профессор Иван Степанович Якимов

Где находился земной рай?

Вопрос о местоположении земного рая, служившего местопребыванием первой человеческой четы до грехопадения, принадлежит к числу труднейших вопросов библейской географии. История этого вопроса замечательна как по значительному количеству учёных сил, принимавших участие в решении проблемы, так и по необыкновенному разнообразию результатов, достигнутых исследователями. Это разнообразие ближайшим образом объясняется неясностью – при настоящем состоянии точных сведений по географии древнего мира – некоторых географических указаний, сделанных в тексте библейского повествования о земном рае. Необходимо выписать это повествование, для того чтобы яснее видеть, в каких пунктах оно неясно и могло более или менее затруднять толкователей.

В книге Бытия 2:8–15 читается: И насадил Господь Бог рай в Эдеме (букв. с евр. в Эдене) на востоке; и поместил там человека, которого создал.

И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла.

Из Эдема (евр. Эдена) выходила река для орошения рая; и потом (букв. с евр. и оттуда) разделялась на четыре реки:

Имя одной Фисон (евр. Пишон): она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото;

И золото той земли хорошее·, там бдолах и камень оникс (евр. гашшогам).

Имя второй реки Гихон (Геон): она обтекает всю землю Куш.

Имя третьей реки Хиддекель (Тигр): она протекает пред Ассириею. Четвертая река Евфрат.

И взял Господь Бог человека (которого создал) и поселил его в саду эдемском, чтобы возделывать его и хранить его.

Из рек, которые, по этому повествованию, вытекали из рая, составляя подразделения одного течения, самая известная и не допускающая колебаний относительно её местонахождения есть «четвёртая река Евфрат», западная из двух больших рек, между которыми находится Месопотамия. Относительно третьей реки могло бы возникать недоумение только по поводу названия её в евр. тексте именем Хиддекель. Но, с одной стороны, חִדֶּקֶל есть очевидно тоже, что ассир. Идиклат – форма, правда, в доселе известных памятниках вавилонско-ассирийского клинообразного письма только однажды встречающаяся, но зато не оставляющая сомнения, что она относится к той же реке, которая гораздо чаще называется сокращённым Диклат; последнее же название от древних вавилонян и ассириян перешло в позднейшее халдейское наречие: Диглат, в сирский язык: Дэклат, в арабский: Диджлат. С другой стороны, по древне-персидски та же река называлась Тигра (в Бундэгеш – Даград), от какового названия, очевидно, произошло уже греч. Τίγρης или Τίγρις (стр. 170 и сл.). Чтобы установить тожественность Τίγρις и Диклат-Диглат, необходимо только прибавить, что буквы «р» и «л» заменяются иногда одна другою как в арийских, так и в семитских языках: ср. греч. σιγηρὸς=σιγηλὸς, κρίβανος=κλίβανος; евр. מַזָּרוֹת=מַזָּלוֹת, אַרְמְנוֹת=אַלְמְנוֹת (Ис. 13:22).

 

Наибольшие затруднения делали толкователям остальные две реки Пишон и Гихон, в связи с теми географическими указаниями, которыми свящ. писатель хотел, по-видимому, точнее определить место течения этих рек. В Месопотамии рек с такими названиями нет теперь; и в памятниках древней истории до самого последнего времени не было открыто указаний на реки, которых названия или другие признаки допускали бы отождествление их с Пишоном и Гихоном. А между тем по смыслу библейского повествования о земном рае Пишон и Гихон были ветвями той же реки, другими двумя подразделениями которой были Тигр и Евфрат. Были, поэтому, с одной стороны испробованы разнообразнейшие сопоставления имён «Пишон“ и «Гихон“ с различными географическими названиями, более или менее им подобными, – полагали рай или в южной Вавилонии при устьях рек Тигра и Евфрата, или в Армении, или на обширном пространстве, в которое входили бы, с одной стороны, древний Египет, с другой – часть Ост-Индии с рекою Индом или Гангом, – полагали даже в нынешней России или в Пруссии, с другой стороны, чтобы не поставить области рек Тигра и Евфрата вне пределов рая и чтобы установить связь этих месопотамских рек с другими предполагаемыми, в настоящее время более или менее отдалёнными от Тигра и Евфрата, райскими реками, полагали, что на пространстве первобытного рая после грехопадения людей земная поверхность потерпела изменения, сделавшие место рая неузнаваемым1.

Профессор Фридрих Делич решает вопрос на основании данных, открытых путём изучения ассирийско-вавилонских памятников клинообразного письма. Отчасти в списках рек и каналов Месопотамии, отчасти в исторических памятниках клинообразного письма, сохранившихся в развалинах различных городов древней Вавилонии и Ассирии, найдены указания на два водных потока, имена которых замечательны своим сходством с именами: Пишон и Гихон.

