Стих о жизни патриарших певчих
Иная псальма4276
Монастыря подворье – о чем непокорье?4277
Монастырь бо невелик, да звон добре велик.
Чернцы бы и умны, но да нравы дурны.
На чеп сажают,4278 да долго не спушають.
А се хлебня темна, и сажа добре черна,
и всех морает, а света не имеет.
Поглядел бы немношко, да се одно окошко.
Нужно4279 седети, ей-ей, некуды глядети.
И добро бы место, да марает тесто.
Аще и вера не велика, только чепь велика.
Взором4280 и не светла, но довесом тяжела.
Мошно бы двум седеть, ей, не хочется и глядеть.
Побыть бы мошно, да на сердцы тошно.
И жить есть где, да сереть негде.
Аще и есть где, да сести нельзе:
стул будеть увалять и ноги обе переморать.
Есть ли стул обтирать, то и ноги обтирать.
Аще в хлебню тако внити, то всехь разгонити,
срама не избыти, а людей насмешити.
«Горе вам, бедныя воспеваки!» – тако вам говорят поляки.
Як же кто поет на глас,4281 тот носит отлас.
Патриаршим воспевакам, як дуракам,
велят им петь гладко, а поять и кормят их гадко.4282
Слышати пение любят, а доброе все сами лупят.
В чин малых побрали4283, а под старость их всех попрали4284.
Пока есть глас, то и ходит по нас,
як же стал глас нехорош, то и поди куды хош.
Пел бы Дóндеже есть4285, да нечево стало есть.
В церкви что макови цвети, а дома нечево и вздети.
(...) а вспеваки же за вся глядят.
Люди все в дорага́х4286, а вспевака в дуроках.
Честь ум рождает, а убожество и старой растяряет.
Сердцу веселящуся и лицу цветущуся,
аще кто богат, тот везде рогат4287.
Есть бы кому не денги и всяк будет в полденги.
Напреди речь иная: возвратимся да вспевакам умилимся.
Будет к началу не спел, ино к стулу поспел.
Проспися, да протрезвися, да под плеть ложися,
или проседися да прослезися, а дамой не торопися.
К ночи врата запирают, а днем с чепи не спушают.
Испил бы винца да запил бы пивца,
чеп бы скинул и под лавку кинул,
ушел бы домов да живот незамог.
Перелез бы чрез забор, ино скажут: «Тот вор!»
Аще ли в чеп сажати, да надобно и разсуждати,
что не за все бы на чеп сажати.
Когда смеемся, тогда люди видят.
Не разумеет богатый убогому, так же и сытый – голодному,
а здравый – больным, только бедным одным.
Забвение на всех хвалится, а скупый умреть – звалится.
Лег, было, спати да не умел встати.
Скупый денги бережет, а по смерти всяк его кленет.
Живучи, много собирал, а умерши конечно4288 пропал.
Скупыя спят не судки4289, ано дух вон, что из дудки.
Аще кто милует убога, тот любит Бога.
Есть ли не милует убога, воистину сей не любит Бога.
Чюжые кровлю кроют, а свои голосом воют.
На что драгие вещи любить, когда не умеем их хранить?
Нынешнее настоящее время гонит носящих бремя.
Овому4290 честь Бог дарует, овии же искупают4291,
овии трудишася, овии в труд их внидоша.4292
Овии скачют, овии же плачют.
Инии веселяшеся, инии же всегда слезящеся.
Почто писать много, что от бедных не любят никого?
Лучше того любять, с кого деньги лупят.
Что с убогова взяти? Прикажи его сковати.
* * *
Примечания
Иная псальма. – Текст «Стиха» находится в рукописи среди духовных и покаянных стихов, называвшихся в обиходе «псальмами».
Монастыря подворье – о чем непокорье? – Речь идет о поселении части патриарших певчих в Москве на земле подворья Троице-Сергиева монастыря (после 1684 г.) и о наказаниях здесь ослушников-певчих («бедных воспевак»).
На чеп сажают... – Наказание на Руси для провинившихся лиц духовного звания: при заключении в темницу и в кандалы, которые накладывались на шею и ноги, цепь прикрепляли к тяжелой деревянной колоде («стулу»), которую иногда нельзя было сдвинуть с места – так она была тяжела («довесом тяжела»).
тягостно;
на вид;
...поет на глас... – Т. е. солирует в хоре.
...кормят их гадко. – Подобная жалоба содержалась и в челобитной первых русских актеров царю Алексею Михайловичу (1673 г.): «...пить-есть нечего, и помираем мы (...) голодною смертию» (Тихонравов Н.С. Начало русского театра // Летописи русской литературы и древности. М., 1861. Т. III. С. 30).
молодых взяли на службу;
прогнали;
пока мог;
в дорогих одеждах;
переносное значение: силен;
окончательно;
не осуждаемы;
одному;
другие же покупают