преподобный Амвросий Оптинский (Гренков)

Монашество и мир

Монашество произошло от желания жить в точности по евангельскому учению. Потому что среди молвы городской и в заботах житейских представляется большое неудобство жить в точности по евангельскому учению, хотя и все обязаны исполнять оное. Монахи от мирян отличаются тем, что последним дозволена жизнь в супружестве, а первые избирают жизнь бессупружную (безбрачную). И ты хотя живешь только при монастыре, а все-таки избрала жизнь бессупружную. Почаще читай Евангелие от Матфея от начала 5-й главы до конца 10-й и старайся жить по сказанному там. Тогда и найдешь порядок в своей жизни, и стяжешь успокоение души твоей (2, ч. 1, с. 26).

Есть спасение и кроме монастыря, но с трудом велиим. Хотя и в монастыре спасение не без труда, но зато и кроме спасения в монастыре может человек достигать и совершенства христианского, если только достодолжно потрудится смирить себя и покорить не только воле Божией, но воле и начальствующих по Богу и даже меньшим, в чем нет нарушения заповедей Божиих (2, ч. 3, с. 74–75).

Как ни скорбно, как ни прискорбно тебе, но раскаиваться не следует, что пошла в монастырь. Во всяком случае, вернее и благонадежнее то, что мы находимся Промыслом Божиим в монастыре и более имеем надежды получить милость Божию, поступив в монастырь, нежели бы оставшись в мире. И в мире будете иметь скорбь (Ин. 16, 33), – сказано в Евангелии. Лучше потерпеть скорби в монастыре. Можно получить большую милость Божию (2, ч. 3, с. 123–124).

...Юные скоро забывают цель вступления своего в монастырь, которое требует и твердого постоянства, и трезвенного внимания, и даже понуждения по немощи человеческой: …в настоящее время предлагаю мой скудоумный совет, чтобы С. пожил еще года полтора в родительском доме... занимаясь и домашними делами, и благовременным хождением в церковь, равно и чтением духовных книг, в особенности же книги Аввы Дорофея и «Лествицы». Такое пребывание нисколько не повредит душе его, а между тем он в это время может укрепиться еще телом, ибо жизнь монастырская, церковные службы и другие труды требуют и возможной крепости телесной (2, ч. 1, с. 95).

Сравнение твое воина с монахом в том отношении было бы справедливо, если бы ты выходила на единоборство духовное в пустынном уединении и отшельничестве, а ты желаешь поступить в общежительный монастырь, и потому сравнение это тут не идет. Дети сами себя приготовлять к поступлению в заведение не могут, а если их приготовляют, то наставники и наставницы. Кто же тебя в деревне будет приготовлять к монастырю? Есть такие заведения, куда принимают детей, если они знают хоть читать и писать. Ты это знаешь, и тебя могут принять в Т. заведение. В детях весьма одобряется и похваляется кроткое и скромное поведение, это не мешает иметь в виду и тебе. Обратимся опять к сравнению воина. Ты слишком высоко взяла, сравнивая себя с воином обученным. Смиреннее и ближе к делу сравнить себя с рекрутом. Рекрутов принимают в военное звание и необученных: после обучат, кто к чему будет способен: кто к артиллерии, кто к кавалерии, а иной к пехотному хождению, по русской пословице: у кого много толку в голове нет, то ногами отвечай, т.е. ходи да ходи, куда пошлют. А у кого будет толк в голове, тому и головной работы дадут, лишь бы только не высокомудрствовал и не унижал ходящих и занимающихся делами внешними, но необходимыми (2, ч. 1, с. 177).

...Пишете, что, по вашему мнению, монастырская жизнь была бы понятна, если бы поступали в монастырь на время для исправления своего характера и отсечения своей воли, а потом возвращались бы опять в мир для благотворения и наставления других. Думать так можно, а к делу это неприложимо. Из поступающих в монастырь не все достигают совершенного исправления и совершенства в добродетели, а многие едва-едва могут и себя исправлять. Как же такие могут поступить в мир для исправления других? Кто может другим приносить пользу, тот может и не выходя из монастыря это исполнять, как вы сами это испытали, побеседовав с некоторыми живущими в женской общине, которым вы удивлялись, как они получили спокойствие духа (2, ч. 1, с. 170).