1) Указание на первый из них не может быть названо прямым и непосредственным. Слово, у ассириян произносимое писану, заимствовано ими от древнейших обитателей южной Месопотамии, у которых пи-са-ан-на значило то же, что у ассириян назабу или нацабу. Значение слова «писану» представляется довольно ясным из того обстоятельства, что в одном из тех списков синонимов, каких много открыто на развалинах вавилонских и ассирийских городов и издано в II и IV тт. The cuneiform inscriptions of western Asia, – в одном из таких списков, ещё не изданном, в качестве синонима к этому «писану» поставлено слово рату (евр. רַתַט)= русло или ложе, по которому течёт вода, водопровод, канал. К слову «нацабу (назабу») делается прибавление: са ици (из дерева) или: са кану (из тростника). Из этих сопоставлений представляется довольно ясным, что нацабу=назабу=писану значило вообще водовместилище. Но писану есть, таким образом, имя нарицательное (стр. 77 и сл. 142). Употребление того же слова в смысле собственного имени канала или реки доселе не замечено в памятниках клинообразного письма. Но представляется замечательным созвучие ассирийского палгу (=פֶלֶג канал), синонима уже упомянутого рату, а, следовательно, и писану, с названием одного из важнейших и значительнейших по длине, глубине и ширине каналов древней Месопотамии, именно с названием Паллакопас. Последним именем Арриан называет большой судоходный канал, выходивший из Евфрата около Вавилона и протекавший параллельно этой реке по правую её сторону до самого Персидского залива, в который и впадал на расстоянии почти целого географического градуса от устья Евфрата, ближе к Индийскому океану. Профессор Фридрих Делич, следуя примеру Арриана, называет Паллакопас каналом, т.е. искусственно устроенным ложем для отвода воды Евфрата прямо в море и в предупреждение бедственных последствий весеннего разлива Евфрата. Однако, если Паллакопас есть искусственное сооружение, сделанное руками человека, то можно ли его отождествлять с Пишоном, который священным бытописателем представляется одною из рек, вытекавших из рая уже в то время, когда там жила первая человеческая чета? Ответом на этот вопрос могут служить следующие замечания самого профессора Фридриха Делича и знаменитого географа, проф. К. Риттера. «Обе реки, Тигр и Евфрат, – говорит Делич, – издревле многократно меняли своё течение, частью сами собою, частью вследствие работы рук человеческих, и многочисленные каналы, большею частью давно высохшие и занесённые песком, могут только с трудом, а иногда и совсем не могут быть отличены и определены по их первоначальной длине и направлению». Многие из этих каналов «были, может быть, когда-либо рукавами Евфрата». Особенно важно мнение Риттера о так называемом у Арриана канале Паллакопас. «Очень вероятно, что необыкновенный, такой большой и судоходный Паллакопас в прежнее время был даже руслом Евфрата, теперь уже оставленным рекою, которая постоянно имела наклонность к перемещению с запада на восток. Как у других блуждающих рек, Нила, Ганга, Инда, Гоанго, и здесь прежде отчасти высохшие рукава рек с их углублениями, в течение столетий затянутыми тиною и занесёнными песком, по временам, благодаря соединительным каналам, при содействии человеческих рук могли превращаться в оживлённые водяные пути; таким с древнейшего времени представляется и Паллакопас, как самый прямой путь, по которому ещё при Навуходоносоре, первом строителе Тередона, Евфрат направлялся к этой гавани» (стр. 67 и сл.)2. Таким образом, открывается возможность Паллакопас (=Пишон) считать одним из многих потоков, которыми воды Евфрата изливались в море, – не искусственным каналом!..

По Быт. 2:11, река Пишон обтекала всю землю Хавила. Относительно географического значения последнего имени существовали до сих пор различные мнения. Так как в родословных списках книги Бытия собственные имена имеют сколько этнографическое, столько же и географическое значение, и так как Хавила в книге Бытия представляется то сыном Куша, брата Мицраима (10:7), т.е. Египта, то сыном Иоктана, сына Еверова (ст. 29), то полагали, что Хавила, как географический термин, есть название отчасти африканской страны к югу от Египта, т.е. Нубии, отчасти южно-аравийской, отчасти сирийско-степной области. Профессор Фридрих Делич след библейского имени Хавила усматривает в имени Ард эл-халат (=песчаная земля)3, в настоящее время принадлежащем части западной окраины сирийско-арабской пустыни против Египта. Он предполагает, что некогда название «Хавила» носила вся эта пустыня, по преимуществу же восточно-северо-восточная часть её. Если понимать имя Хавила в этом последнем ограниченном смысле, то рукав Евфрата, называемый Пишон-Паллакопас, действительно обтекал всю землю Хавила. Произведениями страны Хавила называются: золото высокого качества, бдолах и камень шогам. В памятниках клинообразного письма о стране Хавила нет упоминания; но говорится о царе Меродахе-Валадане, что этот «царь моря», т.е. южной Месопотамии4, поднёс ассирийскому царю Феглаофелассару между прочим множество золота (Schrader, Keilinschriften und das A. Testament S. 129 и сл.). Бдолах обыкновенно отожествляют с bdellium, которое Плиний называет «чёрным деревом, весьма маслянистым, с листьями, подобными дубовым, и плодами, напоминающими смоквы», и говорит, что оно водится в Аравии, Индии, Мидии и Вавилонии. Наконец, и камень шогам Делич отожествляет с камнем саму (=сагиму), который в ассирийских клинообразных надписях упоминается в числе драгоценных камней, которыми вавилонский царь украшал себя, так же, как и шогам, у евреев так называемый, употреблялся для украшения первосвященнической одежды (Исх. 28:20; 39:13) (стр. 57–61),

2) Имя второй реки Гихон найдено Деличем в ассирийско-вавилонском списке рек, напечатанном во II т. The cuneiform inscriptions, л. 50, колонна 3. Здесь, непосредственно после имён Тигра и Евфрата, в строке 9, читается: Гу-ха-ан-дэ, а в переводе на ассирийский язык – Арахтум. К этому чтению найден вариант: Гу-ха-ан-на, – без дэ, которое, следовательно, не составляло существенной части слова. О реке Арахтум или Арахту упоминается не раз и в исторических памятниках клинообразного письма. Санхериб (известный и из Библии, по греко-славянскому переводу называемый Сеннахирим) рассказывает в одной из своих надписей, что он разрушил стену и вал вместе с храмами Вавилона и бросил их в реку Арахту. Отсюда видно, что Вавилон стоял на берегу этой реки Арахту, что река эта протекала по левую сторону Евфрата, так как на левом именно берегу Евфрата находились и Вавилон, и стена, и храм. В том же II т. The cuneiform inscriptions на л. 51, в строке 27, эта река Арахту характеризуется словами: «которая приносит Вавилону жизнь». Отсюда можно заключить о её значительности и важности для Вавилона. В III т. The cuneiform inscriptions, на л. 12, напечатана надпись Санхериба, в которой рассказано, что этот царь, построив корабли в Ниневии, посадил на них тирян, синодян и греков, которые и спустились по Тигру до города Опис. Здесь корабли были вытащены на сушу и по суше дотащены до реки Арахту. Спущенные в эту реку, корабли (по-видимому, в Вавилоне) приняли на себя войска, с которыми и отправились вниз по Арахту и Евфрату в Персидский залив (стр. 73–76). О дальнейшей судьбе этой реки можно судить по следующим данным: ещё во время арабских завоеваний у Вавилона отделялся от Евфрата рукав, который потом делился на две части; из них одна направлялась налево, в реку Тигр, а другая, немного изгибаясь, текла опять в Евфрат, в который впадала немного выше реки Шатт-эль-хай, соединяющей Тигр с Евфратом. Замечательно, что рукав этот назывался Шатт эн-Нил. «Шатт» значит: большая река. Такое название исключает предположение, что это был первоначально искусственный канал. Почему он назывался Нилом, сказать с определённостью трудно. Может быть, величиною своею напоминал он Нил; может быть, такое название дано ему в воспоминание какого-либо важного события из истории отношений Египта к Месопотамии (стр. 70 и сл.).

