Сегодняшний материал посвящен состоянию экономики, науки и образования в царской России накануне Первой мировой войны. В 1910 году произошло событие, которое можно считать началом атомной программы дореволюционной России. В.И. Вернадский сделал доклад в Академии наук по теме «Задачи дня в области радия».
«Теперь, когда человечество вступает в новый век лучистой – атомной – энергии, мы, а не другие, должны знать, должны выяснить, что хранит в себе в этом отношении почва нашей родной страны», – заявил Вернадский.
И что вы думаете, «царские чинуши» оплевали одинокого гения, а его прозрение так и осталось невостребованным? Ничего подобного. На поиски радиоактивных месторождений отправляется геологическая экспедиция и находит уран, быстрыми темпами разворачиваются исследования в области ядерной физики. Дума в 1913 году рассматривает законодательные инициативы в сфере изучения радиоактивных месторождений империи… Это будни «лапотной» России.
У всех на слуху имена таких выдающихся дореволюционных ученых, как Д.И. Менделеев, И.П. Павлов, А.М. Ляпунов и другие. Рассказ об их деятельности и достижениях займет целые тома, но я хотел бы сейчас сказать не о них, а привести ряд фактов, непосредственно привязанных к 1913 году.
В 1913 году начались заводские испытания «Краба» – первого в мире подводного минного заградителя М.П. Налётова. Во время войны 1914-1918 гг. «Краб» был в составе Черноморского
флота, ходил в боевые походы, и, кстати, именно на его минах подорвалась турецкая канонерская лодка «Иса-Рейс».
В 1913 году открылась новая страница в истории
авиации: в воздух поднялся первый в мире четырехмоторный самолет. Его создателем был русский конструктор И.И. Сикорский.
Другой дореволюционный инженер, Д.П. Григорович, в 1913 году построил «летающую лодку» М-1. Прямым потомком М-1 стал один из лучших гидросамолетов Первой мировой войны – М-5.
В 1913 году оружейник В.Г. Федоров начал испытание автоматической винтовки. Развитием этой идеи во время Первой мировой войны стал знаменитый автомат Федорова. Кстати, под руководством Федорова одно время работал В.А. Дегтярев, впоследствии ставший известным конструктором.
В начале XX века наша страна была и на экономическом подъеме. Чтобы доказать этот тезис, обратимся для начала к фундаментальному исследованию доктора наук, профессора В.И. Бовыкина «Финансовый капитал в России накануне Первой мировой войны».
Даже для наиболее развитых стран мира начало XX века – это все еще период «угля, паровозов и стали»; впрочем, роль нефти уже достаточно велика. Поэтому цифры, характеризующие ситуацию в этих сферах, носят основополагающий характер. Итак, добыча каменного угля: 1909 год – 23,3659 миллиона тонн, 1913 год – 31,24 миллиона тонн, рост – 33,7%. Производство нефтепродуктов: 1909 год – 6,3079 миллиона тонн, 1913 год – 6,6184 миллиона тонн, рост – 4,9%. Выплавка чугуна: 1909 год – 2,8714 миллиона тонн, 1913 год – 4,635 миллиона тонн, рост – 61,4%. Выплавка стали: 1909 год – 3,1322 миллиона тонн, 1913 год – 4,918 миллиона тонн, рост – 57%. Производство проката: 1909 год – 2,6679 миллиона тонн, 1913 год – 4,0386 миллиона тонн, рост – 51,4%.
Производство паровозов: 1909 год – 525 штук, 1913 год – 654 штук, рост – 24,6%. Производство вагонов: 1909 год – 6389 штук, 1913 год – 20 492 штук, рост – 220,7%.
В целом статистика показывает, что в период 1909-1913 гг. заметно увеличилась стоимость фондов промышленности. Здания: 1909 год – 1,656 миллиарда рублей, 1913 год – 2,185 миллиарда рублей, рост – 31,9%. Оборудование: 1909 год – 1,385 миллиарда рублей, 1913 год – 1,785 миллиарда рублей, рост – 28,9%.