...Описываете свое внешнее положение и душевное расположение и испрашиваете моего скудоумного совета, какой род жизни избрать вам: принять ли монашество или поступать в белое духовенство? Куда имеете более наклонности, той стороны и должно придержаться. Сами вы пишете, что в продолжение всей вашей жизни мысль ваша более преклонялась к монашеству, а о белом духовенстве стали помышлять только в последнее время и более по совету других. В белом духовенстве волею и неволею должны связать себя житейскими заботами, а вы ищете свободы мыслей, поэтому и не следует вам поступать в белое духовенство, а лучше принять монашество. В монастыре удобнее вам будет служить Богу так, как вы желаете. Впрочем, и в монашестве не вполне придется так, как думаете, – теория с практикой не всегда сходится. Иное предполагать и иное на деле это испытывать, но все-таки в монашестве более найдется такой свободы, о какой помышляете и какой желаете (2, ч. 1, с. 171).

Не предавайся грусти в наступающем твоем положении61. Христианская жизнь требует благодушия и терпения, как Сам Господь сказал: Терпением вашим спасайте души ваши (Лк. 21, 19). С маменькой твоей старайся поменьше спорить – менее будешь раздражаться и ей менее досаждать. Этим исполнишь пословицу смысла слов батюшки отца Макария: «Веди себя так, чтоб тебя отпустили свободно в монастырь», а вторая пословица слов его будет заключаться в том, <что> если поискуснее и осторожнее будешь обращаться с посторонними и приезжими, если будем хранить страх Божий в сердце, то он будет сохранять нас от всякого вреда душевного. Поститься тебе неудобно, а употребляй пищу умеренно во славу Божию. Раздражительность постом не укрощается, а смирением, и самоукорением, и сознанием, что мы достойны такого неприятного положения. Также и молиться в каждый час по определенному назначению тебе неудобно, а молись, какое подаст Бог время и удобство, и опять со смирением, без гнева и негодования на других, а если бы это случилось по немощи, то прежде всего молись, да укротит Господь сердце твое, прося с тем вместе всякого блага тем людям, на которых, по немощи, смущаешься. Ты спрашиваешь, нужно ли тебе открывать о своем желании братьям? В этом случае старайся поступать смотря по обстоятельствам, соображаясь с тем, что будут говорить братья об устройстве тебя. При удобном случае можешь сказать им, что надобно же тебе устроить жизнь свою сообразно с твоим желанием и настроением духа. Если будут назначать тебе часть земли – не отказывайся. И вообще, предавайся Промыслу Божию и моли благость Его, да имиже весть судьбами, устроит тебя на пути спасения (2, ч. 3, с. 76–77).

Пишете, что не можете себе выработать правильного понятия о монастырях, к тому же вам толкуют, что будто бы Господь в Евангелии ничего не говорил о монастырской жизни. А, напротив, многое сказано. Когда богатый юноша спрашивал Господа, как ему спастись, Господь ответил ему: Если хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди (Мф. 19, 17), т.е. если хочешь получить только спасение и жизнь вечную, то исполняй заповеди Божии. Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим… и приходи и следуй за Мною (Мф. 19, 21). Вот прямое указание на различие жизни в мире и жизни в монастыре. И спрошу вас, кто выше: служащий ли самому царю или служащий слугам царским? Удаляющиеся в монастырь идут с тем туда, чтобы служить Богу, а остающиеся в мире обязуются служить рабам Божиим благотворением и милостыней.