Вторая река, Гихон, представляется обтекающею всю землю Куш. Последнее имя по Быт. 10:7 принадлежало старшему сыну Хама и брату Мицраима; в таком сопоставлении, по общепринятому мнению, оно означает Эфиопию, страну к югу от Египта. То же значение принадлежит этому имени и в других многочисленных случаях, когда оно встречается рядом или с тем же Мицраим, или с именами: Лувим (=Ливийцы, Ливия, страна к западу от Египта) и Луд или Лудим (=по Иосифу Флавию – лидийцы, североафриканский народ, ср. Быт. 10:13): 2Пар. 12:13; 16:8; Пс. 67:32; Ис. 20:3; 43:3; 45:14; Иep. 46:9; Иез. 29:10; 30:4, 5. Но если Гихон есть одна из месопотамских рек, то она не могла обтекать землю, находившуюся в Африке. Представляется замечательным, что в книге Бытия 10:7 сыновьями Куша называются родоначальники племён не африканских, а азиатских, именно племён, живших в сирийско-арабской степи между Палестиной и Вавилонией. Для определения значения имени «Куш», стоящего в связи с именем месопотамской реки, особенно важно, что по Быт. 10:10, сын Куша, Нимрод, начал царствовать в Вавилоне5, Эрехе6, Аккаде7 и Калнэ8, в земле Сеннаар9, т.е. в южной Месопотамии. На основании памятников вавилонско-ассирийского клинообразного письма дознано теперь, что начало государственной и культурной жизни в южной Месопотамии положено народом, который принято теперь называть шумерско-аккадским, который был родствен народу эламскому, жившему по восточному берегу нижнего течения Тигра и по северо-восточному берегу Персидского залива. Эламско-шумерско-аккадское племя и было тем Куш, которого границею в Быт. 2:13 представляется река Гихон. Замечательно, что и Геродот называешь Элам – Κισσίη. а эламитян – Κίσσιοι. Встречающееся у других греческих писателей название горного племени, живущего к северу от Сузианы (=Элама) по направлению к Мидии и Ассирии, – название Κοσσαῖοι или Κουσσαῖοι, вероятно, указывает на родство и этого племени с Эламом. В вавилонско-ассирийских памятниках клинообразного письма основатели южно-месопотамской культуры и государственной жизни называются также Кашшу. И горное племя на границе между Эламом, с одной стороны, и Ассирией и Мидией, с другой, называется у ассириян также Кашши. Если Куш – то же, что Кашшу, то и Гихон представляется возможным отождествить с Гуханом, месопотамским рукавом Евфрата (стр. 51–55).

Но, по сказанию Быт. 2:10, все четыре реки, не только Евфрат, Пишон и Гихон, но и Тигр, составляли разветвления одной реки. Между тем, как в настоящее время Тигр и Евфрат не представляются двумя ветвями одного потока, к которому такое же отношение могли бы быть – согласно с Библией – поставлены и Пишон, и Гихон, так и памятники клинообразного письма не дают оснований думать, что около того места, в котором от Евфрата отделялись Пишон и Гихон, Тигр тёк когда-нибудь по одному руслу с Евфратом. В виду этого затруднения Фридрих Делич обращает внимание на результат тригонометрических измерений местности, по которой текут реки Тигр и Евфрат, – измерений, предпринятых и исполненных пражским учёным, Августином Гаусдорфом. На основании этих измерений Гаусдорф пришёл к заключению, что Тигр и Евфрат в доисторическое время должны были соединяться к северу от Багдада, именно на 62° вост. долготы и 34° сев. широты, следовательно, приблизительно у города Опис. Замечательно, что и теперь в этом месте Тигр и Евфрат приближаются один к другому, между тем как далее к югу Тигр снова отдаляется от Евфрата. Вследствие постепенного накопления илистого осадка в Евфрате, местность, по которой течёт последний, возвысилась с течением времени над уровнем моря больше, чем местность, по которой течёт Тигр. Левый берег Евфрата стал на четыре метра выше правого берега Тигра (стр. 82. 83). Делич, правда, находит более чем спорным, чтобы в библейском повествовании имелось в виду это удивительное явление доисторического времени; но он допускает, вместе с тем, что «иному это обстоятельство может представиться и более важным» в вопросе о местоположении земного рая. И в самом деле представляется замечательным уже с первого взгляда на карту Месопотамии, что все протоки, соединяющие Евфрат с Тигром, около Аккада-Сиппара и Ктезифона направляются из Евфрата к востоку и впадают в Тигр, который таким образом как бы питается водами Евфрата. И сам же Делич говорит: «Между тем как остальная Вавилония орошается сколько Евфратом, столько же и Тигром, эта северная часть оплодотворяется исключительно только Евфратом; русло Тигра есть как бы только восточная граница Евфрата, посылающего в Тигр свои воды по множеству каналов, рвов и промоин. Уже классические писатели обратили внимание на эту интересную гидрографическую особенность: так Арриан сообщает, что из двух больших месопотамских рек Тигр занимает более низкое место, чем Евфрат, почему рукава или каналы Евфрата в большом количестве несут свои воды в Тигр. И Рэннель10 замечает, что Евфрат при вступлении на равнину Вавилонии течёт на высшем уровне, чем Тигр,.. между тем как далее, ниже развалин Вавилона, Евфрат теряет этот высокий уровень своих вод“ (стр. 67).

