во внимание, что кто назвал себя недостойным (ἄνάξιος), есть самоосужден, а кто не признает себя достойным (μὴ ἄξιος), достоин благодарения, как смиренномудрый, (патриарх) признал справедливым, чтобы (упомянутый) епископ священнодействвовал, как сделавший отречение не по правилам. А те, которые говорят, что долговременный обычай должен действовать и относительно отречений, как правило, говорят нептравильно; ибо долговременный не писанный обычай не действует там, где он противоречит писанному закону, или правилу. Ищи, что написано нами по этому предмету в 3-й главе 1-го титула настоящего собрания5.

Славянская кормчая. Ни по которому же образу да не взыдет кто на епископию, ея же епископ жив есть: подобает бо вину изыскати, его же хотят изгнати, и πο извержении его другого поставити. Аще которыи епископ нерадит о своем стаде, ни болезнию, ни церковным повелением, ни патриарховым одержим, вящше шести месяц время от своея церкве отшед сотворит, епископьского сана и чести, да будет чюждь.

Правило 17 (Κανὼν ιζʹ)

Прилагая попечение о соблюдении во всем церковного благочиния, мы признали необходимым и сие определили: чтобы впредь никто из мирян, или монахов не был внезапно возводим на высоту епископства, но чтобы каждый, по испытании прежде в церковных степенях, воспринимал рукоположение во епскопа. Ибо хотя доныне некоторе из монашествующих, или мирских, по требованию нужды, и были вскоре удостаиваемы епископския чести, и превзошли других добродетелию, и возвысили порученные им церкви; однако редко бывающего не поставляя в закон Церкви, определяем: отныне сему уже не быти, но правильно рукополагаемый да пройдет чрез все степени священства, исполняя в каждом положенное законом время.

Зонара. Правило запрещает поставлять в епископы мирянина, или монаха, не испытанного прежде на церковных степенях, то есть не поставленного, не одобренного. Оно требует, чтобы имеющий быть произведенным в епископство, был по порядку рукополагаем на каждую из священных степеней и, пребыв в каждом чине назначенное время, потом уже возводим был на высоту епископства. Ибо, говорит правило, если иногда некоторые из мирян или монахов и были тотчас возводимы на епископское достоинство, и хотя они просияли добродетелию и послужили украшением церквей, в которых предстоятельствовали; но того, что случалось редко, мы не полагаем в закон для церкви, дабы следовать тому. Тоже постановлено и в 10-м правиле сардикийского собора.

Аристин. Имеющий быть поставленным в епископа не вдруг должен быть возвышаем из мирян, или монахов; но должен пребыть определенное время в каждом чине священных степеней. Ибо если некоторые и прославились, не смотря на быстрое возвышение, но редкое– не закон для церкви.

Вальсамон. Отцы называют церковньш бесчинием, когда какой-либо моиах, или мирянин, неосмотрительно и без испытания делается архисреем. Посему, говорят, не должно производить кого-либо на высоту епископства, если предварительно не пройдет всех церковных степеней чрез определенное и достаточное для каждой стенени время. К сему присовокупляют, что хотя и бывало нечто подобное прежде, по настоятельной нужде, и хотя избранные и немедленно рукоположенные просияли добродетелию и украсили церквн, в которых были предстоятелями, но случающееся редко не есть закон для церкви, которому нам должно следовать и далее. А поелику часто возникало сомнение относительно того, как продолжительно должно быть упомянутое в правиле „определенное“ время, то некоторые сказали, что так как просиявший в богословии великий Григорий в своем слове на пятидесятницу говорит, что священник совершается в семь дней, то и мы должны соблюдать если не большее, то но крайней мере это время относительно каждой степени. Другие сказали, что 10-е правило сардикийского собора определяет, что никто богатый, или ученый от светского служения не должен быть поставляем в епископа, разве когда совершит служения чтеца и диакона и пресвитера, проводя в стенени каждого чина не слишком малое время. Ссылались также на 7-ю главу 1-го титула 3-й кн. Василик, или, что тоже, на 2-ю главу 137 Юстиниановой новеллы, где между прочим говорится, что воин или гражданин не иначе может быть избираем (во епископа), как если безукоризненно проведет монашескую жизнь в монастыре в течении ве менее 15-ти дет, в настаивали, что определенный срок есть 15-тилетний. А мне кажется, что новелла говорит о воинах и гражданах, а правило сардикійского собора – о богатых с торжища и об учителях красноречия, но никак не обо всех монахах, или мирянах: тех и других нужно различать. Прочти еще 123-ю Юстинианову новеллу, в начале которой говорится так: „мы даем право тем, которые производят избрания, если признают какого-либо мирянина, кроме советчика и воина, достойным указанного выше избрания, избирать такового вместе с двумя другими клириками, или монахами; впрочем так, чтобы мирянин, избранный таким образом на епископство, не тотчас был поставлен епиокопом, но предварительно причислялся к клирикам не менее как на три месяца и изучив таким образом святые каноны и священное служение церкви, был рукоположен в епископа.“ II не много спустя опять говорит следующее: „а если кто вопреки упомянутому предписанию будет поставлен в епископа, то повелеваем всячески изгонять его из епископства; а того,кто дерзнул вопреки сему совершить рукоположение, удалять от священного служония на один год, и за учиненный им проступок, все имущеетво, перешед шее в ого власть в какое бы ни было время и каким бы ни было сπособом, передать в собственность той церкви. в которой он состоит епископом.“ Таким образом, если только не препятствует то, что эта новелла не помещена в Василиках, на основании ее решается недоумение, по крайней мере, относительно мирян. Но хотя я думаю, что огсюда не выходить никакого препятствия для разрешения недоумения, тем не менее склоняюсь к тому, что указано св. отцем нашим Григорием Богословом относительно совершения священников, и говорю, что рукоположение на каждую степень по необходимости должно совершаться чрез семь дней; и тем более, что это принимает неписанный церковный обычай, допуская такие рукоположения на каждую степень. Прочти еще 13-ю главу 1-го титула настоящего собрания и заметь, на основании настоящего правила, что в церковных чинах те монахи, которые не приняли епископского пострижения, занимают место мирян.

Славянская кормчая. Хотяи поставлен быти от мирских человек епископ, не скоро да возведен будет на епископьскии престол. Такоже и мних не скоро да взыдет на таковую высоту: но в коемждо чину священнических степеней узаконеное время исполнит, рекше в подиаконстве, и в диаконстве, и в презвитерстве. Аще бо и преже неции вскоре вознесшеся (шедше) на таковую высоту, и добре скончавше, но несть то церковныи закон, иже редко бывает;

И сего собора правила, уже в церкви святых Апостолов скончашася о Господе.

* * *

1

Разумеется номоканон патриарха Фотия. См. Σύνταγμα (Конституция), т. I, стр. 254..

2

„Нетелесные права“ – техническое выражение римского права. На языке римских юристов так называлась совокупность тех имущественных прав, объектом которых служат не вещи (res) в собственном (физическом) смысле, а самые права и правовые отношения, рассматриваемые как имущество или ценность (например, право требования по долговому обязательству и пр.).

3

то есть в толковании на указанное место Фотиева номоканона.

4

Разумеются Василики Льва Мудрого.

5

To есть в толковании на указанное место Фотиева номоканона.

Комментарии для сайта Cackle