Еще прямое указание в Евангелии о различии жизни в мире и жизни в монастыре такими словами Господа: Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня (Мф. 10, 37), а если оставит отца или мать, и жену, и детей, и братьев, и сестер, и все, что имеет, получит во сто крат и наследует жизнь вечную (см. Мф. 19, 29), т.е. еще в настоящей жизни вместо пяти или семи братьев и сестер будет иметь сто или более сестер или братьев, как вы и видели в Оптиной пустыни и в Казанской женской общине. Пишете, что многих из сестер этой общины вы видели и говорили с ними, и удивляетесь, и недоумеваете, через что они получили спокойствие духа. Отвечаю: через то, что они отреклись от мирских забот и от своей воли и делают все и поступают по духовному совету, с откровением своей совести, и своих поступков, и намерений, и сердечных помышлений духовному наставнику и наставницам.

Несправедливо некоторые толкуют вам, что удаление в монастырь есть проявление малодушия, боязнь борьбы, тогда как поступающие в монастырь должны поступать на борьбу с врагом с мужеством, и с верой, и надеждой на милость и помощь Божию.

Из всего сказанного вы можете видеть различие жизни в мире и жизни в монастыре. Считаю нелишним объяснить вам, что мужчины в настоящее время так же, как и в древние времена, могут буквально исполнить евангельское слово Господа: Продай имение… и раздай нищим… и следуй за Мною (см. Мф. 19, 21). Говорю это о мужчинах, поступающих в монастырь. Женскому полу так нельзя. Для них требуется обеспечение и в монастыре, чтобы было на что иметь келью и себя содержать. В мужских штатных монастырях дается живущим жалование из доходов, а в общежительных дается и одежда, и обувь, и общая трапеза, а в женских монастырях, как показывают примеры, неудобно всего этого иметь от монастыря, а приходится прибавлять и свои средства и по слабости телесной или по воспитанию, и по другим причинам (2, ч. 1, с. 169–170).

...Ты сама себе противоречишь. Когда тебя не пускали, ты рвалась и томилась, теперь же тебя отпускают, а ты придумываешь разные изветы, чтобы остаться. Если теперь еще останешься и будешь медлить, то как бы после не пожалеть. Но, впрочем, рассуди сама и постарайся так, как признаешь за лучшее. Молись Богу, чтоб Он управил путь твой (2, ч. 3, с. 78).

Пишешь, что был тебе толчок, а потом оттуда же и милости пошли: родственник твой берется устроить тебе пенсию. Это бы хорошо. Но потом пишешь, что он предлагает тебе все удобства к жизни, только чтобы ты оставила мысль идти в монастырь. Не знаю почему, но сдается мне, что от этих «удобств к жизни» ничего не может быть хорошего и гораздо лучше тебе жить в твоем неопределенном положении и потерпеть еще, выжидая воли Божией. Г. писала тебе, что она не пошла бы в монастырь, если бы ты с ней осталась жить. А я тебе скажу, что я думаю напротив. Потом ты и о себе говоришь мне: «Если бы не вы, я бы не решилась тоже идти в монастырь». Никто вас не понуждает идти в монастырь. Живите только по заповедям Гос подним, как учит Евангелие; и кто из вас будет жить по-христиански, тому, думаю, рано или поздно, а в свое время само собою придется поступить в монастырь. Когда придется, это Богу одному известно, но советую остерегаться всех предлагающих мирские удобства и выгоды с тем только, чтобы оставить монастырь и жить с ними. Эти люди и толчками, и приманками не престанут беспокоить всех желающих поработать Господу искренно. От скорбей и мир не избавляет (2, ч. 1, с. 181).

Слышу, что некоторые сестры ушли из обители. Видно, не хватило у них терпения на узком и претрудном пути спасения. Общая у всех нас немощь: все желаем получить спасение, но с отрадой и покоем, а о спасительном пути проповедуется, что многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие (Деян. 14, 22). Потому и заповедуется в Святом Евангелии: Терпением вашим спасайте души ваши (Лк. 21, 19) и Претерпевший же до конца спасется (Мф. 10, 22).