Место, в котором жила первая человеческая чета до грехопадения, в Быт. 2:15; 3:23, 24; Иоил. 2:3; Иез. 36:35, названо садом эденским, ган Эден·, в Быт. 2:8, 10 страна, в которой насаждён был этот сад, названа: Эден, – имя, которым иногда обозначается и сад. Фридрих Делич в памятниках клинообразного письма находит отчасти представление, отчасти имя, которые приближаются к библейскому названию ган-эден, и, понятию, с ним соединяемому в Ветхом Завете, причём своим суждениям усвояет значение только догадки. Название рая, как известно, у 70 толковников переводится словами: παράδεισος τῆς τροφῆς=слав. «рай сладости». Та местность, в которой отделялись от Евфрата Паллакопас (=Пишон) и Гихон, в которой Тигр наиболее приближается к Евфрату, в памятниках клинообразного письма называется Кардуниас. Так называемая местность относилась к Аккаду, т.е. северной или северо-западной Вавилонии, как часть к целому; важнейшим в ней городом был Вавилон. Об этой части Месопотамии писали Ксенофонт, Страбон, Аммиан Марцеллин, выражая удивление пред богатством её орошения, пред множеством её каналов, мостов, виноградников, плодовых полей, финиковых лесов, пред всякого рода обработкою. Ещё ныне та страна обилует пальмовыми лесами. Не чуждо значения замечание вавилонского талмуда о вавилонских пальмах, что они «ведут своё начало от первого человека» (стр. 64 и след.). Вавилонское название этой местности: Кар-Дуниас ведёт начало от шумерян-аккадян, на языке которых Дуниас было именем какого-то бога (так как слову этому предшествует иногда, даже когда оно сложено с кар, детерминатив ан=илу=бог), а кар значило то же, что ассир. семитское падану, эклу или гину, т.е. поле, насаждение, сад. Замечательно, что в памятниках клинообразного письма название этой местности иногда и произносится: Гиндун (=сад бога Дун). Значение слова кар в шумерско-ассирийском словаре выражается ассирийским глаголом этэру=защищать, ограждать, щадить, – отсюда кар в смысле существительного значило бы: «стена, огороженное место». Еврейское слово גן имеет подобное значение, от глагола גָנַן ограждать. «Сад бога Дун“ (последние два слога в слове «Дуниас» – иас, по Фридр. Деличу, значат: «страны, земли»), – эти слова напоминали бы библ. название: «сад Господень» (Быт. 13:10), которое, очевидно, значит то же, что – сад, насаждённый Господом (ср. Быт. 2:8 и сл.). Здесь уместно припомнить также значение и шумерского названия города Вавилона: Тинтира=роща, сад жизни, бессмертия; такое значение названия напоминало бы библейское «дерево жизни» (Быт.2:9; Притч. 3:18; 11:30; 13:12; 15:4). Если таким образом название ган-эден можно приравнять к названию Кардуниас=гиндун, то памятники клинообразного письма представляют данные для определения местонахождения и страны Эден. В одном шумерско-ассирийском словаре вавилонско-семитское слово церу (поле, равнина, пустыня, собственно – низменность, углубление) поставлено в соответствие со словом не-семитским эдин, которое однако же, судя по тому же словарю, было употребляемо и в семитско-ассирийском языке в форме эдину. В других памятниках клинообразного письма неоднократно упоминаются цабе эдини=люди (жители) степи, кочевые племена, населявшие богатую пастбищами страну Гутэ или Сутэ (к востоку от Тигра, против Вавилона). И замечательно, что, по изысканиям Ветцштейна, обе речные долины Евфрата и Тигра от места соединения этих рек в Шат-эль-Араб на юге приблизительно до 36º у Евфрата и до 35º у Тигра к северу, – эти долины называются зор (=углубление), – название, обращающее на себя внимание своим сходством с церу – вавилонско-семитским эквивалентом шумерского эдин. Заслуживает при этом внимание предположение Ветцштейна, что название упоминаемаго в Дан. 3:1 поля Дейра (Δεεφὰ), דּוּרָאבִקְעַת есть только халдейское видоизменение первоначальное הַזּוֹר בִקְעַת – долина Зор (стр. 79. 80)11