Что касается ситуации в сельском хозяйстве, то общий сбор пшеницы, ржи, ячменя, овса, кукурузы, проса, гречихи, гороха, чечевицы, полбы, бобов составил в 1909 году 79 миллионов тонн, в 1913 году – 89,8 миллиона тонн, рост – 13,7%. Причем в период 1905-1914 гг. на долю России приходилось 20,4% мировых сборов пшеницы, 51,5% ржи, 31,3% ячменя, 23,8% овса.
Но, может быть, на этом фоне резко возрос и экспорт вышеперечисленных культур, в результате чего уменьшилось внутреннее потребление? Ну что ж, проверим старый тезис «не доедим, но вывезем» и посмотрим показатели вывоза. 1909 год – 12,2 миллиона тонн, 1913 год –10,4 миллиона тонн. Экспорт сократился.
Кроме того, на Россию приходилось 10,1% от мирового производства свекловичного и тростникового сахара. Абсолютные цифры выглядят так. Производство сахара-песка: 1909 год – 1,0367 миллиона тонн, 1913 год – 1,106 миллиона тонн, рост – 6,7%. Сахар-рафинад: 1909 год – 505 900 тонн, 1913 год – 942 900 тонн, рост – 86,4%.
Чтобы охарактеризовать динамику стоимости фондов сельского хозяйства, приведу следующие цифры. Хозяйственные строения: 1909 год – 3,242 миллиарда рублей, 1913 год – 3,482 миллиарда рублей, рост – 7,4%. Оборудование и инвентарь: 1909 год – 2,118 миллиарда рублей, 1913 год – 2,498 миллиарда рублей, рост – 17,9%. Скот: 1909 год – 6,941 миллиарда рублей, 1913 год – 7,109 миллиарда рублей, рост – 2,4%.
Важную информацию по ситуации в дореволюционной России можно найти у А.Е. Снесарева. Его свидетельство тем более ценно, если учесть, что он – враг «прогнившего царизма». Об этом можно судить по фактам его биографии. Царский генерал-майор в октябре 1917 года становится генерал-лейтенантом, при большевиках руководит Северо-Кавказским военным округом, организовывает оборону Царицына, занимает должность начальника Академии генштаба РККА, становится Героем Труда. Конечно, период репрессий 1930-х не обходит его стороной, но приговор к расстрелу заменяют сроком в лагере. Впрочем, Снесарева освобождают досрочно, и это лишний раз показывает, что он для советской власти не чужой человек…
Так вот, Снесарев в книге «Военная география России» оперирует следующими данными, относящимися к началу XX века. Количество собранного хлеба и картофеля на одного человека (в пудах): США – 79, Россия – 47,5, Германия – 35, Франция – 39. Число лошадей (в миллионах): европейская Россия – 20,751, США – 19,946, Германия – 4,205, Великобритания – 2,093, Франция – 3,647. Уже по этим цифрам видна цена расхожим штампам о «голодающих» крестьянах и о том, как им «не хватало» лошадей в хозяйстве. Здесь стоит добавить и данные крупного западного эксперта профессора Пола Грегори из его книги «Экономический рост Российской империи (конец XIX – начало XX в.). Новые подсчеты и оценки». Он отмечал, что между 1885-1889 и 1897-1901 гг. стоимость зерна, оставленного крестьянами для собственного потребления, в постоянных ценах выросла на 51%. В это время численность сельского населения увеличилась лишь на 17%.
Конечно, в истории многих стран немало примеров, когда экономический подъем сменялся стагнацией и даже упадком. Россия не исключение, и это дает широкий простор для тенденциозного подбора фактов. Всегда есть возможность надергать цифр кризисного периода или, напротив, воспользоваться статистикой, относящейся к нескольким наиболее успешным годам. В этом смысле полезно будет взять период 1887-1913 гг., который был отнюдь не простым. Тут и сильный неурожай 1891-92 гг., и мировой экономический кризис 1900-1903 гг., и дорогостоящая Русско-японская война, и массовые забастовки, и масштабные боевые действия во время «революции 1905-07 гг.», и разгул терроризма.