Ежели сестры эти придут в Оптину, то постараюсь убеждать их, чтобы возвратились в обитель, если только согласятся, а тебе советую не отвергать их, если возвратятся в обитель. Варсануфий Великий пишет: «Ежели видишь юного текуща, разумей, что старец прельстил его, то есть старый осьмотысящелетний искуситель». Этот враг наш душевный искушает всех нас, кого чем может: одного грехом, другого нетерпением, а третьего осуждением, четвертого ропотом – словом, кого чем может... Святой апостол Павел согрешивших убеждает каяться, а мнящихся стояти62 предостерегает не падать, глаголя: Кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть (1Кор. 10, 12) и паки: Вы, сильные, должны сносить немощи бессильных и не себе угождать (см. Рим. 15, 1), но исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным (Гал. 6, 1). Имеем две главные заповеди: Возлюби Господавсею душею твоею… и ближнего, как самого себя (Лк. 10, 27); и первая заповедь без второй не исполняется. Поэтому и сказано в старчестве: «От ближнего живот и смерть»; кто любит ближнего и заботится о нем, тот получит жизнь вечную, а кто презирает ближнего, о том и не знаю, что и сказать (2, ч. 2, с. 179–180).

... Писала ты, что приходил какой-то человек, от которого слышался смрад и зловоние, и после восстала на тебя сильная брань, а ты его неосторожно пустила в свою келью и спрашиваешь меня, кто это такой?! Просто человек, одержимый различными страстями, но, думаю, подосланный к тебе попущением вражиим. Ты испытала эту брань, а сестра N. испытала сильную и долгую брань после того, как мирская женщина посидела на ее кровати. Вперед обе будьте осторожны в приеме мирских людей, презирая все благовидные к тому предлоги... Время всякой вещи… (Еккл. 3, 1). Время принимать людей и время не принимать (2, ч. 3, с. 27).

Устройство женской больницы при женской обители, а мужской при мужской – дело христианское и приличное, но кто измыслил брать или посылать из женских обителей инокинь, особенно юных, в общественные больницы, тому нельзя ожидать благого воздаяния от Господа, а скорее противного, потому что ни в древнеотеческом предании, ни в святых отеческих писаниях примеров этому не видим, а напротив, в писаниях преподобного Макария Египетского (в беседе 27 в гл. 15) читаем пример разительный, сопротивляющийся новому учреждению. Он повествует, что некто во время гонения предал на мучение тело свое, был повешен и строган, потом ввергнут в темницу и что ему по вере прислуживала одна инокиня, и он, сблизившись с нею, будучи еще в темнице, впал в блуд! Если от сближения и с исповедником, потерпевшим мучения, инокиня не осталась цела, а подверглась не только душевному вреду, но и падению, и еще в древнее время, то чего же можно ожидать от подобных обстоятельств в наше последнее, слабое время? Приводим сей пример кроме вышеозначенного и вопреки новому измышлению посылать монахинь из монастырей в больницы для практики, на случай войны, на том же положении, как существующие теперь общины сестер милосердия. Никак нельзя согласиться с тем мнением, что будто бы дело вполне христианское и полезное посылать невест Христовых, особенно юных, из мирных обителей в общественные больницы для служения грешным телам с получением вреда для их душ.

Подтвердим свое мнение, кроме многих святых отцов, словами великого учителя монашества святого Иоанна Лествичника, который в 3-й Степени в главах 22-й и 23-й говорит следующее: «Как невозможно одним глазом смотреть на небо, а другим на землю, так невозможно не подвергнуться душевным бедствиям тому, кто мыслями и телом не устранился совершенно от всех своих родственников и неродственников.

Добрый и благоустроенный нрав приобретается великим трудом и подвигом, но можно в одно мгновение потерять то, что было приобретено и многим подвигом» (2, ч. 2, с. 126–127).

Поздравляю тебя с облачением в монастырское платье и желаю тебе пожить по-монастырски – в кротости и смирении, – чтобы смотреть свои немощи и неисправности, а других не судить. Кто судит и осуждает, тот то же самое после натворит... (2, ч. 3, с. 78).

* * *

61

Имеется в виду желание поступить в монастырь, несмотря на возражение родных.

62

Считающих, что они стоят.



Источник: Симфония по творениям преподобного Амвросия, старца Оптинского. - М., "ДАРЪ", 2007. - 352 с.

Комментарии для сайта Cackle

Открыта запись на православный интернет-курс