Книга проф. Фридриха Делича не менее как на две трети состоит из примечаний и прибавлений, более или менее уясняющих различные места Ветхого Завета, доселе остававшиеся тёмными, и особенно разъясняющих географически или этнографически смысл различных собственных имён, встречающихся в тексте ветхозаветных священных книг. Сущность некоторых из этих примечаний и прибавлений заслуживает того, чтобы быть здесь изложенною. Начинаем с тех географических понятий, которых мы уже касались на страницах «Христианского Чтения“. В Иep. 50:21 Господь говорит: פְּקוֹד אֶל־יוֹשְׁבֵי עַל־הָאָרֶץ מְרָתַיִם עֲלֵה עָלֶיהָ, что по более принятому толкованию значит: «на землю сугубого упорства (ср. изд. свят. синода: на землю возмутительную), иди на неё и на жителей обречённой на наказание» (в переводе св. синода פקוד понято в смысле повелительного наклонения: накажи). Шрадэр (Die Keilinschriften und das Alte Testament, S. 276 и след.; cp. S. 56. 237) высказал мнение, что פְּקוֹד==Пекод есть то же, что Пукуду, в памятниках клинообразного письма встречающееся рядом с Хаврану и Набату. Отождествляя Хаврану с Хавраном, областью к северу от страны аммонитской и к востоку от Галаада, а Набату с Наваиоф, первенцем Измаила (Быт. 25:13) и его потомками, набатеями, жившими в каменистой Аравии, Шрадэр полагал, что Пукуду в памятниках клинообразного письма есть имя страны, находящейся в западной части сирийско-арабской пустыни. Такое мнение не представлялось соответствующим связи речи, в которой стоит у пророка имя Пеокод. Пророк говорит, очевидно, о стране или области, входившей в состав Вавилонии (в Иep. L и LI гл. пророчество о падении Вавилона). Профессор Фридрих Делич находит имя Пукуду между другими именами, определяемыми детерминативом амелу=племя, народ, или мать=земля, страна. Для определения места жительства этого народа или места нахождения этой страны указанием служит то обстоятельство, что в хорсабадской надписи Саргона, окончившего завоевание израильского царства, Пукуду называется между Раш и Дур-куригальци. Раш (=רֹאשׁ Иез. 38:2, 3. 39:1) по той же надписи находился на берегу Тигра, на границе с Эламом (следов., уже ни в каком случае нельзя Рош отождествлять с Русс, как это делали многие толкователи). Дур-курмалъци (=замок Куригальцу одного из вавилонских царей) в 2½ часах к западу от Багдада по дороге отсюда к Гилла (=древнему Вавилону) при реке Иса. Поставленное между этими двумя именами, Пукуду, по мнению Фридриха Делича, должно указывать на народность, жившую на границе Вавилонии с Эламом, также приблизительно по берегам Тигра, к югу от Багдада (стр. 240 и сл.). Относительно слов אָרֶץ מְרָתַיִם доселе господствовало мнение, что их должно понимать в смысле характеристики нравственного настроения вавилонской державы, выразившегося в том, что Вавилон, по словам пророка, восстал или вознесся против Господа (Иep. 50:24, 29), что он отличался высокоумием и надменностью (Ис. 13:11; cp. 14:13 и след.)12. Говоря о восстании Вавилона против Господа, пророк имел в виду враждебные отношения халдеев к народу Божию – евреям; и полагали, что «страной сугубого упорства» Иеремия называет Халдею, как такую державу, которая дважды налагала руку свою на избранный народ – сначала под предводительством ассирийского царя, когда взята была Самария и пало царство израильское, и потом – самостоятельно при своём царе Навуходоносоре. Но если Пекод=Пукуду, то всего естественнее и מרתים понимать, как имя собственное. Проф. Фридрих Делич признает это Мератаим за еврейское видоизменение вавилонско-ассирийского Маррату, которое у вавилонян первоначально обозначало ту часть Персидского залива, которая могла быть названа также соединённым лиманом рек Тигра и Евфрата. С течением времени название Маррату перешло и на весь Персидский залив. Этот лиман теперь не существует, но он простирался к северо-западу, как раз до того места, где теперь Тигр и Евфрат соединяются в одну реку у города Корна13. Страна, прилегавшая к этой части Персидского залива, т.е. южнейшая часть Вавилонии, в летописях Саргона называется прямо мат Марратим, – название, которому в речи еврейского пророка и соответствуем מרתיםארץ. По мнению проф. Фридриха Делича, пророк и произносил первоначально »Марратим“, масоретское же произношение Мератаим возникло вследствие того, что первоначальное произношение было забыто и что издатели еврейского текста хотели придать названию понятный для евреев аллегорический смысл (Стр. 180–182)14.

В словах Иep. 25:26: царь Сесаха (евр. שֵׁשַׁךְ Шешах) выпьет после них, имя Сесах или Шешах считали обыкновенно именем Вавилона (בבל), переиначенным по азбучной системе, так называемой атбаш, в которой первая буква евр. алфавита заменяется последнею и наоборот, вторая предпоследнею и наоборот т.д. Употребление этого искусственно составленного имени как в указанном месте, так и в Иep. 51:41 («как взят Шешах!..“) объясняли признававшие подлинность указанных изречений пророка тем соображением, что Иеремия хотел прикрыть свою мысль о падении Вавилона или пред самими халдеями, которые могли отягчить своё иго над евреями, если б последние не скрыли от них своей надежды на падение Вавилона, или пред евреями, которым до падения Иерусалима более необходима была покорность воле Божией, решившей наказать иудеев, чем надежда на погибель державы, служившей тогда в руке Господней бичом народов. Отрицавшие подлинность указанных изречений Иеремии находили себе опору именно в этом имени Шешах, которое, по их мнению, могло явиться в тексте пророческой книги только в значительно позднее время, когда развилось между евреями каббалистическое направление. Значение всех этих соображений падает в виду указания Фридриха Делича на надпись, найденную на одной глиняной дощечке, одна сторона которой носит одиннадцать имён царей Вавилона (=бал-Тин-тир), а другая сторона десять имён царей Шешку (= бал-Шешку). Тожество Шешку надписи с Шешах пророка Иеремии – весьма вероятно. Фридрих Делич предполагает, что Шешку было именем какой-либо части города Вавилона, может быть – Борсиппы, служившей действительно (по другим памятникам клинообразного письма) резиденцией вавилонских царей (стр. 214 и сл.).

Считаем уместным здесь же сообщить те решительные указания, которые найдены в памятниках вавилонско-ассирийского клинообразного письма относительно местонахождения упомянутого уже выше Ура халдейского.