Так вот, как отмечает доктор исторических наук Л.И. Бородкин в статье «Дореволюционная индустриализация и ее интерпретации», в 1887-1913 гг. средний темп промышленного роста составил 6,65%. Это выдающийся результат, но критики «старого режима» утверждают, что Россия в период правления Николая II все больше отставала от первой четверки самых развитых стран мира. Они указывают, что прямое сравнение темпов роста между экономиками разных масштабов некорректно. Грубо говоря, пусть размер одной экономики составляет 1000 условных единиц, а другой – 100, при этом рост – 1 и 5% соответственно. Как видим, 1% в абсолютных показателях равен 10 единицам, а 5% во втором случае – лишь 5 единицам.
Верна ли такая модель для нашей страны? Чтобы ответить на этот вопрос, воспользуемся книгой «Россия и мировой бизнес: дела и судьбы. Альфред Нобель, Адольф Ротштейн, Герман Спитцер, Рудольф Дизель» под общ. ред. В.И. Бовыкина и статистико-документальным справочником «Россия 1913 год», подготовленным в РАН Институтом Российской истории.
Действительно, накануне Первой мировой войны Россия производила промышленной продукции в 2,6 раза меньше Великобритании, в 3 раза меньше, чем Германия, и в 6,7 раза меньше, чем США. А вот как в 1913 году распределились пять стран по долям в мировом промышленном производстве: США – 35,8%, Германия – 15,7%, Великобритания –14%, Франция – 6,4%, Россия – 5,3%. И здесь на фоне первой тройки отечественные показатели выглядят скромно. Но правда ли то, что Россия все больше отставала от мировых лидеров? Неправда. За период 1885-1913 гг. отставание России от Великобритании уменьшилось втрое, от Германии – на четверть. По абсолютным валовым показателям промышленного производства Россия почти сравнялась с Францией.
Неудивительно, что доля России в мировом промышленном производстве, составлявшая в 1881-1885 гг. 3,4%, достигла в 1913 году 5,3%. Справедливости ради надо признать, что сократить отставание от американцев не удалось. В 1896-90 гг. доля США была 30,1%, а у России – 5%, то есть на 25,5% меньше, а в 1913 году отставание увеличилось до 30,5%. Впрочем, этот упрек «царизму» относится и к трем другим странам «большой пятерки». В 1896-1900 гг. доля Великобритании составляла 19,5% против 30,1% у американцев, а в 1913 г. – 14 и 35,8% соответственно. Разрыв увеличился с 10,6 до 21,8%. Для Германии аналогичные показатели выглядят так: 16,6% против 30,1%; 15,7 и 35,8%. Отставание возросло с 13,5 до 20,1%. И, наконец, Франция: 7,1% против 30,1%; 6,4 и 35,8%. Отставание от США было 23%, а в 1913 году достигло 29,4%.
Несмотря на все эти цифры, скептики не сдаются, пытаясь закрепиться на следующей линии обороны. Признав впечатляющие успехи царской России, они говорят, что эти успехи достигнуты в основном за счет колоссальных внешних заимствований. Ну что ж, откроем справочник «Россия 1913 год».
Итак, наша страна в 1913 году выплатила по внешним долгам 183 миллиона рублей. Давайте сравним с общими доходами отечественного бюджета 1913 года: ведь долги выплачивают из доходов. Доходы бюджета составили в тот год 3,4312 миллиарда рублей. Это значит, что на заграничные выплаты ушло всего-навсего 5,33% доходов бюджета. Ну что, видите вы здесь «кабальную зависимость», «слабую финансовую систему» и тому подобные признаки «загнивающего царизма»
Подробнее:
Царская Россия: рывок к мировому величию