Место, где жил первоначально Фарра, отец Авраама, где он лишился младшего своего сына Арана и откуда вышел с двумя старейшими сыновьями своими Авраамом и Нахором и с племянником Лотом, сыном Арана (Быт. 11:28, 31), – это место называется Ур халдейский, אוּר כַּשְׂדִּים. На основами Нав. 24:2 невозможно сказать что-нибудь определённое о местоположении этого Ура. «За рекою жили отцы ваши издревле, Фарра, отец Авраама и отец Нахора, и служили идолам», – этими словами место жительства отца Авраамова указывается только на востоке от Евфрата, следовательно, в Месопотамии; и Иисус Навин мог разуметь при этом сколько Ур, столько же и Харран. Название первоначального места жительства Фарры и его сыновей «Уром халдейским“ значительно ограничивает то пространство, на котором можно искать этого места. Халдеею, мат-Калду, ассирийские цари называют южную Месопотамию, территорию, которая чаще обозначается термином: Шумер и Аккад. Что Ур халдейский находился в Вавилонии, – мнение это высказано уже в вавилонском талмуде; его держались некоторые из греческих писателей (см. Knobel-Dillman, Genesis к XI, 28). После того как в 1854 г. были исследованы (Лофтусом) развалины, ныне носящие общее название Warka, G. Rawlinson, в первом издании The five great monarchies of the ancient eastern world, выразил догадку, что Warka есть древнейший Ур. Но уже во втором издании того же сочинения (London, 1871) остатками этого Ура Роулинсон признаёт развалины, носящие теперь название Mugheir (по Фридр. Деличу el-Mukajjar), находящиеся на берегу высохшего рукава Евфрата Паллакопас (=Пишон), неподалёку и от самого Евфрата, почти против того места, где в эту реку впадает Шатт-эль-хай. В этих развалинах Роулинсон нашёл множество кирпичей и глиняных цилиндров, на которых начерчена идеограмма, по словарю, в другом месте найденному, произносимая Ури. Не оставалось сомнения, что здесь именно и находился древний Ур халдейский, родина Авраама. Город этот, по памятникам клинообразного письма, служил резиденцией древнейших царей Месопотамии гораздо раньше, чем когда такою резиденцией сделался Вавилон (стр. 227). – Если Ур, родина Авраама, в русском, изданном св. синодом, переводе называется «халдейским», то такое название ближайшим образом есть воспроизведение греческого, употребляемого 70 толковниками τῶν χαλδαίων. Это последнее, в свою очередь, точно соответствует ассирийскому Калду, или Калди, или Калда. Из ассирийских памятников клинообразного письма самое раннее употребление слов мат Калди (=страна халдейская=Шумер и Аккад) замечено в надписи царя Раманнирари III (812–783 до р. Хр.). Но это не значит, что раньше того времени термин этот не был употребителен. Калду было, по мнению Фридриха Делича, только ассирийскою формою вавилонского слова Кашду15. И если ассирияне были только колонистами на среднем течении Тигра, пришедшими сюда из южной Месопотамии; если ассирияне, как народ, моложе вавилонян16, то и еврейское имя этих последних касдим должно признать древнейшим именем халдеи=χαλδαῖοι. Но что значит слово «касдим»? Accириологи до недавнего времени склонялись – производить «касдим» от глагола касад, в ассирийском языке имеющего значение: брать, завоёвывать (ср. араб. кашд=приобретение). При таком взгляде на этимологию слова (выраженном в последнем издании Hebräisches und chald. Handwörterbuch zum A. Τ., νοn Gesenius, приготовленном дерптскими профессорами Volck и Мühlаu, при содействии и Фридриха Делича), касдим значило бы: завоеватели, было бы семитским словом. Но Фридрих Делич полагает теперь, что Кашду, от которого произошло касдим, есть шумерское слово, в свою очередь происшедшее от Каш-да. Последнее слово встречается, действительно, между именами вавилонских городов и стран в географических списках, напечатанных на 53 л. II т. The cuneiform inscriptions.... Да в шумерском языке значило: граница, область; а каш, первая часть слова, есть, по мнению Фридриха Делича, высказываемому довольно решительно, сокращённое имя народа, полнее называемого Кашшу (см. выше). Стр. 55. 200 и след.

* * *

1

Различные мнения по вопросу о местоположении земного рая сгруппированы в Biblisches Real-Wörterbuch von Winer (3 Aufl. Leipzig, 1847) в статье «Eden».

2

Тередон, по указаниям греческих писателей находившийся при устье Евфрата, упоминается уже и в памятниках клинообразного письма под сходным именем Тират-Дунийяс. См. Kiepert, Lehrbuch der alten Geographie S. 145. Фридрих Делич, на основании исследований англичанина Ченея (Chesney), полагает древнейшее устье Евфрата недалеко от Тередона, значительно южнее и немного восточнее того устья, которым Евфрат впадал в Персидский залив при Александре Великом, именно под 48°8′ долготы и 30° широты (см. стр. 137).

3

Название Хавила происходит, вероятно, от חוֹל песок.

4

Для объяснения названия южной Месопотамии «морем» можно указать на Свидетельства: а) Геродота (I,184), по словам которого Евфрат, прежде чем Семирамида устроила плотины, «затоплял обыкновенно всю равнину, подобно морю»; – б) Абидена (у Евсевия в Praeparatio evangelica IX, 41), который о равнине, орошаемой Евфратом, говорит, что «она, по рассказам, сначала вся была в воде и называлась морем». Меродах Валадан, о котором упомянуто здесь, был отцом того Меродаха Валадана, о котором речь в 4Цар. 20:12; Ис. 39:1 (см. Schrader, Die Keilinschriften und d. A. T., S. 216 и след.).

5

Вавилон, по евр. называемый בָּבֶל, в вавилонско-ассирийских памятниках клинообразного письма называется Бабилу. Тождество имен בבל и Бабилу очевидно. Относительно בבל в Быт. 11:9 сказано, что это имя напоминает о смешении языков, и потому его нарицательный смысл обыкновенно определяли, сопоставляя его с сирийским bablo=лепет, неясная речь, или с арабским balbala=неясно говорить. Относительно Бабилу ассириологи считают теперь решённым, что оно составлено из двух слов: баб – ворота (значение, принадлежащее слову и в арабском языке) и илу – бог (ср. евр. אֵל). Бабилу (=ворота Божии) считают буквальным вавилонско-ассирийско-семитским переводом несемитского слова Ка-дингира. Это последнее название иногда встречается и в семитских текстах в качестве идеограммы, которая в таком случае произносится: Бабилу. Иногда в семитских текстах клинообразного письма пишется также Баб-дингир или Баби-дингир, – что однако же следует произносить опять Бабилу. Эти данные несомненно показывают, что вавилоняне-семиты имя Бабилу понимали в смысле: ворота Божии. Но замечательно, что Ка-дингира в несемитских текстах менее употребительно, чем другое шумерско-аккадское имя Тинтир(а), которое значит: роща или сад жизни. Ка-дингира, может быть, само было переводом с вавилонского-семитского языка и более позднего происхождения именем, чем «Тинтир». Бабилу могло быть только позднейшим перетолкованием первоначального Бабель, – перетолкованием столь естественным вследствие того непонимания друг друга, которое разделило людей после смешения языков.

6

Эрех, אֶרֶךְ, семитами-ассирянами и вавилонянами – называемый Урук однажды (в надписи Асурбанипала 668–626 до р. X.) – Арку, у сумерян и аккадян носил имя У-ну-ук (=жилище, местопребывание). Урук, по Фридриху Деличу, есть только видоизменение шумерско-аккадского Унук. Город Урук находился при реке Гихоне (Шотт эн Нил), неподалёку притом и от Евфрата, на значительном расстоянии к юго-востоку от Вавилона. Ныне развалины, называемые Варка.

7

Аккад в одном ассирийском тексте, сопровождающем его шумерский оригинал, стоит в соответствии с шумерским именем Агадэ, которым у шумерян называлась одна половина города, находившегося на обоих берегах (самого северного в Вавилонии) канала Агадэ. Агадэ=Аккад – название части города на южном берегу канала, между тем как часть города на северном берегу носила название Сиппар. Иногда эти две части города называются – одна Сипар ша Шамаш, другая – Сиппар ша Анунитум (Шамаш и Анунитум – имена божеств). С течением времени имя Аккад в приложении к городу, по-видимому, вышло из употребления; и Сиппар стало общим для обеих частей города названием. В этом последнем смысле Сиппар приняло форму двойственного числа: город Сефарваим упоминается в 4Цар. 17:24, 31; Ис. 36:19; 37:13 (в последнем случае по славянскому переводу стоит: града Епфаруема=πόλεως Ἐεφαρουῒμ ват. сп. вместо более правильного: «града Сепфаруема»; ср. ал. сп. πόλεως Σεφαρουίμ.). Ныне развалины Сефарваима носят название Сифейра (при канале Саклавийя).

8

Калнэ, כַלְנֵה упоминаемый также в Aм. 6:2, а в Ис. 10:9 называемый Кално – כַּלְנוֹ, Фридрих Делич ещё в составленных им прибавлениях к немецкому переводу G. Smith’s «Chaldäische Genesis» (стр. 293) отождествляет с городом Кул-уну, по памятникам клинообразного письма так называемым на шумерско-аккадском языке. Семитский перевод этого названия Фридрих Делич читает теперь зирлаб (=жилище семени, потомства), между тем как прежде читал шубат-зири (=также жилище семени). Относительно местонахождения города Опперт (Expedition scientiftque en Mésopotamie I, 269 и сл.) полагает, что его именно развалины ныне носят название Zerghul на берегу Шатт-эль-хай против Джеладжила. В этих развалинах найдены кирпичи на которых древневавилонский царь Гудеа называет себя па-те-си (=вице-король, наместник) Сир-бур-ла (по иному чтению – Цир-гул-ла). Но: а) не видно отсюда, чтобы Зирбулла=Кул-уну; – б) с такою же надписью кирпичи найдены в Варке и в Вавилоне. Нельзя поэтому признать потерявшим всякое значение мнение, выраженное в халдейском таргуме, у Евсевия и Иеронима, что древний Калнэ или Кул-уну позднее носил имя Ктезифон на левом берегу Тигра, немного ниже Багдада.

9

Земля Сеннаар, по Библии שִׁנְעָר ассириологами отождествляется с упоминаемою многократно в памятниках клинообразного письма страною Шумер, которая притом очень часто называется рядом со страною Аккад. Доводы в пользу этого тождества: еврейскому צ в шумерском языке соответствует г (в Быт. 14:1 упоминаемый эламский царь называется כְּדָרְלָעֹמֶר; вторая составная часть этого имени, имя божества, в памятниках клинообразного письма, произносится Лагамара, см. Schrader, Keilinschriften und das A. Testament, S.48), – след.= שׁנצר=שׁנגר; потом, шумеряне и аккадяне иногда употребляют нг вм. м (Бог у них называется то дингер, то димер), – следов. שׁנגר==שמר. Шумер и Аккад, очень часто встречающееся сочетание имён, значит: вся Вавилония. В частности, Шумер – юго-восточная часть Вавилонии с городом Ур (Ур халдейский Быт. 11:28, 31), а Аккад – северо-западная часть с главными городами: Аккадом (=Сепарваимом) и Вавилоном.

10

В сочинении, которое доступно нам в немецком переводе: Geschichte des Feldzuges des Cyrus und des Rückzugs der Zehntausend Griechen. Besonders geographisch erläutert von James Rennell, ins Deutsche übersetzt von A. Lion. Göttingen, 1823. стр. 68

11

В ветхозаветных священных книгах упоминается а) бенэ-эдэн (עֶדֶן בְנֵי что в Фалассаре (תְלַאשָּׂר 4Цар. 19:12 или תְלַשָּׂר Ис. 37:12), названные вслед за Гозаном, Хараном и Рецеф; б) бет-эдэн (עֶדֶן בֵּית Ам. 1:5), названный рядом с Дамаском, и в) Эдэн (Иез. 27:23), поставленный рядом с Хараном и Каннэ. Так как Гозан был или одно и то же, или, по крайней мере, тесно соединён с Низивиею (в географич. списке, на 53 л. II т., The cuneiform inscriptions имена Гу-за-на и Нa-ци-би-на соединены между собою тем же знаком, каким соединены имена Барсип и Бурсип, означающие несомненно один и тот же город, предместье Вавилона, стр. 184 и сл.); так как Харан, упоминаемый в истории Авраама (Быт. 11:31; 12:5) и Иакова (Быт. 17:43) при том в последнем случае, как место жительства Лавана арамеянина (ср. Быт. 31:20), и в памятниках клинообразного письма упоминается как город рядом с Бал-би-ки (=Баалбек, между Ливаном и Антиливином на 34° север, широты), а как страна – рядом со страною Хатти (библ. חִתִּי хеттеи), т.е. Сириею (см. Schrader, Die Keilinschriften und das Alte Testament, S. 45, – Die Keilinschriften und Geschichtforschung S. 135. 228); так как и Рецеф, вероятно, тождествен с упоминаемым не раз с клинообразных надписях Ра-ца-ап-па, Ра-цап-па или Ра-ца-пи, с Ρηβάφα, упоминаемым у греческого географа Птолемея (V, 18. 6) и с нынешним Руцафа, станцией на дороге из Пальмиры чрез Евфрат в Северную Месопотамию (см. стр. 297, также карту Киперта «Asiatische Türkei» 1877, Berlin), то бенэ-эдэн можно полагать на переднем течении Евфрата, там, где на основании различных данных, добытых изучением памятников клинообразного письма, полагается страна Бит-Адини – очевидно тоже, что עֶדֶן בֵּית Ам. 1:5. Эдэн в Иез. 27:23, вероятно, тождественно как с бет-эдэн, так и с бенэ-эден: так можно думать на основании сопоставления его с Хараном в Иез. 27:23 (Каннэ – тождественно ли с Калнэ=Кално и где нужно искать этого города, – составляет ещё нерешённый вопрос; см. выше). См. стр. 4. 5. 263 и сл.

12

См. Graf, Der Proph. Ieremia.

13

Это соединение рек Тигра и Евфрата в одно русло, ныне носящее название Шатт-эль-Араб, произошло уже позднее Александра Македонского. Плиний свидетельствует, что Тигр и Евфрат впадали в Персидский залив каждый своим особенным устьем. По замечанию К. Риттера, во время Александра Великого устье Тигра отстояло от устья Евфрата на добрый день пути. То пространство суши, по которому в настоящее время протекает Шатт-эль-Араб, образовалось позднее из наносной земли. Наносная земля и в настоящее время оттесняет море всё далее и далее, делая приращение берега в сторону моря ежегодно приблизительно на 22 метра. Стр. 173 и сл.

14

При этом однако же можно признать весьма вероятным, что и сам пророк в указанном месте, говоря о судьбе всей Вавилонии, назвал одну её часть именно потому, что в названии её, по созвучию этого названия с евр. מרתים(от מָרָה=מְרִי= упорство), чуял понятный, вероятно, и для других евреев намёк на свойство отношений халдеев к народу Божию. – Подобным образом можно думать и об употреблении пророком имени Пекод, созвучного с евр. פקר посещать, наказывать: в нём для еврея могло быть понятно указание на грозящую Вавилону кару Божию.

15

К отличительным чертам ассирийско-месопотамско-семитского наречия относится звук л, заменяющий звук ш пред язычными буквами: ассирияне говорили и писали: aшmyp и алтур – я писал, маштит и малтит – напиток. По тому же закону изменения звуков, ассир. Калду есть то же, что вавилонское Кашду.

16

На основании разъяснённых в последнее время памятников клинообразного письма признано, что начало культуры и государственной жизни в Месопотамии положено шумерянами и аккадянами, жившими по низовьям Тигра и Евфрата и достигшими значительной степени развития в умственном и политическом отношениях уже больше, чем за 2000 л. до Р.Хр. Хронология вавилонской истории в том её периоде не достигла пока точности; и Сэйз («Очерк вавилонско-ассирийской литературы» в русском переводе Спб. 1879. стр. 7) полагает за XVII вв. до р. Хр., а Смизс (в своей Истории древней Вавилонии) – за XX вв. до Р.Хр. царствование того, уже семитского царя, именно Саргона, царя Аганэ (=Аккада), который положил в южной Месопотамии начало семитской литературе. Эта литература была первоначально только переводною с языка древнейших обитателей той страны – шумерян-аккадян. Ассирийская литература была в свою очередь, заимствованием или – вернее – пересадком из южной Месопотамии. Ассирийские цари делали для себя и хранили в своих библиотеках списки религиозных гимнов, словарей и т.п., копируя их с экземпляров, приготовленных первоначально в южной Месопотамии, так что в этих списках в параллель семитскому тексту обыкновенно пишется и шумерско-аккадский текст, хотя в Ассирии едва ли кто, кроме разве жрецов, понимал этот текст. Не только литература, но и самое письмо – клинообразное – заимствовано ассириянами из Вавилонии, где оно было изобретено не семитами, сравнительно позднейшими пришельцами, но теми же опять шумерянами-аккадянами. Этот последний факт доказывается, напр., тем обстоятельством, что знаки у ассириян, употребляемые как идеограммы, имеют фонетическое значение, не соответствующее ассир. значению идеограмм: напр. знак ад значит: «отец», по ассир. абу, но этот же знак никогда не значит аб, как можно было бы ожидать, если бы клинообразное письмо было изобретением семитов. Всё сказанное может служить к доказательству того, что в Месопотамии культура распространялась с юга на север и что ассирияне с вавилонянами-семитами составляли первоначально один народ.


Источник: Якимов И.С. Где находился земной рай? // Христианское чтение. 1882. No 9-10. С. 552-574.

1. Райский сад и его насаждения архимандрит Макарий (Веретенников)

2. Рай на земле: Валаамские впечатления Александр Александрович Бронзов

3. Толкования на Книгу Святого пророка Иеремии. Часть 1-2 профессор Иван Степанович Якимов

4. О загробной жизни. Что ожидает нас за гробом? профессор Василий Федорович Певницкий

5. «Новое вселенское христианство – религия конца» Иван Георгиевич Айвазов

6. Об эгоизме и христианской любви к самому себе архимандрит Григорий (Борисоглебский)

7. Введение Первородного во вселенную протоиерей Евгений Воронцов

8. Поучения епископ Иеремия Отшельник (Соловьев)

9. Новозаветное толкование Ветхого Завета профессор Иван Николаевич Корсунский

10. Философия правды архимандрит Гавриил (Воскресенский)

Комментарии для сайта Cackle